– Вы уверены, что мне тоже следует пойти? – нахмурилась я, пристально глядя на своих сопровождающих. – Думаю, телохранитель Сонррайн справится и без меня.
Дождь утих ближе к вечеру, так что сейчас за окном стояла пронзительная тишина. Солнце скрылось за горизонтом, а значит, генерал Райхан нас уже ждёт.
– Рокайя, в письме чётко сказано, что Саллана хочет видеть вас обоих, – ответил Сачар.
Ну конечно. После того, как я передала послание вредному учителю, даже не читая, он отдал его вернувшемуся Сачару и сам скрылся за пеленою дождя. Мой наставник–библиотекарь поступил благородно, сначала дав знакомиться с содержимым мне, а потом прочитал его сам.
В письме говорилось, что Саллана очнулась и слёзно просит её навестить. И, как назло, генерал просит прийти нас обоих – меня и Сонррайна. А значит, нам придётся провести некоторое время наедине и приложить немалые усилия, чтобы не перейти в состояние открытой войны.
Может, и правда, договориться с Хансайей и отправить им Сонррайна в обмен на Хассеррана?
С момента прибытия в Кэррей, мы почти не встречались с братом ледяной ведьмы, лишь на балу, да на первом этапе отбора смогли поздороваться и обменяться дежурными фразами: «как настроение?», «как дела?» Но, даже имея глубокую обиду на Сонррайна, мысль о том, что вредный учитель будет сопровождать везде Хансайю с Харрайей привела меня в такую ярость, что я, незаметно для себя, выхватила письмо из рук наставника и принялась с остервенением рвать его на мелкие куски.
– Чем скорее уйдем, тем скорее вернёмся, – буркнул Сонррайн и, кивнув Сачару, направился к двери, даже не желая подождать меня. Я выругалась про себя и поспешила за ним, накинув на себя тёплый плащ Лайррана. В нём было так уютно, что, по прибытию в Даркайн, я решила попросить молодого нахала отдать его мне насовсем.
Один из приближённых генерала встретил нас в условном месте, недалеко от злосчастного фонтана, и, повёл нас в сторону казарм, избегая основных дорог. Интересно, после заката все в Имперском Дворе игнорируют красивые и ухоженные тропинки, предпочитая пробираться сквозь заросли кустов и красться в тени деревьев? В один момент, я даже захотела поделиться своими наблюдениями с Сонррайном, но не стала. После утренней ссоры, мы не желали разговаривать друг с другом, находясь в состоянии холодной войны. И, если бы не просьба генерала навестить Саллану, я была бы не прочь не видеть учителя вообще. Заперлась бы в комнате с книжкой, на радость всем. Или играла с сёстрами Галь в гостиной, стараясь урвать себе побольше «козырей».
Тем временем, нас провели прямиком в кабинет генерала, а затем, наш проводник откланялся и убрался прочь. Райхан сидел в своём кресле, напротив него, мы увидели бледную Саллану, которая сжимала дрожащими руками кружку резко пахнущего травами отвара. При виде нас, он поднялся с места, поприветствовал кивком головы и указал на два стула, стоявших сбоку от стола. Мы сели, избегая даже смотреть друг на друга, и в недоумении уставились на генерала.
– Спасибо, что пришли, – произнёс Райхан, сев обратно в кресло. – Саллана хотела вам что–то сказать.
Невеста генерала посмотрела на нас влажными от слёз глазами и тихо произнесла:
– Я умоляю вас простить меня. Нэта Райхан рассказал, что произошло, но я совсем ничего не помню. Как будто, у меня кто–то вырезал кусок памяти, начиная со вчерашнего утра.
– Ваши мысли, генерал? – спросил генерала Сонррайн.
– Я уверен, что кто–то опоил Саллану либо подверг воздействию гипноза. Утром, когда она очнулась – была сама не своя. Спасибо Кисаре, узнав о состоянии своей подруги, она тут же пришла на помощь и дала лекарство, которое привело Лану в чувство.
– Насколько я знаю, Кисара единственная, кто вчера навещал Саллану, это же были ваши слова? – не понимая, что мне не нравится во всей этой истории, спросила я.
