– Я всё понимаю, Рокайя, но разбить нос советнику самого Ойлара? – распекал меня в гостиной нашего временного дома злющий Сачар.
– Мне надо было извиниться перед ублюдком Хаддаром и попросить его продолжать? – срываясь на крик, воскликнула я.
Сначала, я решила запереться в комнате, чтобы успокоиться и прийти в себя, но не смогла и пяти минут пробыть одна. Спустившись в гостиную, я решила дождаться сестёр Галь, чтобы узнать – это мне так «повезло» с испытанием или с подобным кошмаром столкнулась, в итоге, каждая сестра?
Чем и воспользовался Сачар. Не обращая внимания на робкие попытки Лайррана уговорить его быть помягче и попытаться войти в моё положение, наставник буквально вошёл во вкус. Наверное, ему просто понравилось ругать и отчитывать меня. Ведь во дворце этого ему никто не позволял.
– Я не помню, чтобы ты так размахивала кулаками перед придворными дамами Даркайна! Сначала, ты подняла руку на Гесси, потом на Самира, кто следующий? Ойлар? Ранита? Бьяан? А может, ты хочешь им всем оставить по синяку на лице?
– Сачар, ты это серьёзно? – я не верила, что слышу подобное от человека, которого, до недавнего времени, считала своим верным другом.
Входная дверь распахнулась настежь, и в гостиную ворвались, рыдая во весь голос, обе сестры. Эме и Ана вихрем промчались мимо нас и скрылись в своей комнате, а я решила спросить у их перепуганных сопровождающих, что же случилось.
– На их глазах Самир велел казнить уроженца из Зелёных Холмов, который совершил мелкую кражу в Кэррей, – взволнованно прошептал наставник из Зелёных Холмов. – Якобы, если кто–то из сестёр желает стать следующей королевой, то должен защищать интересы жителей не своей родины, а, исключительно, кэррейских земель. Будь они неладны!
– Убью эту скотину! – я тут же вскочила с дивана, но Сачар буквально прожёг меня взглядом и коротко приказал:
– А ну сядь!
Я помедлила, но подчинилась.
– Рокайя, вне зависимости от результатов сегодняшнего этапа, тебе следует завтра утром пойти на приём к королевской семье. Ты должна поступить мудро и попросить прощения за своё безобразное поведение на смотре.
– Ты шутишь? – не поверила я своим ушам. – Может, мне ещё и Самиру извинения принести? А давай, я извинюсь, вдобавок, перед Хаддаром за то, что мы с мамой выжили пятнадцать лет назад и за то, что наши воины тогда перебили практически весь его отряд?
– Услышь меня! – потеряв остатки самообладания, закричал наставник. – Рукоприкладство на смотре и угрозы нанять убийц для высокопоставленных лиц! Да при кэррейском короле! Правителю Вайнару должно быть стыдно за такую бестолковую дочь!
– Сачар, хватит! – не выдержал Сонррайн, молча подпиравший всё это время одну из стен.
– Пусть говорит,– не в силах сдержать выступившие на глазах слёзы, произнесла я. – Я лишь глупая принцесса, которая только и может, что влипать в опасные ситуации, ставить подданных в неловкое положение и не контролировать свои слова. Я уже жалею, что тем рассветом вообще осталась жива.
Вскочив на ноги, я бросилась на выход из дома, чувствуя, как по лицу побежали два обжигающе–горьких ручья. Всхлипывая, я неслась вперёд, не разбирая дороги, один раз даже пробежав сквозь колючие ветки, росшего на моём пути, пышного куста. В горле образовался обширный комок, который мешал мне свободно дышать, и я уже планировала сбавить шаг, чтобы окончательно не задохнуться, как в этот момент, что–то тяжёлое, больно сбило меня с ног.
Я застонала, держась за ушибленную при падении голову, но, кто–то грубо схватил меня за волосы и, чуть не выдрав часть моей роскошной шевелюры, рывком заставил меня встать на колени.
