После разговора Инар ушел обсудить наше отбытие с Наринэ, а я решила остаться в комнате, и все спокойно обдумать.
Теперь я понимала мотивы действий Инара и то, почему он лгал мне, и многого не договаривал. Но я не могла решить одного – как относиться к его чувствам. Инар не признавался в любви, и даже не говорил, что я нравлюсь ему, но при этом сказал, что дальнейшей жизни без меня не представляет.
Я не могу разобраться в его чувствах, как и он сам, похоже. И мне тяжело и больно это осознавать, потому что сама я четко осознаю, что начинаю влюбляться в него…
Как вести себя друг с другом дальше мы не обсуждали. Я думаю, нам не стоит переходить грань дружеских отношений, пока не станет ясна моя дальнейшая судьба. Или пока Инар не разберется в природе своих чувств.
За всеми этими размышлениями я не заметила, как провалилась в сон.
ИНАР
Выйдя за порог дома верховной ведьмы, я ушел в сторону леса, и сел под ближайшей раскидистой сосной, чтобы успокоить гудящий рой мыслей в голове.
На самом деле я не собирался ничего обсуждать с Наринэ, я просто сбежал, как последний трус, не зная, как вести себя теперь с Анитой.
Она поверила мне, согласилась выслушать, и это маленькая, но уже победа. Хоть я и прекрасно понимаю, что расстроил девушку словами о том, что мои чувства к ней – это не любовь, а непонятная одержимость, но уж лучше горькая правда, чем куча проблем и обид из-за недомолвок. Я не хочу ранить ее еще больше. Сколько бы я не пытался доказать Аните, что мы сможем преодолеть все проблемы, на самом деле, я даже примерно не представляю, что нас ожидает в Эндервелле. И не знаю, чем закончатся наши отношения, даже если мы сумеем выйти живыми из этой истории.
Пока что я поставил себе единственную цель – спасти Аниту, не разрушив свой мир, и если все получится, то мы вместе решим, что делать с нашими чувствами.
****
– Вставай, видящая, тебе пора отправляться, – сквозь сон я услышала голос Наринэ, и открыла глаза.
В комнате стояла темнота, которую нарушал лишь свет луны, пробивающийся сквозь тонкие шторы на окнах. Когда глаза привыкли к освещению, и я окончательно проснулась, то разглядела перед кроватью силуэт верховной ведьмы. Она, увидев, что я оторвала голову от подушки, щелкнула кнопкой на прикроватном светильнике, и комнату озарил неяркий желтый свет.
– Собирайся, времени осталось немного, – произнесла Наринэ и тут же покинула спальню. Эта женщина удивляла своей излишней строгостью и молчаливостью, я даже подумала, что мне жаль Изольду. Наверное, тяжело расти с такой матерью.
Я с тоской вспомнила о своих родителях. Интересно, как сложилась бы моя жизнь, если бы они были живы…
Стряхнув слезу с ресниц, я прошептала:
– Ну, да ладно, эти размышления все равно ничего не изменят. Так что нужно вставать и начинать операцию по спасению своей до предела странной жизни.
Поднявшись с кровати, я увидела на тумбочке тазик с теплой водой, небольшое зеркало на ножке, полотенце и расческу. Умывшись и приведя в порядок волосы, я отправилась на поиски Инара.
С василиском мы столкнулись прямо за порогом дома. Точнее, открыв дверь, я вывалилась прямо ему в руки.
Завороженно глядя на свое отражение в его черных глазах, я почему-то спросила:
– Интересно, а у меня тоже радужки почернеют в Эндервелле? – осознав, какую глупость сморозила, я смутилась и отвела взгляд.
Инар тихо рассмеялся, все еще держа меня за талию.
– Нет, это особенность василисков.
Перестав улыбаться, он провел ладонью по моему лицу, и погладил большим пальцем нижнюю губу, которую тут же пробило током от его прикосновения.
Я закрыла глаза, судорожно вздохнув. Отвела его руку от лица и, сделав шаг назад, произнесла:
– Послушай, я не думаю, что нам стоит…
Инар покачал головой.
– Не надо. Не продолжай, я понял. Ты права…
В воздухе повисло неловкое молчание. Я старалась смотреть куда угодно, лишь бы не в затягивающую бездну его глаз, потому что просто боялась, что сорвусь и допущу огромную ошибку, которая приведет к печальному исходу нас обоих.
