Прилетевший на следующей неделе земной консул объявил, что главной своей целью видит прочное добрососедство между Гермессионом и Землей. По некоторым намекам из его многочисленных выступлений Марат понял другое: Землю и Великих Гостей интересует главным образом бесперебойное поступление сырья.
В большинстве своем орбитальники надеялись, что теперь, когда город перестанет расходовать средства на старое оружие и армейских бездельников, жизнь сделается чуть-чуть посытнее. Пока же Правление ломало голову, куда девать три сотни офицеров, не умевших абсолютно ничего – ни воевать, ни работать.
Выиграли в этой неразберихе только журналисты, у которых появилась масса тем для репортажей или, как формулировали сами акулы четвертой власти, информационных поводов. Вероника ежедневно выдавала в эфир несколько интервью и начала снимать большой фильм о короткой войне, за которой последовало вторжение землян.
Наметился успех и у Марата. Он наконец получил соотношения, почти точно описывавшие одну из фаз злополучного эффекта Ирсанова-Ирсанова. Только уравнения эти выглядели так нелепо, что он стеснялся их публиковать.
А в последний день ноября в жилой отсек Ирсановых постучал офицер в земном мундире майора-десантника и объявил ледяным голосом:
– Консул и командующий эскадрой велели доставить вас в офис.
За спиной майора застыли два вооруженных солдата в броне. Из соседних отсеков выглядывали соседи, и на их лицах сверкали довольные ухмылки: дескать, попался, гад образованный.
– Старый знакомый! – обрадовался адмирал. – Ты почему, сукин пес, не сказал, что книгу по истории флота написал?
Консул снисходительно улыбнулся, а Марат настороженно буркнул:
– Это бы что-нибудь изменило?
– Ну конечно! – вскричал Бентуров. – Отличная книга, я был в восторге, несколько раз перечитал. Знай я, что передо мной автор – ты бы летел домой с комфортом в адмиральском катере.
Ирсанов развел руками. Военная история была его давним хобби. Марат много лет собирал материалы, а в позапрошлом году взялся их обрабатывать. Неожиданно для него самого получилась книга солидного объема, которую он назвал «Звездный меч человечества. Полтора века военноцкосмических сил Земли (1957-2107)». Еще большая неожиданность случилась, когда книгу опубликовали солидным тиражом – и на бумаге, и на защищенных от копирования электронно-голографических носителях.
Адмиральские восторги оказались не без подвоха. Бентуров сразу сказал, что сражение 15-16 марта 2071 года вовсе не было игрой в одни ворота. По его словам, объединенные флоты нескольких земных держав всю первую половину боя дрались почти на равных и даже подбили не меньше трех кораблей противника. Потом, – признал командующий, все-таки сказалось техническое превосходство Великих Гостей, и бой превратился в избиение.
– Я слышал легенды о двух-трех и даже десяти уничтоженных крейсерах клантов и тиадзаров, – признал Ирсанов. – Однако достоверных подтверждений не нашел.
Бентуров пренебрежительно фыркнул:
– Не там искал. Надо было по личным архивам пройтись, опросить уцелевши участников. В тот день мой дядя по материнской линии был командиром батареи на броненосце «Орел»…
Марат несдержанно перебил его:
– Флот России не участвовал в сражении.
– Не участвовал, – согласился адмирал. – Но присутствовал. Эскадры зависли над Москвой, Уралом и Астраханью, ожидая приказа вступить в бой. Кстати, об этом тоже стоило бы написать…
По его словам выходило, что в Кремле не решались атаковать пришельцев, к тому же не было большой охоты таскать из огня каштаны для заморских конкурентов, вздумавших захватить портал Аунаго. Тем не менее флот был готов оказать сопротивление, если бы пришельцы стали наносить удары по Евразии. Короче говоря, приказа воевать не последовало, поэтому все корабли уцелели, и бортовые камеры записали немало любопытных кадров.
