Первыми летели танки «Гоблин», за ними – «Дезинтегратор» Буббы, охраняемый кольцом бронетранспортеров. Следом на грузовых аэромобилях и пассажирских аэробусах наступали несколько тысяч пехотинцев, которыми командовал главный егерь Мельканты. Легкие танки «Волк» прикрывали колонну с флангов и тыла.
Выбрав для своих ударов два направления, монстры не ждали контрнаступления в других местах. Воспользовавшись вражеской беспечностью, клоны без сопротивления прорвались почти до самого дна пещеры. Потом на них бросились со всех сторон орды подземных обитателей, и начался сумбурный бой, то и дело переходивший в рукопашные схватки.
Штурмовики метались над битвой, поражая противника маломощным – чтобы не зацепить своих – оружием. Потом Ди Наполи ударил во фланг бронепехотой резерва, опрокинул монстров и захватил гравитатор.
Кумран как раз помогал отразить контратаку, когда запел его видеомобильник, закрепленный на левой руке поверх «Гунна».
– Как вы не вовремя, – рявкнул эльдор, но осекся, увидев на голограмме высокое начальство. – Здравствуйте…
Межзвездная связь – дело дорогое, а руководители «Интарко» отличались изрядной скупостью. Тем не менее это был сам Рубен Веприщев – технический директор компании. Ухмыльнувшись, он сообщил:
– Я на полпути между Ледой и Омегой Стабилизатора. «Жемчужина» готовится ко второму прыжку.
– Вы летите ко мне? – растерялся Кумран.
– Не только я. Со мной еще десяток инженеров. Ты же заказал дополнительные боеприпасы, а Правление решило и нас заодно отправить.
Кумран наконец сообразил:
– Вас интересует гравитатор.
– А также искусственное солнце. В общем, держись, часа через три-четыре мы будем на Мелькайте.
– Жду… – Он обеспокоенно спросил:
– Главные не слишком сердиты на меня?
– Сердиты? – Веприщев недоуменно поднял бровь. – Они в восторге. Ты вроде бы загнал товар на четверть дороже, чем считалось возможным.
Кумран шумно выдохнул. От сердца сразу отлегло. Кажется, черные тучи прошли стороной, и вместо взбучки его ожидает поощрение.
Все-таки жизнь – забавная штука.
Бой на дне пещеры близился к финишу. Монстры не желали сдаваться, но их оставалось немного, и мелькантийцы добивали подземных врагов, стараясь расстреливать с безопасных дистанций. Как сообщил Макс, по оценке штабных компьютеров, монстров было всего-то тысяч тридцать, из которых уцелела от силы десятая часть.
Зависнув над зачищаемым поселком, Кумран просканировал строения и озадаченно заметил:
– Макс, тут что-то не так. Я вижу жилые дома, промышленные объекты, склады техники. Но нет никаких признаков сельского хозяйства. Чем же они питались?
– Мне бы твои заботы, – фыркнул отставной полковник. – Ксенологи разберутся.
Кумран покачал головой. Ксенология была его коньком, когда-то он даже работал в археологической экспедиции, так что немного разбирался в теории. Небольшая колония восьминожек не могла быть итогом естественной эволюции. Несомненно, кто-то построил напичканную техникой пещеру и поселил здесь этих туповатых монстров – вероятно, чтобы охраняли важный объект. Наверняка здесь должны быть синтезаторы пищи.
От размышлений его отвлекли вспышки выстрелов на окраине поселения. Машинально направив штурмовик в ту сторону, эльдор подоспел к концу схватки. Отряд монстров на гусеничных танкетках расстреливал клонов, окруженных в развалинах промышленного здания. Лучемет «Хорька» быстро покончил с врагами, а Кумран вызвал подмогу.
– Очень много раненых, – пожаловался мелькантийский офицер. – Медики не справляются. Может, сами подберете наших, если там остались живые?..
– Сделаю.
Локаторы показали, что неподалеку перемещается банда монстров. Выпустив по ним последний снаряд «Шмель», Кумран приземлил штурмовик на улице и, выпрыгнув из кабины, вошел в разрушенный дом.
