Клементина

Наталья Белова
Клементина

Глава 20.

Клементина.

На машине мы повернули за угол, и я узнала этот бутик. Прямо как в песне «Ты узнаешь его из тысячи». На стене нужно будет написать «Я тут был(а)».

Мы вышли из машины и, не дожидаясь Лешу, я уже сама пошла вовнутрь. Как дома. Словно в личный гардероб ей богу. Леша догнал в два счета и теперь нас обоих с большими глазами, удивленным взглядом, широкой улыбкой и белыми зубами встречает его сестра Инна.

– Вау! Ты всегда умел удивлять, – сказала Инна, обнимая брата, а затем подошла ко мне, – И менеджер у него подстать. Видимо халаты, твоя излюбленная одежда?

– Все вопросы к тому парню, – указала я на Алексея, который рассматривал какие-то платья на вешалке, – У него видимо это фетиш такой, закидывать меня на плечо и при этом, когда я только в одном халате.

– Только в одном халате? – тут же отозвался Алексей, спрашивая меня.

– Почему ты вечно слышишь только-то, что хочешь? – я тяжело вздохнула и отвернулась в другую сторону, – Да, я предпочитаю спать голой. Мне нравится чувствовать постельное белье своим телом. И пару часов назад я прибывала в «нирване», но один чересчур настойчивый парень ломился в мою квартиру, словно здесь вечеринка, а его не пускают.

– Теперь я ненавижу этот лоскут одежды и завидую одновременно, – он меня даже не услышал, словно пребывая в собственном мире, так что я, пожалуй, промолчу.

– Вы что… встречаетесь? – спросила нас Инна, переводя взгляд с Лёши на меня и обратно, на что мы одновременно ответили, и при этом ответы не совпадали.

Он сказал «Да», я же «Нет».

– Не помню, чтобы ты предлагал, а я соглашалась! – сказала, повернувшись к Алексею.

– А то, что мы друг другу в чЮйсвах признались, тебя не на что не подтолкнуло?

– Ты что маленький ребенок? Никогда не признавался девушке до меня?

– Единственное что у меня маленькое – это прыщик на заднице, всё остальное настолько переполняет в размере, что дышать в одежде трудно. И ответ на твой вопрос, да, я не признавался никому, я лишь чпокался и мне этого было вполне достаточно красавица.

– Ребят вас не смущает, что я нахожусь рядом с вами? – Инна была в полном недоумении, но улыбалась так, что можно свет в помещение не включать.

– О, это у нас хобби такое. Прелюдия. И ещё… – он поцеловал меня прямо при всех в магазине и отпустил только тогда, когда воздуха стало не хватать, – Я обещал, что если будешь капризничать я тебя поцелую? Черт, мне нравится, когда ты не слушаешься.

– Снимите уже себе номер в отеле! – сказала его сестра, уходя в сторону вешалок, беззаботно усмехаясь над нами.

Раньше я бы покраснела и убежала или спряталась в бункере, пока не наступит Армагеддон, или нашла бы палку-забывалку, чтобы оглушить каждого, чтоб никто не помнил про этот позор, но вот она я, где-то рядом со мной позор и я совершенно спокойна. Я что умираю? С чего такие изменения?

– До отеля мы ещё недошли, но когда дойдем, я закажу пентхаус, это должна быть грандиозная ночь.

– Я сделаю вид, что не слышала этого. И я не собираюсь спать с тобой.

– А зачем со мной? На мне будет гораздо удобнее.

– Над этим даже шутить не хочется! – всё же иронизировала я, скрестив руки на груди.

– Ладно, подбери нам, пожалуйста, красивое платье и мы поедем в центр.

Инна кивнула брату и стала подзывать девушек, что работают в бутике. И вот тут начался фильм «Красотка». Все кружили, выбирали, спрашивали друг у друга мнение, а я, сидя в кресле, чуть не запела песню «Pretty Woman», но сдержалась. Буквально через час одежда, прическа и макияж были готовы. К такому привыкать, пожалуй, страшновато.

***

Из-за того, что мы слишком долго пробыли в бутике, на дорогах образовались пробки. Лёша разговаривал с кем-то по телефону, когда мне приходилось от скуки смотреть из окна, разглядывая вокруг.