– После вахты дядя ухитрился перекачать на мини-диск основные эпизоды сражения, – подмигнув, поведал Бентуров. – Там отчетливо видно, как броненосцы «Синане», «Ришелье», «Айрон Дюк» и «Констеллейшен» атаковали с разных сторон отбившийся из строя космолет клантов, а китайский броненосный крейсер «Серый коршун» внезапно ударил сзади и разнес торпедами почти весь корабль.
Не до конца поверив, что такая запись действительно существует, Марат потребовал подробностей. Бентуров азартно схватил блокнот и стал водить по экрану световым карандашом, рисуя тактические схемы. Консул, покашляв, деликатно прикрикнул:
– Позже об этом наболтаетесь! Тоже мне, встретились два маньяка… Марат Робертович, я пригласил вас по серьезному делу…-Дипломат поиграл мышкой, выводя на монитор нужный файл. – Вы подавали прошение о земном гражданстве и праве на репатриацию?
– Да… – от неожиданности Марат растерялся. – Но мне ответили…
Консул прервал его лепет, торжественно объявив:
– Ваша просьба удовлетворена. С первого декабря сего года вы и ваша семья станете полноправными гражданами Земли с правом проживания в любой части планеты, за исключением зон особого режима.
Совершенно не предвидевший такого оборота Марат хлопал глазами и ушами, благодарил землян и принимал поздравления. Консул вручил новому гражданину четыре паспорта, копию президентского указа, другие документы – на бумаге и на микродиске.
Однако на этом чудеса не закончились. Представитель Земли сообщил, что университеты Шанхая, Партизанска, Найроби, Небраски и Лимы готовы принять знаменитого физика, открывшего новое гравитационное явление.
– Мы можем лететь на Землю? – прошептал Марат. – И меня там ждет работа?..
– В любой момент, – подтвердил консул. – Какой из этих городов вы намерены выбрать?
Сгоряча Ирсанов чуть не ляпнул: куда угодно, лишь бы подальше от Венеры. Только вовремя сработали тормоза, и он осторожно проговорил, что должен посоветоваться с семьей.
– Верно мыслишь, – одобрил адмирал. – Ты вроде русскоязычный?
– В общем, да. Мои родители перебрались на Гермессион из Курска. А жена – дочь англичанина и украинки.
Бентуров посоветовал соглашаться на Партизанск – в Сибири и русский язык в ходу, и жизнь дешевая.
– Этот вопрос его беспокоить не должен, – засмеялся дипломат. – Он же гонорар от гунадов получил – что-то вроде семи тысяч галаксов.
– При чем тут гунады? – переспросил Ирсанов, окончательно переставший что-либо понимать. – Какой гонорар?
– Еще не знаете? – Консул тоже удивился. – Великие Гости перевели вашу книгу. Так что, дружище, вы теперь очень обеспеченный человек.
Сначала домашние не поверили ему. Даже когда Марат показал документы.
Потом Вероника расплакалась и бросилась мужу на шею. Макс восторженно завизжал, и только старший сын хмурился, кусая губы.
– Ты не рад? – поразилась Вероника. – Сам ведь хныкал, что на войну погонят, что жить невмоготу.
– Не будет войны, – проворчал Альберт. – Земляне же нашу армию распустили.
– Все равно пора делать ноги, – изрек отец. – Не войной, так взятками нас изведут. А также радиацией, тяжелыми ионами в воде и воздухе, безработицей, голодом. Короче, не тот случай, когда надо сомневаться – готовься в дорогу.
Помявшись еще немного, Аль признался, что на Гермессионе держат его вовсе не теплые чувства к малой родине и городским властям. Причиной оказалась Карин, девочка с соседней палубы.
Это было уже серьезно, пусть и не слишком. Первая любовь – не больше. На Земле мальчик встретит тысячи сверстниц получше этой красотки местного масштаба.
