На море стоял штиль. Выкатившееся из-за горизонта солнце проложило по гладкой голубизне бухты сверкающую серебром полосу. Было непривычно тихо: большая часть женского населения лагеря отбыла восвояси еще вчера, а другие компании «диких» туристов поблизости, к счастью, не расположились.
Размявшись, Сергей подошел к костру, где Диана как раз засыпала в котелок два пакета концентратов, и сообщил конспиративным шепотом:
– Сегодня ко мне пришла любопытная мысль. Подозрительно покосившись на него, девушка спросила:
– И какая же?
– А черт ее знает. – Отставной майор пожал плечами. – Она сразу же ушла.
Как он и ожидал, Алексей с Николаем засмеялись, а Диана раздраженно фыркнула и проворчала что-то нелестное насчет стареющих остряков-самоучек.
Потом добавила язвительно:
– Видать, мысль любопытная была, да и неглупая, раз не стала у вас задерживаться.
Сергей развел руками – нормальные отношения с этой красоткой у него так и не сложились. Все время переругивались на потеху остальным.
За завтраком, когда они наворачивали вермишель с мясом, Николай задумчиво поинтересовался:
– Сворачиваемся или спустимся еще раз?
– Хочу попробовать, – решительно сказал Сергей. – Спустимся. Корабль очень старый…
– Надеешься найти антиквариат? – быстро сообразил Алексей.
– Мало надежды, конечно, только чем черт не шутит. – Майор отложил миску с ложкой и отрезал себе кусок колбасы. – Скорее всего, какой-нибудь рыбачий баркас с гражданской войны завалялся. А может… Где-то здесь, помнится,
Врангель десант высаживал, да и в Отечественную много чего произошло.
Немного помолчав, Николай напомнил всем, что попытка – не пытка, на чем диспут благополучно и завершился. Выпив чай и перемыв посуду, они разошлись по палаткам готовить снаряжение.
В прошлый сезон их четверка неплохо поработала на Севере: подняли три ящика «маузеров» и довольно много мосинских карабинов. Эти находки принесли хорошие деньги, и они надеялись повторить успех нынешним летом. Но на десятый день работ появился какой-то местный авторитет, потребовавший слишком большую долю. Дело кончилось крупной разборкой, так что теперь дорога в те края была им заказана. Пришлось экстренно перебираться на теплое море, договариваться с новыми оптовиками, разворачивать поиск на незнакомом участке. В придачу ко всем неприятностям Леха привел в команду еще эту напыщенную куклу, в которую был безнадежно влюблен.
Сергей вполголоса матюгнулся: бедного парня было жалко. Самый молодой в команде, он оказался и самым неустроенным. В таких вылазках положено жить парами, и трое старших мужиков первым делом обзавелись подружками из числа туристок. А Диана демонстративно не подпускала Леху ближе пионерской дистанции и держалась исключительно холодно, хотя не могла не догадываться о его чувствах. Но зато под водой работала прекрасно – хоть в этом с ней не было проблем…
Он осмотрел добычу, которую удалось собрать за последние недели. Четыре десятка советских трехлинеек образца 1891 – 1930 годов и цинковые упаковки патронов с десантной баржи, потопленной береговыми батареями фашистов в
Отечественную войну. Полувековая обработка морской солью трансформировала толстый слой оружейной смазки в твердую черную корку, скрывавшую прекрасно сохранившийся механизм надежных старых винтовок. То же и с боеприпасами – вода превращала в труху верхние ряды латунных гильз, однако ближе к середине можно было найти изрядное количество патронов, которые сверкали словно новенькие.
Таких, как они, искателей подводных кладов, да и само это дело, называли
«черным поиском». С недавних пор подобное занятие стало популярным и весьма прибыльным – старое оружие через посредников сбывали охотникам и любителям оружия, а попутно попадались и более ценные находки: золото и разные любопытные сувениры с затонувших кораблей. Коллекционеры охотно брали также судовые колокола, якоря, штурвалы, старую посуду, бронзовые украшения и прочую подобную дребедень.