Очень тихо доносилась музыка из динамиков, заставляя меня проваливаться глубоко в свои мысли благодаря мелодичной мелодии. Не люблю это! Не люблю глубоко мыслить!

Но мозг не спрашивая разрешения, проникает в мысли и начинает рыться в «собственном белье» удивляясь, как же я дошла до всего этого?

Недавно я была мышкой, которую «шугали» люди и общество в целом. Правда, и когда же я успела «повернуть» чтобы удивляться самой себе?

Я посмотрела в сторону водителя, закусив нижнюю губу, стала рассматривать его.

Это он!

Словно кто-то воскликнул внутри меня, и я отвела взгляд, покраснев как дурочка, но вернувшись к мысли усмехнулась.

Это правда, он! Он меня «повернул» или же «направил»?

Мы кто-то, и являясь никем, даже не имея этого самого «мы», были рядом. Прямо сейчас, здесь, в машине, я могу почувствовать его. Закрыв глаза, я улыбнулась.

Когда ты не видишь, обостряются другие чувства. Например, слух. Его кожаная куртка, чуть шурша, поскрипывала, когда он двигался.

Его голос. Чувственный и такой звонкий, что по спине побежали мурашки и от приятного чувства, я облизала свои губы. Я люблю его голос.

Странно, что подумала об этом только сейчас. Словно что-то щелкнуло во мне. Почему я стала такой сентиментальной, не знаю, но свои исследования продолжила дальше.

Я чуть приоткрыла глаза. Его рука лежала на коробке передач и я, не решаясь дотянуться до него сглотнула. Почему сейчас я так нервничаю? Я уже прикасалась к нему, к его руке, но оттого, что просто подумала, что хочу коснуться, стала, как ребенок робеть. Поэтому…

Я закрыла глаза вновь и просто протянула руку в сторону его «всегда, горячих рук». Гладкая кожа чувствовалась на моих пальцах и я, вздыхая, вобрала больше воздуха.

Переворачивая его ладонь, кожа была уже грубоватая и мозолистая, но это меня не оттолкнуло, скорее наоборот. Касаясь его ладони, рука казалась гораздо больше, чем когда я открою глаза.

Я почувствовала, что он так же касался моей руки, выводя кружочки или простые линии, а потом словно посчитав, что этого мало, он сплёл наши пальцы, всё так же поглаживая большим пальцем, отчего приятная волна пронеслась, по-моему, телу.

Сконцентрировавшись лишь на «осязании», я забыла про «слух» и, прислушавшись, услышала всё так же музыку, что чуть слышно играла и уже тихий и хриплый голос Лёши, что разговаривает до сих пор по телефону.

Я сжала губы и глубоко вздохнула. Обоняние. Его запах. Если эта жизнь позволит мне дышать лишь им, я была бы счастлива. Ничто так не заставляет чувствовать себя более живой, когда только стоит небольшим ноткам донестись до меня.

Живу! Такие мысли сразу возникают в голове, я дышу им и живу!

– Мой! – неожиданно мысль слетела с языка, не успела я открыть глаза, как он ответил мне.

– Твой!

Я резко посмотрела на него и тут же встретилась с серыми глазами моего «демона». Его взгляд был так нежен и одновременно «горячим», что я, закусив зубами нижнюю губу, наслаждалась им.

Я вижу как он, тяжело дыша, чуть ближе наклонялся ко мне и я, глубоко вобрав в легкие воздух ждала.

Да, ждала! Не знаю, что будет с нами дальше. Будет ли эта «сказка» с хорошим концом или нет, но эти чувства, что буквально горят во мне, обжигают изнутри, не позволяя даже шелохнуться, обостряются сильнее рядом с ним.

От этой «тяжести» и «боли» мне хочется громко смеяться и в то же время загрустить и задуматься как сейчас. Но когда он так смотрит, касается, мысли, словно ветер гоняют и бушуют, но я не слышу больше их.