Сначала он решил, что все клоны убиты, но ошибся. Привалившись к стене, сидел тяжело раненный солдат в «Гунне-6». Лицо бедняги было обильно замазано засохшей кровью, левая нога ниже колена оторвана, а довершала картину рваная рана в боку. Частично живая ткань обмундирования залепила раны и перетянулась жгутом выше колена, но кровь все равно текла, и солдат чуть слышно выл от боли.
– Потерпи, братишка, – приговаривал Кумран, накладывая громадные куски пластыря.
Закатав рукав искалеченному бойцу, он приложил к сгибу руки свою аптечку. Машинка зажужжала, вливая в вену антибиотики, обезболивающее, физраствор и еще какие-то лекарства. Кровотечение практически прекратилось, клон стал стонать потише и, кажется, потерял сознание. Перекинув мелькантийца через плечо, Кумран отнес солдата в штурмовик и устроил на запасном сиденье. Потом, запоздало спохватившись, вернулся на место побоища – за ногой.
Он засунул за пояс довольно аккуратно отрезанную конечность и снова направился к выходу, когда по ту сторону разбитой стены послышались торопливые шаги. Мелькнула полная раздражения мысль: «Явились, дармоеды». Однако в стенном проломе показались вовсе не солдаты-клоны, а несколько монстров, которые проворно наводили оружейные стволы на опешившего человека.
Не раздумывая, Кумран метнулся влево и в падении дал по пролому очередь гранатами. Затем, уже лежа, схватил висевший на бедре огнемет. Первого же ворвавшегося в развалины монстра встретила струя пламени, и подземный обитатель превратился в яркий, но быстро переставший шевелиться костер.
Несмотря на этот успех, ситуация представлялась безвыходной. Потолок в помещении уцелел, так что Кумран не мог взлететь, воспользовавшись индивидуальным антигравом. «Закидают гранатами, – лихорадочно соображал эльдор. – На плоскости их численное превосходство может перевесить мои преимущества в огневой мощи». В более благоприятной ситуации он воспользовался бы дистанционным управлением, чтобы очистить улицу пушкой «Хорька», но штурмовик стоял по другую сторону дома, а пилотировать машину, одновременно отстреливаясь от наседавших врагов, Кумран не мог.
Его атаковали сразу четверо: один монстр стрелял через окно, трое – через пролом. Автоматами они пользовались неважно, да и патроны были слабенькие, тем не менее несколько пуль оставили вмятины на броне «Гунна». Ощущение было неприятное, но Кумран нашпиговал гиперзвуковыми иглами тварь в окне, затем разрядил огнемет по групповой цели. Двое остались лежать, поджариваясь и беспорядочно дрыгая конечностями, один успел отпрянуть.
«Скольких я уже убил – четверых, пятерых? И сколько их всего?» – ответа он не знал.
Оставаться внутри здания было безумием. Кумран с разбега выпрыгнул в окно и, включив антиграв, поднялся над крышами. На улице суетились монстры – не меньше дюжины. Гранаты в магазине быстро кончились, поэтому Кумран переключился на пулевой ствол и застрелил еще двоих.
Приземлившись на крышу и став невидимым для оставшихся внизу тварей, он поспешно перезарядил «Ирбис-84». Как раз вовремя – из чердачной двери повалили непрошеные гости. Кумран уложил штук пять, прочие отступили, а эльдор вставил в карабин последние обоймы и спрыгнул с крыши, намереваясь опуститься возле «Хорька».
Медленно падая в тормозящем поле антиграва, он поливал из всех стволов скопившихся возле штурмовика монстров. Те били по нему трассирующими пулями, которые проносились рядом с эльдором, как огоньки праздничного салюта. Один такой «огонек» очень больно ударил в керамический поножник. Не пробил, конечно, хотя хромоту на сутки обеспечил.
Кумран приземлился шагах в тридцати от машины и первым делом пристрелил ближайшего монстра. При этом затвор остался в заднем положении – патроны в магазине кончились. Еще одного эльдор ранил последней гранатой и добил лучами. Индикатор подмигивал коротенькой полоской – батарея была почти разряжена, а перед Кумраном стояли два монстра.
