Лишь после этого Марат с большим трудом, на четвереньках, подобрался к прорезанной в переборке дыре. Та уже начала затягиваться, однако наномасса успела покрыть тоненьким слоем не всю поверхность отверстия. Шипя от боли и злости, Марат полоснул лучом, разрушив кружево нанороботов и, перевалившись через край дыры, оказался в пустом коридоре.
Здесь, к громадному его облегчению, связь работала нормально.
– Заблудился? – переспросил Джир. – Реакторный отсек? Коллега, вы поставили нас в неловкое положение. Тиадзары взбешены.
Не было даже сил выругаться. Он сел на палубу, прислонившись к переборке и доверив начинке скафандра врачевать обожженную руку. Блок управления неторопливо бубнил, перечисляя излеченные травмы. Потихоньку стихала боль и возвращалось зрение.
Вскоре появилась толпа тиадзаров и гунадов. Шакальи морды хозяев были оскалены, демонстрируя мелкие острые клыки. Увидев человека возле искалеченной переборки, глава тиадзыкской экспедиции закатил истерику.
– Вы привезли сюда дикаря! – вопил он, размахивая кулаками перед лицом Джира. – Вы дали ему скафандр, оружие, инфоблок! Это недопустимо! Ваш варвар устроил погром, едва не уничтожил бесценное оборудование!
– Ваши роботы пытались меня убить! – взорвался Марат.
Теперь, когда его голова была закрыта шлемом, Ирсанов прекрасно понимал чужую речь. Наверняка встроенные киберпереводчики имелись и у тиадзаров, но хозяева не снизошли до дискуссии с гуманоидом из мира Техно-три.
Один из шакалов крикнул:
– Джир, прикажите своему варвару заткнуться!
Гунады пристыженно молчали, ни один не пожелал заступиться за члена своей экспедиции. Покричав еще немного, главный шакал-тиадзар велел подчиненным проводить гостей на корабль Аунаго и помахать им ручкой на прощание.
Гунады бросали на него столь свирепые взгляды, что поневоле вспоминались разъяренные тиранозавры из триллера «Мезозойское сафари». Общаться с Ирсановым трио рептилий демонстративно не желало. Оказавшись на корабле, Джир выпил полный стакан чего-то, распространявшего запахи цветов и алкоголя, после чего подозвал капитана и простонал:
– Летим на Мадофис.
Астронавт помедлил, ожидая объяснений, но не дождался и, озадаченный, отправился в рубку. Вскоре их космолет отстыковался от тиадзыкского комплекса. Двигатели понесли корабль к порталу.
Повторно заглотав ударную дозу горячительного зелья, Джир наконец снизошел до разговора с человеком. Злобно сверкая глазками, начальник экспедиции процедил:
– Полагаю, мы допустили большую-большую ошибку, пригласив дикаря для столь деликатной миссии. Придется исправить содеянное и вернуть вас на Землю.
Обиженный за «дикаря» Марат сухо поинтересовался, как он должен был поступить, когда его заманили в радиоактивную ловушку и вдобавок пытались застрелить. Не дослушав доводы человека, Джир брезгливо бросил:
– Не выдумывай, бунхус! Ты просто заблудился и попал в двигательный отсек. Естественно, роботы-охранники пожелали устранить опасный объект.
Кус добавил укоризненно:
– Проклятые млекопитающие изначально не собирались показывать ничего важного. А ты, пустая голова, подкинул им великолепный повод выставить нас со скандалом.
Отхлебывая по глотку третий стакан, Джир пообещал сегодня же стереть варвару всю память и первым же рейсом отправить восвояси. Тут землянин разозлился по-настоящему. На какие-то минуты он даже забыл, что рушатся все надежды привезти домой новые знания и солидные денежки. Марат был просто взбешен оскорбительным тоном и несправедливыми оскорблениями.
– Тиадзары бы вас и без моей прогулки не подпустили к важным сведениям, – вызывающе огрызнулся человек. Он собирался продолжать пререкания, но вдруг осекся, пораженный внезапной мыслью. – Послушайте… Может, они устроили представление из-за тех файлов, которые я скопировал?
