Стена снова стала обычной стеной. Проблема выбора решилась просто, как положено у Темных: Властитель приказал оборотню возвращаться в родной город, и Тарх не видел причин отказываться.
Кабурина открыла Невидимую Дорогу и, прощаясь, намекнула тихонько, что надеется на скорую встречу без такой оравы посторонних.
Корабль с блондинкой быстро взлетел, провожаемый множеством взглядов. Подавив рвавшийся из глубин сущности вздох, Тарх осведомился, кто идет с ним в Вергатил. Все гуськом ринулись в коридор сверхъестественного маршрута, и лишь Надда поинтересовалась:
– Мне идти, или я уже не нужна?
– С чего бы вдруг? – не понял Тарх.
– Да уж видала, как вы шептались. Ты, конечно, будешь говорить про дела государственной важности… Рассмеявшись, он ласково проговорил:
– Пошли, малышка. И не переживай. Все будет хорошо.
– Все-все? – не поверила она.
– Все, что зависит от нас, – уточнил Тарх. Блондинка шмыгнула носиком. Личико ее осталось озабоченным.
Губернатором Вергатила наместник назначил ротмистра тайной полиции Механуса Нацца, приказав последнему вернуть в тюрьмы всех зачинщиков и активных участников мятежа. Потом собрал вождей магических Орденов и повторил указания Властителя: никакой вражды, все койсарские маги – братья, главная задача – отвратить Небесную Раковину, главный враг – упорствующие в архаичных заблуждениях фанатики Аждо-Тика.
Вабланг и Шудлай подтвердили, что покоряются воле Властителя. Впрочем, Оз-Вабланг сделал оговорку, что некоторые Светлые гипернатуралы не смогут воевать против аждотинских интервентов из идейных соображений.
– Разберись с ними сам, – посоветовал Тарх. – Я не хочу лишних казней.
– Мы решим проблему, – заверил его Вабланг. – Ни один наш Светлый не ударит в спину койсарской армии.
Едва ушли маги, попросил приема Мех, сообщивший, что в городе некому поддерживать порядок, а по ночам шалят банды грабителей, вурдалаки на людей бросаются. Губернатор просил организовать патрулирование улиц силами армейских подразделений.
– Сделаем, – кивнул Тарх. – А что же полицейские – разбежались?
– Кто разбежался, кого война унесла, а кого мирные горожане порешили. Ты ведь знаешь, как наш народ полицию ненавидел.
Еще бы их любить… По логике вещей, полицейским полагалось ловить преступников и охранять покой честных обывателей. Однако в Койсаре и особенно в Вергатиле полиция больше занималась притеснением порядочных граждан, а с ворами и взяточниками жила в любви и согласии. Предстояло попыхтеть, набирая новых стражей порядка из числа честных магов и натуралов.
– Для начала сколотим отряд полицейских из вампиров, – решил Тархошамрахудан. – Они туповаты, но хотя бы взяток не берут.
Поздно вечером наместник обратился к жителям Вергатила, Шестигорья и других южных губерний, заверив сограждан и собратьев, что в Койсар вернулась справедливость. Тархошамрахудан пообещал, что все обиженные прежними властями получат компенсацию за счет обидчиков, а виновные в притеснениях простых граждан будут справедливо наказаны. Еще он говорил, что намерен снять глупые ограничения на мощность общедоступного колдовства, так что каждый сможет пользоваться достижениями бытовой магии, а потому жизнь станет богаче и лучше.
– Ты бы поспал, – скулила сгоравшая от жалости Надда. – Совсем ведь в призрака превращаешься.
Отмахнувшись, Тарх вызвал Меха, приказав выводить на казнь погромщиков и предателей. Головы наместник рубил собственноручно, так что к рассвету снова стал четверочником.
О приближении аждотинов задолго предупредили корабли дальней разведки, отправленные в океан. Вскоре после рассвета моряки донесли, что враг идет, построившись многими колоннами. Всего разведчики насчитали сотен шесть кораблей, нацелившихся на южное побережье Койсара.