– Даже выманивать из дома не пришлось, прибежала сама, – прошипел мне на ухо чей–то мерзкий голос, обдав запахом нечищеного рта.
– Нечего терять время, хватай девку и тащи её прямо к Хаддару, иначе, этот старый идиот не заплатит нам ни гроша, – грубо одёрнул его другой. – Как бы её охрана нас раньше не нашла.
Я попыталась было закричать, но мне тут же закрыла рот противная грязная рука, которая заглушила все звуки и слова. Содрогаясь от омерзения и не понимая до конца всей происходящей ситуации, я осмотрелась по сторонам, и смогла–таки рассмотреть напавших на меня – это были двое мужчин средних лет в грязной и поношенной форме солдат Кэррей. Они крепко обвязали вокруг моего рта не слишком чистую тряпку, а затем подняли меня и поволокли в сторону виднеющейся из–за густых зарослей, каменной стены.
– И как мы её перетащим за пределы Имперского Двора? – задумчиво поскрёб подбородок тот, кто до этого затыкал своей немытой ладонью мой рот. Я попыталась воспользоваться их замешательством и сбежать, благо, руки и ноги они не додумались мне связать, но, не успела сделать и двух шагов, как снова получила сильный удар по спине. Ноги подкосились, и я растянулась во весь рост на траве.
– Я залезу наверх, а ты обвяжешь её верёвкой и кинешь один конец мне, а затем, подтолкнёшь её снизу. Только не порань, Хаддар хочет получить живую и невредимую принцессу, – ответил ему второй и, цепляясь за небольшие выступы, полез по стене.
Он практически добрался до вершины, как ему в спину прилетело что–то большое, и, судя по глухому звуку удара, очень тяжёлое. Закричав, мерзавец камнем рухнул вниз и застыл без движения. Тот, кто стоял рядом со мной, быстро огляделся по сторонам, а затем, отошёл назад, используя меня, как живой щит.
– Кто ты? Выходи сюда, тварь! – закричал второй бандит, вцепившись обеими руками в меня и встал спиной к стене.
Сердце колотилось как бешеное, от тряпки, закрывающей мой рот, воняло, пальцы стоявшего позади меня мужчины, вцепились в мои плечи, как клещи. Тихо всхлипывая от боли и страха, я вглядывалась в вечернюю тьму, пытаясь понять, кто уложил второго бандита, но вокруг не было ни души. И где их хвалёная кэррейская стража, раз на территорию Имперского Двора так легко проникнуть извне?
Пока я думала, как бы вывернуться и сбежать, слева от нас послышался странный шум. Я повернула голову и остолбенела – чья–то таинственная фигура в два прыжка оказалась на вершине стены, ловко, словно большая кошка, пробежала по ней и спрыгнула вниз, приземлившись в полуметре от нас. Сонррайн, а это был именно он, одним движением вынул из ножен меч и пронзил насквозь горло неудавшегося похитителя даркайнских принцесс. Всё произошло за считанные секунды, бандит даже не успел закричать.
– Сюда уже направляется дворцовая стража, надо бежать, как можно скорей, – шёпотом произнёс мой телохранитель, схватил меня за руку и потащил за собой вглубь зелёных насаждений, коих было в изобилии в Имперском Дворе.
Наконец, Сонррайн остановился в тени большого дерева с раскидистыми ветвями, через которые едва проникал мягкий лунный свет.
Одним движением, телохранитель сорвал повязку с моего рта и, неожиданно, крепко обнял меня. Переполненная событиями тяжёлого дня, я дала волю эмоциям и горько зарыдала, уткнувшись лицом ему в грудь.
– Кто это был?
– Приспешники старого генерала. Они сказали, что должны доставить меня к Хаддару, иначе им не заплатят ни гроша, – не сдерживая слёзы, проревела я.
– Всё в порядке, не сдерживай себя, Рокайя, – тихо шептал мне Сонррайн, гладя по голове. – Выплесни всё, что у тебя на душе.