– Они решили убить тебя просто так, для забавы, – отмахнулся Хар. – Ты слишком похож на бунхуса… Кроме того, им могло не понравиться, что шеф рассчитывает использовать тебя для контакта с панцирниками…
Джир настороженно перебил его:
– Какие файлы?
Начав объяснять, Марат мигом утратил кураж и сильно струхнул. Все-таки он явно нарушил правила поведения в гостях и, мягко говоря, похитил чужую собственность. Однако все три гунада вовсе не выглядели разгневанными. Скорее, наоборот.
– Что-что было в этих файлах-файлах? – запинаясь, осведомился Кус.
– Откуда мне знать, – буркнул Марат. – Мой инфоблок не берет кодировки Туллаба.
Неожиданно Джир захохотал, выкрикнув сквозь раскаты смеха:
– Ты на самом деле бунхус! Украл самые ценные археологические находки столетия, но не понял, как много сделал для нашей науки!
Кажется, его больше не собирались выгонять на Землю, предварительно снабдив волчьим билетом. Малость осмелев, Ирсанов достал из кармана и предъявил коллективу ворованные микросхемы. Это вызвало новый взрыв веселого восторга, и педик Хар простонал, хихикая:
– Натуральный бунхус! Эти приматы воруют все, что под лапу попадется!
А космолет уже приблизился к порталу. Снизив скорость почти до орбитальной, корабль влетел в распахнувшиеся врата, за которыми вытянулось скатанное в трубку пространство.
Адреналин, секретированный во время стычки с роботами, был уже нейтрализован другими гормонами-ферментами, и переполнявшая Марата воинственность улетучилась без следа. Появилось вполне естественное опасение, что тиадзары попытаются не выпустить из системы экспедицию, похитившую их добычу.
– Они не могут остановить нас в портале? – робко спросил Ирсанов.
– Сомневаюсь! – Джир беззаботно размахивал хвостом. – Мы уже в тоннеле, то есть догнать или перехватить корабль практически невозможно. Если, конечно, тиадзары не освоили полностью Техно-пять.
Мадофис был передовым форпостом Гунадри на рубеже звездной пустыни, разделявшей скопления Пас-Лидос и Олла. Колонизация планеты началась сравнительно недавно, и население едва достигло миллиарда гунадов. Тем не менее здесь успели построить множество громадных городов, в один из которых направились археологи.
Джир буквально сгорал от нетерпения. Доверив геям-ассистентам разместить экспедицию в отеле, сам он занялся переговорами с местными научными ведомствами.
– Обедать будете, шеф? – робко поинтересовался Кус. В ответ Джир только махнул рукой – даже не хвостом – и что-то раздраженно проворчал.
– Пошли по номерам, – вздохнув, сказал Хар. – Это надолго. Сомневаюсь, чтобы на Мадофисе нашлось нужное нам оборудование.
Его любовник уверенно подтвердил: дескать, отдохнем здесь, решим кое-какие оргвопросы, а завтра вернемся на Гундайру и там в универе взломаем чужие файлы.
Именно с таким настроением Ирсанов наполнил джакузи горячей морской водой и долго блаженствовал, окруженный струями пузырьков. Потом, обмотавшись ниже пояса полотенцем, синтезировал графинчик коньяка, порцию кофе и тарелку острого сыра. Когда он смаковал третью рюмку, в номер ввалился Джир. С интересом оглядев полуголого человека, археолог одобрительно сообщил:
– Ты сексапилен. Мои ассистенты могут возбудиться. – Он хихикнул, но сразу сделал серьезное лицо. – Одевайся, бери запас жратвы и поехали.
– Куда? – вяло поинтересовался Марат, неохотно натягивая рубашку.
– В здешнем университете заведует кафедрой мой ученик. – Джир жизнерадостно потирал руки. – Обещает в два счета подобрать кодировки.