– Неужели никак нельзя взять ее с собой? – жалобно повторял Альберт.
Отрицательно покачав головой, Марат произнес печально:
– Смирись, сын. Жизнь нынче такая – каждый спасается сам…
Последние дни промчались в спешке и заботах, потому что Ирсановы твердо решили улететь ближайшим рейсом. Беготня по инстанциям, упаковка скарба, взятки по любому поводу и другие мелкие пакости жизни попортили немало крови. Буквально со слезами на глазах раздавали друзьям вещи, которые не могли увезти с собой.
Наконец наступил день отлета. Добрые люди помогли дотащить баулы до пассажирского терминала, выпили на дорожку, прозвучали последние пожелания.
Марат слышал, как Аль говорил Карин:
– Как только исполнится восемнадцать, я смогу прислать тебе визу.
– Я буду ждать! – всхлипывая, Карин поцеловала его и убежала.
Таможенник лениво поглядел на солидную гору багажа и сказал:
– Сотня за каждую упаковку, и я не стану смотреть, что вы везете.
Пришлось выложить солидную сумму, но дело того стоило: досмотр мог затянуться на много часов, так что корабль улетел бы без них. К тому же идиотские законы Гермессиона запрещали вывоз носителей информации, причем под это определение таможенные крысы подметали абсолютно все, включая фотографии, мини-диски и клочки бумаги с телефонными номерами. А уж компьютеры и библиотеку таможня отобрала бы наверняка.
Но вот остались в прошлом все поборы и прочие унизительные процедуры. Четверка уезжантов, пыхтя, поволокла багаж на пассажирскую палубу. Небритый астронавт в драной робе, заляпанной жирной смазкой, отпер им люк, содрав десятку за эту нехитрую услугу.
Легкий толчок – космолет отстыковался от станции. В иллюминатор было видно, как удаляется Венера – желтая полусфера детского мяча, в которую кто-то, балуясь, воткнул длинную булавку космического лифта, увенчанную фигурной шляпкой орбитального города.
На душе вдруг стало тоскливо – что ни говори, они улетали из родного дома и вряд ли когда-нибудь вернутся. Впереди же была лишь полная неизвестность, затейливо приукрашенная туманными надеждами на лучшее.
Вероника нервничала все сильнее и даже сказала не в тему:
– Все-таки надо было взять наш кухонный шкаф. Ведь совсем как новый был.
– На Земле купим не хуже, – отмахнулся Марат.
– Миллионер нашелся, – осуждающе повысила голос жена. – Денег у него слишком много завелось!
Впрочем, она сама поняла, что говорит ерунду, а потому замолчала и просто смотрела в иллюминатор.
Грузовик «Небесная косатка» начал маршрут с Гермессиона. Потом пошел к Афродите, где выгрузил привезенные с Земли контейнеры и принял груз, предназначенный для земных заказчиков. Там же сошли два пассажира. Продолжая облет системы, «Небесная косатка» посетила города Поларис и Аврора.
Все маневры проводились возле Венеры, поэтому невесомость случалась редко – лишь при включении антигравов на форсаж. Но даже эти короткие периоды без силы тяжести большинство пассажиров-землян переносило плохо. Ирсановым, привычным к любому режиму гравитации, было проще.
Раздражало другое – нудные передвижения между поселениями и заводами, долгие стоянки у причалов. Лишь на третьи сутки «Небесная косатка» развез по городкам все земные грузы, принял на борт пассажиров и продукцию со всех поселений Венеры. Заработал главный двигатель, опаливший пустоту факелом плазмы, и космолет, набирая скорость, рванулся прочь от Солнца. Спустя час Венера сделалась размером с кулак, еще через час сравнялась диаметром с Солнцем.
– Боюсь, – призналась Вероника. – Как мы там будем?
– Не хуже, чем прежде, – успокоил ее Марат. – Хуже быть не может.
