Грузовые контейнеры взлетали на антигравах, поднимаясь на высоту в половину планетного радиуса. Здесь их подхватывали буксиры и доставляли на «Аркебузу» и «Наутилус» – вооруженные транспорты «Волчьей стаи». Когда-то корабли такого типа составляли основу десантного флота – прорывались к вражеским планетам в строю ударных эскадр и высаживали пехоту, не обращая внимания на огонь обороняющихся.
Кумран прикинул, что по артиллерии каждый транспорт не уступает корвету. Похоже, предстоял рейд в действительно опасное место.
– Пойдешь с ними, – приказал Айрапетоглу. – Получишь премиальные.
– Там, наверное, постреливают…
– Случается, – подтвердил Танталов и сострил:
– Но ты ведь привык жить в огне.
В коридоре он передал эльдору пухлый конверт, набитый сотенными купюрами. Круль пояснил:
– Это – гонорар от нас. Плата за риск.
– В вашей компании даже в огне жить интересно, – по-прежнему мрачно заметил эльдор. – Что от меня требуется?
– Пустяки! – Капитан «Янычара» отмахнулся. – Поможешь покупателям освоить истребители.
– В полевых условиях? – ужаснулся Кумран. – Без тренажеров?
Танталов уточнил:
– Скорее не в полевых, а в боевых. Но ты не переживай – тренажеры будут. А пилоты там опытные, на лету хватают.
– Кого угодно схватят, – поддакнул Мах.
Хватило единственного прыжка через гипер, чтобы забраться в нейтральное пространство между границами Галсоюза и Восьмой Республики. Здесь пришлось заглушить движки и спрятаться среди спутников и астероидных поясов планеты-гиганта. Лететь дальше пока не стоило – повсюду патрулировали корабли ресов.
– Будем ждать, – флегматично проговорил Танталов.
«Обломала жизнь старика, – снисходительно подумал Кумран. – Привыкший направлять поток, стоя по горло в огне, он вынужден покориться судьбе. Как сказал тот политолог, диктатору нужны деньги, оружие и солдаты. Отсюда простой вывод: без этих трех компонент диктатор превращается в собственную тень…»
Ему стало немного жаль старика. Пилот-оператор «Янычара» был только внешне похож на тот комок энергии, каким знали своего бывшего президента граждане Галактического Союза. Прежний Хосе Танталов был совсем другим.
Когда в 2334 году от ослабленной в сражениях державы откололись Капитул, Маркиза и еще несколько планет, полковник Хосе Вассерфаль поднял мятеж. Верные Земле части захватили Раджастан, расстреляли сепаратистов и попытались вернуть миры, объявившие о создании Звездной Атлантиды. В те дни повстанцам удалось занять плацдармы на Тракторе и Пеллюсидоре, но у Земли не хватило сил, чтобы помочь своим сторонникам.
Страницы биографии, которую он проходил в школьные годы, неожиданно разворачивались в памяти… После неудачи на Тракторе генерал Танталов сколотил из своих земляков дивизию «Камикадзе», которая решила исход сражения за Осирис. На завершающем этапе войны он командовал группой войск в составе 2-го флота и двух полевых армий – кажется, 3-й и 7-й. Эта группировка нанесла несколько тяжелейших поражений силам вражеской коалиции, что позволило свести вничью исход не слишком удачных для человечества пятилетних битв.
На следующий год полководец, ставший всенародным любимцем, одержал очередную победу – на президентских выборах. Собранная им команда отборных умов перевернула всю жизнь человечества, сделав Галсоюз настоящей сверхдержавой… А теперь великий политик и военачальник прозябает на заштатном пиратском кораблике, охраняя старые истребители, предназначенные неведомой банде. Хотя, если подумать, получателя угадать нетрудно.
– Мы везем оружие для повстанцев Восьмой Республики?
Покосившись на него, Хосе Вассерфаль кивнул. Проговорил медленно и негромко:
– Друзья будут ждать нас в условленном месте через семь часов.