– Глупая, никчёмная принцесса, – всхлипывая, произнесла я, когда смогла хоть немного успокоиться. – Опозорила Даркайн, выставила себя полнейшей идиоткой перед тобой, подвела Сачара и родного отца…
– Перестань, ты – очень храбрая и отважная, – возразил мне Сонррайн. – Им всем есть, чему поучиться у тебя.
– Боюсь представить, как сильно ты злишься на меня, – не решаясь взглянуть на него, прошептала я. – Эти дурацкие рамки, извинения, да ещё и снова убежала, хотела побыть одна, а в итоге опять влипла в опасную ситуацию…мне стыдно даже смотреть тебе в глаза.
– Это не так, Рокайя, я злюсь только на себя, – не переставая гладить меня по голове, произнёс Сонррайн. – Я столько всего хотел бы сказать…
– Говори, – снова всхлипнула я. – Выговорись, скажи всё, что обо мне думаешь. Я заслужила всё это сполна.
– Не сейчас, моя принцесса, – улыбнулся Сонррайн и аккуратно вытер слёзы с моего лица.
Моя принцесса? Я не выдержала и разревелась ещё сильнее, пропитывая слезами воинскую форму телохранителя, прижавшись лицом к его груди.
– Ты сегодня проявила себя в высшей степени безрассудно, – не выдержав, усмехнулся Сонррайн, – но я не собираюсь осуждать тебя. На твоём месте, я поступил бы точно также. Никто не думал, что всё зайдёт так далеко…
– Не зарекайся. Может, когда–нибудь ты и окажешься на моём месте. Вдруг, Эме или Ана устроят в Зелёных Холмах свой смотр женихов? Уверена, они точно захотят тебя на него пригласить.
– Уверен на все сто, меня точно не будет среди их числа. Лучше пойдём, немного прогуляемся, Рокайя, заодно, сможешь успокоиться и прийти в себя.
Я благодарно кивнула своему телохранителю. Да, небольшая прогулка пойдёт мне только на пользу. Тем более, Сонррайн сам сказал, что больше не злится на меня. Да и наставник мой пусть понервничает, ожидая нашего возвращения. Надеюсь, он сейчас места себе не находит.
– Я сказал всем, что найду тебя, и мы немного пройдёмся, чтобы выкинуть хоть на время этот дьявольский вечер из головы, – испортил мне маленький план мести наставнику вредный учитель.
Ладно, Сачара тоже можно понять, он был во дворце во время атаки отряда Хаддара пятнадцать лет назад, и не забыл, что творилось тогда. Пусть выругается и остынет, знаю ведь, что он, по–своему, любит меня. Радует одно – завтра вернётся Райхан, и мы, с Сонррайном, расскажем ему обо всем. Уверена, просто так он этого не оставит – выходка Самира, присутствие мерзкого Хаддара, нападение на меня…Что–то мне подсказывает, кэррейского генерала специально убрали из Имперского Двора на время третьего этапа смотра.
Мы, не спеша, шли по одной из дорожек, пронизывающих сад Имперского Двора. Я, всё же, смогла успокоиться, ибо столько всего хотела сказать, но молчала, потому что не знала, с чего лучше начать. Луна освещала сад мягким серебристым светом, небольшие масляные светильники, развешанные вдоль дорожек, разбавляли её сияние лёгкими отблесками золотистого огня. Интересно, кто несёт ответственность за то, чтобы они не гасли по ночам? Хотя, наверняка, это слуги проверяют наличие масла в каждом светильнике в течение дня.
– Сонррайн, по поводу тех извинений…, – неловко начала я, но, учитель тут же перебил.
– Рокайя, успокойся и перестань накручивать себя. Я совершил серьёзный проступок – приставил меч к горлу принцессы, за которую отвечаю своей головой. Не имеет значения, что я был не в себе в тот момент. Ты имела полное право на официальные извинения по этикету Воинской Школы.
– Так, подожди, – нахмурилась я. – То есть, я всё сделала правильно, да? А Сачар зря обругал меня? И я просто так угробила день на изучение правил вашей ненаглядной Школы? Что ж ты ему всё не объяснил?
