– Надеюсь, это все? – спросила потерявшая терпение Диана. – По-моему, мы уже в состоянии захватить власть в отдельно взятой сверхдержаве.
– Боюсь, это еще далеко не все, – предположил Аркадий. – Мне кажется, что гонка вооружений в нашей части гиперпространства только начинается.
– Старик, ты угадал, – одобрительно сказал Сергей. – Сейчас мы посетим
Вест-Пойнт.
Заглянув в старый номер «Зарубежного военного обозрения», он продиктовал компьютерному мозгу Станции Земля координаты: 41 градус 23 минуты северной широты и 73 градуса 57 минут западной долготы. На складах знаменитого военного училища, расположенного в восьмидесяти километрах севернее Нью-Йорка, Сергею ничего особенно не приглянулось, и он приказал перевести видеоканал на базу
Форт-Брэгг в штате Северная Каролина, где дислоцировались штаб командования специальных операций, 82-я воздушно-десантная дивизия, 525-я бригада разведки, а также 3-я и 7-я группы специального назначения.
Вот где ветеран подводного спецназа сумел отвести душу, обзаведясь чудовищной, в пятнадцать килограммов весом, одиннадцатизарядной винтовкой "Лайт
Фифти", а также девятимиллиметровыми немецкими пистолет-пулеметами МП5КА4 фирмы
«Хеклер-и-Кох» и американскими пистолет-пулеметами 45-го калибра «Ингрэм-10».
Не успокоившись на достигнутом, он переворошил весь склад, но отыскал-таки глушители к пистолет-пулеметам обоих типов.
Но и на этом майор не остановился, а задал новые координаты: 40 градусов
59 минут северной широты и 74 градуса 47 минут западной долготы. На голограмме появился, Пикатинский арсенал в сорока милях к западу от Нью-Йорка – главная база научно-исследовательского центра вооружений.
– Что тебе еще понадобилось? – Николай попытался урезонить друга. – На самом же деле под завязку смертью упаковались. Только водородных боеголовок не хватает для полного счастья.
– Что ты понимаешь в полном счастье, – процедил
Аркадий.
– Нет, не скажи, насчет нейтронных бомб мысль здравая, – задумчиво проговорил Сергей, но не выдержал серьезного тона и захохотал, увидев вытянувшиеся лица остальных. – Шучу… Думаете, я сам знаю, чего ищу? Но в этом месте обязательно найдется что-нибудь дельное. Пошли, Колян, пошарим по штабелям. Аркадий, ты страхуешь нас, не покидая Станции.
Они быстро прошли через огромное хранилище. Автоматические винтовки, включая ультрамодерновый кольт, Сергей отказался брать принципиально, поскольку не без оснований считал, что в этом классе оружия нет ничего лучше родных и хорошо знакомых «калашей». Вся их добыча в этом военно-техническом Эдеме ограничилась австрийскими пистолетами «Глок» нескольких модификаций, новейшим немецким «Вальтером-П-88» и симпатичнейшим кольтовским револьвером «Кинг-Кобра» под усиленный патрон «Магнум-357». Поначалу майор не хотел брать револьвер, но потом все-таки польстился на очень удобную рукоять с углублениями для пальцев.
Нагруженные стреляющими машинками и патронными коробками, они пустились в обратный путь, но, заплутав в необозримом складском помещении, долго бродили среди ящиков и контейнеров. Наконец Сергей увидел знакомую гору упаковок обмундирования для пустыни и уверенно заявил, что еще два поворота – и они прибудут на место.
Ответ неожиданно прозвучал не по-русски, причем фразу произнес отнюдь не
Николай. Оба они слишком плохо знали английский, но смысл окрика был понятен и так: стоять на месте, бросить оружие, руки вверх, ноги врозь и прочая галиматья, которую, согласно уставам всех армий мира, вынуждены произносить часовые, заметив нарушителя. А ведь любому идиоту ясно, что настоящий диверсант ни за что эти команды выполнять не станет, а просто пристрелит излишне разговорчивого караульного…
Сергей и Николай оглянулись, и их взорам предстали двое солдат в пятнистой форме, которые наводили на них автоматические винтовки, стоя всего в трех шагах сбоку от задерживаемых. Такие ошибки караульным не прощаются даже в менее острых ситуациях. Прыгнув на противника, Сергей хорошо поставленным ударом ноги выбил оружие из рук ближайшего солдата и повалил второго, огрев по голове тяжеленным вещмешком с патронами. Уложив обоих американцев, они бросились в щель между ящиками и увидели, как навстречу бегут еще пятеро солдат. Не сбавляя темпа, Сергей опрокинул гору пластиковых коробок под ноги преследователей и нырнул в боковой проход.
