Когда эта вакханалия страстей достигла апофеоза, спор между патриотизмом и меркантильностью был прерван насмешливым голосом:
– Кажется, кучка варваров вздумала делить нашу законную собственность!
Кураторы мало изменились – та же развязность в голосе, та же прямолинейно подчеркнутая черно-белая цветовая гамма одежды и пигмента. Только на сей раз явились они, прихватив подозрительно выглядевшие машинки. Устройства, висевшие в воздухе над правым плечом каждого из них, выглядели столь совершенными, что у Кумрана не оставалось сомнений – оружие.
– Мальчики и девочки, нехорошо воровать чужое имущество, – угрожающе заметил Светлый.
Его спутник с интересом оглядел Минору, провел ладонями по ее неслабым округлостям, потрепал щечку. Клонесса машинально потянулась навстречу, выражая готовность обслужить высокого гостя, но Темный отвернулся от специалиста по контактам, сказав:
– И вообще вы тут лишние. В ближайшую тысячу лет ваше племя не сумеет пользоваться техникой Менорис Таимбры.
– А крейсера, которые сюда летят, – это даже интересно, – томно сообщил Светлый. – Давненько мы не развлекались по этой части…
– Вот твои приятели! – осуждающе проговорила Катюша. – Беспардонная компания.
Кажется, ее мнение о Кумране опустилось еще ниже. Эльдор не мог этого позволить, поэтому шумно втянул воздух, готовясь к напряженной разборке. Во-первых, надо было поддержать собственное реноме в глазах любимой девушки. Во-вторых, он не собирался отдавать находку даже межзвездным демонам. В-третьих, не хотел попасть под выстрел летающих штуковин.
– Не уверен, что содержимое пещеры принадлежит Менорис Таимбра, – произнес он ледяным голосом. – Скорей уж Лиару или Нодмохету. Кроме того, приятелям следовало бы подтвердить свои права на так называемую технику.
– Слишком много знаешь, смертный, – злобно зашипел Светлый, при этом ствол аппарата, парившего над его плечом, засветился и нацелился на Кумрана.
Темный сделал шаг в сторону, добавив:
– Наслушался чьих-то бредней про Лиар и решил, что можешь хамить? Как бы тебе не пожалеть…
Свирепо зарычав, Куратор начал превращаться в монстра. Его шея вытянулась, покрывшись колючими складками. Голова деформировалась, во рту выросли мощные клыки, из-под потяжелевших надбровий сверкнули сузившиеся красные глаза. Лапы с когтями удлинились чуть ли не вдвое.
Женщины, взвизгнув, попятились, стараясь спрятаться за спиной эльдора. Невольно потянувшись к оружию, Кумран тоже отступил. Он следил за надвигающимся демоном Тьмы, но краем глаза заметил шевеление в боковом тоннеле, по которому Катя привела их в эту пещеру. Чтобы не оказаться между двух огней, Кумран отступил еще немного и теперь видел как обоих Кураторов, так и выходящую из тоннеля компанию – Танталова, Круля, Рубашникова и… Великого Демона.
– Привет, – сказал Стальной Хосе. – Кажется, мы немного опоздали и пропустили начало этого шоу.
Теперь светились стволы обоих аппаратов, причем смотрели они на Великого Демона. Последний презрительно протелепатировал:
– Межзвездные отбросы снова корчат из себя повелителей. Кумран, не тушуйся, стрельни в него. Поглядим, что получится.
Присутствие Демона и хладнокровие «волков» избавили эльдора от волнения, поэтому Кумран спокойно поинтересовался:
– Из бластера?
– Думаю, этого достаточно. Таимы – хлипкие твари.
– Они – таимы?! – вскричал Кумран, бестолково размахивая пистолетом. – Потомки Менорис Таимбры?
– Они самые. Типичный пример вырождения некогда великой расы. Насколько я помню, эту парочку сослали на Землю за мелкие правонарушения. Они отбарабанили триста ваших лет, а памяти о себе оставили на тысячелетия – боги-олимпийцы, понимаешь ли. Тоже мне, творцы-демиурги!
– Наемник! – с отвращением произнес Светлый, вновь приняв человеческий облик. – Империя погибла из-за таких, как ты!
Внезапно рассвирепев – наверное, слова задели его за живое, – Великий Демон заорал:
– Благодаря нам Империя продержалась целую эпоху! Мы отразили два натиска варваров. Мы…
– Вы всего лишь продлили агонию умирающего организма, – печально и примирительно вставил второй таим. – Спасти Менорис было невозможно.
– Согласен… – Великий Демон опустил голову. – Нас призвали слишком поздно.
– Не в этом дело, – сказал Темный. – Таимы потеряли инстинкт жизни. Мы вымерли, и никакие военные успехи не спасали Империю.
Недовольно ворча, таимы отступили. Танталов по-хозяйски подошел к скале и, коснувшись пальцами каменной глыбы, осведомился:
– Что там?
– Арсенал имперской гвардии Лиара. – На этот раз Великий Демон ответил голосом на общеземном языке. – Когда стало ясно, что Империя обречена, мы припрятали кое-какое снаряжение.
– Таимбре вы это оружие, конечно, не дали, – сварливо упрекнул его Светлый.
– Вам и своего оружия хватило, – огрызнулся лиари-ец. – Все равно потеряли державу.
Не обращая внимания на видеосъемку, которую вели Кумран и Багира, обломки древних империй ожесточенно припоминали давние обиды, поэтому стало шумно. К сожалению, они быстро перешли на телепатию, так что люди упустили немалую часть галактической склоки.
Потом старшим братьям вздумалось апеллировать к мнению homo sapiens, и Кураторы снова заговорили на общеземном.
– Я тоже был рыцарем и верил в высшие идеалы, – рычал Темный. – А вожди Таимбры предавали нас, заставляли совершать преступления, придумывая для них красивые названия. Если же рыцари пытались действовать в строгом согласии с Заветами, то нас немедленно объявляли опасными государственными преступниками! Светлый подхватил:
– Никто не сосчитает веков и миров, которые прошел я в поисках настоящего вождя. Но мы так и не нашли власть, которой стоило бы служить.
– Может, и нашли, – негромко произнес гвардеец Ли-ара.
Все дружно поглядели на Танталова. Благосклонно кивнув, маршал осведомился, на какую помощь и в каком объеме может рассчитывать. Демоны завопили: дескать, соберут лучших бойцов Галактики, имеющих многовековой опыт самых разных войн – от локальных разборок до тотальных побоищ.
У стратегов, политиков, журналистов и наемников были свои интересы, оружейник же сразу думает о своем. Поэтому Кумран напомнил про арсенал в пещерах Мельканты и слова Кураторов о том, что люди еще тысячу лет не сумеют им воспользоваться.
– Не сумеете, – подтвердил Великий Демон.
– Даже с вашей помощью? – осведомился Танталов.
– Я имел в виду, что с нашей помощью вы за тысячу лет научитесь обращению с этой техникой…
Неожиданно Минора захохотала и вызывающе заявила: мол, с минуты на минуту прибудет флот Атлантов и всех по местам расставит. Три демона, взревев, заверили, что берут на себя флот варваров.
– Не утруждайтесь, – отмахнулся Танталов. – Власти планеты обратились к Земле за помощью. Теперь возле Мельканты стоят линкор «Атилла» и вся 2-я эскадра, а на поверхность высадилась дивизия гвардейской пехоты. Кстати, корабли Атлантов давно развернулись на обратный курс.
Обсуждая детали, они неторопливо вернулись в поселок монстров, где выстроилась целая кавалькада аэромобилей.
Здесь Багира вдруг сообразила, что шпионку Атлантов следовало бы сдать куда следует и хвост надрать.
– Сдадим и надерем, – заверил Танталов и полез в машину. – Кум, ждем тебя на поверхности.
Круль затолкал Минору на заднее сиденье и сел рядом. Багира полетела за ними в легком кабриолете. Великий Демон долго внушал что-то Кураторам, после чего исчез, не прощаясь.
