– Нашла? – протянул мне и вторую руку Эрн, – а теперь самое лёгкое – источник в тебе. Найди его. Закрой глаза, да. Как он выглядит?
Мне было темно. Вообще ничего, глаза же закрыты, ну. Никто никогда не говорил мне заглядывать в себя, кроме психолога. А тут нужно было увидеть то, чего в реальном мире не существовало. Точнее не так. Не могла же я взять и разглядеть свои лёгкие сейчас! А источник – это вообще что-то, что не имеет никакого органа, так что его, и разрезав меня, нельзя будет найти. Оно работает мозговыми импульсами, которые только с помощью медицинских приборов можно отследить, а тут…
– Н-никак, – захотелось забрать у него хотя бы одну руку.
Она уже была влажной от волнения, хотя парень делал вид, что ничего не чувствует. Оз в такие моменты демонстративно вытирал свою руку об одежду, просил меня повторить и только тогда хватался обратно. И я больше понимала капитана, чем Эрна, который терпит.
– Вас не учат их видеть? – удивился Эрнест, – как странно. Может это для того, чтобы вы не смогли научиться пользоваться фреймендом? Или… хорошо, давай попробуем с основ: когда ты ищешь, что ты видишь? Что представляешь? Какое оно всё вокруг?
Брови сошлись в одну линию.
– Только темнота, – поджала губы я, – что я могу представить?
У меня всегда было плохо с фантазией, этим у нас грешила Фрея. А я предпочитала жить теми мыслями, которые логично вытекали из происходящего.
– Шар, мяч, клубок линий, или же просто полоска света откуда-то снизу? – он перечислил.
Думает, что я туплю?
– Темнота, просто ничего, – пожала плечами, – никаких клубков.
Эрни нахмурился. А после хмыкнул и слегка подался ближе к моему лицу.
– Она тёплая, твоя темнота? Обволакивающая, просторная? Какая?
Тут я задумалась.
– Спокойная, – выдавила, подозревая, что сейчас он засмеется надо мной.
Но нет, он только выдал радостное:
– Отлично! Ты можешь взаимодействовать со своей темнотой? Она подчиняется тебе или сама себе?
Краем глаза заметила, как Оз снисходительно разглядывает нас. Это… приободряло, но только в кавычках.
– Для чего это, Эрн? – сдалась, – выглядит странно.
– Ц-ц-ц, разве можно не доверять своему учителю? – насмешливо сощурился парень, – мне нужно понять насколько тебе подчинён твой источник. Всё измеряется ощущениями, поэтому я строю метафоры, чтобы тебе было проще осознавать себя. И ты уже умница, прогресс за две минуты – меньшего я от тебя не ожидал.
Я задала вопрос прямо:
– Пытаешься приободрить меня пустой хвальбой?
Он сжал мои пальцы сильнее.
– Мако, давай обсудим кое что, что кусает тебя уже давно, ладно? – он дождался моего кивка, – у тебя не должно резко начать получаться то, в чём ещё секунду назад ты была нолем. Ни у кого так не выходит. Как и интерес, который вспыхивает у тебя изначально, медленно перерастает в разочаровывающую тебя отработку навыков. Понимаешь? Чтобы было интересно, нужно совершенствоваться в этом деле до такой степени, которая позволит тебе перескочить на следующий уровень. А ты бросаешь после первой неудачи, коришь себя и думаешь, что тебе ничего не подходит. Это не так. Ты способная. И у тебя получится многое, стоит только постараться и дожать себя. Поэтому… готова продолжить?
Губы надулись сами собой.
– Ты думаешь, у меня получится? – смотрела ему в глаза.
– Конечно, – уверенно кивнул Эрн, – повторюсь, ты очень способная. Немного терпения и сил, и ты поймёшь, как это работает.
Мне нужна была минута на раздумья, которую он терпеливо ждал, в отличие от Оза:
– Ая, я найму тебе любого квалифицированного учителя, которого ты хочешь, – он скрестил руки на груди, – поехали домой.
Я помотала головой.
– Ладно, – сама сжала пальцы Эрни, – моя темнота… она… она будто не принадлежит мне. Я в ней чужая. Точнее, мы с ней просто рядом и всё. Отдельно друг от друга.