– Нет, – помотала головой Саллана. – Видимо, после первого этапа отбора, мне стало не по себе, начала кружиться голова. Переволновалась, наверное. А утром слабость и головокружение усилились. Кисара действительно навещала меня. Она приготовила мне специальный отвар, поставила у кровати и ушла. Но потом…потом в мою комнату зашёл ещё один человек…больше я ничего не помню…
– Что за человек? – нахмурился Сонррайн.
– Я не знаю, помню только размытый силуэт. Очнулась я утром…в покоях Нэта Райхана, – слегка покраснев, закончила свой рассказ Саллана.
– Я не хотел, чтобы кто–то во дворце увидел Саллану в таком состоянии, – пояснил генерал. – Возникли бы лишние вопросы. Утром я доложил Его Величеству о нападении неизвестных на Имперский Двор, судя по его реакции, король Ойлар об этом не знал, он был крайне удивлён. Я не упомянул ни о Саллане ни о Рокайе, но, мне кажется…
В этот момент, в дверь кабинета генерала постучались.
– Райхан, откройте, это Самир!
Генерал быстро вскочил с места:
– Дьявол, нельзя, чтобы Самир увидел в моем кабинете даркайнцев, – прошептал он, озираясь по сторонам, и, открыв небольшой шкаф, где висела его парадная форма, указал на него нам с Сонррайном. – Спрячьтесь здесь, в противном случае, нас с Ланой могут обвинить в измене, а вас – в сговоре против кэррейского короля.
Не говоря ни слова, Сон схватил меня за локоть и силой втащил за собой в этот маленький шкаф, а генерал закрыл за нами дверь. Видимо, Райхан очень трепетно ухаживает за своей формой – в шкафу не было ни пылинки, но зато был огромный недостаток места из–за объёмного генерального плаща.
– Уверен, что не договаривался о встрече с вами, – услышала я недовольный голос Райхана, а затем шаги человека, который вошел в кабинет.
– Добрый вечер, Саллана, – проигнорировал советник генерала, – немного удивлён видеть вас наедине с мужчиной в столь поздний час.
Я не удержалась и фыркнула, на что Сонррайн, стоявший прямо напротив меня, одним движением притянул к себе так, что мои губы практически впились в его плечо. Эффектный способ заставить меня молчать! Я закрыла глаза, пытаясь не упустить ни слова из разговора кэррейцев, но звук собственного бьющегося сердца из–за столь неожиданной близости к моему телохранителю звучал в моей голове также громко, как и колокол в Воинской Школе. Тем не менее, что–то расслышать мне удалось.
– У меня есть свидетель, который видел Саллану минувшей ночью за пределами дворца, – вкрадчиво произнёс Самир.
– Этого не может быть, – спокойно ответил генерал. – Ваш свидетель лжёт.
– Позвольте, раз уж вы оба здесь, я спрошу у неё лично, – усмехнулся советник короля. – Саллана, милая, где вы были прошлой ночью?
– Я…я была…, – услышала я дрожащий голос кэррейской экс–кандидатки.
– Ну же, не тяните, – вкрадчивым, словно кот, при виде бесхозной миски сметаны, произнёс Самир, – вы были у себя в покоях? Мой свидетель лжёт?
– Я…была…я провела ночь с Нэта Райханом, – еле смогла расслышать я. – Ваш свидетель не мог видеть меня.
Ничего себе… Я была уверена, что Саллана – изнеженная кэррейская девица, пленившая сурового генерала своей беззащитностью и покорностью. Однако, она может постоять за жениха и за себя.
– Самир, вы переходите черту, допрашивая мою невесту, – с ударением на последнее слово, произнёс Райхан. – Саллана не прошла смотр, теперь за все её действия и передвижения, как будущий муж, отвечаю именно я. Если это то, ради чего вы решили потревожить нас в столь позднее время…
– А ещё свидетель утверждает, что в это же время, рядом с Салланой находились принцесса Даркайна со своим телохранителем.
В этот момент, я не выдержала и вцепилась в Сонррайна двумя руками, словно клещ. Он даже не дёрнулся, хотя, уверена, мои цепкие пальцы оставят на нём с десяток маленьких синячков. Лишь дыхание стало более медленным и глубоким, словно он старался сдержать себя…интересно, от чего?
– Позвольте спросить, Самир, а где ваш свидетель видел Саллану, да ещё и в компании наших потенциальных врагов? – спокойным голосом спросил генерал.
– Какое это имеет значение? – удивился Самир. – Это секретная информация.