Неделя полета тянулась муторно. Заняться на корабле было нечем, подключение к Интернету стоило бешеных денег, а диски для видеотеки подбирали, видимо, пьяный боцман и страдающий слабоумием сексуальный маньяк – сплошные порнобоевики, концерты дешевой попсы и бои без правил.
– Скучно, – сказал на третий день Максим. – Скорее бы на Землю.
– Ага! – ухмыляясь, поддержал его старший брат. – Там по кабельникам крутят качественное порно: Магдалина, Натали, Матильда, Лесби-Бойз…
– Псих озабоченный! – взорвалась Вероника. – Лучше бы учебные программы просматривал. Между прочим, на Земле сразу в школу пойдешь.
– Может, сначала в Диснейленд сходим? – заныл Макс. – Папа, в том городе есть Диснейленд?
– Диснейленды есть в каждом большом городе, – поведал отец. – Вот кинопарки – только в главных мегаполисах.
Он в очередной раз поделился воспоминаниями о подмосковном кинопарке, где можно стать персонажем любого фильма, снятого со времен братьев Люмьер. Жена, естественно, прерывала его рассказ язвительными репликами: дескать, папаша ваш выбрал, конечно, роль Али-Бабы в пещере сорока разбойниц.
– Я был лейтенантом Батуриным из «Битвы за Сатурн», – осадил ее Марат. – Помнишь этот фильм, Аль?
– Ну да. – Сын закивал. – Крейсера «Александр Невский», «Варяг» и китайский «Великий поход» против «Стар дрэгон» и «Спейс тирекс». Кажется, шестьдесят шестой год.
– Он самый. Между прочим, мы летим на корабле того же поколения. Наша «Косатка» однотипна с «Драконом» и «Тирексом».
– Я заметил, – пренебрежительно сообщил Альберт. – Наша каюта прежде была казематом для восьмидюймовок.
Еще в дошкольном возрасте старший сын заразился от Марата интересом к военной истории. Особенно к военно-космической. Отцовскую книгу он перечитывал регулярно, энциклопедию «Звездные линкоры» тоже знал чуть ли не наизусть и вообще любил находить ошибки в изданиях такого рода.
– Собрались знатоки, – заворчала Вероника. – Вы хотите сказать, что этому корыту больше сорока лет?
– Почти пять десятков, – подтвердил Марат. – Первое поколение броненосных крейсеров. Когда их сняли с вооружения, транспортные компании охотно приобрели эти корабли – они же прекрасно защищены от метеоритов и радиации.
Аль авторитетно подхватил:
– Остались на месте эшелонированные листы навесной брони, но вместо оружия и огневого реактора – грузовые отсеки и каюты для пассажиров.
Космолет действительно был очень стар. Тихоходная развалина – иначе никто сегодня не скажет, а ведь когда-то крейсера этого поколения считались чудом техники. Они появились, чтобы решить судьбу космической экспансии, но стали символом катастрофического поражения.
Обычная судьба любого оружия.
В двадцатые годы прошлого века начались войны за ресурсы. Нефть в основных месторождениях кончалась, и великие державы сражались за Ирак, Индокитай, Южную Америку, Прикаспий, Сибирь и Антарктиду, в недрах или на шельфе которых еще оставалось немного «черного золота». Впрочем, и эти залежи быстро превращались в грандиозные прослойки песка, испачканного остатками нефти.
Третья мировая война между Севером и Югом, разразившаяся в 2022-2024 годах, потянула за собой цепь локальных конфликтов, которые не принесли большой пользы, хоть и заметно изменили топографию государственных границ. На финише Третьей мировой Москва вновь подняла забытый вопрос об Аляске, и в той бойне впервые схлестнулись космические войска. Безрезультатная битва эскадр 17 февраля 2024 года открыла новую главу стратегического искусства.