Университет был поменьше, чем храм науки на Гундайре и даже в Партизанске. Исторический факультет занимал всего-то тридцатиэтажный куб, причем солидный объем здания был отведен под музей. По дороге спутники-гунады рассказывали анекдоты про археологов из провинции, так что Марат, послушав этот фольклор, сделал кое-какие выводы.
Похоже, Мадофис, некогда принадлежавший Куфону, был сильно потрепан в войнах прошлой эпохи. Когда гунады вновь открыли эту планету, здесь уцелели только флора и немногочисленные виды в океане. Местные археологи изучали в основном разрушенные куфонские города. Столичные ученые относились к этим занятиям, мягко говоря, пренебрежительно.
Тем не менее Джир по-отечески приветствовал своего ученика, называя того без формальностей – Бад. Хар и Кус, забыв недавние насмешки, громко лицемерили, восхищаясь исследованиями коллег с Мадофиса.
– Да уж, кое-что мы сделали, – самодовольно согласился толстый Бад, с интересом разглядывая Марата. – Гуманоида привезли с Земли?
– Угадал, – подтвердил Джир.
Завкафедрой глубокомысленно подвигал челюстью.
– Неплохой выбор, – одобрил он. – Есть кое-что общее с панцирными гуманоидами. Учитель, ваш приятель похож на ископаемых больше, чем тиадзары.
В ответ на сомнительный комплимент Джир поделился надеждой отыскать планету панцирников, добавив, что землянин может пригодиться, когда придется налаживать контакты с этим племенем. Для Марата слова гунадов стали откровением: оказывается, Джир имел на него планы, о которых забыл рассказать.
Между тем, глава экспедиции предложил заняться главным делом и протянул Баду диск, на который переписал несколько файлов, украденных Ирсановым на «Флотоводце Сайфоне». Полный комплект этих документов он, разумеется, не предложил – Джир не нуждался в соавторах-провинциалах.
Дальнейшее было примитивно до идиотизма. Бад передал носитель информации своему сотруднику, тот вставил диск в компьютер и нашел в архиве данные о кодировках Туллаба. Один из ключей подошел, сделав названия файлов читаемыми.
– И все? – поразился Джир. – Я сам бы смог это сделать!
– Могли бы, наверное. – Бад рассмеялся. – Но ведь не сделали.
Пока они препирались, Марат просматривал туллабские документы. На диск попал случайный набор файлов – интендантская опись, приказ о дисциплинарных взысканиях, рапорт старшего механика и тому подобная чушь, интересная разве что периферийным археологам. Однако нашлась здесь и весьма любопытная техническая документация по кораблям типа «Флотоводец Сайфон». Файл содержал куда больше подробностей, чем тот, который передали тиадзары. Именно такие сведения Марат собирался вывезти на Землю.
Основой корпуса была многослойная броня – оболочки из сверхпрочных монокристаллов с прослойками из наномассы. Голографические схемы показывали даже устройство генераторов силовой защиты и орудийных установок, к которым тиадзары не подпустили коллег из Гунадри.
Как показалось Ирсанову, эти механизмы Техно-четыре не относились к слишком сложным. Он почти не сомневался, что на Земле производство таких устройств можно будет наладить от силы за год. Подумав об этом, Марат мысленно уточнил: производство удастся наладить, если Земля получит хотя бы общие данные по Техно-четыре.
– Невероятно неудачная конструкция!
Насмешливый голос, неожиданно прозвучавший совсем близко за спиной, заставил человека нервно обернуться. В полушаге от него стоял немолодой гунад в строгом темно-зеленом костюме с продольными белыми и красными полосками. Подмигнув Марату, он продолжил:
– Наноконструкции имеют много преимуществ, они способны регенерировать, но плохо сдерживают удары мощного оружия. В те времена кораблестроители Куфона создали более надежную защиту, дополнив традиционную броню пронизывающим защитным полем.
Прекратив спор с бывшим учеником, Джир проговорил, благожелательно улыбаясь:
– Уважаемый коллега Саткок Мирин Зонри заслуженно считается большим знатоком старого оружия, – и ехидно добавил: – Однако более совершенные корабли Куфона, которыми восхищается почтенный Сат, были разгромлены молниеносным ударом, нанесенным из Туллаба.