Инар нарушил тишину первым.
– Идем на берег. Скоро полночь, нужно успеть совершить переход.
Уже на берегу, стоя спиной к воде, я напоследок оглядывала лес, ночное небо, домики ведьм, и все, до чего дотягивался взгляд. Я старалась запомнить свой мир, осознавая, что вероятно вижу его в последний раз. Как примет меня Эндервелл и смогу ли я хотя бы выжить в этом мире, пока неизвестно. Ясно только одно – на Земле мне оставаться нельзя…
Инар, стоявший в нескольких шагах от меня, наконец, произнес:
– Пора.
Сердце замерло от страха перед неизведанным, но я быстро скинула с себя оцепенение и подошла к василиску.
– Что мне делать?
– Главное – не паниковать. Мне придется принять второй облик, чтобы открыть переход. Для тебя это, скорее всего, будет весьма… Шокирующе.
– Второй облик… Это, в смысле, ты обратишься в громадную такую змеюку? – в ужасе спросила я.
– Нууу… в целом, да, – усмехнулся Инар, – Но не переживай, мое сознание во втором облике не меняется, поэтому я не причиню тебе вреда.
– Успокоил! Ладно, давай просто уже сделаем это побыстрее.
– Хорошо, тогда отойди шагов на двадцать назад.
Только я отошла, как рядом с василиском начали вихриться потоки воздуха, которые трепали его волосы и полы рубашки. Когда ветер вокруг него образовал смерч, из-за которого Инара даже не было видно, то меня мощным потоком воздуха опрокинуло на спину. В испуге я начала отползать подальше, даже не рискуя встать. Вихрь вокруг василиска все увеличивался, и в один момент из самого его центра выпрыгнул огромный серебряный змей. Приземлившись в двух метрах от меня, он склонил голову, позволяя рассмотреть его. Змей был просто громадным, размером примерно с дом Наринэ! Серебристая чешуя переливалась в лунном свете, а голову венчала корона из шипов, от которой по всему телу тянулся острый гребень.
Я поднялась с камней, и осторожно протянула к нему руку. Сердце колотилось от страха. Василиск медленно приблизился ко мне, и уткнулся лбом в ладонь, смотря на меня на удивление разумными глазами.
Он был одновременно ужасен и завораживающе красив. Я никак не могла поверить, что это удивительное создание и есть Инар. То, что я сейчас наблюдала, не поддавалось никаким законам физики и биологии. Потому было ощущение, что я сплю и вижу очень яркий фантастический сон.
– Ну, привет… Скажи, ты понимаешь меня? – с опаской спросила я, осторожно поглаживая прохладные чешуйки на носу змея.
Василиск медленно кивнул, не отрывая от меня глаз с узким стальным зрачком.
– А говорить можешь? – на этот раз движения головы выражали отрицательный ответ.
Я отошла от него на пару шагов, и сжала виски руками.
Со мной общается огромный василиск из другого мира… Просто безумие! Казалось, моя голова сейчас взорвется от нереальности происходящего.
– Прости, – простонала я, – Это какое-то сумасшествие! Мне нужно привыкнуть к тебе… Такому.
Змей качнул головой, указывая на луну.
– Нет времени… – поняла я и, собравшись с духом, произнесла, – Хорошо. Что мне нужно делать?
Василиск сначала указал кончиком хвоста на меня, а потом на свою спину.
– Ну, нет! Я не полезу на тебя, и не надейся!
Инар в змеином обличии зашипел и, закатив глаза, вдруг сделал то, чего я вообще не ожидала. Он обвил длинным хвостом мою талию и, подняв в воздух, боком усадил между шипов на гребне. Я лишь пискнуть успела. От испуга с возмущением стукнула его ладошкой по шипастой голове, и заявила:
– Ты очумел?! Предупредить не мог хотя бы? Я же чуть не померла со страху! Вот умора-то была бы. Спасали от великой Найтири, а отъехала от страха перед тобой!
Повернув голову так, чтобы я могла видеть его хитрющие глаза, василиск прерывисто, хрипло зашипел. И клянусь! Это был смех, настоящий издевательский смех, который издавало змеиное горло! Я обиженно отвернулась от него, и сложила руки на груди. Только вот показать всю глубину своей раненой «змейскими» издевательствами души не получилось, потому что василиск начал плавно ползти в сторону воды. Поэтому, чтобы не слететь с его спины, мне пришлось лечь между шипами в выемке гребня, и схватиться руками за костяные наросты на голове.
