Телепат робко шагнул через порог кабинета и невольно вздрогнул, увидев вблизи человека, которого весь мир знал по портретам. Сталин ободряюще улыбнулся, пожал руку посетителю и, вытащив из зубов трубку, весело осведомился:
– Вас что-то беспокоит, товарищ Мессинг? От растерянности тот брякнул невпопад:
– А я вас недавно в руках нес…
– Как это? – удивился диктатор. – Не припоминаю. Сконфуженный экстрасенс объяснил, что участвовал в Первомайской демонстрации и ему было оказано доверие
– нести большой портрет вождя. Сталин коротко рассмеялся, усадил гостя на диван, а сам вернулся к столу и еще раз проглядел короткую справку.
Вольф Мессинг, всемирно известный гипнотизер и телепат. Много лет выступал с психологическими опытами в разных странах. Арестован гитлеровцами в Польше, но сумел бежать из гестапо, погрузив охрану в глубокий сон.
Перешел советско-германскую границу и выразил желание служить правительству
СССР. Обладает колоссальным даром внушения. Под наблюдением ответственных работников ГУГБ НКВД был поставлен эксперимент: Вольф Мессинг получил в сберкассе крупную сумму денег, предъявив кассиру чистый лист бумаги. Позже кассир уверял, что видел оформленную по всем правилам платежную ведомость…
– Ваш гипнотический дар одинаково действует на всех людей? – спросил
Сталин.
– Нет, конечно. Часть людей – примерно каждый десятый – не поддаются внушению. Насколько я сумел установить, эти люди сами обладают трансцендентными способностями… – Он испытующе посмотрел на грозного собеседника. – К примеру, я сейчас пытался, но не сумел понять, о чем вы думаете. Значит, вас нельзя и загипнотизировать… Но вы – не телепат… – Чувствовалось, что Мессинг напряжен, словно силится решить сложную задачу. – Скорее всего, вы можете предвидеть будущее. И еще вы должны уметь подчинять людей своей воле.
– Пожалуй, вы правы, – согласился Сталин. – Ответьте на другой вопрос.
Можно ли читать мысли собеседника, если вы не знаете его родного языка?
– Разумеется. Совершенно не важно, на каком языке думает пациент. Мышление интернационально.
– А могли бы вы прочитать мысли… скажем так, не человека?
Сбитый с толку неожиданным вопросом, Мессинг задумался, затем ответил, растерянно разводя руками:
– Вы имеете в виду животных? Животные не умеют мыслить… Но мне приходилось управлять поведением собак. А однажды в цирке дрессированный тигр выполнял мои мысленные команды.
– Я имел в виду вовсе не животных, – проворчал Сталин. Вольф не мог читать мысли хозяина кабинета, но понял, что тема беседы исчерпана. Сталин задал еще несколько малозначительных вопросов, – скорее всего, из вежливости. Затем проводил гостя до двери, а на прощание произнес:
– Очень надеюсь в скором времени использовать ваши феноменальные качества для очень важных дел…
Оставшись один в кабинете, он заполнил неровным трудночитаемым почерком несколько страничек записной книжки. Лишь после этого разрешил секретарю пригласить членов Политбюро, ожидавших вызова в предбаннике.
Берия зачитал сводку управления разведки. Этой весной заместитель госсекретаря США Уэллес много недель колесил по Западной Европе, пытаясь помирить англичан и французов с немцами и при этом намекал Гитлеру, что воевать нужно вовсе не с Парижем и Лондоном, а с Москвой. В те же дни его британский коллега заместитель министра иностранных дел Джеймс Батлер сказал японскому послу в Лондоне: «Цель Англии – путем блокады или другими способами принудить
СССР вести войну против Германии».
Донесения разведчиков и дипломатов подтверждали, что западные политики по-прежнему считают своим главным врагом не Гитлера, а Сталина. Лидеры империалистических стран готовы были пойти на любые преступления, лишь бы стереть с карты мира величайшую державу. Эта тупая политика с неизбежностью привела Париж и Лондон к катастрофе.
Разговор в кабинете пошел о главном событии международной жизни – Германии удалось одержать убедительную победу на Западном фронте. Небольшое подразделение немецких диверсантов за считанные часы принудило к капитуляции Данию. Затем вермахт стремительными ударами механизированных соединений оккупировал Бельгию и прорвал линию Мажино, устремившись в глубь Франции. Армии союзников бежали, даже не пытаясь дать отпор врагу, и сейчас агонизировали последние очаги сопротивления в Норвегии.
– Кстати, насчет Норвегии, – заметил Ворошилов. – По-моему, после потопления «Глориес» можно считать закрытым вопрос о том, кто сильнее – линкор или авианосец.
– Эти недомерки даже стыдно называть настоящими линкорами, – уточнил педантичный Молотов. – Линейные крейсера к тому же слабые по броне и вооружению.
Все понимали, о чем идет речь. Накануне пришло известие о сражении в
Северном море неподалеку от норвежского порта Нарвик. Неразлучная парочка немецких линкоров «Шарнхорст» и «Гнейзенау» атаковала и уничтожила британский авианосец «Глориес». Англичане даже не успели поднять в воздух самолеты, и плавучий аэродром пошел ко дну под градом одиннадцатидюймовых снарядов.
– Мы и не сомневались, что наше решение строить линкоры было единственно правильным, – удовлетворенно произнес Сталин. – Что сообщают из Сан-Франциско?
Вызвали истомившегося в приемной Биберева. После введения с прошлого месяца новых воинских званий Матвей Аристархович стал контр-адмиралом и ужасно этим гордился, хотя петлицы на его кителе остались прежними – с двумя звездочками.
Моряк доложил, что на калифорнийской верфи строго по плану разворачиваются работы по достройке «Халхин-Гола». Различным предприятиям распределены заказы на необходимое оборудование. Ленинградские конструкторы, совместно с американскими коллегами, завершают создание проекта обновленного линкора. Кораблестроители обязуются закончить монтажные работы и отладку двигателя к следующему лету.
– Стало быть, в мае – июне сорок первого мы должны доставить на верфь артиллерию, – сделал вывод Сталин. – Успеем?
Молотов и Маленков заверили, что наркомат вооружений умрет, но выполнит задание – четыре башни с орудиями главного калибра будут готовы в срок.
Экспериментальная шестнадцатидюймовка уже проходит испытания на Балтийском полигоне. Пушки меньших калибров давно освоены промышленностью, с ними проблем вообще не предвидится. Затем, после вступления в строй «Халхин-Гола», заводы приступят к изготовлению артиллерийских установок для «Советского Союза» и
«Советской России» – двух новейших суперлинкоров, которые планировалось спукать на воду в начале сорок второго года.
Матвей Аристархович особо подчеркнул приятный факт: при заключении контракта удалось добиться солидной экономии валютных средств. Корабль такого класса стоил, по американским ценам, около пятидесяти миллионов долларов, однако мафия оформила линкор «плавучим краном» и добилась, чтобы при калькуляции расходов была засчитана двадцатилетняя амортизация изделия. В результате
«Халхин-Гол» обойдется Советскому правительству всего лишь в двенадцать миллионов.
– Одно мне, признаюсь, не совсем понятно, – закончил Биберев. – Господин
Каноцци почему-то настоял, чтобы половина этой суммы была уплачена наличными.
Наивность контр-адмирала, который удивлялся таким простым вещам, насмешила матерых политиков. Берия фыркнул:
– Зато нам их интерес очень даже понятен. Будут им наличные.
– Это много?! – забеспокоился Сталин. – Легко будет переправить такую сумму?
– Ерунда, – отмахнулся Лаврентий Павлович. – Один чемодан, набитый стодолларовыми купюрами.
Когда Биберев ушел, Ворошилов поинтересовался, откуда взялось странное выражение – «отмывание денег». Сталин, которого в Политбюро не без веских на то причин считали ходячей энциклопедией, охотно пустился в объяснения. Оказывается, в эпоху «сухого закона» мафия гребла колоссальные деньги на нелегальной продаже спиртных напитков, и встала проблема – легализовать эти доходы, чтобы вкладывать
«хмельные миллионы» в некриминальные сферы бизнеса. Тогда один мафиози догадался организовать сеть прачечных и оформлял «черный нал» как деньги, полученные от стирки белья.
– Не совсем красиво выглядит с нашей стороны, – повздыхал Калинин. – С уголовниками сотрудничаем, с гангстерами.
– А то мы во время революции не использовали уголовный элемент, – сказал
Ворошилов. – Один Махно чего стоил!
– Ради великого дела можно заключить временный союз Даже с нечистой силой,
– усмехнулся Сталин. – Никто не сможет нас упрекнуть. Вспомните: в Мюнхене те же английские и французские империалисты продали Гитлеру всю Чехословакию – лишь бы натравить фашистов на Страну Советов – По сравнению с этой чудовищной сделкой наш альянс с мафией выглядит деянием библейских праведников.
Выслушав эти соображения, Молотов озабоченно заметил, что организованная преступность мыслится ему проблемой, которая может когда-нибудь вызвать сложности даже в СССР. Если бандитские вожаки попытаются подкупить морально неустойчивых аппаратных работников – результат трудно предсказать. К этому предупреждению отнеслись серьезно, поскольку Вячеслав Михайлович тоже владел политическим ясновидением и его прогнозы обычно сбывались.
– Значит, надо обезглавить преступный мир, пока наши бандиты не превратились в мафию, – резюмировал Сталин, а затем произнес очередной афоризм, который спустя много лет будет превратно истолкован: – Не будет этих людей – не будет и проблемы. Лаврентий Павлович, займитесь. Править страной должно правительство, а не бандитское подполье.
Нарком внутренних дел заверил коллег, что сегодня же отдаст приказ расстрелять всех воров в законе, которые сидят в лагерях и следственных изоляторах. Затем будет развернута большая охота на уголовных вожаков, временно остающихся на свободе. На этом повестка дня была исчерпана, и некоторым приглашенным дали понять, что они могут отправляться на заслуженный отдых.
Сразу после полуночи, когда в кабинете остались только люди, входящие в
Ближний Крут, Берия огласил особо секретное донесение из Красноярска. Местным органам НКВД удалось обнаружить двух лиц, идентичных фотографиям, которые привез из Америки конструктор Каростин. Предполагаемые гонты заказали в краевой библиотеке подшивки местных газет за лето и осень 1908 года. Заметив, что привлекли к себе внимание, подозреваемые бесследно исчезли. Наблюдавшие за ними сотрудники госбезопасности уверяют, что гонты буквально растаяли в воздухе.
– Гипноз, – прокомментировал Сталин. – Против при-щельцев придется использовать людей, устойчивых к действию внушения. Пусть товарищ Мессинг поможет отобрать чекистов, не подверженных магнетизму.
Затем он приказал пригласить Каростина, который уже четвертый час ждал своей очереди.
События последних месяцев, особенно нелады по части личной жизни и командировка в Берлин, превратили Михаила в замкнутого, мрачного ипохондрика.
Новые знания распалили в его подсознании чудовищной силы комплекс неполноценности, неверие в собственный интеллект и ощущение душевной пустоты.
Единственным приятным сюрпризом оказалась новость, что Сталин прекрасно помнит обстоятельства их прежних встреч и даже прочитал «Ответный удар» – новый, только что опубликованный роман Каростина.
– Но литературные вопросы мы будем обсуждать позже, – сказал вождь. – В каком порядке вы собираетесь отчитываться?
– Начнем с техники, – безразлично предложил конструктор. – Хотя все это очень тесно переплетается с проблемой Тунгусского бункера. В научном отделе концерна «Сименс» я заметил корпус, охраняемый войсками СС. Я уверен, что именно там изучают найденные в Польше обломки…
– Этим займется разведка, – прервал его Сталин. – Что с радиолокатором?
Главной целью поездки в Германию было приобретение лицензии на сименсовский магнетрон. Мощный генератор сантиметровых радиоволн, работавший по принципу торможения электронов в скрещении электрического и магнитного полей, был необходим для создания радаров нового поколения. Резкий скачок от частоты в триста мегагерц у системы «Сегмент-1» до двух-трех тысяч мегагерц, как планировалось в «Сегменте-2», позволил бы резко увеличить дальность и точность радиолокационного обзора.
– Я знаю, что вы очень ловко поменяли немецкий патент на два наших авторских свидетельства, – одобрительно сказал Сталин. – Когда будет готово новое изделие?
– Думаю, через год. Или чуть позже. Нам осталось решить незначительные технические вопросы. Но я хотел сказать о другом, – кажется, удалось разгадать тайну одной из таймырских находок.
– Подождите, – строго сказал Сталин. – Вы в комиссии получали рапорт НКВД о происшествии в Красноярске?
– Насчет гонгов? Да, я в курсе.
– И что вы об этом думаете?
– По-моему, все просто. Гонты продолжают искать бункер. С этой целью они прочесывают на большой высоте пространство над Сибирью. Фурбены им противодействуют, поэтому над Таймыром произошел бой, следы которого оказались у нас в руках. В библиотеке они собирались просмотреть газеты как раз о падении
Тунгусского метеорита. Вероятно, рассчитывали найти какие-нибудь заметки, связанные с судьбой спасшихся сопланетников.
– Ни черта они там не найдут, – проворчал Сталин. – Мы все эти газеты еще в двадцатые годы до последней корки пролистали… Ладно, давайте, о чем вы хотели сказать.
– Когда я был в научном отделе «Сименса», немцы похвастались очень забавным, как они полагают, устройством…
… Инженеры всемирно знаменитого электротехнического концерна изготовили необычный конденсатор, напылив серебряную пленку на пластину слюды. Каростин еще не знал таких терминов, как «интегральная схема» или «пленочная технология», но стоило ему присмотреться к этой игрушке, как сердце заколотилось с бешеной силой…
– Помните тот кристалл с узорами, который мы поначалу приняли за инкрустированный серебром самоцвет? Я понял, что он из себя представляет. Это целый узел их радиоэлектронной аппаратуры. Узел, в крохотный объем которого втиснуты десятки или даже сотни микроскопических устройств: конденсаторы, сопротивления, выпрямители, диоды и все такое. И тогда мне стало страшно…
– Вы должны г-гордиться, молодой человек, – ободряюще сказал Молотов. -
Если сумели раскрыть такую тайну, это же замечательно! Чего же тут страшного?
– Страшно то, как далеко они ушли от землян по пути технического и научного прогресса. Я чувствую себя полным ничтожеством. Дикарем-неандертальцем, который с тупым видом разглядывает граммофон, случайно попавший к нему в пещеру.
И даже если когда-нибудь у нас в руках окажется целый и невредимый корабль пришельцев, мы просто не поймем, как он действует.
Наркомы недоуменно переглянулись – для них такой проблемы не существовало.
Вождь партии после короткого раздумья уверенно проговорил:
– Вы сильно преувеличиваете степень нашего неандертальства. Любая машина космических гостей, будь то межзвездный корабль, или быстроходный летающий вездеход, или… В общем, любая такая машина должна состоять из агрегатов, назначение которых несложно предугадать. Давайте подумаем, какие устройства будут в подобных кораблях.
Совместными усилиями они быстро составили приблизительный перечень: корпус, двигатель, оружие, источник энергии, приборы наблюдения (радар, телескоп, телевизор), приборы управления, средства связи, жилые помещения, склады продовольствия и топлива…
– Не так все просто, – упорствовал Каростин. – Мы можем не понять, что именно видим – оружие, телевизор или двигатель. Если их радиотехника столь разительно отличается от нашей, то поди угадай, как будет выглядеть их оружие…
Представьте себе, что древнеримскому легионеру показали современный пулемет.
Черта с два он сообразит, для чего нужен этот кусок металла.
Ворошилов заверил инженера, что воин времен Цезаря сразу начал бы нажимать на все железки и быстро освоил приемы стрельбы.
– Напрасно вы беспокоитесь о таких пустяках. – увещевал конструктора
Сталин. – Ведь вы догадались о назначении той радиодетали. Следовательно, братья по разуму обогнали землян не так уж сильно – лет на сто, от силы на двести.
Разобрались с радио, разберетесь и с остальным.
– Попробуй только не разобраться, – сказал Берия, делая свирепое лицо -
Кишки выпущу.
– Не надо так шутить, – вяло проговорил Михаил. – Бсть машины, которые на
Земле только-только появляются и потому ужасно примитивны. За двести лет прогресса инопланетные инженеры могли их усовершенствовать до полной неузнаваемости.
Он рассказал о последних достижениях американских и немецких ученых, создавших электромеханические приспособления для математических расчетов. Джордж
Штибиц из «Белл телефон» сконструировал и построил так называемый калькулятор комплексных чисел, собранный из множества телефонных реле. Похожее устройство в
Германии разрабатывал Конрад Цузе. Фирма IBM пыталась смонтировать такую же машину из электронных ламп. Эти агрегаты выполняли за каждую секунду сотни арифметических действий, и сегодня даже трудно было представить, какие перспективы откроются, когда подобные механизмы получат широкое распространение.
– Интересная штука, – согласился Сталин. – Вроде большого арифмометра.
Конечно, на космических аппаратах должны иметься такие машины, – например, для астрономических вычислений… А поскольку мы знаем, что на корабле пришельцев обязательно окажется устройство для быстрых расчетов, то ваша задача – опознать его, изучить и использовать на благо нашей страны.
Молотов добавил директивным тоном: мол, хорошо бы товарищу Каростину написать книгу про вычисляющие электромашины. Очень важно будет показать, сказал
Вячеслав Михайлович, как передовые научно-технические достижения служат трудовому народу в СССР и буржуазным на Западе. Например, советский калькулятор помогаем повысить производительность труда, тогда как капитал используют такую же машину для усиления эксплуатации, получения сверхприбыли и подготовки новой войны. Вы предложил ввести в будущую книгу приключенческую: машина изобретена советскими учеными, иностранные разведки пытаются похитить чертежи, но сотрудники госбезопасности обезвреживают врагов и сохраняют важную государственную тайну.
– Товарищ Каростин без наших дилетантских советов сумеет грамотно построить увлекательный сюжет, – ухмыльнулся Сталин. – Вот как хитро закрутил он свой «Ответный удар». Войну с применением новейшего оружия расписал, а с кем сражается Красная Армия и на каком стратегическом направлении – об этом остается только догадываться. Вы, Михаил Никанорович, настоящий дипломат…
Остальные засмеялись, из чего Михаил заключил, что все они знакомы с его романом. Это было приятно. Немного сконфуженный откровенным намеком вождя, он сказал:
– В первом варианте я написал, что войну развязала Германия в союзе с
Финляндией и Польшей, а с востока на СССР напала Япония. Но прошлой осенью
Польша исчезла, а с немцами подписали договор о дружбе. Пришлось срочно переписывать многие главы и сделать противника анонимным.
– Все правильно, – задумчиво проговорил Сталин. – Каждый советский человек понимает, что схватка с Германией и Японией неизбежна, однако открыто писать об этом не стоит – договор вынуждает нас проявлять некоторую осторожность в высказываниях… – Он надолго замолчал, потом вдруг спросил: – У вас есть какие-нибудь вопросы к членам правительства?
Разговор с вождями буквально окрылил конструктора, вернув уверенность и прогнав хандру. Они верили в его силы, – стало быть, он обязан оправдать их высокое доверие. Испытав прилив воодушевления, Михаил набрался смелости и сказал:
– Я подготовил к печати избранные произведения в двух томах, но издательство тянет время, не включает книги в план…
Не дослушав его объяснений, Сталин раздраженно заявил, что писатель
Каростин заслуживает большего, чем двухтомное собрание сочинений. Он сделал очередную пометку в своей записной книжке и добавил:
– Идите, Михаил Никанорович, и спокойно работайте А издательство может выпустить ваш шеститомник сверх утвержденного плана. Еще до конца этого года…
Надеюсь не забудете подарить мне экземпляр с автографом?
Разговоры этой ночи имели сложные последствия, по-разному отразившиеся на судьбах отдельных людей и целых стран. Через три месяца начали выходить тома каростинских сочинений, и взбодрившийся писатель засел писать еще два романа.
… Агентурная сеть госбезопасности подбросила английской разведке умело составленную дезинформацию, будто в одном из корпусов научного отдела концерна
«Сименс» разрабатывается супермощное оружие, предназначенное для обстрела
Британских островов. Через несколько дней крупные соединения английской авиации разбомбили этот район Берлина, в результате чего прекратили существование все изучавшиеся там образцы инопланетной радиотехники.
Спустя неделю не вышел на службу пожилой инженер-конструктор из секретного подразделения фирмы «Мессер-шмитт». Когда стало известно, что вместе со стариком исчезли найденные в Польше детали – предположительно это были обломки двигателя инопланетного летательного аппарата, гестапо и СД перетряхнули всех служащих, а также их родственников до третьего колена, при этом были разоблачены два английских шпиона, один американский и один японский. Пропавшего конструктора не нашли, но зато установили, что он был членом компартии со времен Баварской советской республики. Не требовалось большого ума, чтобы понять: бесценные находки уже переправлены в Москву.
… С помощью Вольфа Мессинга были отобраны два десятка оперативных сотрудников НКВД, не подверженных гипнозу. Заодно обследование на устойчивость к внушению прошли высшие руководители СССР. Выяснилось, что среди членов Политбюро только Молотов и Берия обладают зачатками экстрасенсорных способностей. Каждый из них сделал для себя вывод: конкурента придется устранить. Ровно через тринадцать лет Молотов сумеет выполнить эту задачу.