– Ты же сама велела мне молчать, – прищурившись, посмотрел на меня Сонррайн, но даже в вечерней темноте я разглядела смешинки в его глазах и улыбку, притаившуюся в уголках губ. – Помнишь свой приказ о том, что о случившемся тем вечером никто не должен знать? К тому же, ты выучила основную часть правил Воинской Школы и больше не попадёшь впросак. Вдруг, правитель Вайнар ещё раз отправит тебя к нам? В этом случае, Мастеру Адхаррайну придётся хорошенько запастись своим любимым печеньем.
– А вылить на меня ушат холодной воды со словами, что ты старше меня и общаться должны только на «вы»? Это тоже был мой приказ?
– Признаюсь, я поступил как обиженный ребенок, – задумчиво произнёс Сонррайн, глядя вдаль. – Твои слова про рамки задели меня, хотя, в общем то, ты – принцесса и можешь вести себя как твоей душе угодно. Я хотел, чтобы ты, хотя бы раз, почувствовала, что чувствую я. Ты, Рокайя ни с того ни с сего, способна обдать холодом, а затем извиниться и вести себя, словно ничего не случилось, и мы – давние друзья…Ты – хороший человек, но, ты пыталась играть со мной, возможно, не понимая этого и не осознавая последствий. В какой–то момент, это окончательно вывело меня из себя.
– Могу поклясться, я не играла с тобой, и, ни в коем случае, не хотела обидеть тебя. Я впервые оказалась в подобной ситуации – одна, без родителей, давление, смотр, я до сих пор не знаю, что мне делать и как правильно себя вести, думаю, ты уже сам в этом убедился, – не выдержав, пожаловалась я. – Кстати, раз уж заговорили про холод, Харрайя в тот вечер не на шутку испугалась тебя. Словно, она видела такого Сонррайна в первый раз. Понимаешь, к чему я клоню?
– Ты не задумывалась о том, почему я, будучи в неконтролируемом состоянии, так и не тронул тебя? – ответил вопросом на вопрос Сонррайн, с любопытством глядя на меня.
– Ты же говорил генералу про беспрекословное подчинение членам правящей семьи, якобы это, меня спасло, – задумалась я, не понимая, к чему клонит мой телохранитель.
Признаться, у меня была другая версия – более романтичная. Но после того, как они остались миловаться с Харрайей в нашей столовой, я запретила себе даже думать о ней.
– Даже в тот момент, когда мой меч был прижат к твоему горлу, ты доверяла мне…верила в меня. Я видел это в твоих глазах. Ты единственная…, – посмотрев мне в глаза, произнёс Сонррайн и снова замолчал.
От неожиданности, я аж споткнулась, но вредный учитель успел вовремя подхватить меня.
– Единственная?
– …единственная, кто не поверил, что я мог напасть на Харрайю.
– Значит, я была права, когда сказала, что ты мне лжёшь, – не выдержав, расплылась я в довольной улыбке. Рокайя умная, Рокайя сообразительная, Рокайя видит людей насквозь…иногда.
– В тот злосчастный день, –кивнув мне, начал рассказ Сонррайн, – ко мне на улице подбежала перепуганная Хансайя. Она плакала и твердила, что её сестра в большой беде. Мы вместе поспешили к поместью Харрайи и Дайяра, я услышал крики, доносящиеся из дома, и ворвался во двор, обезвредив при этом пару охраняющих ворота людей. Дайяр избивал окровавленную Харрайю, кричал, что она должна на коленях перед ним стоять и просить о пощаде денно и нощно. Тогда, я не знал, что между ними произошло…В тот момент, я потерял рассудок, избил мерзавца до полусмерти и почти задушил его голыми руками, затем, в поместье ворвалась городская стража и схватила меня. Когда они спросили у Харрайи, что случилось, она лишь попросила их поскорее увести меня. И, так как я напал на представителя высшей знати Дакрайна, то сразу оказался в тюрьме.