В этот миг раненый мелькантиец, приоткрыв дверцу кабины, высунул руки с огнеметным пистолетом и обработал восьминогих горючим раствором. Пробежав мимо пылающих трупов, Кумран прыгнул в кабину, оттолкнув при этом спасителя-клона, и захлопнул дверь.
Со всех сторон уже сбегались монстры, их пули барабанили по броне, но вреда причинить не могли. Подняв штурмовик на полсотни метров, эльдор, злобно ухмыляясь, прожарил квартал из всех стволов. Если верить компьютерному прицелу, внизу осталось не меньше сорока вражеских трупов.
– Красиво мы их, а? – весело спросил оружейник. – А тебе, братишка, особое спасибо. С меня – ресторан и девочки.
Клон не ответил. Наверное, опять вырубился. Осторожно положив ногу рядом с хозяином, Кумран подумал, что на сегодня ему приключений хватит. Навоевался.
– Эскадрилья, слушай приказ, – сказал он в микрофон. – Поступаете в подчинение старшего пехотного начальника – сами разберетесь, кто здесь командует. А я повезу раненого в госпиталь.
Полевая хирургическая клиника была развернута на поверхности, в двух шагах от штаба.
– Неси в палату, – распорядилась тетка в зеленом балахоне с красным крестом на нагрудном карманчике. – И сними с него эти доспехи.
– Я в санитары не нанимался! – возмутился Кумран, однако тетка уже слиняла.
Действие бодрящих таблеток уже закончилось, эльдора шатало от усталости, но он кое-как доволок безногого солдата. Уложив мелькантийца на стол, принялся разбирать покореженный «гроб», он же «Гунн-6», раздраженно бормоча:
– Дикари несчастные, привыкли жить коммуной…
– У вас на Земле иначе? – удивился врач, неслышно подошедший сбоку. – Мы считаем нормальным помогать друг другу.
– Нормально, нормально… – не стал спорить эльдор. – Только почему ни одна тварь даже не пытается помочь мне?
– Мы вам очень благодарны, – сообщил врач, смущенный столь нелогичной, по местным меркам, реакцией. – Не могли бы вы стереть кровь с лица раненого, пока я готовлю приборы?
Кумран чуть не зарычал: мол, благодарность в карман не положишь, но смолчал – все равно не поймет. Он, конечно, протер влажной губкой анфас бесчувственного парня, и тут оказалось, что у парня почему-то совсем не мужское лицо.
– Ох ты, да это ж Катюша! – поразился хирург. – Красивая девчонка, она из нашего города. Как жаль – целый год не сможет ходить, пока не отрастим ей новую ногу.
– А вы пришейте старую, – заплетающимся языком посоветовал эльдор. – У меня в кабине валяется.
Разумеется, за ногой пришлось прогуляться самому. Вернувшись, он наткнулся на потрясающий взгляд пары серо-зеленых глаз.
– Надеюсь, это моя нога, – прошептала Катюша. – У всех парней из нашего взвода ноги были волосатые и на три размера больше, чем у меня.
– Доктор подгонит под нужный габарит, – заверил ее Кумран.
Раненая захохотала. Потом они долго благодарили друг друга за спасение и договорились встретиться при более приятных обстоятельствах. Тут врачи усыпили Катюшу, прогнали эльдора и приступили к операции.
В коридоре Кумран тяжело сел на пол и достал из кармана упаковку астро-коки. Очередная таблетка быстро прогнала усталость. Конечно, потом придется проспать целые сутки и нервы будут пошаливать, но теперь он был бодр и полон сил.
– Макс, я в сотне шагов от тебя, – сказал Кумран в мобильник. – Какие новости?
– Транспорты подходят, целая дюжина. Кажется, фирма решила прислать боеприпасов на десятилетнюю войну.
От высокого начальства Кумран знал, что «Интарко» направила к Мелькайте только «Жемчужину». Остальные корабли могли принадлежать только конкурентам.
– Очень удачно, – радостно сказал гигант. – Сразу четыре компании предлагают оружие.
