Лента новостей
На молдавско-украинской границе произведен обмен военнопленными. Украина вернула 14 летчиков и 8 моряков, а командование НАТО передало украинской стороне 12 летчиков и 35 моряков. Сообщается, что многие военнослужащие, оказавшиеся в плену, нуждаются в лечении, поэтому их обмен состоится позже.
Вечером в четверг отряд украинских кораблей в составе крейсера «Вильна Украина», сторожевых кораблей «Гетман Скоропадский», «Гетман Сагайдачный» и «Запорожска Сичь» стал на рейде Таганрога. Военные обозреватели полагают, что причиной этого «визита вежливости» является желание Киева укрыть корабли от бомбежек в нейтральном порту.
В интервью «Нью-Йорк Таймс» ответственный чиновник британского МИД, пожелавший не разглашать своего имени, подтвердил, что пропагандистские службы НАТО в 70 (!) раз завысили сведения о жертвах среди мирного населения Крыма. Как известно, именно сообщения о якобы имевшем место массовом геноциде послужили главным обоснованием военной акции против Украины. Автор статьи в «Нью-Йорк Таймс» напоминает, что несколько лет назад «Форин Офис» аналогичным образом фальсифицировал данные о жертвах среди мирного населения в Косове, тем самым создав предпосылки для агрессии НАТО против Югославии.
По итогам торгов на ММВБ (ЕТС) курс доллара США на 16.30 составил: минимальный курс доллара на сегодня (USDTOD) 38.3543 руб., максимальный 38.4491 руб. Средневзвешенный курс составил 38.3569, объем торгов – 74.206 млн долл., заключено 1253 сделок. По сравнению с предыдущими торгами средневзвешенный курс доллара США с расчетами «сегодня» понизился на 0.4723 рубля. Все аналитики единодушно объясняют столь резкое падение курса американской валюты неудачами войск НАТО в войне против Украины.
Вчера вечером в результате ракетного обстрела получил тяжелые повреждения атомный авианосец «Гарри Трумен». На спутниковых фотоснимках отчетливо видны разрушенный мостик и обширные пробоины на уровне ватерлинии. В настоящее время «Трумен» малым ходом движется в направлении Босфора. Пресс-службы НАТО и ВМС США отказались комментировать эти сообщения.
Украина. Зона боевых действий.
В генштабе были сильно удивлены, получив из Москвы перечень объектов, по которым противник, вероятно, будет наносить удары во время ночного налета. Киевляне еще не догадались о склонности стратегов НАТО к игре «Битва за Киев», а потому решили, что северные союзники получают сведения от агента, внедренного в Пентагон или «объект SHAPE».
После недолгих раздумий Бунчук распорядился передислоцировать несколько дивизионов С-125 и С-300 на указанные направления. Московский прогноз оправдался: эскадрильи противника шли точно по предсказанным маршрутам, попав под плотные залпы зенитных ракет. К столице сумели прорваться лишь считанные «Суперхорнеты», но хватило и этого – бомбы превратили в руины завод «Авиакор», выпускавший транспортные самолеты АН-70. На юге страны горели установки Херсонского нефтеперегонного завода, и все небо покрыли вязкие клубы густого черного дыма.
Ценой этого прорыва стали четыре F-18, два F-14 и два «Рафаля».
А вот повторная контратака украинской авиации сорвалась на первых же минутах. Огромные потери прошлой ночи ополовинили бомбардировочные эскадрильи, и в новый налет отправилась только горстка машин – семь Ту-22 и пять Ту-26. На их беду в небе над Румынией барражировал YAL-1A с лазерной пушкой из семи модулей. Семь импульсов с дистанции около 120 миль уничтожили четыре самолета, а навстречу остальным метнулись перехватчики. Не дожидаясь атаки, экипажи бомберов выпустили ракеты с предельной дальности, но только два «Каяка» попали в крейсер «Томас Гейтс», входивший в состав Центрального соединения. Избавившись от груза, «Туполевы» поспешили вернуться на базы.
Москва. Редакция журнала «Московский Бульвар».