Все стало понятно. «Волчья стая» поддерживала мятежников, выступавших за воссоединение Республики с Галсоюзом. Теперь уже не оставалось сомнений, что так называемые пираты тесно связаны со спецслужбами. Имея такую «крышу», нетрудно быть крутыми…
Кумран показал на голограмму:
– Крейсер ресов и кое-какая мелочь ждут нас в гипере. И вдобавок эсминцы в обычном космосе.
– Значит, кто-то проболтался. – Танталов пожал плечами. – У нас много времени в запасе.
– А если они не уйдут через шесть часов? Человек, некогда звавшийся Стальным Хосе, ответил равнодушным голосом:
– Будем прорываться с боем. «Янычар» оттянет на себя корабли ресов, а транспорты проскользнут.
На дальнем разведчике против крейсера! «Волки» оставались отчаянными головорезами даже в моменты, когда им не могли помочь ни военная разведка, ни Министерство глобальной безопасности.
– Есть другой способ, – сказал эльдор. – Я перетащу вас туда на струннике.
– "Янычар", само собой, пройдет, – усмехнулся Танталов. – А как те два тяжеловеса?
– Я же сказал – перетащу.
Для струнного двигателя масса груза почти не имела значения. Можно буксировать хоть целую планету, если ее размеры вписываются в сферу действия резонансного поля. Поскольку движок «Янычара» покрывал своими колебаниями почти мегаметр, два транспорта он должен был потянуть без проблем.
К условному времени флотилия республиканского флота получила подкрепление. Теперь пиратов ждали два крейсера, четыре торпедоносца и семь фрегатов. План прорыва с боем отпал, да в нем и не было нужды.
«Аркебуза» и «Наутилус» приблизились к «Янычару» километров на десять – пятнадцать. Двигатель легкого крейсера был почти на порядок мощнее машинки, стоявшей на «Чайке», его резонансное поле без труда захватило транспорты, и три корабля заскользили вдоль суперструны.
Путешествие продолжалось чуть дольше обычного – почти минуту. Когда внешние объективы вновь выдали изображение звездного неба, оказалось, что отряд «Волчьей стаи» находится глубоко в тылу республиканского заслона.
– Они нас не заметили? – не слишком озабоченно поинтересовался Круль.
– Не должны. Перемещение по струнам старые локаторы почти не фиксируют.
– Что значит «почти»? – Танталов вопросительно поднял брови.
– На мониторах наш бросок выглядит как помехи.
Ветераны помолчали, наблюдая за кораблями ресов. Те продолжали патрулирование, не проявляя признаков беспокойства.
– Ну допустим, – сурово буркнул капитан.
«Янычар» и его ведомые уходили вдоль струн еще дважды, после чего оказались в безымянной системе. В атласах эта тройная звезда обозначалась невразумительным сочетанием символов, населения здесь не было по причине отсутствия планет, пригодных для жизни. Составители атласов жестоко ошибались: повстанцы оборудовали свою базу на крохотной планетенке, которую правильнее было бы назвать астероидом – переростком.
В тамбуре «волков» встретил заросший бородой человек, который обнял гостей, шутливо спросив:
– Вы одни или следом идут большие эскадры?
– Придут, дай срок, – пообещал Танталов.
Пилоты-мятежники действительно очень быстро освоились в кабинах «Кондоров». Тяжелые истребители – пусть не слишком маневренные, но сильно вооруженные – идеально подходили для партизанской войны. Собственно говоря, «Кондоры» и создавались для дальних диверсионных вылазок.
– Сравнительно малые размеры делают машину невидимой для локаторов, – объяснял эльдор. – Две встроенные пушки и двенадцать пилонов на крыльях…
– Это мы уже сообразили, – перебил инструктора повстанец, чье обожженное лицо пересекал глубокий свежий шрам. – Пора заняться практикой.
Их нетерпение было понятно, только Кумран привык работать обстоятельно. Сначала – гипноучеба, потом – тренажер. Лишь после обеда он разрешил первой паре совершить вылет. Вернувшись, обгорелый мятежник признался:
– Я и не верил, что у легких машин может быть такая дальность!