В этот миг включаются лишь чувства. Осязание. Когда он нежно целует меня в губы, заставляя неистово желать большего. Обоняние. Его поцелуя. Кто-то может сравнить поцелуй с зимним утром или с наступлением весны, но у меня это если бы я ела мороженное. Вкусное, сладкое и такое манящее.

Момент первого касания к холодному льду. Микс холодных губ с дополнением горячих рук на моей щеке словно… лето!

Он моё лето!

Пробка на дороге больше не была преградой. Позади нас доносились клаксоны, заставляя нас продолжить путь и не мешать другим.

Поцелуй прервался, но он даже не шелохнулся. Гладил большим пальцем по моей щеке и теперь упивался мной лишь взглядом.

– Кажется, теперь мы стали причиной пробки! – сказала я глядя в его красивые и задумчивые глаза, слегка улыбнувшись.

– Плевать! – только и ответил он, вновь поцеловав так сильно и страстно, что пальцы на ногах сжались, как и сердце, что стало биться в такт его сердцу.

***

Время бежит как подорванное, собственно как и я сама, потому что моя наставница Елена Андреевна, секретарь Игоря Аристарховича, считая меня зайкой с батарейками как в рекламе, гоняет из отдела в отдел.

Она говорит, что нужно знать всех, разузнать у всех, созвониться с одними, держать подальше от Алексея других, где бы он, не был, будь-то мероприятие или во время игры. Да, ну и работенка мне досталась, но всё же лучше чем ничего.

И вот в очередной раз, неся целую кипу бумаг, что даже дорогу перед собой невидно, я шла в архив. Пока Леша тренируется, особо заняться нечем, вот и помогаю Елене Андреевне.

Мимо меня много кто проходит, но я, особо не обращая внимания, шла себе дальше, думая только как бы не уронить и не перепутать документы, а главное не потерять.

– Слышала новости?

Две молодые девушки разговаривали между собой стоя рядом с кулером и что-то бурно обсуждая. Я как раз подходила к ним, что бы пройти мимо.

– Что за новости?

– Наумов помолвлен! – отчего я резко встала в ступор.

– Да ладно? Старший или младший?

– Конфетка наша конечно!

– Алексей? – и в этот момент документы выпали из моих рук.

– Угу! – ответила девушка подруге и тут же вздрогнула, услышав, как падают мои документы.

– Извините! – сказала я, и присев на корточки стала собирать всё в кучку и при этом настроила на девушек свои уши-локаторы.

– Короче, говорят невеста очень красивая.

– Ещё бы, стал, думаешь наша «звезда» с уродиной встречаться и уж тем более жениться?!

 

– И то верно!

Я собрала бумаги, и, вставая на ноги, значительно напряглась и даже растерялась от услышанного, но вспомнив наше сегодняшнее утро, заморгала своими ресничками от внезапных мыслей в голове, ещё бы чуть быстрее заморгать и можно не идти, а лететь.

Да быть этого не может!

Он мне даже встречаться толком не предложил, а выйти замуж… мне?…

Да ну не…

Я засмущалась от собственных мыслей. И как мне теперь на такое реагировать?

Я убрала прядь волос за ухо, и еле сдерживая прорывающийся смех, пошла по направлению в архив, до которого мне уже вообще никакого дела не было.

А когда я всё-таки дошла (без понятия, сколько на это у меня времени ушло), в мечтах остановилась на моменте где у нас двое детей, большой дом и собака по имени Джек.

Когда поручения закончились, а тренировка подходила к концу, я направилась прямиком в сторону раздевалок, чтобы застать его до душа. Не знаю, почему-то мне очень понравилось, то, как он выглядел тогда после матча, мне это даже показалось довольно сексуальным.

Прыгая от радости, словно мне пять лет, открыла дверь. Мороз тут же «ущипнул» за щеки и нос, поток свежего, морозного воздуха наполнили легкие и я улыбнулась. Зима мне нравилась, но «моё лето» гораздо больше. Поэтому в полном предвкушении, что скоро я его смогу увидеть значительно подняло мне настроение.

Напевая всякий бред себе под нос, я миновала каток и открыла двери, что ведут в раздевалку. Чуть в дали я смогла его заметить в небольшой толпе людей. Его команда уже ушла, он же стоял с какими-то двумя мужчинами в возрасте и молодой девушкой. В груди как-то странно сдавило, но я всё же решила подойти ближе.