Надменно глянув на гостя, Сат отчеканил:
– Этот факт лишь подтверждает мою концепцию. Удар из Туллаба наносили вовсе не членистоногие туллы, а те, кто захватил Туллаб.
– И кто же? – язвительно спросил Джир.
– Очевидно, некая цивилизация, владевшая Техно-пять, – запальчиво проговорил Сат. – Ясно, что не пресловутые повстанцы. Остается Татлак.
– Пресловутый Татлак, – сострил Марат.
Все рептилии дружно обратили на него взгляды, полные невысказанной вслух укоризны. Марат сразу почувствовал себя невоспитанным ребенком, ляпнувшим невпопад в разгар беседы умных взрослых особей. Дети бывают так бестактны, хоть и принято говорить, что их устами глаголет истина.
Вернувшись в гостиницу, Джир приказал немедленно приступить к делу, но подчиненные взмолились – все устали, проголодались и были подавлены шквалом новостей из глубины тысячелетий. Начальник недолго ругался, после чего разрешил короткий перерыв.
– Map, ты отдохнешь у меня, – добавил он. – За обедом кое-что обсудим.
В номере Джира человек собрался заказать себе салат, но гунад остановил его.
– На твоем инфоблоке слишком ценная информация, – сказал Джир. – Ни в коем случае не подключайся к здешней Сети. Заказ жратвы, перечисление денег – все это сделаю я.
– Боитесь, что хакеры Бада следят за нами?
– Уверен, что следят.
Джир скопировал на микродиски все туллабские файлы. На другой носитель археолог переписал меню земных продуктов и сам оплатил обед Марата. Пользуясь удобным случаем, человек выбрал самые дорогие деликатесы, разорив начальника на сотню харов. Затем, запивая бутерброды с икрой коктейлем из натуральных соков и арманьяка, Ирсанов раскрыл на своем инфоблоке директорию с архивами туллабского капитана.
Торопливо бегая взглядом по столбикам снабженных комментариями файловых имен, Ирсанов осведомился:
– О чем вы хотели поговорить?
– Главным образом я собирался поработать, – признался Джир. – Но вы должны кое-что понять. Наша задача – найти Боазунгу, откуда пришли мятежники, имевшие Техно-пять. Более того, мы должны найти Боазунгу раньше, чем тиадзары.
– Это мне понятно, – буркнул человек. Теперь, когда у них был ключ к древним кодам, названия файлов читались легко и просто. К сожалению, компьютер командира «Флотоводца Сайфона» хранил слишком много мусора. Здесь были списки личного состава, журнал наказаний с перечислением дисциплинарных проступков, бесконечные интендантские записи о приемке и расходе продуктов, запчастей, других предметов снабжения.
– Я не успел скопировать все записи, – виноватым тоном поведал Марат. – К тому же многие ячейки были повреждены. Может быть, самое важное пропущено.
– Никто не знает, какие сведения окажутся важными, – возбужденно перебил его Джир. – Вот оно!
Палец гунада указывал на файл, поименованный «Тактические карты». Здесь хранилось множество голограмм, отображавших многолетние походы «Флотоводца Сайфона». К величайшему разочарованию исследователей, система нумерации оказалась совершенно непонятной, поэтому Джир и Марат не смогли найти самые последние карты – с диспозицией сражения в системе Кюкоз.
– Придется просматривать все карты по одной, – упавшим голосом прокомментировал землянин.
– Потом разберемся, – стараясь скрыть разочарование, сказал Джир.
Он лихорадочно водил рукой по клавиатуре, прикасаясь к сенсорам и прокручивая валики, перемещавшие курсор по монитору. На голограмме сменялись названия файлов, тексты, таблицы, схемы. Одобрительным урчанием Джир отметил обнаружение бортжурнала, но тут же возмущенно взвыл: документ оказался зашифрован. Впрочем, вскоре нашелся и архив шифротаблиц.