– Очень странно, что ваш свидетель увидел именно мою невесту, даркайнскую принцессу и одного из лучших воинов Даркайна, но, при этом, проглядел нападение почти двух десятков неизвестных на Имперский Двор.
– На что вы намекаете? – возмутился советник Ойлара.
Одного из лучших воинов Даркайна? Интересно, Сонррайну приятно слышать такое из уст самого генерала? Я захотела увидеть выражение его лица и даже чуть отодвинулась от плеча, благо, через небольшую щель, к нам проникала маленькая полоска света, но в этот момент слегка задела плащ.
Сон снова прижал меня к себе, так, что я, сама того не желая, попала губами в его шею. Я почувствовала, что у меня, в прямом смысле, подкашиваются ноги, и я сейчас упаду, не в силах выносить столь опасную близость в такой щекотливой ситуации. Но вторая мысль быстренько отрезвила меня, представив, как вредный учитель, после того, как мы выберемся отсюда, отчитает меня за то, что я коварно воспользовалась сложившейся ситуацией и пыталась его соблазнить, дабы потешить своё раздутое эго. А если об этом узнают Лайрран или Сачар…
В миг покраснев, я прикусила зубами обе губы, чтобы больше не касаться шеи Сонррайна и попыталась повернуть голову в другую сторону. И именно в тот момент, Самир произнёс:
– Мои люди нашли убийцу кандидатки по имени Гесси.
Я от неожиданности прикусила обе губы и еле слышно пискнула, не выдержав сильной боли. Язык ощутил металлический привкус, а из глаз выкатились две большие слезы. В этот раз я сама уткнулась лицом в грудь Сонррайна и замерла, не дыша.
– Слышу, у вас завелись мыши, Райхан, – произнёс Самир. – Попросите крысолова расставить ловушки с утра. А мне пора.
– Кто убил Гесси, Самир?
– Узнаете завтра, во время второго этапа смотра, генерал. Не забудьте проводить Саллану в её покои. Она, всё же, ещё не ваша жена.
Я услышала, как хлопнула дверь кабинета и воцарилась полная тишина. Затем, генерал открыл шкаф и выпустил, наконец, нас с Сонррайном. Увидев кровь у меня на губах, генерал усмехнулся и посмотрел на учителя, а я, словно, оправдываясь, произнесла:
– Прикусила, когда услышала об убийце.
– Самир прав, мне надо проводить Саллану к себе, пока по дворцу не пошла излишняя молва. Я пойду первым, на случай если он что–то подозревает и решит подкараулить меня у дворца. Ждите здесь, за вами придёт человек от меня и проведёт обратно в дом невест.
Мы попрощались с генералом и Салланой, после чего остались в кабинете совсем одни. Моё сердце вновь заколотилась, вспомнив моменты, пережитые в тесном шкафу. Чувствуя, как щёки заливает румянец, я отвернулась, молясь про себя, чтобы провожатый пришёл как можно скорее. Видимо, Высшие Силы решили, наконец, покровительствовать мне, ибо в ту же секунду, дверь приотворилась и нас поманил за собой генеральский человек.
– То есть, советник короля знает, кто убил Гесси? – переспросил нас Сачар.
Мы собрались, как и вчера, в моей комнате, но в этот раз не для того, чтобы распекать меня, а, чтобы решить, что нам делать с полученной информацией, и кто может быть на самом деле убийцей Гесси.
– Уверен, Самир блефует, – задумчиво произнёс Сонррайн. – И, бьюсь об заклад, ему известно о том, что было вчера у малых ворот. Но зачем он тогда затеял эти игры разума с генералом?
– Я же говорил, что Самир – опасный тип, – сердито посмотрел на меня Сачар. – Не вздумай ему и завтра нагрубить, Рокайя!
– Да пошёл этот Самир в…, – начала было я, но быстро замолчала, не желая провоцировать и без того недовольного мною наставника. – Ладно, буду вежлива с ним и мила.
– Если Самиру известно о том, что произошло вчера с Рокайей и Салланой, значит ли это, что целью была наша принцесса? – взволнованно произнёс талантливый молодой нахал. – Но покушение на её жизнь не удалось, да ещё и Саллана пришла в себя. Поэтому, он и готов выложить завтра имя, якобы, убийцы прилюдно на смотре, чтобы отвести от себя все подозрения.