Штабные офицеры принимали рапорта и выкрикивали: – Пехотная бригада «Витязь Престола» готова… Гвардейский полк Голубых Драгун занял исходную позицию… Кавалерийский полк «Небесное пламя» доложил о готовности… Девятая пехотная дивизия завершает сосредоточение в исходном районе… Вергатильский чародейский легион готов… Вторая эскадра готова…
Вдоль побережья на полсотни верст в глубину развернулись огромные силы. Два армейских корпуса натуралов, получившие положенные, согласно штатам военного времени, подразделения магической поддержки, затаились в полосе от Штайнбурга на западе до Персиковой бухты на востоке. Здесь же были сосредоточены остатки колдовских армий, сведенные в несколько легионов. Во втором эшелоне командование оставило гвардейские полки.
В центре, защищая Вергатил, держал оборону легион полковника Миштпора – шесть когорт, укомплектованные магами трех расцветок. Колдовское воинство поддерживали бригада натуралов под командованием полковника Самилко, полк дафгарских и мишвендских магов, три дивизиона метательных машин, а также воздушная бригада полковника Хиндачага в составе дюжины малых быстроходных корабликов и солидной драконьей стаи. Все эти части были сведены в Восьмую дивизию, которой командовал Светлый троечник генерал-майор Оз-Вошпольд, бывший командир корпуса в Армии Светоносной Мудрости. Начальником штаба у него был Тархошамрахудан.
Вторую линию обороны занимали Лиловые Плащи и Черные Бушлаты, подчинявшиеся непосредственно командующему Южной армией генерал-полковнику Андрею Буре. Вообще насчет субординации возникали некоторые проблемы: все вышестоящие командиры помнили, что начштаба Восьмой дивизии является наместником Властителя, причем имеет привычку отдавать распоряжения в обход положенных инстанций.
Разослав приказы командирам частей усиления, Вошпольд произнес восторженно, что ни в одном учебнике стратегии не упоминается такой концентрации огневой мощи.
– Нечему радоваться, – проворчал Тарх. – Когда закончится эта битва, на Теллусе может не остаться гипернатуралов. А потом и вообще никого и ничего не останется
– Вы пессимист, – упрекнул его Вошпольд. – Победители разломают вдребезги Небесную Раковину.
Из окна превращенного в штаб дивизии магистрата было видно море и темное облачко над горизонтом. Это показались эскадры аждотинов.
– Помоги нам, Тьма, – шепнул Тарх.
– Спаси нас, Свет, – сказал Вошпольд и вдруг добавил: – Вы правы, капитан. Неделю назад нас было гораздо больше. Но в эту неделю вместилась целая война.
Грустно усмехнувшись. Тарх произнес:
– Я мог бы ответить, что неделю назад каждый Светлый, включая вас, генерал, предпочел бы стрелять в меня, но не в аждотинов. Поэтому лучше прекратить этот разговор, а то мы рискуем затеять спор до самого Сошествия Мрака.
Генерал кивнул и снова согнулся над картами. Вошпольд был настоящим солдатом, и воинский долг почитал превыше идеологических пристрастий. Тарх так не умел.
Когда враг оказался в полусотне верст от берега, командир имперского флота передал ультиматум: если корабли Аждо-Тика приблизятся к границам Койсара, то будут атакованы. Вражеский адмирал ответил, что имеет приказ свергнуть Темного тирана, и бросил на противника множество кораблей-перехватчиков. Из облачных укрытий немедленно вывалились еще две койсарские эскадры, обрушившиеся на флот вторжения. Через час из трех сотен сцепившихся кораблей погибли больше двухсот, вдобавок аждотины потеряли сотню драконов, однако сумели пересечь границу Империи.
Установленные на берегу и прибрежных островах громобойники палили без перерыва. Затем вступили в бой катапульты и тяжелые арбалеты. Молнии, огненные шары, зачарованные стрелы поражали неприятельские машины и крылатых тварей. Тем не менее около тысячи кораблей прорвались к побережью. Четыреста из них шли прямо на "Вергатил, не обращая внимания на потери от заградительного огня.
