Клементина

Наталья Белова
Клементина

Глава 25.

Спустя три дня.

Каждый день, каждую минуту, секунду, я находился рядом с ней. Для меня в этот момент больше никто не существовал. В моих глазах, в моём сердце была только она одна.

Врач сказал, что она должна была прийти в себя спустя сутки, максимум двое, но проходит уже третий день, а она всё так же, спит мирным сном не желая возвращаться обратно.

Андрей сказал, что считает врача правым, она, возможно, могла впасть в кому, теперь вопрос стоял только в том, когда она сможет очнуться? Да и очнется ли вообще?

Когда заканчивались пятые сутки, я, вновь задремав на стуле возле кровати Тины, почувствовал вибрацию телефона в своём кармане.

Достав телефон, увидел номер Жанны. В который раз, сбрасывая трубку, отключил телефон.

– Никого дома нет. Оставьте сообщение.

Положив телефон на стол, встал со стула и, достав пачку сигарет из куртки было хотел выйти на улицу, но открыв дверь остановился.

Тина не любит запах сигарет, вспомнилось мне и я, закрывая вновь дверь, усмехнулся сам себе и убрал сигарету обратно в пачку. Увидев урну у окна, сжав всю пачку в кулаке, выбросил. Сев на стул рядом с ней, взял за руку и, прижавшись лбом к её ладони, закрыл глаза.

– Если бы ты сейчас открыла глаза, я сказал бы глядя в них, как же сильно я тебя люблю. Правда, перед этим извинился бы за своё поведение. Я был не прав, прости меня. Глаза и разум затуманил гнев, и я не смог с этим справиться, – я открыл глаза и, облокотившись о спинку стула, посмотрел на Тину, – Чёрт, поверить не могу, что говорю сам с собой. Андрей мне сказал, что ты всё слышишь, но…. Не знаю, я так не думаю, но всё же путь будет так. Пока твои глаза закрыты, я буду говорить с тобой, о том, как ты прекрасна, о том, что я безумно и безвозмездно влюблен в тебя и что моя жизнь будет не полноценной без тебя. Поэтому ты должна открыть свои глаза, вновь начать со мной переговариваться, чтобы я смог очень сильно и страстно впиться в твои пухлые губы. Вернись ко мне. Это всё о чём я прошу.

Закрыв глаза, я прислонился вновь лбом о руку Тины, и засыпая думал только о том, что я больше никогда её не отпущу, чтобы не произошло, никогда.

Утром я проснулся оттого, что кто-то трогает меня за плечо, поэтому чуть приоткрыв один глаз, разглядел Свету.

– Доброе утро Алексей Александрович, я принесла вам сменную одежду.

– Доброе, – поднялся я и резко посмотрел в сторону Тины, она всё так же мирно лежала на кровати, и кардиомонитор отбивал её спокойный пульс, – Зачем мне костюм?

– Кирилл Игоревич никак не мог с вами связаться, поэтому попросил привести вам костюм и объяснить всё вкратце.

– Сделай одолжение, отвези этот наряд обратно и себя захвати вместе с ним, – и я вновь прикрыл глаза, так как проснуться было пыткой, сколько же сейчас времени?

– Но Алексей Александрович, мне приказали вас переодеть и сказать, что в восемь часов вас будут ждать в центре на встрече.

– Переодеть? Мы что в детском саду? Уж поверь, я вполне могу сделать это сам и фиолетовые колготки мне ни к чему.

– Тогда вот ваш костюм, – Света протянула мне чехол с костюмом, а я лишь покосившись на неё, вновь отвернулся.

– Я никуда не пойду. Думаю, Кирилл и без меня прекрасно справится.

– Если вы откажитесь от встречи, то Дмитрий Романович просил передать вам слова, которые как он сказал, заставит вас подорвать ваш анус от стула.

– ЧТО?

– Это сказал Дмитрий Романович. Я такого бы никогда не сказала. Наверно…, – быстро выдохнув, она продолжила, – Так вот он просил передать, что если вы приедете, то вы и Тина будете жить до скончания дней своих… Аминь.

Я тут же резко встал со стула, и чуть было не упав, взял одежду и направился в туалет, который был в палате, но расстёгивая уже свою рубашку, выглянул обратно.

– Аминь?

– А, ну, это я уже добавила, от себя… для эффекта…

– Больше так не делай.

– Ладно, – сказала она и поджала губы.

Переодевшись, я поправил галстук и обеспокоенно посмотрел на Тину, Светочка тут же увидев мои сомнения, подошла ко мне.

– Не волнуйтесь, пока вас не будет, я за ней посмотрю.

– Спасибо.

– Ну что вы. Тина и ваш ребёнок будет под моим большим контролем.

– Хорошо. Спасибо…, – стал, было, я выходить из палаты, как остолбенел и резко повернулся обратно, – ЧТО???

– Ой, я, наверное, не должна была говорить это сама. Возможно, это следовало бы сказать Тине, ну я не знаю романтический ужин, свечи, красивая музыка…

– Она… она… она…

– Она, Тина, кто же ещё то?

– Я. То есть. В смысле беременна? Как беременна? Кем беременна?

– Я конечно не акушерка, но дети обычно появляются, когда между любящими, ну или нет, всегда по-разному…

– С В Е Т А!

– Что? Вы сами спросили?!

– Откуда ты знаешь, что она беременна?

– Так она мне сама сказала. Я спросила, почему она вся зеленая, потом сложив два плюс три, я предположила, что она беременна, а Тина сказала, что я права, вот собственно и вся история.

– Боже мой! Тина…, – я посмотрел на неё и не мог поверить собственным ушам, – Боже, ребёнок!

Я, было, сорвался с места и хотел прямиком бежать за врачом, но Света встала передо мной.

– Вам нужно поспешить, я сама всё улажу.

– Я прошу тебя, позвони мне сразу же, как что-то будет известно.

– Конечно же, Алексей Александрович, как вам будет угодно, – я, выйдя за дверь, вновь услышал Свету.

– Вы взяли телефон? – я, бегом возвратился назад.

– Забыл, – взяв его со стола, включил и положил в карман пальто. И вновь выйдя из двери, вернулся, бросив пальто на кресло.

– Я не умылся и забыл почистить зубы.

– Вы ещё успеваете, но думаю, стоит всё же ускорить темп.

Через пять минут, я выглядел гораздо лучше, и, вылетев за дверь, прямиком направился к машине.

Светочка.

Моей задачей было найти доктора и попросить проверить состояние Тины и её малыша. Боже я так за них счастлива.

Ой, кофе… Кофе в больницах просто отпад, я как-то потянула лодыжку и пошла в больницу и меня красивый интерн напоил кофе, я думала, что там так и поселюсь, ну временно конечно, только чтобы меня такая красота лечила.

– Простите, – обратилась я к первому попавшемуся врачу, – Вы не могли бы посмотреть в VIP палате пациентку, которую машина сбила и на её бэби. Наша малышка беременна представляете?

– Я бы с удовольствием помог такой очаровательной девушке, но, к сожалению, я врач уролог.

– Ой, вы специализируетесь на уродах? Тогда не пойдёт, наша девочка красивая.

Врач, почему-то очень сильно сдерживал смех, но я не помню, чтобы шутку рассказывала.

– Вам следует пройти в конец этого коридора и повернуть налево, там должен быть нужный вам врач.

– Большое спасибо, вы мне очень помогли. Надеюсь, ваши уроды станут очень красивые в будущем. У вас очень ответственная работа.

Врач, почему-то ничего мне не ответил, а, только прикрывая рот ладонью куда-то ушел, наверное, очень занят. Собственно по нему и видно, а я и не знала, что есть такая профессия уролог. Наверное, всё лишнее убирает?! Ну и правильно, оно ведь без надобности.

Врача я всё же нашла, но услышав про ребенка, насторожился и, проверив карточку пациента, попросил провести какое-то узи.

И буквально через полчаса врач посмотрел на меня так, словно я в чём-то провинилась. На работе постоянно так на меня смотрят, так что я уже привыкла.

– С чего вы взяли, что она беременна?

– Ну как, ягодка сама об этом говорила.

– Что за ягодка?

– Ну не знаю, это уже на её вкус, особенно беременные, они же всё подряд едят.

– Так, подождите, вы меня совсем запутали. Мы сделали узи, и выяснилось, что пациентка не беременная.

– Ах, она, что потеряла ребеночка?

– Я так не думаю. Скорее всего, она с самого начала не была беременной.

– А-а-а, как так-то?!

– Прошу меня извинить, мне нужно пойти к другим моим пациентам.

Я вернулась в палату, и было хотела позвонить Алексею Александровичу, но всё боялась вызвать номер, но пересилив себя, всё же надавила на кнопку вызова и, услышав громкую музыку вздрогнула.

На кресле лежало пальто Алексея Александровича и, засунув руку в его карман, нашла телефон, который вибрировал и громко причал песню.

– Ой, ё-ё-ё! Надеюсь, в каких-нибудь фирмах секретари ещё востребованы?

Клементина.

Я ощущала всё вокруг так, словно была среди облаков. Всё такое белое, я, что в раю?

Я вновь попыталась открыть глаза, но это было очень тяжело, я бы даже сказала больно. Почему так глаза болят? Как будто я подралась с Тайсоном.

Я хотела позвать кого-нибудь, но почему-то получался лишь хрип и странные скрипучие звуки.

Перед глазами вдруг появился силуэт и на мгновение пропал, а спустя пару минут, передо мной было их уже достаточно, чтобы запаниковать и подумать о том, что это не рай, а ад, а вокруг меня собрались тёмные пятна, дьяволята.

Но спустя ещё какое-то время я услышала своё имя, не четко, но вполне понятно. А после и другие слова стали слышаться гораздо отчетливей.

– Тина! Тина, вы меня слышите, попытайтесь ответить мне, если услышали и поняли мой вопрос.

Я лишь кивнула, а затем хрипло сказала «Да».

Отлегло – это не ад, но и не рай, стоило только вспомнить про всё случившееся со мной.

– Как вы себя чувствуете?

– Па-па-рра-ли-зовано.

Врач взял меня за руку и попросил согнуть его руку сильнее. Затем вторую руку, затем щекотал ноги и давил на пальцы.

– Я, правда, считаю, что вы родились в рубашке. Это просто не описать словами. Я впервые встречаю такое в своей практике. Никогда ранее я не видел, чтобы у человека всё было целое и неповреждённое.

– Скорее всего, удар пришелся только на голову.

– Вы правы коллеги, собственно это всё и объясняет, но, тем не менее, всё равно заставляет удивляться и верить в чудо.

 

– Скажите вы помните своё имя и что с вами произошло?

– Меня зовут Клементина. И я попала под машину.

– Потрясающе, – восхитился кто-то позади всех, и я взялась за голову.

– Только у меня голова кружится, – я попыталась присесть, но врачи, навалившись чуть ли не скопом, запретили садиться.

– Вам нужен сейчас покой. К тому же какое-то время мы должны будем смотреть за вашими показателями и состоянием здоровья.

– Но я же в порядке.

– Если вы считаете, что ничего не сломав, вы в порядке, не считая, конечно же, синяков, то вы ошибаетесь. Вы ударились головой, поэтому вы должны какое-то время просто лежать и отдыхать.

– Хорошо.

Примерно через час, ко мне в палату зашла Светочка, и она буквально чуть ли не расплакалась от счастья.

– О, Божечки мой. Как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – ответила я, всё же попытавшись чуть присесть.

– А я когда увидела, что ты глаза открыла, от счастья разбила телефон нашего великого.

– Что? Лёша здесь?

– Нет. Сейчас его здесь нет. Он уехал.

– Куда? – спросила я расстроившись.

– Ой, если честно я ничего толком не поняла. Нашему неукротимому нужно какие-то бумажки деловые подписать. Но костюмчик на нём просто отпад, того гляди все девчонки в округе зальют своими похотливыми слюнями.

– Правда? Что за костюм?

– По-моему свадебный, очень красивый.

– Что? Свадебный? – я резко села и взявшись за голову, от пронзающей боли, попыталась сосредоточиться на словах Светы, – Он давно уехал?

– Да, уже как час или даже два назад.

– Не успела, но всё же я должна там быть.

Я стала подниматься на ноги, но они, как будто впервые коснулись пола, было даже трудно поначалу стоять.

– Света помоги мне доехать до ЗАГСа.

– А туда-то тебе зачем?

– Света прошу, отвези меня туда.

– Ну, хорошо, ладно. Только вот не думаю, что нас так просто отсюда выпустят.

– Ты умная, придумай что-нибудь.

– Знаешь, почему ты мне нравишься?

– Ума не приложу.

– Потому что ты одна считаешь меня умной, – мы просто молча смотрели друг на друга и теряли драгоценные минуты.

– Давай обменяемся благодарственными взгляда после того, как мы побываем в ЗАГСе.

– Ладушки.

Она прикатила мне кресло каталку и, надев на себя медицинский халат, повезла меня прочь из больницы.

Светлана на своём минивэне добралась до ЗАГСа примерно через минут пятнадцать, и тут я подошла к главной двери и решила её подождать.

– Давай скорее.

– Я зажала дверью свою красивую итальянскую юбку.

– Так открой дверь.

– Ой!

– Что?

– Я нечаянно оставила ключи внутри машины.

– Боюсь, придется благодарственные взгляды перенести до другого тысячелетия.

Собственно делать было нечего, с горя пополам пришлось идти самой. Больничные тапочки были довольно скользкими, чтобы идти по кафелю, но державшись за перила, я всё таки смогла подняться на второй этаж, где должна была проходить церемония.

И распахнув из последних сил большие двери, я что есть сил, крикнула, что не согласна с этим браком и тут же от усталости прислонилась ладонями о колени, восстанавливала дыхание.

Это странно, но было слишком тихо. Я, не спеша, стала поднимать голову и от шока, открыла рот.

В зале было пусто.

Я так и думала. Знала ведь, что опоздала. Конечно, он уже женился. Вот же я бестолковая и куда, собственно говоря, я пыталась успеть?

Я, сдерживалась, чтобы, не разреветься от горя, посмотрела поодаль и увидела очень удивленную бабушку, что мыла там полы.

– Деточка ты в порядке?

– Нет.

– Что с тобой произошло? Ты сбежала из психиатрии что ли?

– Что? Психиатрии? С чего вы взяли?

– Ты сейчас немного на сумасшедшую похожа. Волосы лохматые, синяки под глазами, очень худая какая-то.

– У нас с такими симптомами вся Москва по утрам выглядит.

– И то верно.

Я, было, хотела уйти, но бабушка чуть поспевая, догнала меня.

– Деточка, а ты чего приходила?

– У меня бабушка парня отобрали и женили.

– О-о-й, сегодня что ль?

– Да.

– Силой парня заставили?

– Ага, – хныкая, уже отвечала я.

– Вот ведь ироды проклятые. Тьфу, на них. Если парень за свою настоящую любовь не борется, то это и не любовь вовсе. Как говорится: «Всё что не делается, к лучшему!». Вот и у тебя возможно так же, может и хорошо, что Господь от тебя его отвадил, а то намучалась бы ты с ним.

– Бубулечка…

– Чего?

– Нет. Я без него не смогу. Люблю я его, – и вот тут мои горючие слёзы и хлынули, словно после засухи. И уткнувшись в бабушкино плечо, плакала, пока слезы не закончились. А она гладила меня по спине и всё причитала, что от мужиков одни проблемы, и что её Колька всю плешь ей проел за сорок то лет.

Мне больше ничего не нужно было. Дождавшись службы спасения, открыли дверь автомобиля Светочки, и она уже не спеша отвезла меня домой, хоть она и настаивала на том, чтобы мы ехали обратно в больницу.

– У тебя дома, что никого нет?

– Карина в это время на работе.

– Понятненько. Я у тебя дома впервые, всё так интересно. Это твоя комната? Вау! А там комната значит твоей соседки? Ну, ничего себе шкафчик.

Я легла на кровать и просто смотрела в потолок. В мою комнату зашла Светочка в шляпе Карины, которую она купила прошлым летом, чтобы поехать отдыхать на Кипр, но увы ничего не вышло, поэтому желтая шляпа с разноцветными лентами с того самого момента пылилась в шкафу.

– Может, хочешь чаю? – меня почему-то от этого слова воротило, – А я пожалуй попью, ты не против?

– Нет, конечно, хозяйничай. Будь как дома.

– Ох, куколка, ты такая милашка. Мне плохо оттого, что плохо тебе. Давай я подниму тебе настроение?

– Нет. Пусть валяется.

Светочка, было, хотела что-то сказать, но в дверь позвонили, и немного погодя стали открывать ключом в замочной скважине. А затем я вижу, как на всех парах ко мне несется Карина.

– Боже мой, я, когда узнала, что ты,… а я… и вот…

Она уткнулась в моё плечо и горько плакала, а я уже было подумала, что слишком много слёз для сегодняшнего дня.

– Ты меня уже всю в соплях измазала.

Но она только пуще прежнего стала пускать крокодильи слёзы.

– А ты чего прибежала сюда?

– Так, мне Кирилл позвонил, спросил, не у меня ли ты и когда я сказала, нет, на том конце кто-то очень сильно чертыхнулся матом.

– Врач, наверное, я сбежала из больницы.

– Я сомневаюсь, что это был врач. К тому же, как сбежала? Где ты была?

– Я была в ЗАГСе.

– Но зачем?

– Скажи ведь, наша девочка времени зря не теряет, – сказала, улыбаясь, Светочка, выглядывая в шляпе.

– А вы кто? – с удивлением и размазанной тушью под глазами спросила Карина.

– Это Светочка, помнишь, я тебе про неё рассказывала?

– А да, точно, припоминаю. Вы в моей шляпе…?

– Правда мне идёт?

– Очень. Можете оставить себе, я вам её дарю, – сказал Карина, вытирая нос бумажной салфеткой.

– Правда? – очень удивленно спросила Светочка и когда Карина кивнула, засияла словно гирлянда, буквально только что не прыгала от счастья.

Карина решила умыться, Светочка пошла вместе с ней, уговаривая Карину сшить ей платье, как только она узнала, что Карина дизайнер всех костюмов в театре.

Поэтому, когда позвонили в дверь, открыть её пришлось мне. И стоило только её открыть, как горячая боль в груди стала прожигать меня. Сердце сжалось и чуть больно стало отбиваться.

Леша стоял в дверном проходе, облокотившись на одну руку о косяк. Пару пуговиц на его рубашке были расстёгнуты, так что было видно его красивую кожу. Я нервно сглотнула. Этот мужчина больше не мой, я не могу больше впускать его в свою жизнь.

– Зачем ты пришел? – он удивленно смотрел на меня и не мог понять мой вопрос, я это отчетливо видела.

Он тяжело дышал и словно не верил, что я стою сейчас напротив его, поэтому пропустив мой вопрос, словно такого и не было, зашёл в квартиру.

– Как ты себя чувствуешь? – я, захлопнув дверь, прошла вглубь комнаты и присела на край дивана. Леша чуть погодя сел рядом со мной.

– Прекрасно, – соврала я и чуть отвернулась от него.

– Тина нам нужно поговорить и я хотел бы, чтобы ты выслушала меня очень внимательно, потому что это важно.

– Не думаю, что я хочу слушать тебя сейчас.

– Почему?

– Ты издеваешься надо мной? – чуть прикрикнула я и, встав с дивана, уставилась на него. В этот момент Света и Карина вышли из ванной и уставились на нас, – Ты сейчас хочешь поговорить о чём-то со мной, когда произошло такое?

– Тина прости меня, я не должен был так поступать с тобой. И мне, правда, жаль, – он встал так же с дивана, напротив меня.

– Тебе жаль? – слёзы скопились в уголках глаз, но я старалась не давать волю своим эмоциям и поэтому когда он попытался взять меня за руку я отпрянула на шаг назад.

– Тина! – словно задыхаясь от боли, он произнёс моё имя, и я уже не знала, куда мне себя деть.

– Что ж, надеюсь теперь, ты будешь счастлив.

– Не только я, но и ты будешь счастлива, по крайней мере, я на это надеюсь.

– О-о-о, не сомневайся, буду.

– Я рад.

– Рад? Вот как?! Что же, это здорово. Тогда я не смею тебя задерживать.

– Ты, скорее всего, имела в виду сдерживать так? – теперь он словно издевался надо мной.

– Можешь считать это как угодно.

– Ладно, – и после этих слов он словно освобожденный из клетки, дикий зверь упивался нашим поцелуем и на мгновение, издавал блаженный рык, словно упиваясь запретным плодом.

– Что ты творишь? – отпрянув и задыхаясь, спросила я, когда поцелуй прекратился.

– Как что? Целую тебя, ты, что не почувствовала?

– Нет. То есть да, – но он меня уже не слушал, вновь целовал меня, так нежно и чувствительно, что коленки на ногах стали подкашиваться.