Войны выдохлись к середине тридцатых, когда державы поделили Антарктиду и выкачали последние капли нефти из ближневосточных скважин. От безысходности государства и корпорации занялись развитием ресурсосберегающих технологий, продолжая выдавливание нефти из пропитанных углеводородами песков и предпринимая робкие попытки перехода на солнечную энергию. Массу проблем создавали растущие дыры в озоновом слое. И тогда Евразийская Федерация, Америка и Китай почти одновременно вспомнили о космосе.
Началось массовое строительство космолетов, и в 2038 году корабли с атомными двигателями отправились к Марсу и Венере. Спустя два года планетолет «Знамя-8» полковника Чепракова совершил посадку на Меркурий, а в 2041-м китайцы достигли Юпитера. На других планетах нашлись и нефть, и металлы, оставалось сделать рентабельной транспортировку сырья на Землю.
Однако ядерные ракеты были слишком тихоходными, отчего путешествия даже к ближайшим планетам растягивались на долгие месяцы. К концу пятидесятых появились ионно-плазменные двигатели, и космолеты вышли на рубеж скоростей в 60-80 км/сек. Благодаря новой технике время межпланетных полетов заметно сократилось, так что ведущие державы смогли основать колонии возле Меркурия, Венеры и Марса.
Космические владения и межпланетные маршруты нуждались в защите. Если в первой половине прошлого века для боевых нужд приспосабливали серийные грузовики, то в середине столетия развернулось строительство настоящих военных кораблей.
Первые крейсера, смонтированные в 2050-2060 годы, имели 300-600 тонн массы, скорость около 70-80 км/с и четыре – шесть орудий – лазеры и пушки калибром не больше 100-130 мм, а также торпеды и броню 5– 12 см . В следующем десятилетии появились броненосные крейсера: 1500-3000 тонн, броня до 25 см, походная скорость около 90-120 км/с, пушки 150– 200 мм . Именно к этому поколению относилась «Небесная косатка», на котором Ирсановы бежали с Гермессиона.
Всего в те годы было построено больше сотни крейсеров и десятка три броненосцев, носивших более мощную артиллерию: десять-двенадцать пушек калибром под 250 мм . Немалая часть этих кораблей погибла в 2063-2065 годах, когда разгорелась американо-китайская война за Меркурий, названная Четвертой мировой, или Второй космической.
А в 2067 году началась новая эпоха – возле Венеры внезапно появился портал цивилизации Нифбезил Цилонк. Потрясенное человечество с надеждой, восторгом и отвращением познакомилось с братьями по разуму, причем сразу с двумя расами.
Квазигуманоиды тиадзары чем-то напоминали вставших на задние конечности гиен, но ростом были не меньше двух метров. Три глаза могли быть красного, оранжевого или желтого цвета. Длинные когти на четырехпалых руках прятались, как у кошек. Существа второго вида – аркхи – принадлежали к насекомым. У этих изящных жуков ростом около полутора метров было по шесть конечностей с двумя суставами и многостворчатыми клешнями на верхней паре. Единственный глаз на хоботке обеспечивал круговой обзор.
От инопланетян люди узнали, что в прилегающих областях Галактики процветают несколько сверхцивилизаций, причем Нифбезил Цилонк и другие высокие культуры по-отечески опекают младших братьев и способствуют их прогрессу. Тиадзары и аркхи наладили поставку своих изделий в Солнечную систему, а Земля через тот же портал экспортирует свои товары.
На следующий год развернули свои порталы еще три сверхцивилизации. Первыми появились подданные Фтомира – рептилии в шкуре цвета хаки были чуть поменьше человеческого роста и назывались гунадами. Затем прибыли с Аунаго, причем эту цивилизацию составляли те же гунады и раса делсов – большие головы с рожками и копыта на ногах выдавали в последних потомков травоядных. Впрочем, делсы были единственными среди пришельцев, кто имел на руках по пять пальцев. Наконец, в Солнечной системе открылся портал Чауц – цивилизации, которую составляли змееглавые кентавры кланты и чешуйчатые птицы ивобзины.
