Залюбовавшись батальными сценами, оборотень поздно заметил новую опасность. Сбоку выскользнули двое Светлых и, раскачав волну Силы, пустили в него мощную струю магического вихря. Инстинктивно заслонившись развернутой левой ладонью, Тарх даже не вслух, а мысленно произнес пароль вызова заклинания. Он составил эту формулу давным-давно, еще в аспирантуре, только прежний его девятый ранг не позволял реализовать столь изощренное колдовство. Но теперь, после многих убийств этого дня, Тарх стал намного сильнее, так что чары сработали как положено.
Ударившись о невидимый щит, поток вражеского вихря беспомощно расплескался во все стороны, частично отхлынув обратно и повалив Светлых, пытавшихся убить оборотня. Оглушенные ударом враги попытались убраться на четвереньках, однако Тарх уже прижал к плечу приклад арбалета и, прицелившись, нажал спуск. Свистнув, стрела воткнулась противнику точно между ребрами. Другой Светлый, дико озираясь, убежал в чащу.
В голове шумело, ноги плохо держали, картинка перед глазами сделалась мутной, расплывалась и покачивалась. Сегодня, впитав эфирную энергию предыдущих жертв, он взлетел чуть ли не к шестой ступени могущества, потом, использовав сложную магию, растратил немало запасов Силы и вновь рухнул в нижние ранги. Такие потрясения не проходят безболезненно даже для крепкого организма, а здоровьем Тарх никогда похвастать не мог.
Он все-таки сумел перезарядить арбалет и подковылял к подстреленному противнику. Тот истекал кровью, тщетно пытаясь извлечь стрелу. С ненавистью глядя на Тарха, Светлый прошептал:
– Ты и вправду опасен, убийца… Мы не верили, но теперь…
Застонав, раненый умолк, закрыв глаза. Тарх собрался прикончить его, но не хватило сил даже на то, чтобы достать кинжал из ножен. Огненное шило тоже не желало появляться. Кое-как шевеля непослушными руками, оборотень навел арбалет и выпустил стрелу.
Посылаемая звездами энергия вновь хлынула в него. Этот поток вернул Тарху немного бодрости, но в то же время вымотал, на время отняв способность воспринимать реальность. Словно пьяный, оборотень опустился на чуть влажную, присыпанную опавшей хвоей землю, привалившись спиной к стволу сосны.
Появись в эти мгновения враги, он не смог бы дать отпор. Однако из леса пришли свои: со стороны крепости подтянулись доктор Ланк, староста Лирг и еще несколько городских. Увидав пару рыжих бугаев, неподвижно лежавших мордами вниз, Лирг зарычал и бросился к окровавленным телам. Тем временем доктор развернул саквояж со снадобьями, одновременно активизировав свой жезл, наполнившийся нежным сиренево-розовым свечением. Задумчиво помахивая магическим атрибутом, Ланк водил взглядом по пейзажу, словно выбирая, с кого начать лечение.
– Доктор, мой средний сын убит, но старший еще жив! – отчаянно выкрикнул староста. – Поскорее, спаси его!
– Минуточку, здесь потяжелее случай… – Мазями и магией Ланк затянул рану молодому бойцу из когорты Астаха и ловко наложил повязку. – Куда он ранен?
– Вроде бы в живот… – Лирг свирепо зыркнул на Тарха: – Ты не видел, где третий?
«Так эти три охламона еще и братья», – сообразил оборотень и буркнул:
– У него были раны, но парень побежал за врагом.
– Моя кровь, – гордо начал Лирг, однако тут же заткнулся и, вытянув шею, заглянул через плечо доктора, занявшегося его сыном.
Откачанная энергия убрала часть усталости, и Тарх, почувствовав себя получше, попытался встать, но дернулся от неожиданной боли и упал. В боевой суматохе он и не заметил, как вражеская стрела пробила его бедро, а пламя эфирной субстанции, просочившись через щит заклинаний и оставшуюся неповрежденной одежду, обожгло плечо, подбородок и шею.
Ланк строго прокряхтел, не оборачиваясь:
– Не знаю, как тебя зовут, но не делай резких движений. Сейчас подправлю тяжелых и займусь тобой. Нетерпеливо перебив его, Лирг проскулил:
– Мой пацан будет жить?
– Будет, будет… – Доктор еще раз провел кристаллом жезла вдоль груди раненого и перешел к следующему, продолжая рассеянно приговаривать: – Все, кто пока не умер, будут жить. Некоторое время.
Из чащи все громче слышались возбужденные голоса. Вскоре на поляну гурьбой вывалили бойцы Багровой Тьмы во главе с воеводой. Третий отпрыск старосты бросился к отцу и стал что-то бормотать, размахивая руками и показывая в сторону сидевшего поодаль оборотня. Лирг и Миштпор слушали его рассказ с недоуменными гримасами, причем поглядывали на Тарха с таким изумлением, будто у магистра выросли рога с крылышками.
Рассчитывать на скорую медицинскую помощь явно не приходилось, потому как лекаря обступили Тибрел, Хланд, Астах и другие раненые. «Как обычно, про меня в последнюю очередь вспомнят, – обиженно подумал Тарх. – Первым меня выкликают, только если надо какое-нибудь дрянное задание навесить». Он зажмурился, стараясь не шевелиться и не думать об усиливающейся боли.
Маг рангом повыше сам залечил бы такие пустяковые травмы, но ему, девяточнику, о подобной роскоши мечтать не приходилось. Хорошо хоть кровотечение сумел остановить. Или он уже восьмерочник? Все-таки немало сегодня Силы отпил из покрошенных гадов…
Рядом послышались шаги. Приоткрыв один глаз, оборотень увидел стоявшего совсем близко Миштпора. Главный, насупясь, осведомился:
– Правду деревенский говорит, будто ты пару Светлых завалил?
– Брешет. Не меньше пяти-шести. Может, даже семерых.
– Всех из арбалета? – Миштпор недоверчиво прищурился.
– Кого стрелой, кого по-другому… Под конец боя с фланга напали двое, бросили в меня Звездный Бич. Я отбил, но малость брызнуло.
– Ты отбил Звездный Бич?! – Миштпор презрительно скривил губы. – Не завирайся. Такого даже я не смог бы.
Неожиданно пришел на подмогу Тибрел, подтвердив с энтузиазмом:
– Точно, отбил он удар. Я сам видал, собственными гляделками. Гады плюнули такую струю колдовства, что всех нас пеплом бы развеяло. А оборотень как раз на пути подвернулся – заслонился рукой, поставил замысловатый щит, пламя-то и расплескалось. Его самого зацепило, так парнишка лишь пошатнулся. – Командир когорты покачал головой. – А уж что наш умник в рукопашной творил – того словами не перескажешь.
Столь красочных подробностей скоротечной схватки Тарх и сам не запомнил, попросту не заметил многого в кровавой неразберихе. Миштпор же обратил на него взор, полный невысказанных сомнений, как будто не мог поверить восторгам очевидцев. Однако ничего изречь Главный не успел, потому как в лесу заиграл рожок – Светлые извещали, что высылают парламентера. Спустя минуту на поляне появился Оз-Вабланг, Светлый троечник.
Высокий и упитанный, в дорогой одежде городского фасона, он стоял под орешником, потупив голову. Взгляд вражеского главаря не выражал эмоций. Равнодушно зафиксировав картину, словно куча трупов ничуть его не взволновала, Вабланг немногословно извинился за случившееся недоразумение. Миштпор издевательски хохотнул.
Не смущаясь, Вабланг поведал, что главные виновники идиотской выходки полегли в бою, иначе были бы сурово наказаны. Затем он все тем же ровным голосом попросил выдать тела убитых Светлых.
Миштпор посмотрел на лекаря и Лирга, по статусу почти равных самому Главному. Оба не стали возражать, и воевода, пожав плечами, шевельнул рукой, разрешая уносить трупы. Из леса вышли Светлые и, опасливо посматривая на озлобленных победителей, стали раскладывать трупы по носилкам.
– Карманы, конечно, уже обчистили, – укоризненно заметил Вабланг. – Темные без мародерства не умеют.
Тарх, собственноручно уложивший половину перебитых сегодня Светлых, поневоле возмутился. У него просто времени не было, чтобы грабить убитых.
Его едва слышный протест вызвал странную реакцию. Светлые с ужасом уставились на покрытое волдырями лицо сидевшего в тени тополя оборотня. Растеряв немалую часть своей невозмутимости, Вабланг прошептал, запинаясь:
– Ты остался в живых… Нас не обманули – зверь носит Знак…
– И кто же вас не обманул? – прохрипел Тархошамра-худан и, опираясь на арбалет, все-таки встал во весь рост.
Не ответив, Оз-Вабланг ушел в лес. За ним, подхватив носилки, поспешили остальные Светлые.
– Чем дальше, тем веселее, – ворчливо прокомментировал Миштпор. – Какой-то придурок навел Светлых идиотов на нашего умника. Непонятные шуточки…
Над деревьями поднялся летучий корабль, уносивший Светлых к их базе в Самшитовой Роще. Главный что-то сказал Ликтору, и оба удалились ускоренным шагом.
Тарх уже почти ничего не соображал от боли, и не сразу понял, что снова лежит на земле, а возле него сидит на корточках доктор Ланк. Четверочник водил по его лицу влажной салфеткой, снимая грязь и кровь с пораженных участков. Потом Ланк смазал ожог приятно пахнущей густой жидкостью, и боль сразу стала слабее.
– Сейчас залечим, даже шрама не останется, – ворковал доктор, ловко извлекая засевшую в мякоти ноги стрелу. – Подумаешь, ребро пополам перебито и печень порвана… Это мы в два счета.
Он залил рану целебными мазями, быстро втер лекарство в ушибленный магическим ударом бок и стал обрабатывать оборотня истекавшей из жезла светоносной субстанцией. Боль теряла остроту, а рана затягивалась, превращаясь в узкий шрам.
Когда пациент почувствовал себя почти здоровым, Ланк дал ему теплое горьковатое питье, от которого Тарха чуть не вывернуло наизнанку с обоих концов. В этот момент к ним подошел староста из пригорода. Два сынка-бугая стояли поодаль вполне оклемавшиеся, как будто не они час назад истекали кровью.
– Если бы не ты, сегодня я потерял бы всех трех пацанов, – почти вежливо пробурчал Лирг. – Я в долгу перед тобой, оборотень.
Кивнув, он тяжелой походкой вернулся к сыновьям. Ланк, собирая инструменты, рассеянно спросил:
– Кто ты, герой дня? Всего лишь оборотень?
– Очень неплохой оборотень, – обиделся Тарх.
– Это к лучшему, на вашем брате раны быстрее заживают. Обернешься пару раз – все пройдет без следа. Еще жалобы есть?
– Попросить хочу, доктор. Глянули бы на моего друга.
– Друг – из Светлых? – удивился Ланк.
– С чего вы взяли?
– Темный бы сам давно пришел.
– Нет, доктор, он – натурал. Но очень хороший человек. И очень несчастный…
– Кто счастлив в этом подлом мире… – философически изрек Ланк. – Ладно, напомнишь как-нибудь – посмотрю твоего дружка.
Дождавшись, когда уйдет доктор, Тибрел подозвал Тарха и показал на кошельки, сваленные горкой под кустиком.
– Ты сегодня отличился, тебе и выбирать, – сказал командир когорты.
Видимо, это было то самое содержимое карманов, отсутствие которого заметил Вабланг. Машинально потянувшись к самому увесистому мешочку, Тарх неожиданно обнаружил, что умеет видеть сквозь ткань. Немного поводив рукой, он выбрал кошель поменьше размером, но зато набитый золотом.
– Бери еще, – подбодрил его Тибрел. – Имеешь полное право.
– Делите на всех, – пренебрежительно произнес оборотень. – Мне и этого хватит.
Из-за деревьев шумно выбежал мальчишка и, тяжко переводя дыхание, пропыхтел:
– Воевода велел всем возвращаться в крепость.
Коротко простучал барабан. Из цитадели вышел Миштпор в легкой кирасе с мечом на боку. В руке Главный держал жезл из черного дерева, в серебряном набалдашнике горел полудрагоценный фиолетовый самоцвет. Буйная толпа продолжала нестройно шуметь, и тогда воевода, обозлившись, выпустил из жезла немного Силы.
Тарх почувствовал острую боль под левым нижним ребром. Остальные, видимо, тоже – во всяком случае, шум быстро прекратился.
– Заткнулись наконец? – осведомился Миштпор. – Ну так слушайте. Светлые подонки подловили нас врасплох. Это пока не война, враг просто нападает из-за угла. Сейчас они вернулись в Самшитовую Рощу, туда же стягиваются их летучие корабли. Лазутчики противника уже подкрались к Старой Крепости на полет стрелы, но мы держим их на прицеле. Я решил наказать врага, мы отправимся к Серебряному Форту и причешем Светлых, когда они будут вылетать из своей базы. Все поняли? Астах, Данз, Тибрел, – выводите когорты на посадку.
Он зашагал к воротам, за ним потянулась когорта Данза, считавшаяся лучшим подразделением вергатильских Темных. Провожая взглядом собратьев, Тарх чувствовал легкое, но неприятное беспокойство. Стычка была неизбежна. Пусть это пока не настоящая война, а просто диверсия, сердце стало биться неровно.
Пока оборотень пытался погасить волнение, к нему приблизился сопровождаемый старшим сыном Лирг. На плече наследника квартального старосты висела сумка внушительных размеров.
– Не спеши, – хмуро проговорил Лирг. – Я в долгу перед тобой. Возьми это барахло. Пригодится.
Бросив поклажу к ногам Тарха, они удалились, не прощаясь. Отказываться от подарков, пусть и не слишком вежливо преподнесенных, было глупо, и оборотень стал вытаскивать Лиргово барахло. Это были добротные вещицы штучной работы, причем над некоторыми изделиями мастера трудились не одну неделю. Наверняка рассчитывали на хороший барыш.
Впрочем, Тарх вовсе не переживал, что получил задаром снаряжение, которое могло принести солидный доход мастеровым Заклятых Кварталов. Главное для Темного – любыми средствами и любой ценой добиться победы над Злом, и нет преграды, способной остановить Силы Тьмы.
Он с удовольствием избавился от неудобной тяжелой куртки и натянул подаренную рубаху – длинную и тонкую, но мало какое оружие может пробить эту кольчугу, сплетенную из волокон драконьей шкуры и тончайшей проволоки, тянутой из упавшего с неба железного камня. В рубаху были завернуты оберег, амулет-целебник, призрачный имитатор, а также набор тяжелых арбалетных стрел с зазубренными наконечниками.
Теоретически такое облачение должно было защищать от ударов и даже от не слишком пристальных взглядов, стрелы – бить без промаха, амулеты – лечить от ран и разных хвороб, защищать от несильной магии, а также создавать образы-иллюзии. Но это – лишь теоретически и лить в схватке против натуралов. Даже маг среднего ранга – шестерочник или семерочник – мог развеять чары шедевров, создаваемых кустарями из вергатильского пригорода.
И все равно это было лучше, нежели обычное снаряжение, которое совсем просто отвести, пробить или зачаровать. Вздохнув, Тарх рассовал мелкие подарки по карманам и поспешил к ладьям, стоявшим на соседней площадке.
Летели низко-низко, то касаясь днищем древесных крон, то опускаясь почти до земли. В десятке верст от Самшитовой Рощи одна ладья резко набрала высоту и, обогнув лесной массив, демонстративно высадила отряд Данза южнее Серебряного Форта. Пока усиленная когорта отвлекала охранение Светлых, бойцы Астаха и Тибрела незаметно сошли с кораблей на северной стороне…
Разведчики-невидимки скользнули в лес и вскоре подали сигнал, означавший, что охрана нейтрализована. Махнув рукой, Тибрел первым побежал к зеленой стене деревьев.
Они двигались неторопливой, экономящей силы трусцой, огибая старинный городок Бадашахар, расположенный напротив парадных ворот Форта. Избежав ненужного внимания, Темные подобрались к запасным выходам, которыми Светлые обычно пользовались, отправляясь на разбой. Здесь когорта залегла, Тарх нацелил арбалет на врата, Тибрел и Хланд деловито ставили на треногу переносной громобойник. Завершаемое раструбом оружейное дуло с мрачной решимостью глядело на каменную арку прохода.
Здесь, в заброшенном укреплении времен Антара Первого, готовилась к войне Армия Призрачного Света – непосредственный противник воинов Багровой Тьмы.
Темно-красный кристалл, висевший на шее Тибрела, негромко просвистел. Переговорив со штабом, командир когорты шепотом передал по цепочке: сообщение Главного, что в эту сторону летят две ладьи, которые должны перебросить отряды противника для повторного удара по Старой Крепости.
За стенами Серебряного Форта запели трубы. Светлые подавали сигнал к сбору. Выслушав очередное сообщение по кристаллической связи, Тибрел сообщил с мрачным воодушевлением:
– Летят. Сейчас ладьи пойдут на снижение, а мы, значит, подстрелим их, чтобы на крепость гадскую свалились. – Подмигнув, он хохотнул: – Или поручик что-нибудь поумнее предложит?
Когорта сдержанно, не выходя за рамки звукомаскировки, посмеялась. Немного обиженный неуместным юмором оборотень пожал плечами.
– Делайте, как хотите, – буркнул он. – Только я расстрелял бы их на взлете, когда на борту будет много народу.
Тут братва буквально подавилась смехом. Необъяснимая привычка Тархошамрахудана строить заумные планы превратилась в традиционную забаву. Кто-то ехидно поинтересовался, не придумал ли ученый оборотень нового способа рожать детей и подмывать. Общее веселье прервал Хланд, произнеся с сомнением:
– Может, верно мужик говорит?
– Возможно, и верно, – насупился Тибрел. – Только мне Главный велел поджечь ладьи, когда они будут лететь над крепостью, чтобы горящие обломки рухнули внутри стен. Ясно?
Тарх предпочел смолчать. Начальству виднее – сделаем, как приказано. Только пришлось корректировать гениальный план прямо на ходу, потому как Светлые подложили им свинью. Бриг и две ладьи подлетели на малой высоте, внезапно появившись из-за стен Серебряного Форта. Замедлив ход, кораблики опустились снаружи крепости. Открылись ворота, выпустив полсотни вооруженных врагов, двинувшихся к кораблям.
– Надо сделать, как я предлагал, – потребовал оборотень.
Отмахиваясь от него, командир когорты с напряженным лицом прижимал к уху кристалл, слушая новые указания. Затем, просветлев, закивал, отпустил кристалл – тот повис на цепочке – и рявкнул:
– Хланд, наводи в надстройку брига!
Это было совсем глупо: ручной громобойник бьет слишком слабо и не сможет причинить больших повреждений крупному кораблю. Ладью они, может, сумели бы измочалить, но бриг – никогда. Тем не менее Тарх снова промолчал. Он устал спорить с провинциальными стратегами.
Расчет, укомплектованный местными механиками, слишком долго возился, наводя на цель короткое толстое жерло, завершаемое плавным раструбом. Соседи опередили– оглушительно бабахнул громобойник Астаха, и молния сверкнула над палубой брига, не задев ни корпус, ни надстройку. Лишь на фок-мачте загорелись свернутые паруса.
Светлые, вереницей поднимавшиеся на корабль по двум трапам, попрыгали на землю, прячась за корпусом. Тарх выпустил стрелу, промахнулся и стал перезаряжать арбалет. Магический наконечник привел стрелу обратно, воткнувшись в мох рядом с Тархом. В этот момент наконец-то выстрелил Тибрел – молния угодила в деревянный борт, однако заметных разрушений не произвела.
Тарх долго и тщательно целился, прежде чем повторно спустить тетиву. Преодолев три сотни шагов, стрела нашла добычу и кого-то проткнула. На таком расстоянии откачка получилась совсем слабенькой – выплеск энергии почти не взбодрил оборотня.
Снова ударили метатели молний. На бриге занялся небольшой пожар, в кормовой части корпуса зазмеилась тонкая трещина. Светлые, пригибаясь, растянулись цепочкой и двинулись перебежками к лесу, стреляя из луков и арбалетов. Тибрел приказал навести громобойник на пехоту, добавив:
– Еще раз пальнем – и отходим.
Тарх даже не стал объяснять, что глупо бежать, не завязав настоящей схватки. Он просто всадил стрелу во вражеского солдата, после чего пришлось упасть лицом вниз, вжимаясь в чуть влажный грунт, потому что над головой засвистели тучи стрел. В когорте появились убитые и раненые. Хланд, из плеча которого торчали два оперенных стержня, кое-как привел в действие громобойник, выпустив молнию по наступающим Светлым.
Когда прекратилось смертоносное посвистывание, Тарх поднял голову и обнаружил, что враги бегут обратно к Серебряному Форту, оставив на поле несколько поджаренных трупов.
– Быстрее, быстрее, сматываемся! – торопил Тибрел. – Раненых выносите.
Механики, матюгаясь, разбирали громобойник, Хланд орал, выдергивая из себя стрелы и пытаясь остановить кровь магией своего жезла. Нужных заклинаний он явно не знал, поэтому раны не желали затягиваться, и Хланд быстро слабел. Два дружинника поволокли его к ладье, еще трое тащили громобойник.
Уже поднявшись, чтобы уйти с остальными, Тарх заметил, что Светлые опомнились и снова пошли в атаку. Темные явно не успевали эвакуировать раненых.
– Бегите, я их задержу, – крикнул оборотень.
Сменив позицию, Тарх подпустил противника на сотню шагов. Уже нажав спуск, он вдруг сообразил, что среди контратакующих не так уж много гипернатуралов. Куда больше было людей, прислуживающих Ордену Света.
Открытие расстроило Тарха. Убивать натуралов не хотелось. К тому же в их сущностях практически не содержалось звездной материи, поэтому откачка Силы получалась просто нищенской. Несмотря на тяжесть почти безвыходной обстановки, Тарх невольно улыбнулся: с некоторых пор, уложив нескольких магов, он потерял вкус к Силе натуралов. Что называется, зажрался.
Тем не менее вражеский натиск следовало притормозить, и Тарх выпустил с десяток стрел. Некоторые попали во врагов, однажды он даже почувствовал слабый поток втекающей энергии – убил Светлого. Помахав жезлом, оборотень продекламировал заклинание, и не нашедшие себе целей стрелы вернулись к хозяину.
– Эй, поручик, беги к нам, – крикнул издалека Тибрел. – Улетаем!
Он снова воспользовался жезлом, чтобы поджечь траву и опавшую листву. Расход Силы получился ощутимым – от такого можно и ступеньку ранга понизить. Зато перед вражеской цепью поднялась полоса невысокого пламени, задержавшая Светлых на минутку-другую.
Тарх едва успел к своим, когда ладья уже отрывалась от поверхности. Воздушную погоню за ними Светлые не снарядили, но когорта всю дорогу оглядывалась. Напряжение отпустило лишь у городских ворот.
На посадочном поле их никто не встречал. Когда пехотинцы сошли с кораблей, ладьи улетели в Старую Крепость, увозя убитых и тяжелое оружие. Оставшиеся выпили по стакану некрепкого подслащенного вина и стали прощаться.
– Ловко мы их сегодня, – торжествующе проговорил обмотанный повязками Тибрел.
Другие поддержали раненого соратника, и только Тарх не выражал восторгов. С точки зрения военного успеха, набег окончился ничем. Равно как нападение Светлых на базу Армии Багровой Тьмы. Противники продемонстрировали, что умеют стрелять и махать клинками, но так и не научились грамотно планировать операции.