Несколько дней я ждал, что Харрайя расскажет всю правду, но, этого не произошло, и я продолжал сидеть в каменной клетке, среди преступников и прочего сброда. А затем, меня под конвоем провели в здание даркайнского суда. Там нас уже ждали Её Высочество Мирайя, которая заменяла отбывшего в Зелёные Холмы Вайнара, Мастер Адхаррайн и сам судья.
Сначала выслушали мою версию событий, затем, судья рассказал мне версию Харрайи. Якобы, не в силах простить разорванную помолвку, я ворвался в поместье и пытался убить их обоих, но, на их счастье, подоспела стража и схватила меня.
Я был настолько ошеломлён, что даже не попытался оправдаться. Мастер принял мою сторону, хотя, даже он, поначалу, был также уверен, что я потерял голову от ревности и злости. За подобное преступление воину светит лишь смертная казнь. К моему удивлению, твоя мать выступила против этой меры наказания и предложила спрятать меня в стены Воинской Школы сроком на тридцать лет. Судья был удивлён. Тем не менее, он поддержал супругу действующего правителя и огласил приговор.
Не буду вдаваться в подробности, но я узнал от Мастера Адхаррайна, что Харрайя, испугавшись последствий со стороны новоиспечённого мужа, намеренно оговорила меня. Её Высочество вскоре узнала об этом и выгнала Харрайю из дворца. Адхаррайн, чувствуя свою вину за то, что не поверил мне, долго и настойчиво просил Мирайю отменить приговор, но она боялась, что в этом случае, может возникнуть серьёзный конфликт между правящей семьёй и высшей знатью.
Влияние Дайяра в Даркайне было немногим меньше, чем влияние твоего отца. Отдам должное твоей матери – она сумела договориться с ним. Как мне сказал Адхаррайн, они приняли следующее решение – скрыть произошедшее от Вайнара и забыть про оговорённого воина. А мне передали приказ члена правящей семьи – никогда не раскрывать правду, что я и делал до сегодняшнего дня.
Я не верила своим ушам. Неужели, моя матушка могла поступить так с Сонррайном, человеком, который спас наши жизни пятнадцать лет назад? Но, глядя на учителя, стоящего передо мной, я понимала – сейчас он открыт передо мной, как никогда.
– Когда мы вернёмся в Даркайн, я сделаю всё, чтобы вернуть тебе доброе имя, – осторожно дотронувшись до ладони учителя, произнесла я. – Значит, и Харрайя решила помочь тебе, раз сообщила нам, что по возвращении в Даркайн запросит аудиенцию у мамы?
– Да, – кивнул учитель.
– Надеюсь, у нас всё получится, – я нашла в себе силы улыбнуться. – И, раз Дайяр умер, вы с ней сможете начать всё с чистого листа.
После моих слов, Сонррайн остановился, как вкопанный и удивлённо посмотрел на меня:
– Рокайя, а точно ты ударила Самира по голове, а не он тебя? Что за бред?
– Ну как же, – я подбиралась к волнующей меня теме крайне аккуратно, словно не желающий упустить свою добычу, хищный зверь, – ты же первый поцеловал её, а не она набросилась на тебя. Да и в столовой, вспомни, кто именно выгнал оттуда меня?
– Да не выгонял я тебя, – измученно произнёс Сонррайн, – есть вещи, которые я должен был сказать ей наедине. Подчёркиваю, Рокайя, сказать! И в ту ночь, когда убили Гесси, я…должен был окончательно убедиться, что Харрайя стала мне безразлична. Что старые раны не откроются вновь, и она не сможет использовать прошлое против меня.
– Почему ты так открыт именно сейчас? – растерянно спросила я. – Тебе стало жаль меня?
За разговорами я даже не заметила, что мы вернулись к нашему временному дому невест. В окнах уже не горел свет, видимо, даже Сачар и Лайрран устали нас ждать и легли спать.