Сутки начались массированной атакой на новостной сайт ИТАР-ТАСС – на те его разделы, где были выставлены сведения о потерях НАТО. Такое уже случалось: весной 1999 года, когда НАТО бомбила Югославию, было нападение из-за границы. Сейчас на случай подобных пакостей сайт «Лента новостей. Вторая Крымская война» прикрывала группа «Гепатит». Запеленговав источник атаки, гепатитчики закрыли вражеским хакерам доступ, после чего подсадили противнику сочный вирус специально созданный для незваных гостей. Позже выяснилось, что при этом почему-то вышла из строя компьютерная сеть Йельского университета.
– Молодцы, – сказала в микрофон Галя. – Так их.
– Не отвлекайся, – потребовал Челпанов. – Опять новая кодировка.
Кобра отмахнулась, фыркнув:
– Это мы быстро…
Ключ, найденный вчера во время визуального штурма, сработал безупречно. К началу очередной бомбардировки все уже имели необходимые пароли, и не было нужды тратить время на кракерство.
– Вот теперь тебя люблю я, – провозгласил Луганов. – Только, братишки и сестренки, не нравится мне, что там творится.
Слова военного комментатора встревожили майора. В отличие от остальных, Луганов окончил военное училище и лучше коллег разбирался в тактике и системах оружия. Однако мониторы показывали привычную обстановку, какая обычно бывала накануне налета, и майор, немного успокоившись, сказал:
– По-моему, все как обычно.
– Не скажи…– старший лейтенант покачал головой. – Сегодня хохлы не наносили упреждающих ударов по их базам. Это должно означать, что братья-славяне ослаблены до предела.
Кобра азартно крикнула:
– Атас, мужички, начинается! – и добавила: – Ну, держитесь, сволочи, поймаю и надругаюсь по очереди!
Основным результатом двух дней виртуальных сражений было вовсе не отклонение сотни боеприпасов и даже не уничтожение некоторого количества боевых единиц противника. Пока «вспомогательные силы» вроде «Легиона» или «Золотой Рыбки» ломились в замки чужих кодировок, главные силы, то есть офицеры МБ и ГРУ следили за действиями виртуального противника и проанализировали систему обороны вражеских программ. Накопленные сведения создали предпосылки для решающего удара. У всех появилась твердая убежденность, что победить врага не только нужно, но и можно. За дело взялись с веселым воодушевлением.
Просматривая полетные задания воздушных машин, поднявшихся с авианосцев Восточного соединения, Череп обратил внимание на загадочное обстоятельство. В рейд отправилось изрядное число вертолетов SH– 60F «Seahawk», причем задание у них было совершенно безумное – закидать глубинными бомбами мелководный квадрат Черного моря, где заведомо не могло быть украинских субмарин.
Богдан проверил по базам данных и установил, что через этот участок морского дна тянется трубопровод «Голубой поток». Ямальский газ бежал по трубам от ставропольского поселка Изобильное по дну Черного моря – до Анкары, и далее, до Земли Обетованной. Длина подводной части газопровода приближалась к тысяче километров.
Немедленно вызвав Давыдова, старший лейтенант доложил:
– Шеф, они решили разбомбить «Голубой поток».
– Нас предупреждали, что так и случится. – Полковник малость рассвирепел, оправдывая свое грозное прозвище. – Действуй. У вас с Карабасом развязаны руки.
– Слушаюсь! – обрадовался Череп.
Он демонстративно выставил в Сети свою эмблему – оскаленный золотистый череп с гипертрофированными клыками. Почти тот час же следившие за виртуальным сражением обитатели Инета увидели вставшую на хвост кобру, а также визитку Челпанова, изображавшую страшного бородатого дяденьку с плеткой в руке.
Действуя по старинке, Карабас-Барабас принялся подменять полетные задания, в результате чего дюжина вертушек побросала бомбы в районе собственной подлодки «Толедо», но последняя, к сожалению, серьезных повреждений не получила. Кобра попросту подорвала глубинные бомбы, подвешенные к двум «Сихокам», обломки которых изящно и стильно посыпались в море. Череп же, по обыкновению, соригинальничал: перехватил контроль над пусковым комплексом пролетавшего поблизости F-14 и запустил его ракеты, предусмотрительно отключив опознаватель «я – свой». Два «сайдуиндера» и два «спарроу» отправили к Нептуну еще три вертолета.
