На космодром Ирсанов демонстративно прибыл своим ходом, вызвав аэротакси. Команды на посадку не было – ждали застрявшего где-то в городе Куса. Пока гунады искали опаздывающего извращенца, Марат собрал отделение прикрытия, решив изначально вправить на место немногие извилины, заменявшие наемникам мозги.
Солдатиков снова было шестеро. Кроме знакомых по предыдущему рейсу Сабины и Пауля, в отряде появились Рэнди Луззаго, яркая брюнетка Эстелла, сержант-ирландец Фред и рядовой Хамачи.
– Высаживаться будете вместе со мной, – без церемоний начал Марат. – Поэтому заранее предупреждаю, что главная ваша задача – выполнять мои команды. Пауль и Сабина расскажут вам, чем кончилась прошлая прогулка, когда меня не слушали. Ясно?
– Так точно, сэр! – гаркнул Фред, а лица остальных наемников выразили готовность подчиняться.
– Тем лучше. – Марат усмехнулся. – Может, обойдется вообще без стрельбы. Но если все-таки придется воевать, то запомните: от вас не требуется убить как можно больше чужаков. В первую очередь будем истреблять их тяжелое оружие: корабли, самолеты, танки, пушки и так далее. Понятно?
– Разрешите вопрос, сэр, – отчеканил сержант. – У противника будет тяжелая техника?
– В прошлый раз были парусные корабли, как в кино про пиратов, – в доступной форме объяснил Ирсанов. – И дирижабли. Никто не знает, на что напоремся сегодня-завтра.
Трижды заставив солдат повторить приказ, он отпустил земляков и вернулся к археологам. Там уже топтался, громко оправдываясь за опоздание, Кус. Увидев Марата, ассистент выкрикнул:
– Вот же он! А я столько времени ждал его в варварском поселке!
– Мог бы позвонить, деревня! – огрызнулся Марат. – Не первый день в городе живешь, пора научиться обращению со средствами связи.
Джир пофыркал, укоризненно погрозил человеку хвостом, но вслух замечаний делать не стал, ограничась приглашением на посадку. Когда астробус устремился к порталу, начальник экспедиции строго шепнул Марату:
– Держи себя в руках. Конфликт исчерпан.
– Тебе что-то не нравится? – не без вызова осведомился человек.
– По-моему, ты на грани срыва.
– Ошибаешься. Именно таким я бываю, когда держу себя в руках. На грани срыва я хватаю-хватаю оружие и стреляю-стреляю во все стороны.
– Помню, читал в твоем досье…-Джир глубокомысленно покачивал хвостом, словно это был маятник. – Ну смотри. Я тебя предупредил, так что будь серьезнее.
– А ты будь готов премию мне побольше выписать, – Марат хрипло хохотнул. – Полагаю, сегодня мы откроем целую сеть порталов.
Покривившись, Джир посоветовал не слишком широко держать кармашки.
– Нам с большой неохотой оплатили один полет, – сказал он. – Если не найдем ничего ценного – в следующий раз со мной даже разговаривать не станут.
– Они с ума сошли? – возмутился человек. – Что можно найти за одну вылазку?
– В том-то и дело. – Начальник экспедиции громко вздыхал после каждого слова. – В нашем распоряжении пять суток, из которых надо выдавить как можно больше.
Он стал жаловаться: дескать, ему, всемирно знаменитому археологу, придется заниматься не изучением погибших культур, а глупостями вроде разведки межзвездных трасс. Стенания такого рода продолжались и в портале, где Джира услыхал командир космолета. Бывалый астронавт ободряюще проговорил:
– Не переживайте, драгоценнейший. Разведка трасс – очень увлекательное занятие. Обожаю такие рейды!
Многочасовой маршрут, пролегавший через порталы Аунаго, Фтомира и Намнуну, привел их в систему трех солнц и пяти совершенно не интересных планет. От портала они долго летели на максимальной тяге к сооружению зунгшоаров, затерявшемуся в пустоте далеко за внешним поясом астероидов.
На этот перелет ушли первые сутки экспедиции. Неудивительно, что Джир все громче страдал, теряя надежду на успех. В отличие от него, Марат прекрасно провел время в компании наемников. Земляне от души покутили, а Сабина и Эстелла по очереди поимели образованного соплеменника. Можно сказать, реализовали корпоративное чувство.
