Всего у Сергея было три зацепки. Во-первых, дискеты, которые они вынесли из сейфа на даче Аввакума. Во-вторых, Влас, пока ехал в Епифаньеву Пустынь, разговаривал по рации со своим подручным, который незадолго перед тем ездил на юг расследовать смерть Арчила. Этот Лобан мог что-то знать, и теперь за ним постоянно следил видеоканал. Наконец, имелось служебное удостоверение убитого на южном курорте Макара, из которого следовало, что подполковник А. Т. Макаров служил в Управлении охраны правительственной информации.
Майор решил действовать последовательно.
– Сразу пристрелишь или сначала допрос устроишь? – осведомилась Диана.
Как назло, сегодня была свободна только она, хотя Сергей предпочел бы другого напарника.
– Посмотрим, – уклончиво ответил он.
Аппаратура Лабиринта – это они уже давно выяснили – могла перехватить и расшифровать любое сообщение земных средств связи, будь то телефонная линия, радиопередача или сигналы электронной почты. Выслушав задание, мозг Станции потребовал вложить дискету в одно из своих периферийных устройств, после чего перед людьми засветился голографический куб светло-зеленого цвета с ребром чуть поменьше метра. Затем куб сжался в вертикальную плоскость, на которой, словно на экране компьютерного монитора, горели обычные цифры и буквы – русские и латинские.
Закончив декодирование, робот сообщил, что на дискете действительно записаны номера банковских счетов, открытых в дальнем зарубежье различными деятелями зарубежья ближнего. Среди вкладчиков Сергей и Диана не без легкой оторопи прочитали имена известных политиков многих соседних республик: президентов, спикеров, министров – как ныне действующих, так и свергнутых за последние два-три года. Кроме того, здесь были валютные счета вождей криминального мира – самого Аввакума, его заокеанского брательника Китайца и еще двух дюжин воров в законе: Хамелеона, Лешака, Секача, Абрека, Верхового и других главарей бандитских группировок. Всего на этих счетах хранилось около трех миллионов долларов.
– Добраться бы до этих бабок, – тоскливо простонала Диана.
Неожиданно вспомнила, как совсем недавно один питерский программист, воспользовавшись всемирной компьютерной сетью «Интернет», умудрился снять со счетов американского «Сити-банка» колоссальные суммы, раскидав эти деньги по разным финансовым учреждениям, но потом все-таки попался. А что, если… повторить этот прием с деньгами мафии? Идея показалась перспективной.
– Тем более что наши приятели «Красные Стрелы» уже проворачивали такие операции, когда экспроприировали номера счетов у Арчила. – Сергей задумался. -
Как ты оцениваешь профессионализм Лехи – сумеет он взломать компьютеры этих банков?
– Программист он, может быть, неплохой, но вряд ли из него выйдет настоящий хакер. – Диана с сомнением покачала головой. – Вот если бы Славика
Кутукова подключить – это настоящий ас…
– Лучше без посторонних, – предупредил майор.
– Нет, это я в порядке бреда, Славик со мной теперь и разговаривать не станет. – Девушка печально вздохнула. – К тому же он работал в какой-то сверхсекретной конторе… Конечно, дохлый номер.
Они уже собирались отказаться от операции с банковскими счетами, но тут
Сергея посетила счастливая мысль обратиться за помощью к технике Лабиринта с ее воистину сказочными возможностями.
Мозг Станции меланхолично ответил:
– ВНЕДРЕНИЕ В ЛЮБУЮ КОМПЬЮТЕРНУЮ СЕТЬ ЗЕМЛИ НЕ СОСТАВИТ ТРУДНОСТЕЙ. КОНКРЕТИЗИРУЙТЕ ЗАДАЧУ.
С этим пришлось повозиться, но они кое-как справились. Роботу поручили снять часть «черных денег» и перевести на специально открытые счета в разных банках. Из тут же предложенного мозгом Станции списка они выбрали четыре очень солидных финансовых учреждения на Манхэттене, в Токио, Лондоне и Берне. Кроме того, они поручили роботу тщательно запутать концы, чтобы никакое расследование не вывело Интерпол на похитителей. Наконец, необходимо было урегулировать отношения с налоговыми ведомствами.
Когда мозг Станции приступил к исполнению, у людей возникли серьезные подозрения, что машина уже неоднократно занималась такими делами. – В виртуальном мире интернетовской сети внезапно появились адреса и реквизиты нескольких фиктивных корпораций. Деньги ушли с криминальных счетов и заметались по всему миру, перебрасываясь из банка в банк, пока не сосредоточились на депозите гонконгской компании «Black Search» («Черный поиск»), которую возглавлял мистер Серж Каро из Беер-Шевы. Потом деньги расползлись и отсюда – частично в виде налоговых отчислений, а частично – переводами на именные счета
Посвященных. Сразу после этого, просуществовав не более двух часов, прекратили деятельность все фирмы, созданные фантазией Лабиринта. С особым наслаждением
Сергей «раздел» банковские счета главарей преступного подполья и мафиозных политиков вроде республиканского президента, из-за подлости которого случилась та резня, а самого майора Каростина выгнали из армии. Лишился нетрудовых накоплений и его преемник – лидер «народного» фронта.
Так они стали обладателями солидных капиталов, но ни Сергей, ни Диана не представляли, как распорядиться столь колоссальными средствами. От дурной мысли играть на бирже оба сразу отказались. Майор подумал было, что можно инвестировать эти деньжищи в отечественную экономику, но быстро понял: предприятия все равно не получат ни гроша, и все десятизначные суммы будут разворованы коррумпированной армией чиновников.
– Потом сообразим, куда девать доллары, – сказал он беззаботно. -
Посмотрим-ка, чем занимается Лобан.
Подручный Власа сидел на пеньке лесопарка возле Ленинградского шоссе. И он сам, и его собеседник по виду ничем не напоминали тех «быков», с которыми до сих пор приходилось иметь дело Посвященным. Даже одеты оба были довольно скромно, однако Сергей знал, что эти двое входили в «мозговой центр» преступной корпорации Аввакума. Разговаривали они вполне интеллигентно, называли друг друга по именам, не употребляя принятых в бандитской среде кличек.
– Началась охота, – сказал Лобан. – Даже не знаю, Сашок, кто за этим стоит.
– Этого следовало ожидать. Классический естественный отбор. После
Аввакума освободился престол, и все желающие занять вакансию принялись косить конкурентов.
– Но кто начал-то? Первым же Арчила с Кабаном убрали, за ними – Тулупа…
И лишь после этого, когда пропололи все ближнее окружение, уложили самого.
Очень грамотно сработано.
– Да, Мишка, я согласен, тут действовали мастера высокого класса. Давай подумаем, в какой группировке больше всего профессионалов из КГБ, «Альфы» и других богоугодных контор?
– Больше всего этого сброда было у Тулупа. – Мишка-Лобан сокрушенно хлопнул себя ладонью по ляжке. – Ох, сколько бабочек мы загребли с их помощью на поставке оружия в Чечню! И наркотики через Среднюю Азию и Кавказ в Европу возили только по их каналам… Так Тулупа же, считай, первым из столичных
«авторитетов» убрали. А теперь и двух его главных специалистов.
– Когда?! – вскричал Сашка-Буфет. – Как?!
– Сегодня утром. Потому-то я и сказал, чтобы ты на метро и автобусе сюда добирался. Они сели в машину Трофимова. Только водитель отъехал от офиса – в багажнике сработала мина. Всех на куски.
Немного помолчав, Александр сказал, что анализировал ситуацию и пришел к выводу: отстрел «авторитетов» ведут одновременно несколько группировок, включая связанные с мафией силовые структуры государства.
– По-твоему, Парафин за дело взялся? – Лобан задумался. – Возможно, конечно. Только зачем ему это?
– Когда соберется большая сходка, у него голос крепче будет. Но и не он один беспредельничает. Ты не забывай, есть еще старые воры в законе, которые ненавидят «авторитетов» нового поколения. У них же душа наизнанку выворачивается оттого, что наши хозяева, не отсидев на нарах, за сорок – пятьдесят тысяч зеленых получают звание и вдобавок воровских законов не соблюдают.
– Ясно. – Михаил встал. – Надо будет доложить Ха-ритону.
– Вот за кого ты теперь ухватился… – Буфет уважительно поцокал языком.
– Мудрое решение. Ну, двинули.
Они вышли из лесопарка, пересекли автомагистраль и вскоре оказались во дворе жилого комплекса. Когда два интеллигентных бандита проходили мимо мусорных баков, внутри голубого металлического ящика грянул взрыв. Останки расшвыряло на довольно приличное расстояние. Одновременно «мерседес» 300-й модели, стоявший на соседней аллее, плавно набрал скорость и вырвался на трассу.
– Один видеоканал наблюдает за местом взрыва, другой следит за только что отъехавшей машиной, – мгновенно отреагировал Сергей.
Водитель «мерса» не спешил – убийцы явно не опасались погони. Сидевший на переднем сиденье «бык» спрятал в «кейс» устройство для подслушивания и весело сказал:
– Ишь ты, Мишаня-то всех перехитрить хотел, к Харитону переметнулся. Вот и подох по-собачьи. А насчет Парафина он ловко сообразил.
– Головастый был, подлец, – согласился водитель. – Ты сообщи Секачу, что
Лобан подозревал Парафина.
– Не из тачки же, – отрезал второй.
Иномарка притормозила у многоэтажного здания. Оставив «кейс» в машине, старший «бык» пробежал мимо охраны, вошел в лифт и уже в кабине вытащил из бокового кармана пиджака радиотелефон. Набрав номер, он начал:
– Алло, Секач, это я…
На этом разговор прервался, потому что прямо в лифте, под потолком кабины, взорвался очередной фугас. Взрывом пассажиру снесло голову.
Следующий час Сергей, Диана и подходившие по одному остальные наблюдали, как идет следствие. На месте обоих терактов толклось множество высоких чинов из правоохранительных органов. Районную милицию давно отослали восвояси, зато появилась масса народу в мундирах и в штатском, которые представляли управление по борьбе с организованной преступностью, Федеральную службу безопасности,
Генеральную прокуратуру. Наконец эксперты доложили начальству, что мины сработаны профессионалами высокой квалификации.
Внутри мусорного ящика был вмонтирован заряд направленного действия, который взорвался от радиосигнала, когда мимо проходили жертвы преступления. На основе свидетельских показаний следствие установило, что где-то рядом ожидала чего-то или кого-то иномарка, пассажиры которой, видимо, и включили радиовзрыватель. В лифте же заложили заряд, детонатор которого был настроен на волну сотового телефона известного киллера по кличке Лютый. Этот бандит уже второй год находился во всероссийском розыске после того, как ушел из лефортовского СИЗО. Считалось, что именно Лютый ликвидировал три десятка бизнесменов-должников и чуть меньшее число криминальных «авторитетов», включая всю верхушку грузинской группировки. По негласной бандитской иерархии он стоял едва ли не на одной ступени с Тулупом, Ха-ритоном и Секачом. Однако следователи еще не догадывались о существовании связи между двумя взрывами, прозвучавшими с получасовым перерывом в разных концах Москвы.
– Появились новые персонажи, – прокомментировал
Николай. – Харитон, Секач, Парафин, Лютый… Кто там еще?
– Вроде всех ты перечислил. – Сергей поморщился. – Хотя нет. Они еще какого-то Трофимова упоминали. Ох, много этой нечисти!
Он внезапно вздрогнул и снова достал из кармана удостоверение Макара. Все смотрели на него с недоумением, но майор объяснил, что именно в Управлении охраны правительственной информации подвизается на должности замначальника его бывший сослуживец генерал Восканов. Семантическая цепочка выстраивалась легко:
Восканов – воск – парафин. Когда они с месяц назад наблюдали беседу Восканова с журналистом, генерал подозрительно тепло говорил о бандите Арчиле, даже
«бедняжкой» назвал. Так что вполне возможно, что бывший политработник сегодня связан с мафией. После короткого обсуждения родился план.
На голограмме появился уже знакомый им кабинет. Восканов работал за письменным столом. Зазвонил один из множества телефонов. Когда Восканов снял трубку, на Станции заговорил Аркадий, а техника Лабиринта передавала его голос на мембрану генеральского телефона.
– Здорово, Парафин.
– Кто говорит? – Восканов не был удивлен.
– Это я, Лось. Не ждал? – Аркадий хохотнул. – Немало интересного сегодня случилось.
– Согласен. Что дальше?
– Не слишком ли много на себя берешь? Зачем твои головорезы Тимофеева замочили? Потом людишки твоего дружка Секача Лобана с Буфетом убрали, а еще кто-то Лютого подорвал… За беспредел, Парафин, ответ по закону держать придется. Ты что ж, падла, думаешь, если вы за бабки ворами в законе называться стали, так на вас и управы не отыщется? Не забывай, что мы с твоим Макаром сделали. Следующим на прицеле будешь ты.
– Послушайте, вы ошибаетесь, – дрожащим голосом заверещал генерал. – Я не имею никакого отношения… Тимоха вообще был моим…
В трубке уже гудел прерывистый зуммер отбоя. Хозяин кабинета машинально посмотрел на дисплей определителя номеров и оцепенел – таинственный Лось звонил с его домашнего телефона. Некоторое время Восканов сидел неподвижно, закрыв лицо руками, затем вызвал к себе по селектору полковника Жихарева. Когда тот явился, генерал, указав кивком головы на стул, спросил:
– Что-нибудь прояснилось?
– Вы о гибели группы Макарова? Там была бойня, как в Епифаньевой Пустыни.
Кстати, труп Самоката держал в руке тот самый «Ингрэм» с глушителем, из которого уложили половину Аввакумовой братвы.
– Тот самый? О нет!
Восканов снова закрыл лицо, а Жихарев продолжал с садистским наслаждением:
– Говорил я вам, не стоило доверять Макарову. Простой старлей из ГАИ, а вы его за два года подполковником сделали. Он же был полным дебилом. Судя по драным шмоткам, на даче Артура еще и женщина была. Макар со своими разбойниками перестарался, накачивая Артура наркотиками, потом решили развлечься, завалили эту бабу, но тут подоспел Самокат, Череп и еще кто-то. Подробности устанавливаются, там сейчас работает бригада из соседнего ведомства, где вас очень не любят…
– Зато вы с ними на дружеской ноге! – огрызнулся генерал, но тут же заговорил спокойнее: – Руководство в курсе?
– Информация уже идет наверх по разным каналам… – Неожиданно полковник прекратил злорадствовать и заговорил по делу: – Но лично мне остается многое непонятным.
Через силу выдавив кривую усмешку, генерал произнес:
– Например, то, что Череп и Самокат плохо вписываются в романтический образ «Красных Стрел»?
– Хотя бы.
– Так вот, уважаемый… Четверть часа назад ко мне позвонил кто-то из бандитов старой закваски. Грозил отомстить за Лютого, почему-то был уверен, что
Лютого и Тимоху подорвали мы. Он намекнул, что говорит от имени тех, кто убил подполковника Макарова. Вдобавок он знал мой псевдоним, под которым я установил связь с Аввакумом и всей этой братвой.
Жихарев брезгливо заметил: дескать, не следовало их ведомству путаться напрямую с бандитами – для получения деликатной информации существуют более тонкие методы. И вдобавок внедренный в окружение Тулупа майор Тимофеев не столько информировал Управление о предстоящих акциях, сколько сам активно в них участвовал, заделавшись первоклассным киллером. Кроме того, по мнению полковника, концы в этой грязной истории все равно не сходились: если «старая мафия» перешла в контрнаступление, то непонятно, почему Свистун убит не как-нибудь, а «Красными Стрелами».
– Свистун?! – взвыл Восканов. – Тоже сегодня? Нет, это уже слишком!
Лучшего осведомителя потеряли! Теперь эти бандиты будут уверены, что "Красные
Стрелы" – это мы…
– Да, положение у вас дерьмовое, – согласился Жихарев. – Только Свистуна вы напрасно считали своим осведомителем. Или, может быть, не считали, а выдавали за осведомителя?
Отключившись, люди в Лабиринте долго обсуждали услышанное, однако так и не смогли решить действительно ли Восканов связан с преступниками или вел какую-то игру, в которой сам же и запутался.
Уже который день Аркадий Турин поражался чудесам природы и науки о ней.
Казалось бы, и годланцы, и вешша, и троклемиды, и Эйнштейн, и все последователи великого Альберта, включая самого Аркадия, описывали одну и ту же Вселенную, но каждая теория решала проблему по-своему. Поначалу он даже решил, что подходы, используемые на четырех пленках, вообще немыслимо совместить, но постепенно ему удалось нащупать возможность согласовать принципиально разные методики. Вчера вечером Аркадий наконец завершил анализ сильных и слабых сторон каждой теоретической модели: какие-то проблемы успешнее решали троклемиды, какие-то вешша, кое-что следовало позаимствовать у науки Годлана. Однако почти недельные бдения над уравнениями, формулами, таблицами и графиками лишь укрепили его убеждение, что наиболее перспективна теория, разработанная земным физиком по фамилии Турин.
К обеденному перерыву он закончил выписывать основные соотношения. Если решать подобные системы многоэтажных уравнений по старинке, «вручную», дело могло бы затянуться на многие месяцы, а то и годы. К счастью, существовали прекрасные программы, которые тысячекратно ускоряли процесс решения таких задач. Только компьютер, стоявший на столе Аркадия в институтской лаборатории, имел слишком слабые характеристики, поэтому разумнее было запустить эту дискету дома, на могучем «Пентиуме».
– Шеф, я не вернусь с перерыва, – сообщил Аркадий. – На своем компьютере посчитаю.
Завлаб рассеянно кивнул и напомнил, что Турин должен подготовить тезисы для конференции. Пообещав представить к сроку все материалы, Аркадий вышел из комнаты.
Насвистывая назойливый хит сезона («Ты отказала мне два раза: „Не хочу“, – сказала ты, вот такая вот зараза девушка моей мечты!»), он пересек улицу. Как обычно, Аркадий взял в уличной забегаловке двойную порцию сарделек и бутылку пива.
В разгар трапезы его отвлек томный женский голос:
– Мужчина, дайте прикурить…
Это была настоящая секс-бомба. Воистину девушка из мечты, как та «зараза», про которую сложена песня. Незнакомка многообещающе улыбалась, держа в длинных тонких пальцах сигаретину «St. Morris».
– К сожалению, не курю, – привычно начал Аркадий. – Но для вас…
Вдруг ее огромно-бездонные глаза стали еще больше, и девица радостно воскликнула: -
– Вспомнила, где я вас видела! Три недели назад в «Рояль-отеле» на
Бермудских островах. Потом еще вашу фотографию в журнале напечатали, вы там с двумя негритянками из океана выходите.
Первая мысль была панической: не дай Бог, жена увидит этот журнал. Но уже секундой позже Аркадий был твердо уверен, что незнакомка нагло врет. В тот день на острове не могло быть этой роскошной телки, иначе бы он непременно ее запомнил – уж такую прелесть он никак не мог пропустить! А если врет, то с каким умыслом?
Было у физика Турина слабое место, порой перераставшее в навязчивую идею: он страстно хотел получить Нобелевскую премию. Причем к денежной части награды он относился достаточно равнодушно, поскольку за последний месяц раздобыл с помощью Лабиринта втрое большую сумму. Главным для Аркадия был сейчас престиж, всемирное признание его успеха и таланта. Поэтому с недавних пор, достигнув определенных успехов в разработке своей теории, Турин стал мнителен и опасался, как бы кто-нибудь не воспользовался его результатами, как это частенько случается в научной среде. Остерегался Аркадий не только коллег-плагиаторов, но и всевозможных спецслужб, которые жадно охотились за достижениями советских, а теперь и российских исследователей. Подложить бабенку-вамп, чтобы выведать важную информацию, – любимый прием всех научно-технических разведок. Именно так
Володю Васильева в 86-м склонили остаться на Западе, где он через пару лет благополучно спился…
Поэтому Аркадий сразу замкнулся и произнес ледяным голосом:
– Справка есть?
– Какая справка? – Незнакомка была весьма удивлена внезапной сменой его настроения и явно растерялась.
– От венеролога, вестимо.
– Завтра будет. – Она снова зазывно улыбнулась.
– Вот завтра и поговорим, – отрезал Аркадий.
Обиженно надув губы, девица отошла от его столика и села за руль стоявшего рядом «пежо». Сорвавшись с места, машина растворилась в скользившем по проспекту автомобильном потоке. «Точно врала, – утвердился в прежних подозрениях физик. – В таких машинах есть электрические зажигалки. Она специально меня караулила, знала, что я каждый день здесь обедаю». Он с опозданием подумал, что следовало бы взять девку под наблюдение видеоканалом, но было уже слишком поздно – машина скрылась из виду.
Дома он запустил задачу на счет, накормил вернувшегося из школы спиногрыза, пообещал теще поискать картошку подешевле. Приблизительно через час компьютер выдал результат, увидев который Аркадий крепко выругался. Настроение было испорчено окончательно.
Какое-то время он сидел без движений, бессмысленно уперевшись взглядом в строчки символов на мониторе. Потом вытащил дискету из системного блока и, не отвечая обеспокоенным домочадцам, выбежал из квартиры. На первый этаж кабина лифта опустилась без него – Аркадий был уже на Станции.
В комнате, куда он направлялся, работала Диана. На голограмме перед ней смуглые низкорослые гуманоиды в античном гардеробе остервенело кромсали друг друга (или, вернее, враг врага) короткими мечами. Безводная долина была ярко освещена солнцем и усыпана множеством трупов. Вдали виднелись грязно-серые стены неизвестного города.
– Сестренка, отвлекись на секунду от древней истории, – попросил
Аркадий. – Мне нужно связаться с Координатором.
– Я НА СВЯЗИ, – сообщил квазиразумный супермозг.
– Голограмма застыла в режиме стоп-кадра. Аркадий объяснил свои затруднения – программа для аналитического решения дифференциальных уравнений, которой он пользовался, оказалась несовершенной и не справилась с предложенной задачей. Землянин надеялся, что компьютеры Лабиринта смогут решить составленную им систему уравнений.
– Главная проблема заключается в том, что каждая теория по-своему описывает тензор упругости пространства и характер взаимодействия вакуума с электромагнитным и гравитационным полем.
– ЭТА ПРОБЛЕМА ТАК И НЕ БЫЛА РЕШЕНА УЧЕНЫМИ ТРОКЛЕМА, – обрадовал его
Координатор.
– ТРОКЛЕМИДЫ НАМЕЧАЛИ ПРОВЕСТИ БОЛЬШУЮ СЕРИЮ ЭКСПЕРИМЕНТОВ С ЦЕЛЬЮ ОПРЕДЕЛИТЬ МИКРОСТРУКТУРУ И ФИЗИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА МНОГОМЕРНОГО ПРОСТРАНСТВА, НО КАТАСТРОФА НЕ ПОЗВОЛИЛА ЗАВЕРШИТЬ ЭТИ ИССЛЕДОВАНИЯ.
– Троклемиды предполагали, что измерения пространства-времени различаются по магнитным, электрическим и другим свойствам?
– СОВЕРШЕННО ВЕРНО. БЫЛО УСТАНОВЛЕНО, ЧТО ГЕОМЕТРИЧЕСКИЙ ТЕНЗОР АСИММЕТРИЧЕН. ЭКСПЕРИМЕНТЫ, КОТОРЫЕ Я УПОМИНАЛ, ПРИВЕЛИ К НЕОЖИДАННЫМ ОТКРЫТИЯМ, НО МНЕ ИЗВЕСТНО ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО ИЗ РАЗГОВОРОВ ПЕРСОНАЛА. ТОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ХРАНИЛАСЬ В ГЛАВНЫХ БАЗАХ ДАННЫХ НАУЧНЫХ ВЕДОМСТВ ТРОКЛЕМА, НО ЛАБИРИНТ ЭТИ СВЕДЕНИЯ НЕ ПОЛУЧИЛ.
– Все понятно, – тихо сказал Аркадий.
То, о чем поведал ему Координатор, проливало свет на одну из самых сложных задач, но не давало решения для проблемы в целом. Физика – невероятно строгая и капризная наука. Физикам мало определить численное значение какой-либо величины, необходимо получить точную формулу, которая позволит истолковать суть данного явления, иначе процесс нельзя считать изученным. Так, например, совершенно недостаточно измерить скорость снаряда на разных участках траектории
– только правильное математическое соотношение объяснит механику движения тела под действием сил притяжения и сопротивления воздуха в зависимости от начальной скорости и угла бросания…
Именно так получилось с одной из физических величин, без которой невозможно было построить законченную теорию вселенской геометрии. Троклемиды считали, что пространство-время имеет 13 измерений, и получили приближенные численные значения для чертовой дюжины компонентов этого тензора. Вешша, исходя из других представлений, измерили величину 11 проекций тензора. Числа, полученные учеными обеих цивилизаций, заметно различались, а это означало, что из двух теорий правильной могло быть не больше одной. Поскольку ни троклемиды, ни вешша так и не научились строить настоящие гиперпространственные звездолеты,
Аркадий не считал идеальной ни одну из теорий.
– Спасибо, Координатор, – сказал физик. – Попробуй все-таки выполнить эти расчеты.
– РАСЧЕТЫ УЖЕ ЗАКОНЧЕНЫ. РЕЗУЛЬТАТЫ ЗАПИСАНЫ НА ТВОЮ ДИСКЕТУ.
– Еще раз благодарю… – Он повернулся к Диане. – Извини, сестренка, что помешал тебе и заставил скучать. Считай, что за мной должок.
– Пустое, я все равно собиралась немного передохнуть от этих кровавых сцен… Хочешь посмотреть, как погибла экспедиция троклемидов на Земле?
Оказалось, что оба контакт-ключа – и корона и глобус – имели собственные запоминающие устройства, сохранившие видеоинформацию о последних днях жизни персонала. Память контакт-ключей была сравнительно небольшая и включала чуть меньше трех часов хроники. Диана объяснила, что в день Катастрофы на Земле работали два исследователя: этнограф Таввос Помар на Ближнем Востоке и социолог
Коц Финиберг на Американском континенте. Летом 494 года до нашей эры, то есть через двадцать с лишним лет после межзвездной войны, Финиберг каким-то чудом пересек Атлантику и встретился с Помаром, который к тому времени стал верховным жрецом храма Геракла в городе Сидон.
Голограмма показала двух мужчин в балахонах из светлого материала, вроде длинных ночных рубашек с вышитым на вороте орнаментом. Сероглазый шатен сказал:
– Уважаемый Коц, я восхищен твоим подвигом. Переплыть океан на столь примитивном кораблике – все равно что лететь на Троклем в спасательной капсуле малого радиуса… Но ты явился в удивительно неудачное время. Боюсь, что жить нам осталось недолго. Уж лучше бы ты оставался в тех краях.
– В тех краях я прожил бы еще меньше. – По лицу Финиберга скользнула печальная улыбка.
Социолог рассказал о своей работе в стране инков. За четверть века троклемид обучил индейцев многим ремеслам, передал массу полезных сведений, которые привели к бурному прогрессу сельского хозяйства и градостроительства. А с год назад местные жрецы внезапно ополчились на невесть откуда взявшегося мудреца, и потребовали, чтобы Великий Инка отдал им на расправу своего советника.
– Ты перешел им дорогу? – спросил Таввос. – Обычная история в отношениях ученого с властителями. Они сочли, что получили от тебя достаточно и что отныне уже не нуждаются в твоих услугах. Поэтому пора избавиться от слишком умного советника.
– Не только это. У меня кончились ампулы с вакциной омоложения и разрядилась батарея плазмострела. Пока я был юным богом и разил ослушников молниями, эти скоты ползали передо мной на брюхе… Надеюсь, дальнейшее понятно?
– Могу себе представить, если ты предпочел плыть через океан на маленькой лодке!
Неожиданно Код расхохотался и сказал:
– Они не знали, что у меня есть запасная батарея.
Теперь засмеялись оба троклемида. Потом Таввос Помар сообщил, что страшно устал и держится из последних сил.
– Меня утомили аборигены, – говорил он. – Когда я пытаюсь открыть им суть происходящих событий, они объявляют меня пророком, Я рассказываю им о
Вселенной и законах природы – они перевирают мои слова и дополняют ими свою религию. Я предсказываю неприятности, которые являются следствием их идиотских поступков, – они вопят, что я накликал на них всяческие беды.
– Знакомая ситуация, – кивнул Коц. – И какие у тебя намечаются неприятности?
– Все те же – войны, интриги, заговоры…
Этнограф рассказал, что лет десять назад Афины и другие мощные полисы
Эллады внезапно воспылали горячей заботой о судьбе соплеменников-греков, проживающих в Персидской империи. Подстрекаемые заморскими лазутчиками, Милет и другие эллинские города Азии подняли мятеж против власти персов. Афины послали им на подмогу войска и корабли, но были разбиты. Теперь персы один за другим берут непокорные полисы и жестоко расправляются с бунтовщиками.
– Я объяснял этим идиотам, что политики пользуются ими, как деревянными фигурками солдатиков и животных в популярной здесь игре чаттуранг. – В голосе
Таввоса прозвучали нотки отчаяния. – Но меня никто не послушался. Все кричали, что должны завоевать независимость, и тогда сразу наступит прекрасная жизнь…
А теперь меня же обвиняют, что я стал причиной их поражения.
– Сколько раз повторялась эта история на разных планетах – на Троклеме,
Годлане, Тирну… – Коц махнул ладонью, словно отгонял муху. – Виноватым всегда оказывается кто угодно, только не истинный виновник. Например, можно выпустить сто сорок ракет по столице вешша, а потом возмущаться на всю Галактику, что варвары-вешша послали в ответ вдвое большее число носителей.
Двери внезапно распахнулись, и в храм ворвались вооруженные люди.
– Персы? – Таввос удивленно поднял брови. – Уже в городе? Странно, я не слышал звуков битвы.
Вперед вышел солидный немолодой воин в богатых доспехах и презрительно сообщил, что эллины благоразумно решили открыть ворота для непобедимой армии царя Персии.
– Остается, – добавил он, – поставить последнюю точку в этом бездарном мятеже – уничтожить жреца Таввоса, главного зачинщика беспорядков. Обманутые тобой эллины честно признались, что именно ты подстрекал мирных горожан, – сказал персидский военачальник. – Солдаты, убейте колдуна во имя Ахурамазды!
– Сволочи! – рявкнул Коц, выхватывая плазмострел.
Применить оружие он не успел – оба троклемида упали, пронзенные стрелами.
Уже в агонии Коц нажал кнопку самоликвидатора, и пистолет мгновенно расплавился, превратившись в бесформенный комок металлокерамики. Нападавшие бережно уложили корону в ларец, где уже находился глобус. При этом командиры персидского отряда переговаривались между собой: дескать, реликвии будут перенесены в храм истинного бога. Потом крышка шкатулки захлопнулась, и изображение погасло.
Координатор прокомментировал:
– СОГЛАСНО ТАЙМЕРАМ КОНТАКТ-ЛУЧЕЙ, СЛЕДУЮЩИЙ ЭПИЗОД ИМЕЛ МЕСТО СПУСТЯ СТО ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ ГОДА.
… На объемной картинке была видна часть корабельной надстройки, на которой, кутаясь в плащ, беседовали двое. На заднем плане бушевал морской шторм, по небу неслись тяжелые черные тучи. Украшенный звериной фигурой нос триремы глядел на далекую полоску суши.
Диана сказала, показывая рукой на голограмму:
– Это наш берег. Смотри – Рогатая Скала.
– Похоже, – согласился Аркадий. – Наверное, это три-Рема, которую мы нашли в августе.
Между тем один из пассажиров древнегреческого корабля произнес обеспокоенным тоном:
– Посейдон разгневан. Напрасно мы выступили против царя и захватили это судно. Может быть, Олимпиада на самом деле родила Александра от самого Зевса…
Второй ответил насмешливо:
– Евдокс, ты смешон. Если Александру хочется, чтобы его считали полубогом, пусть называет себя хоть сыном Фавна и Ехидны. Но я никогда не поверю, что Зевс мог позариться на эту старую корову Олимпиаду!