Парень повёл бровью.
– Ты можешь её касаться? – заинтересованный вопрос от него.
– Я не пробовала, – пожала плечами, – это обязательно?
Снова пришлось закрыть глаза и уставиться в моё личное ничто. Правду Оз тогда сказал, что я пустая. Во мне действительно ничего не было, одна бесплотная пустота. И да – в руки браться она не желала. Как можно схватить то, чего не существует?
– Нет? – сам всё понял Эрнест, – тогда по-другому. Почему именно черная? Зажги её, Ая. Осветли, тогда она захочет пойти к тебе в руки. Фрея же может взаимодействовать с ней, значит и ты сможешь.
Я напряглась. Ещё сложнее. Включи свет там, где его быть не может. Источников света не… есть! Я аж распахнула глаза, чтобы радостно уставиться на Эрнеста. У меня получилось! Впервые удалось! Я не… я не безнадежна.
– Я же говорил, что ты молодец, – был так же рад Эрни, – а теперь что видишь?
Я зажмурилась, поерзала на месте и вгляделась в едва освещающую пространство точку.
– Лучи от крохотного светлого пятна, – нахмурилась, – но они какие-то… беспокойные. Тьма мне больше нравилась, она не… мешала мне. Она была приятной.
Эрн молчал. Пришлось открывать глаза и разглядывать его задумчивое лицо. Улыбчивое обычно – у него были чётко очерченные скулы и такая же светлая, как у меня, кожа, помимо всегда приподнятых уголков губ. Он будто всегда был счастлив, помимо того, что выглядел слегка кукольным. А вот глаза тёмные – почти чёрные, сливающиеся со зрачком.
– Коришь себя за то, что не такая сильная, как хотелось бы? – глядел в самую душу Эрн.
Маячок света зашкворчал, блеснул и был потоплен чёрными прутьями тьмы, вгрызшимися в него словно щупы.
– В детстве да. Но сейчас смирилась, – ответила честно, – у меня… у папы очень сильный источник. Мне досталась его сила, но не способности.
Мамина магия проигнорировала меня вовсе. Две сильные связки, которые произвели на свет ту самую пустоту во мне. У метисов так в большинстве случаев – кровь смешивалась и делала упор на сложные генетические связи, вроде предотвращения тех же самых багов в развитии, как у меня с аллергиями, а не на магию. Иронично, что у меня не было силы, но ошибки в здоровье тоже присутствовали.
– Я же говорил про подавление, – кивнул Эрнест, – нужно прорабатывать эмоции, а не душить их в себе, Мако. Выплеснешь это, станет легче, помимо того, что ты перестанешь подавлять в себе свои возможности.
– Либо можно использовать телесные ощущения, и не копаться в собственном дерьме, – усмехнулся Оз, – это проще.
– И не подходит связке, – парировал Эрни, – я это и хотел тебе объяснить вчера, Оз-зи. У нее нет тех возможностей, которые есть у тебя. Насколько я знаю, драконы способны распознавать источники всех связок, которые находятся вблизи. Вы видите потоки, способны ощутить их тактильно и манипулировать ими. С нами так не получится.
Капитан сощурил глаза.
– Фрейменд работает по этому же принципу, – отчеканил он.
– Вообще нет, – качнул головой Эрни, – там тоже нацеленность на ощущения, но слегка другого спектра. Не каждый может держать его в узде, потому что важны эмоции здесь и сейчас, а это колоссальный контроль. Но только ментальный.
Оз-зи его слова не понравились. Я буквально ощущала его мысли сейчас, видя что-то вроде ухмылки на факт об «Отсутствии физического контроля». Я же думала о том, что разложить по полочкам мои мысли и чувства удастся разве что несуществующему соголдскому богу, и это не считая аврала в голове самого крокодила. Вот там точно полная капитуляция, особенно от его избегания травм, которые там кучкуются с раннего детства.
– Не буду мучать тебя сильнее, – повел бровью Эрни, – давай так, домашнее задание до следующего урока: подумай над тем, что ты, кроме того, что цельная личность и без магии, ещё имеешь источник. Компактный и вполне себе подходящий для того, чтобы добиться тех целей в жизни, которых ты придерживаешься. Ты родилась такая, Мако. В чём-то лучше остальных, в чём-то середнячок. И в этом самая суть жизни, – он широко улыбнулся, – представь какая бы ты была скучная, будь ты идеальной.
Я не могла не улыбнуться ему в ответ. Оправдывал меня он криво.
– И не забывай о медитации, – наставительно напомнил Эрн, – только думай о том, что хорошего было за день. Не обязательно сидя, тут смысл в…
– Самокопании, – дополнил Оз, – ты закончил, Бахтьяр? Я вижу только то, какую бесполезность ты несёшь своими проповедями.
Я тяжело вздохнула.
– Когда ты свободен в следующий раз? – попыталась собрать ноги в кучу, – чем раньше, тем лучше.
Обулась и собрала не только свой коврик, но ещё и захватила тот, что был для парня.
– Ая, – цокнул осудительно капитан.
– Завтра? – предложил довольный Эрнест, – и, Мако. Если ты не справляешься с чем-то, то мою комнату ты знаешь, я смогу помочь. Особенно если, – он запнулся, – тебе не с кем поговорить.
Оз был рядом уже через секунду.
– Катись в ад, Бахтьяр! – прорычал крокодил, – со своими ограниченными намёками и непробиваемой тупостью! – он сам забрал у меня коврики, швырнул их на место и потянул меня на выход, – минимум следующая неделя, Ая. У меня невероятное количество дел перед вхождением в Сенат. Я физически не смогу сидеть с вами час ежедневно, пока… прости система, – он жестоко усмехнулся, – он хватает тебя за руки, несёт чушь и лезет в твою голову своим кретинизмом!
Остановила его я почти у двери. Закусила губу, просяще взглянула и выдала:
– А если я попрошу сидеть с нами Грегори? – под его отрицанием, – для меня это очень важно.
Его лицо сразу же захватила хмурость. Можно было заметить борьбу в его глазах, если присмотреться.
– Пять вечера, завтра, в комнате общежития, – повернул голову к Эрну Оз, – лишнего места вам не требуется, а Грег проследит за тем, чтобы ты не позволял себе лишнего, Бахтьяр, – он вернул внимание мне, – а вот и седьмой день на этой неделе, да, Ая? – ехидно.
Я расплылась в улыбке, приподнялась на носочках и коснулась его щеки.
– И на следующей плюс… пара-тройка дней, – добавила, – если ты, конечно же, хочешь.
Недовольство из него вылетело словно пуля. Серые глаза довольно сверкнули.
– Нужно больше тебе позволять, – кивнул капитан, – что мне там нужно для семи дней из семи?
Очевидно, что поиметь немного совести, но это было несбыточно, поэтому я повернулась к Эрнесту.
– Огромное спасибо, Эрн, – помахала ему рукой, – ты… уверен, что отказываешься от оплаты? Папа тоже передал тебе, что это как-то неправильно.
Тёмные глаза парня улыбались.
– Будь его воля, то он платил бы тебе за эти уроки сам, – разрушил хрусталь вокруг крокодил.
– Однако я этого не делаю, в отличие от тебя, – подошел к нам Эрни, – и не буду. Мне всё же претит её добровольность в общении со мной.
Оз сделал опасный шаг к нему, пока я закатывала глаза и направляла его в противоположную сторону.
– Я голодная, – подавила в нем ворчание, – ты обещал отвезти меня покормить, – вспомнила, – тогда с меня завтра куча еды и закусок, идёт? – к Эрнесту, – хоть так тебе отплачу.
Он кивнул и хмыкнул.
– Я буду ждать тебя, Аямако, – вышел на улицу вслед за нами, – напиши, как освободишься. Я подойду.
Снова махнула ему и потянулась вслед за Оз-зи, который вопреки своим прошлым словам никуда не торопился и шагал вальяжно.
– Ты делаешь вид, что не замечаешь того, как он на тебя смотрит, и по какой причине соглашается тебе помогать, – раскрыл причину своего замедления парень, – с другой стороны это можно расценить как разумное использование его ресурса в твою пользу, – ухмылка, – поэтому я твержу самому себе, что я не конченный идиот, что позволяю тебе таким заниматься.
Плохое слово он подобрал. Я очень хотела не использовать Эрни. Мне больше нравилось то, как говорил он сам. Помощь, а не… м-да.
– Я хочу разобраться в себе, – ответила так, как он не хотел слышать, – с ним немного начало получаться. К тому же ты сам сказал, что это не плохо.
Озовы желваки на щеках говорили об обратном.
– Одна-единственная… – начал было.
– Да наконец-то! – обрадовался нам и вскочил с лавочки у парковки Грегори, – сколько вас можно ждать?
Я расширила глаза.
– Что у тебя с лицом? – первый спросил насмешливый Оз-зи.
– Терпеть не могу Тинго, – сел в четырехмёстку первым Грег, – он меня теперь тоже, – кивнул насуплено, – но Фрея явно больше, потому что это она меня… отметила. А я… – он тяжело вздохнул, – кажется я и в самом деле совсем не понимаю девушек.
– Я, конечно, помимо всего прочего, хочу тебя ещё и поддержать, но, Грегори, для того, чтобы понять Фрею, нужно быть сверхразумом, как она, – приободрила парня.
Оз считал по-другому:
– Как проницательно ты завуалировала слово «маразматичкой», – хмыкнул, – Грег, тебе придется идти домой пешком. Напрасно ты нас ждал.
Я взглянула на него с осуждением сразу за два пункта.
– Ая, нет. Хватит с тебя моей мягкотелости, – произнес крокодил, – я уже чувствую, как стою одной ногой под твоим каблуком.
Мы с Грегори переглянулись.
– Высоковатый каблук ей нужен будет, – распластался по сидению Грегори, – Оз, будь человеком, а. У меня душевная и физическая раны.
Я покивала.
– Отвезу тебя домой, а ты со следующего дня в любое время сидишь над Бахтьяром с Аей и следишь, чтобы он не тянул к ней руки, – нажал на кнопку Оз.
То есть он знал, что друг согласится. Как-то звучало слишком ультимативно.
– У тебя совесть есть? – спросил Грег.
У меня?!
– Я тебя поддерживала, – остудила его, – так что теперь твоя очередь.
Он искал опору в выезжающем с парковки Оз-зи.
– Это неправильно, Мако, – все равно продолжил, – не знаю, что ты сделала с Озом, но я бы на его месте дал бы тебе по голове.
– Компромисс, – ответил ему командир, – ты понятия не имеешь, какой у нас мимозный прорыв.
Я сделала вид, что ничего этого не услышала, указав на любимый папин магазин:
– Там есть отдел с выпечкой, – с намёком.
Оз всё понял мгновенно.
Костюмчик в этот раз был сносный – юбка-шорты, рубашка и майка под ней. Но это не касалось полностью черного Оза, которого мама выделила с особой принципиальностью, в пёстром цветнике он был тёмным классическим пятном, сидящим первым с нашей стороны длинного стола. Напротив каждого была кнопка реагирования, а подписанные кресла слегка ошибались, потому как Оз-зи рассадил нас ровно в той же последовательности, что и на церемонии встречи соголдцев, то есть мальчик-девочка. Для чего это было нужно тогда, история умалчивает, но сейчас я могла третировать пуговку на его плече, в то время как он крайне холодно общался с кем-то по телефону.
– Заткнись уже, – в какой раз повторила Фрея для Грегори, – тебе ещё раз по роже съездить, чтобы ты понял, что достал меня в край?
– Напиши на неё заявление, – отчеканила Райда, – она тебя избила!
– Это ужасно, – подтвердила Онни, впервые сойдясь во мнении с оппоненткой, – нельзя такое терпеть, Грегори… но я тебя знаю, и ты ничего делать не будешь, поэтому я вчера тебя сфотографировала и написала всё сама.
Веер из голов нашей команды высунулся в её сторону. Это же было вечером, разве нет?
– Когда это ты успела его фотографировать? – нахохлилась Райда, – ты мне сказал, что тебя отвезли домой капитан с Мако, а потом ты поехал в больницу, где следы убрали. Значит…
Фрея хрюкнула и продолжила строчить что-то в телефоне. Её ещё и посадили рядом с Грегом, вот она и радовалась его близкому нахождению.
– Мы друзья уже давно! – фыркнула Онника, – и не нужно ни на что намекать. Он пришёл ко мне в сад, где мы сидели под окнами папиного кабинета, как и всегда!
Моя голова упала на плечо Оза, отчего тот отвлекся на улыбку для меня и закатывание глаз для диалога в телефоне.
– …нет, такой идеи даже выдвигать не стоит – слишком конкурентный рынок, – смешок, – нет, не Ормега. Она думает, что выйдет в экспорт без проблем, но у неё ресурсов не хватает, помимо обыкновенной логики.
Я зевнула.
– Все знают какой он тебе друг, – хихикнула Фрея, – и чем ваша дружба закончится тоже все понимают. Ну… если Макака не бросит свою проблему, и она не перейдёт той, кто его, то есть её достоин. Тогда придётся тебе говорить, что выбора у тебя больше нет, и так уж и быть, дружба переходит в фазу «рожу ему парочку детей, чтобы скучно не было».
Онника рычала:
– Я просто скажу своим братьям тебя убить после этой тупой битвы, если ты не заткнёшься! – сузила глаза на подруге девушка, – и там никто жалеть тебя не станет, ясно?!
Фрея закатилась.
– Какая же ты недалёкая, прости система, – подпёрла голову рукой она, – сейчас тоже снимают на камеры, во-первых. А во-вторых, что мне сделают два жирных престарелых колобка? Сожрут?
Я постучала по озовому плечу и прошептала, чтобы услышал только он:
– Как-то они перебарщивают.
Грегори же пытался успокоить ледяную колкую метель сам, о чём и закричал, подняв руки.
– Девочки! Давайте успокоимся, и не будем…
– Самерфил, управу на тебя я нашёл – лично привезу твою мать завтра из Берлинга, если не закроешь пасть! – рявкнул крокодил, – Грегори, ещё одно слово, и ты ходишь пешком ближайшую неделю. Риигс, закрой рот, иначе я буду говорить по-другому.
Все трое были в шоке.
– Я-то за что? – Грег, – я же сам их…
– Первый не понявший, – сверкнул глазами отложивший телефон Оз, – счастливой разминки. Ещё желающие поспорить?
Онника надула губы и щёки. Фрея… отвернулась. Он и в самом деле считай поместил её в угол с угрозой матери – она её боялась.
– Строго у вас, – сел напротив Оз-зи Эрнест, – Ая, сегодня в силе?
Я помотала головой.
– Слишком много происходящего за один день, – призналась.
К тому же я не успела осознать себя за одну обнимательную ночь с Озом. Он сегодня был помимо что деловым, так ещё и слишком тактильным, потому и успел растрясти меня со своими смешками и попытками раззадорить. Обожал он такие вещи, вроде со сверкающими глазами говорить мне что-то, что стопроцентно я не поддерживаю, а после того, как добьётся ответного всплеска эмоций, перевести всё в желание побеситься. И как итог: балбесничать с ним не получится, он даже в боях подушками делает всё, чтобы я и руку отнять от кровати не смогла, пусть сам крайне аккуратно будет себя вести, больше в это время щупаясь, а не… в общем, слишком чётко с ним проскальзывал заигрывающий сексуальный контекст.
– Добрый день, участники Фратрии! – удивил нас голос ведущего, который впервые звучал вживую, а не из колонок, – у нас с вами сегодня интересная миссия, в виде очной встречи сразу двух команд!
Мужчина сперва сел в главное кресло у узкого края стола, а после оглядел нас, останавливаясь на лице каждого.
– Как дела, Эрнест? – неожиданно спросил ведущий, – сегодня твоё интервью, мы ждём, – почему-то и не подумал о Тинго он, – есть опасения насчёт раскрытых семейных тайн?
Эрни как всегда широко улыбнулся.
– Только со стороны сестры, – кивнул парень, – у неё есть пара историй о том, как она меняла мне подгузники. Ей же нужно за это отомстить.
Он взглянул на меня с намёком. Да, он говорил о своей сестре тогда на болоте. Было смешно.
– Мако, будешь смотреть то, как опозорится твой друг? – поворот головы ведущего ко мне, – вы же друзья? По общим системным данным так указано.
Озу это не понравилось, он напрягся.
– Да, конечно, – покивала, взяв капитана за руку для успокоения, – хотя у меня есть мысли, что у идеального Эрни не может быть ничего его порочащего, – вполне дружелюбно.
Передо мной остановилась видеокамера, щелкнув краем своей железной дорожки. Прямо в лицо, пусть и за спиной соголдцев. Не обращать на это внимание было сложно, на секунду я уставилась ровно в объектив.
– Какая ты милая, Аямако, – пропел ведущий, – однако именно так, вблизи, становится понятно, по какой причине тебя выбрали лицом этого года игр. Могу я попросить вас поменяться с Грегори, Озерфир?
Каким ещё лицом? Я что-то пропустила?
– Не можете, это моё место, и я буду сидеть здесь, – отчеканил Оз.
– Почему именно Грегори? – поинтересовалась, сжимая руку парня.
Ведущий поднял бровь.
– Ты как всегда всё пропустила, Мако? – доброжелательно хихикнул, – но это не так страшно, – прочистил горло, – каждый год мы выбираем пару костнийско-соголдских представителей, которые будут олицетворять собой тот самый дух дружбы команд и стран, который присутствует с вами сейчас. Однако! Этот год выдался животрепещущим со всех сторон, поэтому сперва на место второго представителя был номинирован Эрнест, с которым случился легкий казус – Соголда ревностно относится к политическим претендентам, поэтому столь критичное участие в нашей церемонии для его карьеры станет фатальным, о чём магистр Лернт высказался нам в открытой форме, – смешок, – так что решение о замене сыграло нам на руку. Мы смогли договориться о представителе их страны как раз под образом Аямако, в то время как наш Грегори представит собой лицо Костны.
Озу всё это очень не нравилось, он хмурился и строго смотрел на лицо диктора.
– А почему не капитан? – догадалась я, – это было бы логично, с какой стороны не посмотри.
Он мой парень, плюс управляет в семи, плюс имеет более типичные костнийские черты лица. Меня отрезвили смешки со всех сторон. Что не так я сказала?
– Так решил Сенат и её величество, Аямако, – тоже давил улыбку ведущий.
– Вспомни что именно ты сказала Адаму на первом смотре перед вознесением флага, Ая, – откинулся на спинку своего кресла ехидный крокодил, – я для подобного этим самым лицом не вышел, – как всегда прямо.
Я же прыснула:
– Какая глупость!
Мне казалось, что от такого камеры враз переместились ракурсом на меня.
– Дурындотная, – возвестила Фрея.
Оз улыбнулся, слёгка вздернув нос. Я этого и добивалась.
– Полагаю, именно такой твой ответ зрители и представляли себе, Мако. Тебя хочется похвалить за такую… преданность, – был чему-то доволен мужчина, – но давайте немного вернёмся к теме нашего сегодняшнего мероприятия. Как вы поняли, формат будет слегка видоизменен, что поделать – необычный год, необычные представители, необычные задания. И так. Я предлагаю провести викторину в свободной форме: обсуждение, лёгкая ненавязчивая беседа с вопросами по теме и личными от зрителей, – он указал себе за спину, где на экране высветился одинокий микрофон на сцене, – эта стойка установлена в столице Соголды, в течении определённого времени к ней будут допущены ваши фанаты, просто желающие задать вопрос, либо те, кому повезло. Время ограничено, поэтому мы приняли решение не утруждать вас, и отобрали некоторых претендентов заранее. Но! Их в любом случае больше нужного, поэтому здесь вступает в игру элемент случайности, в котором победителей выберет само стечение обстоятельств. Интересно, не правда ли? Вот и я подумал, что опирающиеся на эмоции в большинстве своём фанаты из Соголды сделают необыкновенное шоу! Готовы? – он кивнул сам себе, – Тогда мы начинаем с вопроса викторины. Ваша задача нажать на кнопку, если знаете верный ответ. Ах! Постойте, я совсем забыл объявить тему! Страны мира! – он заставил всех костнийцев скривиться поголовно.
Мы к-хм… изучали подобное в не особо правильной форме. И вот загвоздка – нас транслируют на две страны, так что мне отвечать правильно или правду?
– Это нечестно, – прогнусавил Зорий.
– Среди вас трое выездных, одна из которых год назад сменила загранкарту по пятнадцатилетнему сроку пользования! – заставил всех посмотреть на меня ведущий, – сколько стран ты посетила, Мако? Только честно.
Почему все говорят только про меня?
– Много, – не стала говорить, – только мне это не поможет.
И вообще – повторила позу Оза и скрестила руки на груди.
– Я нажимаю, ты отвечаешь, – приготовила руку Фрея, – давно мы не работали вместе, да, Мак?
И она туда же.
– А кто ещё выездной, кроме нас с Мако? – вопросила Райда, – Грег?
– Я, – не смотрел ни на кого Оз-зи, – давайте перестанем разводить пустую болтовню. Что за вопрос?
Мы с ним такое не обсуждали. Хм. Интересно, где он был? Онтелбания? Зачем только возвращаться туда, откуда сбежали твои предки?
– Знаменитое нетерпение от тебя, Оз, – пожурил его ведущий, – какая твоя любимая страна для путешествий?
Парень хмыкнул.
– Костна, – снисходительно оглядел мужчину капитан, – остальной мир возможно только сжечь, чтобы исправить грязь, мерзость и нечистоты.
Грегори хихикнул. Я насупилась.
– Минута на раздумья, – не нашёл, что ответить и продолжил по правилам диктор, – в течении неё нужно нажать кнопку. Кто первый назовёт правильно, тот получает балл. По звуковому сигналу. И-и-и… вопрос: Какая страна первой начала освоение нашего материка?
Звуковой сигнал! Фрея нажала на кнопку вперёд Эрнеста, отчего тот хихикнул. А я ничерта не знала! Ни догадки не было!
– Соголда, – ответил Оз-зи, – их первопроходцы буквально сразу после взрыва и катастрофы начали заполнение бесплотных земель, однако именно Костна стала основоположником и главным участником устранения последствий. Мы сейчас сидим в двух километрах от эпицентра бывшего кратера – там был построен королевский дворец.
Как умело он перевел всё внимание на нас. Он явно очень любил Костну, если знал о ней столько того, что пропустили я и остальные.
– Отчасти верно, – повёл головой Эрни, – насколько я знаю, вы занимались восстановлением только на своей территории.
Оз закатил глаза.
– Факт того, что последствий удара для нас было больше, и они были критичнее, тебя не натолкнул на размышления, Бахтьяр? – усмешка от крокодила, – кроме того, что именно ваш хм… предок был причиной разорения и убийства целого материка? Связка магии разрушений сотворила это.
Все слова, которые мы говорили, дублировались на двух языках на втором экране для удобства, поэтому даже соголдцы поголовно опустили головы.
– Ты же знаешь, что это неправда, – нахмурил брови Эрн, – он был гражданином Онтелбании. Это не отрицают и сами онтелбанцы.
Оза это рассмешило.
– Да плевать, что ты об этом думаешь, – хмыкнул он, – главное, что эта мразь родилась с узкими глазами и магией разрушений, которую не смогла контролировать, за что и поплатилась смертью. Как по мне, не достаточно мучительной, если забирала с собой пару миллионов невинных людей.
Мы старались не обсуждать это. Наш это был предок, или их – не важно, главное, сколько жизней унёс тот взрыв. А сколько лет ушло на восстановление этого материка от самых слоёв почвы до рельефа местности!
– Первый балл Костне! – совсем потерялся среди этого негатива диктор, – однако, молодые люди. Давайте договоримся более тщательно обдумывать ответы, прежде чем их озвучивать. Напоминаю, что мы собрались здесь не для распрей, а во благо развивающемуся братству стран! Ваши же личные недомолвки не должны оставлять пятен на репутации стран. Однако и похвалить стоит вас двоих – обе ваши позиции стоят всеобщего интереса, однако в более спокойной форме. Продолжим! И настал черёд первого зрительского вопроса. Хм…
К микрофону уже успела подойти девушка, неуверенно мнущая край короткой юбки и улыбающаяся не только губами, но и по-соголдски тёмными глазами.
– У меня вопрос к Аямако, – на своём языке хихикнула она, удивив меня, – ты когда-нибудь планируешь посетить нашу столицу? Если да, то не могла бы ты… у нас есть группа, в которой мы общаемся и делимся новостями о тебе. Так вот, не могла бы ты написать там, когда поедешь? Мы бы тебя встретили, поболтали. Ты очень милая, а мы хотели бы подарить что-то и получить автограф или… что-то вроде того.
Лицо вытянулось само собой. Фанаты? Что-то в Костне таких ни одного не наблюдалось, а тут так сразу. Может просто совпадение, и она одна такая?
– А-эм, – на секунду потерялась я, – да, думаю когда-нибудь я точно там буду проездом или… – так, Мако, соберись, – я попытаюсь найти вашу группу, подпишусь и может что-нибудь и напишу.
Она просияла.
– Много кто из наших пытался отправить тебе что-то почтой, но посылки ваша страна не принимает, да и адрес твоей школы мы не знаем, только и могли, что подписывать «Столичная школа Костны». Карты ваших городов у нас не отображаются, – продолжила тараторить она, – и спасибо тебе за то, что ты такая. Мы тебя очень любим.
Глаза всё же округлились. Какая… странная ситуация. Я и сказать ей в ответ ничего не смогла – она уходила со сцены, а я молча сидела с приоткрытым ртом.
– У нас совсем разное восприятие жизни, – улыбнулся мне Эрни, – я не встречал здесь фанатов вообще, а с нашей стороны мой идентификатор успели передать половине Соголды, – он сощурил глаза, – единственное, они бывают агрессивными. Это неприятно.
Оз-зи усмехнулся.
– Ваши люди ничего не знают о культуре поведения? – он дергал носком ноги под столом.
– Не-а, Оз, – пожурил его ведущий, – не груби, а я тем временем объясню. Разница как раз в этой самой культуре. Костна даёт сдержанность и уважение ко всем членам общества, в то время как Соголда обожает эмоциональность и проявление настоящих чувств. Мы с вами разные, но это нас и объединяет!
Крокодил повёл бровью и дёрнул уголком губ, сдерживая улыбку. Кажется, кое-кого насмешили слова диктора.
– А почему спросили именно Аямако? – возмутилась Онника, – нас будут по очереди так опрашивать?
Мне тоже было интересно, поэтому я переглянулась с понявшим, что с нами ему сегодня будет неудобно, ведущим.
– Это мне неизвестно, Онни, – спокойно ответил он.
Фрея громко хохотнула:
– Считайте, что сегодня было онлайн интервью для Макарошки, – растеклась по столу перед собой подруга, – у нас так всегда, если есть возможность говорить про неё, то на других пофиг. Лично про тебя, чудовище белобрысое, – на Оннику, – никто не вспомнит, пока рядом она. Ни фанаты, ни крокодилий капитан.
Крик она подняла знатный. На неё не шипели разве что я и Эрни, который пожал для меня плечами и, указав на экран с микрофоном, показал мне большой палец вверх, как бы говоря, что это круто. Другое дело, что я постепенно скисала, чувствуя, что совсем не хочу повторения первого вопроса.
– Внимание, участники! – оглушил нас сигналом вопроса диктор, – тишина и второй вопрос! – снова сигнал, только уже тише, – Кватров. Государственный строй.
Фрея не успела нажать кнопку, её опередил скалящийся по этому поводу Тинго. Ему Эрн и сообщил:
– Если нажал, то отвечай, – с улыбкой.
Вполне себе дружелюбной, до того момента, как до Тинго не начало доходить, что он и вопрос не слушал:
– Скажи мне, я отвечу, – бегающим взглядом, – я же ничего про эту вашу Костну не слышал до этого.
Фрея закрыла лицо руками, издавая протяжный звук похожий либо на вой, либо на длинный смех.
– Отказываетесь от ответа? Мне передать право голоса другой команде? – воодушевился ведущий.
Эрни мотнул головой.
– Президентская республика, – с тяжелым вздохом выдал парень, – их государственность полностью строится на курортном бизнесе, который там процветает.
Диктору его ответ понравился:
– Один-один, – засчитал балл им, – ты был когда-нибудь в Кватров, Эрнест? Жарко, не правда ли?
Капитан их команды кивнул.
– Судя по расположению в тропическом климате, там жарко, лично же мне не удалось проверить, – снова улыбался Эрнест, – возможно как-нибудь позже.