Половина из них села вокруг города, сотня – на воду, в бухте и за ее пределами. Еще около сотни – самые легкие и верткие – носились в воздухе над городом, и сидевшие в них солдаты бросали вниз горящие снаряды и пускали стрелы.
Лазутчики доносили, что приземлившиеся в полях корабли уже высадили многочисленный десант – не меньше семи десятков пехотинцев сошли с каждого летучего корыта. У кораблей оказались колеса, и теперь все двести парусников катились на стены Вергатила, подгоняемые ветром.
Покинув штаб, Тархошамрахудан бегом добрался до набережной, где готовились к битве Рашон и два его помощника.
– Готов? – азартно спросил учитель. Тарх ответил сквозь клыки:
– Дрожу от нетерпения.
Фрегаты и галеоны, сверкая белизной бурунов, резали форштевнями темно-синее зеркало бухты. Корабли сбавили ход и перестроились в кильватерные колонны, направляясь к береговой кромке, к пляжам, к причалам городских портов. Однако им не суждено было высадить десант.
Непростыми заклинаниями вергатильские маги во главе с профессором подожгли воду в бухте, спалив почти половину аждотинов. Лишь немногие корабли, ломая рули, сумели вырваться из пылающей бухты либо вновь подняться в небо. Тарх с наслаждением смотрел, как взлетает над жадным трепетом огня громадный галеон. Пламя успело лизнуть его просмоленное днище, затем скользнуло выше палубы, превратив в пепел паруса и крылья. Грузная махина словно споткнулась, прервав разбег, и, опрокинувшись набок, рухнула в горящие волны.
– Много их побили, – с удовлетворением произнес Рашон. – А давайте-ка мы вот как сделаем…
Нацелив жезл, он ударил столь заковыристыми чарами, что Тархошамрахудан даже не понял, откуда взялось такое колдовство. Невидимый простым глазом вихрь заклинаний мягко перевернул кверху килем аждотинскии галеон, и тяжелый корабль упал, разбившись в щепки о прибрежные скалы.
Капитан со стыдом понял, что высокий ранг, слишком легко достигнутый за счет откачиваемой дармовой Силы, сделал его сильнее, но не прибавил колдовского умения. В последние месяцы Тарх совсем запустил теорию. Надо было снова браться за учебу, долгими десятилетиями осваивая новые разделы книжных премудростей. А для начала следовало бы перечитать многие тома из своей библиотеки: теперь, в новом ранге, он сможет понять разделы, ранее недоступные оборотню-восьмерочнику.
– Пойду, пожалуй, – сказал он, опечаленный этими мыслями. – Здесь от меня толку мало, а в штабе работы полно.
– Ступай, – рассеянно откликнулся профессор. – А я тут побуду немного. Разомнусь, молодость вспомню.
Если судить по результатам разминки, молодость Рашона была бурной. Пока Тарх добирался до штаба дивизии, учитель размочалил не меньше полудюжины кораблей, причем выбирал для развлечения только галеоны.
Штабные карты и кристаллы сообщали неутешительные сведения. Аждотины высадили возле Вергатила не меньше двух тысяч солдат-магов и втрое большее число натуралов. При поддержке громобойников, установленных на колесных фрегатах, враг ворвался в первую линию редутов, и контратака конницы не помогла вернуть утраченные позиции.
– Первый эшелон долго не продержится. – Оз-Вошпольд энергично рубанул воздух подзорной трубой.
Тархошамрахудан тактично намекнул, что пора ввести в сражение сразу оба гвардейских полка, поддержав удар парой когорт гипернатуралов. Обдумав его слова, генерал приказал начать выдвижение Лиловым Плащам, Черным Бушлатам, а также Мишвендскому батальону. Но избежавшие гибели над бухтой корабли врага внезапно спикировали сквозь плотный огонь крепости и, потеряв каждый третий вымпел, высадили десант в тылу покинувших укрепления гвардейцев.