– И да, и нет, – улыбнулся Сонррайн, аккуратно взяв меня за руку. – С одной стороны, мне жаль, что тебе пришлось пережить столько неприятных моментов в Кэррей. С другой, сегодня днём, меня буквально силой заставили принять один ценный совет…
– Что за совет? – удивилась я.
Сон мягко поглаживал мою ладонь, словно говоря: «Не бойся, я рядом. Я здесь, чтобы защищать тебя». Я почувствовала, как краска заливает мои щёки, а сердце колотится всё отчётливее и быстрей…Поддавшись незнакомым, но таким волнующим ощущениям, я сделала шаг ему навстречу, улыбнулась в ответ, но, испугавшись того, что, в теории, могло сейчас между нами произойти, отвела смущённо глаза.
– Сонррайн, Рокайя, вы вернулись! Наконец–то! Я уже не выдержал и пошёл вас искать, – послышался со стороны жуткий, отвратительный, испортивший такой бесценный момент, голос Сачара.
– Вот и шёл бы отсюда…, – раздосадовано прошипела я.
Сачар не услышал меня, зато моя реплика не осталась незамеченной для Сонррайна. Он нахмурился, покачал головой, словно осуждая меня, но ладонь не отпустил.
– Всё в порядке, Сачар. Принцесса перенервничала после тяжёлого дня, но, думаю, сейчас она чувствует себя гораздо лучше.
Чувствовала. Пока мой наставник нам не помешал. Сходи теперь ты погуляй, библиотекарь, а мы тут…подождём.
– Рокайя, я был неправ, что накричал на тебя, – не зная, какие мысли бродили в моей голове, произнёс Сачар. Видимо, решил, что мой недовольный вид был вызван его поведением в доме невест, перед тем, как я убежала.
– Как скажешь, – с ярко выраженным недовольством на лице, произнесла я. Конечно, я прощу наставника, но не сразу. Тем более, после того, как он испортил такой момент.
– Сонррайн, а почему ты так близко стоишь рядом с принцессой, да ещё и держишь её за руку? – наконец, прозрел Сачар. – Я чему–то помешал?
Ну неужели, дошло! Интересно, что ответит мой телохранитель?
– Сачар, после того, как Рокайя сбежала из–за того, что ты ей наговорил, на неё было совершено нападение. Я обезвредил нападавших…одного точно убил, – тихо, чтобы его услышал только библиотекарь, сказал Сонррайн. – Я с ней рядом, потому что принцесса, после пережитого, чувствует себя не совсем хорошо. Не могу допустить, чтобы она упала в обморок, окончательно лишившись моральных и физических сил.
– Да, ты прав, – с облегчением выдохнул мой наставник. – Признаться, я сначала подумал, что между вами было какое–то иное напряжение, но, глядя на твой внешний вид…подожди, ты кого–то убил?
– А что с внешним видом? – заинтересовалась я. Дьявол с ним, с убитым мерзавцем, тут есть вопросы поважнее.
– Когда воину кто–то нравится, он…так, Рокайя, не отвлекай меня, – рассердился Сачар. – Сонррайн, что там с убийством?
– Сачар, давай пройдём в дом, не стоит об этом на улице говорить. А ты, принцесса, иди спать, – вместо ответа, обратился ко мне Сонррайн. – Отдохни хорошенько, возможно, завтра объявят о том, что ты не прошла третий этап и нас ждёт обратная дорога в Даркайн. Либо вернётся Райхан. Не думал, что буду так сильно ждать встречи с кэррейским генералом.
Наставник–библиотекарь кивнул нам и первым зашёл в дом. Я тоже развернулась, чтобы последовать вслед за ним, но, Сонррайн остановил меня жестом, и, не выпуская мою руку из своей, поднёс её к губам и нежно поцеловал.
– Ярких снов, моя принцесса, – кивнув мне, произнёс телохранитель и, открыв дверь, пропустил меня перед собой.
