Оторвавшиеся от преследователей подводные лодки заняли заданные районы, где и находились до середины ноября, после чего им была дана команда на возвращение. К концу декабря все четыре лодки вернулись в базу Северного флота. По решению Совета обороны СССР, принятому в конце сентября 1962 года, переброска на Кубу эскадры надводных кораблей, предусматривавшаяся планом операции «Анадырь», была отменена. Эскадра подводных лодок также не была развернута у кубинского побережья. Опыт использования сил ВМФ в операции «Анадырь» стал одним из аргументов в пользу принятия советским военно-политическим руководством решения увеличить состав Военно-Морских Сил передового присутствия.
В 2017 году Карибскому кризису уже было 55 лет. Этому большому событию холодной войны посвящено много трудов исследователей, военных специалистов и политиков. А в октябре 2002 года по случаю 40-ой годовщины Карибского кризиса американские военные деятели Макнамара и Артур Шлезингер вместе с другими почётными гостями, участвовали во встрече с Ф. Кастро на Кубе, чтобы продолжить изучение кризиса и выпуск рассекреченных документов. На этой конференции стало ясно, что мир был гораздо ближе к ядерной конфронтации, чем считалось ранее. Так, не исключено, что только здравый смысл старшего на борту советской подводной лодки Б-59 (проекта 641) Василия Архипова (начальник штаба 69-й бригады подводных лодок Северного флота) предотвратил полномасштабный военный конфликт. Один из организаторов конференции, Томас Блэнтон из Университета Джорджа Вашингтона, сказал: «парень по фамилии Архипов спас мир».
Архипов Василий Александрович (род. в 1926 г.) – вице-адмирал (1981). Участник Карибского кризиса 1962 г.
Противостояние под водой в годы холодной войны
В годы холодной войны напряженная обстановка была на морях-океанах и на глубине, когда игры в «кошки-мышки» атомных субмарин под водой приводили к столкновениям и едва не заканчивались ядерной катастрофой, и ставили наши государства на грань третьей мировой войны. Однако об этом тогда обе стороны предпочитали особо не распространяться. В годы холодной войны произошло более 20 столкновений американских и советских подводных лодок. Из них 11 случились в полигонах боевой подготовки на подходах к основным пунктам базирования Северного и Тихоокеанского флотов, в том числе восемь на Севере и три на Тихом океане.
Итак, вспомним несколько случаев столкновения советских и американских подводных лодок в годы холодной войны. 7 декабря 1967 г. советская атомная торпедная лодка «К-52» под командованием капитана 2-го ранга В.Борисенко в Тунисском проливе (Средиземное море) в подводном положении, меняя глубину погружения, «проехалась» по рубке «стратега» «Джеймс Мадисон» ВМС США, который следил за советской АПЛ. В результате столкновения у американца были погнуты выдвижные устройства (перископы, антенны и т.п.). «К-52» с дифферентом на корму выбросило на поверхность. Как оказалось, у нее по левому борту ниже носового обтекателя в легком корпусе зияла пробоина размером 4х8 м, были деформированы крышки торпедных аппаратов, смят обтекатель, помят киль и пр. Подошедшие советские корабли отбуксировали «К-52» на ремонт.
В марте 1968 г., во время боевой службы в Тихом океане пропала без вести в районе Гавайских островов дизельная ракетная подлодка ТОФ «К-129» с ядерным оружием на борту, которой командовал капитан 1-го ранга В.Кобзарь. Вместе со всем экипажем (98 чел.). Основная версия гибели «К-129»: столкновение с подлодкой ВМС США «Суордфиш», командир коммандер Дж. Ригсби.
