– Как выражаются бывалые таежные охотники, песец подкрался незаметно, – изрек Давыдов. – Волосов просит хозяев переслать кредитную карточку с крупной суммой зеленью. Один из его информаторов готов продать диск с «Радугой»…
Личный состав снова зашумел. Операционная система «Радуга» была одной самых охраняемых тайн государства. Не имея рабочей копии, зарубежные хакеры не знали кодов системы, а потому даже суперспецам из АНБ не удалось пока вломиться в военные сети Евразии.
– Если упустим «Радугу», нас по головке не погладят, – вырвалось у Петелина.
Черепахин, лучше оперативника понимавший значение секретной ОС, уточнил:
– За «Радугу» нам головку оторвут вместе с яйцами!
– Обмозгуем. – Полковник прервал разгоряченных сотрудников. – Лыков, держи пальчики на пульсе и не спускай глаз с дипломата. А ты, Гоблин, контролируешь сайт поэта и все телодвижения Зверя. И чтоб любой ценой перехватили контакт с Дугой.
Пока они уточняли детали, в дверь постучали. «Кого черт принес?» – осведомился полковник. «Свои», – скромно сообщил, входя в кабинет, заместитель начальника Управления информационной и компьютерной безопасности. «Чужие здесь не ходят, – буркнул Давыдов. – Чужие живут на планете Ахеронт». Ухмыльнувшись, генерал оглядел личный состав отдела, после чего удовлетворенно произнес:
– Очень кстати, что все в сборе. Министр поручил поставить вам новую задачу.
Оказалось, что руководство сильно озабочено делом Волосова, и к разработке оси Зверь – Дуга будут подключены опытные оперативники из контрразведки и службы наружного наблюдения. В ведении ОИБ оставался лишь контроль за электронными линиями, которыми пользовался дипломат-предатель. Сообщив об этом, генерал продолжил, неожиданно сменив тему:
– Война стоит на пороге, и мы должны подготовить контрмеры. Сегодня министр предупредил, что в случае начала бомбардировок не исключено наше вмешательство в войну. Именно наше – на виртуальном уровне. Победа НАТО и унижение Украины нам ни с какой стороны не выгодны. С другой стороны, правительству совершенно незачем сильно портить отношения с Западом.
Когда генерал покинул отдел, Мамлеев задумчиво проговорил:
– Я уж который день прикидываю, кто из украинских хакеров мог бы атаковать противника через Инет. Сразу вспоминаются Одеколон, Кингсайз, Робби, Артефакт…
– Будет надобность – я тебе еще пару дюжин хохлов назову, – буркнул Межебовский. – Только без нашей помощи они мало на что годятся.
– Так то – без нашей, – заметил полковник.
Москва. Теплый Стан.
После ужина Лея без особого интереса посмотрела музыкальную передачу на 12-м канале и, не обращая внимания на укоризненные взгляды матери, ушла в свою комнату. Компьютер притягивал ее подобно тому, как порция ширвы манит закоренелого наркомана.
Лея машинально проглядела почту. Потом поиграла со зверьком, который жил на винчестере. Простенький Образ по имени Глау был прямым потомком семейства Тамагучи, которое ненадолго вошло в моду лет шесть назад. Лея накормила Глау, и забавный дракончик защебетал, витиевато благодаря хозяйку. «Примитив, – раздраженно подумала она, нажимая на косой крестик в верхнем правом углу. – Надо будет слепить что-нибудь посложнее».
Идея показалась многообещающей. Образ-гуманоид мог оказаться неплохим виртуальным собеседником, а то и любовником. Crazy усмехнулась: так недолго прослыть озабоченной как миляга Марцелл, который на прошлой неделе ляпнул, не подумавши, дескать, от надувных женщин пользы не меньше, чем от натуральных, зато вреда – ни малейшего…
Заглянув к ней, мать подумала, что девочка страдает из-за неудач личной жизни. Выдумала себе идеал – и удивляется, почему, мол, не может встретить его в реальной жизни.
– Ма, помнишь, в «Московском бульваре» были статьи Богдана Мамлеева? – не оборачиваясь, спросила лея.
– Ну? – насторожилась родительница. – Конечно, помню. «Биохимия мужской и женской неверности», «Мода – инструмент разврата»… Явный сексуальный маньяк, хотя пишет неплохо.
– Он меня сегодня у подъезда встретил. Готовит статью про кулхацкеров.
– Приставал?
– Не-а…– Лея прыснула. – Я даже немного обиделась.
Она подумала, что все-таки придется слепить виртуального сожителя. Причем завтра же.
– Во, почитай, он оставил…
Протянув матери журнал, Лея зевнула и поползла в ванную. Лиознова-старшая рассеянно перелистала журнал, трижды наткнувшись на статьи Мамлеева. Материалы о проекте Star Way, равно как баланс сил в предстоящем матче Украина-НАТО ее не заинтересовали. А вот статья "Бездна тайного смысла привлекла внимание…
Музыка окружает нас со всех сторон, как вражеская армия, сумевшая провести успешное наступление. Популярные радиоканалы круглосуточно транслируют убойные мелодии, на каждом углу продаются горы аудиокассет с записями, и вдобавок по телевидению крутят завлекательные клипы, где под «фанеру» танцуют полуголые телки. Все это принято считать эстрадной продукцией третьего сорта и называть презрительным словечком «попса».
Признаюсь, мне тоже одно время казалось, что современная российская эстрада способна производить лишь полный дебилизм, вроде «Зайка моя, я твой чайник», «Мама, шика дам», «Моя мама совершенно не любит мужчин» или «Ты не смейся, честно говоря, мне очень жаль тебя…» В современной песне можно обнаружить много пикантных обстоятельств, связанных с интимной жизнью звезд шоу-бизнеса. Для начала вспомним песню Алены Апиной «Электричка». Как там поется:
Плачь у порога,
Девчонка-недотрога…
…С горя б закурить,
Да промокли все спички.
Очень сложно представить себе девчонку, пусть даже недотрогу, которая остервенело чиркает спичками, стоя под проливным дождем. Бедная Алена Апина в своей богемной жизни настолько оторвалась от народа, что не знает: современные девчонки-недотроги давно обзавелись зажигалками.
А вот группа «Гости из будущего» буквально потрясает нас противоречивым признанием. Самая известная их песня начинается строками:
Я люблю тебя.
Я больше не люблю тебя.
Как же такое возможно? – удивляется слушатель. Либо она любит, либо нет, но нельзя же заниматься и тем, и другим одновременно! Оказывается можно. Если немного напрячь воображение, станет очевидной простая и понятная сцена групповухи. Указанная дама лежит в многоспальной кровати сразу с двумя партнерами и говорит одному из них: «Я люблю тебя». Потом поворачивается ко второму и посылает его подальше убийственной фразой: «Я больше не люблю тебя». Что поделаешь, такие уж нравы и обычаи в мире шоу-бизнеса.
Но все рекорды саморазоблачения побил Валерий Леонтьев, озвучивший хит о том, как на фронте в Косово встретились английский матрос и югославский солдат. И какой же из этого делается вывод?
Каждый хочет любить —
И солдат и матрос.
Каждый хочет иметь
И невесту и друга.
Жадный он все-таки. Сразу двоих хочет поиметь – и мужика, и бабу. Интересно только узнать, кто имел автора этого текста: матрос и солдат, или все-таки друг и невеста?
Сам того не желая, выдал свои алкогольные пристрастия Валерий Меладзе. В его песне «Цыганка Сэра» имеются красноречивые строчки:
Сэра! Были твои губы
Сладкими, как вино.
И думать нечего – братья Меладзе (один пишет песни, другой их исполняет) совершенно уверены, что вина бывают только сладкими. О существовании сухих вин эти недостойные сыновья Грузии даже не догадываются. Неужели, оба всю жизнь глушат дешевый портвейн? В подобный моветон трудно поверить, но факты – упрямая штука.
А вот Наталья Ветлицкая оказалась скромнее, хоть и успела много раз побывать замужем. Приятно все-таки, что даже на эстраде еще остаются порядочные женщины. В ее песне «Глупые мечты» говорится всего лишь о местах, где хотела бы побывать лирическая героиня:
Синяя вода, голубой песок,
К северу лицом, сердцем на восток.