– Лайрран прав, – кивнул Сонррайн, – если бы был найден истинный убийца, об этом уже знал бы генерал. И прилюдно ничьего имени Самир бы не объявлял.
– А знаете, что ещё более странно, – произнесла я, глядя на своих сопровождающих. – Генерал и словом не обмолвился о тех, кто вчера напал на Имперский Двор. Их же увели на допрос? А что дальше? Какова их судьба?
– Спросите об этом при встрече у Райхана, – кивнул мне Сачар. – Кстати, принцесса, ты готова ко второму этапу смотра?
– Испытанию на наличие ума? – невинно спросила я. – Вроде, имеется.
– Сомневаюсь. Но, может, оно и к лучшему, – не выдержав, проворчал Сонррайн.
– О чём ты? – спросил Сачар.
– Судя по действиям принцессы, ума у неё прилично поубавилось за последние несколько дней. А значит – второй этап отбора ей не пройти, и мы сможем в ближайшее время покончить со всем этим балаганом и покинуть Кэррей, – пояснил наставнику вредный учитель, даже не взглянув на меня.
– Можешь хоть сейчас уезжать, я уж точно не буду сожалеть, – обидевшись, произнесла я.
– Перестаньте! – взмолился Лайрран. – Учитель, наставник, как я полагаю, завтра, во время смотра, с принцессы нельзя глаз спускать. Что–то мне подсказывает, действовать будут после того, как озвучат имя предполагаемого убийцы, в надежде, что усыпили нашу бдительность.
– Верно, – кивнул Сачар. – Рокайя, умоляю, веди себя завтра, как подобает истинной принцессе, так нам проще будет тебя охранять.
– Хорошо, буду всем улыбаться и кивать. А при виде твоего ненаглядного Самира опущу глазки в пол и буду едва дышать. Вдруг ему не понравится, что даркайнская принцесса тратит на себя слишком много воздуха, принадлежащего Кэррей.
– Горбатого могила исправит, – вздохнул мой наставник и показал остальным на дверь. – Давайте остановимся на этом, принцессе надо ложиться спать.
Сачар и Лайрран вышли первыми, Сонррайн, стоявший в этот раз у окна, направился следом за ними, но, внезапно, его внимание привлёк лежащий на полу черный мешочек, в котором хранилась бесценная для меня фигурка птицы. Видимо, собираясь на встречу с Райханом, случайно уронила его. Учитель протянул к нему руку, но я была быстрее:
– Не трогай!
Сонррайн выпрямился и внимательно посмотрел на меня. Решительно вытащив мешочек из моей ладони, он достал двумя пальцами птицу и внимательно оглядел её со всех сторон.
– Да как ты посмел? – воскликнула я. – Это моё! Верни, сейчас же!
Не обращая на меня внимания, вредный учитель вложил фигурку обратно в мешочек и протянул мне.
– Я же сказала, не трогай, – со злостью в голосе произнесла я, прижав к груди своё сокровище.
– Как думаешь, Рокайя, что было бы, если б тот, кто сделал эту птицу, остался жив? – уже на пороге спросил меня Сонррайн.
– Тебя это точно не касается, – чувствуя болезненный укол в самое сердце, произнесла я. – Если бы он выжил, мне бы не пришлось даже направляться на этот смотр. Уверена, он бы полюбил настоящую меня, принял бы со всеми достоинствами и недостатками. И мы бы с ним жили долго и счастливо. И я бы никогда не встретила тебя.
– Какой развёрнутый ответ, – усмехнулся Сонррайн. – Наверное, там, в шкафу, в кабинете Райхана, ты представляла его на моем месте, раз так прижималась ко мне.
– Да ты сам не отпускал меня! Притянул так, что я даже дышать не могла, – чувствуя, как вместо злости, меня заливает краской смущения, ответила я.
– Иначе, ты бы выдала нас обоих, Рокайя, – парировал Сонррайн. – Даже в опасной для нас ситуации, не можешь молча постоять. Хотя, твои губы на моей шее…
– И слышать не желаю, а ну вон из моей комнаты!
Я, буквально, вытолкала его за порог. Сонррайн особо не сопротивлялся, но и не помогал. Лишь, когда я закрывала дверь, он слегка улыбнулся, глядя на пристыженную и смущённую меня, и произнёс:
– Вот не могу я на тебя долго злиться. Крепкого сна, принцесса Рокайя.