Разрешив пилотам отдыхать, Кумран отправился искать своих, но заблудился в лабиринте коридоров и забрел в глухой угол базы, где в огромной пещере громоздилось много интересного добра. Очень сильное впечатление произвели на оружейника полсотни кварковых бомб в заводских упаковках. Надписи на контейнерах были сделаны письменами Тонхойра, которых эльдор не знал, но в цифрах немного разбирался – 132 год новейшей эпохи.
В памяти видеофона хранилось множество справочных данных, и Кумран установил, что 132-й соответствует 2360-2361 годам земного календаря. Бомбы оказались его ровесницами.
Тут прибежала охрана. Кумрану пришлось, заложив руки за голову, постоять лицом к стене под прицелом короткоствольных «Колдунов» старой модели. Потом недоразумение разъяснилось, и часовые, дружелюбно перешучиваясь, проводили его в штабной бункер.
Круль и Танталов представили эльдора бородатому командиру партизан, которого звали Теодор. Приветствовав гостя, тот предложил на выбор чай, кофе и коньячок.
– Кофе, – сказал Кумран. – Теодор, ваши пилоты готовы к боевым рейдам. А вот бомбы в арсенале скоро протухнут. Сорок лет – предел для старых боеприпасов. Распадаются биоэлектронные цепи.
Бородач подмигнул:
– Значит, применим, пока они еще действуют. Я не против.
Засмеявшись, Круль спросил.
– Скажи лучше, как наша планета? Что слышно о Техноцентре?
– Хочешь прогуляться туда? – Теодор почесал бороду. – Не советую. Вокруг полированной планеты тройной слой сторожевых буйков. И еще корабли патрулируют. Между прочим, в том секторе отмечается активное движение. Транспорты так и снуют туда-сюда.
– Не иначе, они все-таки начали выпуск изделий, – озабоченно заметил Танталов. – Нам нужны точные данные: сколько транспортов, с каким грузом, откуда приходят, куда увозят готовую продукцию.
– Ладно, захвачу для вас один транспорт, – лениво бросил бородатый. – Заодно испытаем в деле новые истребители… А на Кондотьерре неважно. Я ходил туда с месяц назад. Митинги, забастовки, безработица. Причем недовольны все – и люди, и Жуса-Науге.
– Мы с ним земляки, – пояснил Мах, словно Кумран сам не понял этого по акценту. – Оба с Кондотьерры. Когда-то вместе служили Плеядам, потом вместе присягнули Стальному Хосе, но Тео вернулся сюда – сражаться против оккупантов.
Только сейчас эльдора осенило. Выпучив глаза, Кумран смотрел на бороду, скрывавшую лицо кумира его детских лет. Наконец прошептал:
– Вы – Теодор Кинге, бывший командир фрегата «Астарта»?!
Шутливо поклонившись, повстанец сказал: приятно, мол, что молодежь до сих пор нас не забыла. Еще бы Кумран не помнил обстоятельства Пигмейской войны: когда сцепились Федерация Плеяд и Пятая Республика, Кумран учился в младших классах. Мальчишкой он с нетерпением ждал фронтовых сводок и наносил на голографическую карту места сражений, перемещения наземных сил и космических флотилий.
Это была первая после почти полувекового перерыва война между человеческими государствами. Сражались два карлика, отколовшиеся от Галактического Союза: с каждой стороны по тысяче звезд и по дюжине обитаемых миров – жалкий клочок большой Галактики.
Кумран помнил, как обрадовался, узнав, что в последние дни войны пять планет Федерации, расположенных вблизи границ человечества, послали призыв на Землю и двинутый Танталовым флот успел занять эти системы, немного опередив авангарды республиканцев.
После той войны девять населенных людьми планет Федерации были аннексированы ресами. Девять планет, отрекшихся от Земли и не пожелавших принять помощь человечества. Им не чинили геноцида, даже не ограничили в правах. Только гуманоиды уже не составляют сегодня большинства в своих мирах, потому что земноводные Жуса-Науге, которые прежде ютились на двух планетах Пятой республики, вдруг стали главной расой нового государства, которое с тех пор многократно меняло конституцию и теперь называлось Восьмой Республикой.
– Расскажите, как это было, – попросил он.
Весной 2371 года отряд федерального флота под командованием вечно пьяного коммандора Отто Мак-Шоннора действовал в глубоком тылу Пятой Республики. Обе стороны готовились к решительному сражению, поэтому четверка фрегатов была послана в тайный рейд, чтобы отслеживать перемещения вражеских эскадр, а заодно нарушать коммуникации ресов. Возле четверной звезды Бета Дюзы им попался транспортный караван.
Внезапной атакой феды подбили два конвойных корабля, потеряв фрегат «Кассандра». Третий конвойник долго отбивался, и «Астарте» пришлось потратить торпеду. Досмотр показал, что шесть транспортов везли боеприпасы, снаряжение, запчасти для танков и стрелковое оружие.
– Такими бомбами они накрыли мою планету, – скрипнул зубами борт-инженер Тим Бест.
– Такими же бомбами мы накрыли пару их планет, – напомнил капитан-лейтенант Рубашников, доброволец с Земли.
Возвращаясь с трофеями, они сделали привал в поясе астероидов незаселенной системы. Здесь, перехватив инфосеть противника, узнали о проигранном сражении. Ресы все-таки заняли спорную планету, гарнизон капитулировал, флот разбит. Федерация Плеяд поспешно просила мира.
– Зря начали эту войну, – угрюмо сказал Кинге. – Земля пыталась нас помирить, а мы не послушались.
– Ты вовремя вспомнил Землю, – мрачно усмехнулся пилот Круль. – Год назад, когда мы победоносно наступали, никто не говорил: мол, зря воюем.
На следующей стоянке они получили приказ штаба. Всем кораблям федерального флота предписывалось вернуться на ближайшую базу. Отряду командора Мак-Шоннора штаб велел сдаться ближайшему соединению республиканцев Командор не возражал, но с ним согласились далеко не все.
– Нам, наемникам, нельзя сдаваться, – сказал канонир Рубашников. – Ресы землян расстреливают.
Кинге и Круль тоже не собирались добровольно идти в плен. На «Астарту» собрались двенадцать человек с трех кораблей – земляне и феды, не смирившиеся с поражением. Фрегат долго пробирался от звезды к звезде, уклоняясь от вражеских патрулей и прорываясь к Галсоюзу.
Домой, на Кондотьерру попасть не смогли – планету уже оккупировали ресы. На Блефуске, где «Астарта» в последний раз заправилась топливом, они узнали, что маршал Танталов приказал защитить этнических землян от оккупации. Войска Галактического Союза быстро продвигались, за три дня заняв Тарталью, Гранаду и Плейону. На очереди были Инфлянт и Сибилла.
– Мы должны захватить Техноцентр, – заявил тогда Кинге. – Этот интеллектуальный центр не должен достаться Жуса-Науге.
Их ждало разочарование. К планете, покрытой сверкающей металлической оболочкой, уже приближались крейсера ресов. Земной флот был далеко, и фрегат не смог бы в одиночку драться против мощного соединения противника. «Астарта» лишь забрала нескольких ученых, пожелавших служить Галсоюзу, и, отбиваясь от вражеского авангарда, ушла на Инфлянт, на два часа опередив десантников Стального Хосе.
– А те транспорты с оружием Тонхойра, которые мы захватили в последнем рейде, стали партизанскими базами, – закончил Кинге. – Мы спрятали их на астероидах и потихоньку пользуемся трофейным снаряжением.
– Видел, – сказал Кумран. – Может, еще какое оружие требуется? Только намекните – «Интарко» доставит.
– Засмеявшись, Кинге ответил: дескать, повстанцам вполне хватает того, что удается отбить у врага, а все остальное поставляют союзники. Их разговор прервал вызов с «Янычара». Второй пилот Аман доложила, что к системе приближаются корабли правительственного флота.
Кинге приказал подготовить к вылету обе эскадрильи, потом добавил, свирепо глянув на эльдора:
– У нас не хватает пилотов.
«Чтоб я с вами еще связался!» – мысленно возмутился Кумран, однако спорить не решился. Не хватало, чтобы Кинге или Танталов посчитали его трусом!