– Одна ракета промахнулась, – обиженно сообщил коллегам старший лейтенант. – Тоже мне, хваленая заокеанская техника…
На экране было видно, как девять уцелевших «Морских ястребов» торопливо отворачивают на обратный курс, беспорядочно швыряя бомбы куда придется.
– Давно бы так, – проворчал Челпанов, не стараясь сдержать широченную улыбку.
Они вернулись к работе, которая стала рутинной для большинства сотрудников отдела и была вновинку только Кобре. На этот раз оибисты вознамерились капитально разобраться с ракетами типа «Бумеранг», но дела пошли неважно. За ночь их оппоненты из службы Джека-Потрошителя сумели усилить защиту, так что чудовищно старая – двухлетней давности! – четвертая версия отмычки не помогала.
Обгоняя звук, «Бумеранги» непреклонно стремились к мишеням. На мониторах редакции вызывающе горели ряды многозначных номеров – по строчке на каждую крылатую ракету – и соответствующие координаты запрограммированной точки попадания. Изредка какая-нибудь строчка гасла, сообщая наблюдателям, что средства ПВО смогли сбить очередной «Бумеранг» или «Томагавк». Эффективность обороны была невысокой – в цель попадала лишь каждая десятая зенитная ракета.
Объединив усилия, оибисты все-таки грохнули один из «Бумерангов», но для этого потребовалась совместная работа большой группы хакеров – трое в течение четверти часа бомбили входной порт ракеты, забив канал избытком сигналов, а тем временем Челпанов нащупал комбинацию паролей и сумел отключить двигатель.
– Их защита стала заметно крепче по сравнению со вчерашней, – отдуваясь, констатировал майор. – Пора свежие версии в бой бросать.
Злой, как чертова дюжина изголодавшихся бесов, Череп сказал:
– Образы пора в бой бросать.
– Думаешь, разрешат? – спросила Галя. – Ой, слабо верится.
Челпанов махнул рукой и приказал не отвлекаться. Они повторили коллективную атаку, с немалым трудом перенацелив на безопасный квадрат следующий «Бумеранг».
Производительность их труда получалась раз в несколько дерьмовее, чем в прежние дни. Дело попахивало крупным конфузом. Хорошо хоть ночной налет быстро закончился, а то вовсе бы опозорились перед всем миром.
Украина. Зона боевых действий.
Передовой рубеж ПВО был практически уничтожен вчера днем, и теперь самолеты НАТО почти беспрепятственно углублялись в воздушное пространство Украины до сотни километров, забрасывая ракетами и бомбами позиции второго пояса ракетных установок. К утру были разгромлены все южные авиабазы, горели Никопольский глиноземный комбинат, казармы под Киевом, столичный офис «Альфа-Банка», Киевский авторемонтный и Харызский трубопрокатный заводы.
Эскадрилья В-2 и F-117, незаметно проникнув вглубь Украины, сбросила управляемые сверхточные снаряды JSOW. Половина накрыла дислоцированную под Киевом бригаду ПВО, вооруженную комплексами С-300В, а другие понеслись на сигналы радиомаяков, заложенных агентами в правительственных зданиях столицы. К этому моменту радары зенитных комплексов «увидели» в небе стаю «невидимок», и три «стелса» упали на востоке Житомирской и Винницкой областей.
А бомбы спланировали и разорвались на пустыре возле Харьковского массива – именно сюда, на окраину Киева сотрудники СБУ свезли радиосигнализаторы, найденные в различных министерствах. К сожалению, удалось найти не все маячки, поэтому несколько JSOW все-таки попали в городские корпуса, и пожарные машины всю ночь надрывно гудели сиренами.
Никто так и не понял, почему шальная бомба угодила в «Гидропарк» – единственную в Киеве станцию метро, где поезда выходят из тоннеля на поверхность. Взрывная волна разрушила перрон, и пламя охватило расположенные по соседству аттракционы «Дисней-ленда».