Подводная лодка «К-129»
Но советская сторона о пропаже своей субмарины упорно молчала. Летом 1974 г. американцы, знавшие координаты гибели «К-129», в рамках секретной операции «Дженифер» предприняли попытку поднять советскую субмарину с глубины почти в 5000 м, построив для этого специальное судно «Гломар Эксплорер». Но «К-129» разломилась на три части при подъеме. В руки представителей ВМС США и ЦРУ попала лишь носовая часть, в которой находились тела шести наших подводников. Троих из них: торпедиста Костюшко Владимира, ст. гидроакустика Лохова Виктора и ст. торпедиста Носачева Валентина удалось идентифицировать, благодаря сохранившимся в их одежде военным билетам. Тела подводников, с соблюдением советского военно-морского ритуала погребения, американцы предали морю в 90 милях к юго-западу от Гавайских островов. Кинопленку этой церемонии, а также некоторые другие предметы с борта «К-129» в октябре 1992 г. директор ЦРУ Роберт Гейтс передал президенту РФ Б.Ельцину во время встречи в Москве. Однако рассекретить все имеющиеся у США документы по этой теме, которые могли бы пролить свет на тайну гибели «К-129», американцы не спешат.
Другой случай столкновения. Это случилось 15 ноября 1969 г. Советская ракетная подводная лодка «К-19» под командованием капитана 2-го ранга В.Шабанова следовала на полигон боевой подготовки Северного флота в Баренцевом море. Неподалеку от мыса Териберский советский атомоход на глубине 60 м. внезапно столкнулся с АПЛ ВМС США «Gato».
Подводная лодка «К-19»
Американской подлодке удар пришелся в район реакторного отсека. После столкновения «К-19» с дифферентом на нос стала проваливаться на глубину. Однако экипажу удалось удержать ее и, продув цистерны главного балласта, всплыть в надводное положение. И тут командир минно-торпедной боевой части АПЛ «Гетоу» приказал подготовить к стрельбе три ракеты и ракету-торпеду «Саброк» с ядерным зарядом, чтобы уничтожить советскую подлодку. До начала ядерного конфликта между двумя державами оставались буквально мгновения, когда командир «Гетоу» Л. Буркхард дал отбой подготовке к атаке, и американцы, поскрипев зубами, ушли восвояси. «К-19» вернулась на базу и встала на ремонт.
20 июня 1970 г. советский атомоход «К-108» под командованием капитана 1-го ранга Б.Багдасаряна у берегов Камчатки в подводном положении столкнулся с АПЛ ВМС США «Тотог» (прозвище «Грозная Т», командир капитан 1-го ранга Б.Балдерстон). Обе субмарины получили тяжелые повреждения. «К-108» стала проваливаться на глубину, но благодаря грамотным действиям командира и экипажа, катастрофу удалось предотвратить.
Но подчеркнем очень важную мысль: пока нет ни одного достоверного факта, когда в годы холодной войны от столкновения с иностранной подводной лодкой погибла хотя бы одна советская.
Столкновение надводных кораблей США и СССР на Черном море (1988 г.)
В период холодной войны бывали столкновения и надводных кораблей США и Советского Союза. Находясь на боевой службе, советским кораблям часто приходилось пресекать провокационные действия американских боевых кораблей. Все это послужило основанием для выработки специального правового документа между двумя странами о предупреждении столкновений военных кораблей в море. В истории отношений Военно-Морских Флотов США и СССР был случай целенаправленного столкновения надводных кораблей, как средство вытеснения американского крейсера из территориальных вод Советского Союза. Собственно говоря, это был достаточно уникальный в своем роде пример использования современных боевых кораблей без применения оружия, т.е. путем навала на корабль противной стороны.
12 февраля 1988 года на Черноморском флоте произошли события, которые получили гулкий резонанс в политических, военных и военно-морских кругах различных стран. Это был необычный случай, связанный с физическим противоборством боевых кораблей СССР и США у берегов Крыма. Боевой корабль Советского Союза СКР «Беззаветный» (командир – капитан 2 ранга Богдашин Владимир Иванович) целенаправленно таранил американский боевой корабль «Йорктаун».
СКР "Беззаветный" (справа) таранит американский крейсер «Йорктаун». Снимок сделан с борта американского корабля, во время удара
Всем известно, Чёрное море, в северной части которого базировался и действовал Черноморский флот Советского Союза, не имеет ничего общего с Мексиканским заливом, где хозяйничают американские корабли. Однако в 1986 году американские крейсер УРО «Йорктаун» и эсминец УРО «Кэрон», пройдя через проливы Босфор и Дарданеллы, решительно направились к берегам Крыма. Зайдя со стороны Феодосии, американские корабли беспрепятственно проследовали вдоль южного берега Крыма и удалились в сторону пролива Босфор. Проверка бдительности и готовности Черноморского флота оказать своевременное противодействие завершилась без конфликтов. В 1988 году старые знакомые корабли крейсер УРО «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» повторно зашли в Черное море, но в этот раз контркурсом – уже со стороны Севастополя.
Черное море в районе Севастополя
Американский демарш у советских берегов двумя современными боевыми кораблями носил явно выраженный разведывательный характер. Американцы прокладывали курс по советским территориальным водам сознательно, не имея цели сократить себе путь. Поэтому было решено о своеобразном вытеснении советскими боевыми кораблями американских кораблей из района, считавшегося территориальными водами СССР. Это происходило на Черном море в районе между Ялтой и Форосом.
Американский крейсер УРО «Йорктаун»
Предыстория этого случая такова. Дело в том, что у советских и американских специалистов имелись разные подходы к тому, откуда именно следует вести отсчет 12-мильной зоны территориальных вод. Американские корабли при этом никак не реагировали на сигналы советских морских пограничников и проходили в районы, считавшиеся советской стороной собственными территориальными водами. Делали они это всегда демонстративно, заходя в советские территориальные воды без всякой навигационной надобности, мотивируя свои действия наличием права "свободного прохода". Естественно, что столь разительное отличие в понимании ситуации каждый раз ставило корабли обеих стран в состояние повышенной боевой готовности. Всякий раз проходившие вдоль побережья заокеанские "гости" сопровождались кораблями советского ВМФ, авиацией и радиолокационными станциями пограничников и береговой обороны.
О готовящемся в феврале 1988 года новом вояже американских кораблей в Черное море командование ЧФ узнало заблаговременно (советская разведка Флота отслеживала все действия 6 Флота ВМС США). Было решено, не допустить, чтобы новая провокация американцев, если они снова вздумают повторить свой демарш, прошла бы для них безнаказанно. Поэтому перед прибытием американских кораблей в Черное море штабом флота была спланирована операция по слежению и противодействию им: выделены сторожевые корабли "Беззаветный" и "СКР-6". План операции одобрил главнокомандующий ВМФ адмирал флота В.Н. Чернавин.
Советские корабли взяли американские суда на сопровождение сразу после выхода из Босфора. Американцы прошли тер. воды Болгарии, затем Румынии. Далее американские корабли отвернули на восток, перешли в район 40-45 миль юго-восточнее Севастополя и начали там какие-то непонятные маневры. Потом перешли и маневрировали непосредственно в прилегающей к Севастополю морской зоне вне тер. вод. А 12 февраля американские корабли скоростью 14 узлов легли на курс 90°, который вел в тер. воды Советского Союза. Пройдя 14 миль (около 26 км.), американские корабли вошли в советские территориальные воды. С советских кораблей через эфир открытым текстом дважды по-русски и по-английски предупредили американцев: «нарушение тер. вод Советского Союза недопустимо». Американцы ответили, что они ничего не нарушают. Вот тогда оба советских корабля начали маневрирование для "навала" на американские корабли.
СКР ЧФ СССР «Беззаветный»
Экипаж «Беззаветного» приступил к решительным действиям. История современного Флота ничего подобного не знала. На сознательный жёсткий контакт шли корабли, лишённые брони и вооружённые довольно нежным ракетным и торпедным оружием. По внутрикорабельной трансляции личному составу «Беззаветного» было объявлено, что корабль идёт на физическое соприкосновение с американцем. На СКР загерметизировали отсеки. «Беззаветный» взял вправо и приспустил правый якорь, лапы которого, как шипы ежа, ощетинились наружу.
Несомненно, командование американского крейсера не понимало действий советского сторожевого корабля. Свободные от вахты моряки столпились на верхних мостиках надстроек, фотографировали, что-то кричали. Беспечный вид американских моряков, их самоуверенность и надменное спокойствие подчёркивали безразличие к советскому сторожевому кораблю. Противостояние достигло кульминации. «Беззаветный» достиг «Йорктаун», а второй советский корабль СКР-6 подходил к правому борту «Кэрона». Рядом находились еще советские пограничные корабли и суда вспомогательного флота. Для пущей убедительности в воздух были подняты два ТУ-95 и противолодочные самолёты БЕ-12 с подвешенными ракетами. На «Йорктауне» непрерывно работали навигационная РЛС и станция наблюдения за воздушным противником, сообщая обстановку командиру крейсера.
Первый удар «Беззаветного» в крейсер «Йорктаун»
Первый удар «Беззаветного» пришёлся «Йорктауну» в среднюю часть, в район трапа. Смялись леерные ограждения, оглушив оторопевших «йорктаунцев» скрежетом стали. Приспущенный трёхтонный якорь, пройдясь по борту крейсера, нанёс ему несколько ударов и вмятин. В следующую секунду он оборвался и упал в море. Как будто ветром сдуло с мостика американских моряков. Было слышно, как на «Йорктауне» объявили аварийную тревогу, и все разбежались по боевым постам. После первого удара форштевень «Беззаветного» ушёл влево, а, его корма навалилась на крейсер в районе установки контейнеров с противокорабельными ракетами «Гарпун», смяв четыре контейнера. Возникла опасность повреждения торпедных аппаратов на советском корабле. Резко переложив руль в положение «право на борт», «Беззаветный» вновь развернулся атакующим носом в боевую стойку. Второй удар по американцу оказался очень сильным.
После этого навал-тарана командир американского крейсера оценил, наконец, опасность момента. «Йорктаун» переложил руль вправо. Через считанные минуты он вышел из советских территориальных вод в нейтральные. Вся акция «вытеснения» заняла не больше пятнадцати минут. «Йорктаун» вошёл в советские воды примерно на 2,5 мили, «Кэрон» – почти на 7 миль. Пока «Беззаветный» боролся с «Йорктауном», сторожевой корабль СКР-6 (командир – капитан 3 ранга Петров Анатолий Иванович) наносил аналогичные пугающие удары форштевнем по «Кэрону», правда, из-за своего малого водоизмещения с меньшим успехом.
СКР-6 наваливается на корму эсминца Кэрон (фото с борта СКР «Беззаветный»)
Действия боевых кораблей подстраховывало судно ледового класса «Ямал». Ледовый пояс и усиление корпуса сухогруза были значительно мощнее, чем корпуса сторожевых кораблей, но гнаться со скоростью в двадцать узлов за новейшим американским крейсером «Ямал» не мог. На «Йорктауне» в районе средней надстройки, по-видимому, возник пожар, американцы в противопожарных костюмах спустились, разматывая пожарные рукава, с намерениями что-то тушить. «Беззаветный» ещё некоторое время не упускал из виду американские корабли. Затем вновь увеличил скорость и напоследок дал «круг почёта» вокруг «Йорктауна» и «Кэрона». На следующий день американцы, не дойдя до советских кавказских морских районов, двинулись на выход из Черного моря. Опять же, под неусыпным контролем новой корабельной группы кораблей Черноморского флота. Еще через сутки "побитые" корабли доблестного 6 Флота ВМС США покинули негостеприимное для них в этот вояж Черное море.
Как Флоты США и СССР участвовали в завершении холодной войны (1989 г.)
