Его раздумья насчет рабов получили неожиданное продолжение примерно через час, когда в дверь особняка позвонил Джир. За спиной археолога раскорячился робот, условно похожий на ящера-гунада: крохотная голова на покатых плечах, хвост-балансир и мощные лапы с громадными ладонями-манипуляторами. В левой верхней конечности робот держал цилиндр овального сечения размером с десятилитровый бочонок пива.
– Положи сюда, – Джир показал пальцем в угол прихожей, и механизм послушно выполнил команду. – Иди в машину. Жди меня.
Когда робот удалился четким Строевым шагом, археолог осведомился, как успешно человек овладевает новыми понятиями.
– Насколько это возможно в пределах моего допуска, – с кислой гримасой откликнулся Марат.
– Трудностей не возникало? Все-таки вы столкнулись с принципиально иным взглядом на Вселенную.
– Никаких проблем. Единственная трудность – ваша шестнадцатиричная система счисления.
Опешивший Джир ответил после долгой паузы:
– Математики уверяют, что она удобнее всех прочих. Даже ваши компьютеры работают в этой системе.
У гунадов было четыре конечности по четыре пальца на каждой. Естественно, в основу их арифметики легло число 16, а не 10. Принципиальных сложностей для землянина такое различие не представляло.
– Допустим, я – не компьютер, – засмеялся Марат. – В общем, это не важно. Я готов к работе.
– Ну, если освоился, то пора заниматься делом, – решил Джир. – Ты начал углубленное изучение нашей истории?
Ирсанов доложил, что не нашел в Инфо-четыре никаких упоминаний о Татлаке, поэтому занялся изучением других интересных аспектов гунадрийского прошлого. В частности, написал короткую статью «История подключения Солнечной системы к транспортным сетям звездного скопления Пас-Лидос».
– Любопытно. – Джир усмехнулся. – Показывай, что у тебя получилось.
Пас-Лидос был плотным сгустком звезд, занимавшим солидный кусок галактической веточки, причем Древний Куфон и нынешний Гунадри находились в самом центре кластера. Возле границ Окланто и Делс-Ярхуба начинался бедный звездами регион, но дальше – в сторону центра Галактики – лежало плотное скопление Уфу, куда еще не были протянуты транспортные коридоры. На противоположной окраине Пас-Лидоса, где раньше были государства Туллаб, Колмунтох и Муодиндо, а теперь – Ивобзинг и Тиадзык, имелось скопление Олла, также не освоенное транспортниками.
Солнечная система находилась в бедной звездами полости между Пас-Лидосом и Оллой, в 40 световых годах от границ Ивобзинга. Из архивов древних рас современные хозяева Пас-Лидоса знали, что возле одиночного желтого субкарлика предтечи построили дюжину порталов. Время от времени среди ученых и бизнесменов начинались разговоры: дескать, древние не зря проложили туда звездные трассы. Однако до исследований руки, щупальца и клешни никак не доходили.
Согласно тем же архивам, в системе обитали варварские племена гуманоидов, пребывавшие на рубеже Техно-один и Техно-два. Такая информация не слишком возбуждала коммерсантов – от дикарей большой прибыли ждать не приходилось.
Ситуация резко изменилась около сотни гунчабрских лет назад, когда астрономы Муодиндо шутки ради направили на Солнце радиотелескоп. К общему изумлению, антенна приняла осмысленную речь и видеопередачи. Оказалось, что всего за полтора тысячелетия варвары построили цивилизацию Техно-три, создав ядерные устройства и межпланетный транспорт. Система немедленно была признана перспективной.
Разыграв на тендере старые порталы, четыре корпорации бросились прокладывать к ним тоннели. Первым отреставрировал трубу свернутого пространства Нифбезил Цилонк, поскольку этот концерн тянул трассу от расположенных поблизости баз Ивобзинга. Остальные фирмы немного опоздали, но тоже приступили к освоению богатейших ресурсов Солнечной системы.
