– Значит, они все-таки послали боевые ракеты! – злобно воскликнула Ланей.
– Вешша, мерзкие твари, как я их ненавижу! Эти идиоты, наши генералы, должны были атаковать первыми, как только мы обнаружили их цивилизацию! С самого начала было ясно: две настолько разные расы не смогут ужиться в таком тесном уголке Вселенной… Дасс, ты был офицером, скажи как профессионал, могли бы мы упредить их нападение?
Тот, кого назвали Дассом, сидел с мрачным видом и бессмысленно переключал видеоканалы. Потом произнес раздраженно:
– Время полета ракет с боеголовками слишком велико. Сорок два года от наших передовых баз до центральных планет вешша. Радары дальнего обнаружения засекут приближение кораблей за год до подлета на дальность срабатывания боевых частей, в худшем случае – за полгода. Атакованная цивилизация имеет достаточно времени, чтобы выпустить ракеты ответного залпа.
– Думаешь, наши успели нанести удар возмездия? – с надеждой в голосе спросил Глайт.
– Я точно знаю, что боевые ракеты были запущены вскоре после обнаружения вражеских кораблей.
– Вот славно! – Ланей просияла. – Значит, им тоже достанется.
После этого они вдруг забеспокоились: как, мол, дела на Троклеме и когда придет помощь. Ученая троица все еще пребывала в приятном заблуждении, что вот-вот все системы Лабиринта заработают в обычном режиме максимального комфорта. Первым делом они попытались выяснить обстановку у мозга Станции.
Робот ответил, что информация отсутствует, как и связь с Центром управления.
После паузы механический голос добавил, что централизованное энергоснабжение
Лабиринта прервано. Все оборудование, сказал робот, перешло на питание от аварийных генераторов.
– Атомные батареи не смогут обеспечить деятельность всех систем, – первой сообразила Ланей. – Хорошо, если двое суток продержимся.
– Значит, надо на чем-то экономить. – Дасс задумался. – Возможно, на
Троклеме большие разрушения. Тогда не стоит надеяться на быструю помощь…
Ланей, отключай ненужное оборудование.
– Но в другом полушарии армейская база. У них свой Лабиринт. Мощный автономный энергокомплекс. – Ланей говорила быстро, рублеными фразами. -
Генерал Малер пришлет солдат, нас вытащат.
Эта мысль воодушевила трех троклемидов, но Глайт вдруг сник и напомнил, что у военных нет контакт-ключей для проникновения на Станцию научного комплекса. К тому же в связи с обрывом мезонных энергоканалов приемопередатчик
Станции не сможет открыть тоннель для телепортации на планету. Ответом стал хор проклятий в адрес подлых вешша. Отведя душу, Ланей принялась отдавать экстренные распоряжения мозгу Станции:
– Отключить все системы, кроме связи, обзора и жизнеобеспечения.
Законсервировать… Голос робота прервал ее:
– ВСЕ СИСТЕМЫ УЖЕ ОТКЛЮЧЕНЫ ПО ПРИКАЗУ КООРДИНАТОРА ДЕВЯТОЙ ВЕТВИ. КООРДИНАТОР ДЕВЯТОЙ ВЕТВИ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ, ЧТО СИСТЕМА РЕГЕНЕРАЦИИ ВОЗДУХА И ЖИДКОСТЕЙ ВРЕМЕНО ВЫВЕДЕНА ИЗ СТРОЯ. НОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ: ВЫХОД В ТОННЕЛЬНУЮ СИСТЕМУ ЗАПРЕЩЕН ИЗ-ЗА СМЕРТЕЛЬНОГО УРОВНЯ РАДИАЦИИ. С ЦЕЛЬЮ ЭКОНОМИИ РЕСУРСОВ ПЕРСОНАЛУ ВСЕХ СТАНЦИЙ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ЛИКВИДИРОВАТЬ ЖИВЫЕ ЭКСПОНАТЫ ИЗУЧАЕМЫХ ПЛАНЕТ.
– Исполняй, – равнодушно сказала Ланей. – Эти животные нам уже не понадобятся.
Звери Пошнесты сидели в вольерах, отгороженные от персонала прозрачными кубиками, под которыми поддерживалась необходимая им среда обитания. Сейчас, когда прекратилась очистка воздуха, животные забеспокоились, некоторые даже бились об стены, пытаясь вырваться на волю. Вольера, в которой буянил гигантский слонотапир, начала угрожающе раскачиваться. Казалось, прозрачные плиты вот-вот треснут и ядовитая газовая смесь хлынет в операционный зал. Но внезапно у зверей подкосились лапы, и живые экспонаты неподвижно застыли – вероятно, в вольеры поступили необходимые дозы отравляющих веществ.
