Нет. Её величество засекретила это даже для папы и Оза. Не знаю, почему именно, но, как я поняла, они договорились, что попасть Неизвестному в Костну не получится, а вот если я сама выйду… Оз сказал, что если так, то будет водить меня за руку и стоять надо мной, скрестив руки. Папа резко стал с ним согласен.
– Мотаешь головой, а могла бы уехать, – хихикнула подруга, – смотри сколько причин увезти меня отсюда, к тому же… Мако. Королева ещё не послала тебе официальную бумагу, но… ты главная из претенденток на мой тандем. Тебе так же выбирала я, н-но… меня должны учить, поэтому её величество смогла найти какую-то диаду для этого, а из-за того, что у Костны границы закрытые, никого сюда не пропустят. То есть…
– Мы должны будем уехать учиться к границе? – прервала её монолог.
Фрея помотала головой.
– Мы пока не сошлись на месте, но я точно знаю, что если попрошу сделать этим местом Соголдскую столицу, то мне разрешат, – она выглядела гордой.
Оз-зи оглядел её снисходительно.
– Она не поедет. Поэтому ищи себе кого-то другого, – шёл в зал для последней речи парень, – это было бы самое странное, на что можно согласиться. Для чего езжать учиться Ае – вопрос открыт. Особенно, понимая то, что никто этим изначально не интересовался.
Я медленно и задумчиво кивнула. А после села во второе после капитана кресло и надула губы.
Хм.
***
Выпускной. Мне всегда казалось, что он будет совсем другим – не таким ранним, не таким замечательным и не таким грустным. В этот раз Оз посчитал моё платье сносным, пусть оно и не подходило под его каноны цвета, фасона и закрытости. Он бы всегда наряжал меня во что-то строгое и пастельное, будь его воля. Однако сегодня был вполне себе необычный день, поэтому крокодил молчал, как-то странно мялся и даже танцевал со мной во время представления класса не так сурово, как обычно. Я же радовалась тому, что Мел сюда всё же пришла, хотя, если честно, сделала это она только ради меня – чтобы сидеть сейчас напротив за столиком и тянуть из собственной фляжки совсем не сок, пока на сцене объявляли короля и королеву этого года – самое бесполезное действие сейчас. Забавно, что добиралась до этого понимания я целый год, осуждая ту версию себя, которая готова была биться за этот статус.
Сейчас было плевать, поэтому, когда ведущий посадил Илияса на первое мужское кресло, а после назвал моё имя, заставив свет ударить на наш самый дальний столик, я махнула ему рукой и качнула головой:
– Я отказываюсь от этого поста, – улыбнулась для всех разом, – выберите кого-нибудь…
– Ая, иди,– сам зачем-то поднялся Оз-зи, – шагай.
Что? Зачем?
– Мне это уже не нужно, Оз, – осталась сидеть на месте я, – не хочу.
Парень дёрнул щекой.
– Ая… – он протянул мне руку.
Я решила всё проще: встала, сбежала со ступеней, утянула по дороге Фрею за руку и вбежала на сцену, где забрала у ведущего корону, взгромоздила её на голову девушки и под редкие аплодисменты вернулась к сереющему лицом Оз-зи.
– А так можно было? – хихикнула Фрея, – ну ладно. Куда садиться?
Но это всё происходило на фоне, пока я держала Оза за руку, а после и совсем висла на нём. В голове было столько мыслей в последнее время, так что эта бутафория казалась последним, в чём хотелось поучаствовать.
– Мне нужно было отправить тебя на сцену, – дёрнул щекой крокодил.
– Давай как-нибудь потом? – попросила его, – а сейчас поехали домой. Пока я ещё не совсем обленилась, и тебе не пришлось меня нести.
Я улыбалась его хмурости и параллельно махала Мел в сторону выхода. Она тоже ощущала какую-то подавленность. Будто прощание со школой делало нас хм… взрослыми?
– Твоё решение, – совсем окаменел Оз-зи, сам утягивая меня из зала, – заедем поужинать?
Я кивнула. Нас ждал серьёзный разговор.
Поэтому я и не стала переодеваться, нагнетать тучи над Мел и отказываться от рыбы, которой целый день хотел накормить меня Оз-зи. Ладно. Так уж и быть, особенно перед тем, что я собралась ему сказать.
– Ты расстроена? Чем именно? – первым посадил за столик Оз меня.
Как обычно.
– Я задумчивая, – поправила его, – и ты бы знал об этом, если бы хоть немного уделял мне времени последние несколько дней.
Говорила я с улыбкой, поэтому скорее журила, чем обвиняла. Насупиться это ему не помешало.
– С завтрашнего дня я официальный сенатор Костны, Ая, – дёрнул ногой под столом крокодил, – у меня нет и пары дней на то, чтобы осознать, что подвластный мне район теперь полностью в моей ответственности. Поэтому я надеялся на крупный разговор именно на выходных, а не сейчас.
Я сделала глоток только что принесенной воды в прозрачном бокале.
– У нас же есть время сейчас, – ткнула пальцем в выпечку, – поэтому я и согласилась быстро, хоть и устала достаточно сильно. Ты будешь салат? Я бы забрала у тебя половину.
Оз мотнул головой. Как же он был напряжён! Будто чувствовал, на что я настраивалась.
– Бери себе целый, – разглядывал меня нервно он, – на выходные куда-то едем? На это ты намекала всю неделю, и скорее всего сейчас? В планах было отдохнуть дома максимально типичным способом, поэтому думаю отказать тебе и перенести всё на следующую субботу.
Близко. Но не то. У меня всё намного страшнее в планах. Значит… сейчас?
– Я хочу уехать с Фреей в Соголду на несколько недель, – глядя ему в глаза, – я хочу учиться её диадству, понять, чего хочу сама, что мне делать и…
Оз зло усмехнулся.
– Какая глупость, – фыркнул, – нет, Ая. Ты никуда не поедешь, и тем более без меня и так далеко. Это… кто вложил в твою голову эту гадость? Ты хотела быть учительницей. Я разрешил. Но это… п-ф-ф! Ты должна была понять, насколько я буду против.
Вообще нет. Я понятия не имела, что он может так разозлиться и сразу начать говорить со мной настолько агрессивно.
– Оз, это нечестно, – попыталась не злиться сама, – ты так говоришь, будто можешь мне приказать остаться, а я должна буду делать только так, как ты мне сказал. Но я же…
– Так и есть, – сверкнул глазами крокодил, – ты живешь со мной. А значит должна понимать, что последнее слово будет за мной. И я говорю тебе нет. Ты никуда не поедешь.
На его лице была такая печать уверенности, что я какое-то время молчала, сверля его взглядом.
– Оз давай поговорим нормально, – попросила.
– О чём? О том, что меня это раздражает, или о том, что ты говоришь о чём-то невероятно идиотском? – он скрипнул зубами, – прекращай. И найди более приятную тему. Обещаю, что её обсуждать я буду охотно.
Он улыбнулся и открыл было рот, как я ответила:
– Но это моё решение, Оз. И я хочу поехать. Я долго это обдумывала, как и что сделать. Мы будем ездить друг к другу на выходные. Постоянно звонить и переписываться. К тому же это ненадолго, – кивнула, – может я вообще захочу оттуда уехать через неделю, а ты сейчас поднимаешь кипишь без причины.
Оз откинулся на спинку стула рывком.
– Нет, Ая. Я делаю это с причиной, как и всегда. А вот твой финт точно не имеет обоснованных целей и задач. Поэтому я и говорю тебе, что это бессмысленно. Я обещал тебе съездить туда, как только у меня появится время, но ты же… зачем тебе ехать туда одной?
Я помотала головой.
– Я впервые чем-то заинтересована, Оз, – свела брови я, – ты не прав, если думаешь, что это бесцельно. Я хочу учиться. М-может быть это и есть моё призвание – быть тандемом диады? М-может быть…
– Твоё призвание сидеть рядом со мной! – рявкнул он, – и мы обговаривали это в самом начале. Говорили чётко и ясно. Ты сидишь дома, Ая. И я принял твоё желание побаловаться, пару раз сбегав до школы в образе учительницы. Как бы тяжело это не было, но я не был против. Однако ты сходишь с ума и делаешь это со мной! Какая к чёрту Соголда, Ая?! Это не соседний город, не соседняя улица и не дом напротив! Ты собралась уехать за сотни километров от меня, заниматься непонятной дрянью с непонятными людьми! Ты клялась мне, что ты не станешь делать чего-то подобного! По-твоему, я предпринимал всё это зря? Абсолютно всё, что связано со школой для тебя, переводом в мой класс, Фратрией и твоим источником, было сделано мной! Я как идиот трясся над тобой, делал то, что ты хочешь и что тебе нужно только для того, чтобы ты сейчас сбежала, резко сменив курс?
Я похлопала ресницами.
– Почему ты решил, что я сбегаю? – нахмурилась я, – это только на время. Мы же будем вместе… я просто хочу понять, что мне нужно и… Оз, я не собиралась тебя бросать, ты мне невероятно важен и нужен, а эта поездка… как отпуск! Я просто…
Он подался в мою сторону.
– Нет, Ая. Это так не работает. Я своё слово сказал, ты не поедешь никуда. Я вообще закрыл тебе выезд, как собственной невесте, если ты забыла. Так что ты попросту не выедешь отсюда. И это всё. Хватит меня бесить.
Оставшийся вечер мы молчали. Когда ехали домой, когда расходились по комнатам и когда… я собирала самый мелкий из своих чемоданов. Кучу вещей я везти с собой не планировала, поэтому оглядела себя в последний раз в зеркало, спустилась и постучалась в его кабинет.
– Я приеду через две недели, – оставила вещи в коридоре, – буду писать тебе и рассказывать, что со мной произошло, как было скучно и что опять выдумала Фрея, – чмок в его холодную щеку, пока он не смотрел на меня, – ежечасно, Оз. Может приеду уже раньше, если мне совсем быстро всё это надоест. Так что… не переживай и не злись, пожалуйста. Я просто хочу быть уверена, что поступаю правильно.
– А со мной ты не уверена в этом? – жестоко усмехнулся Оз.
Я закатила глаза.
– Причём здесь ты? Я говорила, кем хочу видеть себя, а не… ладно. Я не хочу сердить тебя сильнее, поэтому… – поцелуй в холодные губы, – бабушка уже подъехала и ждёт. Я… я очень тебя люблю, Оз. Больше всех на свете, честно. Но мне нужно хоть немного понять, чего я стою. Это… ненадолго. Обещаю, что позвоню тебе сразу, как буду там, – улыбка, – пойми меня, пожалуйста. И не забывай, что я тебя люблю.
Он не хотел реагировать – сидел в своём кресле, смотрел на обожжённую стену камина и молчал.
– Минут через пятнадцать позвоню, – шагала спиной вперед я, – выпустишь меня, да же?
Серый взгляд на меня, хмык и… он кивнул. Так и не сказав мне и слова. А у меня сердце разрывалось от того, что я решила и делала. Ошибка? Почему-то мне казалось, что совсем нет.
– Я не прощаюсь, – махнула ему рукой и закрыла за собой дверь.
А после схватилась за ручку чемодана и бегом рванула отсюда, будто боясь, что меня сейчас запрут и никогда больше не выпустят. Но нет – чип спокойно проходил через все двери, я села в четырёхместку, обнаружив там Фрею, и шумно выдохнула, поймав на себе взгляд бабушки.
– Сбежала? – хмыкнула Тааффеит, – я не удивлена. Мужчины такого сегмента крайне…
– Он убрал статус невесты! – показала мне экран своего телефона Фрея, – вы расстались?
Я побледнела. Может быть так ему было легче снять с меня ограничения?
– Нет, мы всё ещё вместе, – помотала головой, – всё хорошо.
Для самой себя утешение?
– Зря, – хмык бабушки, – нужно было самой его от себя выбросить.
– Официального статуса пары тоже нет, Мак, – нахмурилась Фрея, – ты уверена? Крокодил мстительный и злобный, если ты не забыла.
Отвернулась от неё к окну и оглядела проезжающие мимо поместья.
– Уверена, – пробурчала.
А после написала Озу: «Мы выехали с улицы. Я же обещала писать тебе о каждом действии. Не обманула», – с смайликом улыбкой. А после дописала, увидев, как он прочитал: «Я очень ценю, что ты принял мой выбор. Ты самый лучший. Люблю тебя».
Заблокировала телефон и выдохнула. Мы подъезжали к порталу.
Посреди тёмной комнаты без окон, освещённой лишь парой трещащих свеч, сидел мужчина. Перед ним на стене висел высокий портрет с двумя изображёнными на нём людьми, взгляд его был обращен вперед, а вокруг были разбросаны рисунки. Множество портретов одной-единственной девушки, в разных позах, с разным выражением лица и с разными глазами. То они были круглыми, то совсем узкими будто от презрительного вида, то обычного европейского вида, то совсем без них. Тому, кто рисовал их, как будто не хватало фантазии, образа или желания дорисовывать именно эту часть лица.
– Маршал, разрешите доложить? – строго шагнул в комнату офицер.
– Валяй, – поднял один из последних рисунков мужчина.
Его светлые волосы, строго сжатые в хвост, колыхнулись от того, как неприязненно он дёрнулся.
– Объект покинул закрытую для нас территорию полчаса назад. Точное местонахождение определяется. Координаты штаб обещал выдать в течении часа.
– Можешь идти, – мужчина скривился, поднял портрет на уровень своего лица и сделал шаг к полотну на стене, в которое недовольно вжал бумагу с рисунком и приколол булавкой в верхней части – взамен пустого женского лица, оставленного незатейливым автором.
Вторым изображенным там был он сам, стоящий над усаженной на бархатном кресле незнакомкой.
– Аямако Фиджез, – холодным тоном произнёс мужчина, – почему именно ты?