На первый взгляд может показаться, что такое невозможно: ведь если стоять лицом к северу, то сердце окажется на западе. Однако не все так просто. Описанная в песне ситуация может случиться с человеком, у которого сердце расположено с правой стороны. Кроме того, то же самое явление будет иметь место, если смотреть на север, стоя на голове. Осталось только выяснить, что имела в виду певица – то ли у Ветлицкой сердце справа, то ли она регулярно выполняет стойку на голове. Обязательно расскажем об этом, когда поближе познакомимся с ее анатомией.
В общем, можно сказать, немного подправив классика: «Слушайте эстрадную попсу, любите эстрадную попсу, потому что в их песнях содержатся самые сокровенные тайны современной жизни!»
…Закрыв журнал, она буркнула: «Точно, маньяк…», – но в голосе не было слышно осуждения.
Новости дня.
Успешно выведены на орбиту российский и американский модули экспериментального межпланетного аппарата «Star Way». По сообщению Центра управления в Хьюстоне, удалось восстановить связь с американским блоком атомного межпланетного корабля. Шеф пресс-службы заявил, что перебои продолжались несколько минут и не имели принципиального значения. В настоящее время станция полностью контролируется наземными службами.
В связи с наглым ультиматумом НАТО, Украина потребовала созвать Совет Безопасности ООН. В письме министра иностранных дел В.Андрющенко говорится, что Киев намерен в полной мере использовать свое право на оборону против неспровоцированной агрессии.
По неофициальным данным, правительство Украины проводит частичную мобилизацию резервистов в возрасте до 30 лет. Ответственный представитель Пентагона подтвердил, что в районах южнее и западнее Киева разворачиваются снятые с консервации устаревшие зенитно-ракетные комплексы С-75 и С-125. Тот же источник утверждает, что несколько десятков отставных офицеров ракетных войск и авиации, этнических украинцев по происхождению, приехали в Киев из различных постсоветских государств.
Глава российской военной миссии при штаб-квартире НАТО в Монсе (Бельгия) сделал заявление для прессы. По словам генерала Андрея Лиханова, со вчерашнего дня подчиненных ему офицеров не допускают на территорию ставки верховного главкома объединенных сил НАТО в Европе – так называемого объекта SHAPE (Supreme Headquarters Allied Powers Europe). Генерал полагает, что тем самым командование Северо-Атлантических агрессоров намерено скрыть от мировой общественности подготовку воздушных и наземных ударов против Украины.
Москва. Балаклавский проспект.
Едва приступив к завтраку, Богдан спохватился и выглянул в окно. Сразу стало ясно, откуда взялось ощущение излишней прохлады: период летней жары завершился. По асфальту двора хлестал дождь, повсюду растеклись лужи, среди заслонивших небо свинцовых лохмотьев шныряли змейки грозовых разрядов.
Чертыхнувшись, Богдан отправил в рот кусок омлета с ломтиком поджаренной корейки и убежал к себе. Вернулся он минут через десять, сменив майку на рубаху «сафари» и кожаную куртку.
– Чего так нарядился? – подозрительно спросила мама. – С кем-то встречаешься?
Богдан рассеянно ответил, ковыряя вилкой частично остывший омлет:
– Сначала в кино иду с новыми друзьями, потом в «Шереметьево» надо заскочить.
Валентина Викторовна понимающе вздохнула:
– Новые друзья – это, очевидно, новое оперативное задание… Пасешь стадо, чтобы потом на шашлык пустить?
– Вряд ли дойдет до арестов. Хорошие ребята.
Печально покивав, мама осведомилась:
– А в аэропорт тебе зачем?
– Янка прилетает.
Богдан почувствовал, что его голос дрогнул. Хотя Лея заслонила в мыслях образ давней любви, совсем забыть Яну он не сумел.Мама тоже заметила, что он нервничает и спросила недовольно:
– Ты все еще сохнешь по ней?
Богдан долго молчал, потом буркнул, пожимая плечами:
– Трудно сказать. Наверное, уже начал забывать.
Мама печально сказала, покачивая головой:
– Час от часу не легче… А ты, значит, так и не встретил девушку, которая помогла бы забыть Яну? Понятное дело, что москвички – еще то наказание, но ведь и ты не подарок… Только не повторяй, что трудно сказать.
– Мамуля, это на самом деле не просто…– Его вдруг потянуло на откровенность. – Вообще-то в той компании, с которой я в кино иду, есть одна девочка… В общем, посмотрим.
Отец оторвал взгляд от телевизора и произнес, посмеиваясь:
– Хороша парочка – жених невесту в Лефортово упечет. Хоть передачи ей носить будешь?
– Ну вас, – фыркнул Богдан. – До ЗАГСа она меня пока не дотащила. К тому же не будем мы их брать. Они нам для другого нужны.
– Могу себе представить, для чего они нужны, – сказал отец. – Особенно если среди них клевые телки встречается. Мать, ты представляешь, какой должна быть девушка, чтобы нашему охломону понравиться?
– Может, хватит шутить? – обиделась мама. – Все-таки о серьезных делах говорим.
– Какие могут быть серьезные дела в воскресенье с утра? – вполне резонно заметил Богдан. – Ну пока, предки, я побежал.
Он вовсе не спешил – до сеанса оставалось почти полтора часа. Просто хотел прекратить этот разговор, начавший раздражать. Смятение чувств, второй день одолевавшее журналиста из ОИБ, тоже действовало на нервы, хотя это было приятное томление. Богдан пока не разобрался, которая из девиц привлекает его сильнее.
Кстати, для кого он так старательно выбирал шмотки? Глупо ведь надеяться, что на этих девочек можно произвести впечатление прикидом: обе повидали достаточно и в средствах никогда стеснены не были… Но, пожалуй, выбранный стиль был рассчитан на Лею – Яна всегда говорила, что предпочитает видеть его в костюме с галстуком.
Богдан постарался разогнать лишние мысли, и это удалось. Из автобуса возле станции метро «Севастопольская» вышел развязный и малость придурковатый журналист Мамлеев – ламер, напрасно пытавшийся прикинуться крутым юзверем. Козел, одним словом. На такого высокомерная Crazy даже чихать не захочет. Разве что совсем заскучает.
Мариуполь. Черное море.
Вернувшись с рынка, нагруженные покупками, они закормили Андрюшу дарами южной природы. Потом, пока мальчик уминал витамины, Галя с теткой готовили обед, а заодно по-женски болтали о войне и мужчинах, о работе и заработках, попутно сравнивая житье в Москве и на Украине.
– У вас тут все дешево, – позавидовала Галина.
Тетя Настя отмахнулась, присовокупив крепкое словцо.
– Это тебе, с твоими московскими доходами, дешево. А мы тут…– Она вздохнула. – Ты все еще программистом работаешь?
– Ага, системным программистом, – буркнула племянница, не желая распространяться о служебных делах. – А у вас, слышала, хлопцев в армию призывают. Вроде бы метут всех до тридцати лет.
– Как же, до тридцати… Вот Михась, зять Маруси Ляшенко – тоже повестку получил. А ему уж за тридцать.
– Ему ровно тридцать, – печально уточнила Галина. – Мы же с ним в одном классе учились.
Понимающе заморгав, тетка протянула:
– Ну да, у вас же еще любовь была. А ты вот все одна, мужика себе так и не подобрала. Все принца ищешь.
– До принца ли в мои годы… Просто хочется, чтобы мужик хоть мало-мальски стоящим был.
Они вспомнили ее мужа, Николая Дутова, погибшего в Грозном четыре года назад, когда спецназ ФСБ попал в окружение где-то под Сержень-Юртом. Женщины всплакнули, но быстро утешились – время лечит душевные раны, а времени минуло предостаточно.
После обеда они поехали на пляж. Андрюша с визгом бросился в море. Скинув сарафан, Галина потянулась сильным телом, каждым квадратным сантиметром кожи чувствуя направленные на нее мужские взгляды. «Будем отрываться, – бесшабашно подумала она. – Жизнь дается однажды, а молодость уходит. Кому я буду нужна через пять лет…»
Море ошеломило букетом полузабытых ароматов и вкусом соленой воды. Голубовато-зеленый простор, много людей и медуз, полифония голосов. За первый час с Галиной познакомилось не меньше дюжины пляжных кавалеров, назойливо зазывавших на дачи, яхты и в самые шикарные рестораны.
Утомленная однообразием толпы скороспелых поклонников, она предложила сыну прокатиться на катере. Держась за леера, Галя наслаждалась встречным ветром, обдувавшим разгоряченное тело, и с ностальгической улыбкой следила, как за кормой уменьшается город.
В десятке километров от берега, когда суденышко начало разворот на обратный курс, Андрюша вдруг задергал ее руку, возбужденно выкрикивая:
– Мама, мамочка, погляди-ка, кто идет!
Галина с интересом завертела головой, рассчитывая обнаружить очередного красавца-любовника, но сын, как выяснилось, имел в виду нечто совершенно иное. Направив взгляд по курсу, куда указывал рукой ребенок, она увидела два военных корабля под жовто-блакитными флагами – большой и чуть поменьше. Как ни мало разбиралась Галя в этой технике, даже ей понравился шедший головным гигант с ракетными установками по бортам.
– Авианосец? – опрометчиво спросила лейтенант Дутова, но быстро спохватилась. – Нет, конечно, откуда у хохлов авианосец… Тогда, наверное, сторожевик.
Сын смерил ее возмущенным взглядом и процедил осуждающим тоном:
– Ну, мама, это же ракетный крейсер типа «Слава»! Наверное, «Адмирал Лобов» – хохлы его отобрали у нас прямо на стапеле и обозвали то ли «Украина», то ли «Вильна Украина». Сторожевик сзади ползет – барахло типа «Кривак», а вот на «Славах» стоят сверхзвуковые «Базальты»…
Андрюша принялся азартно перечислять достоинства крейсера, вооруженного, как он сообщил с важным видом, очень мощными ракетами с дальнобойностью под три сотни морских миль. Слушая поток цифр, Галина с трудом сдерживала улыбку – очень уж серьезным был ее малыш…
– Сильный корабль, – поддакнула она, искренне надеясь, что не ляпнула чего-то слишком сухопутного. Иди знай – может, надо было сказать «пароход»…
– Сильный,, – согласился Андрюша. – Только, боюсь, «Мерримак» надерет ему задницу.
– Кто? – опешила мать. – Что за выражения?!
Мальчик ничего не ответил. Только махнул рукой, не отрывая взгляда от боевых кораблей, которые шли на Мариуполь, обгоняя тихоходный прогулочный катер.
Москва. Пушкинская площадь.
Будущие зрители плотной массой забили защищенное от дождя пространство под козырьком кинотеатра. Да и в скверике перед «Россией», несмотря на слякотную погоду, тоже стало тесно: москвичи и гости столицы были переполнены решимостью попасть на первый сеанс последней (если, конечно, режиссер не передумает) серии самого популярного из фильмов всех времен и народов, населявших эту Галактику.
«Легионеры» ждали журналиста возле фонтана. Их ощетинившаяся куполами зонтиков компания издали напоминала гроздь экзотических грибочков.
– Ну, и где же ваш приятель? – недовольным голосом осведомился Игорь, он же Шаман. – Торчим тут, как четыре тополя на Плющихе.
– Вроде, не должен подвести, производит впечатление серьезного пацана, – сказала Лея. – Моя мама его сексуальным маньяком обозвала.
– Они знакомы? – удивился Дублон.
– Она заочно оценила…
– Значит, серьезный мужик, – хохотнул Шаман. – Дьявольщина! Опять дождь усилился.
Из-за деревьев выскользнул Богдан. С радостной гримасой поздоровавшись с парнями, он мимоходом чмокнул в щечку обалдевшую от такой наглости Лею, а затем потребовал, чтобы его познакомили с главой фирмы. Когда их представили друг другу, Шаман сообщил, что читал фронтовые репортажи Мамлеева.
– Ты и в атаки ходил со спецназом? – спросил Игорь.
– Однажды пришлось, – признался журналист. – Два раза отбивал атаки.
– Уложил кого-нибудь? – В отставном десантнике проснулся профессиональный интерес.
– Четверо, в кого я стрелял, упали, – скромно сообщил Богдан. – Может – убил, может – споткнулись на бегу. Не знаю.
Они с Шаманом немедленно затеяли спор по поводу убойных свойств различных боеприпасов для АК-74. Послушав ахинею о смещающихся сердечниках, остальные «легионеры» затосковали, и Лея решила прекратить такое безобразие.
– Разве это война? – громко сказала она. – Вот через полчасика, если не прохлопаем начало сеанса, мы увидим настоящую войну. Межзвездные крейсера, космические принцессы, звезды взрываются…
Продолжая диалог с Шаманом, Богдан напористо провозгласил:
– Допустим, попав в каску, пуля малого калибра не пробьет броню. Но сила удара почти наверняка сломает солдату шейные позвонки! – Он продолжил, повернувшись к девушке: – Ты, конечно, права – нас ждет нечто потрясающее. Хотя…
– Что еще за «хотя»?! – Лея сделалась похожа на сердитую кошку. – Нас ждет самый крутой фильм нового тысячелетия!
Не желая злить ее, журналист благоразумно сменил тон и проговорил глубокомысленно:
– Поверь, я тоже сгораю от нетерпения и хочу увидеть «Эпизод-три». Но в то же время не забывай, что мы знаем, чем все кончится – Анакин станет монстром, однако Бен Кеноби успеет спрятать близняшек.
Неожиданно заговорил Марцелл, который после появления Мамлеева отмалчивался с мрачным видом. Эрнест сказал, пренебрежительно морщась:
– В прежних сериях было множество проколов и недоговорок. В «Эпизоде-три» Лукасу придется постараться, чтобы многое объяснить. Например, почему на Вадера напялили маску? Может, он был тяжело ранен с повреждением дыхательных путей?
– Император перевел его на дыхание без кислорода, – предположила Лея.
– Вадер останавливал ладонью бластерный выстрел. Для такого мага состав атмосферы – тьфу. – Марцелл рассмеялся. – Но в старых эпизодах полно других несуразиц. Я уж не говорю о чудовище, которое должно было сдохнуть от голода, поджидая добычу в своей пещере на астероиде. Но чего стоит огромное застекленное окно в рубке линкора, через которое проломился «Миллениум Фалкон»! А на кой черт вообще нужна была «Мертвая звезда»? Здоровенная бандура, от которой в бою – никакой пользы. В четвертой серии раздолбала почти мирную планету, а в шестой – посбивала несколько повстанческих фрегатов. От крейсеров было куда больше толку.
– Между прочим, в конце шестого эпизода крейсера практически не пострадали, – напомнил Богдан. – Так что вся эта заварушка была провокацией флотского начальства. Адмиралы избавились от Императора, а теперь двинут флот и разберутся с повстанцами.
– Если бы я не знал, что ты в бульварной прессе работаешь, то сейчас бы точно догадался, – снисходительно поведал Шаман.
«Ты у меня еще схлопочешь», – подумал журналист Мамлеев.
Обиженная дружными нападками на любимый фильм Лея предложила закруглиться с трепотней и двинуть в зал, где не так сыро и к тому же имеется неплохой буфет. «Вытаскивай контрамарки, акула пера!» – потребовала она. Узнав, что Богдан пришел без билетов, «легионеры» заворчали: мол, чего еще ждать от кульного ламера, который бросовые дебаггеры за большие деньги покупает. Однако журналист успокоил новых друзей, сообщив, что билеты забронированы и ждут их у администратора.
– Надо говорить «у админа», – проворчал Шаман.
Спустя минуту, углубившись в плотный сгусток электората, Лея ужаснулась:
– Как будем прорываться через такую толпу? Нас ведь к кассе не подпустят.
– Ты умеешь ломать сайты дебаггером? – снисходительно спросил Богдан. – А я умею входить в такие места.
Действительно, журналистская карточка с большими буквами PRESS открыла для них служебный вход, а тетенька-администратор передала журналисту забронированные билеты и проводила компанию в зал.
И вот, наконец, погасили светильники, и на экране появился традиционный первый кадр – крейсер класса Star Destroyer, скользящий по черному полотну звездного неба…
Рейс Тель-Авив – Москва
Когда захлопнулся люк, загудели турбины, и стюардесса защебетала традиционные банальности, в свободное кресло рядом с Яной грузно опустился мужчина средних лет.
– Мисс Словинская? – Сосед говорил на довольно приличном русском, хотя чувствовался специфический акцент, отличавший ближневосточных жителей. – Как приятно, что мы случайно встретились.
Яна мгновенно насторожилась. Толстенький коротышка благожелательно улыбался, протягивая пачку дорогих сигарет. «Знаем мы, что бывает в таких пачках», – благоразумно отказавшись, подумала лейтенант Словинская.
– Арташес, – представился сосед. – Бизнесмен. Моих друзей заинтересовала поездка работника «Шин-Бет» в Москву. В такое время это может означать, что ваши бывшие и нынешние соотечественники решили объединить усилия в борьбе против ваххабизма.
– Кто такие «ваши друзья»? – резко спросила она.
Сосед благожелательно улыбался круглым багровым лицом.
– Ну, скажем, приверженцы истинного ислама, которым не нравится, как большой американский Сатана заботится о злобных последователей Аль-Ваххаба.
Яна решила, что Арташес связан с проиранскими террористами из «Хезболла», а следовательно – и с ЭНТЕЛЛААТ – самой страшной спецслужбой Ирана. Если не врет… Между тем сосед продолжал вещать, сохраняя улыбку на пухлом лоснящемся фейсе:
– Нас не устраивает создание пояса ваххабизма от Боснии, Косова и Албании до Крыма и Чечни с рычагами управления в Саудовской Аравии. Особенно теперь, когда Берлинский пакт лишил вас ядерных боеголовок.
– Какое вам дело до наших боеголовок?
– Когда-то мы рассчитывали покончить с ваххабизмом при помощи ваших ракет, – мило улыбнувшись, сообщил Арташес. – Вы применяете оружие судного дня по наиболее важным объектам, а потом армия шиитов завершает дело, покончив с суннитской ересью. Теперь же, без средств массового уничтожения, ваххабиты с их ордами террористов-фанатиков станут мощнейшей силой, которая пугает даже здравомыслящих суннитских лидеров Магриба, Ирака и Сирии. Ваххабитам трудно противостоять. Они уже закрепились на Балканах, в Афганистане, теперь НАТО отдаст им Крым. Через год-другой, когда они взорвут Белый Дом, тупые американцы станут кусать свои локти, начнут кричать: «Вай, исламские террористы угрожают свободному миру!» Но будет уже поздно.
Запомнив полезную информацию, Яна машинально подумала, что было бы неплохо воспользоваться Арташесом, чтобы взять под «колпак» его пресловутых «друзей». Игру следовало принять и поддерживать, поэтому она, изобразив недоумение, спросила:
– Но как вы представляете сотрудничество наших организаций?
Арташес ответил, что начало будет несложным. По его словам, на палестинской территории обосновалась база ваххабитов, которых инструкторы ЦРУ дрессировали для последующей отправки в Крым. Теперь эта банда полностью вооружена и подготовлена, однако главарь террористов не намерен ограничиться борьбой против киевского режима.
– Вас, сионистов, он не любит сильнее, чем украинцев, – поведал Арташес. – И американцев тоже не любит. Скоро его боевики будут взрывать бомбы по всему миру.
– Вы меня обрадовали…
– Всегда к вашим услугам… Скоро мы дадим вам точные сведения об этой базе и объектах диверсий. А вы обеспечите нашему связнику защиту и беспрепятственный выезд из страны.
Кивнув, нахальный посланец шиитов ушел в другой салон.
Москва. Редакция журнала «Московский бульвар».
– Спецэффекты, конечно, убойные, – с придыханием сказала Лея. – Ничего подобного в старых эпизодах не было. Настоящий «Стар Ворз»!
– А сюжет получился предсказуемый, – буркнул Марцелл, размахивая бутылкой из редакционного холодильника. – Слишком много старзов и слишком мало ворзов.
– Там и старзов не много, – проворчал Шаман. – Сплошная лирика.
– Но сражение было потрясающим, – подытожил журналист. – Особенно первое появление крейсеров.
Забыв, что кое-кто недавно критиковал фильм, все дружно заголосили, вспоминая, как адмиралы вправляли мозги бюджетной комиссии парламента, не желавшей субсидировать строительство звездных крейсеров, разработанных конструктором Уиссексом.
В разгар этого безобразия – разумеется, по совершенно случайному совпадению – открылась дверь и вошли Давыдов с Челпановым. Очень строго поглядев на притворно сконфуженного сотрудника подшефной редакции, начальник отдела произнес недовольным тоном:
– Мамлеев, что я вижу? Вы явились на работу в выходной день, да еще с посторонними!
– Викентий Олегович, мы с друзьями шли из кино и оказались рядом с редакцией, – залепетал журналист. – Я и предложил заскочить на минутку. Ребятам же интересно, как журналы выпускают. А заодно посмотрят наши компьютеры. Полезно услышать, что специалисты про наше оборудование скажут.
– А они специалисты? – хмуро и недоверчиво осведомился Челпанов.
– Ну да! – заторопился Богдан. – Это ж те самые хакеры, про которых я цикл статей пишу…– Он с энтузиазмом продолжил, обращаясь к «легионерам»: – Существа, вы видите самое высокое мое начальство, перед которым даже главный редактор на задних лапках ходит.
«Спонсоры», – смекнул Шаман и приготовился предложить полный комплект услуг по сходной цене. Он даже не обратил внимания, что Мамлеев представил их как хакеров, хотя до сих пор все «легионеры» старательно открещивались от этого звания. Между тем Давыдов, заметно подобрев, сказал заинтересованно:
– Настоящие хакеры? Очень любопытно. Давно мечтал познакомиться с людьми вашей профессии.
Лесть сработала безотказно: вскоре Шаман и его братва уже излагали журналистам азы хакерского дела. Впрочем изредка «легионеры» пытались напомнить, что называть их хакерами не совсем правильно, поскольку «Легион» взломами не балуется.
– Нам все едино, – отмахивался Давыдов. – Лишь бы читателям интересно было.
«Легионеры» пошли травить компьютерные анекдоты, коими хозяева площадки весьма натурально восторгались, окончательно покорив простодушных хакеров.
– …Выходит киллер из небоскреба «Майкрософта», – начал очередной анекдот Дублон. – Глядь – перед выходом собралась толпа юзверей с транспарантами: «Билли Гейтс – мастдай». «Накаркали», – подумал киллер, вытирая окровавленный клинок.
Неожиданно Марцелл брякнул, не дав аудитории вдоволь нахохотаться:
– Надо рассказать им о Трех Исчезнувших.
– О ком? – Давыдов даже очки протер. – Какая-нибудь прикольная легенда?
– Нет, вполне реальная история, – сказала Лея, ставшая вдруг непривычно серьезной. – Дело в том, что самые кульные наши хацкеры – Фобос, Злобный Дьявол, Карабас-Барабас, Череп, Винни – некоторое время назад отошли от дел. Наверное, пристроились на доходные должности в каких-нибудь богатых фирмах. Таких специалистов берут, не задумываясь. И платят, не торгуясь…
– Не подскажете, как их можно найти? – мрачно поинтересовался Челпанов.
– Никак, – Шаман развел руками. – Известно только, что Винни – это Вадим Виноградский, автор большой серии антивирусов.
– Не мешай, – строго потребовал полковник. – Ребята хотели рассказать об Исчезнувших.
Собравшись с мыслями, Лея продолжила:
– Года четыре назад Злобный Дьявол, Череп и Карабас-Барабас одновременно объявили через Инет, что бросают хакинг. Каждый из них оставил в Сети загадку. Они сказали: мол, вернемся, когда следующее поколение хацкеров сумеет взломать все наши замки.
– И? – с придыханием спросил майор.
– Пока не шибко получается, – без энтузиазма призналась Лея. – Только Маркиз, лидер группы «Крутые Винты» сумел взломать первый замок на сайте Карабаса. А мы с Марцеллом после двух лет тупой долбежки въехали, что скотина Череп сделал сайт не на Мастдаевской платформе, а на Макинтошевской.