– Мы не можем,… ведь ты теперь женат…

– Кто? Женат? Я?

– Ну не я же?! – огрызнулась я на него и отвернулась, надув губы.

– Да когда бы я успел?

– Что? Уже забыл, когда в ЗАГСе говорил «Да»? Я была там, между прочим. Вы там настолько сильно наследили, что бедная бабушка всё никак не могла вымыть за вами пол.

Я, правда, не понимала что несу, но на тот момент, для меня любая песчинка была как бревно.

– Милая, не волнуйся, беременным нельзя прибывать в стрессе, так что лучше присядь.

– Кто беременна? – отозвалась Карина.

– Как беременна? – отозвалась я.

– Кстати, а пол уже можно узнать? – отозвался довольной Алексей, положив руку мне на живот, отчего получил по руке от меня.

– Господи как весело! – отозвалась Светочка, сидя на стуле и отпивая из кружки чай.

Мы, посмотрев на неё, прибывали в некотором недоумении.

– Тина, ты что беременна? – Карина подошла ближе ко мне и я, было, подумала, что она меня собралась отчитывать как малолетнюю.

– Что? Нет. Откуда это вообще взялось?

– Ты не беременная? – отозвался вновь Алексей, и его улыбка поникла, как если бы я отобрала у младенца Чупа-чупс.

– Нет. Сколько мне ещё раз это нужно повторить, чтобы до коры вашего головного мозга, наконец, дошло?

– Тогда я ничего не понимаю! – сказала Карина, положив ладонь на лоб.

– Добро пожаловать в клуб! – ответил Лёша, почему-то убивая Светочку взглядом, которая в свою очередь очень спокойно намазывала варенье на тосты.

– А тебе лучше возвратиться к своей новоиспеченной жене?

– Да о какой блин нафиг жене сейчас речь идёт?

– О Жанне конечно!

– Ты что женился? – вновь с удивлением спросила Карина, только теперь обращаясь к Алексею.

– Нет. Говорю же, я не женился, тем более на Жанне.

– Но к кому я тогда в ЗАГС бегала?

– Ты… ты что, ходила в ЗАГС что бы…? – он заулыбался и, проведя ладонью по лицу, прикрыл глаза, но открыв их вновь, он был словно ещё счастливее, – Ты, что хотела помешать чьей-то свадьбе?

– Я? С чего ты взял? – и отвернула своё уже красное лицо в сторону.

– Ты меня убиваешь красавица.

– Так, если ты не был в ЗАГСе и ты не женился в этот момент, тогда куда ты в красивом костюме ходил? – спрашивала я, всё так же отвернув красно-палящую от стыда мордашку.

– Мой дядя пригласил своего давнего друга быть нашим спонсором, и я ездил с ним на встречу для подписания документов, потому что я один из акционеров.

Я тут же резко посмотрела на него, и плевать, что щеки всё ещё полыхают словно огонь.

– Вы смогли найти другого спонсора? Теперь у вас будет не Зальцман?

– Нет, не он.

– Тогда значит, тебе ненужно жениться на Жанне?

– Нет! – улыбнулся он мне, показывая мои любимые ямочки.

Я заулыбалась очень сильно, отчего смех стал выбираться наружу и я, только что не хрюкала наслаждаясь блаженным мгновением.

 

– Тина, ну ты как всегда. Можешь злорадствовать хотя бы не при всех?

– Я не могу ничего поделать, когда счастлива, – говорила я, всё так же отвернувшись к стене.

– Видать тебя нехило так машиной приложило.

– Точно. Тина тебе бы стоило прилечь.

– Да, думаю, ты прав, у меня голова, что-то закружилась.

Я легла на диван, Леша сел рядом со мной и слегка поглаживал мою голову и щечки. Карина села в моё любимое кресло, а Светочка всё так же отпивала чай за столом.

– А кто вообще сказал, что ты беременна? Раз ты сама даже этому удивилась?

– Мне больше всего интересно кто тебе сказал, что я женюсь сегодня?

И тут мы оба посмотрели на Светочку, которая откусывала от тоста кусочек и сладко причмокивая, отпила чай.

– Светочка! – в один голос сказали мы и, покачав головой, решили не раздувать из мухи слона. Это же Светочка, поэтому никто не удивлён.

Рейтинг@Mail.ru