Таимы казались немного расстроенными, но вполголоса обсуждали планы на будущее. Внезапно Светлый громко выкрикнул:
– Надо было его скрутить. Обидно, что нами будет командовать доисторический унтер-офицер!
– Не впервой, – засмеялся Темный. – Умный император быстро разберется, кто чего стоит. Кумран насмешливо поинтересовался:
– Вы всерьез надеялись справиться с имперским гвардейцем?
– Могло получиться, – буркнул Светлый. – Лиарийцы потеряли внутренний стержень, им на все наплевать.
– Как и нам, – добавил Темный. – Хотя ваш командующий производит приятное впечатление. С таким можно и послужить.
Когда они летели к поверхности, Катюша посматривала на Кумрана с опасливым почтением. Наконец спросила робким шепотом:
– Ты понял, что произошло там, в пещере?
– Ничего особенного. – Эльдор пожал плечами. – В непринужденной беседе высокие стороны решили судьбу Галактики. В последнее время подобное случается чуть ли не ежедневно.
Искусственное солнце, мимо которого пролетало «Танго», убавило яркость. В Пещере смерти наступил вечер. Впереди быстро увеличивался кружок чистого неба – выход из тоннеля.
Катюша вдруг заскулила, почему-то называя его во множественном числе. Дескать, вы дружите со знаменитыми политиками, с могущественными существами, с модными журналистами и галактическими проститутками – что вам простая девушка с захолустной планеты.
– И вообще… – она громко всхлипнула. – У вас там дурацкие слухи ходят. Будто клоны – твари третьего сорта, у клонов души нет, клоны не способны про смысл жизни рассуждать…
Растроганный ее смешным горем, Кумран одной рукой обнял девушку за плечи, подтянул к себе и поцеловал возле ушка. Потом ласково мурлыкнул:
– Перестань сырость разводить, глупенькая. Я же не чем-нибудь – оружием торгую. Как я могу верить в сказки о душе!
– Правда? – обрадовалась она.
– Конечно правда! Какая там душа, если даже олимпийские боги оказались наемниками Таимбры.
Слезы мгновенно высохли, и Катя потребовала подробностей. Выслушав краткую хронику его контактов с демонами, она с энтузиазмом заметила:
– Значит, они могут указать нам планеты, на которых… Поймав идею на лету, Кумран перебил мелькантийку:
– Предлагаешь устроить экспедицию за артефактами? Прелесть моя, ты – гений! Мой отец – командир малого рейдера Дальнего Поиска. И мама всю жизнь среди звезд мотается. Соберем компанию, с которой я работал в прежних экспедициях, – и вперед!
– Мои родители тоже захотят лететь. – Катюша сделала огромные глаза, которым невозможно отказать. – Они, как и я, операторы дистанционного управления. Папа – ас по тяжелым роботам.
Подлетев к поверхности, они уже составили план будущей экспедиции, согласовали состав команды, распределили обязанности и прикинули смету расходов. Полный радужных планов, Кумран приземлил «Танго» рядом с армейским джипом, вокруг которого прогуливались «волки».
Эльдор открыл дверцу, помог Катюше выбраться и намекнул, что хотел бы вечерком заглянуть в гости. Услыхавший его Танталов громко сказал:
– Боюсь, знакомство с родителями придется отложить. Сейчас мы отправимся на «Янычар» и, скорее всего, немедленно улетим. – Повернувшись к канониру, он продолжил:
– Нас подбросит Кум, а ты гони в город и собери всех охламонов. Команда должна быть в сборе как можно скорее.
– Опять что-то случилось? – забеспокоился Кумран. Оказавшаяся рядом Багира сообщила конспиративным шепотом:
– Вроде бы прибыл курьер с Земли. Привез пакет для старика. Хосе, кажется, догадывается, что внутри, но не говорит.
Кумран тоже догадывался, в чем дело. Наверняка президент подписала указ о возвращении в строй маршала Танталова. Другое дело – на какую должность.
Далекая от этих проблем Катюша поняла лишь, что он должен улететь, и снова чуть не расплакалась. Танталов – сама любезность – заверил девушку: мол, при первой же возможности выделит корабль, чтобы Аримановы всей семьей навестили Мельканту.
