Наконец, мы прибыли в Кэррей. Позади было несколько однообразных дней – дорога, привал, дорога, гостиница и по новой. От сестричек и Хассеррана не было никаких новостей, но меня это особо не волновало. Либо, приедут на день позже, либо вернутся обратно в Даркайн – оба варианта меня полностью устраивали.
Сонррайн, после признания о том, что неприятность с нашими, так сказать, конкурентами, произошла исключительно по моей вине (и инициативе), обращать внимания на меня перестал, хотя, по–прежнему, везде сопровождал. Как–никак, именно он – телохранитель принцессы и ответственный за её жизнь до возвращения (надеюсь, скорого) в Даркайн. Лайрран, наоборот, осмелел и, в моём присутствии, вел себя так, словно мы с ним друзья детства. Что ж – я была не против, мне очень нравился этот особенный выпускник, он подкупал своей искренностью, а также веселым и добрым нравом – совсем не тот молодой нахал, каким он был в Воинской Школе. Сачар по вечерам учил меня кэррейскому этикету, хотя слушала я его вполуха. Я представляю Даркайн, а значит, не буду прогибаться под их традиции и устои. Скажите спасибо, что не планирую их нарушать, хотя, как знать…
От границы Кэррей и Нейтральных Земель до самого города, обнесённого высокой каменной стеной, пролегала широкая дорога. Как рассказал Сачар, был ещё и обходной путь, который пролегал мимо одного леса с недоброй славой. Мы, кстати, видели его издалека. Густая стена высоких хвойных деревьев, словно чёрная клякса посреди белого листа. Зрелище удручающее.
Сонррайн передал стражникам, стоящим на воротах, какой–то свёрнутый в трубку лист бумаги, с большой алой печатью, после чего, все, кто был у ворот, засуетились, быстренько пропустили нас в город и вот, здравствуй Кэррей!
В окно кареты я видела небольшие деревянные и каменные дома. Сачар рассказывал, что на главной улице в основном располагаются лавки, ремесленные дома, а также трактиры, здания гильдий и другие строения, принадлежащие городу.
Чуть позади них, располагались гостиницы и гостевые дома для тех, кто оставался в городе лишь на время, по своим, личным делам. Сам город делился на несколько районов, в каждом из которых проживали люди определённого благосостояния или профессии.
Так, у ремесленников был свой, отдельный квартал, представители творческих и интеллигентных профессий – учителя, писатели, музыканты, занимали другой район, знать и приближённые к Имперскому Двору селились недалеко от его стен, и даже у представителей низших сословий было своё место, куда, впрочем, никто другой заходить и не желал.
Как только наша процессия приблизилась к воротам Имперского Двора, их тут же открыли. Мы въехали на центр большой площади и остановились. Я сразу хотела выскочить из кареты и хорошенько осмотреться по сторонам, но Сачар, сидевший в карете напротив меня, показал жестом, мол, обожди и спокойно ещё посиди. В окошко я видела, как Сонррайн элегантно спрыгнул с коня, подошёл к карете, открыл дверь и протянул мне руку.
– О, как, – хмыкнула я, и, с гордым видом, грациозно протянула учителю ладонь, а затем, как истинная принцесса, спустилась на отполированную до блеска каменную площадь. Сачар вылез из кареты вслед за мной. Лайрран подошёл ко мне с другой стороны, чем, собственно, загородил мне обзор. А посмотреть было на что.
Площадь блестела словно поверхность воды, видимо, камень для облицовки был закуплен в Даркайне и обработан нашими лучшими мастерами. Впереди возвышался белоснежный дворец, который хоть и не был также высок, как наш даркайнский, но, отдельные башни достигали впечатляющей высоты.
Два здания, по бокам от дворца, почти прилегали к нему и тянулись вдоль каждой стены. На их балконах уже стояли желающие разглядеть даркайнскую принцессу, своим шумом и гамом создавая эффект огромной толпы. По высокой лестнице, ведущей к гигантским массивным дверям – входу в кэррейский дворец, уже спускались Его Величество Ойлар в сопровождении кривоногого сыночка–принца и королевы Раниты, а также их свиты.
– Рокайя, давай без дураков, – тут же прошептал мне Сачар. – Пока это только знакомство, так что покажи себя с лучшей стороны.
– Поняла, – прошептала я и величественным шагом направилась в сторону приближающейся к нам королевской семьи. Сонррайн и Лайрран не отходили от меня ни на шаг, внимательно осматриваясь по сторонам.
Ещё на въезде в земли Кэррей, все мы переоделись в более представительные одежды, даже воины достали из седельных сумок аккуратно сложенную парадную форму, в которой они встречаются с представителями других земель – внешне она не сильно отличалась от их повседневной униформы, но в ней преобладали бордовые и золотые, благородные, цвета.
Я же надела для встречи с представителями власти в Кэррей небесно–голубое платье без рукавов, а сверху плотную серебристую кружевную накидку, украшенную драгоценными камнями, которая начиналась у шеи, доходила до середины груди и закрывала все открытые места, а также имела короткие рукава.
Свою гордость – длинные чёрные волосы, собрала по бокам и заколола на затылке серебристыми шпильками. Сачар, также надев свой выходной тёмно–синий наряд, сказал, что я выгляжу достаточно пристойно и элегантно. Лайрран улыбнулся и, слегка смущаясь, пролепетал, что я буду в Кэррей красивее всех. Сонррайн лишь кивнул и промолчал.
– Добро пожаловать в Кэррей, принцесса Рокайя, – громко произнёс Ойлар и протянул мне руку. Я слегка поклонилась, протянула в ответ свою, и он её аккуратно пожал.
– И вам не хворать, – про себя произнесла я, вслух же сказала, – благодарю, Ваше Величество, для меня честь быть гостьей в Кэррей и принять участие в таком значимом событии для ваших земель.
Сачар поклонился следом и произнёс небольшую приветственную и, несколько, хвалебную речь, касаемо величия наших земель, планов на будущее и укрепления дружеских отношений между Даркайном и Кэррей. Всё это время, я разглядывала семейку, членом которой я не должна была стать.
Ойлар, невысокого роста, слегка полноватый мужчина лет сорока–сорока пяти. Жидкие кудрявые волосы, росшие по бокам, при всём старании местного парикмахера, не смогли скрыть обширную лысину, которая была заметна даже при надетой короне. Слегка раскосые глаза бегали во все стороны, как два хорька, пухлые губы растянуты в приветственной улыбке. Чёрно–золотистый плащ, с широкими рукавами, был немного больше по размеру, чем сам король, но его это, по–видимому, не смущало.
В общем, Ойлар выглядел, как добрый дядюшка, который не способен убить даже комара, но, за этой неказистой внешностью и маской простоты, скрывался холодный и расчётливый тиран, который мог пустить в расход собственную семью, если бы возникла необходимость. Об этом, мне также до въезда в Кэррей поведал Сачар.
Королева Ранита поприветствовала меня с более искренней, чем у Ойлара, улыбкой на губах. Наверное, потому, что внешне мы были с ней очень похожи. Обе черноволосые, глаза орехового цвета, высокие скулы и даже одного типа фигуры. Королева была облачена в длинное, бело–золотое платье, подчеркивающее каждый изгиб её тела и изящный золотой обруч вместо короны, большая часть которого была спрятана в волосах.
Интересно, свой смотр невест она проходила добровольно или не смогла вовремя сойти с дистанции и проиграть?
Принц Бьяан не отводил от меня жадный взгляд. Фигурой и внешностью он однозначно пошёл в отца, а волосами и цветом глаз – в мать. Только бегающие по моей фигуре глаза были ещё и выпучены слегка. А выпирающее пузцо из–под такого же, как и у отца, плаща, довершало полноту сходства с земноводным.
Я невольно бросила взгляд на Сонррайна и улыбнулась. Всё–таки, хоть учитель вредный и недолюбливает меня…надеюсь слегка, но смотрится он на порядок лучше, чем вся кэррейская королевская семья. Ну, кроме Раниты, она выглядит словно моя старшая сестра. Надеюсь, и добротой ко мне будет не обделена. По крайней мере, моими телохранителями не стыдно и прихвастнуть перед другими невестами, как–никак, о Воинской Школе знают во всех краях.
– …и жить будете вместе с четырьмя другими невестами в большом доме, – вырвал меня из раздумий голос Ойлара.
Так, стоп. Что значит, в одном доме? Да мы же поубиваем друг друга! Кто–то за то, чтоб устранить конкуренток и стать лягушкиной невестой, а кто–то, наоборот, как и я, сделает всё, чтобы проиграть. Пять женщин в одном доме, вы что? А где другие пять?
– Ваше Величество, я правильно поняла, что потенциальные невесты его высочества будут скопом, вместе с телохранителями и наставниками, жить под одной крышей? – спросила я, в надежде, что прослушанное мною предложение начиналось со слов: «Принц понимает, что слова всех претенденток о том, что они мечтают разделить брачное ложе исключительно с ним – такая же ложь, как и то, что и жить будете вместе с остальными невестами в большом доме»
Чуда, однако, не произошло.
– Всё верно, мы решили разделить кандидаток на два дома, мало ли что, – кивнул король. – Но вы не переживайте, у каждой кандидатки на руку и сердце принца Бьяана есть, как и у вас, наставник и охрана. В их задачу также входит разрешение мелких бытовых конфликтов между потенциальными невестами, а если случится что–то более масштабное – мы выделим людей для ликвидации проблем.
Ликвидации? Как–то совсем не оптимистично. Ну, Сачар, Сонррайн и Лайрран, полагаюсь на вас.
– Вы можете передвигаться по всей территории Имперского Двора без проблем, – продолжал свой рассказ король Ойлар, провожая нас в общий, для части кандидаток в невесты, дом. – Единственное условие – проход во дворец должен быть согласован со мной, королевой Ранитой, моим ближайшим советником – Самиром или генералом Армии Кэррей – Райханом. У нас уже были прецеденты в истории, когда шпионки, под предлогом смотра, проникали во дворец, с целью похищения разного рода ценностей и информации, не предназначенной для их ушей.
– Всё поняли? – нахмурив брови, посмотрела я на своих телохранителей, не скрывая, впрочем, смешинки в глазах.
Учитель со своим учеником, переглянувшись, проигнорировали мой вопрос и ответили напрямую кэррейскому монарху:
– Приказ ясен, король Ойлар.
Его Величество с довольной улыбкой кивнул, а затем прищурился и спросил у Сонррайна:
– А это не ты ли, молодой человек, выиграл наш Осенний Турнир три года назад?
Вредный учитель молча кивнул.
– Помню, я просил тебя остаться в Кэррей, даже должность правой руки генерала тебе предлагал, – улыбнулся Ойлар. – А ты мне хоть и вежливо, но отказал. Не жалеешь?
– Моя жизнь принадлежит Воинской Школе и Даркайну, – только и ответил Сонррайн.
– Верно, – засмеялся король. – Тем более, победителей этого турнира, на родине всю жизнь сопровождает слава и почёт. Правитель Вайнар поступил мудро, отправив с принцессой столь опытного воина. С такой охраной, она здесь точно не пропадёт.
– Благодарю, Ваше Величество, – склонив голову, ответил Сонррайн.
Пока король и вредный учитель обменивались любезностями, я крутила головой, осматривая наш временный дом, на ближайшие несколько недель, и окрестности.
Дом находился в отдалении от дворца, буквально в паре десятков метров от высокой каменной стены, отделявшей Имперский Двор от остальной части Кэррей. Фактически, мы жили на окраине большого сада, ибо всё вокруг утопало в зелени и цветах, манивших своей редкой красотой. Я понимаю желание королевской семьи – оставить десять прекрасных цветов, то есть нас, невест, окружённых цветущими клумбами и кустами, но, с непривычки, какофония запахов сражала наповал, аж в носу засвербело. Надеюсь, я не обзаведусь здесь этой…как её…ал–лер–ги–ей, как говорит более умный Сачар. Им бы более опытного садовника, который знает, где и как высаживать определённого вида цветы, чтобы получить гармонирующие между собой ароматы распустившихся бутонов. Не выдержав, я чихнула один раз, затем другой. Король Ойлар посмотрел на меня в недоумении, а Сачар тут же протянул мне платок.
– Не привыкла к столь яркому цветочному запаху, – словно извиняясь, пояснила я.
– Это бордовая роза из Зелёных Холмов, – улыбнулся Ойлар. – Потерпите ещё пару дней, она уже отцветает. Наш лекарь выращивает её для своих нужд, но, в каком бы месте нашего сада, он не высаживал её – прижилась она только здесь. В ближайшие несколько дней, его дочь, кстати, тоже участвующая в смотре, срежет все цветы.
– А где дом других кандидаток?
– В другой части сада. Что ж, отдыхайте и располагайтесь, сегодня у вас свободный день, а завтра планируется бал, где вас официально представят принцу.
Распрощавшись с нами, король, сославшись на срочные дела, удалился, перед этим пообещав, что наши вещи, в течение пары десятков минут, будут доставлены слугами в дом. Мы прошли внутрь небольшого на вид двухэтажного особняка. Если снаружи он был облицован мрамором и позолоченными вензелями, а ставни и двери были выкрашены белой краской, блестевшей на солнце, то внутри, помещение просторной гостиной было отделано всеми оттенками бежевых и кремовых цветов. Светлые стены украшены орнаментом с преобладанием благородного коричневого цвета и золота, на нескольких столиках, отполированных до блеска, стояли вазы с букетами свежесрезанных пионов, диваны и кресла были нежно–золотистого оттенка с белоснежными подушками, лежащими по углам, а несколько картин на стенах демонстрировали красоты пейзажей Кэррей.
У дальней стены располагалась широкая лестница, ведущая на второй этаж, а под ней был проход в несколько спален на первом этаже. Ещё одна дверь вела в просторную столовую, где нам, как я поняла, следовало собираться для приёма пищи. Как раз оттуда, нам навстречу выпорхнули, смеясь, две девушки невысокого роста со светлыми волосами. Увидев нас, они остановились, словно по команде, и посмотрели друг на друга, а затем, на меня.
– Вы, как я поняла, Эме Галь и Ана Галь? – догадавшись, что это кандидатки из Зелёных Холмов, спросила я.
Девушки улыбнулись и одновременно кивнули мне. А у королевской семьи Кэррей губа не дура. Не иначе как сёстры, настолько они похожи друг на друга. Только у одной коротко подстриженные волосы до плеч, а вторая щеголяет длинною косой. Ярко–голубые глаза, кожа тёплого оттенка и волосы не отдают в ледяной серебряный, как у мужчин из тех краёв, а имеют слегка золотистый оттенок. Вместо платьев, на девушках были длинные лёгкие туники бежевого цвета, до колен, с высокими разрезами по бокам, подпоясанные бледно–золотым поясом, облегающие, словно вторая кожа, коричневые штаны до щиколотки и лёгкие сандалии, украшенные драгоценными камнями
– Я Эме, – первой подошла ко мне претендентка с длинной косой и протянула руку. Я улыбнулась и пожала её.
– Рокайя, – произнесла я. – Кандидатка из Даркайна.
– Принцесса? – спросила вторая девушка с короткими волосами, также протягивая руку. – Я Ана, двоюродная сестра Эме, младшая.
– Да, я дочь правителя Вайнара, – ответила я. – А это мои телохранители – Сонррайн и Лайрран, а также, мой наставник Сачар.
Девушки улыбнулись ещё шире, при виде учителя с учеником, а затем поклонились всей троице моих сопровождающих.
– Принцесса, оставляю вас в обществе прекрасных дам, – произнёс Сачар, – мы пока пойдём, осмотрим вашу и нашу комнаты.
– Комната даркайнской принцессы – угловая в конце коридора, ваша прямо напротив, там ещё изображён занятный херувимчик на двери, – с хитрой улыбкой произнесла Ана Галь. – На сегодняшний день, здесь живём только мы. Завтра утром приедут девушки из Нейтральных Земель, поэтому, успейте занять лучшие места.
Проводив взглядом мою троицу, которая отправилась в сторону лестницы, я шёпотом спросила у Аны:
– Что не так с херувимом?
– Он выглядит…крайне реалистично, все его части…скажем так, – подмигнула младшая Галь.
Я нахмурилась, не понимая, что она имеет ввиду, но, потом до меня дошло, и я злорадно ухмыльнулась, предчувствуя реакцию Сонррайна
– Скажи–ка мне, Рокайя, – тихо спросила Эме. – Ты на смотре здесь добровольно, ведь так?
– А что? – не поняла я.
– Твоя цель – победить и стать женой принца Бьяана?
Я нахмурилась ещё сильнее, не понимая, что за игру затеяли сёстры Галь. Пятой точкой чую, что от моего ответа будет зависеть дальнейшие отношения с кандидатками из Зелёных Холмов. Не просто так спрашивают, явно.
– А ваша? – решила выкрутиться и переспросила я.
– А твоя? – не сдались сёстры Галь.
– Да что такое? – не выдержала я. Если один из нас не даст слабину и не ответит на этот весьма щекотливый вопрос, мы до вечера с места не сойдём.
– Просто скажи, ты приехала сюда добровольно или как?
Сдаюсь. Если из–за моего ответа у меня будут неприятности – свалю вину на Сачара, мол, не уследил за длинным языком принцессы.
– Или как, – помолчав, ответила я.
– Тогда, мы точно подружимся, – обрадовались Эме и Ана Галь. – Мы здесь тоже…просто так. Приехать, отметиться, вылететь из отбора и с чистой совестью уехать. Не виноваты, что король Ойлар из всех незамужних девушек Зелёных Холмов выбрал именно нас.
– А меня направил отец, – обрадовавшись неожиданной поддержке, шёпотом призналась я. – Но, даже будь принц Бьяан хоть тысячу раз красавцем, не хочет он отдавать родную дочь в Кэррей. Мол, это развяжет руки Ойлару, и тот попробует откусить кусок от наших ресурсов или земель.
– Глава правящего клана сказал то же самое, – тихо сказала Эме. – Более того, кэррейские кандидатки тоже на нашей стороне. Кисару принц итак доводит до белого каления своими капризами и жалобами по пустякам, а у Салланы другой мужчина на уме. Мы тут вчера перед сном держали совет, решили, надо дать дорогу невестам из Нейтральных Земель, а сами уж лучше проиграем им в этой нелёгкой борьбе.
– Не забывайте о второй кандидатке из Даркайна, – предостерегла я сестёр и рассказала им про своё знакомство с Хансайей и Харрайей, а также, про мою маленькую месть.
– Да тебе палец в рот не клади, – восхитилась Эме. – Мы так боялись, что здесь будет змеиное гнездо, и каждая кандидатка окажется прожжённой хищницей, такой, себе на уме. А тут компания подбирается занятная, весёлое времяпрепровождение нам гарантировано. Ну, за исключением дней смотра.
– Не скажи, – покачала я головой. – Мои телохранители пообещали отцу глаз с меня не спускать.
– У таких красавцев, я была бы рада быть постоянно на виду, – подмигнула мне Ана. – Твой отец прав – зачем нужен кривоногий Бьяан, когда в Даркайне есть из кого выбирать. И все воины из вашей школы такие красавчики, как они?
– Большинство, – кивнула я. – Перед смотром довелось мне пожить в Воинской Школе с десяток дней. Красивы они и выглядят мужественно – этого у них не отнять, но вот характер…с ними надо даже слова аккуратно подбирать.
– Тогда, вечером, скажи, что пораньше ляжешь спать, – заговорщицки зашептала Эме, – затем, аккуратно выберись из дома, мы тебя уже будем там ждать. Наша комната на первом этаже, поэтому, нам проще обмануть своих телохранителей и убежать. Они, кстати, сейчас с генералом Райханом, подружились на почве оружия, позже я вас познакомлю. Как выйдешь – проберёмся к стенам дворца, там нас встретит Кисара, чтобы одну забавнейшую штуку показать. Мы её уже видели, поэтому, уверяю, такое нельзя пропускать.
– Я постараюсь, – было даже интересно, о какой штуке говорят мои новые подруги, – но вот Сонррайн, тот, что постарше, сказал, что будет меня тщательно охранять. Не представляете, какой он вредный. Ещё и недолюбливает меня, считает, что я такая же напыщенная, избалованная и высокомерная, как и остальная даркайнская знать, а он их терпеть не может.
– Мы что–нибудь придумаем, – подмигнула Ана. – На крайний случай, попросим нашего наставника, он, конечно, человек хороший и умный, но наивный до жути. Его обвести вокруг пальца проще простого.
– Принцесса, – послышался голос Сонррайна, – не желаете ли осмотреть вашу комнату?
Я вздохнула и повернулась к нему лицом.
– Нет, Сон, дождусь, пока слуги занесут туда мои вещи. Но я была бы не против, если бы ты принёс мне воды. В горле немного пересохло от жары.
– Сонррайн, – снова–таки поправил меня занудный учитель. Ещё и при сёстрах Галь. Они, кстати, деликатно прикрыли рты ладонями, стараясь сдержать смех. – Принцесса, я телохранитель, а не слуга. Постарайтесь раздобыть воду сама. Уважаемый, – обратился учитель к одному из слуг, которые вносили в дом один из сундуков с моими вещами, – принцессу мучает жажда, найдите для неё стакан прохладной воды.
– Не надо, – буркнула я слуге, который уже было направился в столовую, оставив сундук рядом с помощником. – Перехотела.
– Как угодно, принцесса, – невозмутимо кивнул мне Сонррайн.
Я была зла. Посмотрите, как он рисуется перед остальными! Водички мне, значит, не принесёт, перед другими кандидатками выставляет меня на смех, принцессой меня зовёт. Раз пять, наверное, уже повторил: «принцесса то», «принцесса это». А как печеньем мне рот затыкать, да по земле меня валять, так не принцесса я. Всё, точно сегодня сбегу от него с сёстрами Галь. А если Сачар прознает об этом – пусть сделает вредному учителю выговор, раз не уследил.
Улыбнувшись своим коварным планам мести Сонррайну в голове, я пропустила момент, когда он, замыкая процессию слуг, снова отправился на второй этаж, но его окликнула Эме Галь.
– Господин Сонррайн, вы не против, если мы принцессу сейчас украдём ненадолго? Хотели показать ей полностью Имперский Двор. Мы уже всё изучили, поверьте, тут безопасно.
– Не против, – ответил учитель и продолжил свой путь на второй этаж. Не успела я, в сопровождении новых подруг, дойти до двери, как он крикнул:
– Лайрран! Отправься вместе с принцессой, я присоединюсь к вам немного позднее.
Я остановилась, топнула ногой и закатила глаза:
– Сонррайн, тебе же сказали, здесь безопасно. Видишь, даже сестёр не сопровождает постоянный конвой.
– Лайрран! – словно не слыша меня, повторил учитель. Молодой нахал быстро показался на лестнице и поспешил к нам.
– Вот же упырь, – прошипела я, сжав пальцы в кулаки.
А вредный учитель, как будто расслышал мои слова и с улыбкой слегка мне поклонился, мол, «на вот, получай».