Лёша стоял ко мне спиной, поэтому подходя всё ближе, я вздыхала с каждым шагом, думая только о том, что я чертовски везучая девушка, если этот парень, имея такой большой ассортимент девушек, выбрал меня. Что это если не удача?!

Голоса становились всё громче, что даже некоторые слова я отчетливо смогла услышать.

– Думаю свадьбу можно провести в конце лета. Было бы идеально. Жанна ты как думаешь?

Мужчина невысокого роста с залысиной обратился к длинноногой брюнетке отчего она, завизжав, бросилась на шею Алексею.

– Я в восторге!

– Да что, черт возьми, тут происходит? – спросил Лёша, но я сама того не ожидав опередила ответчика.

– И вправду! – на меня уставились четыре пар глаз и только в одних, отразился ужас.

Леша, убрав резко руки девушки от себя, сделал шаг ко мне, я же шаг от него.

– Ты всё не так поняла и если честно, то я и сам толком ничего не понял, но позволь хоть как-то тебе объяснить…

– Объяснить? – рявкнула я на него и сделала ещё один шаг назад, – Как именно ты объяснишь факт того, что ты черт тебя подери помолвлен?

– Тина я… – он словно не знал, что именно мне сказать. Опустив голову вниз, он взялся руками за макушку, словно от всего этого у него разболелась голова. И когда я в очередной раз сделала шаг назад от него, он резко посмотрел на меня.

– Прошу тебя не делай поспешных выводов, умоляю.

– Откуда тебе знать к каким выводам я пришла?

– Это очевидно! – сказал он глядя в мои глаза и сделал шаг ко мне, – Ты хочешь сбежать от меня!

Я замялась, не зная, что сказать, потому что он прав. Мне хотелось рыдать, топать ногами и бежать отсюда куда подальше. Меня словно раздавили изнутри.

– Позволь мне во всем этом разобраться и тогда мы с тобой поговорим хорошо? – спокойно спросил он, делая руками жест «я безоружен» и сделал так же ещё один шаг в мою сторону, – Хочу только чтобы ты знала кое-что. Единственный человек, которого я хочу целовать и держать в своих объятьях, находится рядом со мной…

– Лёша что происходит? – спросил директор Лавров, отчего я перевела взгляд на него, а затем вернула обратно к Лёше, который в свою очередь словно и вопроса то не слышал.

– Этот человек ты Клементина! – продолжил он, стоя уже практически вплотную ко мне, – И я не отпущу тебя, чего бы мне это не стоило. Не тогда, когда я только смог вернуть тебя.

Он не касался меня, но было такое ощущение, словно он гладит мою щеку, успокаивая. Глядя вот так в его глаза мне хотелось расплакаться, но, всё же сдержав в себе лавину слез, просто кивнула ему.

Кивнула соглашаясь.

Кивнула потому что поверила!

Глава 21.

Клементина.

– Ты уже полчаса стоишь у своего шкафа. Ждёшь парнокопытное существо из Нарнии?

– Я не знаю, во что мне переодеться.

– К нам должны прийти гости?

– Нет.

– Тогда какая нафиг разница? Твой ужин оттого, сколько ты здесь проторчала, уже в айсберг превратился, теперь только с ледоколом его грызть.

– Надену, пожалуй, красный халат, под цвет глаз.

– Ох, ё! – испугавшись меня, отреагировала Карина, когда я повернулась к ней лицом, – Тебе что в глаза перцовым баллончиком прыснули?

Я покачала головой отрицательно и, надев халат, стала завязывать лямочки пояса на талии.

– Выглядишь так, словно весь день только и делала, что удивлялась.

– Не далеко от правды.

– Слушай, чтобы, не случилось всё к лучшему и…

– Лёша помолвлен!

– Нихрена ж себе! – удивилась Карина, чуть отпрянув и схватившись за воротник своей рубашки.

– Угу!

– Нет, ну, НИХРЕНА Ж СЕБЕ!