Инар заполз в воду и поплыл на глубину. Слава богу, вода была не слишком холодной благодаря жаркому лету, потому как мое платье уже было мокрым до талии. Когда мы оказались на середине озера, василиск остановился и начал наматывать круги вокруг самого себя, как будто бы гоняясь за хвостом. Между кольцами змеиного тела стал образовываться водоворот, который уходил все дальше ко дну. Вода уже накрывала меня с головой, и приходилось задерживать дыхание, и вот, когда воронка оказалась достаточно широкой для тела василиска, он, поднявшись на мгновение в воздух, нырнул прямо в середину водоворота. Я закричала, и тут же начала захлебываться. Вокруг меня сомкнулась толща воды, лишая зрения, дыхания и слуха. Из последних сил я цеплялась руками за шипы, чтобы водоворот не выкинул мое тело в озеро, но через несколько мгновений сознание начало покидать меня, и я отключилась.
****
Очнуться пришлось от того, что из легких начала выходить вода. Откашлявшись, я попыталась подняться, и обнаружила, что животом лежу на коленях василиска, который придерживая мне волосы, хлопает по спине.
– Все, все! Жива я! Прекращай избивать.
Инар облегченно выдохнул и, откинувшись спиной на песчаный берег, произнес:
– Знаешь, это ненормально, что стабильно раз в сутки я спасаю тебя из воды.
Я с трудом встала, все еще покашливая, и оглядевшись вокруг, не поверила своим глазам.
Передо мной простирался огромный океан, у которого не было видно ни конца, ни края. Но самое удивительное, что он был абсолютно белого цвета – как молоко!
В небе над водой светился алый закат, бросающий отблески в воду, и на удивительный, переливающийся перламутром песок. Повернувшись к воде спиной, вдалеке я увидела величественные горы со снежными пиками, и полосу леса перед ними.
Все вокруг в свете заходящего солнца имело легкий розоватый оттенок. Это было настолько прекрасно, что трудно не потерять дар речи.
Повернувшись к Инару, я дрожащим голосом спросила:
– Неужели это правда. Мы в Эндервелле? Все получилось?
Инар, который наблюдал за мной сидя на песке, с полуулыбкой подтвердил:
– Да, Анита. Мы в Эндервелле.
Я еще раз огляделась и пораженно протянула:
– Здесь так красиво. Как в сказке… Неужели весь твой мир так прекрасен?
– В целом, да. Мы сумели сохранить первозданную природу, благодаря магии и отсутствию технологий. Ваша планета тоже когда-то была прекрасной – пока люди не заточили ее в бетон и асфальт. Просто наш мир пошел по другому пути развития. Мы ценим свой дом, и заботимся о нем.
Я с грустью поняла, насколько прав Инар. Мы сами виноваты во всех катастрофах, что происходят на земле, потому как, в первую очередь гонимся за прогрессом, не думая, чем это обернется в будущем.
Инар встал и, отряхнув мокрую ткань штанов от песка, сказал:
– Нам нужно привести себя в порядок, и устроиться где-нибудь на ночлег.
Выразительно подняв бровь, я окинула взглядом местный колорит. До ближайшего поселения, если оно и есть где-то за лесом, нам топать не меньше суток.
– Прости, но как? Будем под открытым небом ночевать? – с сомнением спросила я у василиска.
Он усмехнулся, и прищурив глаза, сказал:
– Малышка, ты забываешь, что мы уже не на Земле.
Я закатила глаза.
– Я, кажется, просила так не называть меня!
– Как скажешь, малышка, – на этот раз он уже откровенно рассмеялся, – Прости, ну никак не могу отказать себе в таком удовольствии. Ты так смешно пыхтишь, когда злишься. Как недовольный еж.
– Чего? А ты, а ты… Змея ты подколодная, вот кто!
Инар расхохотался, запрокинув голову, и сквозь смех сказал:
– Знаешь, ты первая, кто сказал такое одному из наследных принцев.
Я отвернулась, и тихо пробурчала, выжимая мокрые волосы и подол платья:
– Кобра ты королевская, а не принц…
Оставив жалкие попытки избавиться от лишней воды на одежде, я повернулась обратно к Инару, и поинтересовалась:
– Что делать-то будем?
Он хитро улыбнулся и вдруг произнес:
– Инсэктари.
После этого мужчина начертил рукой на песке круг. Через мгновение песок начал осыпаться в этом месте, и когда я с любопытством заглянула внутрь провала, то увидела лишь непроглядную тьму. Василиск тем временем спокойненько запустил руку в получившуюся дыру и начал доставать из нее одежду.
Подняв удивленный взгляд, я спросила:
– А это как?
– Заклинание пространственного кармана, – ответил он, пожав плечами.
После этого окинул меня внимательным взглядом, и достал из круга еще один комплект одежды. Вложил его мне в руки, и одним взмахом ладони закрыл пространственный карман.
– Переодевайся.
Я осмотрела одежду, которую он мне дал – белая мужская рубашка без пуговиц с широкими рукавами, черные узкие замшевые брюки, и широкий коричневый пояс. Одежда имела вид чего-то среднего между модой средневековья и современными нарядами из моего мира. И все бы ничего, но это была мужская одежда, и она явно была мне огромной.
– Слушай, ты не находишь, что это не мой размер?
– Надевай. Брюки под заклинанием безразмерности, а рубашку перетянешь ремнем, – сказал Инар, начиная стягивать с себя мокрую одежду.
Я тут же отвернулась и стала ожидать, когда он закончит. Через минуты три василиск окликнул меня:
– Долго будешь столбом стоять?
Я повернулась. Инар уже был одет в черные брюки, кожаные сапоги и сапфировый укороченный камзол с косой молнией. Одежда очень шла ему, и сразу было видно, что это наряд далеко не простого работяги.
– Слушай, а тебе не жарко во всем этом? – полюбопытствовала я. Хоть температура к вечеру была не особо высокой, но вряд ли в кожаных сапогах было бы комфортно.
– Одежда и обувь сшита из заколдованной материи, поэтому в ней не может быть жарко или холодно, а также она не пачкается и не рвется.
– Ого. И что, у всех в Эндервелле такая одежда?
– Нет, конечно. Услуги швей с магическим даром очень дорого стоят. Поэтому подобные вещи носят лишь аристократы и монархи. Да и у меня далеко не вся одежда имеет такие свойства.
– М-да… Хоть и технологический прогресс не испортил ваш мир, но это явно не касается сословного неравенства, – разочарованно пробурчала я.
Положив полученную одежду на песок, я начала расстегивать платье. Примерно на четвертой пуговке подняла голову и поняла, что Инар даже не думал отворачиваться. Сложив руки на груди, он внимательно следил за тем, как я раздеваюсь.
– Эй, а у вас тут вообще знают, что такое приличия?
Он оторвал взгляд от расстегнутых пуговиц и, нахмурившись, произнес:
– Прости, задумался, – и тут же отвернулся.
То, что между нами происходит, начинало все больше меня пугать…
Сняв платье и нижнюю сорочку, я прямо на голое тело надела рубашку и с опаской стала натягивать брюки. И, о чудо! Они сели на меня, как вторая кожа. Подпоясав рубашку ремнем на талии, на манер туники, я встряхнула волосы, которые от влаги завились мелкими кудряшками, и позвала Инара.
Повернувшись, он склонил голову на бок и оценил:
– А тебе идет.
– Спасибо. Знаешь, весьма удобно! Действительно, на удивление легкая и приятная ткань, – произнесла я, осматривая на себе одежду.
– Только, когда войдем в город, накинешь сверху мой камзол.
– Зачем еще? – не поняла я.
– Ты выглядишь слишком вызывающе. Наши женщины обычно не носят брюки. Поэтому будешь притягивать излишнее внимание мужчин, – с недовольством закончил он.
Я прищурила глаза и, ухмыльнувшись, спросила:
– Скажи, а ты это из конструктивных соображений, или просто ревнуешь?
Инар медленно подошел ко мне и, склонившись над лицом, отвел прядь волос от моей щеки, тихо произнеся:
– А самой бы тебе чего хотелось? Чтобы я в первую очередь думал о деле, или ревновал тебя?
Смутившись, и опустив взгляд, я тихо ответила:
– Выжить. Вот чего бы мне хотелось, – и, отвернувшись от этого искусителя, спросила, – Куда мы теперь направимся?
– В Ладон, это провинциальный городок. Там мы сможем переночевать, купить другую одежду, и остаться незамеченными для императора.
– Хорошо. Сколько до него идти?
– Идти? – усмехнулся Инар, – Идти нам не придется, я открою портал.
Я удивилась:
– Ты и такое умеешь?
– Анита, такое умеет любой, у кого в Эндервелле есть достаточно средств. Мы перенесемся при помощи портального артефакта.
– Надо же. А у вас тут, оказывается, тоже главную роль во всем играют деньги…
– Как и в любом мире, в котором существует иерархия и централизация, – спокойно ответил Инар, доставая из кармана брюк медальон на цепочке с прозрачным камнем, внутри которого вспыхивали фиолетовые искры.
Василиск прокрутил несколько раз основание цепочки, в месте, где оно крепилось к медальону, и искры из камня, вылетев перед нами, стали разрастаться и закручиваться в портал. Инар взял меня за руку и произнес:
– Ладон.
После этого он шагнул в проход, утащив меня за собой.
Я думала, что портальный переход – это что-то более фееричное. На деле же казалось, как будто я шагнула за порог двери, и просто вышла с другой стороны.
Когда портал за нами захлопнулся, я открыла глаза и увидела, что мы стоим на мощеной дороге, посреди узенькой провинциальной улочки. Жителей городка не было видно, на дороге мы были абсолютно одни.
– Почему так пусто?
– Этот город находится слишком близко к горам, и с сумерками с них часто спускаются гримы. Чтобы не попасть в их когти, жители с закатом прячутся по домам.
– Кто такие гримы? – поинтересовалась я.
– Огромные черные псы, пожирающие душу.
Меня передернуло от ужаса.
– Жуть какая. А мы тогда какого черта торчим здесь посреди дороги?
Инар довольно улыбнулся.
– Не переживай, в одиночку ни один грим в здравом уме не решится напасть на василиска, а группами они с гор не спускаются.
Я закатила глаза. Вот выпендрежник!
– Идем, здесь недалеко есть приличный постоялый двор. Снимем там комнату, – сообщил василиск, накидывая мне на плечи свой камзол. Через несколько секунд он добавил, – Ах, да! Чуть не забыл – по легенде мы с тобой молодожены, которые после свадьбы отправились в путешествие по империи. Меня на людях зови Роден, а ты будешь, например… Магнолия.
– Это еще зачем? И что за идиотское имя – Магнолия? – возмутившись, спросила я.
Инар тяжело вздохнул.
– Ты можешь не оспаривать каждую мою фразу? Легенда нужна для того, чтобы мы не вызывали подозрений и могли ночевать в одном номере. Вскоре император объявит нас в розыск, поэтому нужно оставаться незаметными и не привлекать внимания. А Магнолия – это весьма распространенное имя в Эндервелле.
– Хорошо, бог с ней с Магнолией, да и с императором тоже! Но для чего нам ночевать в одном номере? – упорно не понимала я.
Инар раздраженно зарычал:
– Ты порой просто невыносима! – наклонившись ко мне так, чтобы наши лица находились на одном уровне, он спросил, – Скажи, ты сможешь защитить себя от разбойников, которые частенько совершают набеги на постоялые дворы в глубинках? Или может, ты способна отбиться от императорских стражей? А я, представь себе, все это могу!
– Ой, кто бы сомневался! И вообще! Не кричи на меня. Лучше пошли, давай на этот твой двор, – не дожидаясь Инара, я пошагала вперед по дороге.
Через минуту поняв, что не слышу шагов за спиной, обернулась. Василиск стоял на том же месте, сложив руки на груди, и подняв одну бровь.
– Не в ту сторону, дорогая Магнолия.
Я насупилась и, подавив чувство стыда вперемешку с раздражением, потопала обратно к Инару. Он, прикрыв глаза, устало выдохнул и, взяв меня под руку, повел в противоположную сторону.
До местной гостиницы мы шли минут десять. Попутно я рассматривала архитектуру городка, которая оказалась весьма занимательной. Все было отделано в оливковых и коричневых цветах. Дома, в основном, были двухэтажными, и на первых этажах часто встречались различные лавки, магазинчики и таверны. Стены домов были увиты каким-то растением, похожим на плющ, но на нем росли белые крупные цветы наподобие пионов. Выглядело все это очень красиво, и к тому же, по городу витал сладкий цветочный аромат.