Представители оружейных концернов радостно закивали. За последний час на Мельканту слетелась вся шушера, с которой Кумран общался на Пефите: «Спецтехника Проксимы», «Механик Фомальгаута», Шелест на пару с неразлучным жуса-науге. Прибыли даже два корабля корпорации New-Future Guns с Атлантиды.
– Не понимаю, при чем тут все эти существа, – флегматично заметил Кумран. – Местная цивилизация дала обязательство приобретать военное снаряжение исключительно у «Межзвездной оружейной компании».
Конкуренты возмутились, а гигант растерялся, потому как не помнил, что подписывал подобные заверения. Пришлось показать ему текст договора, где имелся малозаметный пункт: цивилизация системы Стабилизатора обязуется в течение десяти стандартных земных лет приобретать оружие только у «Интарко», в противном же случае выложит неустойку в размере утроенной суммы первой сделки.
Платить полмиллиарда гигант явно не собирайся, поэтому жалобно проканючил:
– Но у нас почти закончились боеприпасы, а ваши соплеменники предлагают по сниженной цене и согласны на бартер. Это очень выгодно, потому что наши валютные запасы практически исчерпаны.
– Будет вам бартер, – заверил слономедузу эльдор. – Только чуть-чуть подождите.
Через час к Мелькайте подошла «Жемчужина», и Веприщев, имевший самые широкие полномочия, подписал дополнительный протокол. «Интарко» брала на себя транспортировку на ближайший рынок и реализацию местной продукции. Из вырученной суммы компания оставляла себе стоимость дополнительной партии боеприпасов, остальные же средства перечислялись на банковский счет правительства системы.
Гигант позеленел – наверное, от восторга. Подоспевший к концу переговоров премьер-министр Мельканты тоже был счастлив – «Интарко» бралась продать их продукцию намного дороже, чем платили аборигенам перекупщики.
– Мы, разумеется, возьмем небольшие комиссионные, но вы все равно останетесь в выигрыше, – подытожил Веприщев. – Только есть небольшое условие.
– Земля намерена разместить на Мелькайте свои войска? – насторожился премьер.
Технический директор рассмеялся.
– Войска, если вы очень попросите, может разместить лишь правительство Галактического Союза. А наша «Интарко» – фирма научно-технического профиля, поэтому я попросил бы допустить моих инженеров к изучению трофеев, включая большой гравитатор.
– Я бы сказал – очень большой гравитатор, – с облегчением хохотнул премьер. – Никаких проблем, можете работать.
Пригласив Веприщева в кабину штурмовика, где их не могли подслушивать, Кумран поделился соображениями по поводу пещерных монстров.
– Не можешь забыть свое ксенологическое прошлое? – Технический директор добродушно улыбнулся. – Разберемся. Что-нибудь еще?
– Мы разгромили организованное сопротивление, но несколько сотен или тысяч монстров наверняка рассеялись по всему подземелью. Надо бы прочесать и зачистить.
– Этим пусть занимаются аборигены. Ты другое скажи: здесь имеются другие пещеры такого рода?
– Вроде бы сейсморазведка выявила еще две полости.
– Надеюсь, аборигены не собираются их вскрывать?
– Им и этой хватило.
– Разумные ребята… Кстати, чуть не забыл сказать: бухгалтерия перечислила на твой счет премию – два процента прибыли от вчерашней сделки.
Кумран не смог сдержать довольную усмешку. Премия получалась больше, чем он заработал за три предыдущих года.
– Напьюсь и пойду спать, – сообщил он.
Погрозив ему пальцем, Веприщев обрадовал менеджера:
. – Забудь. У тебя новое задание. Приятель объяснит.
Он кивком указал на десантный челнок, в котором прилетел с орбиты. Посмотрев на аппарат, украшенный эмблемой «Интарко», Кумран увидел Полиархинта, который лениво прогуливался по травке.
– Совсем меня заездили, – пожаловался Кумран. – После таких экспедиций положено дня три отдыхать.
– Не скули, – посоветовал синт. – Подумаешь, неделю Дома не был.