Участь исследуемых животных решилась невероятно быстро – как и дальнейшая судьба персонала. Мозг Станции меланхолично объявил:
– КООРДИНАТОР ДЕВЯТОЙ ВЕТВИ РАСПОРЯДИЛСЯ ОТКЛЮЧИТЬ ВНЕШНИЙ ОБЗОР С ЦЕЛЬЮ ЭКОНОМИИ ЭНЕРГОРЕСУРСОВ. НАПОМИНАЮ, ЧТО ПРИ ОТКЛЮЧЕННОЙ СИСТЕМЕ РЕГЕНЕРАЦИИ ЗАПАС ВОЗДУХА НА СТАНЦИИ ОБЕСПЕЧИТ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПЕРСОНАЛА В ТЕЧЕНИЕ МИНИМУМ ТРЕХ МИНУТ И МАКСИМУМ ПЯТИ СУТОК.
Ланей так же флегматично прокомментировала:
– Гораздо важнее другое – насколько хватит пищи. Мужчины, у нас есть провиант?
– Должны быть экспедиционные пайки, концентраты, цистерны с водой. – Дасс тихо засмеялся. – Нет, мы умрем не от голода. Если на третий день не придут спасатели, предлагаю устроить грандиозную оргию…
… На этом запись оборвалась. Потрясенная Диана спросила сквозь слезы:
– Что было потом?
– ПОТОМ ПРИШЛИ ВЫ.
Земляне увидели короткий эпизод с собственным участием, записанный в тот день, когда команда «черного поиска» впервые попала в Лабиринт. Помятые и взъерошенные, держа наготове оружие, они вошли в комнату отдыха, у разных стен которой распластались три скелета. Голографическая Диана, окинув помещение брезгливым взглядом, буркнула: «Опять эти трупы…» Просмотрев эту сцену, живая
Диана разрыдалась. Лешка сунулся утешать и едва не схлопотал.
– ТАК ПОГИБЛА ЦИВИЛИЗАЦИЯ ТРОКЛЕМА, – сказал Координатор. – Я ПОСЫЛАЛ ЗВЕЗДОЛЕТЫ К ЧЕТЫРЕМ РАНЕЕ НАСЕЛЕННЫМ ПЛАНЕТАМ, ВКЛЮЧАЯ ТРОКЛЕМ. ПРИЗНАКОВ ЖИЗНИ НИГДЕ НЕ ОБНАРУЖЕНО…
И супермозг изложил проблемы, перед которыми спасовала его логика.
Накопление информации было задачей Координатора, но не могло быть самоцелью. Он понимал, что собранные знания должны способствовать прогрессу и процветанию сообщества разумных существ, но троклемидов больше не было, и у Координатора появились сомнения в смысле дальнейшего функционирования Лабиринта.
Из разговоров прежнего персонала у Координатора сложилось впечатление, что троклемиды опасались чрезмерно быстрого прогресса некоторых молодых разумных рас – со временем эти цивилизации могли представить угрозу для Троклема. В те времена персонал нередко обсуждал вопрос, следует ли подавлять или даже уничтожать культуры, которые приступят к освоению космоса без разрешения троклемидов. Сегодня земное человечество и другие три цивилизации, доступные наблюдению со Станций 9-й ветви Лабиринта, совершали перелеты в пределах своих планетных систем, а жители Годлана даже отправили первую экспедицию к соседней звезде. Координатор не мог решить, должен ли он принимать какие-либо меры.
Были и другие, менее глобальные, но достаточно важные для Координатора проблемы, которые занимали немало ячеек его памяти. И пока суперробот не мог найти удовлетворительных ответов, программа заставляла его возвращаться к этим вопросам, принципиально неразрешимым для устройств 2-го класса.
– ВАШЕ ПОЯВЛЕНИЕ ДАЕТ НАДЕЖДУ НА ВЫХОД ИЗ ЛОГИЧЕСКОГО ТУПИКА, – говорил Координатор.
– ВЫСТУПАЯ В РОЛИ ПЕРСОНАЛА, ВЫ МОЖЕТЕ СКОРРЕКТИРОВАТЬ ОТДЕЛЬНЫЕ ПУНКТЫ ПРОГРАММЫ, ЕСЛИ Я ПРИЗНАЮ ВАШИ СООБРАЖЕНИЯ РАЗУМНЫМИ.