Он дважды за вечер сказал «моя принцесса»… Я, жутко покраснев, промямлила что–то невнятное, вроде как, и ему пожелала хорошенько выспаться, а затем, быстро убежала в комнату, плотно закрыв дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Вытянув перед собой руку и рассматривая то место на ней, куда меня поцеловал Сонррайн, я чувствовала, как сердце с каждой минутой колотится всё сильнее и быстрей. Наконец, я отлепилась от двери и, схватив мешочек с птицей, лежавший на столе, закружилась с ним по комнате, отдаваясь полностью во власть эмоций.
Уже засыпая, в мою голову закралась предательская мысль – у Сонррайна действительно есть ко мне чувства, и он, наконец, перестал их скрывать, или же просто решил поднять настроение принцессе, у который был невероятно сложный день? А ещё, я так и не спросила, почему вредный учитель молчал про птицу и про то, что именно он спас мою маму и маленькую меня? Ладно, утро вечера мудренее. К тому же, надо будет выяснить ещё один, так заинтересовавший меня вопрос.
Утром за завтраком, я не сводила взгляд со своих телохранителей, пытаясь понять, кого из них я могу расспросить, чтобы узнать кое–что, что так заинтересовало меня. Нет, Сонррайн всё же отпадает, сразу поймёт, к чему я клоню, а вот Лайрран…да, мне нужен именно он, подловлю его после завтрака и хорошенько допрошу.
Сёстры Галь всё ещё выглядели опечаленными, но быстро отвлеклись, узнав о том, что я пережила вчера .
– Даю официальную клятву – больше никогда не буду участвовать ни в одном смотре невест! – воскликнула Эме, сжав в руке, словно плеть, одну из своих длинных кос.
– А я отомщу Кэррей за вчерашнее, – поддержала сестричку Ана, – уговорю весь наш правящий клан устроить в Зелёных Холмах смотр женихов, приглашу двух самых красивых мужчин из Кэррей и торжественно отмету их после первого же этапа.
– Я с тобой, – засмеялась впервые за последние сутки Эме. – Либо выкинем их в самом начале отбора, либо сделаем так, что все остальные, даже самые неотёсанные болваны, на фоне кэррейских кандидатов будут выглядеть куда эффектнее и умнее.
– Жестоко, – засмеялась я, кинув быстрый взгляд на Сонррайна. Телохранитель поймал мой взгляд и тепло улыбнулся мне. Сёстры не оставили наши гляделки без внимания, переглянулись между собой и довольно кивнули.
Стоп. Сонррайн говорил, что ему, чуть ли не насильно, дали какой–то совет, уж не сестрички ли постарались? Я же ляпнула им, в свое время, о том, что вредный учитель, якобы, сохнет по мне, а потом, в расстроенных чувствах после ссоры с ним, выложила всю душу Эме и Ане.
Прищурившись, я посмотрела на одну, затем на другую. Обе не отвели взгляд, лишь с хитрой ухмылкой подмигнули в ответ, мол, да, это мы. Теперь мне всё понятно.
– Лайрран, стоять! – поймала я на выходе особо талантливого выпускника, который, сразу после завтрака, хотел отправить на площадь, чтобы потренироваться с телохранителями из Зелёных Холмов. Как назвал это Сонррайн…обмен опытом двух разных боевых школ?
– Принцесса? – удивился Лайрран, но не стал сопротивляться, когда я схватила его за локоть и силой потащила за собой. Обогнув дом, я, буквально, прижала молодого нахала к стене и начала свой допрос.
– Ты же помнишь, как я учила свод правил Воинской Школы? – не давая выпускнику вставить даже слова, спросила я.
– Да, – кивнул сражённый моей напористостью одарённый ученик.
– Мне надо ещё кое–что знать. Слух тут прошёл, мол, когда воину кто–то нравится, он как–то меняет свой внешний вид.
– Слышал о таком, – не стал спорить Лайрран. Видимо понял, что, лучше не задавать лишних вопросов, а на мои отвечать быстро и честно.
– Тогда рассказывай и побыстрее! – сгорая от нетерпения, воскликнула я.