Кумран вздохнул. Их челнок подлетал к «Жемчужине», рядом с которой уже плавали выгруженные контейнеры с боеприпасами, а также «Чайка» – изящная, непривычных обводов яхта.
– Если сможем загнать красотку – по двадцать кусков получим, – продолжал Полиархинт. – Или тебя деньги не интересуют?
– Всегда интересовали, – признался Кумран. – Только отдохнуть тоже хочется… А тебя зачем прислали – думают, я один яхту продать не смогу?
– Меня прислали, чтобы я помог тебе принять оптимальное решение.
– Какое может быть оптимальное решение, когда я сплавил весь товар дороже максимальной цены?!
– Ну, оптимальное решение было бы иным. – Сардонически усмехаясь, Полиархинт произнес менторским тоном:
– В идеале мы, как порядочные высоконравственные существа, должны были напрячь усилия, чтобы прекратить войну и помирить обитателей этой планеты.
Подобная перспектива показалась Кумрану беспредельно омерзительной. Поморщившись, менеджер произнес вполне искренне:
– Ты извращенец!
Полиархинт хохотнул. Он был синтетом, или, проще говоря, синтом. В мозг безупречного клонированного тела втиснули запись сознания десятка весьма талантливых личностей, рассчитывая получить гиганта мысли и духа. Синт действительно оказался умнейшим существом, его коэффициент интеллекта зашкаливал за две сотни – в полтора раза больше, чем у Кумрана. Вдобавок синтет был отпетым циником, что делало его в высшей степени полезным сотрудником, и фирма платила ему три тысячи марок в месяц. Это при том, что менеджеры вроде Кумрана получали не больше восьмисот.
– Что нового на фирме? – поинтересовался Кумран.
– Нас достал старый маразматик Иштван Радецкий.
– Кто такой?
– Был главным кораблестроителем государственных верфей Федерации Плеяд. В ту войну его команда разработала проект линейного крейсера. Но тут капитуляция, инфляция, эмиграция. В общем, Плеяды ему не заплатили.
– А мы при чем? – совсем запутался Кумран.
– Наша фирма отхватила завод Федерации на планете Сибилла. Там и стоял его корабль – недостроенный и неоплаченный. Так что де-юре «Интарко» – частичный правопреемник плеядских госверфей. Теперь старик Радецкий пытается содрать хоть какие-нибудь бабки с хоть какого-нибудь псевдопреемника. А наша фирма – идеальный объект для доения, потому как государство нас не слишком любит и не заступится. К тому же кораблик стоит в отстойнике на нашей территории.
– На Тарталье, что ли? – сообразил Кумран. – А что за корабль – дерьмо, наверное?
– Естественно! – Синт захохотал. – Ничего другого феды не делали, хоть и хвастали своим Техноцентром на всю Галактику. А этот дредноут – вообще непонятно что. Проект создавался по заданию Техноцентра – якобы под новое орудие и движок, которые пресловутый супермозг собирался выдать в скором времени, но так и не построил.
– Короче говоря, теперь у нас в отстойнике только пустой корпус без пушки и движков?
– Здорово, правда?
– И как называется этот кораблик?
– Ну, ты попал в самую точку! – Полиархинт снова заржал. – Название у этого хлама просто потрясающее – «Инфернатор».
Эскадра, которую Кумран привел к Мелькайте, уже улетела к большой планете Гигантов-7. Скоро пустые трюмы грузовозов заполнятся продуктами органического синтеза сверхвысоких давлений. Ценнейшая продукция, которая всегда пользуется спросом.
Корабли конкурентов тоже готовились покинуть систему. Неделя получилась неудачной для проксов, фомов и республиканцев – много расходов на транспортировку, но никакой прибыли. Прощаясь с Кумраном, Примо Шелест сказал осуждающе:
– Круто играешь, парень. Скоро станешь настоящей акулой.
– Таковы законы бизнеса, – скромно ответил эльдор. – Или я тебя съем, или ты мною подавишься.
– Ну-ну! – Шелест обиделся всерьез. – Как бы тебе самому не подавиться. Молодые да борзые вечно норовят отхватить кусок больше, чем могут проглотить,
– Счастливого пути, дедуля, – презрительно фыркнул Полиархинт. – Не забудь открыть заслонки, когда будешь движок включать. А то у старичков вечно проблемы с памятью.