Из открытых для Инфо-четыре источников Марат выяснил, что некоторые ученые продолжали считать неслучайным наличие возле Солнца такого числа порталов, равно как феноменальную скорость человеческого прогресса. В конце прошлого, двадцать первого века известный гунадский археолог Джирдон Адхив Сино выдвинул гипотезу: дескать, Солнечная система была опорным центром сверхдревней цивилизации предтеч, передавших людям много полезных знаний. В 2097-2106 годах экспедиция под руководством Джира тщательно изучила все планеты Солнца, но результаты исследований опубликованы не были.
Прочитав текст на мониторе, Джир поворчал по поводу излишне сухого стиля и избытка цифр, но согласился, что у человека не было времени овладеть литературным языком гунадов. Однако Марат ждал мнения по другим вопросам, и гунад, догадываясь об этом, подтвердил: информация о предтечах, включая Татлак, помещена в Инфо-пять.
– Мы ведь пока очень мало знаем о працивилизациях, – мягко произнес археолог. – Больше гипотез и догадок, чем твердо установленных фактов. Если выпустить информацию в общедоступные сети, сразу начнется ненужный шум. Журналисты примутся строчить идиотские статьи, тупые домохозяйки будут устраивать истерики на ток-шоу: помогите, империя скоро-скоро нападет и побьет нас… – Он улыбнулся. – И, конечно, туча кретинов объявит себя законными наследниками имперского престола, а самые продажные псевдоученые напишут монографии о том, что первобытные гунады были главной и самой умной расой Татлака.
Хохотнув, Ирсанов уточнил:
– Наверняка то же самое напишут ваши приятели клан-ты и делсы.
Они посмеялись, и Джир поведал:
– Все сведения по Татлаку опубликованы в серьезных научных изданиях, куда журналисты не заглядывают. И подавляющая часть наших сограждан – тоже.
Марату надоели эти игры, и он прямо спросил:
– А как насчет ваших находок в Солнечной системе?
– Ничего интересного, – не без сожаления признался гунад. – Как-нибудь покажу вам свою монографию. Мы обнаружили очень мало предметов искусственного происхождения, но все они относятся к периоду гибели Фаэтона, то есть намного древнее большинства известных нам цивилизаций. Есть основания считать, что здесь поработала экспедиция из другой галактики.
– Но это же сенсация! – вскричал Ирсанов. – Почему никто на Земле не знает о ваших открытиях?
– Материалы относятся к категории Инфо-пять, – равнодушно произнес Джир. – Хотя, на мой взгляд, ничего секретного в них нет… Коллега, давайте займемся нашими делами. Вы хотите узнать, над чем будете работать?
Поскольку к Инфо-пять его не подпускали, Марату оставалось только сказать:
– Представьте себе, да.
– Тогда слушайте. Уже давно мы нашли следы большой войны на линии Туллаб-Куфон-Уторрам. На этих мирах обнаружены признаки разрушений, имевших место почти одновременно с точностью до десятка лет…
Время от времени Джир демонстрировал голограммы разбитых кораблей, снимки скелетов, выглядывавших из ставших лохмотьями скафандров, а также виды планет, изувеченных кратерами чудовищных взрывов. На карте галактического сектора гунад показывал места сражений, но при этом ни на секунду не прерывал свой рассказ.
По его словам, многочисленные признаки военных действий, относящиеся примерно к тому же времени, обнаружены на другом краю скопления – те сражения охватили Муодиндо, Хортезе и Дубу. Также доказано, что в те времена воевали Сод-Фоком с Колмунтохом и Куфон – с Мелтдейтом.
Кроме того, археологи нашли следы другой большой войны, случившейся на 100-200 лет раньше, причем во всех мирах, ныне принадлежащих Ивобзингу и Тиадзыку – прежде здесь находились Туллаб, Колмунтох и Муодиндо. Что интересно – во всех системах этой зоны археологами найдены останки существ, которые прежде здесь не жили – панцирные гуманоиды, земноводные моллюски, гигантские паукообразные и шестилапые кентавры.
Согласно преданиям племен, чудом выживших на опаленных войной мирах, очень давно пришли захватчики из Боазунги под командованием бронированного демона (вероятно, панцирный гуманоид) по имени Зунг Бассар. Он пытался завоевать свободные миры, но народы восстали и прогнали чужаков.