– Повторяешься, – она замолчала и я, посмотрев в её сторону, напряглась, – Ты чего замолчала так резко?

– Я подбираю слова.

– Какие?

– Цензурные.

Я вышла из своей комнаты и направилась на кухню, есть свой холодный ужин. Карина через минуту вышла тоже и ринулась довольно решительно ко мне.

– А ты чего такая спокойная?

– Мне что как горилла в грудь себя бить?

– Да я бы на твоём месте рвала бы и метала. Ты его, что вот так просто какой-то курве отдашь?

– Он сказал, что во всём этом разберётся, и тогда мы поговорим.

– Ни глазам, ни ушам не верю. Ты должна была устроить этой девахе темную блин.

– Не хорошо нам драться. Мы же девочки!

– Мизинчик оттопырь!

– Слушай, я поверила ему и…

Она не слушая меня резко ушла в свою комнату, но только для того чтобы принести свой телефон.

– Что ты делаешь?

– От такой наивной дуры большего и ожидать то не стоило.

– ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? – повторила я, чуть обидевшись за дуру.

– А что невидно? Сняла линзы и ничего не видишь теперь? – я зло уставилась на неё, отчего она только цыкнула и закатила глаза, – Звоню!

– Никогда бы не подумала, что такая технология существует, а то я, было, хотела позвать гонца, чтобы письмо передал.

Она даже слушать мою иронию не стала, а с кем-то начала калякать по «технологии XXI века». Буквально через минут пятнадцать она подлетела ко мне, отчего я чуть было не выронила тарелку из рук пока мыла посуду.

– Лёша сегодня обедает в ресторане с некой Жанной Зальцман, – всё же уронила тарелку. А потом немного погодя сходила до ванны и, взяв тазик начала набирать туда воду.

– Это ещё зачем?

– Хочу утопиться.

– Потом, – сказала она и, закрыв кран, оттащила меня за руку к столу, – У меня появилась супер идея!

– Боюсь себе этого даже представить.

– Давай собирайся и пошли.

– Куда?

– Не кудахтай. Мы должны проследить за ними.

– Знаешь, моя идея с тазиком и то была куда более разумной и здравой чем у тебя.

– Не вякай! Надевай куртку, а то на улице холодно.

– Мне в ресторан в халате идти? – я немного задумалась, – Это где-то уже было?! И ощущение появилось, словно чего-то не хватает.

– И чего же?

– А, точно! Чтобы на плечо закинули и вновь тащили в неизвестном направлении.

– Я тебя боюсь!

– А я уже боюсь того, что привыкла к такому.

– Так ладно, я сделаю вид, что не посчитала тебя чиканутой и пойду обуваться, а тебе пять минут, чтобы переодеться, а иначе кубарем вниз спущу.

– Вот к такому точно привыкать не хотелось бы.

***

Я посмотрела на наручные часы, а затем перевела взгляд на Карину.

– Что мы делаем у тебя на работе?

– Как что? Ищем подходящую маскировку.

– И зачем я тебя только послушала? Детский сад какой-то.

– Слушай, помнишь, я тебе как-то сказала, что если ты его упустишь, будешь всю жизнь жалеть?

– Помню.

– Так вот, за свою любовь нужно бороться и не отпускать, а иначе придется жить, с кем попало оттого, чтобы, не быть одной и как по мне так себе перспективка.

– Ну, прямо не в бровь, а в глаз.

– О, а вот и твой костюмчик.

– Что? Я это не надену.

– Почему?

– У меня не выйдет изображать того кем я не являюсь. Уж лучше в костюм Микки Мауса.

– Что крысой быть тебе привычней? – я кинула в неё голову Микки, отчего она увернулась и стала хохотать, – Ладно-ладно, я пошутила.

– Грубовато что-то!

– Прости-и-и-и, просто не у тебя одной сегодня паршивый день.

– А что случилось? – встревоженно спросила я, подойдя к Карине.

– Да так не бери в голову. Давай для начала с твоей проблемой разберемся, а потом и по душам поговорим.

Она отвернулась что-то очень яростно искав в ящике, а я, уставившись на её затылок поникла. Никчемная я подруга.

***

Пожалуй, я не смогу припомнить более позорного момента, чем я переживаю сейчас. Раньше кем только мне не приходилось притворяться и наряжаться на прежней работе, но этот образ, пожалуй, переплюнет предыдущие.

Мужской костюм как будто с дедовского плеча, ботинки словно ходули, парик в котором явно зародилась какая-то жизнь и барабанная дробь, УСЫ.

Карина так же играла роль вот только толстой тетки с зубами наружу. Если на это купятся, то только полные идиоты.

Мы сидим за столом довольно далеко от них. Леша сидел к нам лицом, а деваха спиной. Чересчур открытой между прочим спиной. Юбка короткая, топ слишком откровенный, так и норовилась подойти и сказать, чтобы она оделась уже, наконец.

Вот же коза сутулая, если она решила прикарманить себе чужого парня лишь тем, что грудью уродилась больше, то это она зря. Церковь бы на неё натравить, может хоть прикроется.

– Вот надень, – вывел меня из моих мыслей голос Карины, и я посмотрела в её сторону.

– Очки? Но я и так в линзах.

– Это обычные стекла, надень, а то узнает.

– Он, между прочим, и в очках меня видел.

– В таких ещё не видел.

– Ладно, пофиг. А усы обязательно? У меня уже нос и губа чешутся, – я стала чесать под усами, отчего Карина ударила меня по руке.

– Позже потеребишь. Ты чего накладной живот не надела?

– Из-за него я дышать не могу.

– А ты смоги! Быстро иди в туалет и надень.

– Ладно, только не заводись, – я, было, встала и уже направилась к туалетам как опешила, поэтому вернулась обратно к своему столику, – А мне в какой туалет сейчас идти в женский или мужской?

– Разберешься по ситуации.

– Угу! – кивнула я и всё же побрела к туалетам.

Встав у дверей, всё никак не могла определиться. Если пойду в женский, то меня возможно посчитав парнем погонять грязной тряпкой не только из туалета, но и из ресторана в целом, а это не входит в мои планы. А если в мужской туалет, то меня ожидает полнейший дискомфорт и стыд, но, по крайней мере, есть вероятность, что всё пройдет гладко и я даже смогу остаться в ресторане. Уж лучше так, поэтому зашла в мужской.

У меня точно нервный срыв будет. Один мужик стоял и занимался своими «делами», другой мыл руки и я тут со своим пакетиком.

Оба мужика посмотрели на меня очень странно и довольно пронзительно отчего я, перед тем как зайти в свободную кабинку поправила «несуществующий пенис», давая понять что «мол, всё зашибись мужики, у вас есть и у меня есть, но меряться мы ими не будем» поэтому стремительно зашла и заперлась.

В кабинке тесно, поэтому снимая и надевая, я то и дело либо руками или локтем задевала стенки, отчего стук был довольно громким. Но, всё же справившись (с горя пополам) я вышла и направилась помыть руки. Я же типа как «сходил по большому».

И только намылив руки, посмотрела в зеркало и вскрикнула. Да-да, как полнейшая идиотина, но я, правда, не ожидала. Леша, сделав свои «дела» стал подходить к умывальникам, и когда я вскрикнула, вздрогнул от неожиданности.

– Вы в порядке? – спросил он, включая воду.

– Да! – ответила я своим девчачьим голоском, но ударив мысленно себя по голове прочистила горло и сделала голос уже более грубее, – Да!

– Вы уверенны?

– Да-да, конечно!

Он кивнул головой и продолжил мыть руки, я, в свою очередь уже роняя пену на пол, решила смыть, но при этом всё время поглядывала на него в зеркале и не раз замечала, что и он сам бросает на меня взгляд. Я сглотнула.

– А вы случайно не хоккеист? – было спросила я, потому что наше мытьё рук слишком затянулось. Я руки словно до костей отмыть пыталась, да и он уходить не спешил.

 

– Вы правы, – ответил он, чуть улыбаясь.

– Смотрю лицо знакомое.

– Алексей.

– Ти… ой, – ну всё, сушите весла, кажется, приплыли.

– Ти? Это ваше имя? – спросил он, повернувшись в мою сторону уже ярче улыбаясь.

– Ти… Тимофей я.

– Тимофей значит, – повторил Леша, вытирая руки бумажными полотенцами.

– Я заикаюсь просто.

– Что ж, хорошего вам вечера Тимофей.

– Угу, и Вам.

Он улыбнулся мне так, что появились ямочки, а затем вышел из уборной, а я подумала о том, что мне и вправду стоит в туалет сходить. Это всё из-за стресса.

Когда я вернулась к столику моя «дама» ковырялась в накладных зубах.

– Я уже было подумала, что тебя смыло, хотела вызывать МЧС.

– Я в туалете с Лешей столкнулась.

– Да ладно? Узнал?

– Не думаю, но он со мной решил познакомиться и назвал своё имя.

– А ты что?

– А я сказала, что я Тимофей.

– Либо твой Леша идиот, или ты хорошая актриса.

– Правда?

– Угу, и я склоняюсь больше к первому, чем ко второму.

– Он не идиот!

– И тут я, пожалуй, тоже соглашусь, но в данной ситуации надеяться, всё-таки не перестану.

– Почему?

– Потому что есть третий вариант.

– Какой?

– Что он всё понял!

Алексей.

Сначала моя спутница примерно сорок минут выбирала в меню, из них тридцать минут она отвлекалась на телефон, потому что там кто-то что-то лайкнул. И всё же заказав из всего меню какой-то гребанный салат, я наконец-то сам хоть смогу поесть. Мой желудок, запевая о том, что голоден, кажется, охрип от беспомощности.

Надо поскорее от неё избавиться и тикать со всех ног, потому что так сильно домой я ещё никогда не хотел, но это было только поначалу, а теперь я сижу и давлюсь от смеха.

Жанна что-то говорила, но я на мгновение даже забыл, что она сидит напротив. Я то и дело поглядывал на столик где якобы Тимофей сидел и что-то говорил своей «спутнице», и я так полагаю, что это Карина. Собственно кто ещё может участвовать в этом цирке?

Я покачал головой, улыбаясь как полный идиот, но сдерживать себя я больше не мог. Я всегда знал, что Тина или как там теперь? Тимофей? Любит косплеить. Это у неё фишка такая, сначала почтальоном прикидываться, затем рабочим, а сейчас она кажется, вообще пол сменить собралась. Ох, Тина, Тина. Чувствую, весело мне с тобой по жизни будет.

Потому что толстый мужик и эти шикарные похожие на щётку для ботинок усы, просто свыше моего идеала. Я от неё балдею, нет, ну надо же было до такого додуматься?!

Но всё же думаю, это говорит о том, что я ей небезразличен, но кольнуло внутри и другое, как говорится обратная сторона медали, она мне не поверила. Возможно, посчитала, что я не справлюсь, не разберусь со всей этой неразберихой и решила проследить, проконтролировать всё самой.

И вот тут во мне проснулся дьявол, отчего возникла больная мысль проучить её.

Я стал разговаривать с Жанной кокетливо, немного заигрывать, флиртовать, даже коснулся её руки. Я перевёл взгляд на Тину, которая в свою очередь словно закипала от злости и в этом порыве гнева рвалась по нашу душу, но Карина держав её за край пиджака усаживала обратно за стол.

Они громко о чем-то шептались и я оттого, что моя затея была хороша, стал буквально хохотать.

– Что? – спросила Жанна, и я убрал свою руку, – Почему ты смеёшься?

– Да так ничего.

– Слушай, так о чем ты хотел со мной поговорить? О нашей свадьбе?

– Я так и не понял с чего это вообще всё пошло? Какая свадьба?

– Ну как? Папочка вложит в ваш центр свои деньги взамен на то, что мы поженимся. Чего ж тут непонятного?

– А непонятен мне как раз тот момент, с чего ты решила, что я на всё это согласен?

– Лёша, вам нужен спонсор, папочка готов им стать и всё потому, что я его об этом попросила, так как мне нужен ты, – я вздохнул и облокотился на стул, затем усмехнувшись и посмотрев по сторонам, вернулся к разговору.

– А с чего ты взяла, что ты мне нужна?

– Что прости?

– Да что слышала. Если ты считаешь, что стоит со мной заговорить по поводу денег, и я тут же встану на колено, то ты ошибаешься. И по поводу спонсора, то мы его и без тебя с папочкой твоим найдем. Так что вбей себе это в голову.

– Ты хоть понимаешь, отчего отказываешься?

– А ты понимаешь, что своей пустой болтовнёй утомила меня уже?

– Ты будешь жалеть, ох, как будешь жалеть. И когда ты наконец-то поймёшь что совершил ошибку, то сам приползёшь на коленях умолять меня выйти за тебя, – она резко вышла из-за стола, поэтому я поднялся со стула следом.

– Обязательно, но только в следующей жизни, когда буду квазимодо. И если я всё же когда-нибудь женюсь, то это будешь явно не ты.

– Даже интересно стало, что же это за девушка, что может стать твоей женой?!

Я засмеялся и, держась за живот, стал восстанавливать дыхание.

– Ты точно хочешь увидеть?

– Да, хочу!

– О-о-о, это будет просто щедеврально, – я иронично улыбнулся.

Ох, бабы! Любят они себя сравнивать с кем-то вечно, а порой это может быть даже проблемой. Да что уж там все проблемы только из-за баб. Даже у самих баб проблемы из-за баб. Как бы то ни было, а игру что я начал всё-таки решил продолжить.

Я положил свою руку Жанне на плечо, отчего она округлила на меня свои большие глаза, не понимая, что я, собственно говоря, делаю, ну а я перевел взгляд на человека, что сшибая всех официантов, бежала в мою сторону.

Мертвая хватка Карины не была видимо столь сильной, Тина, брыкаясь и вырываясь, неслась к цели и единственное сравнение, что пришло мне в голову так это разъяренный бык.

И когда она появилась перед нами, я, убрав руки с Жанны, взялся за любимые щечки моего Тимофея и впился в колючие губы. А когда прервал поцелуй, все кто были рядом и улицезрели всё это сидели в полнейшем шоке, некоторые даже жевать перестали.

Ну, вот опять дядя будет меня бранить, на чем свет стоит за новые слухи и возможно уже фотографии, которые как я предполагаю в скором времени, окажутся в газетах. Ну что ж, гулять так, гулять, что уж тут теперь.

– Вот это и есть любовь всей моей жизни! – сказал я, притянув одной рукой за талию усатую любовь, которая уставилась на меня, словно я Ленин и только что ожил на её глазах.

– Вот… вот… это вот? Мужик? Ты что… гей?

Я невозмутимо и с иронией посмотрел на Тину, которая всё так же стояла в ступоре и собственно не моргала, потом вновь посмотрел на Жанну.

– В данную минуту видимо что так!

Жанна же, больше не сказав ни слова, взяла сумочку и поспешно вышла из ресторана. Я посмотрел на Тину, один уголок её усов отклеился, отчего смотрится довольно забавно и мило, поэтому я нежно притянул её к себе.

– Мне нравятся твои усы.

– Спасибо! – ответила она, всё ещё чему-то удивляясь.

– Ну что Тимофей будем дружить? – спросил я, чуть отойдя от Тины и протянув ей руку. Она какое-то время смотрела на неё, о чем-то задумавшись, но через какое-то мгновение вновь посмотрела на меня.

– Нет!

– Нет? – переспросил я, убирая руку.

– Нет! – заверила она и, дотянувшись до моей шеи руками, притянула к себе, а затем крепко поцеловала, – Никакой дружбы. С этого дня хочу удариться в роман с тобой. Потому что ты только мой!

Я, взяв её за талию, вновь притянул к себе ближе, хоть её накладной живот и мешал, но романтики не испортил, поцеловав её со всей своей страстью, словно завтра обещало не наступить никогда, я посмотрел в её глаза и убедился.

Убедился больше чем на сто процентов, что это она. Она та самая женщина, что предназначена мне судьбой. Теперь я это окончательно понял.

– Твой! – ответил я и, не обращая внимания на колючую мочалку между нашими губами, поцеловал её вновь.

Рейтинг@Mail.ru