В общем, когда космолет затормозил возле портала, Марат был доволен, слегка нетрезв и сильно измотан – как и положено настоящему варвару, который хочет прикинуться беззаботным.
Портал буквально вопил о том, что построен наспех, причем из случайного набора узлов, агрегатов и стандартных блоков. Несуразное асимметричное сооружение выглядело произведением ребенка-хулигана, добравшегося до коробки с деталями детского конструктора. Словно мятежники наугад состыковали блоки самых разных типов, замазав стыки наномассой.
Тем не менее портал работал: на обшивке горели навигационные сигналы, система стабилизации уверенно ориентировала ось вращения вдоль момента импульса. Упрятанный внутри реактор снабжал все системы энергией, засоряя пространство слабыми выбросами бета – и гамма-лучей, протонов и нейтрино.
И, что хуже всего, портал не открывал вход, но посылал непонятные сигналы на каком-то из древних языков.
– Запрашивает пароль, – доложил Хар.
– Уверен? – презрительно буркнул Марат. – Может, предлагает зайти с другого борта?
Джир насупился и заметил строгим голосом:
– Даже ты должен был слышать, что удалось расшифровать язык зунгшоарских гуманоидов-флондов. В файлах, которые ты скачал с инфосистем «Освободителя», было достаточно сведений.
Хар нетерпеливо перебил шефа, осведомившись:
– Что будем делать?
– Решение тебе известно, – изрек Джир. – Другого не будет.
Пристыженному человеку оставалось наблюдать, как осуществляются решения, принятые без его участия. Хар ткнул курсором в иконку на трехмерном мониторе, и динамики невнятно мяукнули. Затем в неправильных формах портального борта распахнулось отверстие, за которым просматривалось освещенное пространство.
Экипаж врубил двигатели на самый малый ход, направив космолет в открывшиеся врата. Легонько шлепнув Ирсанова небрежным движением хвоста, Джир объяснил:
– Мы передали идентификаторы «Освободителя», которые удалось найти буквально вчера. Инфосистемы мятежников узнали пароль и пропустили нас?
– Поздравляю, – вполне искренне сказал человек. – Хитро придумано.
– В успехе была и твоя доля, – великодушно признал начальник экспедиции. – Информацию добыл ты, и это не будет забыто, когда начнем делить награды.
Командир космолета шикнул на них, чтобы не шумели. На этом этапе руководство полностью перешло к навигаторам. Запустив локатор, астронавты после недолгих стараний подобрали нужные частоты и смогли получить карту трасс свернутого пространства, которые тянулись от портала.
На голограмме схема выглядела как сноп светящихся нитей, расходившихся от центрального узла. Извилистые линии завершались разноцветными шариками – это были порталы, к которым вели многомерные маршруты. От некоторых шариков-порталов тянулись новые линии.
– Что… такое?.. – пролепетал Джир. – Неужели то, о чем я подумал?
Безусловно, он уже лонял, что видит, но не верил в столь оглушительный успех. Командир, оскалясь, ответил:
– То самое, милейший! Это сеть чужих порталов – за такое открытие нам отвалят шестнадцать миллионов, не меньше.
– Почему шестнадцать?! – взревел Джир, растеряв академическую степенность. – Полагается по миллиону за портал, а их не меньше полусотни!
– Не советую торговаться с Аунаго, – просветил астронавт археолога. – За сеть положено шестнадцать. Таков тариф.
Археологи возмущенно пошипели, но не посмели возражать против несправедливых правил корпорации, на которую работали. Между тем командир объявил, что необходимо совершить несколько вылазок по чужим трассам для аппроксимации каких-то параметров. Проще говоря, как понял Марат, речь шла о том, чтобы разобраться в зунгшоарской системе координат.
Подвигав курсор по голограмме, капитан выделил ближайший к их порталу значок на экране и нажал пусковую клавишу.
– Не так это делается, – развеселился Джир. – У нас есть переписанная с «Освободителя» программа запуска.
После недолгой перебранки Кус и пилот сумели передать кодированные команды. Голограммы внешнего обзора превратились в мутные аквариумы, по которым неторопливо проплывали размытые пятна.
– Медленно идем, – недовольным тоном прокомментировал командир. – Трассы в плохом состоянии.
Впрочем, движение оказалось недолгим, и через четверть часа космолет вышел в трехмерное пространство. Далеко и очень тускло светила неизвестная звезда.