Они успели пробежать от силы десяток метров в сторону нужного поворота, но встретили еще двух охранников. Первого сбил с ног Николай, с разгону налетев на несчастного, но другой уложил геолога, стукнув его по лбу прикладом. Сергей схватил американца за цевье винтовки, резко приподнял и одновременно ударил коленом в пах. Рослый солдат согнулся от острой боли и тут же упал без чувств, получив локтем по загривку. Майор помог Николаю подняться, и они миновали последний поворот, однако вместо алого квадрата, очертившего вход на Станцию, обнаружили целое отделение вооруженных солдат. Часовые окружили их, держа под прицелом.
– Влипли, как придурки! – резюмировал Сергей. – Поднимай руки и надейся, что ребята найдут способ нас вытащить.
Охрана арсенала не без опаски сжимала кольцо вокруг буйных нарушителей.
Сергей мысленно укорял себя, что не засунул за пояс заряженную «Гюрзу» или
«Ингрэм», хотя, с другой стороны, не имел большого желания стрелять в этих парней, которые не сделали ему ничего плохого, а всего лишь выполняли свой воинский долг.
– Hands up! – свирепо рявкнул один из часовых.
Это было понятно – руки вверх. Нехотя они стали выполнять приказ, но тут позади часовых показался Аркадий. Крикнув: «Закройте глаза!» – он швырнул что-то в их сторону и молниеносно скрылся за грудой ящиков, так что охрана даже не успела отреагировать на его появление. Дальнейшее Сергей и Николай помнили плохо, сохранилось только впечатление сверхъестественного грохота и невероятно яркой вспышки.
Потом кто-то вел их куда-то, поддерживая за руки, помогал сесть, хлопал по щекам, подносил к губам стаканчики с водой. Когда к ним вернулось зрение и слегка поутих шум в ушах, оказалось, что они находятся в зале голографического обзора. Проход на Землю был закрыт, рядом стояли обеспокоенные Диана с Лешкой и очень довольный собой Аркадий.
– Что случилось? – еле слыша собственный голос, проорал Сергей.
Вместо ответа физик, ухмыляясь, показал гранату «Заря», и все сразу стало понятно. Аркадий швырнул светозвуковую хлопушку, парализовав на десять минут всех, кто находился в той части арсенала. Эффект был такой, будто над ухом выстрелила крупнокалиберная пушка.
– Жалко, рано мы оттуда ушли, – сказал вдруг Николай. – Там еще немало интересного можно было найти.
– Например, две роты охранников! – фыркнула Диана. – Хорошо, что мозг
Станции предупредил нас о появлении солдат и сразу вырубил тоннель на Землю. А то ворвалась бы эта банда сюда… Страшно даже подумать.
– Хватит! – решительно прикрикнул Аркадий. – Оружия у нас теперь достаточно. Расходимся отдыхать, а завтра, когда сестренка вернется с работы, двинемся на «Вальгаллу».
Договорились, что роботы с Лабиринта за это время заполнят сжатым воздухом баллоны всех аквалангов – и старых, и тех, которые они сегодня вынесли с бывшей базы «Кальмара». Затем еще раз прикинули схему действий: как разместить подводный выход тоннеля телепор-тации, как перетаскивать на Станцию золотые слитки.
Покончив с этими проблемами, уже собирались расходиться, как вдруг Диана спросила:
– А вы хоть подумали, кому и как будете сбывать такую гору золота? Не торговать же слитками поштучно на столичных ранках.
Они принялись перебирать знакомых фирмачей, которые могли бы пристроить многокилограммовые партии драгметалла, но ничего путного в голову не приходило.
Любой вариант продажи золота в Москве неизбежно выводил на них правоохранительные органы, фискальные ведомства и, что хуже всего, мафию. Когда они совсем было отчаялись, Аркадий вдруг вспомнил своего давнего приятеля
Гришку Аксельрода. Бывший московский программист, по слухам, неплохо устроился за океаном, держал магазин на Брайтон-Бич и торговал любыми дозволенными и недозволенными товарами.