И Координатор предложил людям для обдумывания четыре главных вопроса:
Должен ли Лабиринт продолжать накопление информации или надлежит предоставить оборудование и все имеющиеся материалы в распоряжение одной из высокоразвитых цивилизаций, которые доступны со Станций 9-й ветви?
Не должен ли Координатор использовать оборудование Лабиринта для уничтожения всех высокоразвитых цивилизаций, которые доступны со Станций 9-й ветви?
Не должен ли Координатор использовать оборудование Лабиринта для разработки методики нанесения уничтожающего удара по сохранившимся планетам цивилизации вешша?
Какие побудительные причины являются главными для высокоразвитых разумных существ, обладающих конструктивно неограниченной свободой воли?
ОТВЕТЫ НА ПЕРЕЧИСЛЕННЫЕ ВОПРОСЫ СНИМУТ ОСНОВНУЮ МАССУ МОИХ ЗАТРУДНЕНИЙ. ДАЛЬНЕЙШЕЕ СОТРУДНИЧЕСТВО С ПОСВЯЩЕННЫМИ БУДЕТ ПРОДОЛЖЕНО, ПРИЧЕМ В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ ВАША ЛИЧНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ГАРАНТИРОВАНА, ПОКА ФУНКЦИОНИРУЕТ ОБОРУДОВАНИЕ ЛАБИРИНТА. ВЫ СМОЖЕТЕ И ВПРЕДЬ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ОБОРУДОВАНИЕ ДЛЯ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ ЛИЧНЫХ ПРИХОТЕЙ, ЕСЛИ ЭТО НЕ БУДЕТ ПРОТИВОРЕЧИТЬ ГЛАВНЫМ ЗАДАЧАМ ЛАБИРИНТА.
– Это называется откровенно предложенной взяткой, – заметил Сергей. – А сможешь ты, в порядке удовлетворения личных прихотей, найти для меня идеальную женщину?
– ИДЕАЛ НЕДОСТИЖИМ. – Координатор, безусловно, имел склонность к абстрактным философствованиям.
– ПОИСК ОПТИМАЛЬНЫХ СЕКСУАЛЬНЫХ ПАРТНЕРОВ ВХОДИТ В ЧИСЛО ЗАДАЧ, ИМЕЮЩИХ РЕШЕНИЕ, ОДНАКО МОЗГ СТАНЦИИ ЗЕМЛЯ НЕ РАСПОЛАГАЕТ ИСЧЕРПЫВАЮЩИМ БАНКОМ ДАННЫХ О ВСЕХ ОСОБЯХ ЖЕНСКОГО ПОЛА ПОДХОДЯЩЕГО ВОЗРАСТА. ПРИ НЕОБХОДИМОСТИ Я ПРИКАЖУ СОСТАВИТЬ ПОДОБНЫЙ КАТАЛОГ.
– По-моему, у тебя есть чувство юмора, – сказал Аркадий. – Но я вынужден повторить, что мы не вполне компетентны в таких глобальных проблемах. Нам надо серьезно подумать.
– У ВАС ЕСТЬ ВРЕМЯ. Я НАЧАЛ АНАЛИЗИРОВАТЬ ЭТИ ПРОБЛЕМЫ ЕЩЕ ДО НАПОЛЕОНОВСКИХ ВОЙН. ЛИШНИЙ ГОД ПРОМЕДЛЕНИЯ НИЧЕГО ПРИНЦИПИАЛЬНО НЕ ИЗМЕНИТ. ЕДИНСТВЕННОЕ МОЕ УСЛОВИЕ: ПРОДОЛЖАЙТЕ СОБЛЮДАТЬ КОНСПИРАЦИЮ. ПОКА НЕ РЕШЕНЫ ГЛАВНЫЕ ВОПРОСЫ, НА ЗЕМЛЕ НЕ ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ О ЛАБИРИНТЕ.
– Мы и не собирались, – ляпнула Диана и покраснела.
– ПОНИМАЮ. ТАКАЯ РЕАКЦИЯ ЧАСТИЧНО ПРОЯСНЯЕТ ОТВЕТ НА МОЙ ПОСЛЕДНИЙ ВОПРОС.
Земляне смущенно рассмеялись. Квазиразумное устройство казалось все более симпатичным, но слишком уж нечеловеческим был его интеллект: жутковатая смесь дьявольской проницательности и строжайшей логики с наивностью ребенка или идиота.
Координатор их более не задерживал, так что люди смогли продолжить запланированную Сергеем программу этого дня. Вернувшись на Станцию Земля, они переправились на необитаемый остров в Индийском океане и несколько часов подряд тренировались в стрельбе из различного оружия. Наконец мастерство обращения с оружием повысилось до приличного уровня. Даже самый неумелый из них попадал в цель из автомата за полсотни метров.
Неприятности начались еще с вечера, когда Верка позвонила из автомата и возмущенно прокричала, что какие-то хмыри не пускают ее в дом. Спустившись в вестибюль, Сергей устроил жуткий скандал невесть откуда взявшимся бугаям в камуфляже. Не вступая в пререкания, ребята довольно корректно проверили его документы и, убедившись, что Каростин С. М. действительно проживает в этом здании, вежливо извинились.
– Охрана введена со вчерашнего дня по решению домового комитета, – сообщил старший дежурный. – Преступность в Москве сейчас, сами знаете… При этом оккупационном режиме только мафия спокойно живет. – Страж порядка подозрительно оглядел майора. – Между прочим, Сергей Михайлович, в журнале не отмечено ваше возвращение. Вы что же, два дня из дома не выходили?
Накануне Сергей путешествовал исключительно посредством телепортации, поэтому никакая земная охрана его зафиксировать не могла. Чтобы не развивать эту щекотливую тему, пришлось снова поскандалить: почему-де Домком не поставил в известность ни его, ни семью Милютенко.
– С вами побеседуют сегодня же, – заверил дежурный.
– Сегодня я буду занят! – отрезал Сергей и быстренько затолкал в лифт начавшую изнывать подружку.
Вера, хоть работала всего лишь в хлебном магазине, была девицей современной, регулярно смотрела видеоновинки и мало чем уступала профессионалкам из бермудского отеля. А уж пышностью форм двадцатипятилетняя москвичка дала бы тысячу очков форы любой щепкообразной порнозвезде с другого полушария. Поэтому ночь пролетела стремительно и бурно, однако утром Верка испортила весь кайф, напористо поинтересовавшись, когда Сергей намерен на ней жениться. Рано или поздно так кончаются все случайные встречи, но эта связь оказалась слишком уж краткой.
– Знаешь, у меня послезавтра жена с курорта вернется, – смущенно потупясь, признался Сергей.
Удар попал точно в цель. Верка переменилась в лице, но быстро оклемалась и сказала злорадно:
– Представляю, какие рога навесили тебе на этом курорте.
Тем не менее, она плотно позавтракала и только потом стала одеваться, умело поигрывая рельефными выпуклостями. Телка была, слов нет, экстра-класса, особенно в койке, но больно уж резво взялась за дело… На прощание Вера презрительно кивнула на старую семейную фотографию, запечатлевшую Ольгу со
Светкой, и небрежно бросила:
– Ну и вкус же у тебя, на какую корову позарился.
Наговорив еще кучу колкостей, она удалилась, томно покачивая бедрами.
Причем, что самое обидное, даже не попыталась помыть накопившуюся посуду.
Сергей машинально отметил, что с этим любовным приключением покончено, и теперь надо искать новую подружку. Однако, к немалому его удивлению, вскоре раздался звонок в дверь. «Вернулась», – обрадовался майор, но ошибся. На пороге стоял незнакомец лет сорока в костюме с галстуком.
– Тарпанов, – представился незваный посетитель. – Служба безопасности доложила, что у вас возникли вопросы.
– Меня почему-то забыли пригласить, когда решали превратить наш дом в режимный объект.
– Вас не могли найти двое суток подряд. Вас лично и вашего друга
Милютенко. Но его супруга Наталья Богдановна присутствовала на собрании жильцов и полностью поддержала идею.
Тарпанов объяснил, что большую часть квартир в этом здании приобрела для своих активистов некая партия. Движение, мягко говоря, не пользовалось горячей любовью властей, одного из секретарей ЦК недавно зверски избили. Поэтому
Политбюро постановило переселить руководящий состав в один дом, где легче обеспечить безопасность партийных деятелей и членов их семей. Затем Тарпанов проговорил голосом, флегматичности которого мог бы позавидовать даже мозг
Станции Земля:
– Наталья Богдановна рассказала о вас и вашей команде. Если я правильно понял, вы сейчас временно не работаете.
– Никак нет. Я постоянно не работаю.
– Могу предложить службу по вашему профилю. Вам приходилось слышать о военно-исторических клубах?
Конечно, Сергей о них слышал. Любители военной истории Отечества создавали свои клубы, формировали подразделения со звучными названиями, шили мундиры и мастерили модели оружия, точно копирующие атрибуты выбранной эпохи. Время от времени клубы разных стран посылали эти костюмированные эскадроны и роты на
Бородинское поле и в другие исторические места, где заново разыгрывали памятные сражения. Это были красивые зрелища, немало помогавшие сохранению памяти о славном прошлом.