18 и 19 ноября 1989 года в советских газетах были опубликованы сообщения о том, что 2-3 декабря 1989 г. на острове Мальта состоятся переговоры на высшем уровне Председателя Верховного Совета СССР М.С. Горбачева и президента США Дж. Буша. Причем переговоры будут проходить поочередно сначала на ракетном крейсере «Слава» (РКР) ВМФ СССР, а затем на ракетном крейсере «Белкнап» (КР УРО) ВМС США. Но еще в начале ноября командующий Черноморским флотом адмирал Хронопуло М.Н. приказал готовить крейсер «Слава» для похода на юг с целью выполнения ответственной задачи. Начальником походного штаба отряда кораблей Военно-Морского Флота СССР в составе РКР «Слава» и СКР «Пытливый» был назначен капитан 1 ранга В. Крикунов. В Средиземном море, на подходе к о. Мальта, были пополнены все виды запасов и окончательно подготовили помещения к переговорам. В каюте командира крейсера «Слава» размещалась резиденция М.С. Горбачева. В каюте флагмана – резиденция президента США Дж. Буша. Постоянно поддерживалась прямая связь с Кремлем. На «Славе» состоялась дружеская встреча матросов «Белкнапа» и «Славы», по 50 человек с той и другой стороны.
1 декабря М.С. Горбачев прибыл на о. Мальта из Милана. Кортеж машин направился в бухту Марсашллок, у одного из причалов которой стоял теплоход «Максим Горький» – резиденция советского руководителя. Утром 1 декабря в Валетту прибыл президент США Дж. Буш. Из аэропорта на вертолете он сразу вылетел на авианосец «Форрестол», где в честь президента был устроен воздушный парад палубной авиации. Затем он выступил с речью перед экипажем авианосца.
Но ночью 2 декабря неожиданно задул сильный, шквалистый ветер. Начался циклон, который бывает на Мальте один раз в 50 лет. Ветер бил в левый борт, и «Славу» начало разворачивать носом на ветер, а корма с бочкой поползла в сторону берега. На крейсере объявили учебную тревогу, запустили двигатели, вызвали буксиры, лоцмана. А вскоре ветер достиг восьмибальной величины. Ситуация сложилась крайне напряженная: выйти в море в таких условиях практически невозможно, стать к причалу при таком ветре тоже невозможно, оставалось надеяться на помощь буксиров и прочность якорь-цепей крейсера.
Под утро раздался звонок телефона правительственной связи – звонил министр обороны СССР Маршал Советского Союза Д.Т. Язов, он уточнил ситуацию на Мальте и высказал пожелание все же переговоры обеспечить. Утром состоялось совещание на «Максиме Горьком» и там приняли решение начать переговоры на теплоходе, а если ветер стихнет, то с 13 часов дня продолжить переговоры на «Славе». 2 декабря до обеда переговоры прошли на теплоходе «Максим Горький», а после обеда ветер так усилился, что Дж. Буш не смог добраться катером на теплоход и переговоров после обеда вообще не было. 3 декабря шторм продолжался, и на «Белкнапе» переговоры тоже не состоялись.
Утром, в 9 часов, из-за сложных погодных условий Дж. Буш с большим трудом перешел на белый катер с флагом президента США и в сопровождении катеров охраны направился к «Славе». Катер с Дж. Бушем медленно прошел в 10 метрах от правого борта, президент стоял на верхней площадке в светлом костюме, приветливо махал обеими руками, показывал в знак одобрения большой палец, а экипаж советского крейсера выстроился вдоль борта и приветствовал президента США. У форштевня крейсера катер развернулся и пошел по направлению к теплоходу «Максим Горький». Спустя некоторое время была получена радиограмма от Дж. Буша с выражением восхищения крейсером «Слава» и сожалением, что ему не удалось побывать на борту корабля и встретиться с экипажем. Таким образом, президент США отдал дань уважения ракетному крейсеру «Слава» и в его лице всему Военно-Морскому Флоту СССР.