План работ возле Сан-Хосе обдумывали почти два дня, поэтому все было организовано по высшему разряду. Гиперпространственные «врата» разместили на глубине шести метров прямо над затонувшим кораблем. Четверо в аквалангах вошли в шлюз, при помощи которого роботы пришельцев перемещали на Станцию морских обитателей. Затем по приказу Алексея, который остался в операционном зале, выход тоннеля начал опускаться, и люди в шлюзовой камере постепенно адаптировались к повышающемуся давлению. Когда светящийся квадрат выхода достиг дна, аквалангисты направились к потопленному рейдеру.
Они проникли в грузовые трюмы, растревожив мелких спрутов и ярко раскрашенных океанских рыб. Очень много времени ушло у них, чтобы протиснуться между обломками раскромсанного взрывами металла. Лишь после долгого блуждания по отсекам удалось найти секцию, где были складированы ящики со слитками. Но дальше стало еще сложнее.
Из-за высокой плотности благородного металла даже архимедова сила не делала желтоватые кирпичики намного легче. Загрузив в сетчатые сумки по два-три слитка, люди теряли плавучесть, так что обратный путь растянулся почти на полчаса. К моменту, когда был израсходован воздух в баллонах, на полу шлюза лежало всего два десятка золотых брусков.
Не выходя из воды, они сменили акваланги, продолжая работать с энергией одержимых. Еще два рейда на корабль и обратно – и количество собранных слитков перевалило за полсотни. Уже давало о себе знать слишком долгое пребывание на большой глубине – заметно ухудшилась координация движений, в ушах шумело, даже тренированный на такие нагрузки Сергей стал хуже видеть. Поле зрения расплывалось, и приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы сфокусировать взгляд на нужном предмете. Вдобавок Аркадий, зацепившись об острый край стального листа, порвал гидрокостюм и распорол руку в районе плеча.
Возвращаться на Станцию он, однако, категорически отказался, кое-как перетянул руку жгутом и продолжал чуть ли не волоком тащить по дну сетку с пятью литками.
Просто чудо, что при таком помутнении рассудка удалось вовремя заметить пикирующую на них серебристо-голубую живую торпеду.
Собственно говоря, заметил ее только Сергей и как-то отстраненно подумал, что акулу привлекла кровь, сочившаяся из раны Аркадия. Трехметровая рыбина надвигалась, мощно работая хвостом и огромными, как крылья орла, грудными плавниками. Она была уже совсем рядом, когда Сергей, отогнав благодушную расслабленность, вдруг сообразил, что загнутые внутрь пасти длинные зубы вот-вот вцепятся в кого-то из них. Дальнейшее было просто – включились наработанные за двадцать лет рефлексы. Руки сами схватили висевший на шее автомат, сами направили ствол в сторону приближавшейся акулы.
Первая очередь прошла не очень удачно, однако по меньшей мере одна пулька-гарпун достигла цели. Акула резко отвернула от принесшего боль незнакомого звука подводных выстрелов, подставив под огонь шершавый бок, покрытый десятками темных пятен. Как следует прицелившись, Сергей разрядил в упор почти половину магазина, превратив тушу хищной рыбы в сплошную кровоточащую рану. Третью очередь он выпустил прямо в белое брюхо зубастой бестии. Агонизирующая акула бешено забила хвостом, распуская густое розовое облако, затем, успокоившись, медленно опустилась на дно.
У майора еще хватило сил жестами подать команду, чтобы все поскорее возвращались на Станцию. Убедившись, что трое его спутников благополучно миновали контур входа и находятся внутри шлюза, Сергей кое-как заковылял вслед за ними. При этом он больше всего удивлялся тому, что во время схватки с акулой не выпустил из рук лямки сумки.
Агрегаты Лабиринта осторожно понижали давление в шлюзовой камере, потом потоки воздуха вытеснили за борт воду, и до предела измотанные люди получили возможность снять акваланги. Они буквально качались от усталости, едва держась на ногах после почти пятичасового пребывания под водой. Хуже всех выглядел
Аркадий, поранивший руку ржавым металлом.
– Как бы заражения крови не было, – слабым голосом сказал физик, держась правой рукой за распухшее левое плечо. – Болит, сволочь. «Скорую» надо.
– Лешка, позвони, – тихо попросил Сергей. – Ты сейчас единственный в рабочем состоянии. У нас уже ни на что сил не осталось.
Но тут выяснилось, что Алексей сохранил не только. силы, но и способность соображать.
– Никакой «скорой помощи», – строго сказал он. – Я сейчас отвезу Аркадия в госпиталь Лабиринта.
С помощью Сергея он уложил раненого в транспортный кар, а сам сел за рукоятки управления. Сергей расположился в кузове, положив себе на колени голову друга. Машина плавно покатилась по коридору.
– Дорогу помнишь? – спросил Сергей.
– Помню… Жаль только, эта колымага не может быстрее двигаться. Не волнуйся, Аркаша, все будет хорошо.
– Сам хочу, чтобы хорошо было, – прошептал бледный как смерть физик. -
Вот развяжемся с золотыми делами, так загляни ко мне, помоги конфигурацию компьютера наладить.
– Ты уже купил? – изумился Алексей. – Когда успел? Уж до чего я фанат по этой части, а руки еще не дошли. Какая модель?
– Лопух ты, пацан… – Аркадий говорил короткими обрывками фраз, словно в бреду – Время зря теряешь… Не будь таким размазней… Еще и сестренку упустишь…
– Молчи. – Сергей погладил его по голове. – Почти. приехали. Теперь скоро.
– Как болит, сил нет терпеть… Если не буду говорить, орать начну…
Лешка, корона у тебя?
– А как же.
– Ты скажи там главному медицинскому роботу, чтобы не только эту рану, но и весь организм мне подлечили: сердце, печень, легкие… И зубы… У нас ведь с
Колькой одна порода… Вся семья Туриных такая… чуть за сорок – вставные челюсти приходится делать…
– Конечно, скажу, не беспокойся. – И Алексей продолжил, обращаясь к
Сергею: – Поможешь отнести его в «саркофаг»? Один я не справлюсь, он же у нас здоровый, как бронтозавр.
– Он у нас теперь не здоровый, он у нас теперь совсем больной, – уныло отозвался майор. – Помогу, о чем речь.
Однако тащить раненого на руках не пришлось. В первом отсеке госпиталя их ожидало устройство вроде автокара с носилками. Два робота осторожно уложили на них Аркадия и отвезли в нужный покой. Переговорив с помощью короны с компьютерным мозгом лечебницы, Алексей сообщил:
– Обещает за двое суток организовать ему капитальный ремонт, включая новые зубы, новую кровь, новые волосы на месте лысины. И еще он сейчас даст тебе лекарство.
Робот принес довольно большой стакан жидкости, весьма неприятной на вкус и запах. Будучи человеком по-военному дисциплинированным, Сергей не без отвращения проглотил предложенное питье и сразу почувствовал себя почти в норме. Договорились, что Алексей закажет две дозы этого медикамента для остальных, после чего заглянет в столовую и организует высококалорийный обед из нескольких блюд, а майор вернется на Станцию Земля за Николаем и Дианой.
Через полчаса все были снова полны сил и энтузиазма – напиток из госпиталя творил чудеса. За Аркадия они совершенно не беспокоились, поскольку безоговорочно верили науке и технике троклемидов. Заботили их исключительно другие проблемы. Например: сколько слитков золота удалось притащить с
«Вальгаллы».
– Семьдесят одна штука, я дважды пересчитывал, – сказал Алексей. – Почти восемь центнеров.
– Еще не раз придется туда наведаться. – Николай сокрушенно покачал головой. – Мы же пока даже половину груза не вынесли.
Сергей сказал, что в следующий раз надо будет вывести жерло тоннеля прямо в трюм – таскать слитки сразу станет проще.
– Пока же, – добавил майор, – пора расходиться по домам, а завтра вечером, когда в Нью-Йорке будет утро, навестить Гришу Аксельрода.
Убедившись, что лечение Аркадия идет полным ходом, они вернулись на
Станцию Земля.
Было уже поздно, и Алексей заявил, что не намерен пилить на метро через весь город. Канал телепортации последовательно переключился на подворотни домов, где жили члены команды «черного поиска». Заминка вышла только с Лехой, поскольку в его подъезде обосновалась парочка педиков. Когда стало ясно, что извращенцы устроились там надолго, Алексей приказал роботу передвинуть выход тоннеля на площадку самого верхнего этажа, а потом долго спускался к себе на шестой, потому что лифт уже не работал из-за позднего времени.
Впрочем, на следующий вечер они опять-таки съехались к Диане, поскольку хранить корону можно было только у нее. Во всех остальных квартирах проживало слишком много народу, и родственники могли проявить излишнее любопытство, случайно обнаружив загадочный предмет. А посторонним пока вовсе не следовало знать о находках внеземного происхождения.
Сергей бросил в сумку один слиток, завернутый в старую рубашку. На верхней, меньшей плоскости усеченной пирамидки красовалось выпуклое изображение орла – символ германского Рейха. Для страховки майор подвесил на бок подмышечную полукобуру с автоматическим пистолетом Браунинга "Хай Пауэр
Стандарт" – пятнадцатизарядное изделие имело двусторонний предохранитель, что облегчало стрельбу с обеих рук. Алексея он снабдил автоматическим «Глок-18» и объяснил, как пользоваться лазерным прицелом. Майор надеялся, что, держа пистолет двумя руками, установив оружие на непрерывный огонь да еще подсвечивая цель лучом лазера, парень хотя бы разок зацепит противника.
– Думаешь, придется стрелять? – без признаков воодушевления спросил
Алексей. – В кого? Гришка совершенно безобиден.
– А ты припомни, сколько раз за последнее время мы ввязывались в потасовки, – осадил его Сергей. – Причем, как правило, это происходило отнюдь не по нашей инициативе. Так что надлежит быть готовыми к любым неприятностям.
Для вящей надежности он положил себе в сумку поверх золотого бруска маленький облегченный «Хеклер-и-Кох» МП5КА4 с глушителем и две обоймы к нему на тридцать патронов каждая. Удовлетворенный таким арсеналом, майор сказал, что можно начинать.
Видеоканал выдал на большую голограмму панорамное изображение приморского мегаполиса, где было много небоскребов и статуя замотанной в простыню коронованной девицы, держащей над головой факел. Сто с лишним лет тому назад архитектор Бартольди изваял эту телку в качестве одного из маяков для Верхней бухты Нью-Йорка, но спустя годы сугубо утилитарное сооружение невероятным образом трансформировалось во всемирный символ свободы. Что поделать, истории человечества ведомы и более забавные казусы…
Объемная картина изменилась. Теперь они лицезрели Бруклин – главную резервацию для эмигрантов. Еще одна коррекция канала вывела на голограмму изображение русскоязычного гетто Нью-Йорка, пляжного района Брайтон-Бич. Полная почти обнаженных тел полоса песка тянулась вдоль берега, сколько хватало обзора. А рядом, отделенная от пляжа лишь дощатым настилом для пешеходов, начиналась обычная городская улица с очень оживленным автомобильным потоком.
Невидимые динамики доносили обрывки русской речи, да и все уличные надписи тоже были исключительно на русском. Промелькнула вывеска продовольственного магазина «Золотой Ключик». Потом они увидели приклеенное на стену дома рекламное объявление: некий профессор Леви извещал, что занимается на дому снятием стресса и психологической адаптацией новых эмигрантов. Попутно профессор брался за умеренную плату излечить от депрессии, ностальгии, нервных срывов, сексуальных расстройств и семейных неурядиц.
– Шарлатан, – презрительно сказала Диана. – Предлагаю поторопиться, а то я с этими еженощными путешествиями совершенно не высыпаюсь.
Алексей назвал нужный адрес, и картинка на голограмме послушно метнулась навстречу, словно они мчались в гоночном автомобиле. Эффект присутствия был потрясающим. Они вихрем пронеслись сначала по одной улице, потом по другой, свернули еще раз, перед их взглядами замелькали лестничные ступеньки. Наконец изображение замерло в пустой квартире.
– А вот и Гришка, – обрадовался Алексей, но тут же сменил тон: – Ух ты…
Аксельрод оказался невысоким и щуплым лысеющим человечком с бегающим взглядом и дрожащими руками. Голова у него тоже сильно дергалась в разные стороны, потому что Григорию били морду два здоровенных «быка». Хотя, возможно, в Америке таких принято называть «бизонами» или даже «гориллами». Били не сильно, больше на психику давили.
Немного поколотив коммерсанта, «гориллы» вывели его, тыча в спину револьверными дулами, из квартиры, спустили в лифте на первый этаж и усадили в
«форд». Машина рванула с места.
– Следить за этим автомобилем, – скомандовал Алексей.
Проехав немного, «гориллы» затащили Гришку в двухэтажный особняк, где побили еще немного, после чего потребовали, чтобы отдавал должок в полторы сотни тысяч баксов. Аксельрод завопил: дескать, ничего он у них в долг не брал.
На что «гориллы», ухмыляясь, ответили на чистом русском языке с характерным одесским акцентом:
– Конечно, не брал. Но отдавать все равно придется. Эта ситуация живо напомнила недавнюю сцену на пляже возле Рогатой Скалы, и Сергей сказал:
– Влип, бедняга. Надо спасать. Лешка, ты будь начеку, но без команды огня не открывай и зря в драку не лезь.
Вытащив из саквояжа пистолет-пулемет, он велел станционному компьютеру обследовать здание. На втором этаже людей не было – все население дома состояло из двух рэкетиров и Григория.
Держа оружие на изготовку, они телепортировались в спальню на втором этаже, потом вышли на ведущую вниз лестницу, и Сергей крикнул:
– Руки за голову, ноги врозь, стоять мордой к стене, стреляю без предупреждения!
Внезапное появление двух вооруженных незнакомцев ошеломило «горилл», и они моментально отпустили торговца. Особое впечатление произвел на гангстеров лазерный луч, испускаемый трубкой-стержнем возвратной пружины «Глока».
Неопытный в обращении с оружием Алексей держал пистолет не слишком уверенно, ствол постоянно раскачивался, а потоТиу красное световое пятнышко дрожало и угрожающе перепрыгивало с одного рэкетира на другого.
– Держи на прицеле правого, в курточке, – распорядился Сергей, твердой рукой наводя свой «Хеклер» на второго гангстера.
– А вы осторожненько, без резких движений, кладите на пол пушки и перья.
Шутки кончились.
«Гориллы» послушно выполнили приказ. Когда они разоружились, расхрабрившийся Гришка с наслаждением пнул ногой старшего, одетого в черную рубаху навыпуск.
Охнув, бандит сказал обиженно:
– Чего безобразничаете? Мы на Китайца горбатимся, это наш район.
– А мы работаем на Аввакума, – надменно соврал Сергей. – Этот коротышка
– наш.
– Аввакум наезжает на родного брательника? – изумился гангстер. – Ну, дела.
В этот момент у Алексея сдали нервы, и парень случайно дернул спусковой крючок. Пистолет грохнул. Младший из бандитов со стоном схватился за простреленный бок. Второй быстро пригнулся, чтобы подобрать свой револьвер, но
Сергей опередил противника, прошив бесшумной очередью, и бандит рухнул, обливаясь кровью.
Григорий завопил:
– Лешка, ты сдурел! Это вам не Москва – здесь на выстрел полиция приезжает! Бежим отсюда, пока копы не замели!
Для надежности майор выпустил прощальную очередь в раненного Алексеем рэкетира. На улице Аксельрод тормознул такси, назвал какой-то адрес, и вскоре они вышли из машины в оживленной части города. Гришка торопливо провел их по лабиринтам затопленных толпой улиц, потом они снова сели в такси. Покатавшись таким образом по Нью-Йорку, они приблизительно через полчаса подъехали к дому, где обитал Аксельрод. Войдя в квартиру, хозяин запер двери на все замки и спросил:
– Откуда вы взялись?
– По-моему, мы появились очень кстати, – заметил Сергей. – И часто на тебя так наезжают?
– Не в первый раз, – признался Григорий. – Но вы-то как тут очутились?
Тебя-то я вообще не знаю, а Лешку-таки просто не узнаю. Надо же, с первого выстрела самого Барабана завалил!
Сергей поведал, что Алексей за последнее время стад, совсем другим человеком: научился проходить сквозь стены, «мочит» без приказа каждого, кто ему не по душе пришелся, и вообще неуклонно превращается в киллера высшего разряда. Вчера вот Пикатинский арсенал и Форт-Брэгг обчистили не без его участия, а теперь парень вовсе с катушек сорвался – на Форт-Нокс зубы точит.
Аксельрод обалдело вылупился на давнего приятеля, затем перевел взгляд на
Сергея и вдруг прошептал:
– То-то мне лицо твое знакомо… Второй день фоторобот с телевизора не сходит. Это твоя шайка целый взвод в арсенале успокоила?
– Такой факт имел место, – скромно признался майор.
– Значит, и Леша там был, – уважительно произнес Аксельрод. – А ко мне по какой надобности?
– По торговой…
Они объяснили Гришке, что нашли затонувшее судно с необычным грузом и слегка почистили трюмы. Когда ему продемонстрировали золото, Григорий ненадолго по-, терял дар речи. Потом спросил:
– Сколько у вас?
– Пока хотим центнер реализовать, а там видно будет.
– Плачу по пятерке за грамм.
– На Лондонской бирже грамм стоит двенадцать баксов, – щегольнул эрудицией Алексей, который все утро изучал подшивку газеты «Финансовые известия». – А в Москве можно по шесть оптом загнать.
– Можете в Люберцах на рынке продавать на развес, можете в Лондон мотать, если охота… Ладно, даю шесть с полтиной, идет?
– Черт с тобой. – Сергей встал. – Только стодолларовыми купюрами образца девяностого и девяносто третьего годов. Когда привозить товар?
– Деньги будут послезавтра к вечеру, но предупреждаю: я специалиста приведу, чтобы вы мне фуфло не подсунули… – Гришка задумался, затем спросил с надеждой в голосе: – А можете вы, к примеру, убрать того же Китайца?
– Сколько? – привычно отозвался майор.
Русскоязычный американец сообщил, что несколько бизнесменов, которым осточертело терпеть выходки обосновавшихся в Штатах бандитов из России, готовы скинуться на хорошую сумму, лишь бы избавиться от отечественного рэкета – не для того, мол, за океан сбежали. Они договорились вернуться к этому вопросу через недельку, когда Гришка соберет бабки с заказчиков и узнает необходимые подробности о жизни Китайца – крестного отца русской мафии в Бруклине.
– Поосторожнее на улицах, вас же ищут, – напутствовал гостей Аксельрод.
– Могу подвезти.
Они отказались от его услуг по части транспорта и вышли на лестницу.
Удостоверившись, что их никто не видит, Сергей произнес в пустоту:
– Ребята, включайте канал.
Николай, следивший за их похождениями, оставаясь на Станции, дал соответствующую команду роботу, и на лестничной клетке брайтонского дома вспыхнул красный квадрат прохода. Один шаг – и двое вернулись из Нью-Йорка в неведомую точку Вселенной, откуда открывалась дорога на десятки планет
Галактики.
Увидев их рядом, Диана зашипела, как рассвирепевшая кобра:
– Вы уже все границы переходите!
– А вот и неправда, – обиделся Сергей. – Бразильско-польскую границу я еще не переходил. И грузино-испанскую тоже.
От этих слов девчонка пришла в бешенство и, уже не сдерживаясь, закричала:
– Прекратите эти идиотские шуточки! Вы опять устроили пальбу, когда вам ничего не угрожало! А вдобавок уже готовы стать наемным киллером! Я презираю тех, кто способен убивать людей за деньги!
– Не людей, а бандитов, – уместно вставил Алексей.
Диана чуть не впала в столбняк. Еще бы, безнадежно влюбленный подкаблучник, всегда бессловесно сносивший все ее капризы и заскоки, вдруг осмелился перечить! Оскорбленная в лучших чувствах, девушка вернулась домой.
– Все в порядке, Лешка, не переживай, – сказал Сергей огорченному парню.
– Еще пару раз покажи характер, и она станет относиться к тебе по-другому.
– Еще хуже? – Алексей совсем сник. – Боюсь, я совсем ее потеряю…
Майор хотел объяснить этому раздолбаю, что потерять можно только то, что имеешь, но его прервали. В зале раздался знакомый жизнерадостный голос:
– А вот и я!
В дверях стоял, сверкая невероятно белыми зубами, вполне здоровый и даже помолодевший Аркадий Турин. Его цветущий вид вызвал в душе Сергея острый приступ зависти, и майор немедленно заявил, что не пойдет домой, а останется ночевать в «саркофаге» здешнего госпиталя.
На следующий день друзья его не узнали: Сергею можно было теперь дать не больше тридцати. Не осталось ни малейших следов намечавшейся уже лысины, а зубы стали как на подбор – ровные и крепкие.
А вечером в теленовостях передали, что агенты ФБР арестовали главу русской мафии Нью-Йорка, некоего Дмитрия Петрова по кличке Китаец.
– Верных пол-лимона на этом подонке упустили, – рас строился Сергей.