Кроме того, сбившиеся с курса JSOW разорвались во дворе дома 33/35 по улице Тимошенко и снесли строение по адресу: улица Героев Днепра, 20. И вовсе уж загадочным оказалось разрушение зданий №11 на улице Короленко и №22 на улице Жуковского в Одессе, равно как дома №8 по бульвару Славы в Днепропетровске.
Почти одновременно запущенные с кораблей и тяжелых бомбардировщиков снаряды AGM-86 ударили по ангарам в Прилуках и шахтам ракет «Зенит». Взрывы уничтожили множество муляжей, заклинили двери подземного ангара. Один из «Зенитов», на который как раз собирались установить боеголовку, загорелся в поврежденной шахте.
Расстреляв боекомплект, корабли НАТО отходили на сотню миль к югу, где их ждали транспортные суда с запасом крылатых ракет. К дневному налету все пусковые установки снова были заряжены и готовы к новой атаке.
Иерусалим. Нахалат Ахим.
С вечера Яна была настроена взыскать с Арона все долги по внебрачным обязанностям. Получилось весьма недурно. Любовники провели бурную ночь с шампанским, сексом и интересной беседой. Оставшегося в Москве давнего воздыхателя Яна даже не вспомнила – очередь Богдана придет при следующей встрече.
Проснувшись от трелей будильника, исполнявшего бессмертный вопль гиены Морикконе из «Злого, плохого, хорошего», она деловито сказала:
– А теперь о главном. Нужна тебе-таки сенсация, или отдать в другую компанию?
– Я тебе отдам! – засмеялся Местер. – Рассказывай.
– Держи…
Она прокрутила видеосюжет, который тайком сняла накануне при помощи спрятанной под чадрой видеокамеры. Кадры штурма, убитые и арестованные террористы и, особенно, конспект лекций по диверсионной подготовке привели стареющего папарацци в экстаз. Расцеловав Яну даже темпераментнее, чем делал это ночью, Арон вскричал:
– Дорогая, это – настоящая бомба!
– Эксклюзивная бомба, – уточнила лейтенант Словинская. – Пустишь в эфир?
– Обязательно! И в эфир, и в вечерние газеты.
– Прекрасно, – сказала она. – Как только начнется скандал, Шенберг устроит брифинг. У тебя, как главного разоблачителя, будет право на пару лишних вопросов. И, само собой, кое-какая дополнительная инфа…
– Что? – удивился Местер.
Он поморщился, узнав, что она привезла из Москвы жаргонные словечки, но в порыве восторга не стал читать нотаций. Восторг Местера был столь глубоким, что Яна даже немножко пожалела журналиста, которого ее организация использовала втемную для сброса деликатной информации. Вечером Арону придется узнать, что террористов готовили вовсе не ненавистные ему русские, а милые сердцу американцы… Мерканосы, как говорили новые московские приятели.
Москва. Отдел информационной борьбы.
Собрав всех сотрудников, Давыдов объявил, что с утра одна за другой вышли из строя несколько боевых точек, с которых работали московские хакеры. По мнению полковника, дело было уже не в применении противником вирусного оружия – уничтожалась микроэлементная база электронного оборудования.
– СВЧ-излучатель, – сказал Челпанов.
– Вот именно. – Полковник кивнул. – Но мне трудно представить его мощность. К тому же лучи идут узким пучком – в соседних домах телевизоры продолжают работать, как ни в чем не бывало.
Начальник отдела напомнил, что возле офисов хакерских групп с первого дня операции выставлены посты милицеской охраны. Согласно их рапортам, от 6.00 до 8.00 неподалеку от позиций «Шабаша», «Золотой Рыбки», «Гепатита» и «Хоббита» останавливалась появлялась машина «Жигули» ВАЗ-2117 вишневого цвета, номер 57-39 МОТ. Именно после этих визитов внутри зданий разрушались полупроводники.
– Служба ГИБДД и охрана остальных позиций получили приказ задержать эту машину, – закончил Давыдов. – Но мы должны быть готовы и к другим неожиданностям.
