Коммунизм против капитализма. Третий раунд

Дмитрий Игнатьев
Коммунизм против капитализма. Третий раунд

Большую роль в приходе гитлеровцев к власти сыграла немецкая военщина. Тесный союз гитлеровцев с генералитетом сложился сразу после появления нацистской партии. Фашистский переворот 1933 г. осуществлялся при активном содействии президента Германии – военного деятеля первой мировой войны главнокомандующего вооружёнными силами фельдмаршала Гинденбурга. Нацистскую партию и рейхсвер давно объединяли общие цели подготовки тотальной войны, антикоммунизм и реваншизм.

Против прихода фашистов к власти решительно выступила Коммунистическая партия Германии. Она развернула самоотверженную борьбу против установленного террористического режима.

30 января 1933 г., в то самое время, когда отряды СА устраивали митинги и факельные шествия в честь правительства Гитлера, ЦК КПГ обратился к СДПГ и христианским профсоюзам с призывом провести всеобщую генеральную забастовку, направленную на свержение нового правительства, и определил его как «правительство открытой фашистской диктатуры… грубое и неприкрытое объявление войны трудящимся, немецкому рабочему классу». «Кровавый варварский режим фашистского террора навис над Германией», – отмечала КПГ.

Правление СДПГ отклонило обращение Компартии Германии от 30 января.

На нелегальном заседании ЦК КПГ, состоявшемся 7 февраля, Э. Тельман охарактеризовал правительство Гитлера как открытую фашистскую диктатуру. «В лице Гитлера рейхсканцлером стал человек, поставивший во главу угла своей внешней политики войну против Советского Союза». В качестве ближайшей цели руководство КПГ выдвинуло свержение фашистской диктатуры единым фронтом рабочего класса и его союзников.

В конце января-феврале по призыву коммунистов во многих городах Германии прошли совместные демонстрации и митинги, требуя свержения гитлеровского правительства. В труднейших условиях многие передовые немецкие рабочие вели самоотверженную борьбу против фашистской диктатуры. Однако совместные действия трудящихся не приняли массового характера. Лидеры СДПГ и Всеобщего объединения немецких профсоюзов саботировали создание единого фронта, занимая откровенно антикоммунистические позиции. Не противостояли фашистскому перевороту и буржуазные партии.

Значительная часть населения была введена в заблуждение гитлеровской демагогией и поддержала нацистский режим. Некоторая часть немецкого народа заняла выжидательную позицию.

Захват власти в Германии фашистами – не случайное явление. Фашистская диктатура не была властью, которая, как пытаются доказать буржуазные фальсификаторы истории, стояла над классами. Эта власть представляла собой одну из форм политического господства монополистической буржуазии, форму террористической диктатуры крупного финансового капитала.

Сразу после переворота гитлеровцы развернули репрессии против Коммунистической партии. Приказом Геринга были запрещены собрания и демонстрации коммунистов. 23 февраля 1933 г. полиция произвела налёт на здание ЦК КПГ. Однако разгромить Компартию было далеко не просто, она пользовалась огромным авторитетом и доверием значительной части немецкого населения.

Чтобы развязать себе руки и перейти к открытому массовому террору, гитлеровцы решились на чудовищную провокацию – поджечь рейхстаг и обвинить в этом коммунистов.

В ночь на 28 февраля 1933 г. поджигатели рейхстага собрались в доме председателя рейхстага Геринга. По подземному ходу они проникли в здание парламента и совершили там своё чёрное дело. Вскоре было опубликовано правительственное сообщение, в котором виновниками поджога объявлялись коммунисты. Гитлер, прибыв к месту происшествия, в присутствии многочисленных журналистов воскликнул: «Это перст божий! Теперь никто не помешает нам уничтожить коммунистов железным кулаком»!

Обстоятельства поджога рейхстага были документально раскрыты на Нюрнбергском процессе, но западногерманские неофашисты в 60-х годах снова стали распространять гитлеровскую версию поджога рейхстага. В связи с этим директор института истории Берлинского университета В. Хофер в 1969 г. заявил: «Приказ о поджоге поступил из высших сфер нацистской партии, и он был выполнен специальной командой сотрудников служб СС и СА» (стр. 135).

После поджога рейхстага антикоммунизм стал официальной государственной доктриной германской империи. Организации КПГ, её активисты подверглись жестокому фашистскому террору. В стране было объявлено чрезвычайное положение. Начались массовые облавы и аресты. В ночь на 28 февраля было арестовано более 10 тыс. человек. 3 марта фашисты схватили руководителя Коммунистической партии Германии Э. Тельмана.

5 марта 1933 г. состоялись выборы в рейхстаг. Несмотря на свирепый террор, Коммунистическая партия собрала 4 млн. 848 тыс. голосов, что свидетельствовало о доверии к ней широких слоёв народа. Однако гитлеровцы не допустили коммунистов-депутатов в рейхстаг и аннулировали их мандаты. Коммунистическая партия Германии была официально запрещена, а не успевшие скрыться депутаты-коммунисты арестованы.

24 марта рейхстаг предоставил Гитлеру чрезвычайные полномочия. В начале августа 1934 г. после смерти Гинденбурга пост президента был упразднён, и Гитлер официально сконцентрировал в своих руках всё управление страной.

Придя к власти, нацисты поставили своей целью истребить передовую часть пролетариата. Рабочие и демократические организации были разгромлены. Террор фашистов прежде всего направлялся против коммунистов. Из 300 тыс. человек, состоявших в партии к началу 1933 г., 150 тысяч подверглось преследованиям, были брошены в тюрьмы и концентрационные лагеря, десятки тысяч членов партии убиты. Всего по стране было уничтожено 200 тыс. человек, около миллиона томились в заключении.

В начале мая 1933 г. гитлеровцы разогнали профсоюзы. Созданный ими так называемый «Немецкий трудовой фронт», включавший как рабочих, так и предпринимателей, должен был демонстрировать отсутствие в фашистском государстве классовых противоречий. Его задача состояла в том, чтобы полностью подчинить рабочих предпринимателям и закрепить их за предприятиями.

Фашистская Германия постепенно превращалась в международную базу контрреволюции. В борьбе против революционного движения гестапо сотрудничало с полицией Австрии, Венгрии, Италии, Польши, Румынии, Чехословакии и других стран.

С 21 сентября по 23 декабря 1933 г. в Лейпциге проходил провокационный судебный процесс по делу о поджоге рейхстага. Организаторы пожара посадили на скамью подсудимых выдающегося деятеля международного коммунистического и рабочего движения Г. Димитрова, в лице которого суд должен был обвинить Компартию Германии, Коминтерн, Советский Союз. Лейпцигский процесс был призван дать гитлеровцам идеологическое оружие для антисоветской войны. Но Димитров, сумевший превратить этот процесс в суд над фашизмом, опрокинул все планы нацистов. Мощная волна антифашистского движения во всём мире, мужественная и умелая защита Димитровым дела коммунизма, разоблачение им провокаторов и фашистского судилища – всё это привело лейпцигский процесс к позорному провалу. Фашисты не смогли доказать причастность Димитрова к пожару. Признав фактически полную бездоказательность обвинения, суд был вынужден оправдать бесстрашного революционера.

Вслед за Коммунистической партией гитлеровцы запретили и социал-демократическую (не помогло правым лидерам СДПГ их заигрывание с фашистами и предательство интересов рабочего класса) и остальные буржуазные партии, кроме своей национал-социалистской. Все буржуазные партии тут же поспешили заявить о самороспуске.

Но немецкие коммунисты продолжали сражаться и в глубоком подполье. В секретном циркуляре гестапо (политическая полиция, созданная Герингом в апреле 1933 г.) от 3 июня 1935 г. говорилось: «Находящаяся на нелегальном положении коммунистическая партия Германии не только не прекращает своей деятельности, но и продолжает её в широких масштабах» (стр. 137).

С установлением фашистского режима всё более усиливались гонения на еврейское население Германии. В 1933–35 гг. были изданы законы, запрещающие евреям работать в государственных учреждениях, служить в армии; их лишили прав гражданства, запретили браки с «арийцами». Вскоре нацисты перешли к прямому террору, организуя погромы и бесчеловечные расправы. Впоследствии евреи были переданы в распоряжение СС, гестапо и уничтожались в лагерях смерти. Очень легко было разжечь межнациональную рознь и свалить на коммунистов и евреев все беды, которые обрушились на трудящихся Германии, уводя от внимания главного врага трудового народа – крупный финансовый монополистический капитал, которому верой и правдой служили нацисты.

Одновременно германские империалисты развернули военно-экономическую подготовку страны.

Являясь председателем союза германских промышленников, Крупп представил Гитлеру проект реорганизации промышленности страны, чтобы ускорить перевооружение рейхсвера. (Рейхсвер – вооружённые силы Германии в 1919–1935 гг., ограниченные по составу и численности условиями Версальского договора. Вербовались по найму 115 тыс. человек). Его фирма одна из первых приступила к массовому производству военной продукции. На конвейерах появились танки. На кильских судоверфях Крупп начал широкое строительство подводных лодок, минных тральщиков, эсминцев; на побережье Балтийского моря испытывалось новое зенитное орудие.

Крупные военные заказы от правительства получили и другие концерны, способные наращивать производство вооружения.

О темпах роста военной промышленности Германии можно судить по данным выпуска самолётов. В 1931 г. их было произведено лишь 13, в 1933–368, в 1935–3183. Это были преимущественно военные самолёты или такие «гражданские», которые легко можно было переоборудовать в военные (стр. 140).

Старые предприятия вскоре перестали удовлетворять потребности рейхсвера. В срочном порядке началось возведение новых. В первые три года фашистской диктатуры вступило в строй более 300 военных заводов, в том числе 55–60 авиационных, 45 автомобильных и бронетанковых, 70 военно-химических, 15 военно-судостроительных и 80 артиллерийских.

 

Стремительно нарастали капиталовложения в военное производство, Если в 1932 г. они составляли 24 % от общего объёма капиталовложений в экономику, то в 1935 г. – уже 57 %.

Милитаризация экономики способствовала процессу концентрации и централизации капитала и всевластия монополий. По данным германского статистического управления, в конце 1935 г. доля концернов составляла от 76 % до 85 % в каменноугольной промышленности, чёрной металлургии и производстве электроэнергии. Концерны контролировали до 85 % всего акционерного капитала.

Быстро набирали силу фирмы, которые представляли бурно развивающиеся отрасли военного производства. Среди них ведущее место занимал концерн Круппа. Количество его рабочих стремительно увеличивалось и в конце 1935 г. составило 90 тыс. человек. Концерн представлял собой гигантский комплекс металлургических, машиностроительных, танковых, артиллерийских, автомобильных, авиационных и судостроительных заводов. Его обороты выросли со 191 млн. марок в 1932/33 г. до 896 – в 1936/37 г. За это время вдвое увеличились обороты концернов Сименса и «ИГ Фарбениндустри», в восемь-девять раз – концерна «Юнкерс». Деятельное участие в вооружении фашистской Германии принял концерн Цейса, изготовлявший точные оптические приборы, так необходимые в авиации, артиллерии, на боевых кораблях.

Главными источниками финансирования стремительно растущей военной экономики Германии было увеличение всякого рода поборов с трудящихся: прямых и косвенных налогов, принудительно размещаемых государственных займов, поборов в фонд «трудового фронта» и т. д. В гигантских военных приготовлениях первых лет фашистской диктатуры на проведение крупных работ использовался и принудительный труд 4 миллионов безработных за грошовое вознаграждение. Гитлеровцы хвастливо заявляли, что таким образом они успешно решили проблему занятости рабочей силы, сэкономив при этом крупные средства при создании военного хозяйства.

С ростом военных заказов быстро росли прибыли самых крупных военных концернов. Так, чистая прибыль концерна «ИГ Фарбениндустри» с 71 млн. марок в 1923 г. возросла до 153 млн. в 1936 г.; «Стального треста» – со 121 млн. марок в 1934 г. до 257 млн. в 1937 г.; концерна Круппа – с 7 млн. марок в 1932/33 г. до 91 млн. в 1935/36 г. (стр. 142).

Таким образом, происходило стремительное сращивание крупного монополистического капитала и военщины, усиливалась милитаризация экономики страны.

Чтобы не прекращался приток капитала и военно-стратегического сырья извне, монополисты советовали Гитлеру заверять западные державы в лояльном к ним отношении, что полностью совпадало с расчётами фюрера. Постоянно напоминая представителям правящих кругов США, Англии, Франции о своей ненависти к Советскому Союзу и планах войны только с ним, Гитлер стремился в полной мере воспользоваться их финансово-экономической, и политической поддержкой.

Новый этап в экономической подготовке к войне наступил с введением в действие «четырёхлетнего плана» развёртывания военного производства, который в сентябре 1936 г. был утверждён на съезде нацистской партии в Нюрнберге. Месяцем раньше Гитлер издал секретный меморандум об экономической подготовке к войне, в котором были чётко определены задачи и поставлены сроки: «1) через четыре года мы должны иметь боеспособную армию, 2) через четыре года экономика Германии должна быть готова к войне».

В процессе подготовки к войне фашистский режим развернул в невиданных масштабах идеологическую обработку населения. В 1933 г. было создано министерство пропаганды, которое возглавил Геббельс, один из поджигателей второй мировой войны.

Народное образование, печать, радио, библиотеки, музеи, театры, кино – все средства духовной культуры министерство взяло под свой контроль и поставило на службу агрессивной политике нацистов. По словам Гесса, заместителя Гитлера по партии, воздействие новых идей распространялось не только на политику, но и на искусство и литературу, науку и экономику, на силы обороны страны и на рабочую силу, на общество и семью.

Дополняя методы террора, пропаганда должна была обеспечить полный контроль фашистов над мыслями и чувствами масс. Пропаганда, поучал Гитлер, должна быть направлена «главным образом, на чувства и только в очень ограниченной степени рассчитана на так называемый разум…Чем скромнее её научный балласт, чем больше концентрирует она своё внимание на чувствах масс, тем значительнее её успех» (стр. 145).

Задачу всей пропаганды гитлеровцы видели в массированном идеологическом и психологическом воздействии на массы путём внушения агрессивных фашистско-милитаристских лозунгов, выражавших суть их политической и военной доктрины: «Германия превыше всего!», «Народ, к оружию!», «Мы будем маршировать дальше!», «Мы устремляемся на Восток!», «Покончим с коммунизмом!».

Основные усилия геббельсовской пропаганды были сконцентрированы на идеологической и политической подготовке масс к захватнической войне, к борьбе за «жизненное пространство», которым немецкий народ был незаслуженно обделён историей. Малоземельным и безземельным крестьянам гитлеровцы обещали землю на Востоке.

В ранг официальной науки была возведена геополитика, которая изучалась во всех университетах «третьего рейха». Созданный нацистами «Союз геополитики» призывал: «Не ограничивайся рамками тесного, небольшого пространства, а мысли масштабами великих и обширных пространств, масштабами континентов и океанов, и следуй этим путём за своим фюрером»!

Для обоснования «законности» агрессии и «права» нацистской Германии на порабощение других народов, использовалась расовая теория. Нацистская пропаганда внушала немцам, что они «избранный народ», самой «судьбой и кровью» определены к господству, воспитывала у них высокомерное отношение и пренебрежение к другим народам; особенно к славянам как представителям «низшей расы», которых фашистские варвары планировали поработить и истребить, а их земли заселить немцами.