Обычная пехота в этой ситуации могла дрогнуть и в панике отступить. Когорты магов постарались бы вырваться из окружения, чтобы поразить врага из более выгодного положения. Однако Черные Бушлаты не знали страха и решительно бросились на противника. Завязалась беспощадная сеча, а тут подоспел полк Лиловых Плащей с когортой магической поддержки. Воздушный десант был разгромлен, не успевшие взлететь корабли подожжены, а успевших подняться атаковали воздушные силы полковника Хиндачага. Набиравших высоту интервентов били на взлете, полностью истребив за каких-нибудь полчаса.
– Можно рапортовать командованию, что первая фаза сражения выиграна, – торжествующе провозгласил Вошпольд. – Начальник штаба, начинай прорабатывать контрнаступление.
К его удивлению, Тарх мотнул головой.
– Мы проигрываем, – хмурясь и подергивая щекой, сказал капитан. – Пока гвардейцы возятся с этим десантом, главные силы противника громят нашу первую линию.
Вскоре пришло донесение, подтвердившее: редуты разрушены, подразделения пока держатся, но истекают кровью. Штаб дивизии немедленно приказал гвардейским полкам поскорее добить десантников и немедленно, не дожидаясь полной ликвидации окруженных, двинуть по батальону на выручку первому эшелону. Только было уже поздно. Противник все-таки выбил бригаду Самилко с укрепленной позиции.
Колесные фрегаты смяли батальон Черных Бушлатов, на высокой скорости обогнули спешивших на выручку столичных магов и ворвались на второй оборонительный рубеж. Следом за кораблями густыми цепями хлынула пехота. Лишь полверсты отделяли врага от вергатильских пригородов.
Вергатил горел, обстреливаемый с воздуха и суши. Губернская столица, изрядно пострадавшая в дни мятежа и наполовину разрушенная войной магов, неотвратимо превращалась в руины. Каждая минута бойни лишала жилья не одну семью, уменьшала население на десяток сущностей. В три часа дня отступившие на вторую линию редутов гвардейцы и остатки армейских частей остановили врага и даже отбросили от пригорода. Однако парусники нашли слабое место, прорвались на стыке полков, и аждотинская пехота подступила к городской стене.
– Пора, – решительно произнес генерал. – Полковник Миштпор, ведите своих головорезов.
– Пора, – согласился Тарх и стал рисовать на карте стрелы контрударов.
Дважды аждотины бросались а атаку, но были отброшены залпами крепостных громобойников, градом стрел, выпускаемых арбалетчиками и лучниками. На третий раз, потеряв полтысячи убитыми, они все-таки прорвали оборону, истребив батальон натуралов и когорту Светлых. Отряд колесных кораблей, проломив крепостную стену, проник на улицы Вергатила.
Вражеская пехота растекалась по городским магистралям, повсюду натыкаясь на заслоны. На углу Кузнечной и Кирпичной аждотинских десантников атаковали отряд оборотней и два десятка отборных магов под командованием Миштпора.
Они с разбега врубились в плотные ряды врагов. Мечи и топоры порхали вдохновенно, словно пальцы пианиста-виртуоза. Тарх, не задумываясь, разбрасывал вокруг себя иллюзии, морочившие противников, и бил топором, прокладывая кровавую просеку. Десятки десантников ушли в небытие за считанные мгновения, а Темные устремились дальше, увлекая за собой оборотней, Серых и Светлых.
Одним стремительным броском они рассеяли неприятельскую колонну, пробились к кораблям и завязали бой с солдатами, охранявшими колесные парусники. Тарх остервенело рубил головы и конечности, машинально подмечая, как растет его ранг. Наверное, он убил не меньше полутора дюжин аждотинских колдунов – иначе бы не стать ему троечником.
Окруженный плотными ярусами щитов и клинков, Тарх дрался остервенело, даже не пытаясь скрывать свои огненные клинки. Огромные полотнища магической субстанции метались вокруг него, подобно ярко-алым крыльям. Он убивал и сам получал раны, немедленно залечивая их, не прекращая наносить удары.
Потом к нему на подмогу пробились Надда с братом, и кольцо вокруг капитана разомкнулось. Обратив аждотинский отряд в бегство, три оборотня подбежали к кораблям и, расшвыривая врагов, забрались на палубу ближайшего фрегата, продолжая разить противника металлом, огнем и магией.