– Дома в спокойной обстановке сможем прочитать, – проговорил археолог, держась за сердце. – Знаешь, гуманоид, мне так нервничать нельзя.
Встав, он допил сок из стоявшего на столе бокала. Подковыляв к окну, Джир рассеянно разглядывал город, вытянувшийся вдоль изгибов реки.
– Вы решили сделать перерыв?
Джир отмахнулся хвостом и равнодушно произнес:
– Я допустил небольшую ошибку – дал волю эмоциям. Надо было подождать сутки, а потом спокойно взломать эти файлы на Гундайре. Но мне хотелось поскорее… – Он сделал долгую паузу. – Нам некуда торопиться, основное уже понятно. Ты украл много полезных сведений. Спонсоры будут довольны. Нам хорошо заплатят, и ты тоже получишь премию.
– Но мы не нашли Боазунгу, – напомнил Ирсанов.
– Спонсорам это не нужно, – печально прокряхтел Джир. – Не переживай – полученных денег мне хватит, чтобы организовать еще одну экспедицию.
Синтезировав что-то алкогольное, Джир мелкими глотками пил густую дымящуюся субстанцию, не переставая ворчать: дескать, его сотруднички наверняка снова в койку забрались и совсем о работе не думают.
По примеру начальства Марат обзавелся литровой бутылью коньяка – халява же, гунад платит – и, смакуя янтарную терпкость, осведомился:
– Не похожи они на толковых ученых.
– Разве пойдет в науку толковый гунад? – со вздохом осведомился археолог. – Наука не престижна, тем более – наша наука. Умная молодежь стремится на юридический факультет, в бизнес-школы, академию госуправления, военные училища. А в науку попадают лишь неудачники.
– У нас примерно так же, – утешил гунада Марат. – Хотя, говорят, в последние годы начался приток талантливых детишек на естественные специальности.
– Сезонная флуктуация, – захмелевший Джир пренебрежительно подергал хвостом. – Появление пришельцев пробудило надежду на прогресс – вот и проснулся интерес к науке. Это ненадолго.
«Проще говоря, никаких серьезных сведений мы от вас не получим», – резюмировал про себя Ирсанов. С ожесточенным сердцем он вернулся к инфоблоку и раскрыл последнюю директорию. Возле названий некоторых файлов светились предупреждения: «Часть ячеек повреждена, информация сохранилась не полностью».
Марат собрался спросить у гунада, что делать с такими массивами данных, но Джир уже дремал на диване, а Кус и Хар не подавали признаков жизни. Помянув недобрым, но матерным словом инфантильность Великих Гостей, он щелкнул по наименее поврежденному файлу. На голограмме распахнулась заумная смесь видеокадров, тактических схем, текстовых записей и дикторских комментариев.
Ирсанов не знал туллабского языка, но нашел в архиве инфоблока словарь и дал процессорам задание синхронно переводить речь и письмена. Минут через десять, убедившись, что не ошибается, Марат хлебнул на радостях очередную стопку, бесцеремонно дернул храпевшего археолога за кончик хвоста и крикнул:
– Вставай, алкаш проклятый. Я нашел дневник командира.
Часть текста, как это ни прискорбно, пропала, оставшись в бракованных ячейках голографической памяти. Ясно лишь было, что речь там идет о вторжении варваров из Боазунги, которых капитан называл грязными скотами, врагами цивилизации, ордой убийц, насильников и грабителей.
Из обрывков текста удалось понять, что на Туллаб напали племена боазунга и вдобавок какие-то хумба-ша-ахат, но одновременно в тылу восстали низшие классы. По этому поводу капитан изливал особенно много злобы:
«Предатели нанесли нам удар в спину! Мы еще вернемся и с помощью Татлака загоним их обратно в резервации».
Судя по видеокадрам, «Флотоводец Сайфон» занимал позицию в центре эскадренного ордера. Силы Туллаба прикрывали единственный портал этой системы, а на фоне далеких звезд горели ровные строчки огоньков – приближающиеся корабли боазунгов.
В последние минуты перед сражением, ожидая врага, командир «Флотоводца Сайфона» продолжал возмущаться:
«С боазунгами пришли флонды, эти мерзкие поработители. По существу, мы сражаемся одни против целой империи. Враги привели бесчисленные армии, у них много планет и у них – настоящее имперское оружие. Татлак считал нас варварами и потому не дал Туллабу такие пушки, но у наших врагов почему-то есть техника, не уступающая по мощи татлакской.
Некоторые офицеры главного штаба даже подозревают, что коварный Декниф переправил мощное оружие дикарям-боазунгам, дабы их грязными лапами уничтожить Туллаб и, может быть, Куфон. А дурачки из научно-технических служб всерьез полагают, что флонды, боазунги и леки могли сами создать такое оружие.
Как учили советники-татлаки, мы охраняли выходы из порталов, но мятежники предпочитают воевать не по правилам. Они появились из открытого пространства, то есть 30 лет шли на субсветовой скорости. Войдя в систему, они затормозили до половины световой. При такой скорости практически невозможно взять противника на прицел, а их пушки бьют нас, как будто мы – неподвижные мишени. Передовой заслон уже разгромлен, теперь – наша очередь, а Татлак медлит с обещанной подмогой».
На видеокадрах они видели, как надвигается эскадра хумба-ша-ахат. Быстроходные, хорошо вооруженные корабли шли в атаку четким строем и решительно маневрировали. Отряды боазунгов энергично перестраивались, охватывая изготовившиеся к обороне эскадры Туллаба.
В следующих кадрах восставшие немного притормозили (как сообщили схемы – до трети световой скорости) и выпустили боевые капсулы, которые бросились в атаку, невзирая на встречный огонь – плотный, но несколько беспорядочный. Прорываясь сквозь строй туллов, они легко уклонялись от обстрела, методично истребляя обороняющихся.
Флот Туллаба был смят и отступал, неся громадные потери. Некоторые корабли были захвачены абордажным приступом, на других взбунтовались экипажи, объявившие, что присоединяются к войску Зунга Бассара.
Потом из портала появились новые корабли, огонь которых отбросил боазунгов и хумба-ша-ахат. Капитан восторженно надиктовал;
«Подоспели корабли Татлака. Теперь варварам конец! Мы перебьем корабли панцирных дикарей, а потом выловим из пустоты спасшихся – всех до единого. Мы будем устраивать показательные казни на ближних и дальних планетах, чтобы впредь неповадно было рабам и плебеям бунтовать! Возмездие должно быть предельно – нет, беспредельно жестоким!»
Однако в бой вмешалась новая группировка боазунгов, атаковавшая портал, и все силы были брошены на защиту звездного полустанка. Но это был отвлекающий маневр.
Пока татлаки и туллы налаживали оборону, мятежники развернули на окраине системы собственный портал, через который хлынули десятки боевых кораблей.
«Все кончено! Никто не ждал такого разгрома. Даже оружие Татлака оказалось бессильным против ярости варваров. Боазунги словно не боятся смерти».
Ассистенты, забыв обиду за то, что их грубо вытащили из койки, громко стонали от восторга, глядя на голограммы сражения, записанные с туллабского корабля.
Встретив имперский флот Татлака, повстанцы изменили тактику. Теперь они уже не стремились прорезать строй врага и навязать ближний маневренный бой. Боазунги громили противника сосредоточенными залпами с большой дистанции, после чего шли в атаку, добивая поврежденные корабли татлаков и туллов.
Огонь татлаков отбрасывал повстанцев, но корабли нападавших продолжали атаку. Боазунги и хумба-ша-ахат рвались на врага, сжигаемые неудержимым стремлением к победе.
Марат был восхищен отвагой мятежников. Какая сила двигала ими? Ни приказ командира, ни деньги, ни страх перед наказанием не заставили бы солдат бросаться в самую пасть смерти. Нет, боазунги воевали вполне сознательно, их вела в бой высокая идея. Подобная той, которая послала майора Сватова на считавшуюся непотопляемой громадину «Аламогордо».