Гитлер объявил чистоту расы единственной предпосылкой «правильного» мировоззрения. На съезде нацистской партии в 1935 г. расовая «наука» была объявлена «важнейшей основой национал-социалистского понимания природы и человеческой истории», «основой законодательства национал-социалистского рейха» (стр. 147).

Ядром фашистской идеологии и основным направлением её пропаганды был антикоммунизм. Фашисты изображали коммунизм и первое социалистическое государство «врагами всего мира», а «третий рейх» объявили «бастионом западной цивилизации», требуя предоставления Германии полной свободы в вопросах вооружения и организации «крестового похода» на Восток. Нацистская антикоммунистическая пропаганда тесно смыкалась с дипломатией, которая строила свои расчёты на максимальном использовании антисоветских настроений правящих кругов США, Англии, Франции, Польши и других капиталистических стран. Фашистские руководители и дипломаты уверяли, что Германия вооружается только ради обеспечения своей безопасности и ограждения других европейских государств от «угрозы большевизма».

В то же время Гитлер, пришедший к власти при сочувствии и поддержке монополистов США и Англии, с помощью которых он продолжал вооружаться, вовсе не намеревался превращать Германию в орудие их политики.

Немецкие империалисты преследовали свои собственные цели: коренным образом переделить мир, создать грандиозную колониальную империю, сокрушить капиталистически конкурентов, социалистическое государство и завоевать мировое господство.

Милитаристская сущность нацистской идеологии концентрировалась в теории насилия, возвеличивавшей войну. Гитлер утверждал, что «права и претензии германской нации» могут быть осуществлены только лишь «средствами политики силы» вплоть до «использования отточенной немецкой шпаги». Пропагандируя подобные изречения фюрера, нацистская пропаганда насаждала в стране дух милитаризма, культ солдафонства; воспевались прусские военные традиции, на щит поднимались немецкие завоеватели, и среди них особенно Фридрих II.

Все усилия пропаганды сосредоточивались на том, чтобы отравить сознание немецкого народа и бросить его в пекло войны во имя интересов германского империализма. Расчищая путь фашистской идеологии, нацисты изъяли из библиотек, книжных магазинов и у населения всю прогрессивную литературу. На улицах и площадях городов, у университетов и библиотек запылали костры, сложенные из книг – драгоценного достояния человеческой мысли. Фашистские варвары сжигали произведения Маркса, Энгельса, Ленина, классиков мировой литературы, выдающиеся творения немецких прогрессивных писателей. Более двух тысяч видных учёных, представителей науки и искусства, в том числе А. Эйнштейн, Т. Манн, А. Цвейг, покинули страну, десятки тысяч попали в тюрьмы и концлагеря.

На основании указаний фашистского руководства все пропагандистские организации Германии сосредоточивали своё внимание на идеологической обработке молодёжи, видя в ней резерв вермахта. Они превратили систему образования в орудие воспитания ненависти к другим народам, презрения и чудовищной жестокости к ним. Гитлеровские главари похвалялись тем, что из молодых людей они делают «диких зверей».

Армия нацистской Германии впитывала дух расизма и реваншизма. Вся система воспитания готовила почву для тех неслыханных злодеяний, которые гитлеровская Германия творила в годы второй мирровой войны.

В тесной связи с идеологической подготовкой войны находилась военно-теоретическая деятельность германских милитаристов. Почти все военные теоретики Германии были сторонниками фашистского режима, его идеологии и целиком поставили себя на службу агрессивной политике. Большинство военных теоретиков «третьей империи» воспевали войну как борьбу за выживание нации, как выражение способности расы или народа к развитию, как право сильного уничтожать слабого.

Ядром военной доктрины служила теория тотальной войны, разработанная немецкими военными теоретиками ещё в двадцатые годы. Под «тотальной» фашистские теоретики понимали войну всеобъемлющую, в которой допустимы все средства и методы для разгрома и уничтожения противника. В центре внимания фашистских военных теоретиков была проблема подготовки населения страны к активному участию в войне. Генерал Людендорф писал: «Центр тяжести тотальной войны в народе». Главным условием создания высокого морального духа населения и армии теоретики считали укрепление режима военной диктатуры фашистского типа, а основными методами – террор против демократических и антивоенных сил, широкое использование национальной и социальной демагогии. Не менее важное значение они придавали заблаговременной и всеобъемлющей подготовке германской экономики к войне.

Фашистский военный журнал провозглашал: «Война будущего является тотальной не только по напряжению всех сил, но и по своим последствиям; иными словами: по внутренней логике тотальной войны ей соответствует такая же победа. Тотальная победа означает полное уничтожение побеждённого народа, его полное и окончательное исчезновение со сцены истории (выделено мною, Д. И.)» (стр. 153–154).

Фюрер откровенничал с одним их своих приближённых: «Воздушные налёты, неслыханные по своей массированности, диверсии, террор, акты саботажа, покушения, убийства руководящих лиц, сокрушительные нападения на все слабые пункты вражеской обороны внезапно, в одну и ту же секунду… Я не остановлюсь ни перед чем. Никакое так называемое международное право не удержит меня от того, чтобы использовать представляющееся мне преимущество. Следующая война будет неслыханно жестокой и кровавой (выделено мною, Д. И.)» (стр. 154). Так обосновывались и оправдывались варварские методы ведения войны, применённые гитлеровцами вскоре на практике.

Немецкие военные теоретики, как правило, отдавали себе отчёт в том, что затяжная война может обернуться для страны катастрофой, поэтому теория тотальной войны включала в себя стратегическую концепцию «молниеносной войны», которая вполне отвечала авантюристическим устремлениям фашистских руководителей и пользовалась их безусловной поддержкой.

Военное строительство в «третьем рейхе»

С приходом гитлеровцев к власти немедленно был взят курс на создание массовой многомиллионной механизированной армии.

Быстрое развёртывание 100-тысячного рейхсвера в массовую армию стало возможным потому, что эта армия создавалась ещё в годы Веймарской республики. Уже тогда были подготовлены кадры офицеров и унтер-офицеров, разработаны образцы вооружения и налажено их производство. Однако темпы роста вооружённых сил в первые же годы господства нацистов намного превзошли намерения генералов рейхсвера.

 

В марте 1935 г. вышел закон о создании вермахта (такое официальное название получили вооружённые силы фашистской Германии) и введении всеобщей воинской повинности. Вермахт делился на три вида: сухопутную армию, военно-морской и военно-воздушный флоты, имевшие собственные главные командования.

В связи с введением всеобщей воинской повинности гитлеровское правительство официально заявило, что не считает связанным себя ограничениями в вопросах вооружения, наложенными Версальским договором. Западные державы реагировали на это лишь формальными нотами протеста, то есть, фактически поощряли создание гитлеровцами современной высокомоторизованной массовой армии, оснащаемой самой совершенной военной техникой и оружием. Численность сухопутных сил к концу 1935 г. достигла 300 тыс. человек, то есть в три раза превысила версальские ограничения. А с учётом ВМФ и ВВС, а также всех вспомогательных войск, общая численность вермахта достигла 900 тысяч (стр. 156).

Базой для формирования вермахта служил не только рейхсвер, но и полиция, значительная часть которой была на казарменном положении.

Военной подготовкой молодёжи к службе в вермахте и воспитанием её в милитаристско-фашистском духе служил гитлерюгенд, насчитывавший к началу войны до 8 млн. юношей.

Подготовку кадров для танковых и моторизованных войск вёл нацистский автомобильный корпус, охвативший до 400 тыс. автомобилистов и имевший прекрасную материальную базу. В течение двух лет гитлеровцам удалось создать три танковые дивизии, одной из которых командовал Гудериан.

Ещё более быстрыми темпами развивалась авиация. В марте 1935 г. Геринг хвастливо заявил: «Я намереваюсь создать военно-воздушные силы, которые, когда пробьёт час, обрушатся на врага подобно карающей деснице возмездия. Противник должен считать себя побеждённым ещё до того, как он начнёт сражаться» (стр. 157). Основное внимание сосредоточивалось на наступательных силах – бомбардировочной авиации. К 1933 г. «Спортфлюг» и его филиалы подготовили 3200 лётчиков и 17 тыс. планеристов. В июле 1934 г. была принята программа строительства ВВС, которая предусматривала создание военно-воздушных сил в составе 4021 самолёта.

Для развития военно-морского флота гитлеровцы от Веймарской республики получили ещё более солидную базу, чем для ВВС. С 1933 г. гитлеровцы значительно расширили программу и ускорили темпы военно-морского строительства. Численность личного состава ВМС за два года увеличилась более чем вдвое.

Новым толчком к усилению гонки военно-морских вооружений послужило англо-германское соглашение, заключённое 18 июня 1935 г. Германия получила право иметь флот, составляющий 35 %, а по подводному – 45 % от английского, причём в будущем она могла создать подводный флот, равный английскому. Для гитлеровцев это соглашение имело огромное военное и политическое значение. Оно фактически легализовало перевооружение фашистского рейха и поощряло его руководителей на дальнейшие нарушения международно-правовых обязательств и вызвало ликование в стане гитлеровцев.

После заключения морского соглашения развернулось лихорадочное строительство большого германского флота. 12 подводных лодок, тайное строительство которых началось давно, немедленно вошли в строй. Кроме уже заложенных на стапелях, вскоре началось строительство двух линкоров, ряда тяжёлых крейсеров, эсминцев, 24 подводных лодок.

2 августа 1934 г. сразу же после смерти президента Гинденбурга, верховным главнокомандующим вооружёнными силами был объявлен Гитлер, и в тот же день войска были приведены к присяге на верность фюреру: «Клянусь перед господом богом этой священной присягой безоговорочно повиноваться фюреру германской империи и народа – Адольфу Гитлеру, верховному главнокомандующему вооружёнными силами…» (стр. 159).

Кульминационным пунктом лихорадочной деятельности гитлеровцев по превращению Германии в государство войны в 1933–1935 гг. был седьмой съезд национал-социалистской партии, состоявшийся в сентябре 1935 г. Съезд был назван «партийным съездом свободы», а 1935 год – «годом свободы». Нацисты объявили, что теперь, наконец, немцы обрели долгожданную «свободу» – военный суверенитет, свободу вооружаться.

Съезд прошёл как открытая демонстрация быстро возраставшей военной мощи фашистского государства и как грандиозная пропагандистская акция, предназначенная для идеологической и психологической обработки немецкого населения в интересах подготовки войны.

Создав к 1935 г. довольно внушительную военную силу, гитлеровцы начали переходить к отдельным агрессивным акциям. Первой такой акцией была операция под кодовым названием «Шулунг», которая предусматривала вступление вермахта в демилитаризованную Рейнскую зону. 7 марта 1936 г. Германия оккупировала Рейнскую зону и разорвала локарнские соглашения.

Осенью 1935 г. командование вермахта разработало детальный план войны против Франции под кодовым названием «Рот», план вторжения в Австрию – «Отто» и Чехословакию – «Грюн».

В полную силу заработал немецко-фашистский генеральный штаб, планировавший огонь и смерть соседним странам вплоть до физического уничтожения целых народов. Казалось бы, все страны, все политические партии должны объединиться, чтобы сообща стать на пути германской агрессии. Но этого не произошло. Напротив, США, Англия и Франция вместо противодействия всё более поощряли агрессивные планы фашистской Германии.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61 
Рейтинг@Mail.ru