– Да там ничего особенного, – опустил глаза вниз Лайрран. – Ты же знаешь, что воины Школы, скажем так, пользуются большой популярностью у женского населения нашего родного края…да и не только. Кто–то серьёзно подходит к созданию семьи и ищет одну спутницу на всю жизнь, а кто–то, забыв про мораль, пользуется своим положением в обществе и меняет женщин как перчатки. Даже может отбивать других невест без цели создать семью, а лишь поразвлечься. В конце концов, у нас суровая Воинская Школа, а не академия по воспитанию благородных мужчин, любовных похождения воинов – их дело, главное, чтобы подобное поведение не принесло Школе проблем. Было лишь одно исключение…учитель…наверное, ты не в курсе…
– Да знаю я про случившееся с Сонррайном, давай ближе к делу!
– Хорошо, если воину запала в сердце какая–нибудь красавица, он может слегка изменить внешний вид, добавить какой–то элемент к повседневной форме. Он делает это для того, чтобы показать окружающим, что его сердце занято, а значит – остальным девушкам, кому он мог приглянуться, следует искать себе кого–то другого и не тратить на него впустую времени и сил.
– Например? – спросила я, вспоминая, изменилось ли что–то в Сонррайне за последние дни.
– Ничего выдающегося…, – задумался Лайрран. – Поменяет цвет ленты в волосах, на тот, что нравится девушке, укравшей его сердце, либо двойной оберег на шею, один из которых подарит своей будущей невесте, лёгкий браслет на руке…
– …вплетёт тонкие нити в косы, закажет особенную гравировку на наручи, или тебя, принцесса, интересует что–то конкретное?
Сонррайн? Внутри меня всё похолодело. Я побледнела, нервно сглотнула, и виновато обернулась, глядя на хитро улыбающегося вредного учителя, стоявшего в паре метров от меня, за спиной.
– Всего лишь…как бы…хотела…расширить кругозор, – замявшись, произнесла я, понимая, что такой реакцией, полностью выдала себя.
– Лайрран, поспеши на площадь, тебя там ждут, – обратился Сонррайн к своему ученику, и тот мигом исчез, оставив нас с телохранителем наедине.
Я, невольно, принялась осматривать Сона, в надежде увидеть хоть какую–то изменившуюся в его облике деталь, выдающую его симпатию ко мне. Вредный учитель сходу раскусил меня и позволил его рассмотреть с ног до головы, а потом, словно издеваясь, медленно прокрутился вокруг своей оси.
– Ничего? – усмехнулся Сонррайн.
– Ничего, – вздохнув, кивнула я и, не выдержав, добавила. – Какой же дурой сейчас чувствую себя.
– Лайрран не успел рассказать тебе ещё одну деталь, Рокайя, – с улыбкой кота, который сожрал хозяйскую сметану, и за это досталось не ему, а другому, произнёс Сонррайн. – Девушка, которой понравился воин, сама может ему что–то подарить, таким образом давая соперницам понять, мол «этот мужчина – занят, теперь он со мной». Примет ли он её подарок, то есть её чувства – другой вопрос.
– А примет? – чувствуя, как снова начинаю, краснеть, спросила я.
Что ж, Сонррайн теперь знает, что он не просто охраняет принцессу Даркайна, но и очень нравится ей. Хотя нет, какое нравится…он – мужчина, который разжёг в моём сердце небывалые по своей яркости чувства. Почему тогда он не признается мне в ответ или прямо не скажет: «прости принцесса, но нет», а продолжает чего–то ждать и дразнить меня?
– Рокайя! Сонррайн! – послышался голос Сачара с крыльца. – Идите сюда!
Дьявол, наставник! Не мог выбрать другой момент? Сонррайн не выдержал и засмеялся, а затем легонько провел рукой по моим волосам:
– Не злись на него, Рокайя, наверное, пришли те трое из дворца с результатами вчерашнего этапа смотра. Даю слово, мы обязательно вернёмся к нашему разговору, но потом.