Он еще долго изощрялся в злословии, понося Александра Македонского, который до такой степени потерял стыд и совесть, что поклонялся в Египте местному демону по имени Аммон, а в Иерусалиме не только принес жертву какому-то Яхве, но вдобавок стоял на коленях перед иудейским первосвященником.
Царь окончательно пал в глазах эллинов, когда принялся читать книгу варвара
Даниила и обнаружил пророчество, якобы описывающее его, Александра, деяния. К другим прегрешениям македонского царя-завоевателя мятежники относили позорное заискивание пред знатью покоренных варваров, ношение персидской одежды вроде штанов, что стало смертельным оскорблением старых добрых греческих обычаев.
Наконец царь окончательно лишился рассудка и велел казнить по вздорным обвинениям в измене своих лучших полководцев: Пармениона и его сына Филоту.
Собеседники пришли к выводу, что терпеть такой беспредел было уже немыслимо и мятеж стал неизбежен.
– Ты прав, Монократ, – грустно сказал Евдокс, который жутко страдал от морской болезни и без конца перегибался через поручни, чтобы опорожнить бурливший желудок. – Помнишь, как шесть лет назад на свадьбе Клеопатры, сестры
Александра, их отец Филипп, напившись хуже скифа, потребовал, чтобы к статуям дюжины богов-олимпийцев добавили еще одно изваяние – самого Филиппа? В тот же миг молодой Павсаний всадил в царя меч.
– Павсания подослал Александр, – убежденно сказал Монократ. – Когда
Филипп разорвал брак с этой блудливой гиеной Олимпиадой и женился в очередной раз, Александр понял, что сын Олимпиады уже не сможет наследовать македонский престол.
– Погоди, Монократ! – вскричал вдруг Евдокс. – Смотри – открылся ларец, который Александр украл в том храме. Надо запереть его и спрятать в трюме, пока сокровища не достались наядам проклятого Понта…
– Ты прав, Евдокс Афинский!
Крышка снова захлопнулась, так что более поздние события, включая само кораблекрушение, не попали в видеопамять контакт-ключей. Координатор сообщил, что следующий сюжет, зафиксированный короной и глобусом, – это сцена в квартире Дианы, когда пятерка Посвященных взломала замок шкатулки и впервые увидела устройства троклемидов.
– К сожалению, это все, – сказала Диана.
– Ничего особенного. – Аркадий пожал плечами. – Мы и раньше догадывались, что там происходило. Извини, я должен заняться главной тайной.
С этими словами он показал ей дискету, на которой Координатор записал результаты вычислений.
– Как ты можешь сравнивать! – гневно воскликнула девушка.
– Ты права, сестренка. – Аркадий с трудом сдержал смех. – Я даже не могу сравнивать. Моя тайна гораздо важнее.
За столом без конца обсуждали какие-то кинобоевики, то и дело упоминались имена знаменитых артистов вроде Арнольда Шварценеггера, Сильвестра Сталлоне,
Жан-Клода Ван-Дамма, Ким Бейсинджер, Шарон Стоун, Стивена Сигала, Микки Рурка и еще тьмы им подобных. Через полчаса Сергею это надоело, и он, взяв гитару, замурлыкал на мотив известной песни:
У джунглей на опушке
Сталлоне жил в избушке,
От Рурка переехал
На самоходной пушке
И с Шарон развлекался
На ржавой раскладушке.
Гости зафыркали, а Людочка сказала восторженно:
– Какие вы классные! Сережа, вы кто по Зодиаку?
– Папочка у нас родился под знаком Рыбы, – сообщила Светлана.
– Наверное, это была тухлая рыба, – предположил майор и опрокинул еще сто грамм.
Элли, ревниво следившая за откровенными домогательствами Людочки, поспешила обратить внимание на собственную персону и вставила, что лично она
Дева. На это Людочка с невинным видом заметила: мол, Рыба у нас явно не тухлая, но вот Дева может оказаться старой. Подобная конкуренция безусловно льстила самолюбию Сергея, но уже начинала надоедать. К счастью, заиграла медленная музыка, и он, предоставив длинноногим телкам пикироваться наедине, пригласил на танец Диану.
– Блаженствуешь? – прошипела «сестренка», твердо выдерживая дистанцию. -
Недавно еще лысина была на полбашки, а никак не перебесишься. Мне за тебя стыдно – волочишься за соплячками, которые тебя открыто «папочкой» называют.
– Так я ж Светке и есть родной папочка! – захохотал майор.
Диана поперхнулась и временно лишилась не только врожденной язвительности, но и дара речи. Потом, кое-как собравшись с силами, осведомилась, не доводятся ли ему дочками Эльвира и Людочка. Тут крыть было нечем.
Совсем недавно он был уверен, что никогда больше не увидит Элли, и всерьез переживал по этому поводу. Какова же была радость, когда на днях, прогуливаясь по Тверской, он обнаружил на стенде с афишами ее портрет. Плакат возвещал, что знаменитая певица, лауреат и дипломант неназванных эстрадных конкурсов Эльвира
Феникс даст всего два концерта в ночном клубе «Мисс-Джуниор». Оба вечера он проскучал в зале заштатного заведения – публика там была не высшего сорта, да и пела Элли неважно, – и наконец сегодня его свободная от выступлений возлюбленная оказалась в квартире Милютенко, где вся команда справляла новоселье Николая и Сергея. Людочку же привела Светка, сообщившая, что они учатся на одном факультете.
– Смотри-ка, Лешка с твоей дочкой танцует, – уди вилась вдруг Диана. – А я сначала решила, что на нее
Аркаша глаз положил.
Действительно, физик весь вечер крутился вокруг студенток, так что Надя, его супруга, даже начала заметно нервничать. Но теперь Аркадий явно утратил интерес к обеим девчонкам и отрешенно сидел в углу, накачиваясь «огненной водой».
– Прямо из-под носа у тебя парня уводит! Вот что значит моя школа. -
Сергей не упустил случая подразнить вредную девицу.
– Ха! Я ему быстро мозги на место вправлю, – завелась с полуоборота
Диана. – Серега, будь хоть раз в жизни человеком – объяви белый танец.
Посмеиваясь, Сергей выполнил ее просьбу и с удовольствием увидел, как засверкали глаза Лехи, когда дрянная девчонка пригласила его на вальс. К немалому удивлению майора, его самого поволокла танцевать не Элли, а все та же
Людочка. Повиснув у него на шее и тесно прижавшись, подруга дочки проворковала:
– Сережа, вы на самом деле такой крутой и богатый, как Светка рассказывает? Обожаю таких шикарных мужчин, прямо мечтаю найти себе такого спонсора. Как я завидую вашей любовнице!
– Чему завидовать-то? – опешил Сергей.
– Ну как же. – Девушка откровенно потерлась об него большой грудью. – Я видела ваши фотографии в журнале. Вы там на каких-то островах в классном ресторане бабками швырялись… Сереженька, можно я у вас сегодня на ночь останусь?
– Сегодня вряд ли получится, – промямлил майор, – но при первой же свободной минутке я обязательно свистну.
– Ловлю на слове. – Людочка взволновала его быстрым, но очень страстным поцелуем. – А эту старую клячу гоните подальше. Я гораздо лучше и моложе. И обойдусь дешевле.
Не без труда от нее отделавшись, Сергей кивком головы вызвал Аркадия в коридор.
Приложив палец к губам, физик вывел его на лестничную площадку, буквально затолкал Сергея в лифт и не позволил рта раскрыть, пока они не заперлись в квартире майора.
– В койку лезла, про фото в журнале говорила? – огорошил Аркадий, даже не выслушав рассказ друга.
– Она и с тобой о том же говорила?
– Если бы только она! Хочешь – смейся, хочешь – ругайся, хочешь – называй меня излишне мнительным или шпиономаном, но нас взяла под колпак какая-то разведка!
Он рассказал про вчерашнюю встречу с неизвестной дамой, которая якобы тоже видела фоторепортаж о их бермудских приключениях, а перед тем явно караулила его около института. Сергей внимательно выслушал друга и согласился, что ситуация сложилась очень неприятная. Это на самом деле могла быть провокация какой-либо – отечественной или зарубежной – спецслужбы, но нельзя было исключить, что за ними продолжает охоту мафия. Поэтому друзья тут же поручили мозгу Станции установить круглосуточное наблюдение за Людочкой и выявить людей, с которыми она станет вести разговоры, касающиеся каких бы то ни было действий в отношении Посвященных. Они уже собирались вернуться к гостям, когда в дверь позвонили.
Сергей осторожно посмотрел в глазок и, с облегчением вздохнув, отворил. У входа стоял сосед по дому Тарпанов.
– Как и обещал, принес вам наши программные документы, – сказал доцент.
Он собирался сразу уйти, но у Сергея успели накопиться вопросы, и майор предложил соседу посидеть за рюмкой чая. Чай из бутылки «Камю-Наполеон» был отменный, и они совсем подружились.
От души поругав правительство, майор как бы невзначай поинтересовался:
– Говорят, мафия очень не любит ваших единомышленников. Не боитесь?
– Им сейчас не до нас, – безразличным тоном ответил Тарпанов. – За последнее время в криминальном мире наблюдается повышенная смертность. На днях под Москвой соберется весь цвет СНГовской мафии, будут выбирать нового пахана.
– Вы очень хорошо осведомлены, – польстил доценту Аркадий.
– Об этом знают все – от последнего участкового до министра и генпрокурора. – Оппозиционный политик презрительно поморщился. – Все знают, что в эту среду во дворце князей Ромодановских будут заседать до сотни воров в законе и прочие вожди преступных группировок. Никаких мер против этого сборища, естественно, предпринято не будет. Наш бандитский режим держится на бандитских законах и бандитов никогда не тронет!
– Я, знаете ли, много разных версий слышал насчет этого истребления
«авторитетов», – боясь ухода от нужной темы, проговорил Аркадий. – Одни считают, будто сами бандиты друг дружку мочат, другие – что какие-то "Красные
Стрелы" на них охоту начали. А как вы…
Он недоговорил, пораженный внезапной переменой в поведении гостя. Разом сбросив маску ледяной флегматичности, Тарпанов превратился в жесткого, готового к схватке хищника и спросил вкрадчиво:
– А откуда вы знаете о «Красных Стрелах»? Наши средства массовой дезинформации про них еще ничего не сообщали.
Исправляя оплошность друга, Сергей сказал:
– Слухи ползут. Вроде бы даже кое-кто из моих бывших однополчан у них устроился.
– Может быть, и так… – Тарпанов по-прежнему смотрел на них крайне недоверчиво. – Если случай подвернется, вы намекните своим однополчанам, что они напрасно надеются сделать все сами. Согласен, если у них на самом деле есть три сотни бойцов, они могут взять власть, но удержать-то ее не сумеют! Власть в конечном счете достанется тому, кто способен расставить на ключевые посты сто тысяч умных и честных чиновников, объединенных общей идеей. Таких кадров у
«Красных Стрел» нет. Так и передайте.
– А у вас есть эти сто тысяч? – спросил Аркадий.
– Пока нет. К следующим выборам будут.
– Наверное, будут, – согласился Сергей. – Как я погляжу, с финансами у вашей партии полный порядок.
Удивленно посмотрев на него, Тарпанов возразил: дескать, партия сидит на голодном пайке, поскольку выражает интересы не самых обеспеченных слоев общества, а потому богатых спонсоров иметь не может.
– Откуда же тогда средства на покупку целого жилого дома? – резонно осведомились друзья.
По выражению лица Тарпанова было видно, что вопрос ему неприятен, но доцент все-таки ответил:
– Сам не знаю, откуда взялись эти деньги. Неизвестный благодетель перевел огромную сумму на наш валютный счет. Хватило и на дом, и на выпуск газеты, и на поощрение активистов.
Разговор обещал стать еще интереснее, но тут в квартиру вломилась пьяная компания, и тут же налили штрафную сбежавшим. Тарпанову тоже пришлось выпить.
Лихо опрокинув стопку, сосед огляделся и сказал с удивлением:
– О, Суханова, и вы тут?
– А где мне еще быть? – тоже удивилась Диана. – Ой, я только сейчас сообразила – это вы пытались трудоустроить нашего командира в тот день, когда…
Договорить ей, слава Богу, не удалось, потому что Л годочка снова принялась вешаться на Сергея, чем вызвала злобную реакцию Эльвиры. Приложив неимоверные усилия, они выставили чужих, но оставались еще родственники, друзья и соседи, поэтому Диана, Лешка и Аркадий не смогли вернуться домой через тоннели Лабиринта. Провожая гостей до автобуса, Сергей с Тарпановым окончательно подружились. Возвращаясь домой, они, обнявшись, горланили:
Душу отогреют ночь и нежное письмо…
Ломаной чертой сквозь тьму проляжет свет…
Если б кто-то знал, каким бывает горьким путь домой!
Гвардии майор ночью безоружен,
Словно в долгий плен, ступит на порог.
Но гвардии майор здесь никому не нужен,
Как белая сирень под каблуком сапог.
Элли по мере сил подпевала мужчинам, то и дело сбиваясь на блюзовые завывания. Вдруг она взвизгнула, ухватившись за локоть Сергея. Из ночного мрака вынырнули четыре плечистые тени, загородившие путь подгулявшей компании. Один из нападавших сказал майору, смрадно дыша в лицо:
– Отойди, мужик, ты нам не нужен. Сейчас с этим гадом разбираться будем.
Это была очень грубая ошибка – к «кальмарам» нельзя подходить так близко.
Говоривший мигом перелетел через голову бывшего спецназовца, упал на асфальт и затих. Краем глаза Сергей увидел, как Тарпанов вытягивает руку, сжимающую пистолет. Выстрелы прозвучали не слишком громко – очевидно, оружие было газовым. Ближайший к доценту противник застонал, закрывая лицо руками.
Бросившись в атаку, Тарпанов уложил его, ударив по голове рукояткой пистолета.
Сергей уже собирался вплотную заняться двумя оставшимися, но тут вокруг выросли человек десять и очень грамотно довели всех нападавших до лежачего состояния.
– Допросить, – скомандовал Тарпанов. – Выбить все: кто их послал, имена явки. Сыворотки не жалеть.
Когда скрюченных бандитов увели, майор сказал уважительно:
– У вас хорошая охрана. Это и есть дивизион имени товарища Менжинского?
– Может быть, – проворчал Тарпанов.
– Мне показалось, или среди них действительно был подполковник Федотов из
Петропавловской бригады морской пехоты?
– Откуда вы знаете Федотова? – ответил Тарпанов встречным вопросом.
Сергей ответил, что они встречались на соревнованиях по специальной подготовке летом 1987 года. В тот раз Каростин победил в огневых и тактических видах программ, но уступил Федотову по очкам в рукопашной схватке. Отставной майор не забыл уточнить, что Федотов на шесть лет моложе него.
Он чуть было не проговорился и едва не сказал: тогда был моложе.
Перед выходом на планету мозг Станции Сарто выдал им длиннющее информсообщение об обстановке на месте предстоящей операции. Эволюция здесь разродилась сразу двумя разумными видами. В океане обитали двоякодышащие существа вроде русалок из сказок Земли – почти человеческий торс с парой мощных рук, грудными и спинными плавниками плавно переходил в сильный хвост, напоминавший дельфиний. На суше интеллект поселился в крупных жуках, одетых хитиновым панцирем. Оба вида относились друг к другу весьма враждебно, в результате чего парусные корабли сухопутной расы осмеливались удаляться от берега лишь в составе охраняемых военным флотом конвоев, но и фрегаты жуков частенько громили подводные города русалок. Технология жукообразных соответствовала приблизительно XV – XVII векам земной истории. Морская цивилизация знала электричество и органический синтез, но из-за принципиальных различий в условиях существования сравнивать их технику с земной не представлялось возможным.
Корона троклемидов хранилась сейчас в прибрежном храме на полуострове, удаленном от крупных городов не самого густонаселенного континента планеты. Это святилище, почитаемое обоими видами, пожалуй, осталось последним местом на
Сарто, где жуки и русалки воздерживались от взаимных враждебных проявлений.
Для действий на планете команда получила от роботов Лабиринта скафандры с моторчиками для подводного плавания, биоэлектронные переводчики с запасом слов на основных языках Сарто и кучу всевозможных приспособлений самого неожиданного предназначения. На овладение всей этой техникой ушло часа два, и то Сергей не был уверен, что в экстремальной ситуации сможет быстро сообразить, за какую из этих фиговин надо хвататься.
Так или иначе, они вышли со Станции в укромное место неподалеку от берега.
Скафандры были пока не слишком нужны – воздух этого мира вполне годился для дыхания людей, а вредных микробов не имелось. Они шли по камням и песку, откинув на спину гермошлемы и вдыхая пряные морские запахи. Однажды слева от них высунулась из-за скалы типично кошачья мордочка. Зверек с интересом осмотрел пришельцев и снова юркнул в укрытие.
Море глухо шумело совсем рядом – темно-синее с зеленоватым отливом, усыпанное пенными бурунчиками. Храм, сложенный из огромных глыб розового камня, торчал прямо из воды, соединенный с берегом широким каменным мостом с поручнями. Живых существ поблизости не было, но на ступеньках, ведущих к мосту, горели два факела. Судя по отсутствию дров, огонь поддерживали подземные источники газа.
Пройдя между факелов, люди ступили на мост. Никто их не останавливал, но в середине пути под Аркадием беззвучно перевернулась плита, и физик полетел в воду, мерзко отзываясь о дурной наследственности аборигенов. Он барахтался среди волн, уцепившись за плававший рядом мешок со снаряжением, а Диана, перегнувшись через ограду моста, весело крикнула:
– Совсем заврался, брательник! Не мог ты делать всего этого с ихними мамашами!
– Отойди, дура! – рявкнул Сергей.
Сорвав с плеча автомат, он обрабатывал длинными очередями неспокойную поверхность моря. Спустя несколько секунд к нему присоединился Николай.
Пунктирные струйки трассирующих пуль нестройно прочесывали волны возле длинной темной спины с частоколом высоких острых плавников, напоминавших драконий гребень. Временами из окровавленной воды показывалась огромная зубастая пасть.
Успев забыть о своей обиде на грубый окрик, Диана дрожащими руками размотала оказавшийся у нее в рюкзаке канат и кинула Аркадию свободный конец.
Однако физик обошелся без ее помощи: включив антигравитационный пояс, он медленно взлетел над водой. Когда Аркадий оказался на уровне поручней, Алексей и Диана ухватили его за ноги и втащили на мост. Почувствовав под ногами прочную поверхность, продолжавший материться Аркадий отбросил свою поклажу и присоединился к друзьям, расстреливающим чудовище.
Животное было кошмарной помесью косатки со спрутом – тяжелое тело хищного кита имело по паре щупалец с каждого бока. На мелководье около моста монстр потерял свободу маневра, могучие плавники без пользы разбрасывали тучи брызг, а три автомата дырявили его в упор, окрашивая синеву бухты клубами светло-красной крови. Исход схватки решили две гранаты, брошенные Сергеем. Хищник забился в конвульсиях и замер, вытянувшись на отмели во всю свою восьмиметровую длину.
Перезарядив и поставив на предохранитель автомат, Аркадий повесил оружие на плечо и беззаботно сказал:
– Пошто зверушку замочили, душегубы? Может, эта тварь и не помышляла меня жрать…
– О чем еще можно помышлять с такими зубами… – Диана передернула плечами. – Но если ты так ставишь вопрос, в следующий раз выкручивайся сам.
– Разговорчики! – Сергей повысил голос. – Марш вперед. Только, прежде чем сделать шаг, щупайте плиты стволом или прикладом.
Движение замедлилось, зато они обнаружили и благополучно миновали еще две ловушки. Когда всего десятка полтора метров отделяли людей от храма, из дверей вышли навстречу им три разумных жука. Уверенно стоя на четырех нижних ногах, они разглядывали невиданных гостей выпученными глазами. Вся команда единым порывом вскинула автоматы.
– Отставить! – скомандовал майор. – Мне надоело ходить по трупам.
Аборигены неторопливо приблизились, и жук, который шел первым, заговорил.
В интерпретации троклемского устройства перевод его речи звучал бесстрастно:
– Вы убили морского бога!
– Неужели это столь страшное святотатство? – осведомился Алексей.
– Это благодеяние! Добрые боги наконец-то вернулись к нам из своей небесной обители и убили врага!
Жуки, оказавшиеся жрецами этого святилища, долго приветствовали небесных богов, возвратившихся после тысячелетней отлучки. Сухопутные аборигены явно приняли людей за троклемидов, оставивших добрую память о себе в далеком прошлом планеты. Покончив со славословиями, членистоногие служители отвели землян в храм, предупредив о последней ловушке. Наступив на эту деталь каменного орнамента, непосвященные вызывали на себя картечный залп многоствольных пищалей.
Внутри храма их ждал сюрприз – святилище делилось на две части. Кроме надводного зала, куда приходили для совершения своих обрядов жукообразные паломники, здесь имелся связанный с морем обширный бассейн, который использовали для тех же целей разумные морские существа. Увидев подводную жрицу, Диана побледнела от зависти и, чтобы отвести душу, пропела ангельским голоском:
– Сереженька, ты только посмотри на этот бюст – как раз в твоем вкусе. Не желаешь ли в водичку бултыхнуться?
Майор действительно находился под сильным впечатлением от анатомических достоинств русалки, но быстро взял себя в руки и ледяным тоном посоветовал дрянной девчонке вести себя как должно небесной богине, то бишь воздержаться от похабщины. Довольная Диана захихикала.
Жрецы обеих рас принялись излагать свои жалобы с такой скоростью, что переводчики скафандров еле справлялись с работой. Люди поняли, что священнослужители опечалены неразумием и драчливостью народов и правителей.
Земноводные нападали при любой возможности на рыбацкие суда членистоногих, а те разрушали поселения русалок на шельфе чем-то вроде глубинных бомб, снаряженных дымным порохом. Священники умоляли небесных пришельцев вразумить оба народа, чтобы жители моря и суши стали жить как прежде, то есть в мире и согласии.
Выслушав жрецов, Сергей даже растерялся, но Аркадий быстро сориентировался и заявил:
– Боги опечалены. Боги даже могут разгневаться. Боюсь, нам придется наказать вас, как мы покарали ту тварь, которую вы почему-то называете богом, пусть даже злым!
Жители Сарто отпрянули, но Аркадий поспешил их успокоить.
– Небожители, – сообщил он, – не намерены убивать провинившихся жителей этой планеты. Они ограничатся малым наказанием – заберут золотую корону, свой давний подарок.
Служителей культа подобный исход вполне устроил, однако верховный жрец из жуков оказался настырным стариком и поинтересовался: как, мол, намерены уважаемые боги прекратить незатухающую войну жителей этой планеты.
– Мы вернемся чуть позже, – пообещал Николай. – Пусть через десять дней здесь соберутся правители главных племен, и тогда мы поговорим с ними. Если же слова не подействуют – пеняйте на себя!
В роли грозного божества Колька был просто великолепен! Забрав корону, он вызвал Станцию/Аборигены с почтительным ужасом взирали, как разверзлись огненные врата, сквозь которые в храм вошли железные подобия богов. Сверкая электрическим светом глаз, робот бережно принял из рук майора корону и вернулся в Лабиринт.
– Это легендарные слуги богов! – радостно вскричала, оправившись от шока, пышнотелая жрица-русалка. – Они точно такие, как описаны в древних сказаниях!
Религиозные восторги сартонцев не слишком заботили землян. Диана уже торопилась домой. Внезапно занервничав, девушка спросила, почему мозг Станции закрыл проход в Лабиринт, не подождав их возвращения.
– Потому что у нас еще остались кое-какие дела на этой планете, – строго сказал Сергей.
Переговорив со жрецами земноводной расы, он выяснил три важных обстоятельства. Во-первых, знаменитая «черноперая» красная рыба, вкусовыми достоинствами которой восхищались все посещавшие планету троклемиды, по-прежнему ходит поблизости большими косяками. Во-вторых, неподалеку обитает целая семейка подводных монстров, которых аборигены уже не осмеливались называть «богами». В-третьих, до своего исчезновения маскировавшиеся под небесных богов троклемиды проявляли горячий интерес к драгоценным кристаллам, так что все эти долгие тысячелетия сартонцы собирали и складировали в храме камушки такого рода – на случай внезапного возвращения звездных пришельцев.
– Ваши слова приятны божественному слуху. – Сергей уже вполне освоился с ролью всемогущего небожителя. – Боги с благодарностью примут ваши дары. Кроме того, боги желают добыть немного красной рыбы и истребить мерзких чудовищ.
Русалка с мощным бюстом поведала, что злобные твари в это время года особенно опасны и свирепствуют не только на глубоководных местах, но и на шельфе. Теперь хуфашшаффи обосновались по соседству с храмом, из-за чего паломники не решаются посещать святое место. Подводные монстры пожирают приплывающих к полуострову русалок и даже топят небольшие корабли.
– Небесные боги убили детеныша злых демонов, но родители и другие их дети живы и снова вышли на охоту. Я слышу их голоса даже здесь, внутри храма, – говорила жрица.
Сергей наивно спросил, почему бы сухопутным сартонцам не закидать глубинными бомбами логовища этих тварей. Оказалось, что своим рогом-тараном чудовища способны пустить ко дну даже двухмачтовый парусник. К тому же правители континентальных государств считали морских хищников в некотором роде союзниками, поскольку те убивали в основном подводных жителей.
– Выродки какие-то, – прокомментировал Николай, оторвавшись от сортировки собранной аборигенами коллекции самоцветных минералов. – Они тут живут по принципу: пусть я останусь без одного глаза, лишь бы сосед лишился обоих!
– Вот за это боги на них и гневаются, – вставила Диана.
– Гневаются, – согласился Сергей. – Но боги решили проявить милосердие и помочь своим заблудшим детям, избавив оных от морских демонов.
Договорились, что люди станут ждать в засаде на островке в полумиле от берега, а русалки погонят на них косяк красной рыбы. При этом земноводные неизбежно поднимут характерный шум, который всегда привлекал внимание страшных хищников. Если монстры появятся, русалки должны укрыться на мелководье, а земляне войдут в воду и сами начнут охоту. В общем, рыбалка обещала быть интересной.
– Это опасно, – заметил жукообразный жрец.
– Боги не страшатся опасности, – надменно ответил Аркадий.
– Это опасно для них. – Жрец показал верхней конечностью на русалок. – Но они молчат.
– Если боги убьют демонов, то десяток наших жизней будет не слишком высокой ценой, – сказала старшая жрица земноводных.
… Через полчаса пятеро пришельцев лихо глушили ультразвуковыми
«мегафонами», а потом собирали голыми руками совершенно потрясающих – по крайней мере с виду – рыбин. Внезапно крики загонщиков стали паническими, и в открытом море показались стремительные спинные гребни -два очень высоких и еще два немного поменьше. Толкая друг дружку, русалки выплыли на отмель и, по-змеиному извиваясь всем телом, постепенно заползли на песок и камни островка. Сергей, напротив, запустил водометный моторчик и двинулся навстречу семейству хуфашшаффи.
Когда расстояние между ними сократилось примерно до двухсот – трехсот метров, один из монстров вырвался из воды красивым дельфиньим прыжком и на мгновение как бы завис в воздухе. Именно в этот момент майор выпустил в гигантского хищника длинную струю плазмы. Из моря выпрыгнул смертельно опасный зверь, но упал обратно в воду лишь безжизненный обрубок плохо прожаренного мяса. Следующую серию огненных импульсов Сергей всадил в спину оказавшегося слишком близко недоросля – тот забился, поднимая огромные волны. На этом Сергей счел резервы своего героизма исчерпанными и взял курс на берег.
Не тут-то было! Семья хищных гадов оказалась многочисленнее, чем он полагал. Еще два хуфашшаффи тонко продуманным маневром отрезали землянину путь отступления к острову. В тот же миг на подмогу пришли друзья. Метрах в шести над несущимися к Сергею чудовищами распахнулся выход многомерного тоннеля, и двое успевших вернуться в Лабиринт людей принялись расстреливать омерзительных зверюг из крупнокалиберных автоматов. Когда раненые твари завертелись на месте, со Станции полетели в воду гранаты. Майор надеялся без помех миновать подыхающих монстров, однако волна, поднятая предсмертными ударами исполинских хвостов, швырнула его обратно. Теперь прямо на него мчалась устрашающе разинутая пасть, и человек, аккуратно прицелившись, направил шнур раскаленной плазмы точно в центр этого зубчатого кошмара. Огненный поток буквально снес хищнику верхнюю челюсть, крышку черепа и огромный кусок спины. Море вокруг пораженного хищника окрасилось кровавым облаком, и хуфашшаффи пошел ко дну. По инерции останки твари прошли под Сергеем, едва не задев ноги человека высоким гребнем.
Майор снова запустил мотор и направился к острову, но в наушниках пронзительно ударил встревоженный голос Дианы:
– Сережа, остался еще один! Он сейчас как раз между, островом и тобой!
Подняв голову, насколько это было возможно в воде, Сергей увидел, что последний хищник устремился прямо на него, а затем ушел в глубину, явно намереваясь атаковать снизу. Этот маневр заметно ухудшил перспективы человека.
Плазмострел под водой был непригоден – сам сваришься. Ультразвук и нож против такого громадного зверя тоже немногого стоили. Поэтому майор принял единственно возможное в таких обстоятельствах тактически грамотное решение – включив антигравитатор, он взмыл над морем.
С высоты пятиэтажного дома было отлично видно, как легко скользит под толщей прозрачной воды исполинское тело монстра, как разбегаются по поверхности
«усики» поднятой им волны. Неожиданно перед самым носом хуфашшаффи загорелся красный квадрат гипервхода, и чудовище, влетев с разгона в огненный контур, отправилось прямиком в шлюз Станции Сарто.
Когда Сергей вернулся в храм, его ждали там все земляне и десятки сартонцев, неведомо как оповещенные о Втором Пришествии. Обе молельные площадки были полны жуков и русалок. Аборигены хором пели псалмы и еще что-то в этом духе. Потребовав установить тишину, Аркадий напомнил, что через десять местных суток здесь должны собраться правители и мудрейшие граждане обоих народов.
После короткой прощальной церемонии люди отбыли на Станцию, прихватив мешки рыбы и сундук с драгоценностями.
Уже на Земле, в квартире майора, Диана вдруг раскричалась, обвиняя командира, что он совершенно по-идиотски рисковал, залезая в воду и барахтаясь среди зубастых океанских хищников. Нежно обняв за плечи глупую девчонку, Сергей сказал:
– Пойми, ненормальный ребенок, если мы хотим, чтобы эти парнишки уважали своих богов, надо было показать, во-первых, нашу смелость, а во-вторых, силу.
Ясно?
– Можно было перестрелять монстров ху-фу… или как их… В общем, ты мог стрелять с воздуха, – не сдавалась девушка.
– Это было бы не так эффектно, – поддержал друга Аркадий. – Для возбуждения религиозного энтузиазма нужно много пафоса, патетики и других спецсредств. Храбрый бог должен рисковать собственной шкурой ради своих блудных детишек.
Они посмеялись, прогоняя напряжение этого бурного дня. Потом Николай осведомился: