Не меньше часа потратили они на тщательное наблюдение. Людей в квартире не было, подслушивающих устройств тоже, а входные двери со вчерашнего вечера никто не открывал. Обнаружив на письменном столе Кутукова компьютер, Алексей потребовал отправить его домой за какой-то дискетой.
– Ты что, играть там собрался? – вскипел Сергей. – Совсем как ребенок – увидал погремушку и забыл о всех делах!
– Нечего пузыри пускать, – огрызнулся программист. – По записям на винчестере можно многое узнать о владельце.
– Гораздо больше нам скажут записные книжки. – Майор быстро остыл, но не сдавался. – В кино следователи всегда копаются в бумагах.
– Так работали в позапрошлом веке, – просветил его Алексей. – А сейчас, если у человека есть такая машинка, то он не станет делать важные записи на бумаге.
Наконец всё и все были готовы, и мозг Станции открыл им проход. Вошли в квартиру Аркадий, Диана и Алексей. В шкафу детективы-самоучки обнаружили мужские костюмы цивильного образца, лайковую куртку, зимнюю куртку-аляску и щегольской плащ итальянской фирмы. Кроме того, здесь же хранился полный комплект обмундирования с погонами общевойскового капитана – повседневная форма, полевой камуфляж, парадно-выходной мундир. Диана со знанием дела подтвердила, что по размеру вся эта одежда как раз годится для ее бывшего приятеля.
– А мы и не сомневались, что это его хата, – проворчал Аркадий.
В ящиках письменного стола никаких серьезных бумаг не нашлось – только наброски какого-то социологического или политологического анализа о возможной реакции стран НАТО на заключение нового Союзного договора между славянскими государствами и Казахстаном с перспективами присоединения в дальнейшем других республик. Перебрав эти разрозненные листки, Аркадий собирался положить их на место, но Диана внимательно прочитала все записи до последней строчки. Дочитав последнюю страницу, она выглядела слегка обескураженной и, поразмыслив, неуверенно произнесла:
– Мальчики, это безумно интересно. Написано рукой Славика, но я не верю, что он сам мог так глубоко проникнуть в столь сложную проблему.
Ее слова покоробили Сергея, и он раздраженно крикнул из Лабиринта:
– Почему же не мог? Если он мужчина и вдобавок офицер – значит, по-твоему, обязательно тупой?
– Не в том дело… – Диана была в замешательстве. – Трудно даже объяснить, почему я так решила… Понимаете, он ставит проблему и тут же, минуя промежуточные рассуждения, сразу выдает совершенно парадоксальные выводы. – Она снова задумалась. – Я видела однажды что-то подобное, но там ребята воспользовались компьютерной программой.
– Значит, и он воспользовался, – сделал вывод Алексей. – Я же говорил, что разгадку мы найдем в этой штуке.
Он бодро нажал включатель, но компьютер оказался несговорчивым и потребовал ввести пароль. Поскольку пароля они не знали, Алексей перезагрузился, предварительно вставив системную дискету. Хотя загрузка пошла нормально, монитор остался темным. Начавший звереть программист вызвал "Нортон
Коммандер", однако чудеса продолжались – вместо синих панелей с названиями каталогов и файлов на экране появилась красочная заставка игры «Штурм Белого дома».
– Дурака валяет, зараза, – растерянно сказал Лешка. – Похоже, этот парнишка установил многоэтажную защиту против непрошеных гостей.
– Не связывайся, – отмахнулся Аркадий. – Я тут в столе дискеты нашел.
Давай лучше скопируем все записи, потом без спешки разберемся.
– Вот ты и займись этим, – огрызнулся Алексей, в котором взыграло профессиональное самолюбие. – Я надеюсь, что система выключится, если выйти из игры.
Однако поиски выхода оказались непростым делом – проклятый компьютер упорствовал, вынуждая оператора сыграть в «Штурм». Появилась новая надпись, предлагающая выбрать время и место действия из перечисленных вариантов:
Вашингтон-1811, Москва-1991, Москва-1993, Грозный-1995 – либо назвать что-нибудь свое. Чертыхнувшись, Алексей выбрал последний – по мотивам последних событий в Чечне. Обрадованный компьютер попросил назначить участвующие в операции подразделения и части, их вооружение, способ огневой поддержки и прочие глупости. Когда Леха покончил с этим заданием, окончательно обнаглевшая машина осведомилась: «На какие три буквы хотели бы Вы пойти?» Ниже перечислялись варианты: МММ, МОЛ, РОГ, НОС, XXX. В нижней строке диалоговой таблички имелось пустое место и мигал квадратик курсора, то есть можно было вписать еще какое-нибудь трехбуквенное слово. В сердцах Алексей послал компьютер подальше, набрав клавишами слово, хорошо известное по надписям на заборах. Когда он нажал клавишу ENTER, монитор моргнул и выдал новую заставку – на этот раз вредная машина советовала поиграть в «Секстрис». Плюнув с досады,
Алексей выключил системный блок, сообщив друзьям:
– Так по-хамски меня еще не кидали.
Он даже не представлял, как его кинули. Коварство программистов не знает пределов. Владелец этой квартиры, по роду своей тайной службы, был весьма предусмотрителен и предвидел возможность, что кто-либо из посторонних попытается взломать его компьютер. Поэтому, когда умную машину включили в обход пароля, немедленно проснулась защитная программа предлагавшая пользователю хитроумные тесты. На вопрос о времени и месте действия первой игры следовало отвечать «Вашингтон-2004». Поскольку Алексей ввел неправильное сочетание символов, процессор поставил перед ним следующую задачу. Адрес посыла также был назван неверно, а это означало, что в квартире находятся чужие люди, которым присутствовать здесь совершенно не положено. Заработали программы, исключающие проникновение постороннего пользователя в долговременную память, а модем перегнал на условный адрес тревожное сообщение.
Топтавшиеся в квартире Кутукова детективы-любители об этом конечно же знать не могли и продолжали беззаботно разгуливать по комнатам, заглядывая в шкафы, ящики и даже в щели между мебелью и стенами. При этом они, наученные кинематографом и детективными романами, не снимали перчаток и старались поменьше шуметь, однако на базе «Красных Стрел» уже была объявлена тревога, из ближайшего районного управления милиции к дому Кутукова выехала опергруппа, а боевой отряд отдела «хищников» в полной боевой выкладке грузился в автобус, чтобы двинуться на подмогу пропавшему накануне товарищу…
– Все, надоело, – сказал Аркадий через час после вторжения в чужое жилище. – Сестренкин приятель сработал чисто. Положите все вещи на прежнее место… Ни хрена мы здесь не найдем.
– Ты его дискеты скопировал? – спросил Алексей.
– А как же! – Физик самодовольно ухмыльнулся. – Все десять мегабайт сидят на винте моего нотбука. Пошли разбираться, чем этот Славик занимался.
Неожиданно мягко замурлыкал телефон. После шестого сигнала Диана подняла трубку и неуверенно поздоровалась. Ей ответил звонкий девичий голос:
– Ой, это кто? А где Славик, неужели еще дрыхнет?
– Его нет, – буркнула Диана. – С кем я говорю?
– А ты кто такая, чтобы меня допрашивать? Славка мне встречу назначил, я тут стою, как дура, под дождем, а у него в хате какая-то мымра ошивается!
Внезапно вынырнувший из Лабиринта Сергей вырвал из рук Дианы и положил на рычаги аппарата трубку, а затем, приложив палец к губам и очень тихо ступая, увел девушку в тоннель. Все остальные были уже на Станции. Едва они успели задраить многомерный проход, как входная дверь, слабо щелкнув, отворилась, впустив сотрудников милиции. Человек десять с автоматами на боевом взводе тщательно обыскали каждый уголок. Когда выяснилось, что никого в квартире нет, пожилой полковник, недоуменно подняв брови, доложил по телефону своему начальству: мол, только что был в квартире кто-то, однако неустановленные лица исчезли из помещения неведомым образом, не оставив следов.
– … Через дверь они мимо нас уйти не могли, окна заперты изнутри, другого выхода нет, – недоуменно жаловался милицейский начальник. – Никак нет, они были здесь. Девчонка из нашего отдела им по телефону зубы заговаривала до самой последней минуты. Они дали отбой – видать, шаги по лестнице услыхали…
Так точно, в квартире была женщина, лейтенант Плотникова лично мне докладывала: очень неприятный наглый голос – вероятно, в жизни редкостная стерва.
На Станции захихикали. Диана возмущенно заявила, что сегодня же ночью явится к этой крысе Плотниковой и выльет ей на голову пару ведер какой-нибудь гадости. На девушку зашикали, чтобы не мешала слушать, однако ничего интересного в квартире Кутукова больше не происходило. Оборудовав комнаты и коридор замаскированными микрофонами, опергруппа удалилась. Наблюдение за милицейскими машинами новой информации не принесло – все ярко раскрашенные машины вернулись в гараж районного управления и вскоре отправились на очередное задание.
– Подведем итоги, – сказал Аркадий. – Что мы узнали? По-моему, выходит так, будто дружок нашей сестренки по-прежнему работает на правительство. Иначе приехали бы не «мусора», а «Красные Стрелы» или «быки» из мафии.
– Необязательно, хотя и очень может быть, – проворчал Сергей. – Вы уже выяснили, что было у него на дискетах?
Алексей торжественно раскрыл чемоданчик нотбука – портативного компьютера.
Раздвинув складной экран, он нашел директорию, в которую Аркадий скопировал содержимое кутуковских дискет. Все файлы оказались самораспаковывающимися, что должно было облегчить работу. Нажав соответствующие клавиши, Леха попытался привести эти записи в читабельный вид, но результат оказался неожиданным и обескураживающим. Из памяти нотбука вдруг исчезла вся информация, включая операционную систему и самые любимые игры Алексея, а на мониторе засветилось издевательски-матерное нравоучение, напоминавшее, что совать нос в чужие документы – неприлично.
Аркадий изумленно выдохнул:
– Он и это предусмотрел?! Ну, сестренка, твой приятель – большой оригинал!
– Вы еще не знаете, какой это зануда. – Диана отвернулась, пряча глаза. -
Хуже вас четверых, вместе взятых.
Видно было, что с тем парнем ее связывают сложные воспоминания, поэтому разговор продолжать не стали. По сообщению Координатора, здоровье Кутукова шло на поправку. Роботы госпиталя полагали, что офицер придет в сознание послезавтра.
– А чем мы займемся завтра? – осведомился охочий до работы Николай. – Я до обеда совершенно свободен. Потом меня семейная жизнь замотает.
– Я буду свободен до ужина, – хохотнул Сергей. – Потом у меня начнется личная жизнь.
Они решили посетить планету Смоувлен, на которой их давно уже ждал полный комплект контакт-ключей.
Жители этой планеты были похожи на больших летучих мышей или птеродактилей
– удлиненные черепа, огромные перепончатые крылья с маленькими, но очень сильными руками на верхнем заострении. Еще они отдаленно напоминали Бэтмена из знаменитой серии комиксов и кинофильмов, поэтому люди назвали аборигенов
Смоувлена «бэтменидами». В плотной атмосфере и низкой гравитации родного мира эти существа летали как птицы, переговаривались ультразвуком и строили высокие ажурные дома практически без улиц, отчего их города напоминали пчелиные соты. Бэтмениды уже открыли электричество и научились пользоваться энергией пара. Общественного транспорта здесь практически не создавали – на близкие расстояния аборигены добирались на собственных крыльях. Техническую картину этого мира дополняли морские корабли – парусники и пароходы, а также поезда и дирижабли, курсировавшие между крупными населенными центрами.
Вводную лекцию станционного мозга Сергей слушал невнимательно – майору хватало собственных проблем. Позавчера, когда они виделись в последний раз,
Элли неожиданно объявила, что собирается замуж за своего спонсора, который совершенно обезумел от страсти, обещает купить ей «мерседес» и квартиру в престижном районе Москвы, завалить золотом и бриллиантами, устроить съемки грандиозной серии видеоклипов, а также турне по лучшим концертным площадкам обоих полушарий, выпустить компакт-диск с ее песнями и еще много других чудес.
Все это звучало прекрасно, и он искренне порадовался за свою подружку. Однако имелась и оборотная сторона – Элли сказала, что отныне она, как порядочная женщина, больше не может встречаться с любовником… Мозг Станции Смоувлен продолжал рассказывать, как три тысячи лет назад экспедиция троклемидов сосредоточила основные усилия на изучении могущественного полиса – города-государства на большом острове в проливе между двумя континентами. В те древние времена армии островитян покорили и держали в повиновении обширные пространства на обоих берегах пролива. Когда через много веков после Катастрофы вновь заработали агрегаты Станции, корона и глобус хранились в сокровищнице императорского дворца, но сама держава переживала период упадка. С тех пор империя еще не раз набирала силу и вновь распространяла власть и террор на соседние страны, но сейчас приближался крах. В центральной части восточного материка родился и окреп новый союз народов, харизматический вождь которых двинул полчища крылатых на владения островитян. Проиграв несколько грандиозных сражений, империя лишилась почти всех колоний на востоке, и армии континенталов вышли к берегам пролива, оставив в глубоком тылу окруженные и деморализованные войска императора. Наемники и колониальные части в массовом порядке переметнулись на сторону удачливых завоевателей, на западном континенте также разгорались освободительно-повстанческие выступления. В довершение всех прочих бед, взбунтовалось простонародье в столице метрополии.
Диана совершенно забыла о целях предстоящей вылазки и восторженно следила за бурным течением митинга. Десятки тысяч бэтменидов густо облепили кружевные башни домов, уступами окружавших центральную площадь перед императорским дворцом. Уже бежала из города семья монарха, уже получили свободу политические узники, уже были сформированы первые полки и бригады революционной гвардии.
Имена аборигенов, в их ультразвуковом произношении, не поддавались переводу, поэтому руководителя восставших земляне называли просто Вождь.
Огромный, колоритный, с седыми бакенбардами и перебинтованным правым крылом, он экспромтом произносил длинную зажигательную речь, призывая собратьев сплотиться и дать отпор карателям, банды которых сколачивает на севере острова предавший народ кровавый правитель. Вождь поведал, что материковые лидеры приостановили победоносное наступление своих войск и даже позволили разгромленным соединениям императорской армии вернуться в метрополию. Проклятые буржуи надеются таким образом задушить революцию, чтобы пламя освободительной борьбы не перекинулось на угнетенные массы континента.
– Грязным замыслам эксплуататоров не суждено стать реальностью! – торжествующе выкрикивал Вождь в микрофон громкоговорителя, и каждое слово площадь встречала торжествующим ревом. – Два корпуса в полном составе перешли на сторону свободного народа! Завтра в гавань войдут корабли революционного флота, и тогда мы будем непобедимы. Наша задача – выстоять этот вечер, эту ночь и это утро! Поэтому, братья и сестры, я зову на позиции всех, кто умеет держать оружие. Друзья! Сегодня вечером банды кронпринца попытаются овладеть городом.
Если мы победим – обретем свободу, если потерпим поражение – дети наши и внуки будут жить под ярмом тиранов!
Прямо на площади назначенные революцией командиры сколачивали отряды, которые немедленно отправлялись в бой. Вождь и его военачальники концентрировали главные силы в двух десятках километров севернее столицы.
Общенародное воодушевление потрясало – простые бэтмениды действительно были готовы пожертвовать собой ради обещанной революционерами новой жизни.
А на других объемных изображениях люди могли наблюдать завязку боя на дальних подступах к столице, где схлестнулись два многочисленных войска.
Проносясь над полями и рощами, бэтмениды ожесточенно палили из четырехствольных пистолетов и рубились длинными тонкими шпагами. Более тяжелое оружие в полет не брали – тонкие крылья аборигенов не в силах были поднять слишком тяжелый груз.
Мало-помалу чаша успеха склонялась на сторону имперцев, которые были лучше вооружены и дисциплинированны, а их командиры по тактическому мастерству далеко превосходили вчерашних унтер-офицеров, возглавлявших наспех сколоченные городские дружины.
– Если так пойдет дальше, то сегодня ночью в столице случится большая резня, – сочувственно сказал Сергей. – Ладно, ребятишки, нас это не касается… Заберем контакт-ключи и забудем о планете крылатых.
По его хмурому виду друзья поняли, что подобный исход не слишком устраивает командира, но вмешиваться в чужую войну никому не хотелось. Правда,
Алексей робко предложил перекинуть на Смоувлен зенитную установку вроде «Шилки» или «Тунгуски» и потрепать плотным огнем с поверхности армию монархистов.
Аркадий скептически осведомился, умеет ли кто-нибудь из присутствующих управлять «Шилкой». Таковых не нашлось, и Диана грустно сказала:
– Это очень печально, мальчики. Наверное, многие часто думали, как и я, над такими вопросами – возможны ли революции удачные, но не жестокие? Сколько раз мы гадали: что случилось бы в случае победы коммунаров Парижа или в случае, если бы гражданская война у нас в России оказалась не столь кровавой… И вот сейчас у нас на глазах погибнет очередное движение угнетенных, а торжествующие роялисты будут вешать и расстреливать побежденных ремесленников и мелких торговцев. И еще на одной планете история обогатится эпохой террора, надолго отравив массовое сознание бациллами классовой ненависти.
– Действительно, это похоже на Парижскую коммуну, – согласился Аркадий.
– Но что мы можем изменить? Сопрем с какой-нибудь военной базы вертолет, перебросим в этот мир и устроим очередную бойню?
– Зачем вертолет? – перебил его Николай. – Можно использовать авиетки троклемидов.
– На авиетках нет оружия, – напомнил физик. Сергей раздраженно повысил голос:
– Вертолетом мы тоже управлять не умеем. То есть я смогу кое-как взлететь, сделать пару кругов, а потом приземлиться, но вести настоящий воздушный бой – выше моих способностей… Так что кончайте эту болтовню. – Он встал. – Мозг Станции, отправь меня в дворцовое помещение, где находятся контакт-ключи.
– ВЫ ДОЛЖНЫ ОБЛАЧИТЬСЯ В СКАФАНДР И ПЕРЕЙТИ В ШЛЮЗ, – потребовал робот.
Вынужденная задержка еще сильнее попортила майору и без того паршивое настроение. Сергей, Диана и Аркадий нацепили жесткие костюмы, которые должны были защитить землян от чудовищного давления местной атмосферы. Однако на планету отправился только майор – остальные страховали его, оставаясь в
Лабиринте.
Слава Богу, хоть сила тяжести оказалась здесь почти вдвое меньше земной, иначе он не смог бы пересечь эту просторную комнату. Кабинет императора был трехэтажным, причем ярусы разделялись не привычными для людей сплошными перекрытиями, а горизонтальными решетками. Бэтмениды легко разгуливали по ним, цепляясь за толстые прутья своими когтистыми, как у птиц, нижними конечностями, однако человеку, да еще в скафандре, было весьма неудобно передвигаться по этим жердочкам шириной всего в три пальца.
Мысленно проклиная Лабиринт, Координатора, троклемидов с их идиотскими коронами, эту планету вместе с ее летучим народцем и даже самого себя – за то, что впутался в эту авантюру, Сергей буквально на корточках полз к шкафу, где хранились реликвии троклемидской экспедиции. До цели оставалось каких-нибудь несчастных три-четыре метра, когда у майора сорвалась нога, и он повис на руках. С трудом подтянувшись, Сергей сел на скрещение стержней решетки и принялся ругаться вслух.
– Успокойся, брательник, – посоветовал Аркадий. – Хочешь, я подойду к тебе?
– На хрен вы мне здесь нужны.
Сергей собирался выразить еще много разных мыслей но вдруг умолк, не обращая внимания на подбадривающую болтовню друзей. Затем вполголоса обозвал себя и остальных тупицами – второй месяц знакомы с тех никой Лабиринта, но так и не научились грамотно пользоваться снаряжением. Включив антигравитационный, пояс, он плавно нарастил напряженность поля, пока не завис на высоте дециметра над решеткой. После этого майор запустил на малую тягу ранцевый двигатель и медленно полетел к шкафу.
– Гениально! – промурлыкал в наушниках восхищенный голос Дианы. – Где раньше были наши мозги…
Затормозив возле монументальной коробки из темно-желтого полированного дерева, Сергей потянул на себя ручку дверцы. Шкаф оказался заперт, а взломать стальной замок ножом не удалось.
– Сейчас помогу, – весело сказал Аркадий.
Выход многомерного тоннеля ярко выделялся в полумраке комнаты – светящийся квадрат, окаймленный пылающей алой рамкой. Внезапно контур входа приблизился вплотную к шкафу, где хранились реликвии. Не покидая Лабиринта, физик умело поддел ломиком дверную створку. Они забрали корону и глобус, после чего Сергей сказал сокрушенно:
– Как просто. Мы же можем выходить прямо в нужную точку, а я тащился через всю комнату!
– В следующий раз будем умнее, – беспечно отозвался Аркадий.
Он положил контакт-ключи на пол шлюза и протянул руку, чтобы помочь Сергею вернуться на Станцию. В тот же момент за спиной майора послышался стук открываемой двери и захлопали крылья. Обернувшись, он увидел, как в комнату стремительно влетел – даже не влетел, а ворвался – Вождь. Когда факел в руке бэтменида осветил фигуру человека, оба замерли, настороженно друг друга разглядывая. Преодолев первое замешательство, Вождь медленно приблизился к незнакомому созданию другого мира, не отводя ладони от рукоятки висевшего на поясе пистолета.
– Кто вы такой? – Вопрос прозвучал негромко, но бесстрашно. – Я никогда не верил в богов, демонов и прочую сверхъестественную чушь. Не поверю и сейчас.
– А в жизнь на других планетах верите? – буркнул Сергей.
– Другие планеты? Но как вы к нам добрались? Ученые уверяют, что между небесными шарами нет воздуха, а в пустоте летать невозможно.
– Кроме ваших крыльев есть еще и техника. Вы уже умеете строить… -
Майор собирался сказать про дирижабли и аэростаты, но не знал, найдется ли адекватный перевод этих терминов на язык бэтменидов. – Умеете строить машины, которые летают быстрее и выше, чем самый сильный житель планеты. Потом появятся другие механизмы, которые будут летать еще выше и дальше. Так постепенно, шаг за шагом, мы добрались до ближайших планет своего солнца. Когда-нибудь научитесь и вы.
– Приятно слышать. – Вождь присел на решетку – А зачем вы прилетели к нам?
– Были дела. Скоро уйдем, не будем вам мешать.
Майор хотел вернуться в Лабиринт, но почему-то не торопился выполнять свое намерение. Этот бэтменид был ему симпатичен. Сергей видел, что Вождь буквально изнемогает под бременем чудовищной ответственности за судьбу древней державы.
Из отчета роботов человек знал, что народ острова безоговорочно верит новому правителю – Вождь завоевал это доверие многолетней борьбой за свободу простых тружеников, против гнета выродившейся аристократии. А впереди был ночной штурм столицы, в котором вымуштрованные банды наемников и офицерские легионы почти наверняка одержат победу.
И хотя Сергей не собирался вмешиваться в течение исторических процессов этой крылато-ультразвуковой расы, он все-таки сказал – неожиданно для самого себя:
– Враг смял ваш авангард. Они будут в городе еще до наступления темноты.
– Мне об этом еще не докладывали! – вскинулся Вождь.
– Связные не успели долететь.
Сергей приказал мозгу Станции показать голографическую панораму сражения.
Изучив обстановку, бэтменид медленно проговорил дрогнувшим голосом:
– Да, мы разбиты… Но это еще не катастрофа. Аристократам понадобится некоторое время, чтобы подтянуть главные силы и летающие машины… Подождите немного.
Взмахнув крыльями, он подлетел к двери и вышел из комнаты. Вернувшись через несколько минут, Вождь сказал:
– Я отдал необходимые распоряжения. Теперь мы точно знаем, когда и с какого направления они будут атаковать. Ополченцы успеют расставить на позициях артиллерию, и монархисты умоются кровью.
В душе отставного майора проснулся профессиональный интерес, и он стал задавать вопросы. Обменявшись мнениями с правителем революционной столицы,
Сергей пришел к выводу, что исход сражения все еще не определен. Армия кронпринца была слишком сильна, а у восставших было слишком мало опытных канониров. В таких случаях победу могло принести только грамотное тактическое решение.
– Победителем станет тот, кто первым укрепится на этой горе и разместит артиллерию на ее вершине. Если успеете опередить противника – ваши пушки еще на подходе разорвут в клочья их армию. Если они будут действовать быстрее – огонь аристократов сметет всю оборону и северные кварталы города.
Вождь внимательно рассматривал трехмерную картину, потом признал правоту гостя и, снова выбежав из кабинета, приказал двинуть весь резерв в сторону горы. Было слышно, как помощники сетуют, что к этой возвышенности не проложено железнодорожных веток, а гужевой транспорт будет слишком долго тянуться по размокшим после трехдневного дождя грунтовым дорогам.
Воротившись, бэтменид печально сказал:
– У нас мало толковых военачальников, почти все генералы остались на стороне императора… Но это и не важно. Я очень благодарен вам за дельный совет, сами бы мы не додумались. Мои командиры научились отлично воевать в городе против полиции, но настоящий бой против регулярной армии – это ведь совсем другое дело… – Он странно скривил лицо, – вероятно, так выглядели улыбки бэтменидов, – и спросил: – Вы уже уходите?
Срочных дел у Сергея не намечалось, поэтому он ответил, что может немного подождать развития событий. Вождь уже привык к голографическому изображению и даже попросил изменить масштаб и ракурс. На панораме отряды революционной гвардии, отлетев поближе к городу, готовились встретить новую атаку врага. От столицы в сторону господствовавшей над местностью горы потянулись отряды воздушной пехоты, а по сухопутной дороге двинулись грузные повозки артиллерийской колонны. Грязь страшно тормозила их движение, но главная беда заключалась даже не в этом – с севера быстро приближалась эскадра дирижаблей, перевозившая солдат и орудия. Сергей прикинул в уме, что революционеры и дирижабли монархистов достигнут района горы одновременно, однако воздушные машины имели явный огневой перевес. Было несомненно, что ревгвардия не успеет подготовить пушки к стрельбе и авиация уничтожит их выстрелами с недосягаемых высот.
– Послушайте, – заговорил вдруг Вождь. – Как вы думаете, не напрасно ли все, что мы делаем? Я изучал историю, но не помню случая, когда простонародью удавалось удержать власть. Больше двух тысяч лет назад восставшие рабы захватили почти всю метрополию, однако на четвертый год имперские войска раздавили их армию. Каждого третьего повстанца тогда сожгли, а остальным оборвали крылья. Двести лет назад была великая крестьянская война – опять победили аристократы. Чего же ждать на этот раз?
– Это зависит только от вас… – Сергей внезапно передумал читать ему лекцию по азам политического ликбеза. – Вот что, дружище, у меня наметились кое-какие неотложные дела. А пока с вами поговорит моя сестренка.
Перед потрясенным бэтменидом распахнулся выход гипертоннеля, и в кабинет впорхнула Диана. Пока майор комплектовал и инструктировал ударно-штурмовой отряд, девушка в сжатом виде перечислила Вождю основные проблемы и характерные ошибки начального этапа революции. Она объяснила, как важно умерить размах и жестокость террора, чтобы избежать раскалывающего нацию озлобления. Поведала, что одной лишь преданности революционным идеям недостаточно для назначения товарища по борьбе на важный пост – необходимо еще знание того дела, которым ему предстоит руководить. Предупредила о страшном соблазне решать идеологические разногласия в собственных рядах путем репрессий, безжалостно истребляя несогласных с мнением вождей, а тем более – единоличного
Вождя-диктатора. Диана как раз переходила к вопросу о собственности, когда мужчины покинули шлюз Станции.
– Особенно стараться или на рожон лезть мы не будем, – сразу заявил
Сергей. – Главная наша задача – задержать их на часок, а там гвардейцы сами управятся.
– Верно мыслишь, братишка, – поддержал командира Аркадий. – Аборигены должны поверить, что победа завоевана их собственными стараниями, а не дарована сверхъестественными силами.
Они висели в сотне метров над закругленной вершиной горы. Прямо на них шли четырьмя колоннами дирижабли, чуть ниже плотным строем летели каратели кронпринца. Окружив себя сферами силовых полей, люди устремились навстречу армии монархистов.
Приблизившись, они разглядели, что на сетках, обтягивающих газовые баллоны воздушных машин, висят десятки вооруженных бэтменидов, а из гондол хищно выглядывают орудийные стволы. По огневой мощи это соединение втрое превосходило силы защитников столицы.
– Начали, что ли… – заметно волнуясь, сказал Алексей.
Прибавив скорости, они ворвались в строй летающих машин. Силовые щиты троклемидов имели одностороннюю проницаемость: отражали твердые предметы и потоки излучения, выпущенные снаружи, но беспрепятственно пропускали почти любые виды материи в обратном направлении. Для начала Сергей нацелил пистолет-плазмострел на головной дирижабль и нажал спуск. Раскаленная струя разодрала огромную сигару баллона и подожгла заполнявший отсеки водород.
Пылающий воздушный корабль рухнул на лесную чащу.
Еще несколько удачных выстрелов – и четкий строй атакующих колонн сломался. Внизу, на поверхности Смоувлена, полыхали сбитые машины. Экипажи дирижаблей открыли беспорядочный огонь из всех орудий, умудрившись при этом поразить еще несколько своих же кораблей. А люди тем временем сбросили высоту и расстреливали крылатую пехоту. Бэтмениды ожесточенно палили в ответ, но их слабенькие многоствольные пистолеты не способны были пробить субстанцию защитного поля. Рассеяв и обратив в бегство стрелковые части карателей, земляне вновь взмыли на полкилометра и повторно обрушились на эскадру воздушных машин.
Один за другим дирижабли вспыхивали и взрывались, а затем падали на лес горящими комками.
Не выдержав натиска, эскадра отпрянула. Неожиданно на одном из кораблей замигали вспышки сигнального фонаря. Подчиняясь приказу флагмана, дирижабли перестроились в изогнутую полумесяцем линию и возобновили продвижение к горной вершине. Они наступали малым ходом, расчищая себе путь синхронными залпами бортовых пушек. Картечь красиво сгорала в силовых полях не ближе пяти – восьми метров от людей. Затем три корабля зажали Сергея с разных строи, а еще два неожиданно вышли с тыла. Услыхав за спиной шум пропеллеров, май-' ор успел повернуться и был оглушен и ослеплен вспышками близких выстрелов. Один из снарядов мчался, казалось, точно ему в голову. Энергия силовой защиты тормозила начиненное смертью ядро, которое летело все медленнее, постепенно раскаляясь.