Первым делом астронавты запеленговали ближайшие навигационные маяки, чтобы определить координаты. Оказалось, что корабль прибыл в систему на дальней окраине Пас-Лидоса. Когда-то здесь был мятежный Зунгшоар, но сегодня система считалась бесхозной.
Согласно старым атласам, прежде в этой системе было несколько планет, одну из которых колонизировали туллы, а на другой татлаки устроили сильную военную базу. Сейчас локаторы смогли обнаружить лишь астероидные пояса.
– Страшное было сражение, – проговорил потрясенный Джир. – И планеты в пыль стерли, и порталы разрушили. Прежде мы с такими феноменами не встречались.
Локаторы продолжали посылать в пространство пучки гравитонов, зондируя обломки погибших миров, но отраженные сигналы находили только слабые следы технологических изделий. Джиру это быстро надоело, и он раздраженно выразился: мол, потеряли много времени, которого совсем мало, поэтому нечего здесь задерживаться. Все, включая Марата, согласились, что будет разумно обследовать другие порталы.
Больше суток они прыгали из портала в портал, посетив множество планетных систем.
Сначала экспедицию занесло к двойной звезде между Пас-Лидосом и Оллой. Все планеты были безжизненны от природы, а единственным рукотворным сооружением оказался сам портал. Вероятно, он служил промежуточной станцией для дальних перелетов.
Вторая попытка привела экспедицию в уже знакомые окрестности звезды Кюкоз. Тиадзары продолжали изучать «Флотоводца Сайфона», но удаленные от светила сооружения повстанцев остались незамеченными. Потешно подняв лицевые бляшки, Джир предложил не беспокоить негостеприимных хозяев, и космолет ушел к следующим порталам.
В своих беспорядочных поисках они вдруг оказались в глубине территорий Окланто. В другой системе вышел на связь необнаруженный объект, объявивший на языке флондов, что чужой корабль должен немедленно покинуть запретную зону или будет уничтожен.
Потом были две сильно потрепанные системы – одна в субскоплении Зунгшоар, другая – во владениях Гунадри. Давным-давно, когда здесь шли жестокие сражения, населенным мирам досталось по полной программе: все искусственные объекты, начиная с Техно-два и выше, были уничтожены. Экспедиция обнаружила только радиоактивные планеты, на которых медленно вымирали мутировавшие туллы и куфонцы.
Следующий портал принес большой сюрприз Все гу-нады дружно заголосили – это была прародина их племени. Миллионы лет назад разум в рептилиях начал развиваться именно здесь, на планете Гунчабр. Как ни удивительно, никто не обратил внимания на неизвестно кем построенное сооружение в кометном облаке на расстоянии светового часа от звезды.
Последние вылазки Марат попросту проспал. Он был уверен, что ничего путного найти не удастся, и угадал. Проснувшись, человек обнаружил пустую кают-компанию и дремлющего в штурманской рубке астронавта. Очевидно, археологи и капитан, разочарованные цепью неудач, отправились отдыхать. Таким образом, единственным важным достижением трехдневных скитаний стала расшифровка координат, которыми пользовались обитатели Оллы.
Успевший выспаться Ирсанов перекусил и вернулся к прежним занятиям.
Начиная с Кюкоза, он старательно изучал материалы, которые удалось выкачать из инфосистем линкора «Освободитель». Может, и нужно было сделать это намного раньше, еще на Гундайре, но помешали обида и желание блеснуть самолюбием – вот и упустил время. Теперь он лихорадочно наверстывал упущенное, перебирая нагромождения файлов, разбросанных по беспорядочно вложенным друг в друга директориям.
Лобовая атака сорвалась еще вчера вечером – он не понимал систему, по которой распределялась информация. Какие-то сведения располагались в хронологическом порядке, другие – согласно тематике или степени важности. Убедившись, что все подряд просмотреть не удастся, Марат переключился на поиск по ключевым словам и выявил сведения о десятке баз, возле которых когда-либо побывал «Освободитель». Понадобилось совсем немного усилий, чтобы совместить эти сведения с координатами порталов.
Ухмыляясь, он постучал к наемникам и предложил выпить. Откликнулась только Сабина, хотя Марат предпочел бы вторую девицу. Тем не менее они неплохо провели время, но потом запищал интерком, явивший голограмму Джира.
– Нашел время развлекаться! – плаксиво проканючил археолог. – Экспедиция, считай, сорвалась, ни черта не нашли, а ты в это время…
– Ничего себе, экспедиция сорвалась! – опешил Марат. – Ты же не меньше трех миллионов получишь – неужели мало?
– За базу нам дали бы вдвое больше, – ляпнул Джир.
Услыхав про такие деньжищи, Сабина рассвирепела, но быстро успокоилась, вспомнив, что и ей малость перепадет. Тем временем Ирсанов затеял оживленные торги, выясняя, какая доля достанется ему. Получалось вполне прилично – даже после выплаты грабительских налогов у него на счету появится сумма достаточная, чтобы купить жилье в элитном доме, обеспечить учебу обоим сыновьям, а кроме того, завести машину и хорошо жить десяток лет.
– Считай, что зунгшоарская база у тебя в кармане, – небрежно сообщил Марат. – Координаты на девятом мониторе.
Взвизгнув, Джир исчез с голограммы. Наверное, бросился в лабораторию.
После душа и завтрака, натягивая солдатскую робу, Сабина грустно проговорила:
– Вот и кончился наш курорт. Снова придется в десант идти.
– Сколько еще тебе служить?
– Меньше года. Потом или продлеваю контракт, или возвращаюсь на Землю.
– Денег у тебя будет немало.
– Будет, – она кивнула. – Можно чайхану или шашлычную открыть, даже в самом Стамбуле. Только знаешь, я привыкла к солдатской жизни. Отправлю все деньги старшей сестре, пусть о семье позаботится. Наверное, останусь еще на три года. Нечего мне делать на вашей Земле.
Чайхана, шашлычная… Это была совсем другая жизнь, о которой Марат не имел представления. Ему даже показалось, что понять Сабину труднее, чем давно вымерших татлаков или флондов.
Лишь возле одной базы Флондох-Лека сохранился действующий портал. База находилась в скоплении Олла, и космолет долго пробивался к этой системе через потрепанные трубки свернутого пространства. Наконец на пятый час пути корабль оказался неподалеку от слабо пульсирующего красного субгиганта. Звезда разбушевалась, выстреливая протуберанцы, но радиация была не настолько сильной, чтобы представлять серьезную угрозу.
Всего здесь имелось четыре планеты размером не больше Венеры. Даже ближайшая к светилу получала слишком мало тепла, поэтому всю поверхность покрывал снег, и льды сковали океан на солидную глубину. Но именно над этим миром занимала синхронную орбиту космическая крепость.
Капитан экспедиционного корабля был опытным и осторожным астронавтом. Насмотревшись на разрушения, оставляемые оружием Техно-пять, он уговорил археологов оценить дальнобойность зунгшоарских пушек и по этим данным вывел собственные критерии безопасности.
– Прилетели, – заявил он категоричным тоном. – Ближе я к этой хреновине не подойду.
– Разумная предосторожность. – Джир величественно кивнул. – Благодарю вас, капитан.
Начальник экспедиции приказал начать стандартную процедуру сканирования, но гунадов ждало разочарование. Сверхчуткие технодетекторы не смогли заглянуть сквозь внешнюю оболочку базы.
– Техно-шесть, – простонал Марат и взмолился: – Хар, Кус, поговорите с крепостью, вы же знаете их язык.
– Давно пытаемся! – раздраженно бросил Хар. – Скотина не желает отвечать.
– Нет, кажется, пришел сигнал. – В глазах Джира блеснула надежда. – Мальчики и девочки, быстро раскодируйте.
Однако результат дешифровки разочаровал еще сильнее. Робот, управлявший крепостью, равнодушно поведал, что корабль, назвавшийся линкором «Освободитель», израсходовал разовый допуск на стыковку еще в 703 году, а потому должен получить повторное разрешение в Главном штабе флота.
В ответе не было угроз. Похоже, крепость Техно-шесть оценила мощь космолета гунадов, признав его неопасным.
– Тварь фемтомеханическая, – обиженно проскулил Джир. – Что нам теперь делать? Map, это твоя работа – находить решения в безвыходных ситуациях.