Он поневоле сравнивал бесстрашие хумба-ша-ахат с предательской трусостью пилотов-орбитальников, не пожелавших защищать Гермессион в день, когда напали соседи с Полариса. Не слишком решительно воевали и Великие Гости. Даже имея многократный перевес над флотами людей, они старались наносить удары издали, на предельной скорости. Будь у Земли в начале 70-х оружие чуть помощнее, ни черта бы от пришельцев не осталось.
Между тем из портала боазунгов выдвинулся отряд очень больших кораблей. Заняв позицию напротив туллабского портала, они быстро расстреляли эскадру Татлака, остатки которой поспешно отступили. Затем малые корабли повстанцев устремились в атаку, вплотную приблизившись к оставшемуся без защиты порталу – кажется, высадили десант.
А потом записи оборвались. Ни текста, ни видеоряда. Вероятно, очередной залп нанес «Флотоводцу Сайфону» смертельное повреждение.
– Не видно деталей кораблей противника, – пожаловался Ирсанов. – Съемка велась издалека.
– От тех, кому они показались вблизи, не осталось даже обломков, – Джир хохотнул. – Вы обратили внимание, коллеги, что дневник туллабского офицера буквально кровоточит феноменальной ненавистью к внешнему врагу? Такой накал страстей встречается редко.
– Видать, поражение было жестоким, – Марат засмеялся. – Насильники, мятежники – это уже не просто враги, не просто чужая раса. Тут четко слышна классовая ненависть. Скорее всего, началась гражданская война. Восстание рабов, на которое намекают древние хроники.
– В Туллабе не было рабовладения.
– Могли взбунтоваться фермеры, пролетарии, люмпены, военные путчисты. В общем, аборигены с оружием в руках выступили против власти и присоединились к нападавшим.
– Власть Туллаба не могла распространяться на ту систему, откуда пришли мятежники. Получается, что аборигены объединились с чужой расой. Ты можешь в это поверить?
– Почему бы и нет? – удивился землянин.
– Воистину, логика и психология низших рас отличны от нашей, – проворчал Джир.
Он кивнул на инфоблок, и Марат, правильно поняв этот безмолвный приказ, выключил воспроизведение. Некоторое время все молчали, в равной степени потрясенные картиной грандиозного сражения, гибелью собственных теорий и внезапно распахнувшимся новым взглядом на исторические события.
Первым заговорил Хар:
– И все-таки, откуда они пришли?
– Можно определить по рисунку созвездий, – загорелся Марат. – Дистанция тоже понятна – упомянуты три десятилетия полета на субсвете, то есть их базы находились не дальше двадцати-тридцати световых лет.
– Рисунок созвездий изменился за тысячи лет, – назидательно напомнил Джир.
Это была типичная реплика гуманитария. Археолог не знал, что существуют астрономические атласы, по которым очень просто определить видимое движение звезд на много веков – вперед или назад.
Следующий час они, забыв усталость, заново просмотрели особо информативные файлы. Главным было изображение звездного неба, по которому мчались наступающие эскадры Боазунга. Субсветовое движение, как и сверхсветовое, возможно лишь по прямой, так что несложно продлить траектории, определив место старта.
Сопоставив эти кадры с астрономическими каталогами, удалось приблизительно установить сектор, откуда пришли мятежники. Вероятно, именно там и находилось государство Боазунга. Если они ошиблись в расчетах не слишком сильно, база повстанцев была на дальней окраине скопления в секторе, которым формально владел Гунадри. Крохотное облачко в полсотни звезд, за которым тянулась пустыня шириной до двухсот световых лет, разделявшая Пас-Лидос и Оллу.
Когда вычисления были закончены, Джир удовлетворенно заметил: мол, именно в те места уже прокладывает тоннели Аунаго. Для гунадов стал неприятным сюрпризом внезапный вскрик Ирсанова:
– Кажется, мы ошиблись! – Под удивленными взглядами рептилий Марат торопливо продолжил: – Ведь у мятежников было Техно-пять… Почему же мы говорим о тридцатилетнем субсветовом рейде? Почти наверняка боазунги летели на сверхсветовой скорости!