Неторопливо раздевшись до плавок, Сергей натянул шерстяное белье и гидрокостюм, подхватил акваланг и вышел из палатки.
Остальные тоже заканчивали сборы, а со стороны автострады к лагерю уже торопливо шагал Аркадий. Приблизившись метров на двадцать, физик радостно крикнул:
– Порядок! Рыбу загнал… – Он похлопал себя по карману, где, видимо, находились деньги, вырученные за катранов. – Артур обещал приехать к шести.
Заберет товар и заодно отвезет нас на вокзал. Я взял билеты. Поезд отходит в полпервого ночи. Пакуемся или как?
– Или как, – ответил двоюродному брату Николай. – Командир все же уговорил нас пойти на тот корабль. Времени-то навалом. Если хочешь, оставайся дежурить по лагерю.
– Хрен тебе, сегодня моя очередь нырять. – Аркадий метнулся к палатке. -
Я мигом.
– Поел бы, – посоветовал Николай. – Когда еще придется…
Не оборачиваясь, физик бросил: дескать, успел перехватить в городе пару порций шашлыка. Пока он облачался в резину, остальные столкнули на воду большие надувные лодки. Сегодня шли, согласно графику, двумя парами: Сергей с Аркадием и Алексей с Дианой. Николаю выпало охранять лагерь. С этим получилось, может быть, не слишком удачно – геолог, наряду с Сергеем, был самым опытным аквалангистом среди членов команды «черного поиска», но очередь – дело святое.
Как говорится, образ нашей жизни.
Вдвоем с подоспевшим Аркадием – здоровенный бугай, хоть и физик-теоретик,
– они оттащили раскрашенную в черно-белые клеточки лодку подальше от берега, где вода доставала почти до пояса, забрались в импортное плавсредство и врубили подвесной мотор. Почти тотчас же застучал движок второй лодки.
– Держи левее того островка, – показал Аркадий. – И вообще, зря мы место буйком не пометили.
– Кого учишь, головастик… – беззлобно хохотнул Сергей. – Я его ночью с завязанными глазами отыщу. Даже после литра водки без закуски.
– Ах, я же забыл, что общаюсь со старым морским волком, – рассмеялся напарник. – Слушай, как твое подразделение называлось-то? Группа «Акула», наверное, а может быть, бригада «Кашалот»? Или это военная тайна?
– Какая там тайна в наше время! Нынче ведь обо всем в газетах открытым текстом пишут. Я служил в дивизионе «Кальмар». Это отряд боевых пловцов специального назначения.
– Ясно… Кстати, дружище, мы с тобой второй год рядом со смертью ходим, а я так и не знаю, за что моего командира с флота поперли.
– Может, еще узнаешь.
Бывший командир непобедимых «кальмаров» сразу помрачнел – он не любил вспоминать ту грязную историю, когда был наказан за чужие грехи. Сообразив, что другу эта тема неприятна, Аркадий не стал продолжать разговор. Меж тем по правому борту остался безлюдный скалистый остров – предпоследний ориентир на их пути к цели. Метров в ста за ними подпрыгивала на волнах ядовито-желтая лодка, над бортиком которой ярко пылал красный гидрокостюм Дианы.
Кивнув в ее сторону, Сергей буркнул:
– Хотел бы я знать, фригидная она или просто дура?
– Это ты насчет того, как она об Лешу ноги вытирает?
– И это тоже. Но только не дура, это наверняка.
– Значит, опять поцапались, – догадался Аркадий.
– Немного. Как обычно… Приготовься, почти прибыли.
В двух с половиной милях к норд-весту от заброшенного маяка Сергей заглушил движок. Аркадий помог ему – закрепить на спине баллоны, после чего заметил, продолжая прерванную беседу:
– И не фригидная она вовсе. Думаю, девочку просто кто-то крепко обидел.
– Да… На любви сломалась, – согласился Сергей.
– На чем же еще… Подгребай сюда.
Последние слова предназначались экипажу второй лодки.
Сергей натянул маску, предварительно прополоскав ее за бортом, надел ласты, стиснул зубами загубник и, повернувшись спиной, прыгнул в воду.
Солнечные лучи насквозь пронизывали зеленовато-голубую толщу, заливая все вокруг серебристым свечением, сквозь которое смутно проглядывало дно. В воде тело сделалось не по-земному подвижным и чутко реагировало на малейшие шевеления мускулатуры. Включив фонарь, он медленно опускался, увлекаемый тяжестью подвешенного к поясу грузила. Неподалеку вспыхнул еще один яркий луч света – это шел в глубину аквалангист, нырнувший со второй лодки. Когда они сблизились, Сергей разглядел красное облачение Дианы.
Под водой девчонка забывала свой гонор и дисциплинированно выполняла все приказы. Сергей условными знаками велел ей плыть в трех метрах справа, держась поближе ко дну, и они направились строго на запад, где должен был лежать обнаруженный позавчера корабль.
Мимо изредка проплывали рыбки – поодиночке или мелкими стайками.
Слабенькое течение плавно шевелило кустики водорослей, сплошным ковром покрывавших неровный каменистый грунт. Приблизительно на двадцатой минуте поиска они обогнули скалу, которая круто уходила вверх, почти достигая поверхности моря. Сергей сделал жест, означавший, что линию их движения следует немного отклонить к югу.
Еще через десять минут перед ними выросла новая скала – гораздо массивнее первой, сплошь покрытая колышущимися пучками морских трав. Сергей энергичнее заработал ластами, устремившись в широкую щель между каменными глыбами. Склоны скалы почти отвесно уходили вниз, словно перед аквалангистами разверзлась бездонная пропасть, но впечатление было обманчивым – больших глубин здесь не могло быть. Неожиданно впереди сквозь плотную синеву проступили выхваченные лучами фонарей контуры затонувшего судна.
Хватило одного взгляда, чтобы определить – конечно же это не рыбачий баркас и даже не парусник времен походов Петра Великого. Сергей не сразу понял, радоваться ему или огорчаться подобному повороту событий. Такие суда он видел прежде лишь на иллюстрациях в книгах по истории морского дела. Гребная галера с характерно задранной кормой – триера или трирема античной эпохи. По меркам тех столетий, корабль был просто гигантом – почти полсотни метров в длину и около шести в ширину. Когда-то, задолго до нашей эры, эту махину приводили в движение напряженные усилия почти двухсот гребцов.
Полузасыпанная илом и обросшая водорослями и ракушками, трирема лежала, опрокинувшись на борт, а на днище – чуть позади тарана – зияла солидных размеров пробоина. Похоже было, что давным-давно, наверное два с лишним тысячелетия назад, какая-то незадача – то ли ярость шторма, то ли оплошность капитана – распорола доисторическую калошу об заостренную верхушку той самой скалы, под которой сейчас она и покоилась.
Подплыв вплотную, Диана похлопала напарника по плечу и показала большой палец: дескать, подфартило нам. Девушка явно вознамерилась как можно скорее устремиться вниз – к загадочной, но манящей добыче. Предостерегающе помахав ладонью, Сергей показал на то место своего прорезиненного шлема, под которым скрывалось ухо. Понимающе кивнув, Диана прижала пальцами к ноздрям нижнюю кромку маски и сделала несколько сильных выдохов через нос, нагнетая давление в евстахиевы трубы. Без такого «продувания ушей» погружение на лишние пять – семь метров могло плохо кончиться для барабанных перепонок. Повторив вслед за ней эту процедуру, майор пошел на глубину.
На задранной под приличным углом палубе триремы, облепленной морскими травами, а также раковинами рапа-нов и мидий, надстройки отсутствовали. Может, ураганом снесло, а может, античные корабелы – римляне или греки, черт их разберет, чья это галера, – упрятали жилые каюты внутри корпуса. Распугивая крабов, морских коньков и прочую живность, облюбовавшую для обитания затонувшее судно, аквалангисты проникли в тесноту трюма.
Работу страшно осложнял мощный слой ила и песка, заполнявший недра триремы, но они трудились как одержимые, и скоро их труд принес плоды. Время от времени пальцы нащупывали в рыхлой массе наносов предметы, которые при более тщательном рассмотрении не всегда оказывались камнями и черепами.
