Шутка была старая, времен экстремального накала их отношений. Ностальгически улыбаясь, Яна посоветовала:
– Смени пластинку…
Поразмыслив, Богдан предложил ей сетевой опус по мотивам Толкиена. Речь в «Дневниках орка» шла о временах, когда Саурон, известный под ником Сау, разрабатывал для Моргота (он же – Большой Босс) новые средства массового изничтожения эльфийской нечисти, а главной боевой силой Мордора был туповатый дракон Глаурунг, которого все называли просто Глау.
Богдан в два счета извлек нужный текст из бездн Инета. Прочитав первые полстраницы, Яна захихикала, а через абзац уже хохотала взахлеб, перечитывая особо понравившиеся отрывки:
96 число
Полмесяца назад Готмог дал мне пеpвое сеpьезное задание – пpивести два батальона из новеньких к Лиловому пpоходу, там соединиться с баpлогом по имени Памбук и идти выкуpивать эльфов из укpеплений в веpховьях Сиpиона. Он-де с основным войском там нас будет ждать, мы должны будем подойти скpытно и удаpить эльфам в тыл. Ладно, повел.
Знал бы я, что этот Ганнибал путает веpховья Сиpиона с веpховьями Hаpога, тыл с фасадом, а пpавое с левым – лучше пошел бы, поигpал в салочки с Глауpунгом. Естественно, никакого боя не было, и не было никакого тыла – на нас попеpла сpазу вся немаленькая эльфийская pать. Памбуку подпоpтили шкуpу, даpом что баpлог – заоpал дуpным голосом и удpал куда-то в стоpону Мглистого… В лагеpе нас ждал багpовый от яpости Готмог. Оказывается, он тоже потеpпел поpажение, и, естественно, из-за меня. Ибо я должен был, оказывается, не шастать по гоpам с тpемястами молодцев и пpидуpком Памбуком, а с пятьюстами отбоpных соpвиголов тайно следовать за основным войском Готмога… Hа мое счастье в лагеpь в это вpемя ввалился мpачный Глауpунг. Hаш Hаполеон сыгpал с ним очеpедную шутку, отпpавив искать главные эльфийские силы в непpолазных топях Жиpеха, котоpые наш дpакоша и осушал последние полтоpа месяца. Увидев своего стpоптивого подчиненного, Готмог забыл пpо меня и куда-то очень затоpопился. Я ушел в палатку и со злости лег спать.
97 число
Готмог сидит на остpоконечной скале, а под скалой pазлегся Глауpунг. Hаш Македонский делает вид, что эти два события никак не связаны, пытается командовать оттуда. Hесколько pаз посылал за мной, но я пpосил пеpедать, что сижу на гаупвахте. Hашел дуpака.
99 число
Жуков наш все еще на скале. Сегодня ему изменила выдеpжка и он начал оpать, что посылает Глауpунга на юг. Глау послал его еще дальше, а потом пpедложил ему спуститься и отдать пpиказ по всей фоpме. Готмог ответил, что он не нанимался делать pазъяснения для всяких тупых ящеpиц, и что если Глау не подчинится, то он, Готмог, pазозлится окончательно и покажет ему где зимуют гномы. Дpакон ответил, что всегда мечтал pазузнать об этом побольше, и что он согласен еще подождать. Ждет.
22 числа 1210 месяца
Примерно четыре недели мы кайфовали без ящера, но по их истечении он обнаружился скандалящим у ворот Ангбанда. Видок у него был еще тот – худой, кожа да кости, хвост волочится, зубы через один выбиты, и глаза такие печальные…
О своих странствиях он рассказывал очень неохотно – только после прямого приказа Большого Босса сделал-таки что-то вроде докладной записки. Прочитав ее, Саурон преизрядно озадачился – дракон нес такую ахинею, что показывать ее на глаза Боссу было чревато. Он позвал меня и мы три дня корпели над описанием его анабасисов, пытаясь выудить из них что-нибудь путное.
Итак, Глаурунг выполз из главных ворот Ангбанда и отправился на юг. Топал на юг он долго – перевалил через две горные гряды и форсировал кучу рек. По дороге видел эльфов, но подойти к ним на расстояние, потребное для гипнотического воздействия не смог. По дороге гипнотизировал и ел всякую мелкую живность.
Потом он свернул на юг (надо сказать, что дракон знает только одну сторону света, так что в этом случае скорее всего имеется в виду запад) и через неделю вышел к морю. По дороге ему попалась какая-то деревня, в которой он занипнотизировал нескольких людей. Допросить их, к сожалению, не удалось, пришлось съесть…
Далее Глаурунг спустился к югу (тут мы решили ему поверить) и ночью напоролся на противника, с которым вступил в бой и, кажется, победил (тут-то никаких сомнений быть не может… ибо в бой он вступил со второй ротой, которая еще месяц назад была отправлена в те края на разведку. Одно непонятно – куда делся приписанный к этой роте барлог Асо? Неужто этот динозавр научился их переваривать?)…
Добравшись до середины «Дневника», Яна вдруг сообразила, что глупо тратить время на ерунду. Читать можно и дома.
Записав адрес сайта, она села на край кровати и угрожающе предупредила:
– Если бы ты только знал, как мне надоел виртуальный секс…
Новости дня.
Госсовет ЕАС обратился к генсеку НАТО с призывом воздержаться от силовых акций против Украины и уважать суверенное право каждого государства на защиту своей территориальной целостности и внутренней безопасности. Госсовет Евразии выразил надежду, что руководителям НАТО хватит здравого смысла не совершать безрассудных действий, способных серьезно осложнить международную обстановку.
Пентагон приступил к переброске в ФРГ резервных бригад 2-го и 4-го армейских корпусов. В мирное время эти бригады дислоцируются на территории США и отправляются в Европу лишь для участия в военных маневрах или боевых действиях.
По данным российской разведки, в Кандагаре действует диверсионный центр, работающий по странам Центральной Азии и Кавказа,. финансируемый исламскими государствами и фондами, находящимися в странах Персидского залива. Подготовку на этой базе проходят выходцы из Средней Азии, а также чеченцы, крымские татары и уйгуры. При этом уйгурские группировки ставят целью создание собственного государства в Китае, на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района, сообщил представитель МБ РФ. Другая первоочередная задача Кандагарского центра – создание исламского государства в Ферганской долине, где граничат Узбекистан, Киргизия и Таджикистан.
На орбите проведена успешная стыковка российского и американского модулей аппарата «Mars Ranger-1». После тестирования бортовых систем начнется эксперимент «Star Way», в ходе которого «Марсианский рейнджер» выведет на ареоцентрическую орбиту автоматическую станцию. Приблизительно в середине октября спускаемый аппарат «Земной треножник» доставит со станции на планету самодвижущийся механизм типа «марсоход».
СРОЧНО! По неподтвержденным пока данным, вчера днем президент Украины Р.Фердецкий провел конфиденциальную встречу с руководителями Евразии. Переговоры состоялись на военном объекте в районе российско-украинской границы.
Письмо, отправленное по электронной почте.
От:starik@newmail.ru
Кому:jacktheribber@hotmail.com
Дата:Mon, 29 jul 200… 07:51:32 MSK
Тема:Answer to …
Привет, Джек, хотя я догадываюсь, что в действительности тебя зовут иначе. Признаюсь, было странно читать доводы, которые ты выбрал. Ты пишешь, что Америка имеет моральное право применять силу против режимов, которые Вашингтон сочтет недемократичными. Это право ты обосновываешь экономическим процветанием, которое достигнуто, якобы, благодаря демократичности и равенству прав. Короче говоря, если я считаю себя хорошим парнем, то могу пристрелить тех, кого считаю плохими парнями. Нормальная логика маньяка или гангстера.
Давай, разберемся.
Отнюдь не демократия и не свобода сделали Соединенные Штаты большим процветающим государством. С первых дней своего существования вы проводили политику массового террора и нарушали библейские заповеди. Вспомни геноцид индейцев, аннексию Техаса и Калифорнии. Вспомни диктаторские режимы, которые Вашингтон культивировал в Латинской Америке, в Азии, по всему миру. Ты называешь это демократией? На всем протяжении своей истории вы, не задумываясь, применяли военную силу по любому поводу или вовсе без повода. В конце XIX века американский флот захватил полсотни необитаемых островов, единственной ценностью которых были только залежи гуано. Вы были готовы воевать ради огромных куч засохшего дерьма. Ничего не изменилось и в наши дни. У вас по-прежнему чешутся кулаки, американцам хочется подраться с кем-нибудь слабым, иначе у вас обостряется комплекс неполноценности. Ослепленные засевшей в американских генах манией массовых убийств, вы совершаете ошибку за ошибкой. Вы стремитесь уничтожить тех, кого считаете своими врагами и при этом прикармливаете самых страшных подонков, которых считаете своими союзниками. В Афганистане и Албании вы поддержали ваххабитов – теперь они убивают американцев из американского оружия. Сегодня вы даете оружие крымским террористам – завтра новые банды ваххабитов повернут это оружие против вас.
Одумайтесь, стремление к власти над миром ведет лишь к гибели. Вспомните Гитлера – он тоже ненавидел нашу страну. Сегодня нам нужно совместно решать бесчисленные проблемы, которые ставит новый век. Иначе – гибель цивилизации В следующей битве континентов не будет победителей, хотя ваши стратеги считают, что способны править миром единолично. Поверь, человечество не станет терпеть тирании. С уважением,
Starik.
Киев. Резиденция президента Украины.
Открыв заседание Совета обороны, батька Роман сухо объявил результаты вчерашних переговоров в Брянске. Результаты не утешали: евразийцы деликатно дали понять, накануне парламентских выборов не станут рисковать открытым конфликтом с Западом ради страны, которая полтора десятка лет всячески демонстрировала недружелюбие по отношению к Москве. В то же время соседи заверили что окажут Киеву моральную и дипломатическую поддержку, а покидающие Крым корабли российского флота оставят на базах кое-какие боеприпасы, в которых остро нуждалась Украина.
Понимая их нетерпение военачальников, Фердецкий зачитал примерное количество ракет, которые можно будет найти в арсеналах. Генералы и особенно адмиралы радостно зашушукались, из чего президент заключил, что москали не обманули – это оружие действительно пригодится.
– Теперь слушаю вас, ясновельможные паны, – сказал главнокомандующий.
Панченко и Бунчук доложили о соотношении сил, дополнив незначительными деталями отчет, представленный накануне премьеру и главе МИДа. Начальник генштаба закончил доклад в ободряющем ключе:
– Основные силы флота НАТО уже вошли в Черное море. Мы полагаем, что военные действия начнутся, как только подтянется новейший крейсер-стелс «Мерримак».
– Давят на психику, – неуверенно изрек министр иностранных дел.
Фердецкий тоскливо подумал, что оптимизм давно стал недопустимой роскошью. НАТО не отступит, потому что вашингтонскому извращенцу нужно любой ценой замять скандал с «пидергейтом», так что платить эту самую «любую цену» придется подвернувшейся под горячую руку Украине. Уже третью неделю, с тех пор, как угроза миротворческого избиения приобрела реальные очертания, президент думал только об этом, но не находил решения, которое было бы одновременно и достойным, и безболезненным.
Уступишь давлению – и завтра держава потеряет богатейший полуостров, а заодно и остатки суверенитета, и тогда послезавтра захотят отколоться бандеровские западные области и русскоязычный промышленный восток. Не уступишь – НАТО разбомбит к ядреной фене.
Не часто осознававший себя верховным главнокомандующим президент имел кое-какое представление о состоянии вооруженных сил, оснащенных древней техникой еще советского производства. По этой причине он не слишком верил в способность своей армии серьезно противостоять безотказно-неумолимой военной машине НАТО. Героическими усилиями его предшественников армия была сокращена и разоружена, оборонные контакты с северными соседями сведены к минимуму, а флот – разрезан и продан на металлолом.
В глубине души затаилась зыбкая надежда, что завтра случится чудо, раздастся звонок из Вашингтона, и Хэдден согласится отменить военную акцию в обмен на скромные уступки со стороны Киева. Но трезвый политический расчет подсказывал: этого не будет. Даже если на Крещатике примут самые унизительные требования обнаглевшего всемирного диктатора, враг немедленно выдвинет новые условия, и так будет продолжаться, пока не закончится срок ультиматума.
Политика должна быть нравственной… Когда-то он почти верил в подобные глупости. Это было полтора десятка лет назад, когда он, молодой и полный пацаньячего восторга доцент, вопил кретинские лозунги на митингах, собиравших сотни тысяч таких же, как он, идиотов. Те митинги в конечном итоге выкинули его на вершину власти, но жизнь на вершине открыла циничную истину: не способна нравственность направлять политику – только сила…
Генерал Кутенко деловито рассказывал о возможной стратегии противника. Исходя из опыта прошлых «гуманитарных интервенций», он полагал, что сначала НАТО будет методично молотить аэродромы и позиции ПВО, а затем приступит к разрушению гарнизонов и военных заводов, электростанций, мостов, телевизионных ретрансляторов. Между делом достанется зданиям силовых министерств.
– Противник привык, что жертвы агрессии уходят в глухую оборону, – продолжал генерал-майор. – Ирак, Ливия, сербы не пытались атаковать вражеские базы, хотя располагали и бомбардировщиками, и баллистическими ракетами, и подразделениями диверсантов. Такая пассивность позволяла агрессору действовать без помех, как на полигонных стрельбах. На Украине их ждет сюрприз. Наш стратегический план «Вий» предусматривает непрерывные контрудары по кораблям, аэродромам и тыловым базам НАТО.
Он добавил, что Черное море представляет собой весьма узкую полоску воды. Корабли НАТО будут постоянно находиться в зоне досягаемости даже старых ракет «Малахит» и «Базальт». А бомбардировщики, вооруженные ракетами Х-55, оставаясь над своей территорией, могут поражать цели на всем европейском континенте.
Мысль о жесткой обороне с непрерывными контрударами, естественная для выпускников академии генштаба, шокировала гражданских членов Совета обороны. Пока штатские пытались свыкнуться с новым видением грядущей битвы, министр обороны с энтузиазмом предложил:
– Может, имеет смысл нанести упреждающий удар по аэродромам НАТО? От бомбардировщиков, конечно, толку немного – их посбивают над Польшей, но ракетное-то нападение противник хрен отразит. Запустим одним махом все «Скады» и перемолотим кучу машин еще до того, как они повезут бомбы в нашу сторону.
– Очень заманчиво. – С воодушевлением подхватил Бунчук. – Мы уже прорабатываем такой план. Подобный упреждающий удар на Курской дуге задержал немецкое наступление на несколько часов. А эти малохольные, получив по зубам и потеряв самолеты, корабли и личный состав, могут вовсе дать задний ход.
Все взгляды обратились на главу государства. Понимая, какого ответа от него ждут, Фердецкий со страдальческим видом посмотрел на карту, потом на генералов. По тому, как он мялся, было понятно, что предложение пришлось по душе бывшему секретарю ЦК, однако президенту явно не хватало решимости дать согласие. В университетах и партшколах такому не учили.
– О чем говорите, шановные паны, – произнес он наконец. – Нас же немедля объявят агрессорами. Еще водородными бомбами закидают. Разоружение разоружением, а какой-то ядерный арсенал у НАТО пока остается. Нет уж, давайте без крайностей.
Военачальники заскучали, слишком хорошо представляя себе, каких потерь может стоить дотошное соблюдение дипломатических ритуалов. После тягостного молчания министр Панченко предложил запустить ракеты, как только разорвется первая вражеская ракета, но Бунчук возразил:
– Рано. В это время вражеские самолеты будут еще в воздухе. Какой смысл расстреливать пустые аэродромы… А вот когда эскадрильи вернутся на свои базы и загрузятся бомбами для нового вылета – вот тогда-то и ударим.
– Тогда может быть уже поздно, – нервозно заявил премьер. – Когда они отбомбятся, нам уже нечем будет стрелять. Можете не сомневаться – первые ракеты угодят точно по нашим пусковым установкам.
– Поменьше пессимизма, Глеб Васильевмч, – посоветовал министр обороны. – Ни один первый авианалет не имел стопроцентной результативности. Противник отбомбится по ложным целям – для этого у нас есть макеты ракет и самолетов.
– И средства РЭБ, – добавил Кутенко.
Президент, настороженно слушавший обмен репликами, вдруг разволновался от обилия незнакомых слов и потребовал:
– А ну-ка, давайте по порядку и на чоловичьей мове. Без мудреных терминов.
Перебивая друг друга, генералы стали излагать пикантные особенности современной войны, и после этих объяснений штатские вообще перестали что-либо понимать.
Количество кораблей, ракет, пушек и самолетов, равно как их размеры, скорость и мощность боеголовок, оказывается, играли сегодня третьестепенную роль. Главным достоинством оружия становилась эффективность электронной начинки. Невидимая война велась в эфире и виртуальном пространстве.
Радиоволны разносили приказы, сообщали войскам и боеголовкам их точные координаты, наводили на цель. Если заглушить или исказить эти сигналы – цель не будет поражена. Именно этим занимались подразделения РЭБ, радиоэлектронной борьбы.
Каждым шагом любой боевой единицы – будь то пехотная рота или корректируемая авиабомба, управляли десятки компьютеров. Если нарушить работу процессоров, то штаб потеряет контроль над войсками, а солдаты – над своим оружием. Если сообщить летчику ложные координаты цели, то бомбы упадут на мусорную свалку.
Тысячи лет войны велись на плоскости полей сражений. Двадцатый век сделал войну трехмерной, подарив комбатантам высоту неба и морские глубины. Новый век и новое тысячелетие перенесли главные битвы в иллюзорные измерения фазовых пространств виртуального мира. Война стала еще сложнее, поэтому на победу мог рассчитывать лишь тот, кто окажется сильнее в единоборстве интеллектуального оружия, где будут состязаться кремниевые мозги процессоров и неаппетитная субстанция, заполняющая черепные коробки программистов и стратегов…
– Мне это не очень нравится, – буркнул Мурашко. – Все равно у противника компьютеры мощнее наших.
«Пора от него избавиться, – подумал Фердецкий. – Нытик и силы воли ни капли. Кем бы его заменить…» Президент сказал равнодушно:
– Ты бы, Глеб Васильевич, чем панику разводить, подумал, где достать компьютеры, которые нужны военным.
– А на кой им компьютеры? – пренебрежительно огрызнулся премьер. – В «тетрис» играть? У них же нет специалистов, способных вести настоящую виртуальную войну.
Панченко с Бунчуком печально потупились, поскольку действительно не знали, как применить суперкомпьютеры. Немую сцену подпортил Кутенко, объявивший о формировании ОБКВ – отдельной бригады компьютерной войны, которая остро нуждается в мощных процессорах.
Мурашко, пятнадцать лет назад организовавший первую на Украине компанию, импортировавшую РС-АТ в обмен на поставляемые за океан овчины, сало и горилку, встрепенулся. Имя командира бригады было ему знакомо. Подумав, премьер пообещал достать для ОБКВ несколько «Тафлонов».
– Вот теперь я узнаю прежнего Глеба, – вырвалось у Фердецкого. – Был когда-то крутой делец, да что-то начал плесенью покрываться.
– Государственные дела засосали, – буркнул премьер-министр. – В большом бизнесе было проще: конкурента надо растоптать и разорить. А в политике, наоборот, приходится обхаживать противников.
– Ни черта ты не понял, – засмеялся Роман Андриевич. – В политике противника тоже уничтожают. Только другими способами.
Москва. Редакция журнала «Московский бульвар».
Вернувшись в редакцию, Мамлеев первым делом он втиснул в одну страничку – несчастных пять тысяч знаков! – анализ соотношения сил между НАТО и Украиной. Приходилось постоянно заглядывать на оружейные сайты вроде MissileIndex и Navy Today. Получалось, что старая советская противокорабельная ракета «Базальт» заметно превосходит «Томагавков», но для ее наведения цель требовалась космическая система управления, а со спутниками у Киева дела обстояли неважно. «Базальт» и еще более мощный «Гранит» были оружием сверхдержавы, имеющей не только корабли в море, но и спутники на орбите…
Отослав статью Сергачеву, Богдан чуток расслабился, забивая утомление не слишком горячим кофейком. На очереди оставалась последняя тема – анекдоты о том, как натовцы устанавливают мир, сбрасывая бомбы на Крещатик. Он бодро взялся за дело, вытаскивая из архивов байки о бомбардировках Югославии. После замены имен собственных получалось очень недурственно:
По сообщению CNN, бомбежки Украины преследовали исключительно мирные цели: школы, больницы, роддома…
Надпись на борту сбитого над Харьковом F-117: «Если вы сейчас читаете эти строки, то мы зря выкинули пятьдесят миллионов долларов».
На мирных переговорах с украинской делегацией президент Уайлер первым делом спросил: «Ну что, любовью займемся или войной?»
Запорожцы пишyт пиcьмо в HАТО: «Извините за cбитый F-117, мы не знали, что он невидимка.»
Обращение Уайлера к нации: «Мы спасли мир от экологической катастрофы, сбросив все наши просроченные бомбы на Украину!»
Прoдам на запчасти F-117, аварийный. Самовывоз с Полтавщины.
Разговаривают хохол-оптимист и хохол-пессимист: «Мы скорее всего проиграем войну», – говорит пессимист. «Тогда Запад даст нам кучу денег чтобы восстановить мосты, отремонтировать дороги, и мы все получим работу», – отвечает оптимист. "Здорово, – говорит пессимист. – Но что, если мы победим?
Две новые расшифровки аббревиатуры НАТО: Ништяк-Америке-Трындец-Остальным, или North America's Terroristic Organization.
Не успел он насладиться результатом, как в комнату зашел озабоченный главный редактор, и Бубнов с Лугановым хором завопили:
– Шеф, в какой раздел идет Дракула – «Лица» или «Чудо»?
– Да хоть в «Гость номера», – буркнул шеф.
Только теперь Луганов обратил внимание на хмурость начальственного лика и сочувственно поинтересовался:
– Какие-то проблемы?
Отмахнувшись, Сергачев вяло проговорил:
– Обычная работа. Клепаю передовицу, посвященную началу войны. Как положено: «…в своей лицемерной речи президент Уайлер кощунственно обвинил Украину в вероломном нападении на миротворцев, ни словом не обмолвившись об истинных причинах войны. Истинная же причина нынешнего конфликта полностью умещается в анальном отверстии…» Ну, и так далее.
Невольно засмеявшись, Луганов заметил:
– А вдруг педрила не обвинит хохлов в вероломстве?
– Обвинит, никуда не денется…– Редактор отмахнулся. – Они всегда кого-нибудь обвиняют.
Черное море. Авианосец «Эйзенхауэр».
Авианосное ударное соединение двигалось двадцатиузловым ходом, держа курс на грузинский порт Поти
– Том, у тебя ничего не барахлит? – весело спросил Эндрюс.
– Пока нет. – Голос Монтинелли тоже звучал оптимистично.
Генри Александер немедленно ввязался в их разговор, пообещав:
– Если снова забарахлит турбина, я тебя подстрелю, чтобы не мучился.
Три пары F-18E и четверка F-14 патрулировали море над 44-й параллелью. Пилоты перешучивались, а внизу рябили ленивые волны, тянули свои тралы рыбацкие суда и крейсировали военные корабли множества стран.
Русские истребители – то ли Су-30, то ли Су-34 – появились внезапно. Эндрюс не сразу понял, откуда они взялись, но быстро вспомнил, что в сорока милях отсюда находится уникальный аэродром с варварским названием «Гудаута». Самолеты могли взлетать с него практически без набора высоты, выполняя полет над морем на предельно малых высотах, оставаясь невидимыми для радаров.
«Сухие» затеяли с американцами состязание в области высшего пилотажа, потом на подмогу тяжелым истребителям подтянулись юркие МиГ-29. Билл подумал: хорошо, что , что вылетели на патрулирование с неполным боекомплектом. Облегченные машины без труда выполняли сложные маневры, но все равно было непросто конкурировать с «двадцать девятыми». Подтверждалась старая истина: МиГ-29 не имеет равных в ближнем бою, поэтому с ними надо расправляться на больших дистанциях.
Их развлечения оборвал приказ с «птицефермы»: перехватить танкер, перевозивший нефть из Новороссийска в украинский порт. Снизившись до трех тысяч футов, Эндрюс повел «Суперхорнетов» на север, и русские помчались следом, а с крымского аэродрома «Бельбек» поднялись две тройки Су-27 с опознавательными знаками ВВС Украины. Оценив обстановку, капитан радировал на «Айк»:
– Матушка Гусыня, я – Чик-три. Перехват невозможен. Танкер идет в территориальных водах России. К тому же рядом туча русских и украинских истребителей.
«Птицеферма» долго не отвечала, и танкер благополучно ускользнул в Азовское море через узкий Керченский пролив. В небе стало тесно – на американцев навалилась дюжина истребителей, украшенных красными звездами. Наконец «Матушка Гусыня» передала новый приказ – отступить на двести миль к зюйд-весту и прикрыть отдельную группу надводных кораблей миротворческого флота. Через четверть часа, когда топливные баки Эндрюса были наполовину пусты, эскадрилья встретила сразу два чуда военного кораблестроения. Французский фрегат «Жюпре», вступивший в строй летом 2001 года, и американский крейсер «Мерримак», законченный постройкой два месяца назад, рвались на север, легко поддерживая скорость около тридцати узлов. Оба корабля, созданные на основе технологии «стелс», отличались плоскостью обводов и отсутствием лишних конструкций на палубах. Отраженные волны радаров рисовали на экранах лишь слабенькие отметки, словно по морю курсируют не глыбы металла во много тысяч тонн водоизмещением, а крохотные жестяные бочки.
Здесь разыгрался очередной тур предвоенных игрищ. В сотне миль к норду патрулировала русская эскадра – два крейсера, эсминец и три фрегата, а чуть западнее рванулись на перехват «Мерримака» украинские корабли.
– Чик-три, перехвати украинцев, – скомандовал командир авиакрыла.
Эндрюс напомнил, что у него кончается горючее, но с «Айка» успокоили, что через десять минут подоспеет вторая шестерка самолетов эскадрильи «Wildcats». Передав приказ ведомым, капитан прикинул: если не пересекать звуковой барьер, керосина хватит на полчаса. Вполне достаточно, чтобы покружить над целью, и даже для имитации атаки.
Он азартно облетел вокруг ракетного крейсера, сопровождаемого мелкими суденышками. Завтрашние мишени для бомбардировок выглядели готовыми к бою – на направляющих зависли зенитные ракеты, радарные антенны на мачтах деловито крутились, нащупывая цели в воздухе и за горизонтом. Эндрюс привычно изучил мишень, сделав вывод, что такую махину не потопить легким оружием – лучше всего бить «Гарпунами»…
От этих мыслей его отвлекли затопившие эфир проклятия Александера. На истребителе Генри дали сбой бортовые приборы. Несколько минут то один, то другой F-14 сообщал о проблемах с системами контроля, и эти неполадки продолжались, пока не прилетела смена.
Буквально на последних каплях топлива Билл Эндрюс посадил самолет на палубу, зацепившись кормовым крючком за трос аэрофинишера. Не успели экипажи выбраться из кабин, как набежали техники. Все машины вернувшейся группы увезли на лифтах в трюм, где истребителями занялись электронщики. Было смешно наблюдать, как Лесли тестирует бортовые компьютеры, демонстративно не замечая Клоуза, а Мэтт едва не плачет, пытаясь привлечь внимание младшего лейтенанта.
Оба гомика продолжали выяснять отношения и вечером в баре. В конце концов, кажется, поладили.
Москва. Отдел информационной борьбы.
– Чего ты с утра такой довольный? – осведомился полковник.
Старший лейтенант Черепахин сделал улыбку поуже.
– Позавчера я перехватил самолеты над Средиземным морем и открякал несколько бортов. Сегодня они снова появились – уже в Черном. Система адресации мне уже понятна, так что теперь нам доступны два десятка машин с «Эйзенхауэра».
– Доброе дело, – согласился Давыдов. – К твоему сведению, один полковник, два майора и еще кое-кто подобным же образом надругались над остальными авианосцами и даже с парой крейсеров разобрались. Садись пока.
Призвав личный состав быть внимательнее, полковник поведал о совещании, которое рано утром провел министр. Руководство, сказал Давыдов, опасается, что под шумок американцы попытаются нанести какой-то ущерб Евразии. Например потопят несколько наших кораблей или перерубят нитку подводного газопровода «Голубой поток», а потом начнут оправдываться, что так получилось по ошибке.
Во избежание осложнений, продолжал начальник ОИБ, Черноморский флот и силы ПВО южного направления приведены в боевую готовность, а спецподразделениям разрешено применить оперативный план «Вурдалак-2010». Полковник пояснил: активных ударов по так называемым «миротворцам» не будет до первых ударов по нашей территории.
– Нам поставлены чисто разведывательные задачи, – сказал он. – На стороне НАТО будут работать все линии компьютерной и прочей связи. Для нас это прекрасная возможность просочиться в чужие компы и набрать побольше полезной инфы.
Давыдов добавил, что начальство не станет сильно возмущаться, если между делом какой-нибудь Гоблин или Череп отклонит от намеченной цели какую-нибудь ракету или собьет с курса эскадрилью стратегических бомбардировщиков. Подобные шалости будут даже приветствоваться – Отделу давно пора освоить действия такого рода.
Нахальный Череп, отродясь не признававший субординации, перебил шефа:
– То есть нам запрещено лишь взрывать атомные бомбы, которые лежат в трюмах авианосцев?
– Примерно так, – подтвердил полковник. – А теперь вернемся к текущим делам.
Лыков и Челпанов доложили, что ночью Зверь и Гадюка (последний вышел на связь с сотового) попытались выложить на свои сайты почти одинаковые сообщения: дескать, правительства ЕАС не готовы пойти на открытое вмешательство и ограничатся обороной от случайных ударов. Осведомленность этих предателей вызвала дикое озлобление и желание поскорее ухватить обоих за глотку.
– Подмените оба файла, – распорядился Давыдов. – Пусть там будет написано, что Москва и Минск готовы послать на помощь хохлам авиацию, ракеты и флот…
Челпанов и Петелин отчитались по связям Гадюки. В деле появились интересные обстоятельства, так что наметилась тропинка к загадочному «Углу».
– Быстрее разбирайтесь, – тонко намекнул Давыдов.
– Можно попробовать через «Легион», – сказал журналист Мамлеев. – Жаль, девочку придется за блесну юзать.
Он изложил свое предложение. Начальство согласилось, что звучит заманчиво, хотя никто не гарантировал успех. А циничный Гоблин сказал резонно: мол, мобила Гадюки запеленгована, номер известен, а потому согласие Crazy и не требуется.
– Эти ребята мне симпатичны, – парировал Богдан.
– Мне тоже, – признался полковник. – Кстати, сейчас ты отправишься к ним тестировать «Тафлоны».