В ангаре астероида готовились к бою старые земные «Птеродактили», дюжина сравнительно новых истребителей «Клон-2» производства Жуса-Науге и два десятка «Кондоров». Кумрану досталась машина, к пилонам которой техники подвешивали снаряды класса «корабль-корабль» – легкие «Барракуды» для ближнего боя. Эльдор боязливо подумал, что эти хлопушки слабоваты для серьезной схватки, но Кинге, уже одетый в скафандр, обнадежил:
– В фюзеляже – два «Дельфина» с кварковыми боеголовками. Сам же говорил, что протухнуть могут… Я на легких истребителях отвлеку охранение, а ты должен атаковать крейсера.
Терять было уже нечего, поэтому Кумран от всей души огрызнулся:
– Ни хрена я тебе не должен!
Впрочем, в кабину залез и захлопнул фонарь. Через пару минут раскрылись ворота, и боевые машины выпорхнули в открытый космос.
На экране была видна вражеская эскадра, гнавшая на сверхсвете в световой неделе от центра системы. Похоже, пожаловали в гости те самые корабли, которые накануне перекрыли «Волчьей стае» подходы к базе повстанцев.
– Кондоры, за мной! – скомандовал Кумран.
Малым ходом он вывел эскадрилью к планете-гиганту на окраине системы и, врубив форсаж, бросился на голову вражеской колонны. Не ожидавший нападения противник замешкался, слишком поздно начав перестраиваться в боевой порядок, так что представлял собой идеальную мишень.
Медлить не стоило, поэтому Кумран торопливо распределил мишени и приказал дать залп. Убедившись, что торпеды мчатся по оптимальным трассам, он отвернул, мертвой петлей заходя в тыл колонны для повторного залпа.
«Дельфины» легли просто великолепно, как на показательных стрельбах. Оба крейсера, эсминец и три фрегата исчезли с гравилокаторов. Через несколько дней небо над базой станет ослепительно-белым от вспышек, но пока свет взрывов полз со своей черепашьей скоростью по кривизне космоса.
Не приняв бой, остатки вражеского соединения бросились наутек. Прежде чем они скрылись в гипере, «Птеродактили» и «Клоны» окружили замыкающий торпедоносец и под угрозой расстрела заставили заглушить реакторы. Вскоре подлетел десантный бот, высадивший абордажную группу.
Когда захваченный корабль взял курс на базу, в шлемофоне Кумрана прохрипел голос Тео Кингса:
– Возвращаемся.
После ужина комсостав собрался в штабе для разбора успешного сражения. Партизаны чуть не прыгали от восторга, но Круль сказал укоризненно:
– Тео, ты снова погорячился. Ресы понятия не имели, что здесь твоя база. Они просто шли в свой порт… Кинге продолжил покаянно:
– А я атаковал их на марше и раскрыл дислокацию объекта… Но кто знал, что они пройдут мимо? К тому же перебили кучу металла и захватили целенький эсминец.
– Да, получилось красиво. – Танталов одобрительно улыбался. – Вот что, парень, укажи систему, куда можно передвинуть твой астероид.
Эту операцию выполнил экипаж «Янычара» – эльдор только наблюдал, изредка помогая советами. Мах и Стальной Хосе справились отменно – астероид занял новую орбиту в другом конце сектора.
Когда «волки» высаживали инструктора возле Эльдорадо, Круль гордо заявил:
– Я же говорил, что тебе понравится наша команда.
– Хорошая команда, – согласился Кумран. – Только служить у вас я не буду. Надоели вы мне.
Один просвет и пять маленьких звездочек превратили его в капитан-лейтенанта Ариманова. Верхнюю ступень разряда «младшие офицеры» Кумран получил неожиданно для себя вместе с предписанием явиться на военные сборы. Впрочем, в наскоро сколоченном экипаже «Марафонца» звания играли второстепенную роль: в подчинении свежеиспеченного каплея оказались не только старшина Бубба Уайт, мичман Вуйко Казарич и младший лейтенант Гриша Сандуленко, но и полковник Макс Ди Наполи.