Вредная Багира попыталась заснять сцену их прощания, но Стальной Хосе снова применил свой гипноизлучатель, и журналистка строевым шагом направилась к своему кабриолету. При этом маршал и Круль ухмылялись так широко, что сам Чеширский Кот околел бы от зависти.
Уже в машине, по дороге к космодрому, Мах поинтересовался:
– Как у тебя с этой девушкой? – Капитан поспешил уточнить:
– Я не про журналистку.
– Понял про кого. – Кумран вздохнул. – Сложно, Мах. Ее иногда на высокие материи тянет. Душа, смысл жизни…
– Страшное дело, – сочувственно изрек мрачный Танталов. – Если женщины начинают философствовать – это не к добру. Сразу хватайся за бластер – потом поздно будет.
– Советуете пристрелить? – хихикнул эльдор. Круль ответил предельно серьезным тоном:
– Для начала можно рукояткой по макушке. Если не поможет – придется стрелять. Чтобы не мучилась.
Указ президента оказался коротким:
Призвать из резерва на действительную военную службу маршала Хосе Вассерфаля Танталова. Поручить маршалу X. В. Танталову сформировать группу войск «Стожары» в составе 5-й армии, 4-го флота и крепостных гарнизонов на планетах Инфлянт, Квиршал, Тарталья и Гранада.
Задача группы войск «Стожары» – нейтрализовать угрозу с направления созвездий Стабилизатора, Ускорителя, Обтекателя и Дюзы.
– Даже приказы писать разучились, – проворчал Танталов. – Нейтрализовать угрозу… Нет бы сказать прямо: отразить возможные нападения со стороны Айсбергов, Кендако или Тонхойра.
– Неопределенная формулировка в какой-то степени развязывает нам руки, – возразил Круль. – Другое плохо. Я-то надеялся, что тебе и 4-ю армию подчинят.
– Зря надеялся. – Маршал покачал головой. – Ничего, пока и этого хватит.
Он распечатал второй конверт с директивой министра обороны и начальника Генштаба. Этот документ был составлен более конкретно.
Местом дислокации главной ставки группы войск министр рекомендовал планету Тарталья. Начальником штаба «Стожар» был назначен генерал пехоты Аркадий Атта-Рахман, командующим 5-й армией – генерал-полковник Мишель Конг, командующим 4-м флотом – адмирал Элвис Хайбер.
– Хорошие парни, – одобрительно заметил Круль.
Кивнув, Танталов вернулся к тексту директивы. Министерское начальство переподчиняло ему 9-ю эскадру, а также 23-й и 26-й армейские корпуса, нуждавшиеся в пополнении личным составом. Кроме того, разворачивались 41-я и 42-я эскадры, которые следовало укомплектовать кораблями из резерва и отстойников. За счет призываемых из запаса резервистов предписывалось сформировать шесть армейских корпусов. Ответственный за мобилизационное развертывание – генерал-полковник Базилевс Автандилов. Срок готовности группы войск словно в издевку был намечен на День Всех Святых – 1 ноября 2399 года.
– Проще говоря, нам устроили Хэллоуин, – засмеялся Круль. – Если бы мы не были готовы к такому обороту, ни за что бы не уложились.
– Кто предупрежден, тот вооружен. – Хмыкнув, Танталов убрал документы в сейф. – Вызови Хайбера – пусть сажает мобилизованных на корабли. И набери команду для «Инфернатора». В бою от него пользы немного, но получится хороший штабной крейсер.
Решив воспользоваться удачным моментом, Кумран деликатно полюбопытствовал:
– Один вопрос, шеф. Не понадобится ли вашему войску большая партия оружия?
Укоризненно поглядев на него, маршал строго выговорил:
– Запомни покрепче, что прожженный делец был нужен пилоту «Волчьей стаи». Главнокомандующему группы войск нужен офицер для особых поручений в одном флаконе с техническим консультантом.
Небеса над Инфлянтом разверзлись 26 октября 2399 года. Армия пришла внезапно, высадившись одновременно во всех больших городах планеты.