Старший лейтенант Черепахин испытывал сильнейшее возмущение, переходящее в ярость. По Москве разъезжали агенты противника, применявшие оружие новейшего типа. Такое не прощается…
– Полагаю, у нас развязаны руки? – спросил Богдан.
– До определенных пределов…– Викентий Олегович погрозил пальчиком. – Адекватный ответ – не более. Не забывайте, что мы не участвуем в войне.
«Взрывать боекомплекты авианосца по-прежнему нельзя, – понял Череп. – Уронить сервера в штаб-квартире НАТО – можно и нужно». Он догадывался, что все равно не сумеет сделать ни того, ни другого, а потому придется сделать что-нибудь попроще. Например, отклонять боеприпасы. Богдан подумал, что так даже лучше: не хотелось брать на душу грех смертоубийства. В унисон этим соображениям мелькнула неожиданная мысль, которую он высказал вслух:
– Мы не убиваем американцев и не позволяем им убивать хохлов. Получается, что это мы – подлинные миротворцы.
Вошел Денис, ездивший на границу для встречи с киевскими коллегами. Полковник указал на свободный стул, одновременно спросив:
– На что они жаловались?
– Образ третьего класса…– Петелин неуверенно добавил: – Кажется… Или я чего-то напутал? Но от Сети их отрубили – это точно.
– Где этот Образ?! – взвыл Череп.
Подмигнув, Денис ответил, что привез диск с архивированной версией заокеанского монстра. Отослав остальных, шеф велел Дутовой, Челпанову и Черепахину остаться. Image-прогу запихали в «Багет» и запустили все, что было под рукой.
Через два часа с небольшим Корвет – Образ 3-го класса, слепленный Давыдовым на замену Лангольеру, который относился к второму поколению КИАПов, – подобрал ключик к собрату. Койот, программа-Образ, нокаутировавшая компы Кингсайза, капитулировала и более не представляла серьезной опасности. Компьютерное оружие, как известно, недолговечно и теряет эффективность вскоре после первого применения.
– Значит, так, – сказал полковник, разглядывая блок-схему вражеского Образа, занявшую все 20 дюймов экранной диагонали. – Применяйте Корвет, если возникнет необходимость. Пора испытать наш кораблик в серьезном деле.
Вашингтон. Пентагон.
По хмурому лицу Глиша было видно, что директор ЦРУ приехал для серьезного разговора. Сильвероу приказал адьютанту никого не пускать и разлил в изящные маленькие рюмки кубинский ром.
– Уже получил приказ о начале наземной операции? – спросил главный шпион Америки.
– Жду с минуты на минуту.
– По-моему, ты думаешь так же, как и я.
– Это зависит от того, что именно думаешь ты, – усмехнулся генерал.
Поморщившись, Глиш проговорил:
– Уже понятно, что демонстрацию силы следовало проводить на стране, которая не способна оказать серьезного сопротивления.
– Я говорил об этом с начала лета, – Сильвероу развел руками. – Вы меня не поддержали, а педик и его сутенер не захотели меня слушать.
Директор допил ром и сказал:
– С ними надо кончать.
После таких слов Сильвероу сразу вспомнил старый фильм «Шесть дней в мае». Вероятно, Глиш догадался, о чем подумал собеседник, потому что поспешно добавил:
– Не бойся, я понимаю, что мы живем не в СНГ, и не предлагаю двинуть танки на Белый Дом.
Генерал окончательно запутался. Он не понимал, как иначе можно убрать президента.
– Хочешь выступить в Сенате в поддержку импичмента?
– Это делается тоньше, – объяснил Глиш. – Можно организовать вброс информации. Компроматы на Уайлера и Хэддена.
– Раньше надо было это сделать!
– До сегодняшней ночи я надеялся, что «Бурю в степях» удастся благополучно закончить.
Удивленный председатель объединенного комитета сказал, что сегодня был достигнут перелом, и сопротивление украинской армии резко ослабло. Миротворцам удалось уничтожить большую часть неприятельской авиации, а ПВО Украины расстреляла три четверти зенитных ракет.