Оставшись одна, я крепко задумалась. Спать не хотелось, думать о наглой выходке вредного учителя тоже. Значит, говорите, испытание ума? Надо проверить подборку взятых с собой из Даркайна книг…
Я проснулась с трудом. Практически до рассвета, я штудировала несколько энциклопедий, перенасыщая свой мозг нужными и не очень знаниями. Зато – уверена, что готова к испытанию ума. Настолько готова, что способна придумать логичный, но неправильный ответ на любой сегодняшний вопрос. Верно сказал гадкий Сонррайн – пора заканчивать этот балаган, именуемый смотром невест.
Сёстры Галь, похоже, занимались ночью тем же, чем и я, ибо круги под глазами у нас были практически одинакового размера. Да и зевали мы хором и от души, не стесняясь своих сопровождающих.
– Как успехи, Рокайя? – сонным голосом спросила Ана, промахнувшись вилкой мимо тарелки.
– Спроси меня, как называется самая высокая в Даркайне гора? – зевнув, произнесла я.
– И как?
– А вот не знаю…или не помню, – махнула рукой я. Да так, что чуть не опрокинула стакан с отваром в тарелку к сидящему напротив Сонррайну. – Я столько всего читала, что сейчас у меня в голове сплошная каша. Вроде бы, знаний подчерпнула много, а пользы, по сути, никакой.
– Не переживай, ты справишься, Рокайя! – попытался подбодрить меня молодой нахал.
– Зачем вы вообще штудировали все эти книги, если не хотите пройти смотр? – не выдержав, спросил нас наставник сестёр.
– Из–за нейтральных, – практически одновременно ответили я и Ана Галь. Эме лишь мрачно кивнула.
– О чём вы? – присоединился к разговору Сачар.
– Перед самой заварушкой с Хури и Гесси, Рокайя сказала, что они глупые и необразованные, – пояснила Ана, глядя как мой наставник страдальчески закатывает глаза. – Значит, мы, как представители благородных семей, должны на их фоне смотреться в десятки раз умнее.
– Да, иначе я буду выглядеть посмешищем, – добавила я.
– Мы, – присоединилась Эме. – Мы же на стороне Рокайи, должны не ударить в грязь лицом. Да и вообще, этот смотр, не единственное событие в нашей жизни. А вылететь из него с клеймом «тупица», может быть чревато для нашего будущего.
– Именно так, – поддержала сестру Ана. – А то влюблюсь я в мужчину – прекрасного, умного, богатого, а он заявит: «Фу, она же опозорила Зелёные Холмы на смотре в Кэррей. Не ответила ни на один вопрос второго этапа». В наших краях очень следят за репутацией.
– Переезжай в Даркайн, – ухмыльнулась я. – Попрошу отца провести тебе экскурсию по Воинской Школе. Выбирай – не хочу. Или вы тоже тщательно отбираете себе невест, а, Сонррайн?
– Рокайя! – прикрикнул на меня Сачар.
Вредный учитель лишь фыркнул и промолчал. Зато не игнорирует, уже прогресс. Видимо, время, проведённое в генеральском шкафу, пошло нам на пользу. Растопило лёд, так сказать. Или же, всему виной тот невольный поцелуй в шею?
– Рокайя, – вернул меня в реальность голос Сонррайна. – С тобой всё в порядке? Третий раз подносишь пустую вилку ко рту. О чём задумалась? Или, может, что–то вспомнила?
– Да вроде не было ничего такого, о чем стоило бы вспоминать, – злорадно ответила я, глядя, как вредный учитель невольно покраснел.
Эме и Ана многозначительно переглянулись, но промолчали.
– Что ж, – встал из–за стола Сачар, – мне надо…
– …уйти на встречу с другими наставниками, – закончила я предложение за него. Сачар горестно вздохнул.
– Наверное, королевской семье Кэррей всё же повезло, что ты не горишь желанием пройти смотр. Думаю, король Ойлар сам бы выставил тебя за ворота Имперского Двора, после первого же приёма высоких гостей.
– И это самый безобидный вариант, – не выдержал Сонррайн. – Боюсь, он бы объявил очередную войну Даркайну, посчитав, что мы специально направили Рокайю, как секретное оружие, дабы свести действующего короля с ума. И нам бы с Лайрраном пришлось отправиться на смертный бой из–за длинного языка нашей прекрасной принцессы.