Количество станций межзвездного транспорта быстро выросло до десятка. Аунаго построила порталы на орбитах возле Земли и Юпитера, Фтомир – у Сатурна и Меркурия, Нифбезил Цилонк развернулся около Меркурия, Венеры и Марса, а Чауц облюбовал Марс, Уран и Нептун. Судя по всему, пришельцев интересовала не столько Земля, сколько планеты, богатые минеральными ресурсами.
Политическое устройство Галактики люди поняли не слишком внятно, да в этом и нужды не было. Пришельцы, которых люди назвали Великими Гостями, занимались преимущественно торговлей. Для удобства расчетов приняли специальную валюту – галакс. Люди гнали в жерла порталов сырье, а взамен получали супертехнологичную продукцию вроде антигравитаторов.
При помощи Великих Гостей были построены исполинские заводы, плавающие в атмосферах планет-гигантов и перерабатывающие метан с аммиаком в нефтепродукты. Большая часть этой продукции уходила на Старшие Миры, но до миллиарда тонн углеводородов ежегодно доставалось и Земле. Мощный приток сравнительно дешевого заменителя нефти реанимировал едва не впавшую в кому земную промышленность.
Тогда же началось строительство городов над Венерой и Меркурием. В начале 70-х принял первых колонистов Гермессион, после чего на Землю и в портал Нифбезил
Цилонк хлынули килотонны редких минералов и цветных металлов.
Впрочем, общение с инопланетянами проходило не без осложнений. Некоторые церкви имели неосторожность усомниться, что тиадзары, аркхи, делсы и остальные твари могли быть созданы по образу и подобию Всемогущего Творца. А когда стало известно, что гунады и кланты считают себя венцами творения, в исламских странах даже объявили сгоряча джихад.
Проблемы религии стали поводом для конфликта, но причина лежала глубже – земные монополии были недовольны ценами, которые диктовали пришельцы. В 2071 году Исламская Федерация при поддержке США и Китая выступила против пришельцев. Карательная экспедиция была, столь ужасной, что вскоре уцелевшие конфессии собрали конгресс, утвердив новое Евангелие погибшего в последней войне пророка. Разумеется, имелось также множество апокрифов.
Разгромив космические флоты землян и разбомбив несколько больших городов, пришельцы простили неразумное человечество и посоветовали создать Всемирное правительство. В рамках конфедерации прежние государства сохранили урезанные полномочия, но силовые ведомства подчинялись отныне центральной власти.
После недолгой паузы на человечество обрушился очередной шквал звездной благотворительности. Великие Гости пригласили к себе на Старшие Миры земных специалистов, и те под руководством инопланетян разработали медикаменты против самых страшных болезней, а также весьма эффективные двигатели на термоядерной тяге. Самое удивительное, что все это делалось на основе знакомых людям технологий, то есть никаких новых законов природы пришельцы землянам не раскрывали. Они только показали, как правильно использовать имеющиеся знания, и скорость космолетов выросла почти на порядок.
На рубеже веков была построена серия дредноутов типа «Кромвель» – кроме головного корабля вышли в космос «Гарибальди», «Чжу Юань Чжан» и «Боливар». При массе в восемь килотонн эти защищенные 30-сантиметровой броней гиганты были вооружены 11-дюймовыми пушками и совершали межпланетные перелеты со скоростью до шестисот километров в секунду. Уже в новом столетии пошли в серию крейсера типа «Мятежник» – слабее вооруженные и бронированные, но более быстроходные.
Правительство на Земле признавало самостоятельность колоний вроде Гермессиона или поселений системы Юпитера, но воевать им не разрешало. Технологии пришельцев помогли человечеству выкарабкаться из кризиса, население снова стало расти, уже почти сорок лет не случалось больших войн.
Даже самые отпетые ксенофобы признавали, что без Великих Гостей судьба Земли сложилась бы куда печальнее.
На шестой день неугомонный Макс, обследуя тесную каюту, обнаружил в переборке небольшой, с книгу размером, люк. Прежде на этой дверце имелась надпись, но краска давно стерлась. О возможной опасности дети, конечно, не подумали и, припомнив школьные навыки, поковыряли куском проволоки в замочной скважине. На общее счастье, проход в пустоту не открылся – за лючком оказалась ниша с бинокулярами и колесиками управления.
– Обзорник, – сразу сообразил Аль. – Раньше, когда здесь сидели артиллеристы, они наблюдали за космосом.
Обрадованная новому развлечению семья по очереди заглянула в окуляры. Земля находилась прямо по курсу и напоминала мелкую монету, отлитую из голубоватого серебра. Рядом тускло отражал солнечный свет желтоватый серп Луны,
Вращая штурвальчик, Марат перемещал расположенные на корпусе «Косатки» объективы. Неожиданно в поле зрения появился летевший параллельным курсом боевой корабль с цифрами «003» на борту.
– Аль, посмотри, – он отодвинулся, уступая место сыну. – Дредноут возвращается к Земле из похода.
Старшенький немедленно прилип к оптическому прибору. Спустя секунду Аль, не отрываясь от бинокуляра, вынес вердикт:
– Ноль-ноль-три – это с китайским названием. Не помню, как его…
– «Чжу Юань Чжан», – подсказал отец. – Возглавил войну повстанцев против монголов и стал императором, разгромив Хубилая.
– Того самого, которого ветром камикадзе раскидало? – Аль хохотнул. Потом отошел от прибора, недоуменно заметив: – Обрати внимание – все дредноуты носят имена правителей, прогнавших тиранов.
– Вот именно, – Марат кивнул. – И новые крейсера тоже названы в честь известных мятежников. Адмиралы зарываются. Словно бросают вызов пришельцам: мол, наши боевые космолеты построены для войны против колонизаторов.
Озадаченный Аль неуверенно поинтересовался:
– Разве дредноуты могут справиться с кораблями Великих Гостей?
– Сомневаюсь, – Марат скептически покривился. – После той войны наше оружие не стало намного сильнее. Так что силовое поле, природы которого мы не знаем, отбросит снаряды и отклонит лазерные лучи. Если верить Бентурову, корабли пришельцев получали повреждения только от торпедных ударов. Видимо, энергия мегатонного взрыва пробивает их защиту.
Он напомнил, что писал об этом в своди книге. В единственном сражении победу Великим Гостям принесли не только энергощиты и могучее оружие, но и колоссальная скорость инопланетных кораблей. Космолеты пришельцев свободно маневрировали, молниеносно разгоняясь до трех и даже шести мегаметров в секунду. Земные орудия просто не успевали взять на прицел столь стремительную мишень.
– Все равно же не будем с ними больше воевать, – фыркнула Вероника. – Дураков больше нет.
Кто знает, подумал Марат. Немало было на Земле и тех, кто не смирился с колониальным статусом человечества. Лидеры партии непримиримых даже победили на выборах во Всемирный Сенат: Эвандер Асколи и Уолтер Грайс в Америке, Чжу-Хаоди и Такао Киношита в Азии, Емельян Флоренцев в России, Джефри Заким в Африке.
Они призывали к бойкоту пришельцев вплоть до вооруженного отпора и требовали равноправного партнерства.
Марат сомневался в разумности таких требований, но многие земляне думали иначе.
«Небесная косатка» затормозила возле Земли 21 декабря. На орбитальной станции «Астропорт-КЭЦ» пассажиры оказались под лучами осветителей и в прицелах телеобъективов. Атаковавший прибывших журналист восторженно выкрикивал, что сегодня счастливый день и приближается счастливая минута. При этом он указывал на табло, где горели дата – 21.12.2112 – и время по Гринвичу – 21.12.