– Конечно, потери оказались чуть больше ожидавшихся, но теперь это уже не имеет значения, – рассуждал генерал. – Сегодня мы потеряли всего четыре самолета. Потери союзников я, сам понимаешь, в расчет не беру… Завтра к вечеру украинские арсеналы будут пусты, и мы…
– Не обольщайся. Они уже получили два новых «Триумфа». Кроме того, сегодня ПВО сбила всего один наш самолет. Остальные уничтожены виртуальным оружием.
– Директор АНБ обещал отключить от Интернета все узлы, которыми пользуется противник…
Покачав головой, Глиш бросил на стол аналитическую записку, составленную в его ведомстве. Опытные специалисты утверждали, что в ближайшие дни протесты общественности перехлестнут опасную черту, угрожая перерасти в массовые беспорядки. Аналитики из ЦРУ также предупреждали, что киевский режим полон решимости продолжать сопротивление и что в случае даже умеренных поставок оружия из ЕАС армия Украины сможет сражаться не менее месяца.
Цифры возможных потерь смутили генерала. Дальнейший ход военных действий представал в совершенно новом свете. Сухопутные войска Украины сохранили почти 80% боеспособности, так что наземная операция могла забуксовать, обернувшись новыми сотнями гробов, обернутых звездно-полосатым флагом. Аналитики особо остановились на неожиданно высокой эффективности виртуального оружия. Даже в случае отключения Украины и России от сети Интернет, говорилось в документе, опытные хакеры смогут входить в Паутину непосредственно через спутники связи…
– Я подкину журналистам нужные сведения, а ты должен саботировать приказы педика, – сказал Глиш. – Иначе – первое поражение Америки после Вьетнама. В глазах общественности виноватыми окажемся именно мы с тобой.
Сильвероу долго молчал, обдумывая неожиданное предложение. Потом глухо проговорил:
– Я пытался саботировать перед началом операции. Сейчас – слишком поздно. Я не имею права проиграть войну.
– Ты можешь проиграть гораздо больше…– Директор ЦРУ встал. – Подумай, что ты в силах сделать.
Москва. Зюзино.
Лейтенант Бодунов и сержант Петрунин, охранявшие офис группы «Веселые Черти», заметили подозрительный автомобиль, когда тот показался из-за угла. Водитель притормозил в десятке метров от окон «Веселых Чертей», вылез и с озабоченным видом открыл капот.
Второй член экипажа оставался на заднем сиденье, но потом тоже выбрался наружу, опасливо глядя на приближающихся милиционеров. Водитель немедленно захлопнул крышку и попятился к дверце кабины.
– Предъявите документы, – потребовал лейтенант.
Водитель «жигулей» выхватил пистолет, передергивая затвор. За секунду до его выстрела Бодунов присел за бампером стоявшей у тротуара чьей-то «волги», расстегивая кобуру. За спиной хлопнул «макаров» Петрушина, лейтенант тоже нажал на спуск. Покачнувшись, водитель упал на асфальт, держась обеими руками за правый бок, а его напарник успел сесть к рулю и отъезжал задним ходом.
Милиционеры выпустили несколько пуль в удаляющуюся машину, затем сержант занялся раненым, а лейтенант сообщил по рации об инциденте.
– Так точно, – уверенно ответил он на вопрос из центра. – Вишневая «десятка», и номер тот же.
Спустя четверть часа простреленную машину с регистрационным номером 57-39 МОТ обнаружили на границе лесопарка. Приехавший на место Денис Петелин сразу обратил внимание на капли крови, запачкавшие сиденье водителя.
– Чья? – спросил капитан.
– Того, который уехал, – сказал Бодунов. – Второго мы завалили снаружи.
Денис понимающе покивал, рассматривая пулевые отверстия в корпусе и стеклах. Затем предъявил милиционерам фотографии. Не без некоторых сомнений оба свидетеля указали на снимок Сечкина.
– Вроде бы он, – промямлил сержант. – Здоровенный лоб. Метр девяносто, не меньше.
Лейтенант поинтересовался, в каком состоянии водитель и способен ли давать показания, но его вопрос только расстроил Дениса. Раненый оставался без сознания, хотя врачи говорили, что угрозы для жизни нет.
Осмотр багажника поставил в тупик даже бывалого опера ОИБ. Такой электроники он еще не видел, однако, слыхать приходилось. Прошлой зимой в отдел поступила ориентировка по поводу разработанном в Японии генератора высокочастотного электромагнитного поля, которое разрушало полупроводники на расстоянии до двадцати метров. Каменная или бетонная стена уменьшала радиус поражения примерно вдвое.
Москва. Офис фирмы «Легион».
– Дан, привет, – сказала Лея. – Я соскучилась.
– Я тем более, – весело сообщил он. – Обрадуй гуманоидов – начальство разрешило применять Образы.
– Рулез! Хочешь, и я тебя обрадую? Письмо от Гадюки получила. Обещал появиться.
– Знаю, уже прочитал, – Череп подмигнул с экрана. – Дорогого дружка ждет горячий прием.
Он отключился, послав воздушный поцелуй, а Лея запоздало возмутилась:
– Ты, что же, гад, мою почту крякнул?!
Тут начался дневной налет, и она отложила разборку до вечера. Тем более, что «легионеры» решили не возиться с марцелловским Шалуном, а сразу ринулись в бой, оседлав Гремлина – многофункциональный Образ, ломавший самые хитрые замки в самых крутых прогах.
Они уже приспособились к виртуальной войне, которая казалась увлекательной компьютерной игрой. В азарте забывалось, что где-то за сотни верст по-настоящему рушатся дома и гибнут люди, там действительно гремят взрывы и летают всамделишные ракеты. Виртуальная война давала ощущения, каких нельзя словить даже в Думе или Кваке. Черт побери, настоящая война засасывает сильней, чем Тетрис! Победить в такой схватке – дело чести, проиграть – вечный позор.
Гремлин оправдал надежды создателей и, пусть со скрипом, пробивал защиту крылатых ракет. При каждом удачном перехвате «Томагавка» Шаман жизнерадостно комментировал:
– Дозвуковая крылатая ракета – не оружие, а бесшумная полевая фляга.
Тем не менее, даже с помощью Image-проги работа шла медленно. Не прибавляли бодрости и поступавшие по Сети сообщения от коллег: виртуальный противник одну за другой выбивал из игры группы московских и питерских хакеров.
– Сейчас ударят по «Легиону», – прошипел Эрнест.
Он крякал заковыристый блок паролей, но даже Гремлин и даже с помощью Шалуна с трудом пробивал защитные программы «Бумерангов».
– Мы еще повоюем, – мрачно изрек Шаман.
Лея возилась с портом, который показался ей не слишком защищенным. Замок не поддавался, и девушка азартно вскричала:
– Отворить именем Мордора!
Спустя минуту, Гремлин все-таки сломал защиту, и Лея взвыла от восторга, сообразив, что наконец-то смогла пробиться в проц крылатой ракеты. Девушка понятия не имела, где находится эта ракета – на самолете или подводной лодке, и такие тонкости совершенно ее не волновали. На блок-схеме она видела несколько активных иконок, отвечающих за функции смертоносного снаряда: Warhead (с подпунктами Safety, Activization и AutoBlust), Engine и Control. У нее на глазах погасла Safety, и загорелись Activization и Control. Мобилизовав свои познания в разговорном инглише, Лея предположила, что боеголовка снята с предохранителя, и вдобавок заработала система управления.
В этот момент началась новая вирусная атака. Вирусами были поражены серверы провайдеров, с которых работали «легионеры», и компы накрывались один за другим.
– Я держу эту тварь! – чуть растерянно выкрикнула девушка, запуская револьверное переключение каналов. – Мальчики, что теперь делать?
Остальные «легионеры», сидевшие перед зависшими компами, даже не сообразили позавидовать подруге.
– Hack her mother! – рявкнул Шаман.
– Запросто! – азартно отозвалась Crazy.
Лея лихо отрубила часть связей, чтобы затруднить противнику доступ на ее машину и перешла на свежий канал. Несмотря на все эти меры самозащиты, проникший в ее компьютер вирус продолжал разрушительную работу, истребляя фрагменты интерфейсовой картинки. Второпях она ткнула мышкой в ближайшую позицию, лишь потом поняв, что погасила Engine, то есть отключила двигатель ракеты. Спустя две секунды экран перед Crazy погас окончательно.
– Кажется, получилось, – неуверенно прошептала она. – Мальчики, я остановила ракету!
– Молоток, – продолжая переживать разгром своего подразделения, буркнул Шаман. – Огонь-девка. Кого ты зацепила?
– Вроде бы, пароход. В смысле – корабль.
– Пароход? – Шаман презрительно поморщился и махнул рукой. – Салага ты у нас! Хоть адрес записала?
– Не-а, – беззаботно ответила Лея. – Но я помню, как туда попала. Как только залечим вирь – покажу вам дорогу.
Ее слова задели больное место, напомнив о загубленных машинах. Дублон простонал:
– Залечишь, как же! Даже Виноград эту заразу не остановил.
Марцелл немедленно припомнил соответствующую цитату из военно-морской литературы:
– Это называется – по два раза сифилисом болели; сначала – европейским, потом – американским. Или как там было у Вишневского…
– Который Вишневский-то? – заинтересовался Дублон. – Тот, что моностихи шлепает?
– Нет, он про Всеволода, – рассеянно ответила Лея. – Который «Пессимистическую комедию» написал.
Недобро поглядывая на чрезмерно развеселившийся молодняк, Шаман пытался понять, какое средство применил против них неприятель. Ясно было, что Vinograd не справляется. Шаман включил Итран, то есть ImageTranslator – прогу обзора в системе Образов. Стали видны Образы-Койоты: хищные звери бросались в атаку, прогрызая путь в сеть фирмы и пожирая виноградины файлов. Главный «легионер» натравил на них Гремлина, но Койоты загрызли беднягу и полностью оккупировали базу сервера.
Теперь все компы «Легиона» сдохли окончательно.
– Такого не бывает, – пискнула потрясенная Лея. – Марцелл, кто мог так просто прикончить наши Образы?
– Образ третьего класса…– Леонтьев скрипнул зубами. – Официально считается, что такие проги появятся только через пару лет.
Сокрушенно мотая головой и руками, он сел в углу и продолжал невнятно бормотать себе под нос какие-то жуткие проклятья с математическим уклоном.
Шаман, с отвращением разглядывая мертвые машины, попытался войти в свой комп с подключенного ноутбука. Короткая проверка показала, что вражеская Image-программа просочилась через NSAKEY и забила все системные директории. Заодно выяснилось, что УРЛы «Легиона» аннулированы, и отныне им придется входить в Инет обходным путем – дозваниваясь до провайдера, как в двадцатом веке. Потом Койот сунулся в ноутбук, и Шаман от греха подальше выдернул штеккер соединительного кабеля.
– Вот уж действительно – в чужом пиру похмелье, – в сердцах бросил Игорь. – Мало, что на голом энтузиазме и общественных началах воевали, так еще и в убытки влезли!
Неожиданно Марцелл, сорвавшись, заорал:
– Там люди гибнут, а мы сидим в кондиционированной комнате, кофе жрем!..
Он был близок к истерике. Лея кинулась успокаивать, даже поцеловала, но Эрнест только отпихивался.
– Надо было твою девочку пригласить, чтобы утешила, – сказала Лея.
– Точно, – с воодушевлением поддержал ее Дублон. – Лучшее лекарство.
Нехорошо посмотрев на друзей, Марцелл буркнул:
– Нет у меня сейчас никого. Разошлись.
– То-то он о надувных задумывался, – запоздало сообразил Дублон.
Лея всплеснула руками.
– Ну чем его развлечь? Марцеллушка, хочешь я стриптиз покажу? Только для тебя…
Предложение звучало невероятно заманчиво, но Эрнест нашел силы отказаться. Уже из чистого кокетства он убийственно прохныкал:
– Ничто мне уже не поможет. Никому я не нужен.
Шаман застонал, как от зубной боли и предложил: