– Да здравствует наследница!!! Да здравствует маленькая принцесса!!!
Сквозь приоткрытое окно спальни доносились ликующие возгласы жителей Эндервелла, которые недавно узнали, что императрица этой ночью родила дочь.
– Анита, прикрой окно, а то эти горлопаны Летти разбудят.
Император уже сутки не спускал дочь с рук, даже мне отдавая ее лишь на время кормления. И если во время беременности он иногда и перебарщивал со своей заботой, то сейчас стал совсем невыносимым. Инар никого не подпускал к Летти, и каждый час заставлял горничную протирать пыль в комнате.
– Тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? Так, самую малость. Мы не можем заставить весь дворец замолчать, – произнесла я, еле сдерживая смех.
Инар, наконец, положил дочь в кроватку и, убедившись, что она еще спит, вернулся ко мне. Присев на краешек кровати, он прижал мою ладонь к своим губам, и прошептал:
– Знаешь, если потребуется, ради нее я заставлю замолчать весь мир. Спасибо, родная. Спасибо за Летти. Даже не верится, что Найтири действительно обернула проклятье вспять.
Я счастливо улыбнулась, вспоминая свое удивление, когда роды начались на трое суток раньше затмения.
– Да, любимый. Слава основателям, для нас все беды закончились, и судьба нашей дочери не будет зависеть от какой-то древней вражды.
У нас теперь все действительно было хорошо. После того как Найтири забрала свое проклятье обратно, мы с Инаром вскоре поженились, и совет семи провозгласил меня новой императрицей – хоть этот статус и пугал меня до чертиков.
Все преступники, включая Елену и наших матерей, были отправлены в темницы, без права на помилование. Огненные змеи вновь вернули себе статус полноправных граждан Эндервелла, и совет семи отныне действовал в полном составе, а Элладар кстати так и остался советником императора.
Видящие теперь существовали как новая раса Эндервелла, но только с одним условием. Все дочери Найтири, желающие проживать в этом мире на законных основаниях, должны были отречься от своего дара, отдав его через особый ритуал обратно великой основательнице. Я самой первой отреклась от дара, и нисколько об этом не жалею. Конечно, далеко не все видящие отказались от дара по своей доброй воле, но выбирая между жизнью без магии принуждения, и смертью в императорских темницах, большинство выбрали первое.
Империя потихоньку залечивала раны, полученные в войне трех великих змеев, основавших ее, и все вставало на свои места. Придворные писчие работали не покладая рук, возвращая истинную историю зарождения Эндервелла на страницы книг, а скульпторы день и ночь возводили новые статуи великих основателей.
Мы же с Инаром просто радовались каждому дню, проведенному вместе, с ужасом вспоминая все, что нам пришлось пережить. Но эта боль забудется, а впереди нас будет ждать спокойная жизнь, которой будем распоряжаться лишь мы сами.