– Еще три года назад, – продолжал Джир, – мы считали твердо установленным, что древние государства Пас-Лидоса хаотично воевали между собой, изредка подвергаясь вторжениям извне. Хотя некоторые коллеги полагали, что панцирники и моллюски были наемниками с диких миров. Не исключалось также, что в те времена происходили восстания черни.
Сделав паузу, он попил минеральной водички с сиропом и возобновил рассказ. Совсем недавно, поведал Джир, на планете Кеннерид в Делс-Ярхуб строили стадион и, выкопав громадный котлован, совершенно случайно обнаружили подземелье, в котором хранились металлические диски лазерной записи. Вскоре было расшифровано повествование о последних годах Татлака (ранее эта цивилизация была неизвестна), о нашествии варваров со стороны Мелтдейта, Уторрама и Дубу.
Сделалось очевидным, что примерно два тысячелетия назад (по календарю Гунадри) несколько рас Техно-четыре, обитавших в скоплении Уфу, объединились, создав империю Татлак. Постепенно сверхдержава поднялась до уровня
Техно-пять, то есть татлакам потребовалось много дополнительных ресурсов.
Огромная армия начала захватывать соседние системы в Пас-Лид осе, продвигаясь приблизительно в направлении Земли. Тогда свободные народы скопления Пас-Лидос заключили временный союз и разгромили Татлак.
Вскоре после этого в Боазунге восстал плебс под водительством Зунга Бассара. Сведений об этой личности практически нет, хроники сохранили только имя. Некоторые историки полагают, что Зунг Бассар – вымышленный вождь-мессия, либо волшебный демон из мифологии диких племен боазунга. Иначе трудно объяснить, каким образом он мог управлять своими ордами на протяжении войны, затянувшейся на сотни лет. Представлялась убедительной гипотеза, что Зунг Бассар – не имя, а должность. Что-то вроде титула «вождь боазунгов». Не было определенности и насчет того, где находилось пресловутое государство Боазунга.
Тем не менее точно установлено, что мятеж охватил множество планет и был подавлен лишь объединенными усилиями Куфона и народов бывшего Татлака.
Двухсотлетняя война разорила десятки планет, цивилизация впала в стагнацию. К тому же системы продолжали вести хаотичную войну, поочередно атакуя соседей. Примерно 1700 гунадских (по земному календарю 1100-1200) лет назад старые расы окончательно ослабли.
Тем временем молодые цивилизации скопления Пас-Лидос, менее пострадавшие от изнурительной войны, обогнали быстро одряхлевших стариков, переняв у них субсветовые технологии. Постепенно гунады, кланты, тиадзары и остальные захватили планеты прежних цивилизаций.
Тут поневоле вспомнились археологам доисторические гунадские предания о том, как куфонцы прилетели на планету мирных кочевников-рептилий, забрали молодых и сильных, увезли к себе на небо, заставляли воевать против чудовищ – двуногих флондов и шестиногих леков. В отместку чудовища пролили с неба огонь, и кочевья гунадов сгорели дотла. Многие гунады погибли в войнах, лишь горстка рептилий уцелела на нескольких мирах Куфона и на старой планете Гунчабр. Потом куфонцы выродились, а на некоторых планетах вовсе вымерли, и гунады стали хозяевами этих миров, заселили все материки, постепенно овладели знаниями Куфона.
– Я уже читал про то, как ваши предки стали хозяевами куфонских планет, – нетерпеливо прервал его Марат. – Куда интереснее было услышать о Татлаке. Столько новых фактов!
Темпераментно вскинув хвост и руки, Джир выкрикнул:
– Даже мы были потрясены! А ведь археологи давно подозревали существование цивилизаций более древних и могучих, чем Куфон и другие культуры прошлой эпохи. Потом, когда смогли привыкнуть к новой картине давнего прошлого, стало ясно, что мы не понимаем, в какой последовательности происходили события.
Ясно было, что нет определенности с хронологией захвата Пас-Лидоса татлаками и восстанием Зунга Бассара, но Марат на всякий случай уточнил:
– Что вы имеете в виду?