К концу второго часа, когда в баллонах почти исчерпался запас сжатого воздуха, на стыке палубы и бортового ограждения громоздилась солидная груда различных находок. Конечно, все обросло мидиями и покрылось коркой коррозии, но кое-что Сергей все-таки сумел разобрать. Были здесь несколько чаш и статуэток, амфоры, короткие мечи, кинжалы, дротики, щиты и еще какие-то веши, не поддававшиеся опознанию в такой полутьме и спешке. Наконец бывший командир дивизиона «Кальмар» показал пальцем вверх, сигнализируя напарнице, что пора всплывать, после чего сам отцепил грузила.
На поверхности Сергей первым делом поджег сигнальный патрон оранжевого дыма. Через считанные минуты, тарахтя моторами, к ним подлетели обе лодки.
Тяжко перевалившись через надутый бортик, Сергей стянул шлем и маску, скинул акваланг и дрожащими пальцами вцепился в крышку термоса, полную горячего кофе.
Тем временем Алексей уже помог своей ненаглядной освободиться от подводного снаряжения.
– Старик, там что-то очень древнее, – сказал майор нетерпеливо глядевшему на них Аркадию. – Не теряйте времени, быстро вниз. Погрузите в сетки все, что мы успели собрать, потом еще покопаетесь.
– Много барахла? – возбужденно спросил Леха, продевая руки в лямки акваланга.
– После будем разбираться, на берегу. Если действительно хороший улов, надо задержаться еще на пару-тройку дней, пока все не выгребем.
Аркадий с Алексеем торопливо попрыгали в воду. Разматываясь с катушек, за ними потянулись нейлоновые шнуры.
– Оклемалась? – заботливо спросил Сергей.
Поморщившись, Диана кивнула, но видно было, что она еще не пришла в норму.
Несмотря на гидрокостюм и теплое белье, холодная вода на глубине сделала свое дело. Чтобы как следует отогреться, надо будет не меньше получаса посидеть на солнышке.
Он оглядел вещицу, которую поднял на поверхность в своей сумке. Когда-то этот грязный бесформенный комок был мешочком – вероятно, из кожи. Разрезав финкой стягивающий горловину ремешок, Сергей вытащил из мешка горсть металлических побрякушек – дисков и крошечных топориков. Когда он соскоблил с одного диска темную корку, сверкнул белый металл.
– Серебряные монеты, – констатировал майор. – Кажись, под занавес фортуна решила сыграть с нами в Избушку На Курьих Ножках.
– Как это? – настороженно переспросила Диана, явно заподозрившая очередной подвох или розыгрыш.
– Удача к нам лицом повернулась, вот как! – Он расхохотался. – У самой-то в сумке чего, неужели опять раковины?
– Нет, не до того было, хотя попадались очень красивые…-Девушка расстегнула сумку. – Шкатулка какая-то.
Она показала хорошо сохранившийся ларчик из желтоватого материала с почти не поврежденной инкрустацией и металлическими нашлепками по углам. Хорошо знакомый цвет этих вычурных угольников, лаская взор, наводил на мысль о золоте.
– Молодец, девочка, – похвалил Сергей. – Эту штуку надо будет припрятать, мы ее Артуру не отдадим. Сами в Москве реализуем, подороже.
Шнур задергался, и этот сигнал прервал их разговоры. Сергей изо всех сил тянул нейлоновый тросик, вытаскивая из-под воды сетку с добычей. Потом они в четыре руки сортировали поднятые находки, стараясь равномерно распределить груз по всей площади лодок.
Как и следовало ожидать, железные детали оружия насквозь проржавели, деревянные тоже пропитались соленой водой и долго протянуть не могли. Зато неплохо сохранились, пусть и покрылись густой зеленью, бронзовые мечи, кинжалы, всевозможные сосуды. Две чаши оказались заметно тяжелее, чем три другие: под наросшими многовековыми наслоениями несомненно скрывался вожделенный желтый металл. Статуэтки были изготовлены из разных материалов – три медные, одна бронзовая, а две – из какого-то цветного камня. Закончив инвентаризацию, Сергей повторил, что самых ценных вещей Артуру не видать как собственного копчика.
А погода между тем заметно начала портиться. Задул ветер, поднялись волны, сносившие лодки в сторону берега. Запускать моторы, пока ребята работали под водой, Сергей не решался, поэтому без конца подгребал веслом, стараясь удержаться над затонувшей триремой. Диана по мере сил пыталась следовать его примеру. К счастью, вскоре натянулся второй шнур, и они выволокли на поверхность последнюю сетку, а еще спустя минуту-другую помогли Алексею с
Аркадием забраться в лодки.
Лица у парней были довольные и счастливые, а настро-ение самое радужное. Захлебываясь от восторга, Леха рассказывал, что они добрались до нижнего трюмного яруса и обнаружили уложенные в несколько рядов металлические статуи – изваяния воинов или античных богов в полный человеческий рост. Диана уже подсчитывала, сколько баксов они смогут выручить за сегодняшние находки.
– Сегодняшние, завтрашние и послезавтрашние, – веско уточнил Аркадий. -
Пока не вытащим все до последнего винтика, я отсюда не уйду.
Сильный порыв ветра ощутимо качнул лодки. Небо стремительно заволакивало тучами.
– Врубайте движки, – распорядился Сергей. – А не то еще через тысячу лет какие-нибудь археологи найдут на дне наши надувные галеры.
Подвесные моторы истерично затрещали, устремив лодки к Рогатой Скале, возле которой был разбит их лагерь – пять разноцветных палаток. Справа скала, слева палатки, чуть подальше от берега – кусты и кипарисовая роща, еще дальше – автострада.
Идиллическая картина.
Перегруженные лодки еле тащились, тяжело переваливаясь с борта на борт, однако на берег прибыли без серьезных неприятностей. Не прошло и получаса, как пятеро кладоискателей, рассевшись вокруг костра, уже уплетали подогретую китайскую тушенку и строили грандиозные планы на обозримое будущее. Всех беспокоила только одна проблема – какую сумму удастся выручить за находки с древнего корабля. Не разделял общего энтузиазма только Сергей.
– Боюсь, подведет нас погода. – Он озабоченно вздохнул. – Этот ветер украдет у нас дня два, а то и все три. Диана, разумеется, съехидничала:
– Еще поработать охота? А я думала, после отъезда этих драных кошек, что вы тут себе поснимали, у вас рабочее настроение улетучилось.
Сергей собрался ответить колкостью в том же духе, но Аркадий прикрикнул:
– Дети, не хулиганьте! Уехали мочалки – и ладно, все равно толку от них было немного. Телки телками, а пили как лошади… Лучше подумайте, как мы заживем, когда получим бабки.
Как выяснилось, ближайшие перспективы каждый представлял себе по-разному.
Николай надеялся, что сумеет купить квартиру и наконец избавится от унизительного статуса то ли «вынужденного переселенца», то ли бомжа. Алексей, мечтательно закатывая глаза, рассказывал, как купит новенький компьютер на сотню мегагерц тактовой частоты с гигабайтовым винчестером и как поставит на это чудо техники самое лучшее программное обеспечение. Аркадий, как самый серьезный и обстоятельный, думал о машине и хорошем мебельном гарнитуре, тогда как Дианка собиралась трижды в день менять гардеробы от самых шикарных кутюрье.
Недаром много лет назад Роберт Рождественский сказал: «Что ты с бабы возьмешь – дура…»
Приземленность мечтаний приятелей огорчила Сергея, что он и высказал вслух. Сам майор рассчитывал накопить деньжат на яхту и следующим летом махнуть за океан – подвергнуть «черному поиску» знаменитый рейдер «Валгалла», хранивший в себе, по рассказам, от четырех до семи тонн золотых слитков. Услышав об этом сокровище, остальные буквально оцепенели, и только Леха спросил внезапно задрожавшим голосом:
– Это сколько же будет в баксах?
– Порядка двадцати зеленых лимонов, – мгновенно прикинул Аркадий, считавший в уме быстрее калькулятора.
– А вы сами-то верите в эти сказки? – неприязненно прищурясь, осведомилась Диана.
– Нет такой сказки, которую нельзя было бы сделать былью, – важно сообщил Сергей. – А место мне точно известно – собственноручно снимал ксерокс с секретной карты в архиве Главного морского штаба.
Глаза у ребят разгорелись еще сильнее, все наперебой принялись делить будущие доходы и прицениваться к виллам во Флориде и других заманчивых местечках. Однако рассудительный физик подпортил настроение, напомнив, что выручки от уже сделанных находок не хватит не только на океанскую яхту, но даже на плохонькую квартиру для Николая. Это был полный нокаут.
Загрустив, они не сразу заметили, как три машины, свернув с автострады, двинулись к их лагерю, огибая широкую полосу кустарников. Первым невдалеке остановился джип «лендровер», из которого вывалились четыре бугая с накачанными бицепсами и бритыми затылками. С недавних пор таких вот носителей внешних признаков «крутости» называли «быками». Пассажиры притормозившего чуть поодаль роскошного «мерседеса» дверок не открывали и не выходили, предпочитая оставаться за темными стеклами кондиционированного салона. А из «опеля» величественно вылезли еще три «быка», причем один из них – в красном кашемировом пиджаке и с тяжелой золотой цепочкой на шее – явно был в этой компании за старшего. По-хозяйски оглядевшись, обладатель красного пиджака сделал широкий повелевающий жест и направился в сторону костра. Остальные шесть
«быков», развернувшись цепью, шли за ним, отставая на три-четыре шага.
– Это что, ваш Артур пожаловал? – весело поинтересовалась Диана, которую развезло от ста граммов коньяка. – И грузчиков с собой привез… Бедняга, он же не знает, что мы решили задержаться.
– Нет… Это не он, – быстро проговорил обеспокоенный Николай. – К тому же Артур должен был прислать людей часа через два, не раньше.
«Будет драка», – смекнул Сергей и тяжело поднялся.
– Разбирайте ножи или хватайте что потяжелее, – скомандовал он. – Ну, быстрее же, олухи! В темпе!
Но Леха с Николаем не понимали, что сейчас начнется, и только Аркадий успел схватить с разложенного для просушки подводного снаряжения пару финок в ножнах и кинул одну из них Сергею. Отставной майор поймал оружие на лету, сунул в задний карман джинсов и шагнул навстречу непрошеным гостям.
Бугай в красном пиджаке остановился перед Сергеем на расстоянии вытянутой руки и стал надменно его рассматривать. «Бык» стоял, расставив ноги настолько шире плеч, что при необходимости не составило бы труда свалить его даже не очень сильным ударом в челюсть.
– Я – Кабан, – сообщил он, почему-то забыв поздороваться.
– Похоже, – миролюбиво согласился Сергей. – Ну и что?
– За «похоже» схлопочешь лишний раз по роже, – обиделся бугай, назвавшийся Кабаном. – Меня здесь все знают.
– Я им сочувствую…
Кабан задействовал немалую часть неисчерпаемых резервов ненормативной лексики, именуемой в просторечии матом. Получалось у него довольно грубо и незатейливо. На флоте в недавние времена любой старший матрос проявлял в этом деле куда больше изобретательности. Отведя душу, Кабан сообщил:
– Говори спасибо, курва, что с тобой Арчил поговорить хочет, а не то уже трупом был бы.
Квадратные рожи «быков», стоявших неровной шеренгой чуть позади своего предводителя, со всей очевидностью подтверждали, что лишить кого-нибудь жизни для них – раз плюнуть. Двое из шести выразительно держали руки в карманах.
Сергей без воодушевления подумал, что в самое ближайшее время может начаться пальба, а он, будучи теперь человеком штатским, оказался не при оружии. В рукопашной схватке он без труда покрошил бы всю эту шушеру, но перестрелка навязывает свои законы, и никакое мастерство по части каратэ и прочих модных единоборств не заменит даже простенького «Макарова». Враки, будто против лома нет приема, – вот против огнестрельного ствола надежных приемов действительно не придумано. Если дойдет до самого неприятного, в лучшем случае удастся подороже продать свою шкуру, прежде чем ее как следует продырявят.
– Ну и что же тебе надо? – спросил Аркадий, которому надоело следить за их невразумительным диалогом.
– Делиться положено, – назидательным тоном изрек Кабан. – Теперь понял?
– Ни хрена не понял. – От всех этих намеков Сергей уже начинал беситься.
– Чем делиться-то?
– Золотом, чем же еще. Которое вы позавчера с потемкинского парусника подняли.
– Ты чего, уху ел? Не находили мы никакого парусника. И золота тоже не находили и не поднимали!
– Кончай мне лапшу на мозги вешать! Отдавайте по-хорошему половину и мотайте подобру-поздорову. Даже бить не будем.
– А я тебе говорю, нет у нас золота… Дискуссия в таком духе грозила сделаться бесконечной. Кабан упрямо требовал половину, а москвичи божились, что даже четвертушки дать не могут, потому как нету. Самое смешное, что никакого золота они до последнего дня действительно не находили, а про сегодняшние их находки бандиты знать никак не могли.
В общем так. – Кабан неожиданно рассвирепел. – Я этого не хотел, но…
Он метнул вперед похожий на арбуз кулак, целясь Сергею в лицо, но промахнулся и тут же сложился пополам от мощного контакта в солнечное сплетение. Следующий удар майора – каблуком в челюсть – швырнул бандита на гальку. Аркадий – тоже большой любитель отполировать кому-нибудь рыло – уже угодил булыжником в промежность ближайшему «быку» и, перепрыгнув через его бесчувственное тело, наступал на следующего противника, умело поигрывая клинком. Николай с Алексеем, вооружившись палками, отмахивались от наседавших громил, защищая бледную как мел Диану. Тем временем Сергей избивал сразу двух рэкетиров, нанося увесистые удары всеми четырьмя конечностями и пытаясь отобрать у врага оружие. Он уже выбил одному из них зубы и нащупал за пазухой другого рифленую рукоять, но тут четверо бандитов, повиснув на плечах майора, сумели его повалить и принялись бить ногами. Улучив момент, Сергей отработанным ударом ноги раздробил нападавшему коленную чашечку, но в этот момент на него рухнул нокаутированный Аркадий.
Оттолкнув корчившегося от боли в паху друга, майор попытался встать, однако, не успев выпрямиться, упал навзничь, пропустив мощный удар ногой в грудь. Вторично попасть в него не смогли – Сергей перехватил ступню противника, резко вывернул ее и навалился на поверженного рэкетира, обрушив кулак на бритый загривок, – бандит затих. После этого Сергей сбил с ног глупо пошедшего на него «быка» и, уже совершенно озверев, приготовился забить насмерть следующего.
В подобном состоянии боевого азарта он, как правило, забывал обо всем на свете и был готов ломать черепа и позвонки, не думая, что добровольно подводит себя под расстрельную статью. Это был бой, а враг не сдавался и, следовательно, подлежал безжалостному уничтожению – так его учили, и так он сам учил бойцов
«Кальмара».
Но он никого не убил – успевший оклематься Кабан вытащил револьвер и нажал спуск. Пуля просвистела рядом с головой Сергея. Те «быки», которые еще не утратили способность держаться на ногах, тоже обнажили стволы, так что дальнейшее трепыхание сразу сделалось неактуальным. Нагрянувшая в лагерь банда была экипирована по высшему разряду: два старых, но очень надежных ТТ, автоматическая «Беретта» и даже израильский «Дезерт Игл» 44-го калибра. Только злобно скалившийся Кабан держал короткоствольный кольт «Питон» – оружие пижонов, насмотревшихся дешевых телесериалов. Чем были вооружены два других налетчика, оставалось пока неизвестным, поскольку оба валялись на камушках, слабо шевелясь и подвывая. Одного «выключил» сам Сергей, сломав бандиту ногу, а второму кто-то – вероятно, Аркадий – всадил в бок финку.
Все эти подробности майор охватил подбитым глазом в долю секунды и мысленно проклял себя за дурацкое слюнтяйство. Если бы он вовремя пустил в ход свой нож, неизвестно еще, с каким счетом закончилась бы схватка. А теперь, похоже, истекали последние минуты. Мужиков перестреляют сразу, а фригидную девчонку расстелят в тенечке под кипарисами, попользуются в очередь и тоже, скорее всего, замочат. Он застонал от бессилия.
– Считай, что ты уже покойник, – прошипел Кабан. – Я тебя, сука, сейчас…
Его прервал властный голос с заметным кавказским выговором:
– Не смейте стрелять, бараны! Я ведь приказывал брать их живьем, мать вашу!
Говоривший вышел из «мерседеса» в сопровождении двух мордоворотов со зверскими рожами профессиональных убийц. Судя по тону, старик привык к беспрекословному подчинению. Белоснежный костюм, такого же цвета сорочка, галстук-бабочка и туфли, густая седая шевелюра – только очки у него были темными. Поигрывая тросточкой, старик подошел поближе и велел для начала покрепче связать пленников.
– Еще веревки на них тратить! – заорал Кабан. – Шлепнуть их, и все!
– Мне трупы не нужны, мне золото нужно, – властно проговорил седовласый.
– Действуй, я не повторяю приказы.
Кабан мгновенно сник и велел своим «быкам» связать кладоискателей. И уже через несколько минут незадачливый отряд «черного поиска» сидел в страшно неудобных позах, скрючившись, со связанными ногами и руками.
– Зря время теряем, – вполголоса брюзжал обладатель некогда шикарного, а теперь изрядно потрепанного кашемирового пиджака. – Пулю им в затылок, а золото в палатках сами нашли бы.
– Нет, ты не Кабан, ты ишак, – презрительно заметил старик. – А что, если они успели закопать бочки? По всему пляжу песок носом рыть будешь?
«Быки» подобострастно заржали, даже Кабан выдавил жалкое подобие улыбки. А старик повернулся к Сергею и довольно благожелательно сообщил, что его зовут
Арчил и что он «держит крышу» над всем побережьем.
– Тогда ты Атлант, а не Арчил, – фыркнул Николай.
– Умничать будешь, когда братва начнет из тебя кариатиду делать, – усмехнулся главный мафиози региона. – Шутки в сторону… Быстро говорите, где золото!
Вся пятерка связанных охотников за подводными сокровищами в один голос завопила, пытаясь вдолбить этой тупой банде, что никаких бочек с золотом у них нет и никогда не было. Поморщившись, Арчил с размаху пнул носком белого полуботинка в пах первого попавшегося пленника. Им оказался Николай. Все замолчали.
– Слушай, ты, козел. – Сергей болезненно шевелил разбитыми губами, не без усилий перекрикивая рев разгулявшегося шторма. – Мы торчим на этом берегу уже третью неделю. И никакого золота не находили. Подняли немного старых винтовок, патроны к ним и еще кое-какую мелочь. Все это сложено в голубой палатке, можешь сам посмотреть…
Он наводил их на свою палатку, надеясь, что бандиты не заглянут в жилище
Дианы, где были спрятаны сегодняшние находки. Арчил раздраженно прервал его:
– Слушай, это дерьмо оставь себе. И деньгами за четырех катранов, которых твой парень сдал сегодня оптовику на базаре, тоже можешь подтереться.
И старик рассказал, что сегодня к нему позвонил человек, которому он привык доверять. Этот человек сообщил, что отряд аквалангистов-москвичей, разбивший лагерь возле Рогатой Скалы, нашел в десяти милях от берега потопленную турками личную яхту князя Потемкина-Таврического. Причем этот двухмачтовый шестисоттонный парусник под завязку набит антиквариатом, а кроме того, в трюме суденышка оказалось четыре бочонка с золотыми екатерининскими империалами и червонцами. По данным того же осведомителя, около шести часов вечера в лагерь должен был приехать известный всему побережью барыга Артур, которому отряд «черного поиска» собирался сдать золото за сто тысяч баксов.