Не успев еще толком сколотить поспешно развернутые полки и дивизии, ветераны трех войн весело грузились в транспорты, предоставленные «Военторгом», «Интарко» и «Астроперевозками», в пассажирские лайнеры «Космофлота», «Трансгалактического круиза», «Байконурских космических линий». Стартовав с Земли, Малькомбы, Трои, Геры, Саванны, Осириса, Тартальи, Гранады и еще десятка миров, корабли молниеносным броском вошли в систему, окружив неблагонадежную планету непроницаемой сферой блокады.
Пехотные части стремительно заняли стратегические точки, спецназ провел молниеносные захваты. Несколько кораблей, пытавшихся бежать с Инфлянта, были расстреляны и расчертили небо огненными трассами. Началась разгрузка двадцати семи транспортов, мобилизованных у гражданских компаний.
Пехота действовала выше всяких похвал, но флот был в жутком состоянии.
Кое-как приползли линкор «Кутузов» и крейсер «Аметист», торпедоносцы «Громыхающий», «Гневный», «Огненный» и «Ослепительный». На линкоре не было пушек главного калибра – их привезли на транспортном корабле, чтобы смонтировать, когда подбросят кое-какие детали. Главный двигатель тоже нуждался в замене.
Из тяжелых кораблей в боевой готовности были только покинувший музейный стенд «Ретвизан», а также крейсер «Робер Сюркуф», еще неделю назад числившийся в 1-м оперативном флоте, и вся «Волчья стая».
«Шарнхорст» и «Гнейзенау» по-прежнему стояли на Артемиде, и фомапьгаутские верфи торопились завершить ремонт тяжелых крейсеров. Умельцы-проксы доводили до кондиции «Рюрика», а на Тарталье готовились к службе старые, но мощные эсминцы серии "Т".
Впрочем, мелкие проблемы флота не повлияли на выполнение первоочередной задачи. Армия высаживалась, без паузы приступая к действиям, получившим скромное название «ковровая зачистка». Оперативная бригада «Эпсилон» – спецназ Глобеза – с ходу захватила основные телецентры, и уже через четверть часа в эфир пошел указ президента:
В связи с опасностью возникновения войны в Стожарскую область вводятся дополнительные войсковые соединения. В области объявлено военное положение, комендантом сектора назначен главнокомандующий группы войск «Стожары» маршал Хосе Вассерфапъ Танталов.
Затем был передан приказ №1 коменданта:
Всем административным органам предписывается неукоснительно выполнять распоряжения военных властей, любые беспорядки будут пресекаться. Общественные и политические организации, выступающие против единства Галактического Союза, объявляются незаконными и должны самораспуститься в течение одного часа. Любая попытка возобновить их деятельность будет рассматриваться как государственное преступление. Отныне вся официальная документация ведется исключительно на общеземном языке.
Маршал Танталов не привык начинать военные действия, не обеспечив своим войскам прочный тыл.
«Белый медведь» высаживал десант второго эшелона, имея на борту укомплектованный резервистами Тувии 1644-й танковый полк Макса Ди Наполи, 1647-й бронепехотный полк из призывников Восточного Барсума, а также приданные части – штурмовые эскадрильи, артдивизионы, отдельные батальоны саперов и связистов. Кроме того, в трюме транспорта ждали разгрузки пушки главного калибра и двигатели для «Кутузова».
Танкисты выстроились возле установленных на посадочные платформы «Матадоров». По возбужденным лицам и несмолкающему водопаду добродушного солдатского сквернословия нетрудно было понять, что ветераны истосковались по настоящему делу и рвутся в бой. Обеспокоенный их рвением полковник строго внушал:
– Запомните, мы высаживаемся не на враждебную планету, а на свою, хоть и не слишком дружелюбную. Здесь живут наши соотечественники, пусть даже малость тронутые по фазе. Поэтому – знаю я вас! – мы не будем применять антипротоны, не будем убивать всех подряд, а лишь вправим мозги самым отмороженным ублюдкам. Понятно?