Стоявший на мостике Светлый троечник в кирасе поверх адмиральского мундира метнул в них страшные чары Разящего Зарева, но Тарх сумел отвести смертоносную энергию, перенацелив смерч эфирной субстанции на соседний корабль. Колесный бриг разломился пополам, а Рогатина Тьмы, брошенная Тархошамрахуданом, разбила в щепки мостик вместе с большей частью надстройки.
На борт фрегата поднимались и немедленно бросались в бой новые отряды Темных, подоспели остальные оборотни, так что вскоре корабль оказался под полным контролем вергатильцев. Истребив всех врагов, оборотни длинными прыжкам перебрались на палубу соседнего парусника, пустив новые реки крови. Откуда-то набежали почуявшие дармовое угощение вергатильские вампиры, дружно уничтожив экипажи еще двух кораблей. Впрочем, городские парии не были настоящими бойцами – удовлетворив лютый голод и прихватив угощение для детворы, вампиры поспешили вернуться в свои трущобы.
Из-за домов показался сводный отряд трех расцветок под командованием Шудлая – Темные, Серые и Светлые сноровисто установили станки громобойников. Залп в упор разметал большой отряд аждотинской пехоты, следующие выстрелы превратили в груду обломков стоявший на фланге фрегат. Ответные молнии колесных кораблей поразили часть орудий. Вергатильцы успели дать еще один залп, поразив фрегат, переползавший на новую позицию. Потом по ним ударили сразу три парусника, и громобойники вместе с расчетами были похоронены под обломками обрушившегося трехэтажного здания.
Из-за домов появлялись новые когорты, и вергатильцы, несмотря на потери, наседали, оттесняя аждотинов. Бой приближался к кораблям, дававшим задний ход, откатываясь к стенному пролому.
Внезапно сверху рухнули сцепившиеся в схватке драконы. Громадный рубиновый зверь мертвой хваткой всадил когти в горло аждотинскому чудовищу серебристой бойцовой породы. Заморская тварь отчаянно хлопала крыльями и дрыгала лапами, царапая броневые чешуйки койсарского дракона, но вырваться не удавалось. Драконы грохнулись на фрегат, при этом серебристый раздавил своего наездника и сломал себе хребет, а рубиновый принялся рвать когтями и клыками метавшихся по палубе аждотинов.
Все это произошло за несколько минут, и Тархошамра-худан, как завороженный, следил за стремительными схватками. Затем, стряхнув оцепенение, он обернулся и обнаружил, что отступающие корабли врага наводят громобойники на фрегат, почти захваченный стаей Равката. Вновь вернувшаяся способность к ясновидению показала, как молнии превращают парусник в облако тлеющей трухи, и он отдал мысленный приказ:
«Оборотни, все немедленно ко мне!»
Сила призыва была столь неодолима, что каждый из собратьев немедленно прекратил сражаться и, подбежав к борту, спружинил звериными мышцами задних лап. Они присоединились к Тарху за миг до взрыва, разметавшего фрегат.
– Тоже неплохо, – с воодушевлением вскричал Равкат. – Они прикончили собственную посудину, на которой оставалось не меньше полусотни аждотинов!
– Уймись, – посоветовал Тархошамрахудан. – Все целы?
– Только блондинку твою на кусочки покрошило, – жизнерадостно сострил Равкат. – Конечно, все живы, пусть и поранены сильно.
Словно наказав его за похвальбу, в корабль ударила молния, оторвав голову могучему оборотню-носорогу. Вскрикнув, Тарх нашел взглядом Надду. Девчонка тяжело дышала, на ее щеке краснел шрам от быстро заживавшего глубокого пореза.
Убедившись, что она невредима, Тарх охватил площадь магическим взглядом. Он увидел расчеты громобойников, уцелевшие возле завалов. «Быстрее, на мой корабль», – мысленно позвал капитан. Вскоре на захваченном фрегате собралось достаточно гипернатуралов, и Тархошамрахудан назначил каждому задачу: Лирга с мастеровыми отправил к куполитовому источнику магической энергии, Хланда и других громобойщиков послал к орудиям, расставил на палубе лучников.