Ракетный крейсер «Слава» (ныне крейсер «Москва») ЧФ
Уже в Севастополе экипаж «Славы» получил Меморандум президента США с благодарностью за участие в переговорах и самыми добрыми пожеланиями. И лишь только в январе 1990 года М.С. Горбачев передал на «Славу» свою фотографию с личной подписью и в подарок часы «Слава» командиру корабля.
Встреча лидеров двух сверхдержав – СССР и США – на Мальте оказалась в тени в бурном потоке международных событий эпохи перестройки. Может быть, потому что не было подписано никаких совместных документов и даже не выпущено коммюнике о встрече. И сведения о том, что там происходило, можно было получить только от узкого круга присутствовавших лиц, а они не склонны были особенно распространяться, поскольку встреча имела, в общем-то, закрытый характер. Но встреча на Мальте обозначила конец холодной войны. Потому что именно здесь две сверхдержавы, 45 лет державшие весь мир в напряжении конфронтацией друг с другом, отказались считать себя противниками. И наш Военно-Морской Флот активно способствовал, чтобы эта историческая встреча прошла успешно.
Переговоры М.С.Горбачева и Дж.Буша на борту «Максима Горького» (1989 г.)
Состояние Военно-Морского Флота СССР на конец 1980-х годов
Холодная война вынудила Советский Союз в короткие сроки (50-е-80-е гг.) создать мощный ракетно-ядерный Военно-Морской Флот, способный противостоять Флоту США. Советский Флот, разделив первое место в мире с ВМС США, обошел его по размерам подводного флота, а также в некоторых военно-технических направлениях своего развития.
Ведущее положение ВМФ СССР прочно удерживалось, например, в таких областях, как скорость и глубина погружения подводных лодок; в использовании в кораблестроении нетрадиционных материалов (титан, стеклопластик); в развитии и совершенствовании боевых кораблей с динамическими принципами поддержания всех известных типов: амфибийных скеговых кораблей на воздушной подушке (КВП), самых крупных кораблей на автоматически управляемых подводных крыльях, экранопланов. Советские боевые корабли, как правило, отличались великолепным дизайном, отличной мореходностью, наивысшей в мире полезной нагрузкой.
В состав сил Флота (стратегических и общего назначения) входило более 100 эскадр и дивизий, а общая численность личного состава ВМФ СССР составляла около 450 000 (в т. ч.12,6 тыс. в морской пехоте). Расходы на ВМФ СССР в 1989 году составили 12,08 млрд. рублей (при общем военном бюджете в 77,294 млрд. рублей, из них 2993 млн. рублей на закупку кораблей и катеров и 6531 млн. на техническое оснащение). В боевом строю Флота находилось 160 надводных кораблей океанской и дальней морской зоны, 83 стратегических атомных ракетных подводных ракетоносца второго поколения, 113 многоцелевых атомных подводных лодок и 254 дизельэлектрических.
Состав ВМФ СССР на конец 1980-х годов: 64 атомные подводные лодки с баллистическими ракетами, 15 дизельных подводных лодок с баллистическими ракетами, 79 подводных лодок с крылатыми ракетами (в т.ч. 63 атомные), 80 многоцелевых торпедных атомных подводных лодок (все данные по ПЛ на 1 января 1989 года), четыре авианесущих корабля, 96 крейсеров, эсминцев и ракетных фрегатов, 174 сторожевых и малых противолодочных корабля, 623 катера и тральщика, 107 десантных кораблей и катеров. Всего 1380 боевых кораблей (не считая вспомогательных судов), 1142 боевых самолета (все данные по надводным кораблям на 1 июля 1988 года).
На 1991 год на судостроительных предприятиях СССР строилось: два авианосца (в т. ч. один атомный), 11 атомных подводных лодок с баллистическими ракетами, 18 многоцелевых атомных подводных лодок, семь дизельных подводных лодок, два ракетных крейсера (в т. ч. один атомный), 10 эскадренных миноносцев и больших противолодочных кораблей и др.
На конец 1980-х годов Военно-Морской Флот СССР являлся вторым по силе (после ВМС США) флотом мира.