Полк гаркнул: понятно, мол. Только Бубба Уайт осведомился, скорчив разочарованную гримасу:
– То есть дома не сжигать, женщин не насиловать?
Пять сотен глоток дружно заржали. Макс укоризненно погрозил буйному старшине, а стоявший рядом капитан-лейтенант Ариманов посоветовал:
– Мужчин тоже не надо. Потерпи, пока айсберг подвернется.
Веселье удалось прекратить лишь командой «По машинам!». Экипажи проворно заняли места под броней и задраили люки, а Макс, ухмыляясь, сказал:
– Отличный контингент. Нам бы хоть недельку побегать в одной упряжке – станем настоящим полком.
– Не факт, что будет неделя до большой заварушки, – вздохнул Кумран. – Сколотишь часть на ходу. Вот, сегодня на аборигенах потренируешься.
– Неплохой спарринг-партнер, – согласился полковник. – Ты с нами?
– Я – над вами. Буду прикрывать с воздуха.
После приказа министра, продлившего срок его призыва еще на три месяца, Кумран оказался командиром штурмовой эскадрильи, состоявшей из чертовой дюжины «Соболей» – машин более новых и более мощных, чем хорошо знакомые ему «Хорьки». На время зачистки Инфлянта эскадрилья была придана 1644-му танковому, так что теперь Кумрану предстояло летать под командованием Ди Наполи.
Долгожданный приказ о начале высадки поступил вместе с боевой задачей. В лесу к северу от города Рунци собирались вооруженные члены «Братства Крови» и боевики группировки «Коршуны Гаудавы», к которым присоединилась часть полицейских из соседних городов, а также покинувшие свои гарнизоны солдаты и офицеры инфлянтского происхождения. Всего на солидной территории скопилось до тысячи экстремистов, имевших несколько десятков угнанных из армейского арсенала танков «Горилла» и полицейских броневиков.
Провозгласив беспощадную войну до полного уничтожения оккупантов, мятежники ночью атаковали военную базу на окраине Рунци, однако были отброшены беспорядочным огнем расквартированного на Инфлянте 908-го бронепехотного полка. Частью сил командир гарнизона блокировал выходы из лесного массива, но солдат на прочесывание не хватило: два пехотных батальона и вспомогательные подразделения пришлось задействовать для поддержания порядка в городе. Частям, прибывшим на «Белом медведе», поручалось зачистить лес и уничтожить повстанцев.
– Мы пойдем по правому берегу реки Гаудава, – показал на карте Макс. – Танки поротно разместятся вдоль дорог, а пехота будет добивать очаги сопротивления, которые останутся после штурмовиков.
– После штурмовиков никого не останется, – обиделся Кумран и объявил своим:
– Действуем парами. Пара номер шесть держится рядом со мной. Огня не жалеть, но зря снаряды не тратить.
Первыми из люков транспорта вылетели платформы с танками – по четыре «Матадора» на каждой повозке. Затем отправились к планете «Соболи». Обогнав медленно падающие платформы, они снизились над лесом, где затаился противник.
– Напоминаю, – на всякий случай сказал Кумран. – Сейчас наша задача – давить огневые точки, чтобы бандиты не накрыли танковый десант.
На электронном планшете он видел выявленные орбитальными наблюдателями места сосредоточения вооруженных людей и боевой техники. Неприятель затаился, но Приборы показывали даже отдельного стрелка, прижавшегося к дереву, и командир эскадрильи приказал применить кассетные снаряды. Полсотни ракет «Шмель-И», разорвавшись в разных концах леса, заметно сократили количество машин, а живая сила стала разбегаться, без толку прячась под деревьями.
Снизу нестройно ударили зенитные средства – мятежники применили стационарные бластеры и пускали самонаводящиеся снаряды из переносных установок.
– Все вверх, – скомандовал Кумран. – Маневр уклонения. Двигаться зигзагами.
Эскадрилья стремительно набрала высоту и с безопасного удаления произвела повторный залп. Огонь из леса мгновенно стих, так и не причинив вреда «Соболям».
Вокруг плавно опускались платформы. Ближе к поверхности антигравы заработали на форсаже, обеспечив мягкое приземление.
– Кум, я закончил высадку, – сообщил Макс. – Начинаю движение.
На планшете появились новые символы, обозначавшие положение подразделений 1644-го полка. «Матадоры», разбившись на колонны, углубились в лес, оседлав осевое шоссе, а пехота на бронетранспортерах «Цунами» широкой волной продвинулись на юг, расстреливая боевиков, не успевших уйти с дороги. За каких-нибудь полчаса правый фланг вышел к Гаудаве.
Развернувшись фронтом на восток, цепь боевых машин погнала повстанцев вдоль реки. Те, вяло отстреливаясь, быстро отступали, многие и вовсе сдавались, потому как вид боевой техники всегда способствовал поумнению аборигенов. Единственный серьезный инцидент случился, когда противник попытался прорваться в северную часть леса: собрав в кулак уцелевшую бронетехнику, сотни три боевиков атаковали танковое оцепление.
«Гориллы» против «Матадоров» – это было совсем несерьезно. Ди Наполи даже попросил Кумрана не вмешиваться, чтобы его танкисты наконец смогли попрактиковаться в стрельбе. Задрав стволы пускателей чуть ли не в зенит, танки открыли беглый огонь. Снаряды, описав навесные трассы, падали на лес, выбрасывая фонтаны плазмы. Боевики не успели сделать ни одного прицельного выстрела, а их машины и половина личного состава уже перестали существовать.
После этого противник вообще не сопротивлялся, но лишь бежал в предписанном направлении, надеясь скрыться в городе. Штурмовики барражировали над лесом, и чуткие приборы находили одиночек, которые рассчитывали спрятаться в лесу, пропустив мимо бронированный гребень зачистки. Таких расстреливали сверху – не хватало еще, чтобы в лесу завелись партизаны.
К полудню поясного времени боевиков окончательно выдавили из-под деревьев, а в поле ждали дорогих гостей пехотные роты городского гарнизона, усиленные отрядами полевой жандармерии. После недолгой перестрелки остатки повстанцев сдались.
– Вы что же, без спецназа управились? – поразился полковник из «Эпсилона». – От вас требовалось блокировать лес, попугать бандитов и ждать, пока мы приедем.
– Приказ был сформулирован конкретно – уничтожить, – ответил Макс. – А тебя ждать – родить успеешь. Так что забирай пленных, мне с ними возиться неохота.
Спецназовец сообщил, что возле столицы уже развернут фильтрационный лагерь, куда свозят всякую интернированную шушеру. Особо опасных приказано отправлять в орбитальные равелины, а мелочь – распихивать по наземным тюрьмам.
Гарнизонный городок на окраине Рунци был построен во времена танталовского президентства в расчете на полнокровную дивизию. В последние годы здесь дислоцировался кадрированный полк, так что три четверти казарм пустовало, даже с учетом присланного неделю назад пополнения. Вновь прибывшие части с комфортом устроились на новом месте, и еще осталось немало жилья для батальонов, которые предстояло сформировать из призванных аборигенов.
– Вроде неплохо провели первый бой, – удовлетворенно заметил Кумран.
– Противник был несерьезный. – Ди Наполи пренебрежительно поморщился. – Хотелось бы испытать головорезов в настоящем деле… Ты обедать не хочешь?
– Мои пилоты пошли в столовую, а я собирался с тобой.
Пообедать в старой компании не пришлось. С КПП сообщили, что делегация городских властей желает побеседовать со старшими офицерами гарнизона. Самым старшим по званию оказался Макс, и Кумран пошел вместе с земляком – интересно было послушать, что скажут местные бонзы, напуганные прибытием огромного войска под командованием легендарного тирана.
Перед воротами расположилась стая роскошных лимузинов. В машинах сидели дамы, на лицах которых большим и буквами была прописана принадлежность к высшему провинциальному свету, а также солидные джентльмены примерно такой же наружности. Седой сухопарый дылда с аккуратной бородкой, назвавшийся вице-мэром Рунци, поведал офицерам, что отцы города устраивают банкет для командиров войсковых частей.
– Мы хотели бы в непринужденной обстановке наладить контакты с армией, – сказал вице-мэр. – Постараемся совместными усилиями избегать недоразумений.
– Хорошее дело, – согласился Макс. – Когда и где собираемся?
Оказалось, что гости уже в сборе и ждут только военных. Кумран чуть не заржал, представив, как они явятся на банкет в боевых скафандрах.
– Мы только мундиры наденем, – сказал он.
– И начальству доложим, – добавил Ди Наполи.
Рунци был большим портовым городом с трехмиллионным населением. Здесь сходились речные артерии, несколько магистральных трубопроводов, трансконтинентальные шоссейные и рельсовые трассы. По воздушным, наземным и водным транспортным линиям сюда стекалась продукция восточной и юго-восточной части материка Лапланд. Весь средний пояс города между деловым центром и жилыми районами занимали предприятия и колоссальные склады, а в степи севернее порта раскинулся прекрасно оборудованный космодром.
Если Динтрас, столица планеты, была лишь административно-культурным явлением, то Рунци сразу после начала колонизации в 2167 году стал экономическим флагманом Инфлянта. Еще лет пять назад городской космопорт отправлял во внешние миры огромные партии товаров, пользовавшихся спросом как у homo sapiens, так и среди негуманоидов. Но в последнее время, когда националисты зашали свою планету в капкан самоизоляции, Рунци переживал тяжелый кризис.
Именно с этого начал мэр. Крупный мужичок с красным лицом, тонкими губами, белесой шевелюрой и водянистыми навыкат глазками слезно плакался: дескать, и без того еле-еле концы с концами сводим, а тут еще вы в людей постреливаете. То есть мэр признавал, конечно, что «пострелянные» вели себя не слишком вежливо, но вторжение столь грандиозной армии в совокупности с резкими переменами сложившегося порядка, по его словам, могло вконец дезорганизовать хлипкий пульс планеты в целом и города в частности.
– Я призываю вас проявить понимание наших традиций и бедственного положения, – закончил градоначальник. – Со своей стороны мы сделаем все возможное, чтобы армия не испытывала неприятных моментов.
«Проституток, что ли, пришлют? – подумал Кумран. – Ловко, гад, формулирует. Если чего – так мы сделали все возможное. А если мы начнем стрелять по нападавшим, то – не проявили почтения к местным обычаям…» Между тем мэр предложил выпить за дружбу и сотрудничество. Проворчав:
– Водка у них дерьмовая, – Макс шепнул Кумрану:
– Надо будет ответное слово сказать.
– Обязательно надо, – согласился Кумран. – Ты у нас старший по званию – тебе и отдуваться.
– И я о том же! Понятия не имею, о чем говорить.
Кто-то из пехотных комбатов посоветовал рассказать о тактико-технических особенностях военно-полевого секса в условиях пересеченной местности. Флегматичные по природе аборигены, шокированные хоровым хохотом за офицерским столом, пришли в замешательство. Не без усилий подавив приступ веселья, Кумран посоветовал:
– Скажи тост за дружбу, представь нас, и пусть краснорожий назовет аборигенов. Их тут много, ему надолго хватит. А я немножко пожру, наберусь силенок и поговорю с этим сбродом на доступном им языке.
Так и сделали: Макс быстро перечислил по именам дюжину армейцев. Ответное представление затянулось, потому как в зале скопилось под сотню чиновников и бизнесменов с семействами. В разгар церемонии появился взвод спецназа, и возглавлявший операцию старший майор Глобеза попросил у полковника Ди Наполи разрешения произвести аресты. Макс, конечно, возражать не стал.
Когда из зала вывели трех комиссаров городской полиции, пятерых чиновников муниципалитета, вице-мэра и владельцев нескольких компаний, финансировавших «Коршунов Гаудавы», публика боязливо зашепталась. Мэр, взмахивая руками, истерично выкрикнул:
– Ну как это назвать? Что вы можете сказать?
– Могу сказать, что все очень вкусно, – меланхолично поведал Кумран.