– Мы приветствуем новых землян, вернувшихся на историческую родину в столь магический момент, – продолжал надрываться корреспондент. – Сейчас мы выясним, насколько хорошо вы знаете историю своей планеты. – Он бросил взгляд на экран мини-компьютера. – Итак, вопрос: кто из видных исторических деятелей родился в этот день?
Кроме Ирсановых на импровизированной съемочной площадке топталось еще человек десять. Ошалевшие под сокрушительным напором журналистов иммигранты обменивались взглядами, полными ужаса. Похоже, большинство из них знали земную историю лишь по бабушкиным воспоминаниям о войнах Наполеона. Внезапно в сером веществе Марата сработали логические блоки, хранившаяся среди файлов долговременной памяти информация поступила в оперативку, и он произнес:
– Сталин…
Для журналиста оказалось полной неожиданностью, что хоть кто-то решился ответить. Его улыбка сделалась деревянной, напомнив маску варварского идола. Растерянно повертев головой, землянин не сразу сообразил посмотреть в компьютерную шпаргалку, после чего недоуменно пробормотал:
– Правильно… – Он с удивлением уставился на Марата. – Может, напомните нам, кто это такой?
– Политик и военачальник середины двадцатого века, – разумеется, Марат не смог обойтись без подробностей. – Его именем был назван броненосец, отличившийся в Первую космическую войну.
Для журналиста это было уже чересчур. Замахав руками, он признал эрудицию Марата и восторженно поведал телезрителям:
– Все верно! Новые земляне великолепно знакомы с историей, и это прекрасно! Вы получаете приз от фирмы «Мицубиси» – замечательный кухонный комбайн с дистанционным управлением! Назовите ваше имя и расскажите, откуда прибыли…
Так их и показали по десятку земных каналов – усталых, взъерошенных, не по моде одетых и вдобавок нагруженных идиотскими коробками с убогим скарбом. Вероятно, зрелище было позорное – хорошо хоть сами Ирсановы этого не увидели, а не то бы точно померли со стыда.
Миновав таможню, пограничный пост, службу безопасности, санитарный контроль и еще какие-то страшные препятствия, они добрались до ракетной станции. Отсюда, не слишком строго придерживаясь расписания, отправлялись астробусы, доставлявшие пассажиров на Землю.
Разумеется, оказалось, что билеты надо было заказать заранее и что в Партизанск рейсов нет, поэтому придется лететь транзитом через Омск или Челябинск. Ирсановы перепугались – не хватало еще заблудиться на громадной незнакомой планете, – но тут же появились откуда ни возьмись деловитые молодцы – водители каботажников, готовые подбросить куда угодно за символическую, по их словам, плату.
Когда крохотный кораблик оторвался от станции, Максим, глядя в иллюминатор, восхищенно воскликнул:
– Ух ты, облаков и вправду совсем мало! Поверхность видно… Папа, мама, синее – это море?
– Не смотри на планету, голова закружится, – прикрикнула Вероника, у которой уже начинался приступ тошноты.
– Не море, – солидно просветил брата Аль. – Океан это – понял, лапоть деревенский?
А на посадочной площадке Партизанска у Вероники вдруг подкосились ноги. Закрыв глаза, она простонала:
– Не могу на это смотреть. Ни переборок, ни палуб… Мне страшно.
Дети тоже выглядели не лучшим образом и не особенно верили заверениям отца: мол, скоро привыкнете.
Марат выбился из сил, запихивая свое семейство в такси. Надо было успокаивать" хнычущих домочадцев, одновременно договариваясь с водилой. Потом были объяснения в мэрии, поиск жилья, переговоры о трудоустройстве.
Он и сам не понимал, как смог выдержать эту безумную неделю. Короче говоря, Рождество и Новый год семья Ирсановых встречала в собственной квартире на 27-м этаже.