Огрызнувшись, дескать, именно об этом я сейчас думаю, Марат рассеянно разглядывал планету. С виду оранжевый шар, разрисованный черными и грязно-серыми пятнами, выглядел малосимпатично. Вечная мерзлота и кислотные дожди в ядовитой атмосфере, озера жидких газов у полюсов, вулканические кольца в экваториальной зоне, да еще мощные выбросы радиации в отдельных точках, – все эти прелести резко отбивали желание высаживаться.
Между тем в глубине подкорки трепыхались беспокойные воспоминания. Марат был почти уверен, что видел упоминания об этом мире среди файлов из бездонного архива «Освободителя». Скорее всего, это было на второй-третий день после допроса в Миграционной службе и назавтра после совещания у Джира. Он сидел дома, просматривал файлы и что-то вычитал, хотя не мог сейчас припомнить, что именно там говорилось.
Извинившись, он ушел в свою каюту и снова зарылся в груды электронно-голографических записей. Поиски затянулись, и Марат уже готов был бросить безнадежное предприятие, но тут на мониторе раскрылся нужный текст.
Это было письмо офицера-мятежника, адресованное близкому родственнику, служившему в другой эскадре. Марат торопливо пробежал глазами по строчкам перевода:
«Ходят слухи о скором возобновлении войны… Личный состав взволнован исчезновением главнокомандующего – сможем ли мы сражаться без него?.. Сейчас стоим на базе в системе холодного красного солнца. Холодная Охота словно специально создана для тренировки новичков-пехотинцев – и океан, и атмосфера состоят из боевых отравляющих веществ глубокой древности… Чудо техники, в котором мало что понимает даже обслуживающий персонал… Попав сюда, мы абсолютно беспомощны, технологический монстр управляет всем…
Хорошо, что строители оставили маленькую лазейку, основанную на привычных технологиях. Иначе мы не смогли бы совершать вылазки на планету, а ведь там, неподалеку от лагеря, так чудесно охотиться на громадных хищников. Достаточно выйти из гарнизона, и тупые твари стаями бросаются под выстрелы. Впрочем, мы предпочитаем рукопашный бой – здорово прибавляет оптимизма. Кстати, в пещерах возле Трех Братьев – так местный персонал называет три скалистых пика на берегу фторного моря – живут примитивные племена…».
Марат вернулся в кают-компанию, синтезировал плотный обед из четырех блюд и с аппетитом подкрепился. Он как раз прикончил «тройную адмиральскую» уху и набирался сил, чтобы взяться за бифштекс, когда в отсек заглянул Джир.
– Мы нашли на поверхности действующие объекты Техно-пять, – хмурясь, сообщил археолог. – Твой отряд готовится к высадке.
– Забудь, – посоветовал землянин. – Я нашел заднюю калитку крепости.
Прочитав письмо, Джир думал втрое дольше обычного. За это время Марат успел добить и мясо, и десерт. Наконец гунад осторожно произнес:
– Думаешь, в так называемом лагере есть космодром, с которого ходили корабли на орбиту?
Марат отпил глоток кофе, разбавленного коньяком, доел мороженое и беззаботно сказал:
– Думаю, нужно спуститься туда и разобраться на месте. Не желаешь пойти с нами?
Начальник экспедиции постарался сделать вид, будто не заметил насмешки.
Разумеется, на планету отправились только люди. Марат сам сидел за пилотским пультом – не управлял спуском, но подсказывал роботу, куда направить кораблик. Приблизительный район высадки они определили еще на космолете, но кто знает, какие дополнительные детали удастся разглядеть с малых высот. Принятие окончательного решения начальник экспедиции оставил за Ирсановым.
Пробив облака, челнок оказался в объятиях урагана. Тряска была сильнейшая, но Марат приказал автопилоту летать по кругу. Осмотревшись, он сказал в коммуникатор:
– Джир, похоже, мы на месте. Я вижу море, вижу три скалы. Неподалеку есть признаки технических сооружений.
– Это развалины старого армейского лагеря, – уверенно заявил Джир. – Именно там детекторы засекли объект продвинутого Техно-пять. Садись как можно ближе, но не в самом лагере. К югу есть кольцевые холмы – прикроют от ветра.
Кольцевые холмы оказались зубчиками на кратере задремавшего вулкана. Первым из челнока лихо выпрыгнул Рэнди, но был сбит с ног порывом ветра. Командир отделения невозмутимо распорядился быть внимательнее, после чего они поочередно покинули десантное суденышко.
Отряд растянулся дугой с интервалом в пять шагов. О том, чтобы лететь на антигравах, не было и речи – при таких порывах ветра полеты невозможны. Пешком, проваливаясь в рыхлый снег, люди взобрались на гребень кратера и начали спуск.
Солдаты вполголоса возмущались: почему, дескать, нельзя было посадить челнок прямо в лагере. Кто-то ответил, посмеиваясь:
– Машину пожалели. Вдруг зенитка выстрелит…
– Похоже, что так, – признал Фред. – А места плохие… Сэр, здесь не заметно вражеских танков, но опасно.
– Когда-то местный гарнизон охотился на крупных хищников, – предупредил Марат.
Сабина вдруг захохотала и съязвила:
– Значит, все-таки придется убивать все живое.
На этом веселье закончилось. Отряд продолжал марш-бросок к развалинам предполагаемого лагеря, наемники отслеживали каждое шевеление в зоне видимости. Однако враги не появлялись – только ветер гнал поземку и волок по снегу вырванные с корнем колючие кусты.
В десятке шагов от пролома в лагерной ограде шедший первым Хамачи вдруг остановился. У него под ногами выглядывал из сугроба уродливый скелет. Солдаты окружили находку, нацелив стволы на равнину, которая в свете местного солнца казалась оранжево-красной.
Присев на корточки, Марат попытался расчистить останки. Выкопать костяк полностью не удалось, но стали видны сдвоенный позвоночник, множество переломанных ребер, грушевидный череп с мощными трехстворчатыми челюстями и треугольником глазниц на скошенной лобной части. Анатомию дополняли три верхние конечности и столько же нижних. Тварь была вдвое длиннее человеческого роста. Какой же силищей обладали флонды, если заваливали этих монстров голыми руками!
– Джир, ты видишь? – осведомился Марат.
– Естественно, – откликнулся археолог. – Направь объективы на левый бок, там очень интересная рана… – После долгого молчания гунад произнес: – Безусловно, зверь убит из бластера. Вот хищник, на которого охотились зунгшоары.
Приглядевшись, Фред подтвердил: стреляли лучом, причем совсем недавно. В подтверждение неожиданного вывода он показал ребро, на котором еще сохранился довольно свежий кусок мяса.
– Потомки мятежников не могли выжить в разрушенном лагере, – возразил Марат. – Здесь может существовать лишь тварь, которая дышит фосгеном и пьет иприт.
– Значит, аборигены умеют делать бластеры, – сержант твердо стоял на своем. – Или прилетала другая экспедиция – например, кланты какие-нибудь.
Чуть ли не в один голос Марат и Джир напомнили об осторожности. Спустя минуту отряд уже стоял возле стены. Время разгрызло прочный пластик, кое-где ограждение вовсе исчезло, и даже пока державшиеся участки были покрыты трещинами.
– Вперед по одному, – приказал Фред. – Рэнди налево, Эстелла направо.
Лагерь был сильно засыпан снегом, но Марат разглядел, что давным-давно кто-то построил здесь аккуратные шеренги жилых куполов. Кто-то построил и ушел, а кто-то другой воспользовался брошенным жильем.
Из ближайшего купола выглянула чудовищная харя. Существо состояло в явном родстве с тварью, чей скелет валялся за оградой. Абориген взревел, и еще полсотни его соплеменников высыпали из казарм повстанческой армии. Они уверенно держались на нижней тройке лап, а пропорциями превосходили даже рослого человека. Тела были покрыты густой длинной шерстью, которая в свете местного солнца казалась фиолетовой. Но, что самое неприятное, в каждой из трех рук аборигены держали какое-нибудь оружие.
В том числе и сверкающие металлом предметы явно нездешнего происхождения.
Вооруженные дикари надвигались неплотной толпой, норовя зайти с тыла и отрезать людям путь к отступлению. Во втором эшелоне, среди куполов, мелькали создания помельче – вероятно, женщины и дети.
Фред деловито распределял секторы обстрела.
– По моей команде все разом ложимся и поливаем врага огнем, – говорил сержант. – Имеем хороший шанс покрошить их без больших потерь с нашей стороны.
Звучало правдоподобно, только не лежала душа истреблять незнакомое племя. К тому же Марат очень четко представил, как сержант подаст команду, и лучи пропашут смертельные тропы сквозь строй дикарей, но при этом кто-нибудь из аборигенов успеет нажать спуск, и нет гарантии, что скафандры спасут от выстрела в упор…
Марат нервно проговорил:
– Не спеши, Фред. Я попробую иначе.
Под шлемом заверещал возмущенный голос Джира. Шеф требовал не валять дурака и попросту перебить мохнатых дикарей. Раздраженно отключив связь с кораблем, Ирсанов прибавил мощность тусуми.
Мыслей у аборигенов было не слишком много – в основном эмоции вроде опаски и робкой надежды на возвращение добрых двуногих демонов. Это было интересно: обитатели брошенного лагеря явно помнили флондов. К тому же стоявший впереди круглоголовый великан с бластером, копьем и каменным топором в руках громко взывал к милостивым духам подземного кипятка, прося защиты и благословения. И еще Марат прочитал в его биотоках легенды про древних пришельцев с неба.
Вновь включив связь, Марат попросил Джира подогнать поближе челнок. Затем, шагнув к вождю, произнес длинную речь: мол, мы, небесные демоны и родные братья духов подземного кипятка, вернулись к любимым чадам своим, чтобы помочь и ободрить.
Аборигены пришли в экстаз. Побросав оружие, мохнатые приволокли громадные барабаны и дудки, издававшие очень громкие и неприятные звуки. Потом, когда над лагерем завис челнок, все попадали мордами в стоптанный снег, и стоило больших трудов уговорить их встать, потому как небесная птица служит добрым духам и не будет делать гадостей.
Наблюдая, как швыряемый порывами урагана челнок опускается на пустырь, Сабина восхищенно проговорила:
– Ловко ты дикарей облапошил. У меня даже поджилки тряслись, думала – не уйти нам живыми.
– Ушли бы, но не все, – невозмутимо заметил Фред. Рэнди, на правах старого приятеля, гордо заявил:
– Дядя у нас крутой. Я, как увидел его, сразу понял: не простой человек.
Тем временем вождь, согнувшись в поклоне, гладил скафандр человека и, подвывая, рассказывал, как тяжко стало Детям Снега после ухода небесных демонов. У племени не стало огня, и совсем одолели проклятые хищники, распугавшие всю дичь. Лишь блестящие палки, оставленные добрыми демонами, помогли отбиться от зверья и добывать пропитание. И еще Дети Снега догадались поселиться в домах, покинутых двуногими демонами, и племя сильно выросло в числе и дважды встречало теплые времена…
Еще он поведал, что Дети Снега каждую ночь совершают ритуалы вокруг святилища, но божество гневается и не желает распахнуть врата в светлую теплую пещеру.
Сделав сложный жест руками, Марат потребовал принести пищу для огня. Аборигены натаскали здоровенную кучу веток и, кажется, экскрементов. Когда луч бластера подпалил костер и затрещало зеленое пламя, Дети Снега устроили концерт народной пляски.
Подождав с полчаса, пока улягутся страсти, Марат потребовал провести его к святилищу.
Как он и предполагал, аборигены поклонялись предмету, на который указывали технодетекторы. Монолитный куб наномассы блестел полированными гранями, распространяя тепло.
– Небесный камень согревает нас, – похвастался вождь и немедленно поябедничал: – Но не пускает в пещеру.
– Отойдите подальше, – приказал Марат. – Я сам поговорю с высшими силами.
Обернувшись, он оторопел: половина наемников, пав на колени, истово отбивала поклоны. Кажется, они всерьез поверили в святилище.
Впрочем, он немедленно забыл о спутниках – других забот хватало. Зеркальный куб трехметровой высоты явно не был космодромом, но других высокотехнологичных объектов здесь не имелось. Продолжая раздумывать, как бы переправиться в орбитальную крепость, Марат приблизился почти вплотную, и вдруг его сильно тряхнуло. Исчезли и куб, и снег, и оранжевое освещение.
Марат стоял в просторном отсеке, где могла бы поместиться пехотная рота с легким вооружением. Переборки светились, как положено изделиям Техно-четыре. Здесь было нормальное дневное освещение, разве что с небольшим избытком голубоватых оттенков. Поясняющие пиктограммы на переборках изображали панцирных гуманоидов-флондов и шестилапых кентавров-леков.
Он был телепортирован в какой-то объект мятежников Флондох-Лека и надеялся, что попал не куда-нибудь за тридевять галактик, а в крепость Техно-шесть из системы холодного красного солнца.