– А что это за цветы на стенах? – спросила я Инара.
– Это рициниум. Не вздумай их трогать – они ядовитые.
М-да, красота обманчива, – подумала я, вслух спросив:
– Для чего же их тогда выращивают?
– Их запах не нравится гримам, – пояснил Инар.
Дальше мы шли молча, пока за поворотом не показалось единственное в городе здание на целых четыре этажа с большой вывеской, гласившей – “ Постоялый дом матушки Родсон”.
Инар остановился у крыльца, и произнес:
– Ты помнишь легенду?
– Да, возлюбленный мой муж, – с недовольством протянула я.
Инар на мгновение задержал на мне странный взгляд, а потом приобнял за талию, и повел внутрь, шепнув на ухо:
– Постарайся не показывать лишний раз свой характер, и не болтай лишнего.
Я лишь фыркнула в ответ.
Внутри здания обстановка была очень уютной. На первом этаже находилась таверна столиков на десять, и что-то типа стойки администратора, за которой, похоже восседала сама матушка Родсон.
Это была тучная дама средних лет, одетая в льняное длинное платье с глубоким декольте, выставляющим ее немалую грудь на всеобщее обозрение. На плечи была накинута бирюзовая шаль с кистями, а волосы забраны на манер тюрбана шелковой косынкой того же цвета. В ушах и на пальцах светились крупные камни, похожие на топаз. В общем, колоритная дамочка.
Как только мы вошли, хозяйка, радостно раскинув руки, вышла к нам из-за стойки, и начала что-то говорить Инару. Но вот проблема, я ни слова не поняла! И тут до меня дошло, что язык в Эндервелле явно другой! Стоп, но как я понимаю тогда Инара? И как я тут буду жить, если, конечно, меня не прибьют в ближайшие несколько дней? Неужели нужно будет изучать язык с нуля… Мои размышления прервал Инар, который вслед за мадам Родсон прошел к стойке. Женщина выдала нам ключ от комнаты, а василиск взамен отсыпал ей серебряных монет из кошелька, прикрепленного к ремню брюк.
Женщина, пересчитав монеты, остановила взгляд на мне, и что-то спросила. Я скосила взгляд на Инара, и не нашла ничего лучше, чем просто улыбнуться пошире. Мужчина бросил пару коротких фраз хозяйке, а после повел меня по деревянной лестнице наверх. Поднявшись на третий этаж, он открыл комнату в конце коридора, и втолкнул меня в нее.
– Что все это значит? – не выдержала я. – Почему тебя я понимаю, а ее нет?
– Она говорит на вейлле. А меня ты понимаешь, потому что я разговариваю на твоем языке, благодаря специальному заклинанию. Не переживай, сейчас обустроимся, я активирую на тебе такое же, и ты тоже сможешь понимать наш язык и говорить на нем.
– А ты раньше предупредить не мог? Я выглядела, как немая дурочка, которая только и может, что улыбаться! Что эта матушка Родсон вообще у меня спрашивала?
– Прости, как-то из головы вылетело. Она спрашивала, понадобятся ли тебе услуги личной служанки.
– Надеюсь, ты ответил, что нет.
Немного успокоившись, я присела на большую кровать с балдахином.
– Конечно. Нам ни к чему лишнее внимание, служанка может что-то подслушать и выдать нас. Но в будущем, если все получится, тебе придется привыкнуть к присутствию служанок в твоей жизни. При дворе женщине обслуживать себя самой – это моветон.
Я рассмеялась.
– А кто меня впустит во дворец? Вряд ли ваша аристократия будет в восторге от чужачки. Насколько я понимаю, чтобы жить при дворе, нужно иметь высокую должность или быть близкой родственницей какого-нибудь маркиза.
Он подошел ко мне и, глядя сверху вниз, без тени улыбки произнес:
– Ты серьезно думаешь, что я не смогу обеспечить тебе достойное будущее в нашем мире?
Я тут же нахмурилась и, отведя взгляд, ответила:
– Ты и не должен обеспечивать мое будущее. Я тебе никто, – пожала я плечами.
Инар развернулся и отправился к двери, на ходу бросив:
– Ты даже не представляешь, как ошибаешься.
Громко хлопнув дверью, он вышел, оставив меня в одиночестве.
Ну и как это понимать?