Назначенный старшим артиллеристом Ди Наполи вещал отлично поставленным голосом – словно гвозди заколачивал:
– Летом семьдесят третьего десантный караван не смог прорваться к планете Золотистая Печаль в зоне Лендаванов. Система крепостей отразила атаку крейсеров, и транспорты повернули обратно, не входя в зону сплошного огня. Тогда нашу дивизию – четыре полка со средствами усиления – пересадили на три линкора. «Хлодвик», «Фельдмаршал Кутузов» и «Кайзер Фридрих Барбаросса» залпами с предельной дистанции разрушили орбитальные крепости, подошли к планете и высадили десант…
Гриша и Вуйко хором возразили: дескать, содержать линкоры для использования в качестве войсковых транспортов – слишком дорогое развлечение. По мнению обоих пилотов, для военного флота вполне достаточно легких сил, то есть эсминцев и фрегатов, а корабли крупнее крейсера вовсе не нужны.
Разгорячившись, Макс обозвал младших офицеров штатскими недоумками, не видавшими настоящей войны. Он напомнил, что линкоры несут мощнейшую артиллерию и выдерживают такие удары, от которых крейсера и фрегаты превращаются в облака атомов, разлетающихся, словно галактики после Большого Взрыва.
Заскучав, Кумран перестал слушать непримиримых дружков и отвернулся к мониторам панорамного обзора. По предмету спора он определенного мнения не имел. С одной стороны, корабль чем больше, тем дороже, и вместо одного линкора можно построить пяток крейсеров или пару дюжин фрегатов. Наверное, поэтому правительство прекратило финансировать строительство новых линейных кораблей, да и старые постепенно выводятся из боевого состава. С другой стороны, линкоры олицетворяли военную силу державы – громадные могучие механизмы, способные смести любое сопротивление.
Именно такой великан возглавлял сейчас их колонну – «Александр Великий», построенный во времена танталовских новаций. Недавно линкор прошел модернизацию и, как говорил земной родственник Витяня, в старые орудийные башни удалось втиснуть четыре генератора гравитационных жгутов. Следовавший в кильватер флагману крейсер «Робин Гуд» имел всего одну пушку-жгутомет, причем гораздо меньшей мощности. И крейсер, и остальные корабли сопровождения не числились в списках боевого флота и были временно мобилизованы для участия в учениях.
По разнарядке военного ведомства каждая оружейная фирма при осложнениях межзвездных отношений должна была выставить боевой корабль 3-4-го ранга – оружейников в целях проверки мобилизационной готовности ежегодно призывали на большие маневры. В ангарах «Интарко» стоял в готовности на случай войны или учений сторожевик «Марафонец» и дожидались покупателя однотипные ему «Спринтер» и «Стайер», построенные по проекту «Радон». Кроме них, «Интарко» держала на хранении экспериментальные «Тантал» и «Вольфрам».
Помимо «Марафонца», линкор охраняли сторожевик проксов «Кирасир», а также эсминец «Хищник» и фрегат «Фантом» – оба корабля числились за «Волчьей стаей». Словно демонстрируя свое превосходство над частными компаниями, могучий госконцерн «Европейское товарищество оружейных заводов» выставил «Робина».
– Пятый, я – Первый, – закашлял динамик. – Полная готовность.
Это сообщение означало, что мощные локаторы линкора засекли вдалеке соединение условного противника и «Александр» начинает атаку. Мысленно призвав на подмогу демонов Космоса – особенно тех, с которыми успел познакомиться лично, – Кумран скомандовал, не слишком заботясь об уставных формальностях:
– Экипаж, кончай болтовню. Все по местам!
Братва проворно ринулась исполнять приказ. Что-что, а дисциплину военная служба вколачивает пожизненно. Один за другим посыпались рапорта:
– Боевая часть-1 готова… Боевая часть-2 готова… бэ-чэ-три готова…
Младший штурман линкора продиктовал параметры нового курса, после чего «Александр» и «Робин» притормозили, а легкие корабли, разогнавшись до четырехсот световых лет, двинулись навстречу невидимому пока отряду 1-го флота.
Лишь через три часа на экранах замигали неразборчивые отметины, отраженные от находившихся на пределе дальности объектов. Понадобилось еще полтора часа, чтобы «Марафонец» приблизился к условному противнику на двадцать световых лет и смог различить, с кем имеет дело.
На них шла полнокровная эскадра: почти новые крейсеры 959-го проекта «Байконур», «Канаверал» и «Громобой», эсминцы «Отважный», «Огненный», «Отчаяный» и «Оглушительный», а также три фрегата – «Москва», «Минск» и «Мехико». Обнаружив отряд кораблей резерва, адмирал «противника» выдвинул против них «Отчаянного» и все фрегаты.
– Не успеют, – с облегчением сказал Кумран. – Мы уже входим в сектор.
Однако в штабе считали иначе, и кто-то из офицеров «Александра» потребовал, чтобы прикрытие передвинулось на два световых года и заняло участок между 47-й Треножника и Гаммой Дюзы. Смоделировав маневр в киберспейсе, Кумран присвистнул: на этой позиции они непременно столкнутся с завесой противостоящей стороны.
Так и получилось: оба отряда сошлись на крохотном пятачке между двойной и тройной звездами. Фрегаты 1-го флота дали залп, опередив «Марафонца», и Кумрану с Буббой пришлось попотеть, уклоняясь от стаи учебных торпед. Один снаряд все-таки прицепился, но Макс уверенно расстрелял его тахионным лучом.
В свою очередь «Хищник» бросился на «Отчаянного». Два эсминца затеяли артиллерийскую дуэль, причем «волки» под шумок чуть ли не в упор разрядили носовые торпедные аппараты, и одна торпеда прошла впритирку к мишени.
– Эсминец «Отчаянный» условно уничтожен, – немедленно сообщил штабной наблюдатель.
Радоваться не было времени: подоспевший «Огненный» расстреливал «Кирасира», а на «Марафонца» полным ходом мчался «Мехико». Фрегат был чуть ли не на четверть легче сторожевика, но быстроходнее и вдобавок мощнее вооружен.
– Бубба, Вуйко, не подкачайте, – взмолился Кумран.
Он повел сторожевик в лоб на «Мехико», но, когда корабли почти сблизились на дальность выстрела, резким маневром рванул в сторону и, форсируя движки, сумел атаковать сбоку. Корабли завертелись, пустили в ход торпеды, без перерыва гремели орудия.
Их отряд имел задачу прикрывать район, в котором «Александр Великий» и «Робин Гуд» выйдут из гиперпространства, чтобы ударить по «противнику» гравитационными жгутами. Позиция тяжелых кораблей должна быть чистой от неприятельских сил.
«Хищник» бросился на подмогу своим, но его контратаковала «Москва», а сзади подходил «Отчаянный». «Марафонцу» тоже не повезло – «Мехико» сумел зайти с кормы, выпустив две торпеды. Уклоняясь, сторожевик потерял скорость и получил условное попадание тахионами.
Тут, однако, ситуация резко изменилась, потому что вынырнувший из гипера «Робин» обозначил – не сильно, хассов на двадцать, – выстрел главным калибром по силам 1-го флота. Затем крейсер поспешил на помощь «Хищнику», мимоходом ударив из бортовых орудий по нахальному «Мехико», после чего фрегату было засчитано уничтожение. Покончив с главной задачей, «Робин Гуд» и «Хищник» совместными усилиями отбросили «неприятельские» эсминцы, а «Фантом» всадил торпеду в «Минск».
– Вроде бы все, – с облегчением выдохнул вспотевший Вуйко Казарич.
– Какой еще всё-мвсё! – возмутился Кумран. – Где наш линкор?
Экипаж притих. Действительно, «Александр Великий» по-прежнему оставался в гиперпространстве, словно и не собирался выходить в сектор, который они с таким трудом обороняли от условного противника.
Смысл маневра стал ясен спустя минуту-другую, когда линкор нарисовался в трехмерном космосе позади главных сил 1-го флота. Его появление было абсолютно неожиданным для обеих сторон. Пользуясь растерянностью застигнутых врасплох крейсеров, «Александр Великий» ударил слабым жгутом скрученного вакуума, а затем, развивая успех, пошел на сближение и дал торпедный залп. Как полагается говорить в таких случаях, ударное соединение условного противника условно поражено. Захохотав, Макс провозгласил:
– Гениальный маневр! Пока мы отвлекали внимание «противника», они подкрались с другой стороны!
– Хороший маневр, – согласился Кумран. – Только в реальном бою нас бы покромсали.
Сослуживцы поглядели на него не без некоторого удивления, потом Бубба объяснил:
– Так на то и война…
Линия засекреченной связи выдала изображение адмирала Тасманского – командующего 2-м флотом, который сейчас находился на «Александре».
– Первая фаза учений завершена, – объявил адмирал. – Нам засчитана победа. Приказываю всем участникам перестроиться в походную колонну и взять курс на точку «Тир».
Маневрирование отняло немало времени, но в итоге тяжелые корабли вытянулись кильватером, а эсминцы и прочая мелкота заняли позиции в завесе. Вытирая пот со лба и шеи – даже Багира не доводила его до такого изнеможения, – Кумран заглянул в атлас. Под кодом «Тир» числился расположенный в нейтральном космосе артиллерийский полигон.
– Будем стрелять главным калибром в полную силу, – растолковал остальным Ди Наполи. – Там поймете, в чем основное преимущество линкоров. На крейсерах невозможно установить пушки мощностью в тысячу двести хассов.
– Точнее, в тысячу семьсот, – машинально поправил его Кумран.
– Не может быть! – поразился Макс. – Откуда знаешь? Кумран сделал таинственное лицо и сказал многозначительно:
– Работа у меня такая – все знать.
Они совершили длинный пробег через гипер, после чего пришлось ждать, пока «Канаверал» устранит неполадки в машинах. Кумран провел это время в командирской каюте, слушая музыку, балуясь красным чаем и просматривая почту.
Межзвездная связь не слишком надежна. Срочные сообщения передаются узким пучком модулированных гравитонов, но даже в спокойную погоду, когда пространство не штормит, сверхсветовые сигналы распространяются в пределах двухсот-трехсот светолет, не дальше.
Обычные абоненты посылают файлы через Интернет. Письма сутками ползут по космосу от ретранслятора к ретранслятору, оседая на серверах узловых планет. Важная информация уходит на вечное хранение в долговременную память, а частная корреспонденция самоликвидируется через полгода. Не успел прочитать – значит, письмо пропало, и ты уже не узнаешь, как назвала внука бывшая одноклассница, которая теперь живет на другом конце сверхдержавы.
Кумран был несказанно удивлен, обнаружив в старом почтовом ящике письмо, отправленное всего неделю назад.
Здравствуйте, таинственный незнакомец!
Вы оказались еще порядочнее, чем я смела надеяться. Мало кто с такой откровенностью признался бы, что Ваша помощь была небескорыстной. Хотя мы, конечно, знали, что «Интарко» вовсе не подарила Мелькайте то оружие.
У нас до сих пор вспоминают Ваш визит. Многие хотели бы, чтобы Мелъканта присоединилась к Галактическому Союзу, и даже Гиганты-7 тоже не возражают. Если будет время, загляните на сайт www.melkanta/mainfo2/diskuss074 – там много материалов всепланетной дискуссии на эту тему.
Спасибо за совет не выдавать слишком многое в открытой переписке. Мы нашли кое-что интересное в известном Вам месте. Но в двух других таких же аномалиях приборы фиксируют подозрительную активность, приходится постоянно держать там войска. Общественность сильно встревожена. Есть подозрения, что монстры могут совершить вылазку сразу в нескольких местах, и не известно, сумеем ли мы отразить нападение. Жаль, что Вы, наверное, больше не окажетесь в наших краях.
С уважением, Катя Дальтон.
1.10.99
«Прав был папа, – печально подумал впавший в легкую панику эльдор. – Кажется, я влип в историю. Если эта глупышка действительно влюбилась…» Он с трудом представлял, какие ужасы могут последовать, но заранее не ждал ничего хорошего.