Я обиделась и метнула в моего телохранителя куриной костью, под звонкий хохот остальных. Сонррайн, даже не глядя, поймал обглоданную косточку и спокойно перекинул её через себя, метко попав ею в поднос с остатками пищи, а затем, невозмутимо вытер руки салфеткой.
– Принцесса, в то время, как ты раскидываешься остатками еды, многие бедные семьи голодают, – наставительно произнёс Сачар, заставший сию картину уже у порога.
– Я это запомню, – ответила я, не уточняя, кому предназначались эти слова, после чего элегантно встала из–за стола и, потягиваясь, направилась к себе, с надеждой ещё немного поспать.
Уже в коридоре, меня догнали сёстры Галь и, буквально, силой, втащили в комнату.
– Рассказывай, – сверкая глазами, прошептала Ана.
– О чём? – тем же шёпотом ответила я, не понимая, в чём причина их внезапного прилива бодрости.
– О вас с Сонррайном, – нетерпеливо произнесла Эме.
– А что рассказывать то? – не повышая голоса, поинтересовалась я у любопытных сестёр.
– За завтраком, пока твои сопровождающие ждали тебя, они вскользь упомянули, что вы вдвоём были на встрече с Райханом и Салланой, – пояснила Эме.
– Двойное свидание в тайне ото всех? – добавила Ана.
– А утром, вы вели себя так, словно у вас масса секретов от остальных, вдобавок, искры между вами так и летали, – закончила одну, на двоих сестёр, мысль, Эме.
А это мысль! Поддразнить сестёр, чтобы они завалили намёками и хитрыми взглядами Сонррайна. Пусть, как следует, засмущается и покраснеет. А что я? Я скажу всё, как было. Ни слова не привру. Ну, почти. Я же буду не виновата, если сёстры что–то додумают от себя.
– Ладно, скажу, – заговорщицки подмигнула я подругам. – Вчера вечером мы действительно ходили к Райхану, встречались с ним и Салланой, втайне ото всех. Только держите это в секрете, иначе нашим кэррейским друзьям может прилететь обвинение в преступном сговоре против родного края.
– Мы – могила, – хором прошептали сёстры и показали жестом, как закрывают рты на замок, а ключ выбрасывают в моё окно.
– Так вот, – с хитрым видом, продолжила я. – В разгар нашей встречи, в кабинет генерала постучался не кто иной, как Самир! И, чтобы не подставить генерала перед его заклятым врагом, мы спрятались в маленьком шкафу, где он хранит парадную форму. В нём практически не было места, поэтому, мы с Сон–Соном стояли вплотную друг к другу, слыша биение наших сердец. Эта невольная близость ко мне, буквально свела его с ума! Он прижал меня к себе так крепко, уткнувшись лицом в мои волосы, словно мечтал, чтобы разговор генерала с мерзким советником, продолжался бесконечно. Был даже момент, когда наши губы практически соприкоснулись…
– Ооооо, – только и смогли произнести две наивные сестрички.
– Но в этот момент, Райхан закрыл дверь за Самиром и выпустил нас из шкафа. Сонррайн был красный, словно рак, а всю обратную дорогу, он боялся даже смотреть на меня…
– Я сразу поняла, что он в тебя влюблён, ещё с первого дня знакомства! – смахивая слезинку с глаза, произнесла расчувствовавшаяся Ана Галь.
Ох, как же ты ошибаешься, сестричка Галь! Слышал бы меня сейчас Сонррайн… Думаю, вредный учитель поступился бы принципами, и стал первым выходцем из школы, кто посягнул на жизнь члена правящей семьи. Несмотря на то, что я сама это заслужила.
– Но, – притворно вздохнула я, – он всего лишь простой телохранитель, а я – принцесса. Умом понимает, что мы не можем быть вместе, но сердцу не прикажешь…мне его так жаль, так жаль!
Надеюсь, Сонррайн не будет выяснять, почему это сёстры при виде него внезапно принялись умиляться и сочувственно вздыхать, иначе, боюсь, меня и Сачар не спасёт. А нечего было трогать без разрешения мою птичку и на завтраке меня поддевать! Я не из тех, кто будет проглатывать обиду и молчать. Дьявол с ним, лучше провожу сестёр и продолжу подготовку к второму этапу смотра.