– Наша партия тоже создает подобные клубы, – сообщил Тарпанов. – В частности, организуется Отдельный дивизион особого назначения НКВД имени товарища Менжинского. Нам нужен инструктор по рукопашному бою… Знаете, на показательных играх нужно продемонстрировать эффектные схватки с бросками и так далее.
– Отпадает, – сказал Сергей.
– Понимаю. – Тарпанов печально поджал губы. – Вышибалой в казино или ночном клубе вам, конечно, будут платить больше.
– Не в том дело. Просто я не умею работать на внешние эффекты для публики. Если я бью по ноге, то нога ломается. Если я бью по шее…
– Опять-таки понимаю. Нам это подходит. Только сейчас Сергей сообразил, что подразделения военно-патриотического клуба будут всего лишь легальной ширмой для отрядов партийной гвардии – мощного средства в борьбе за власть в государстве, где давно нет даже инстинкта самосохранения. Поэтому майор заявил, что даст ответ, когда ознакомится с программой партии. Тарпанов счел такое решение разумным и пообещал на днях занести все необходимые материалы.
Откланявшись, гость уехал на лифте, а Сергей, чертыхаясь, перемыл гору посуды и стал наводить в квартире нечто вроде порядка, даже постель застелил.
Дел особых не предвиделось, разве что прогуляться по магазинам и оптовым рынкам
– запастись продуктами.
Помахивая пустой сумкой, он подошел к автобусной остановке. Из остановившегося рядом «порше» вызывающей раскраски грохотала музыка с песней на неизвестном языке. «Машину купить, что ли, – успел подумать Сергей, – осточертело в общественном транспорте толкаться».
Из лимузина тяжеловесно выбрался «бык»: на полголовы выше Сергея, заметно шире в плечах, одетый в традиционный красный пиджак и с тяжелой золотой цепью на мощной шее. Конечно, крутость – понятие очень относительное и временное: пуля промеж глаз или финка под ребра – и даже самый «крутой» мигом станет всмятку. Но этого буйвола Сергей знал. Именно его с неделю назад Аркадий огрел по макушке и связал, а потом оставил валяться в арсенале рядом с полковником
Рогачевым. Звали «быка» Власом, и помнить майора он не мог, потому как в оружейном хранилище нападавшие не дали врагу даже мельком глянуть в их сторону.
Однако сейчас Власа интересовал именно Сергей.
– Слышь, мужик, тебя Серегой звать? – осведомился Влас, остановившись шагов за пять. – Нашел, где хату покупать – боевиков на входе повтыкали, честных людей не пускают… – Он продолжал говорить, совершенно не заботясь, интересует ли собеседника его мнение. – Хорошо, что это красно-коричневое быдло собралось под одной крышей – подорвем всех одной бомбой к японской матери. Да и тебя заодно!
Влас захохотал, очень довольный своим остроумием. Внезапно проникшись симпатией к Тарпанову и его единомышленникам, Сергей пообещал:
– Я им передам.
– Пошути у меня, – окрысился «бык». – Я не таким башку откручивал и кишки наружу выпускал.
– Не таким, может, и выпускал, а сейчас не на того нарвался.
Обалделый взгляд доморощенного гангстера подтверждал, что с ним уже давно не разговаривали подобным тоном. Люди на остановке старательно отводили взгляды, предчувствуя, что вот-вот начнется крупная разборка.
Угрожающе набычившись, Влас прорычал:
– Доиграешься, старик! На коленях ползать будешь!
– Только над твоим трупом. – Сергей откровенно развлекался. – Ты меня уже забодал. Если есть разговор – говори, если нет – мотай дальше.
– Храбришься, сволочь… – Постепенно Влас успокаивался. – Меня послали потолковать с тобой. Отойдем-ка в сторону.
Все еще не догадываясь, о чем пойдет речь, Сергей сделал несколько шагов, удаляясь от навеса для пассажиров. По-прежнему не представляясь, Влас сказал:
– Вас пятеро, вы аквалангисты. Так?
– Ну…
– Месяц назад на Черном море работали?
– Ну…
– Не нукай, мать твою! К тебе Арчил должен был приехать.
– Артур, а не Арчил. У меня Артур товар забирал.
Влас скривился и поведал, что Артур заложил их команду с потрохами.
Скупщик антиквариата рассказал все: как нашел аквалангистов с побитыми мордами, как весь пляж был залит кровью и вышибленными мозгами, а на галечнике валялись горы стреляных гильз.
– Арчилу сообщили, что вы нашли много золота, и он поехал к вам разбираться. Но Арчила замочили, а вы вернулись целехонькие и теперь сорите бабками. Так что быстро рассказывай, что там случилось.
– Мы ни хрена не видели…
– Ты уже двумя лапами в могиле, – объяснил громила. – Если скажешь правду, может быть, спасешь шкуру. Себе и своим приятелям.
Сергей попытался повторить прежнюю легенду: дескать, издали наблюдали разборку, но сами вернулись в лагерь, когда уже все закончилось, а про Арчила узнали только в Москве из телепередачи. Влас покачал головой:
– Не сходится. Арчилу звонили на пляж по сотовому аппарату, но шофер ответил, что хозяин разговаривает с вами. Что потом было, чем этот разговор закончился?
Небрежно откинув полу пиджака, Влас оголил на мгновение рукоять висевшего в подмышечной кобуре пистолета. Сергей лихорадочно пытался придумать правдоподобную версию, но ничего путного в голову не приходило. В конце концов пришлось врать грубо, но быстро:
– Они пришли в лагерь за полчаса до Арчила. Угрожали оружием, золото отобрали. Потом, когда показались три иномарки, эти спрятались в палатках и велели нам молчать.
Бандит напрягся и прошептал:
– Да кто они были-то, об этом скажи.
– Не назывались. Одеты по-военному, в камуфляж, на мордах были маски.
Вроде спецназ какой-то.
– Ну, валяй дальше, – с хмурым видом разрешил Влас.
– Как будто все… Когда старик в белом костюме подошел к нам поближе, эти начали стрелять из палаток. Всех положили на месте.
– Вот гниды! – Бандит сжал кулаки. – А счета?
– Какие счета?
– Ну, правильно, откуда тебе знать… – Влас тяжко соображал, пытаясь вспомнить что-то важное. – О чем же еще я должен был спросить?.. Во! Этих, которые замочили Арчила, ты больше не видел?
– А хотя бы и видел – как узнаешь. Они же там в масках были.
– Ну да, ну да, ты говорил… – Влас понимающе покивал.
Про себя Сергей уже решил, что жить этому придурку осталось недолго, а потому позволил себе пошутить:
– Вчера звонил кто-то из них. Напоминал, чтобы не трепались, а то пришьют. Еще сказал, чтобы стукнул им, если заглянет какой-то Влас. Они теперь этого Власа убрать собрались. Недавно полковник Рогачев чуть было не заманил его в капкан, но чего-то у них тогда сорвалось. В следующий раз, сказали, обязательно уберем. За этим Власом охотится та самая команда, которая кончала
Тулупа.
На Власа было жалко смотреть. Громила явно перетрусил и даже не обратил внимания на очевидные нелепости в этой истории. Огромная волосатая лапа бандита непроизвольно скользнула под пиджак, нащупывая пистолетную рукоять. Влас нервно завертел головой. Потом неразборчиво буркнул: мол, еще повидаемся, – и трусцой метнулся к своей машине.
Проводив его насмешливым взглядом, Сергей удостоверился, что поблизости нет лишних ушей, и негромко произнес:
– Станция Земля, ответь Посвященному.
У него над ухом прозвучал тихий монотонный голос:
– СЛУШАЮ.
Сергей приказал непрерывно следить одним видеоканалом за ярко-красным
«порше» Власа, а сам заскочил в подъезд ближайшего дома, где, на его удачу, никого не было. Вызвав тоннель телепортации, он шагнул из подъезда прямо на
Станцию и с ходу приказал:
– Найди мне всю команду.
Хотя задание было сформулировано несколько расплывчато, мозг Станции прекрасно понял, что от него требуется. Перед Сергеем загорелись четыре голограммы. Диана и Алексей с головой ушли в исполнение служебных обязанностей, поэтому майор вызвал на подмогу только ветеранов. Такой расклад его вполне устраивал – больше помощников и не требовалось.
Когда Сергей ввел друзей в курс дела, Аркадий сокрушенно произнес:
– Да, нелегкое это дело – складно врать без подготовки.
– Идиоты мы, раньше надо было позаботиться о легенде, – поддержал родственника Николай.
– Не помогло бы. Они в любом случае возьмутся за нас вплотную. Не думаю, что сегодняшней беседой завершатся наши неприятности.
– Значит, крепко сидим на крючке, – согласился Николай, – Есть какие-нибудь мысли?
– Полагаю, придется уложить всю шайку, – спокойно сказал Сергей. -
Помяни мои слова: сейчас эта дубина Влас спешит на совещание со своей братвой или к хозяину. Наверняка они решат пытать нас, а потом убить. Если вас такая перспектива не устраивает, надо будет их опередить.
По ходу разговора майор облачился в бронежилет, усиленный на груди и спине титановыми пластинами. Он зарядил и снял с предохранителя отлично зарекомендовавший себя немецкий пистолет-пулемет, засунул в набедренную кобуру отечественную «Гюрзу», распихал по кармашкам бронежилета запасные обоймы.
Понимавшие командира с полуслова, двоюродные братья готовили к применению более знакомые им укороченные автоматы АК-74У.
Между тем красный «порше» вырвался за кольцевую автостраду и теперь мчался по Калужскому шоссе. Голограмма показывала водителя, который, зверски выпятив челюсть, напряженно о чем-то размышлял. Затем, приняв решение, Влас взял лежавший на соседнем сиденье радиотелефон, набрал номер и прохрипел в трубку:
– Слышь, Лобан, это я. Возьми пару ребят покрепче и вечерком наведайся к
Рогачу. Оказывается, это он меня в тот день в ловушку затолкать помогал, курва… Откуда знаю? Оттуда. Мертвяк один шепнул. Ну, займись этим делом, а я с Аввакумом должен посоветоваться.
Лимузин проскочил мимо дорожного указателя, возвещавшего, что до поворота на Епифаньеву Пустынь остается ровно один километр. Скинув газ, Влас подъехал к мощному бетонному забору, над которым выглядывали верхние этажи загородной виллы знаменитого бандитского пахана. Два «быка», вызывающе державшие напоказ короткоствольные автоматы, осмотрели салон и багажник машины и только после этого отворили тяжелые стальные ворота дачи.
Загнав «порше» на стоянку, Влас зашагал по роскошному парку в сторону трехэтажного особняка с мраморными колоннами, подпиравшими фронтон над входом.
В бассейне, окруженном статуями античных богинь в непристойных позах, работал многоструйный фонтан. Пышнотелая красотка в экономно скроенном мини-купальнике, болтая в воде одной ногой, лениво кокетничала с вооруженным охранником. Еще два
«быка» с автоматами встретили Власа на ступенях перед входом в дом.
– Здорово, Перец, как хозяин? – заискивающе осведомился Влас у жилистого охранника со множеством шрамов на лице. – У меня срочный разговор.
– Срочными вклады были в советское время, – веско отрезал страж.
Последовали довольно долгие переговоры по радиотелефону, по завершении которых Власу было дозволено войти в дом. Впрочем, ему явно доверяли – оружие у него охрана не отобрала. Сопровождаемый автоматчиком, посетитель поднялся в лифте на третий этаж и проследовал по устланному дорогим ковром коридору. У дверей хозяйских апартаментов сшивались еще три «быка» с пистолетными кобурами на поясах.
– Не спеши, сам пока занят, – придержал Власа начальник караула.
Ждать пришлось недолго – дверь распахнулась, и в коридор вывалилась вдрызг пьяная девка. Проводив ее сальными взглядами, мужики причмокнули. Вскоре изнутри поступил приказ пропустить Власа.
Выслушав рассказ о встрече с Сергеем, крестный отец сказал не без сожаления в голосе:
– Я тебя, однако, умнее считал. Дубина, ты же чуть все дело не провалил.
Влас запротестовал: дескать, сделал все, как велено. Не обращая внимания на его лепет, Аввакум повысил голос:
– Этот гусь много знает, но темнит. Почему он прикинулся, будто не слышал о банковских счетах? Да об этом только «Голос Зимбабве» не успел передать – весь мир знает, а он не слышал! Вдобавок он сказал, что ему велено сообщать о твоем появлении. Стало быть, он знает телефон, по которому следует звонить.
Нет, его надо срочно брать. Его и всю шоблу. Сколько их?
– Не то пять, не то шесть, – неуверенно промямлил Влас. – А может быть, четверо.
– Я и говорю, что тебе мозги подлечить пора… Значит, сейчас же поднимешь своего Лобана и остальных, схватишь этих подводников и выколотишь из них все, что они знают. Чтобы сегодня же вечером все сидели у меня в подвале.
Ясно?
– Не тупой. – Влас самодовольно задрал подбородок. – Только, хозяин, того самого… Надо бы подкинуть братве немного «зелени».
– Ладно…
Аввакум чем-то щелкнул. Висевший на стене пейзаж в стиле Айвазовского отъехал в сторону, демаскируя стальную дверцу. Когда хозяин особняка набрал код электронного замка и открыл сейф, взорам предстала умопомрачительная картина: полки, плотно забитые пачками купюр высшего достоинства. «Пора действовать, – решил Сергей, – таких возможностей упускать нельзя».
Он взял в правую руку восемнадцатизарядную «Гюрзу», пуля которой пробивала бронежилет с пятидесяти метров. Едва ладонь охватила рукоятку и палец лег на спусковой крючок, умный механизм отключил оба предохранителя. Приказав мозгу
Станции отворить проход, майор перевел оружие на автоматический огонь, шагнул в комнату бандитской дачи и дважды выстрелил в каждого врага. Обливаясь кровью,
Аввакум рухнул на месте. Влас, прошитый очередью, упал ничком, но тут же попытался подняться, вытаскивая пистолет. Сергей добил его двумя пулями в голову.
Аркадий уже спешил на помощь, держа в одной руке автомат, а в другой – пустую сумку. Майор велел ему задержаться и прислушался. За дверью было тихо – видимо, ослабленные глушителем звуки выстрелов не потревожили дежурившую в коридоре охрану. Успокоившись, Сергей еще раз оглядел комнату: Влас уже не дышал, Аввакум же валялся на полу, откатившись к двери, светло-зеленая рубашка на его спине была пропитана кровью, вытекавшей из двух рваных ран.
– Одна пуля в сердце, другая – в печень, – резюмировал Сергей. – Этот тоже готов. Займемся делом.
Он принялся сгребать в сумку пачки денег. На глаз, сумма получалась солиднейшая. Друзья так увлеклись, что не сразу отреагировали на раздавшийся позади них скрип. Резко обернувшись, майор с изумлением увидел, как Аввакум стоит, пошатываясь и держась за ручку полураскрытой двери в соседнюю комнату.
Сергей рефлекторно выдернул из кобуры «Гюрзу», и пистолет издал новую серию негромких хлопков, выбрасывая длинную очередь. Аввакум задергался под ударами пуль и упал через порог, потянув за собой дверь. Створка шумно захлопнулась, щелкнув замком.
– Кидай быстрее, – прошептал Аркадий, – вот-вот тревога поднимется.
В четыре руки они опустошили сейф, побросав в сумку все пачки до последней. Кроме денег, Аркадий обнаружил в сейфе квадратную трехдюймовую дискету высокой плотности и деловито сунул добычу в карман. Они уже отступали к проходу в Лабиринт, когда за дверью, ведущей в коридор, раздался топот множества ног, и обеспокоенный голос позвал:
– Хозяин, что случилось? Помощь нужна? Швырнув сумку ожидавшему их на
Станции Николаю, Аркадий навел автомат на дверь и тихо сказал:
– Ты будешь смеяться, однако нам придется перебить всех ублюдков на этой даче. Вдобавок надо убедиться, что Аввакум мертв. Иначе он повторит приказ найти и пытать нас.
– Согласен, – кивнул Сергей, перезаряжая пистолет.
Убрав «Гюрзу» в кобуру, он взял в одну руку «Хеклер-и-Кох», а в другую
«Ингрэм». Стража в коридоре потеряла терпение и начала высаживать дверь. Когда
«быки» вломились в комнату, их встретил плотный огонь из трех стволов.
Убедившись, что пятеро охранников убиты, а остальные не торопятся нападать, майор не упустил случая сделать замечание:
– Надо было тебе взять «Вал». На шум этой тарахтелки скоро соберется вся шпана.
В коридоре снова послышался топот. Аркадий и Сергей быстро отступили на
Станцию, закрыв за собой проход. Забавно было наблюдать на голограмме, как бандиты с невероятными предосторожностями входят в комнату и обалдело озираются, не обнаружив противника. Вскоре около трупов столпилось около дюжины
«быков». Вбежавший последним Перец истерично завопил:
– Где хозяин, падлы?! Как его вывели?!
– Окна заперты, – доложил кто-то из охранников. – Может, в спальне?
Дверь на замке.
– Ломайте! – скомандовал Перец. В свою очередь Сергей приказал:
– Всем взять автоматы – и вперед. Бить длинными.
Их внезапное появление настолько ошеломило банду, что «быки» замешкались, а тем временем три автомата работали с полной нагрузкой. Лишь стоявший у самого выхода Перец успел дать неприцельную очередь и выскочил в коридор. Остальных уложили на месте. Николай метнулся на Станцию и прошелся видеоканалами по зданию. Больше вооруженных людей в доме не осталось – Перец, шесть «быков» и три протрезвевшие девки залегли под деревьями возле бассейна с фонтаном и обсуждали пути отступления. Тем временем Сергей взломал дверь спальни. Ушел крестный пахан недалеко – валялся прямо у порога, продырявленный десятком пуль.