– Лирг, как источник? – крикнул он, закончив приготовления.
Староста отозвался из трюма, сообщив, что все в порядке, можно запускать. Надца, немного напуганная загадочным поведением Тарха, растерянно спросила:
– Что ты намерен делать?
– Продолжаем воевать. – Он отрывисто и хрипло рассмеялся. – С детства мечтал управлять настоящим боевым кораблем… Лирг, давай!
Осторожно переключая положение камней в источнике, капитан сдвинул фрегат с места, объехал парусник, на палубе которого развлекался дракон. Маневрируя среди обломков стены и горелых корабельных остовов, Тарх понемногу набрал скорость, догоняя отступавших аждотинов, и направился к ближайшему фрегату. Заметив опасность, аждотинский экипаж развернулся бортом, направив на койсарских магов жерла громобойников.
– Носовые, огонь! – скомандовал Тарх. – Стрелки, цельтесь в их канониров!
Все-таки противник опередил их. В корпус ударили молнии, разрушив солидный кусок борта. Ответив недружным залпом, трофейный корабль продолжил сближение и с разгона таранил противника. Окованный медными листами форштевень врезался в борт, сломался, но при этом проломил доски, и парусники сцепились намертво. Бросив ненужный штурвал, Тарх снова схватил топор и перепрыгнул с мостика на палубу чужого фрегата.
Здесь уже дрался Равкат. Отрубив голову аждотинскому кирасиру, волкодлак любезно уточнил:
– Ты в ней все равно не нуждался. – Спустя секунду проткнув насквозь следующего противника, Равкат прокомментировал: – Кто же так падает… – И тут же отсек еще чью-то голову, заметив: – Теперь ты выглядишь гораздо романтичнее.
Не отвлекаясь на прибауточки, Тарх методично взмахивал топором Властителя, зажатым в третьей руке. Двумя не магическими, от родителей полученными, передними лапами он держал меч и транспаразовый нож – рубил, колол, резал, защищался и снова рубил. Тем временем громобойщики спустились на орудийную палубу, перебили канониров и ударили молниями по соседнему паруснику. В них полетели ответные разряды, но Тарх приказал в перерыве между двумя топорными ударами:
– Не отвечать. Бейте по пехоте!
Залпы легли не слишком точно, однако потрепали подходивший батальон аждотинов. Враг дрогнул, и гвардейские полки, остатки бригады Самилко, а также два батальона столичных магов, покинув укрепления, бросились в атаку. Их поддержал подоспевший из города легион Миштпора, и все поле перед Вергатилом превратилось в сплошное месиво огня и крови.
Они едва спаслись. Аждотинские корабли окружили и расстреляли сцепившиеся в таранной схватке парусники. Тарх стоял на корме и поторапливал выбегавших из трюма собратьев. Успели не все – под ударами молний погибли не меньше десятка вергатильцев, включая Лирга, а также два оборотня – крокодил и черный волк.
Аждотины отъехали подальше, перестроились и снова пошли на приступ, пустив впереди колесные корабли. Защитники Вергатила били по ним всеми подручными средствами, поджигая фрегат за фрегатом. Забрав энергию из жезла и амулета, Тарх уничтожил один вражеский парусник особо мощной Рогатиной Тьмы. На большее он был не способен.
– Ой, смотрите, летят, – прошептала Надда, не видавшая прежде таких чудес.
Со стороны города быстро приближались две фигуры в плащах, развеваемых встречным потоком. С расстояния около трехсот саженей они выпустили скрученное штопором незримое пламя, раздробившее несколько фрегатов и покрошившее немало живой силы. Экипажи соседних кораблей попытались отвернуть, но летучие колдуны ударили снова, и аждотинов стало наполовину меньше.
– Вперед, зверюшки! —закричал Тарх. – – Добивай захватчиков!
Даже для оборотня существует предел выносливости: зверолюди вымотались в доску и еле держались на ногах. Однако приказ капитана поднял их в атаку, поредевшая стая бросилась на врага, и Тарх снова рубил всеми клинками, молотил магией, выпускал огненные стрелы. В яростной горячке оборотни рассеяли большой пехотный отряд и взялись за следующий.
Воодушевленные их успехом поднялись в атаку остальные части, а тут еще наскочила с другого фланга имперская кавалерия. Аждотины попятились и побежали. Победа уже маячила на расстоянии вытянутой руки, но Тарх вновь почувствовал тревогу. Сохранившаяся способность заглядывать в будущее подсказала: сейчас посреди степного плоскогорья появится много-много врагов.
«Может, у них там тропа выходит из мира сверхъестественных реальностей?» – подумал капитан. Этого не могло быть, однако на всякий случай Тархошамрахудан велел оборотням и ближайшим подразделениям остановиться и подтянуть громобойники.
Аждотины возникли внезапно. Только что не было никого, и вдруг появились сотни свежих бойцов. Все – здоровяки в белых сверкающих латах, все – при хорошем оружии. Громобойники остановили попытку противника атаковать с ходу, и аждотины откатились, чтобы подготовить новый удар.
Тарх и Вошпольд вопили в переговорники:
– Не бросайтесь на них! Командирам собрать подразделения. Не подходить ближе сотни саженей.
Так и сделали: полки и легионы Койсара замедлили шаг, офицеры свистками, флажками и другими условными сигналами подзывали своих солдат.
– Бой начинается снова, – прокомментировал Равкат. – У кого осталось немного силенок, поднимите левую заднюю…
– Отходим к штабу, – буркнул Тарх.
Собрав стаю и когорты магов, он поспешил на высоту, где Вошпольд развернул передовой командный пункт. Вскоре к ним присоединились оба летающих колдуна. Как Тарх и думал, это были Рашон и Лавур.
– Последний отряд аждотинов подкрался в коконе свернутого пространства, – вынес заключение Рашон. – Непростая магия… Генерал, что говорят в штабе армии?
– Командующий посоветовал повременить с наступлением, – растерянно доложил Вошпольд. – Вроде бы к нам идет подмога.
Штаб напряженно работал: получал донесения, принимал решения, рассылал приказы. Соседние соединения уже побеждали, прижимая врага к береговой кромке. Оставалось дождаться подкреплений и покончить с десантом в районе Вергатила.
– Не так просто будет их покрошить, – остудил штабных офицеров Лавур. – Перед вами Воины Света. Среди них нет магов слабее пятого ранга.
Старики из Тайного Совета хлопотали и суетились, возводя изощренные магические построения. Между тем позади аждотинских позиций опустились примерно полсотни транспортных кораблей, высадивших новые войска. Тарх понял, что остановить эту силищу будет совсем непросто.
Пауза затягивалась, армия Аждо-Тика тоже не спешила атаковать прочную оборону. Враг продолжал подтягивать подкрепления для решительного удара, койсары готовились умереть, защищая свой город. Внезапно целый батальон Воинов Света был смят, будто зажатый в кулаке лист бумаги. Секунду назад там стояли четкие, как на картинке, шеренги, но вдруг эта картинка превратилась в комок фарша, перемешанного с обрывками одежды и обломками снаряжения.
До этого мгновения Тархошамрахудан не знал, что возможна подобная магия, но сразу догадался, кто способен совершить невозможное. Дух Чистого Разума спокойно прошел через расступившиеся цепи Черных Бушлатов, небрежно смяв еще один батальон интервентов.
Кажется, Темный Властитель обратился к Светлым. Из-за большого расстояния Тарх не разобрал слов – лишь ощутил слабые колебания мыслей, адресованных вражеским вождям. Навстречу Духу Чистого Разума вышли три фигуры в белоснежных мантиях – вероятно, иерархи Конклава. Они тоже заговорили мыслями, и Тарх услышал издевательскую фразу:
«Мы знали, что ты прибежишь выручать своих прихвостней. Ловушка сработала – мы заманили тебя в место твоей гибели».
На этот раз Темный Властитель ответил вслух, чтобы вся армия слышала:
– Действительно, смешно…
Еще не закончив говорить, он применил очередную форму невозможного колдовства. Подобное вообще противоречило всем основам теории магических Сил, однако волна звездных субстанций обволокла среднего в тройке Светлых. Маг-нулевик задергался в конвульсиях и начал медленно падать, одновременно уменьшаясь в размерах.
Прошел всего лишь миг, и на сухой грунт пустыря просыпалась горстка праха. Властитель расправился с чародеем нулевого ранга так легко, словно раздавил таракана.
Спохватившись, Тарх соорудил магическую линзу, приблизившую изображение. Теперь он и все, стоявшие рядом, видели, как пятятся с перекошенными лицами двое Светлых– высокий болезненно худой старик и невероятно красивая ведьма среднего возраста. Аждотины торопливо строили мощную защиту, какая под силу только нулевикам. Чародейская конструкция выглядела незыблемой, однако следующим ударом Дух Чистого Разума превратил в кучку пепла долговязого доходягу.
– Они обречены, – зазвенел смех над ухом Тарха. – С кем связались, несчастные!
Даже не было смысла косить взглядом – дрогнувшее сердце безошибочно подсказало, что рядом Кабурина.
– Убьет? – спросил оборотень.
– Боюсь загадывать. – Кабурина вздохнула. – Властитель непредсказуем. Совсем как ты.
Тархошамрахудан увидел, как сущность Темного Властителя выбрасывает тонкие нити Силы, и эти щупальца тянутся сквозь бесполезный щит, опутывая заметавшуюся Светлую ведьму. На глазах оцепеневших армий женщина сделала неуверенный шаг, потом еще. Оставив попытки противиться чужой воле, она покорно брела по камням, а Дух Чистого Разума двинулся навстречу.
Они встретились, и никто не слышал, о чем говорят два мага. Однако ведьма вдруг опустилась на колени, а Властитель прикоснулся ладонью к ее голове. Потом Светлая быстро, почти бегом, вернулась к своим и стала что-то говорить, взмахивая руками.
Темный Властитель стремительным шагом направился к вратам Вергатила, но, не дойдя до первой шеренги койсарской армии, внезапно исчез. Это было не слишком удивительно – все колдуны, начиная с первого ранга, умеют мгновенно переноситься на большие расстояния. Куда сильнее потрясло Тарха происходившее во вражеском лагере: торопливо покинув позиции, войска Аждо-Тика садились на корабли, немедленно поднимавшиеся в воздух и летевшие в сторону, откуда прибыли.
– Он отпустил Тайлуду, – разочарованно проговорила Кабурина. – Рекотерпиха и Вурфера прикончил, а мерзавке позволил уйти. И даже, как мне показалось, благословил.
– Это были они? – переспросил потрясенный Тархошамрахудан.
Если верить ведьме-шпионке, а не верить причин не было, Темный Властитель молниеносно покончил с самыми сильными магами Теллуса, возглавлявшими Конклав Света.
– А кто ж еще! – Беспутная подружка вождей манерно всплеснула точеными ручками. – Заманил их сюда на расправу, но почему-то пощадил одну тварь…
Кабурина сильно переживала по этому поводу, словно ревновала и поспешила покинуть окрестности Вергатила. На прощание она сказала, что скоро наведается к Тарху. Разумеется, Надда немедленно огрызнулась:
– Можешь не спешить.
Все вокруг, в том числе Гантлавурканд и Гамбрашондалар не понимали, что происходит. Аждотинская армия таяла, подобно комку льда на жаровне. Когда улетел весь неприятельский флот, на поле стали садиться транспортные и пассажирские корабли Койсара. Тарх замотал головой, прошептал оберегающее заклинание, однако немыслимая картина не растаяла: Императорский флот увозил восвояси недавних врагов.
Переговорник на столике перед Оз-Вошпольдом соорудил портрет Бури. Командующий сообщил:
– Только что получен приказ Властителя. Как только улетит последний аждотин, возвращайте войска в лагеря и казармы.