Он уже давно заподозрил, что гунады не способны быстро думать. Вот и сейчас простенькое логическое умозаключение заняло у них почти четверть часа. Наконец Джир раздраженно произнес:
– Так или иначе, в той стороне других звезд нет. Тулл мог не сообразить, что враг владеет сверхсветом. И вообще, даже на сверхсвете мятежники летели года полтора-два – это больше, чем способен выдержать солдат цивилизованной расы.
Гунады дружными кивками присоединились к мнению шефа, но в голове Марата мелькнула естественная мыслишка: «Значит, у боазунгов были солдаты намного крепче, чем у ваших цивилизованных рас…»
Между тем, Джир приказал всем отдыхать. Завтра с утра, сказал он, наведаемся в местное представительство Аунаго.
В офисе транспортной корпорации археологов встретили почтительные гунады и делсы – гостей с Гундайры здесь явно считали выгодными клиентами. Казалось, весь небоскреб Аунаго – поставленный на вершину колоссальный кубик с ребром в полсотни метров – прыгает от счастья видеть экспедицию.
Марат был уверен, что Джиру предстоит уламывать транспортников, торговаться об оплате. Однако быстро стало ясно: все формальности давно улажены. Филиал Аунаго на Мадофисе был готов приступить к новому заданию.
– Вы определили список интересующих вас звезд? – почтительно осведомился глава офиса.
Джир величественно склонил голову и потребовал карту сектора. Голограмма незамедлительно повисла над рабочим столом главного менеджера.
Солнце Мадофиса сверкало красным огоньком на границе Гунадри. Вокруг рассыпались звезды, ранее принадлежавшие Туллабу. Большая часть этих светил не была подключена к современным транспортным сетям.
Показав на кластер возле границ Тиадзыка, Джир неторопливо произнес:
– До сих пор мы считали, что все это был Туллаб. Но теперь выясняется, что там, на самом краю Пас-Лидоса, на внешнем ободе галактического колеса – существовала Боазунга.
– Легендарная страна чудес… – Глава филиала Аунаго усмехнулся. – Вы все-таки нашли ее?
– Кажется, да, – археолог нетерпеливо протянул руку, очертив кончиком пальца группу дальних звезд. – Где-то здесь находились главные базы мятежа. Сколько времени вам нужно, чтобы запустить эти порталы?
Глава филиала был всего лишь администратором. Технические и научные аспекты его не волновали, да он в этих вопросах и не разбирался. Кивком головы гунад подозвал сотрудника-делса, и тот вызвал из локальной Сети фирмы звездный атлас,
– В том секторе было не меньше шестнадцати порталов, – сообщил технарь. – Половину из них можно подключить без проблем, остальные требуют ремонта. Мы уже провели трассу к звезде на краю кластера, так что за день-другой сможем дотянуться до любой системы.
Руководитель представительства вопросительно поглядел на Джира. Археолог торопливо сказал:
– Для начала проложим коридоры к планетам, возле которых есть действующие порталы. Если там не окажется того, что мы ищем, будем реставрировать остальные узлы.
Спустя секунду выяснилось, что благожелательность транспортников имеет жесткие пределы.
– Вашего кредита недостаточно для такого масштаба работ, – вежливо предупредил аунаговский начальник. – Ваши уважаемые спонсоры оплатили только четыре портала, один из которых уже введен в эксплуатацию. Вы должны назвать три системы, либо гарантировать дополнительное финансирование.
Университетские гунады устроили длинное молчаливое раздумье. Забеспокоившись, что они придумают полную фигню, а за рептилиями такое водилось, Марат решительно предложил:
– Может быть, ограничимся пока тройкой тоннелей? Запустим порталы только у самых перспективных планет…
На этот раз археологи соображали не так долго, и Джир перечислил аунаговцам названия звезд, возле которых имелись планеты с кислородными атмосферами. Хотелось верить, что боазунги жили именно на этих мирах.
Записав координаты звездных систем, астроинженер Аунаго недоуменно спросил: