– Серега, ты действительно веришь, что мы сумеем прекратить их вражду?
Майор пожал плечами и тихо ответил:
– А что нам еще остается? Не миротворческие же силы туда посылать… Да и мало пользы от таких миротворцев – вспомни, как они лажанулись в Карабахе,
Абхазии, Сомали, Боснии… Может, хоть слово божье подействует.
Алексей проговорил вполголоса:
– Блажен, кто верует.
Фамильное поместье князей Ромодановских было оцеплено двойным кольцом охраны. Внешнюю стражу держали сотрудники частных сыскных и охранных агентств, а непосредственно на территории вокруг большого дворца заняли позицию боевики криминальных группировок. После шести вечера сюда потянулись колонны
«мерседесов», БМВ, «кадиллаков», «понтиаков», «бентли». Дорогих гостей встречали метров за сто от дворца и препровождали пешим ходом в княжеские палаты, где их слух и взор ублажали самые именитые эстрадные звезды. Автомобили отгоняли на стоянку, расположенную в дальнем конце поместья.
По оценке Сергея, паханы мафии обеспечили свой слет плотной обороной на ширину порядка двух-трех километров. За пределами этого защитного пояса дежурили несколько машин автоинспекции, а в соседнем лесочке укрылись автобусы, в которых дремали бойцы ОМОНа. Впрочем, майор плохо представлял себе, для чего сюда прибыли эти стражи порядка. В милицейской охране паханы не нуждались, поскольку их собственных «солдат» имелось более чем достаточно. Если же руководство правоохранительных органов намеревалось арестовать или перебить верхушку преступного мира СНГ, то для этой задачи наличных сил явно не хватило бы – чтобы нейтрализовать полтысячи боевиков, нужно было бросить в бой полнокровную дивизию внутренних войск с вертолетами и бронетехникой…
Сергей провел видеоканалы по этажам дворца. Вооруженные люди были расставлены буквально на каждом повороте коридоров. Особенно плотно охранялись двери залов и кабинетов, в которых отдыхали или беседовали «крестные отцы».
Конечно, со Станции можно было выйти в любую точку монументального здания, но не имелось ни единого шанса остаться при этом незамеченными. Меры безопасности были продуманы в высшей степени тщательно и профессионально.
– Откроем проход на секунду где-нибудь в неприметном месте, – предложил
Алексей. – Например, под самым потолком, куда никто не смотрит.
– И начнем палить вниз из всех стволов, – подхватил понятливый Аркадий. -
Всех бандитов, естественно, не уложим, но прикончим очень многих.
Подумав, Сергей согласился, что такой план приведет к гибели некоторого количества главарей. При этом должна вспыхнуть паника, бандиты побегут из зала, начнется давка. В этот момент можно будет вывести тоннели телепортации в коридор и косить толпу длинными очередями. Еще он решил, что очень хороший эффект даст применение химических боеприпасов. Если сбросить из-под потолка слезоточивые заряды, это усилит неразбериху и облегчит истребление.
– Где ты раздобудешь столько химии? – Диана, как обычно, нервничала перед боевой операцией.
– Да вот они, давно уже тут…
Сергей показал на аккуратный штабель спецсредств. Прояснив этот вопрос, майор начал действовать. Гиперканал выдвинулся на участок под корпусом шикарного лимузина, занимавшего место на стоянке усадьбы, и Сергей аккуратно прилепил магнитную мину к днищу машины. Затем они тем же способом оборудовали радиоуправляемыми фугасами еще дюжину автомобилей. После этого Диана получила строжайший приказ: если мужчины не вернутся из вылазки, послать сигнал, когда бандиты будут разъезжаться после совещания.
– А теперь пора отправляться на место действия. – Волнение передалось даже обычно хладнокровному Аркадию. – Может быть, они уже начинают.
В каминном зале, стены которого украшали лепнина, позолота, гобелены и картины в тяжелых рамах, собралось человек двадцать. Разбившись на кучки, они мирно беседовали. Перемещая видеоканал от группы к группе, люди на Станции слушали обрывки разговоров.
Толстяк средних лет спросил:
– Автандил, кого ждем?
– Бархат должен подъехать. И может быть, Парафин.
– Хрен вам Парафин приедет. Эта сволочь стесняется нашего общества.
Оба понимающе посмеялись и стали обсуждать поставку в Чечню больших партий оружия и строительных материалов в обмен на наркотики из Пакистана. В другой группе поминали Аввакума. «Авторитет», которого окружающие называли Тихоном, рассказывал:
– Мои люди там были. Говорят, страшную картину увидели. Менты потом экспертизу сделали – получается, что стреляли из шести-семи стволов. А чуть погодя из такого же автомата замочили тех, которые по приказу Парафина трясли
Артура.
– Артура-то за что?! – Сухощавый человечек со свирепым лицом яростно взмахнул кулаком. – Парафин совсем озверел, по головам к власти идет! Нет, пусть только появится – мы с ним крепко потолкуем.
– Ты, Верховой, другое скажи, – прервал его Тихон. – Что это за американский автомат?
– «Ингрэм»? Страшная штука. – Верховой с сомнением покачал головой. -
Маленькая машинка, но мощная и скорострельная. Такие автоматы чаще в кино встречаются, чем в наших краях, потому как ЦРУ штампует их только для своего спецназа. Ой, не верится мне, что у раздолбая Черепа «Ингрэм» был. Даже у моих киллеров такой игрушки нет.
– Да, нескладно получается, – согласился Тихон. – Выходит, что Макар стрелял в Артура и некоторых своих, Череп и Самокат замочили Макара… Что-то не вяжется… О, гляди-ка, Хачик и Мамед прибыли.
К ним подошли, широко улыбаясь, два кавказца. Начались приветствия с бурными объятиями. Верховой проговорил угрожающе, сделав свое страшное лицо еще страшнее:
– А ну, катитесь отсыдова! Чего доброго, устроите здесь карабахские разборки!
Сказав это, он захохотал первым, и к его смеху подобострастно присоединились остальные. А южные гости весело ответили: дескать, во время войны только дураки убивают друг друга, а умным людям война нужна, чтобы большие деньги делать. Они еще напомнили, как два года назад в Ереване хоронили знаменитого вора в законе Рафика по кликухе Сво. Когда гроб с останками этого императора всесоюзного преступного мира привезли из московского СИЗО, в столицу
Армении съехались все «авторитеты», а бакинские друзья ради такого случая разблокировали железную дорогу и через линию фронта пригнали эшелон цистерн с мазутом.
– Слушай, мамой клянусь, три дня подряд в Ереване свет горел, – говорил
Хачик, делая большие глаза. – Это сейчас у них в Баку дела чуть хуже стали.
– Да, слыхал я, что зверствует ваш президент, – заметил Верховой. -
Неужели не можете укротить?
Сокрушенно хлопнув себя по ляжке, Мамед ответил возмущенным голосом:
– Не получается, да! Он никого не уважает, даже воров в законе не признает – Бахтияра в тюрьму посадил, Сад-раддина посадил… Я с ним полчаса говорил, у меня потом ноги дрожали. Глаза у него – как у змеи, зрачки блестят, как будто стеклянные.
Собеседники сочувствовали южному коллеге и в самых лестных выражениях отзывались о Садраддине. Потом их разговор снова вернулся к похоронам
Рафика-Сво – именно тогда был «коронован» Аввакум. Как-то незаметно беседа перетекла в новое русло: о преемнике убитого в Епифаньевой Пустыни главаря.
– Кого выбирать собираетесь? – прямо спросил Хачик. – Кто Аввакума заменит?
– Аввакума заменить трудно, – уклончиво ответил Верховой. – Святой был человек, царствие ему небесное. Таких земля раз в сотню лет рожает.
Кто-то из вновь подошедших сказал:
– Да уж, десяток пуль в него всадили, всю грудь слева разворотили, а он еще живой был.
– У него ж сердце было на правой стороне, – рассмеялся Тихон и добавил:
– Любил он этим хвастать.
– Вот и я говорю – особенный был человек, – веско повторил Верховой. -
Так что решаете?
Сначала Тихон, затем остальные сказали, что хотели бы видеть на воровском троне Верхового. Однако при этом все они уклончиво намекали, что имеющий немало сторонников Бархат тоже намерен предъявить свои претензии на высшую власть. А еще существовала такая влиятельная фигура, как Парафин с его боевиками и киллерами. Раздраженный подобными оговорками Верховой резко возразил: мол,
Бархат и Парафин – преступники нового, бесчеловечного поколения, не почитающие воровских законов. Его страстную речь прервали голоса, возвестившие, что прибыл
Бархат.
Многие из собравшихся – особенно те, которые демонстративно сторонились
Верхового и его компании, – подошли к огромным окнам зала и махали руками, приветствуя своего главаря. У дворцовых ворот заиграл оркестр, а невидимый сверху певец, начисто лишенный вокального дара, затянул:
Господа киллера,
Перестаньте друг друга мочить,
Мы же все заодно
И великое делаем дело…
Бархат был уже совсем близко, но внезапно упал на колени. На груди и спине его белоснежного пиджака расплывались пятна крови. Затем верхняя часть его черепа разлетелась вдребезги, и бездыханное тело скрючилось на плитках парковой дорожки. Со всех сторон к трупу сбегались охранники.
– Кто стрелял? – в один голос спросили Тихон во дворце и Аркадий на
Станции.
– Издалека били, даже выстрелов не слышно. – Сергей ободряюще причмокнул.
– Красиво сделано. Узнаю почерк «Красных Стрел».
Дальнейшие события разворачивались вопреки его ожиданиям. Рассчитывая, что после убийства Бархата начнется суматоха и перепуганные паханы ринутся, толкаясь, в коридор под выстрелы из Лабиринта, майор сильно недооценил противника. Этих преступников не напрасно звали «организованными». Верховой сориентировался мгновенно и властно скомандовал:
– Всем отойти от окон, закрыть ставни!
По его приказу каминный зал мгновенно заполнили вооруженные автоматами
«быки» и заняли позиции у закрытых окон. Затем Верховой переговорил по радиотелефону с внешней охраной и сообщил остальным:
– Бархат готов. Две пули в сердце, третья – в голову. От башки только яйцо всмятку осталось. Ничего, придет время – узнаем, кто стрелял.
– Поклянись, что не твоих рук дело, – потребовал Автандил.
– Сука буду через Батарский семафор!!!
Верховой дал еще кучу столь же загадочных заверений собственной невиновности, чем полностью успокоил подозрения окружающих. Когда все вроде бы смирились со случившимся, Хачик обеспокоенно осведомился: дескать, не будет ли разумнее переехать в более надежное место, где не стреляют.
– Надежнее места не найти, – твердо ответил Верховой. – Вокруг везде наша братва. Давайте дело править.
Верный Тихон с готовностью подхватил: мол, Бархата уже нет в живых,
Парафин побрезговал явиться, да и вообще эта генеральская рожа – тварь дюже ненадежная. Тихон подозревал, что именно Парафин приложил руку к убийствам последних дней. Поэтому, продолжал бандит, остался только один кандидат, за которого и предложено было голосовать.
Бандитские вожаки один за другим подходили к Верховому, низко кланялись, целовали руку и клялись верно служить новому главарю. Тот, в свою очередь, давал слово править по справедливости, ни на шаг не отступая от святых законов воровской братвы. Воздержавшихся или проголосовавших против безальтернативного кандидата не оказалось. Когда церемония завершилась, Верховой заявил:
– Перво-наперво надо разобраться, какая падла поубивала наших дружков-приятелей: Арчила, Аввакума, Тулупа, Бархата, Харитона и Секача.
Известие о смерти двух последних оказалось приятным сюрпризом для Сергея и остальных зрителей в Лабиринте. Пока на Станции смаковали эту новость, Тихон доложил собранию:
– Пока выяснили наверняка, что Лобана с Буфетом взорвали люди Секача, то есть братва Бархата…
– Кто взрывал-то? – быстро уточнил Верховой.
– Бомбу подкладывал Лютый, известный киллер. В тот же день самого Лютого убрал Абрек по приказу Харитона. А назавтра снайпер замочил Секача и Харитона.
Ментовская экспертиза показала, что обоих сняли из одной и той же винтовки.
Абрека найти не удалось. Говорят, в Швейцарии отдыхает.
Наступило молчание. Все напряженно ждали, что скажет новый главарь. После затянувшейся паузы Верховой изрек:
– Мне, братва, так кажется… Кое-кого убрали Харитон, Бархат и Парафин, чтобы расчистить дорожку к месту, свободному после Аввакума. Но других мочили
«стволы» не из нашего круга. Кто-то крепко охотился за «общаком» – у Арчила и
Аввакума взяли номера счетов. И они же, как я разумею, сдали американцам
Китайца. Кто не согласен?
– Похоже на правду, – согласился Автандил. – Надо этих гаденышей найти и кебаб из них сделать…
Сергей распорядился, чтобы команда готовилась начинать операцию. Майор и
Николай с Дианой, лучшие стрелки среди штатских, разобрали «Валы», тогда как хреновые снайперы Лешка и Аркадий приготовились швырять газовые гранаты.
Осколочные боеприпасы решили не применять, чтобы не разгромить дворец – национальное достояние все-таки.
Однако этот план также сорвался.
Из коридора донесся гул возбужденных голосов. Верховой справился по рации, в чем там дело, выслушал ответ и потребовал, чтобы тащили сюда. Потом сообщил остальным, потирая руки с очень довольным видом:
– Взяли кого-то из чужих… Вроде «жучки» устанавливал.
Выход видеоканала был уже поднят к люстре, поэтому сидевшая на Станции команда наблюдала последовавшую сцену сверху, так что их взорам предстали не столько лица, сколько плечи и затылки. Дверь распахнулась, и «быки» ввели кого-то, заломив пленнику руки за спину.
Сергей приказал:
– Цельтесь поаккуратнее, чтобы не зацепить этого парня. Разделим главные мишени…
Он быстро раздал задания – кому в кого стрелять, взяв на себя Верхового.
Между тем главный «авторитет» СНГовских группировок неторопливо подошел к пленному и принялся задавать обычные в подобных случаях вопросы: кто, мол, таков и какая сука тебя подослала. Сергей вполголоса приказал приспустить точку выхода до четырех метров и открыл тоннель.
Первую очередь майор выпустил почти навскидку, но пули легли именно там, куда он целился, – вскинув руки, Верховой рухнул под ноги одетого в камуфляж пленника. Диана стреляла короткими и очень неуверенно, однако Тихона уложила со второй попытки и потом еще раз попала уже в лежащего. Кузены, напротив, буквально хлестали по всему залу длинными очередями и, прежде чем у них разрядились магазины, выкосили уйму блатного народа, включая Автандила и остальных закавказских представителей. Ровно через двадцать секунд мозг Станции затворил проход, оставив лишь видеоканал.
Выстрелы были практически неслышными, вверх почти никто из бандитов не глазел, поэтому нападавшие остались незамеченными. Для тех, кто сейчас суетился в каминном зале дворца, происшествие должно было представляться совершенно мистическим. Присутствующие озирались, ощетинясь оружейным многоствольем и беспрерывно орали, требуя объяснений. Про пленного в этой кутерьме почти забыли. Пользуясь общим замешательством вражеского стана, Сергей ухитрился установить в дальних концах коридора стационарные светозвуковые гранаты
«Пламя», которые грохотали и сверкали еще страшнее, чем опробованная в заокеанском арсенале «Заря».
Когда сработали шумовые гранаты, все взгляды невольно обратились к дверям, через которые прорвался этот страшный, за две сотни децибеллов, акустический удар. В этот момент увешанный оружием Сергей проскользнул в каминный зал сквозь открывшийся на мгновение тоннель телепортации. Бесцеремонно расталкивая бандитов, майор по-хозяйски приблизился вплотную к пленному и в упор расстрелял державших его «быков», после чего сунул парню в руку тяжелый автоматический пистолет Сечкина и два запасных магазина. Затем, обернувшись к толпе, сгрудившейся над трупом Верхового, он поднял свой «Хеклер-и-Кох». Придавив до упора спусковой крючок, майор дважды провел стволом на уровне груди – справа налево и обратно. Магазин моментально опустел, но количество трупов в зале почти утроилось. Одновременно из-под потолка снова открыли огонь три «Вала», кося бандитов у входа.
Освобожденный Сергеем незнакомец оказался смышленым мальчишкой и поспешил воспользоваться врученным ему АПС. Стрелял он вполне профессионально, так что к концу первого магазина в дверях уже никого не было. Майор быстро – почти без слов, одними жестами – объяснил парню, что им предстоит делать. Тот кивнул, и они метнулись наружу. В коридоре валялись, сидели на полу или бесцельно бродили с места на место оглушенные «Пламенем» охранники, но по лестницам подтягивались снаружи отряды «быков», которые не попали под удар светошумовой хлопушки и потому сохранили боеспособность.
Выбежав из каминного зала, неизвестный союзник, как от него и требовалось, развернулся влево, обстреляв находившихся в той стороне бандитов. Сергей же стремительно принялся обрабатывать из пистолет-пулемета противоположное крыло коридора.
– За мной! – скомандовал майор, уложив всех видимых противников. – Нас ждут за тем поворотом.
– Сейчас, не гони, – сквозь зубы отозвался парень, заменяя обойму.
В дальней части коридора слева от них появились новые персонажи, открывшие беглый огонь из револьверов. Пятясь вслед за отступавшим к воротам Сергеем, незнакомец отстреливался короткими очередями и даже уложил нескольких охранников, потом сам вскрикнул, схватившись за левый бок, но стрелять не прекратил. У майора тем временем возникли свои проблемы – навстречу ему шли сразу два мордоворота в бронежилетах, и понадобилось затратить несколько секунд, чтобы нашпиговать их металлом.
Сергей был всего в трех шагах от поворота, когда из-за угла послышался голос Николая:
– Серега, это я. Кончай стрелять, здесь одни трупы остались.
В тот же самый момент парнишка-союзник захрипел и стал сползать по стенке, размазывая по штукатурке обильный красный след. Кровь хлестала из пулевых ран в груди и шее. А сзади к ним бежали несколько «быков», строчившие из короткоствольных автоматов. Сергей аккуратно снял их одного за другим, получив при этом ощутимый удар в броню. Затем, подхватив тяжелораненного за подмышки, поволок беднягу за угол, где уже ждал раскрытый вход в Лабиринт. В голове назойливо крутилась тупая фраза из старого армейского анекдота: «Лучшее средство при ранении в голову – тугой жгут на горло».
Оказавшись на Станции, он рявкнул, чтобы подогнали тележку – парня надо было срочно доставить в медицинскую секцию. Оказалось, что молодежь уже обо всем позаботилась: и транспорт готов, и роботы в госпитале ждут пациента.
– Самая идиотская рана! – в сердцах чертыхнулся майор, когда они переносили потерявшего сознание незнакомца к машине. – Ничем кровь не остановить.
– Тугой жгут на шею, – не к месту схохмил Аркадий, который тоже знал этот анекдот. – Не переживай, главный компьютер госпиталя уверяет, что в два счета поставит парня на ноги.
Раненого увезли Алексей и Николай. Мозг Станции связался с Координатором, и суперробот повторил, что для троклемидскои медицины лечение таких травм затруднений не представляет. Немного успокоившись, люди на Станции Земля вновь перенесли свое внимание на события, происходившие в княжеском дворце.
Большой отряд боевиков осторожно вступил в тупиковое колено коридора, где пару минут назад скрылись Сергей и его спутник. Никого здесь они, естественно, не обнаружили, чем были весьма смущены. После долгих раздумий, сопровождавшихся руганью и взаимными угрозами, бандиты принялись обыскивать комнаты этой части дворца – снова безрезультатно.
А тем временем уцелевшие главари группировок, окружив себя многочисленной охраной, торопливо покидали княжескую резиденцию. Роскошные лимузины расползались от стоянки, выруливая на шоссе, но потом загремели взрывы, превращая иномарки в груды механических и человеческих обломков. С заметным опозданием появились люди в милицейской форме, приступили к работе эксперты-криминалисты. Получивший подкрепление ОМОН занялся установкой оцепления и проверкой документов. А рядовые бандиты, повыбрасывав оружие, поспешно покидали роковое место, уходя по лесным грунтовкам, размокшим от зарядившего к сумеркам дождика.
– Вот и все, – удовлетворенно резюмировал Сергей.
Он подвел итоги. Во-первых, криминальная верхушка разгромлена и на долгое время забудет свой нездоровый интерес к обстоятельствам ликвидации Арчила.
Во-вторых, в руки Посвященных попал некто, наверняка связанный с конкурирующей организацией, которая также занимается отстрелом бандитских главарей. Когда раненый сможет говорить, есть шанс выяснить, кто такие эти таинственные конкуренты. Здесь оптимистичные рассуждения майора прервал Аркадий:
– А почему ты думаешь, что пацан имеет отношение к «Красным Стрелам»? Он вполне может служить у твоего дружка Парафина. Да чего там – он может оказаться обычным оперативником из Федеральной службы безопасности, внешней разведки,
ГРУ, РУОПа и тому подобных заведений.
– Не исключено, – без энтузиазма согласился Сергей. – Но мы должны выяснить это наверняка. Для начала надо узнать хотя бы его имя.
Неожиданно для всех Диана сказала:
– Его зовут Славик, то есть Вячеслав Кутуков. Я узнала его сразу, как только увидела. Мы с ним встречались…
Мужчины немедленно потребовали выкладывать все, что она знает. И Диана дрожащим голосом начала рассказывать.
Диана познакомилась с Вячеславом на стрельбище охотничьего общества, и потом они встречались больше года. Все было хорошо – молодые люди уже подумывали о свадьбе, но именно тогда случилась какая-то неприятная история, подробности которой девушка излагать не собиралась. Так или иначе, после этого они расстались и вот уже больше года даже не разговаривали. Славик никогда толком не говорил о своей работе, но Диана догадывалась, что он имеет отношение к одной из отечественных спецслужб – вероятнее всего, Кутуков был программистом или электронщиком в военной разведке. В конце 93-го он собрался поступать в аспирантуру, но именно тогда произошел их разрыв, и Диана не знала, куда устроился ее бывший возлюбленный. Зато она прекрасно помнила его домашний адрес.
Вернувшиеся из госпиталя Колька и Лешка сообщили, что жизнь Кутукова вне опасности, но лечение затянется на несколько дней. Это вполне устраивало
Сергея. Майор заявил, что при первой же возможности они проникнут в квартиру раненого сотрудника конкурирующей организации.