Синтет запустил ракетные ускорители на малую тягу, и «Чайка» вспорхнула над плоскостью системы. Черпая энергию прямо из пространства, легонькое суденышко стремительно разогналось, а Полиархинт уже программировал задание для струнного двигателя.
Этот корабль был гордостью фирмы. Узнав о новом принципе, руководители «Интарко» купили у авторов лицензию на двадцать пять лет, став монополистами. Одна беда – покупатели не спешили приобретать движок этого типа. Поэтому так важен был сегодняшний покупатель, пусть даже он – кендако.
Перемещение происходило практически мгновенно. Просто изменился узор созвездий – за несколько секунд корабль оказался в дюжине световых лет от Мельканты. Полиархинт указал следующий отрезок маршрута – и «Чайка» послушно переместилась на новое место.
– Дай попробовать, – попросил Кумран.
Пожав плечами, синтет уступил пилотское кресло. Кумран долго выбирал курс, потом робко подвел курсор к виртуальному сенсору «Да» и нажал клавишу. В позиционном окошке загорелись новые координаты, мало отличавшиеся от заданных.
– Так и продолжай, – меланхолично промурлыкал Полиархинт. – Система управления упрощена до предела, чтобы любой идиот мог пользоваться.
– Спасибо за комплимент!
Очередной прыжок вдоль вселенских струн Кумран выполнил увереннее. Они находились в тридцати с небольшим светолет от цели. Полмесяца полета на сверхсвете, час пути через гипер и не больше пяти минут для струнника. Еще три прыжка – и яхта ворвалась в систему красного солнца.
Направив «Чайку» ко второму спутнику звезды, Кумран осведомился:
– В какой части планеты назначена встреча?
– Место не оговаривалось. – Синтет зевнул. – Не маленькие – сами нас найдут.
– Тогда я сажусь на берегу бухты в южном полушарии. Там сейчас лето, можно будет выкупаться.
– Не понимаю твоей мании, – брезгливым тоном сообщил Полиархинт. – Чуть подвернется возможность – сразу лезешь в воду.
– Существу с врожденной травмой подсознания этого не понять.
– На что намекаешь?
Кумран понял, что сболтнул лишнее. Тайну Полиархинта он узнал совершенно случайно и подозревал, что синтет может быть не посвящен в детали. Пришлось делиться не слишком приятной информацией:
– Ты записан в тело утопленника. Специально выращенный клон-атлет вздумал купаться в шторм и захлебнулся. Тело смогли откачать, потом в мозг записали твои личности.
С интересом выслушав его рассказ, синтет задумчиво спросил:
– Тело спасли, а куда делся прежний разум?
– Какой еще разум?! – фыркнул Кумран. – Сознание трехлетнего ребенка. Но какие-то воспоминания, видимо, остались.
– Я подозревал что-нибудь в таком духе…
Путешественники редко посещали эту систему. Время от времени сюда залетали туристы-экстремалы и «дикие» охотники-рыболовы, не нуждавшиеся в услугах туристического сервиса. Для них здесь было раздолье – моря, непроходимые леса и горы, причем повсюду много всевозможной дичи.
Кумран аккуратно приземлил «Чайку» на опушке тропического леса в километре от бухты и завел кораблик под кроны деревьев-великанов. Последнее дело – распугивать зверье блеском незамаскированного корпуса.
Запустив приборы, Полиархинт оглядел окрестности и боязливо предупредил:
– В море полным-полно всякой дряни вроде акул и спрутов. И по лесу хищники слоняются.
– Для чего, по-твоему, мы торгуем оружием? – жизнерадостно огрызнулся Кумран. – Раз-два – и обеспечим безопасность.
– Хочешь перегородить горловину бухты силовым полем?
– Побережем энергию.
Прежде чем лезть в воду, он подвесил над пляжем парочку роботов-защитников. Два буя, выставленных в полукилометре от берега, отгоняли зверье импульсами инфра – и ультразвука. Поморщившись, Полиархинт тоже разделся, зашел в воду по пояс и стал плескаться возле берега. Кумран заплыл подальше и долго нырял, пытаясь найти на дне знаменитые раковины «со свистом», а над головами людей сверкали красные вспышки лучевых выстрелов.
– Неплохо, – признал Полиархинт, растянувшись на песке. – Не возражаю, если кендако опоздают на часок-другой.
– Даже от мохнатых может быть польза, – философски заметил Кумран. – Считай, обеспечили нам маленький отпуск за счет фирмы.
Над ними прогудел большой желто-зеленый жук. Стая насекомых и птиц-стервятников закружила над выброшенными на берег трупами морских хищников. Решительно встав, синтет послал роботам приказ прекратить стрельбу и заявил, что пора обедать.
Гости все не появлялись, и Кумран, заскучав, стал перелистывать альбом. Одна за другой появлялись голограммы существ, которых он когда-то знал.
Линда, чернокожая красавица, первая любовь. В ночь выпускного бала Кумран пригласил ее на танец и промямлил что-то ужасно смешное о своих чувствах. Линда хохотала очень громко и вскоре уехала с самым богатым парнем школы. Кажется, она недолго работала моделью, была какой-то мелочью в телешоу.
Хельга – русые волосы, голубые глаза, маленькая грудь, сильные ноги, широкие плечи. В девятнадцать лет – мастер спорта по синхронному плаванию. Она тоже смеялась над глупым студентом. И правда ведь весело: пацан без положения в обществе ищет взаимности у содержанки владельца главной инфокомпании города.
Элизабет – первая девушка, с кем он занимался любовью не за деньги. Она была очень мила, но не понимала Кумрана. Кажется, считала его маньяком-извращенцем. Ей хотелось романтики, его же тянула спокойная карьера.
Сусанна – они познакомились на съемках суперфильма, который собрал в прокате бешеные деньги. Кончились съемки, и кончилась любовь.
Последние снимки привлекли внимание синтета, и Полиархинт, приблизившись, осведомился:
– Где это ты?
– Блокбастер снимали.
– Похоже на кадры из «Багряного кайберо».
– Он самый и есть… Полиархинта передернуло.
– Жуткий фильм. Маленький ребенок бродит по джунглям Осириса в компании гигантского кайберо, а дракон его ни разу не сожрал… Извини, но так не бывает!
– В том-то и дело… – Кумран качнул головой. – Фильм снимали борцы за права дикой астрофауны. Главная идея не надо истреблять хищников, потому что они хорошие и совсем не опасные. Я слышал, после этого фильма не один десяток туристов пытались сфотографироваться рядом с кайберо. Разумеется, все с летальным исходом. Полиархинт пробормотал с легкой завистью:
– В твоей жизни были интересные эпизоды… Во многих фильмах снялся?
– Ни в одном. Я и в «Багряном кайберо» был всего лишь техником по спецэффектам. Потом после третьего курса подался на раскопки. Тогда еще верил, что на Ромуле есть города Предтеч. Чуть ли не самой Таимбры.
Снисходительная ухмылка синта неприятно кольнула самолюбие. Погибшая цивилизация Таимбры была мечтой всех археологов, историков и политиков. Люди и лендаваны нашли несколько заброшенных колоний этой культуры, но загадок оставалось на порядок больше, чем вразумительных ответов.
В студенческие годы, прочитав «Рухнувшее величие» Касьяна Глоббера, Кумран просто заболел древней культурой, построившей грандиозную империю чуть ли не на четверть Галактики. Как он мечтал найти руины большого города с библиотеками и компьютерной памятью! Хоть краем глаза посмотреть, как жили таимы, какие тайны природы им покорились, какую технологию создала великая цивилизация… Увы, их экспедиция нашла лишь банальный поселок колонистов, построенный таймами в эпоху кризиса и упадка.
Разочаровавшись, Кумран послушал родителей и стал делать карьеру. К сорока годам накопился грустный опыт неудач и ошибок – унылая служба в Департаменте межзвездных исследований, несколько лет тяжелой и неблагодарной работы по трансформации одного из спутников Эпсилон Индейца в пригодный для жизни мир, участие в военных конфликтах, защита не слишком оригинальной диссертации. В конце концов он вернулся на Эльдорадо, устроился цеховым инженером на оружейном заводе в Джеддаке. Через пару лет Кумрана заметили и перевели в приморский город Тувия, где жила вся его родня и где размещался центральный офис «Интарко».
Здесь он работал уже три года. Обычно, просидев столько времени на одной должности, он начинал скучать и вскоре менял род занятий. Однако оружейный бизнес пока не тяготил, и Кумран заподозрил, что нашел свое подлинное призвание…
Откуда-то издалека донесся насмешливый голос Поли-архинта:
– Кончай хмуриться – кендако прилетели.
Мохнатых было двое – пожилой мужчина и молоденькая женщина. Наверняка большой босс прихватил в полет сексапильную секретаршу. Чуть позже появился третий, которого старик назвал пилотом, но ясно было, что тот заодно выполняет обязанности телохранителя.
Девица бестолково слонялась по отсекам, напевая что-то на своем урчащем языке, на котором Кумран знал всего-то десяток выражений типа «Здравствуйте», «Руки за голову!» и «Сколько это стоит?» Еще он помнил, как считать на кендакском до двенадцати. Впрочем, все участники сделки немедленно нацепили приборчики-переводчики, так что проблем с общением не возникло.
В отличие от своей спутницы большой босс, которого звали Огунарси, очень внимательно осмотрел «Чайку», изучил систему управления и засыпал продавцов градом толковых вопросов. В технике мохнатый явно разбирался.
– Говорите, двигатель выкачивает энергию из ткани Вселенной? – переспросил Огунарси. – Это рационально… Хотелось бы уточнить, на каком из трех известных науке принципов основана эта методика.
– Технологические процессы остаются коммерческим секретом патентодержателя. – Полиархинт решительно закрыл эту тему. – А в основе принципа лежит теория струнного строения Вселенной.
– Слышал, – буркнул кендако.
Теория родилась давно и перманентно получала дополнительные подтверждения. Из сложных уравнений вытекало, что Вселенная пронизана бесконечным числом суперструн, так что через любую точку пространства проходит по меньшей мере одна такая структура, соединяющая эту точку с любой другой точкой Вселенной. Если правильно выбрать суперструну, то, двигаясь вдоль нее, почти мгновенно попадаешь в нужное место. Увы, современные приборы были способны анализировать геометрию струн на дистанциях порядка десятков световых лет, причем надежные результаты получаются лишь в пределах семи-двенадцати световых лет.
Построенный на этом принципе двигатель был очень удобным, но пока не слишком надежным, о чем покупателю конечно же знать не стоило.
Кендако даже не стал торговаться, а согласился купить яхту за объявленную цену в миллион с хвостиком марок. По большому счету, сумма звучала просто смешно, однако для «Интарко» было важно продать хотя бы несколько корабликов, чтобы по Галактике поползли слухи о чудотехнике. Уж потом, когда покупатели повалят косяком, цену можно будет взвинтить хоть втрое.
Они обмыли сделку настоящим земным шампанским, и повеселевшего кендако понесло на задушевную беседу.
– Тревожно, – глубокомысленно изрек Огунарси. – Скорой войной пахнет.
– О большой войне говорят уже сто с лишним лет, – пренебрежительно сказал Полиархинт, тоже любивший пофилософствовать с глубокими обобщениями. – Эти мрачные пророчества появляются с тех самых пор, как шесть великих держав встретились и поняли, что Галактика для них слишком тесна. И что же – за полтора века произошло не больше десятка серьезных войн, причем ни одной глобальной.
Кошачье-собачий анфас кендако сморщился гримасой, заменявшей этим существам улыбку.
– Понимаю. Вы – торговцы оружием. Война – ваш хлеб.
– Не правда! – возмутился синтет. – Война приносит много убытков. Нам гораздо выгоднее межвоенные периоды, когда мелкие государства лихорадочно закупают много оружия, а потом заменяют устаревшие системы на более современную технику.