Гунад-археолог пояснил, что факты противоречивы, некоторые могут оказаться неверными, да и вообще нет полной информации. Поэтому на основе столь ненадежных данных возможно построить несколько принципиально разных гипотез, причем ни одна из них не объясняет всех фактов.
– Пока можно с умеренной степенью достоверности принять на веру следующие моменты, – продолжал Джир тоном лектора. – Первое – некоторое время культуры Пас-Лидоса развивались самостоятельно, а по соседству, в Уфу, появилась империя Татлак. Второе – в какой-то момент Татлак завоевал Пас-Лидос либо подчинил это скопление иным, менее жестоким способом. Третье – примерно в то же время по всему нашему скоплению бушевали свирепые войны. Четвертое – возможно, в те времена часть Пас-Лидоса была охвачена восстанием либо нашествием существ, ранее в этом скоплении не проживавших.
– Похоже на то, – задумчиво признал человек. – Согласен с вами, на этих фактах можно построить самые разные сценарии минувшего.
Джир энергично кивнул и, решив блеснуть эрудицией, обратился к терминологии точных наук:
– Мы имеем четыресточки, но не можем построить на них жесткий квадрат несокрушимой концепции.
– Зачем же обязательно квадрат, – засмеялся Марат. – Через четыре точки можно провести бесконечное число линий – прямых и кривых, замкнутых и уходящих в сингулярность.
– Сингулярность? – переспросил ошарашенный гунад. – Если не ошибаюсь, это характеристика пресловутой трансцендентности.
– Возможно, и ее тоже, – не стал спорить Ирсанов. – Коллега, наверняка вы и ваши оппоненты создали собственные гипотезы о тех событиях.
– Хотите услышать? Понимаю вас, – Джир улыбнулся. – Чувствую родственную душу. Мне знакомо это состояние, когда хочется поскорее узнать что-то новое… Ну, слушайте!
По его мнению, старые цивилизации Пас-Лидоса объединились, прихватив часть Уфу, и образовали конгломерат, названный Татлаком. Во всяком случае, в куфонском языке было фонетически близкое слово «далтанга», означавшее «большой» или «великий», а уторрамская идиома «аталкат» выражала стремление к господству внутри семейного клана.
Мятежи Джир объяснял просто: плебс бунтует всегда и при любой возможности. Археолог не исключал, что примитивные племена Туллаба и Дубу, так и не поднявшиеся выше Техно-четыре, пытались отстаивать свои замшелые псевдокультуры, но были разгромлены.
– Полагаю, они создали армию клонированных монстров, – сказал Джир. – Туллаб уже капитулировал, а клоны продолжали бестолковую войну. Логично?
– Безусловно, – тактично согласился Марат, еще на Земле успевший составить собственную гипотезу. – Это единственная теория?
Печально тряхнув хвостом, археолог признал, что существует и, к прискорбию, весьма популярен иной сценарий. Часть его коллег во главе с маститым Сатом предпочитала дословно верить всем нелогичностям открытых на Кеннериде текстов.
– Они считают, что Татлак находился в Уфу, что имперская армия завоевала Пас-Лидос, а потом в Татлаке случилось восстание и мятежные пауки и моллюски вторглись в наши края, где были разгромлены объединенными силами татлаков, куфонцев и остальных цивилизаций.
– Тоже логично, – согласился человек. – Вы видите слабые места этой гипотезы? Гунад обиженно фыркнул:
– Слабые места есть у любой теории. Мятежники не могли вторгнуться со стороны Уфу, потому что абсолютно точно установлено: главные боевые действия разворачивались на противоположной границе – ближе к скоплению Олла.
– Может, жившие там колмунты и туллы восстали против Татлака?
Покачав головой, Джир сообщил, что в летописях Кеннерида четко сказано: именно государства той зоны добровольно и без сопротивления присягнули империи, а потом сражались против мятежников.
Марат возразил: дескать, это ничего не доказывает – к примеру, могли взбунтоваться имперские гарнизоны на границе между Пас-Лидосом и Оллой. Джир резко отверг это предположение, напомнив, что нет признаков пребывания там чужих гарнизонов, если не считать массовых захоронений гуманоидов и моллюсков.
– Этого вполне достаточно, – сказал Ирсанов. – Гуманоиды с моллюсками и были татлаками. Теми самыми двуногими и шестиногими, о которых слагали мифы древние гунады.
– Это спекуляция! – взорвался Джир. – Коллега, неужели вам нравится столь примитивная концепция?
– Нет, я лишь пытаюсь быть объективным. На самом деле у меня была собственная гипотеза, но она тоже уязвима.
– Рассказывайте! – потребовал гунад.
Стараясь не слишком обидеть аборигена, Марат изложил свои догадки: мол, вторгшиеся полчища Татлака могли быть названы мятежниками и варварами. Джир, снисходительно покривившись, возразил:
– Новые данные наводят на мысль, что именно восстание объединило старые расы в империю Татлак.
– Мечта о победоносном восстании – общий мотив мелких народов и низших социальных слоев, – парировал человек.
Гунад-археолог печально повторил, что пока в их распоряжении слишком мало фактов, а потому рождается слишком много догадок.
– Может быть, скоро мы будем знать намного больше, – загадочно произнес Джир, но тут же сделался скучным и пожаловался: – Мы даже не понимаем, из-за чего велись те войны.
По этому поводу Марат высказал общепринятую на Земле точку зрения. В основе всех войн, провозгласил он, лежит дележ ресурсов и транспортных путей, а устранение военно-политического конкурента – неизбежный и самый простой путь достижения главной цели. Империи, добавил Ирсанов, рушатся в результате военного поражения, если не имеют прочных внутренних связей, а народ ненавидит власть или охвачен апатией. Пока большинство граждан верит в идеалы, на которых построено государство, никакое поражение не способно уничтожить иерархическую систему державы.
Джир выслушал его в некотором замешательстве, словно никогда прежде не знал этих банальностей. С явным сомнением он буркнул:
– Любопытно… Только делать выводы пока рано. В имеющихся данных слишком много противоречий.
– Так обычно и бывает. – Человек беззаботно отмахнулся. – Истинная информация всегда тонет среди лжи, ошибок, искажений.
Гунад, горячась, выкрикнул:
– Но как же тогда отбросить шелуху и неправду, чтобы найти отгадку?
– На то есть интуиция и логика.
Джир привычно задумался, пристально рассматривая человека. После затянувшейся паузы гунад медленно проговорил:
– Я начинаю сомневаться, что ваша… – Он запнулся, видимо, не желая употреблять эпитет «варварская», – …что ваша нетрадиционная логика подскажет верный путь.
Эти реплики развеселили человека. Что на Земле, что в дебрях Галактики гуманитарии оставались ограниченными недоумками. Никакой логики, ни малейшего умения анализировать факты – лишь голый натиск. А если лобовая атака сорвалась, так впадают в панику и зовут на помощь кого угодно, хоть неандертальца из соседней пещеры.
Постаравшись очистить свой голос от дидактичное, он произнес:
– Не знаю, варварская у меня логика или обычная, какой пользуются в точных науках… Если часть фактов вступает в противоречие с остальными, их надо – по крайней мере, временно – отодвинуть в сторонку. Потом, когда построим базовую гипотезу, остальным фактам тоже найдется место; Некоторые автоматически встраиваются в концепцию, остальные приходится выбросить в мусорную корзину.
Гунад снова утонул в размышлениях, потряхивая кончиком хвоста, и наконец изрек:
– Рискованная процедура.
– Зато эффективная, – уверенно заявил Ирсанов.
То ли он убедил собеседника, то ли Джиру наскучил бесполезный спор с упрямым олигофреном категории Техно-три. Во всяком случае гунад пошевелил лицевыми пластинами и неожиданно предложил выпить. Они поочередно воспользовались синтезатором, обзаведясь бутылками и закуской, привычными для каждой расы.
– Вы в состоянии совершать вылазки на дикие планеты? – спросил Джир после второй рюмки.
Марат был морально готов к этому вопросу. Возможные экспедиции упоминались еще в первую, на Земле, беседу с Джиром, да и мерку для скафандра с него не зря снимали. Поэтому ответил бодро:
– Почему бы и нет.
– Это может быть опасно, – честно предупредил Джир.
– Навряд ли намного опаснее, чем бывало в орбитальном городе во время солнечных вспышек, – Марат покривился. – Надеюсь, оружие выдадут?
– Обязательно, – гунад засмеялся, дружелюбно шлепнул человека хвостом по спине. – И никаких запретов – стреляй в кого хочешь.
Поскольку человек был полон энтузиазма, Джир предложил немедленно приступить к тренировкам. Принесенный роботом цилиндр оказался скафандром. Раскатав плотно упакованный сверток, археолог продемонстрировал землянину эластичный костюмчик, примерно повторявший обводы человеческой фигуры с круглым мешком для головы.
– Залезай, – приказал Джир и строго добавил: – Как только прибудем на место назначения, вся экспедиция надевает скафандры и не снимает, пока не окажемся на цивилизованных планетах.
Разрез на груди затянулся, едва Марат забрался внутрь космической одежки. На левом рукаве, чуть пониже локтевого сгиба, откидывалась крышечка, под которой скрывались сенсоры.
– Даже в режиме максимальной защиты пользователь может слышать внешние звуки, – рассказывал гунад. – Кроме того, в шлеме есть оборудование для радиосвязи, видеосистема, информационный комплекс, киберпереводчик.
Он показал Ирсанову сенсоры переключения режимов, в результате чего легкий скафандр покрывался броней, а в крайнем случае мог превратиться – правда, ненадолго – в сверхпрочную конструкцию, способную выдержать давление как на дне океана. В случае повреждения наномасса молниеносно затягивала разрыв, а блок управления впрыскивал химреагенты, нейтрализующие проникшие в скафандр инопланетные яды и микроорганизмы.
Система жизнеобеспечения гарантировала очистку воздуха в течение неограниченного времени, запаса концентрированной пищи хватало на неделю-пятидневку, запас питьевой воды поставлялся из очищенных выделений организма. Кроме того, комплектация включала антигравитатор и бластер, вмонтированный в правый рукав.
Скафандр явно создавался в расчете на пользователя-чайника. Марат освоил азы управления за полчаса, после чего Джир разрешил ему полетать, а потом приказал переключиться в боевой режим.
Нажав нужный сенсор, Ирсанов почувствовал, как скафандр зашевелился на нем, словно живой. Пробудившаяся наномасса перераспределялась, заполняя зазоры между слоями мягкого пластика и формируя упругие структуры. Мельчайшие, миллиметрового размера нанороботы занимали новые позиции, усиливая прочность конструкции.
Джир даже позволил ученику пострелять, хоть и потребовал настроить излучатель на минимальную мощность – так называемый сигнальный режим. В качестве мишени они выбрали расположенный в парке фонтан, разукрашенный фигурками из цветных камушков. Луч лишь опалил облицовку – Марат был разочарован, а гунад пришел в восторг.
– Великолепно! – вскричал археолог. – Вы практически готовы.
– Скоро летим?
Джир ответил немедленно, что было для него почти невероятным делом:
– Завтра устроим тренировку на полигоне. Потом у нас выходной… Значит, отправляемся через два дня.
Военная игра Марату понравилась. Можно сказать, молодость вспомнил – в школьные годы на Гермессионе частенько приходилось участвовать в таких развлечениях.
Его привезли на меньшую из лун Гундайры, где в поселке под куполом уже собралось не меньше трехсот людей. Среди земляков Ирсанов узнал некоторых попутчиков, летевших с ним десять дней назад.
– Привет, дядя! – радостно заорал, увидев его, аризонский чалдон Рэнди Луззаго. – И ты с нами будешь в шоу выступать?
– В каком шоу? – Марат недоуменно посмотрел на толпу жизнерадостных здоровяков.
Ему объяснили, что готовится грандиозное представление на военную тему. Людям и гостям с других отсталых миров предложили поучаствовать в массовке… Сегодня пройдет большая репетиция – земляне будут осваивать тактику боя в скафандрах с боевой стрельбой.
Марат не успел объяснить, что попал сюда по другому делу. Появились гунады и развели варваров по машинам. Взвод, куда попал Ирсанов, высадили среди кратеров и, показав на цепь высот, приказали наступать, уничтожая все, что стреляет и вообще шевелится. В обороне, сказал гунад-инструктор, сидят роботы, которых не жалко, но которые будут отстреливаться имитаторами нелетального действия. Потом командид-гунад построил их в три цепочки «углом назад» и подал команду:
– Вперед, ножками! Антигравы без приказа не включать! Шагать по пыльным камням оказалось непросто – ноги проваливались в рыхлый грунт. Сильно растянувшись, взвод кое-как преодолел километры пересеченного пейзажа и бросился в атаку. Со скал впереди немедленно засверкали выстрелы, вокруг наступающих заплясали лучи, стали рваться взрывпакеты.
– Резервное отделение – взлететь и ударить сверху! – приказал голос внутри шлема.
Вымотанный пешим маршем Марат без промедления врубил антиграв и взвился над цирками и каньонами крохотного спутника. Летать он любил и умел – на Гермессионе то и дело случались аварии, для устранения которых приходилось выбираться за борт, и эти навыки стали чуть ли не рефлекторными.
Вытянув правую руку, он навел ствол бластера на огневую точку условного противника. Перед глазами светилась прицельная голограмма, и Марат, осторожно двигая рукой, совместил с мишенью треугольник ярко-красных точек. Убедившись, что цель захвачена, он сжал пальцы в кулак, и бластер выплюнул серию импульсов. Разжал пальцы – выстрелы прекратились.
Игра показалась увлекательной. Он кружил над позицией роботов-неприятелей, поливая лучами спрятанные среди скал огневые точки. Снизу пытались поразить его, запуская самонаводящиеся хлопушки, но Марат наловчился сбивать эти снарядики. Другим участникам веселого шоу везло меньше – почти все отделение получило попадания имитаторами, некоторые даже потеряли управление и рухнули на поверхность.
После отбоя, подводя итоги тренировки, гунад-инструктор раздраженно прорычал:
– Сколько времени я учил вас, идиотов? Все впустую! Нормально сработал только новичок. – Поманив пальцем Ирсанова, он спросил: – Из какого лагеря?
Марат не понял, о каких лагерях идет речь, поэтому отрапортовал по уставу, как его учили на студенческих сборах:
– Университет Аунаго, исторический факультет. Прибыл для практических занятий перед экспедицией.
Гунад недоуменно встопорщил пластинки на лбу и осторожно поинтересовался:
– Сколько времени вас обучали?
– Скафандр выдали вчера, – небрежно сообщил Ирсанов.
Спортсмены громко и завистливо вздохнули. Покачав головой, гунад проворчал:
– Вот она, разница между интеллектом и физической силой.
Распустив батальон, инструктор по-свойски спросил Ирсанова:
– Вам приходилось воевать?
– На поверхности – никогда. Только в открытом космосе и на орбитальных платформах.
– Хорошая школа. – Гунад смотрел на него с нарастающим интересом. – И как впечатления от сегодняшнего?
– Не очень, – честно сказал Марат. – Встроенное оружие неудобно и слабовато. Мне привычнее держать в руках что-нибудь мощное.
– В настоящем бою будет именно «что-нибудь мощное». – Инструктор засмеялся. – Большой излучатель крепится к спинному панцирю, стволы торчат над плечами. Несколько тренировок – и даже ваши тупые земляки научатся…
Марат не понял, что хотел сказать его собеседник. Речь явно шла про какую-то настоящую войну, к которой готовят землян. А ведь Рэнди и его команда вроде бы собирались участвовать в шоу-сражениях…
Это было подозрительно. Марат даже заподозрил, что гунады нуждаются в наемниках и заманили недалеких землян обещаниями больших заработков за участие в спортивных состязаниях. Но ведь людей-спортсменов было совсем мало – не больше десятка тысяч на весь Пас-Лидос. Не много настреляешь с таким воинством!
А инструктор проводил его советом хорошо подумать и бросить археологию.
– Имей в виду, что у нас платят не меньше, – сказал гунад на прощание. – И работа безопаснее, чем ваши десанты на дикие планеты. Там, знаешь ли, всякое случается.