Магистр точных наук Тархошамрахудан, капитан Багровой Тьмы который час лежал на спине, бесцельно устремив потухший взор в потолок. Даже мама, пару раз заглянувшая в его комнату, не решилась сделать замечание, что нехорошо валяться на кровати в одежде. Тарха не тревожили чуть ли не с самого утра, и он был благодарен родным за деликатность.
Через тонкие доски стены Тарх слышал голос Равката, увлеченно и со знанием дела излагавшего малоизвестные подробности семейной генеалогии Шамрахов:
– Ваш прадед Гадрас, уважаемая Хамерланда, был оборотнем-волкодлаком. Семерочник, принявший Тьму, он служил при дворе Арнема Третьего…
– Гадрас был магом-астрономом, – уточнила мама. – Открыл планеты у звезды в созвездии Коршуна. Только я не слыхала, чтобы он умел оборачиваться.
– И тем не менее… – Равкат поворчал, дескать, нельзя забывать родню, потом продолжил: – У нас в Инкарни патриархи называют Гадраса уникумом – он оборачивался и гиеной, и ремнезубым волком. Но его единственный сын Хабуб практически не имел способности к трансформации. Зато благодаря женитьбе Хабуба на Базиранде из древнего рода Темных чародеев огненного дела ваша наследственность обогатилась многими ценными свойствами, теперь проснувшимися в вашем сыне.
– Со мной проще, – засмеялся Бадек. – Мама – тигродлак, и папа был кошкодлаком. А вот сам я почти не оборачиваюсь.
– Ваша молодость пришлась на тяжелые годы, – сочувственно произнес Равкат. – Быть оборотнем считалось неприличным. Вероятно, поэтому родители не стали развивать вашу природную склонность к соматической трансформации. К тому же, Шамрахбаданакар, в вашем роду слишком много внимания уделялось прикладной магии – в ущерб управлению Силами.
Не признававший сокращенных имен Равкат оказался ходячей энциклопедией. Кажется, он помнил назубок биографии всех оборотней со времен предпоследнего Сошествия Мрака. По-стариковски словоохотливый (все-таки двести лет – возраст немалый), Равкат был готов делиться знаниями с каждым встречным собратом.
К его разочарованию, современные оборотни слушали такие повествования не слишком внимательно. Аудиторию здесь, в Муспарди, интересовали дела менее абстрактные. Тем более что бабушка-тигродлак, жившая возле Теллисейна, могла бы рассказать о семейном прошлом много больше красочных подробностей. И рассказывала, когда подворачивались терпеливые слушатели.
Свой интерес имелся и у Надды, заговорившей, едва в застольной беседе наметилась крохотная пауза:
– Вот я кой-чего не понимаю. Ты, атаман, говорил мудреными словами, что способности родителей не всегда потомству передаются. Значит, наши с Тархом дети могут и не стать ни магами, ни оборотнями?
– Магами будут наверняка, – уверенно заявил Равкат. – А вот насчет оборачивания… У низких рангов некоторые способности могут проявляться через два-три поколения. Но ведь Тархошамрахудан не такой уж низкоранговый, да и ты, несмотря на молодость, уже шестерочница.
Мерланика тактично намекнула, что пора бы стол накрыть.
– Позовем мальчика, – сказал Бадек, – нечего ему в койке валяться, самоедством себя изводить.
– Угрюмый он, – вздохнула мама. – Даже боюсь лишний раз потревожить. Огрызнется, сильнее станет нервничать.
«Дожил, называется, – печально подумал Тарх. – Уже родных предков пугаю». Спустив ноги с кровати, он надел тапочки и прошлепал в горницу. При виде помятой оболочки, неплотно облегавшей его унылую сущность, сидевшие за столом заулыбались. Тарх осведомился, что будет на ужин, и налил из графина полный стакан сока драконьей ягоды, настоянного на черенках гульбаната и растертых косточках из плодов звездной колючки. Гадость еще та, но бодрит отменно.
Мама тихонько произнесла:
– Не переживай, начальству виднее, кого и как наказать.
– И не так уж сильно ты пострадал, если задуматься, – утешающе подхватил отец. – Все-таки крепкий оборотень-пятерочник лучше, чем то, чем ты был прежде, до всех этих событий.
– Папа, я успел побывать нулевиком.
– Мы – Темные, сынок, – сказала мама. – Главное – не абстрактная справедливость, а достижение великой цели.
– Понимаю, – вздохнув, ответил Тарх. – Но обидно сознавать, что великая цель потребовала растоптать именно меня.
Он махнул рукой и потащил сущность вместе с оболочкой в отхожее место, а потом в умывальню. Есть действительно не хотелось – слишком уж тяжелые воспоминания цепко держали Тарха, подпитывая чувство незаслуженной обиды.
Приказ Властителя ошеломил всех, но Светлые прислали парламентеров, и враждующие стороны договорились развести войска. Вскоре поступило новое распоряжение Темного Властителя: Армии Багровой Тьмы возвращаться на юг, прихватив тяжелое оружие. Дух Чистого Разума особо подчеркнул, что война между чародейскими Орденами завершена и что любые вспышки враждебности будут жестоко караться. Рашону и Тарху ведено было прибыть в Мишвенд и ждать аудиенции.
Связь и Невидимые Дороги снова работали, как в добрые старые времена. Тарх сдал командование Миштпору и проводил возвращавшиеся домой части Багровой Тьмы. Оборотни тоже разбежались кто куда, с Тархом остались только Надда и Равкат.
Козырнув, воевода ушел по тропе, а три оборотня нашли свою ветку Невидимых Дорог, что привела в парковое кольцо Мишвенда.
– Где разместимся? – деловито осведомился Равкат. – Предлагаю занять любой пустой дом.
– Он, наверное, к мымре своей потащится, – надулась Надда, с жадным интересом дожидаясь ответа.
– Пойдем к моему дяде, – сказал Тарх. – Если, конечно, старик еще жив, а его дом цел.
Колдовская война основательно изуродовала имперскую столицу. Разбуженные боевыми заклинаниями шквалы звездной энергии начисто снесли красивейший Старый проспект, площадь Худана Великого, район Театральной набережной. Кажется, с особым упоением уничтожались памятники великим чародеям прошлого: Светлые разрушали монументы Темных магов, и наоборот.
Три оборотня долго брели по мостовым, засыпанным грудами каменных осколков, мимо домов, слепо пяливших глазницы выбитых окон. Жители опасливо выглядывали из подворотен, поспешно прячась, если на улице появлялись незнакомые личности.
На их удачу дом дядюшки Шамрахаданкра пострадал не слишком сильно. Торопливая неловкая магия на уровне восьмого ранга уже затянула следы пожара и трещины в кирпичных стенах. В доме гремела веселая музыка – родственники отмечали радостное событие: живым вернулся с войны сын-семерочник Гахрак, поручик Армии Великого Возмездия.
За столом пили-гуляли дядя Рахад, его жена, Гахрак с перевязанной кровавыми бинтами рукой, а также друзья кузена. В числе последних оказались три роскошные девицы – разумеется, из Темных. Надда сразу забеспокоилась, но старалась не подавать виду.
Появление любимого племянника, да еще в нулевом ранге, да еще в компании друзей вызвало новую волну воодушевления. Гостей усадили за стол, налили штрафную, угостили от души – чем Тьма послала. Когда торжественная часть достигла апофеоза, приблизившись к этапу битья посуды и случайно подвернувшихся физиономий, в дверь тихонько постучали.
– Еще гости пожаловали! – обрадовался Рахад и бросился открывать. – Тащи, мать, бутылки из погреба.
«Как бы не за мной пришли», – забеспокоился в глубине сущности нулевик-вергатилец, однако на пороге стоял всего лишь дядюшкин сосед, которого Тарх помнил с самого детства, когда родители чуть ли не ежегодно привозили его в столицу на летние каникулы. Сильно поседевший Серый восьмерочник приветствовал компанию вежливым поклоном, после чего сказал:
– Радость у вас, я вижу… Гахрак возвратился… – Серый опустил взгляд и проговорил совсем тихо: – Не сочтите за обиду – общество просит не так громко праздновать. Горе во многих домах, поминки справляют…
Помрачневший Рахад, щелкнув пальцами, выключил музыкальный ящик. Жестокий романс о синих очах и безумной безответной страсти оборвался на полуслове. Взяв соседа за плечо, дядя предложил помянуть погибших, какой бы расцветки те не были.
Когда сосед ушел, одна из девиц недовольно сказала:
– Что ж теперь, если на этой улице кого из Светлых убили, так мы тоже горевать должны?
– И в Темных семьях есть погибшие, – буркнул Шамрахаданкр. – Вот скажи, племяш, коли ты в нулевики выбился… Как же мы теперь со Светлыми мириться станем? Или я должен простить этим тварям, что они на соседней улице целую семью наших вырезали?
– Не знаю, дядя, Властитель объяснит: – Тарх обратился к кузену: – Дай, погляжу твою руку.
– Нечего глядеть, – буркнул Гахрак. – Считай, нету руки.
– Парень, твой двоюродный брат чудеса творит! – вскричал малость захмелевший Равкат. – Хвостом взмахнуть не успеешь, как на тебе все заживет!
Обхватив ладонями забинтованную культю кузена, Тарх ужаснулся. Под влажной от крови тканью повязки не было кисти – только начавшее загнивать месиво. Чтобы как следует вылечить такой ужас, нужен был врач высочайшего класса. Знахарь, даже нулевого ранга, мог разве что соединить осколки скелета, снять боль и кое-как срастить главные сосуды и нервные волокна.
– Пальцы сгибаются, – не веря внезапному счастью, выдохнул Гахрак.
– Я же говорил! – расцвел Равкат. – Как поется в гимне Инкарни, оборотни не знают преград ни на суше, ни на море.
Заскучавшие девицы бросились целовать Гахрака и Тарха. Одна даже принялась выяснять у Надды: каково это спать с нулевиком. От злости анбальдарская ведьма начала оборачиваться и свирепо мяукнула:
– Тебе этого не узнать!
– Не ссорьтесь, – взмолился Тарх. – Гахрак, обязательно покажи лапу настоящему врачу. Там еще надо кой-чего подправить.
На этой торжественной ноте их снова прервали, потому как по кристаллической связи Тарха вызвала Кабурина. Поинтересовавшись, как дела и где устроился, – она недобро посмотрела в сторону взъерошенной от гнева и ревности Надды, злорадно усмехнулась и передала переговорник Рашону.
– В полночь повелитель примет тебя в Весеннем дворце, – сказал профессор. – Советую сразу во всем покаяться. Отделаешься легкими неприятностями.
– Может, объясните, в чем моя вина?
– Объяснил бы, но сам не знаю. – Рашон заметно нервничал. – Он ничего не говорит об этом, но мы видим – озлоблен невероятно. В общем, крепись и будь хорошим мальчиком.
Через полчаса к дому подкатила карета, и полковник в ранге Светлого семерочника вручил Тарху конверт. В письме было сказано, что к Темному Властителю вызваны маги, сыгравшие заметную роль в событиях минувшей войны. В числе приглашенных были названы капитан Тархошамрахудан, вольный оборотень Равкат и ведьма Надца.
Снаружи деликатно поскреблись. Бадек и Равкат топтались в коридоре – тоже хотели помыть руки перед ужином. Возвращаясь в горницу, Тарх услышал через неплотно закрытую дверь голоса – мама и Надца откровенничали, пользуясь временным отсутствием мужчин.
– Опять по-моему выходит, – говорила юная ведьма. – Теперь та столичная удавица прилипнет к Властителю и забудет про Тарха. Погорюет-пострадает мужик и на мне женится. А что в столицу Властитель ему дорожку закроет– оно и к лучшему. Вы бы видали, какие там девки наглые.
– Тьма тебе в помощь, доченька. – Голос мамы прозвучал не слишком уверенно. – С этими мужчинами никогда нельзя заранее сказать, как обернется.
К сожалению, в коридоре затопали отец с Равкатом, и женщины оборвали интересную тему.
Когда все расселись, и мама, поставив на стол блюдо с пирожками, стала разливать бульон, Тарх вдруг засмеялся.
– Забавная картина, – сказал он. – За столом – одни оборотни.
– Так и должно быть. – Равкат пожал плечами. – Мы не часто собираемся вместе, но никогда не бросаем собрата в трудную минуту.
Тарх почти успокоился и немного похлебал бульон, закусывая мясными и грибными пирожками. Потом они пили вино под отличный деревенский сыр с зеленью, умяли острый салат и кислые маринованные ягоды.
Собравшиеся чинно обсуждали новости. О назначении новых орденских предводителей мнение было единое – Властитель выбрал магов, не настроенных враждовать с колдунами другой расцветки. Призыв к миру тоже вызвал общее одобрение – тысячелетняя война между Темными и Светлыми давно всем надоела.
Неожиданно для себя Тарх понял, что ничуть не обижен на Темного Властителя. Слишком мощный поток обаяния исходил от этой мрачной, но величественной фигуры. Не обижаемся же мы на природу, пославшую ненастье.
Когда на столе появились отбивные, Тарх даже разговорился, стал рассказывать о встрече с мишвендской родней, передал кучу приветов. Бадек разволновался, услыхав о раздробленной руке племянника Гахрака и порушенном доме брата.
– Надо будет навестить Рахада, – заявил отец. – Помогу дом починить.
– И гостинцев подкинем, – подхватила Мерланика. – Там всегда было все дорого, а теперь цены, наверное, до Купола взлетели… Тархошамрахудан, почем сейчас мясо в Мишвенде?
– Не успел увидеть, – буркнул Тарх. – Вчера лавки не работали.
Он печально подумал, что не скоро попадет в Мишвенд. Выволочка, полученная от Властителя, надолго закрыла ему путь в столицу. Может быть, даже навсегда.
Главные резиденции магических Орденов были разрушены в первый же день колдовской войны, поэтому Темный Властитель обосновался в наименее пострадавшем из императорских дворцов. Теперь построенное в позапрошлом веке вычурное здание находилось под охраной Первого легиона Великого Возмездия.
Караульный начальник быстро нашел трех оборотней в списке допущенных на встречу, уважительно приветствовал нулевика, доброжелательно кивнул знаменитому на всю Империю дуэлянту-оборотню. Потом у них отобрали оружие и проводили в роскошный зал, убранный коврами и 'украшенный тонкими узорами.
Здесь Тарх обнаружил немало знакомых, причем всех трех расцветок магии. Светлые, Темные и Серые держались кучками, обмениваясь не слишком дружелюбными взглядами.
– Будет серьезный разговор, – вполголоса заключил Равкат. – Но не похоже, что кого-то казнят прямо здесь.
– Не нам судить о намерениях повелителя, – вздохнул бледный, еще не восстановивший здоровья Лавур. – Поверьте моему чутью – накажут многих.
Распахнулись обитые золотой канителью двери тронного зала, и в приемную вышел двенадцатилетний государь Антар Второй, сопровождаемый вдовствующей мамашей, ее фаворитами и главными вельможами. Позавчерашние повелители великой державы выглядели слегка пришибленными. Антар спросил растерянно:
– Матушка, я так и не понял, что сказал дяденька Властитель…
– Он сказал, что ты пока остаешься на троне, – запинаясь, объяснила императрица. – Если будешь его слушаться.
– Значит, он добрый? – обрадовался государь.
Малолетнего императора поспешно вывели через другую дверь. Затем появился генерал в мундире – это было полной неожиданностью – Светлого Могущества, пригласивший колдунов на высочайшую аудиенцию.
Дух Чистого Разума стоял возле письменного стола, сверля входящих немигающим взглядом. Восставший из небытия персонаж древних мифов был похож на свои портреты тысячелетней давности. Широкий подбородок с неглубокой ямкой, впалые щеки, чуть искривленный нос, высокий лоб, темно-красные глаза под тяжелыми дугами надбровий.
Позади Властителя расположилась вдоль стены новая элита койсарских магов и среди них – Рашон с Кабуриной. Тарх увидел и знаменитого ученого Оз-Гланга – Светлого единичника, с которым был знаком еще в аспирантские времена. Несмотря на принадлежность к разным расцветкам, они с Рашоном были очень дружны. Как-то два профессора даже задумали совместные исследования Высших Сил, однако вожди Орденов запретили им сотрудничать в столь деликатной области познания.
Приятные воспоминания о мирной эпохе были прерваны рычащим голосом Властителя. Без предисловий он объявил, что война между магическими Орденами была ненужной, что главные виновники бессмысленной бойни понесут наказание и что теперь колдунам придется жить в мире.
– Ваши историки жестоко ошибались, – говорил Властитель. – В прошлую эпоху Темные и Светлые маги вовсе не враждовали, но лишь управляли разными формами Силы. Именно так возникло деление колдунов на расцветки: кому-то удобнее пользоваться одними формами эфирных энергий, а кому-то – другими. Дух Светозарный был мне если не близким другом, то верным союзником, и мы никогда не вступали в сражение. Не было никакой Последней Битвы между армиями Света и Тьмы. Войска, собранные на Куполе в ночь прошлого Сошествия Мрака, бились против демонов, обитающих на Небесной Раковине. В тот раз мы сумели раздвинуть Створки Раковины. Не любовь, не красота и не Тьма со Светом – только единство всех магических Сил предотвращает катастрофу. Короче говоря, повелеваю всем вам оставить в прошлом ненависть и научиться не видеть врага в колдунах иной расцветки.
Темный Властитель перечислил провинности орденских вождей, добавив, что самые фанатичные поджигатели чародейской войны погибли, а потому нет смысла слишком жестоко карать большую часть оставшихся. Главой Тайного Совета Тьмы он назначил Гамбрашондалара, во главе же койсарских Светлых поставил Оз-Гланга. Затем Властитель призвал всех готовиться к сражению с Мраком, мимоходом упомянув, что придется наказать военачальников Света и Тьмы, на чьей совести слишком уж много крови.
Слова Властителя потрясли призванных на аудиенцию гипернатуралов. Тарх стоял, словно неживой, сердце выбивало нервную дробь барабанных мелодий, руки-ноги похолодели и дрожали. Было ужасно – вдруг осознать, что с детства следовал ошибочным идеям и чуть было не погубил Теллус чрезмерным своим усердием.
Между тем Властитель принялся воздавать по заслугам, начав с противоположного края. Несмотря на столетия летаргии, он прекрасно знал о делах каждого – видимо, даже в тысячелетнем сне следил за происходившими на Теллусе событиями – и без промедления объявлял меру наказания или поощрения. Сильнее всех пострадали несколько армейских командиров Великого Возмездия и Светоносной Мудрости, виновные в разрушении Мишвенда– генералы были уволены из армии, а заодно понижены в магических способностях до восьмого ранга. Лавура же Дух Чистого Разума просто исцелил и назначил командиром Второго корпуса.
– Равкат, ты прекрасно сражался, – произнес Властитель, оказавшись в двух шагах от Тарха. – Я подумывал назначить тебя Гроссмейстером Ордена оборотней, но ты наверняка откажешься.
Церемонно поклонившись, Равкат ответил:
– Мое племя не признает гражданской власти. Мы подчиняемся лишь военному вождю, избираемому на время боевых действий.
– Достойный ответ, – пророкотал Властитель. – Но я все-таки попрошу тебя помогать нам, пока не кончится история с Небесной Раковиной. Собери побольше бойцов– предстоят жаркие схватки.
Равкат снова поклонился, а Властитель прошел мимо Тарха к Надде, которая стояла последней в ряду. Равнодушно глянув на перепуганную и взволнованную ведьмочку, готовую расплакаться от смущения, красноглазый гигант объявил, что за девушкой не числится прегрешений, а затем осведомился, нет ли у нее пожеланий. Запинаясь, Надда пискнула:
– Мне бы в хорошей магической школе подучиться… – И добавила чуть уверенней: – У нас в округе совсем мало колдунов. Пришлите кого-нибудь мне на замену.
– Пришлем. – Дух Чистого Разума кивнул. – Многие маги среднего и высокого ранга будут отправлены в провинцию – пусть заслужат прощение честной службой.
Он вернулся к столу, мимоходом потрепав щечку Кабурине, которая мгновенно засверкала счастливой улыбкой. Однако Властитель, словно забыв про существование блондинки, окинул взглядом кристаллы связи, после чего произнес:
– Приблизься к нам, Тархошамрахудан, сын Шамрахбаданакара и Хамерланды.
Тарха прошиб ледяной пот, ноги подкашивались. С трудом понимая, что происходит, Тарх сделал несколько шагов приблизительно по направлению к громоздкой темно-красной фигуре. Мысли мельтешили, путались и рвались. «Он не назвал меня „презренным“ или „убийцей“… Хотя какая разница, испепелит ли меня Властитель в приступе гнева или сгноит в подземелье ради важной дипломатической выгоды… Мы, Темные, не знаем жалости, когда речь идет о продвижении к великой цели… Мы не просим снисхождения, мы сражаемся за идеалы, в которые верим, невзирая ни на что…»
– Я готов понести кару, но не ведаю своей вины.
Пришлось выдержать давящий багровый взгляд и осуждающие вздохи собратьев. Краем глаза Тарх увидел, как насупился Рашон и как распахнулись глаза на испуганном лице Кабурины.
Разочарованно покачав головой, Темный Властитель изрек:
– Мы объясним твою вину. Ты был избран для особой миссии, но не оправдал доверия. Тебе был дан дар ясновидения, чтобы ты сумел предвидеть опасности того пути, на который свернули чародеи Теллуса. И я и Дух Светозарный не раз обращались к тебе, подсказывая правильную дорогу. Только все наши старания пропали втуне. Ты не только не старался прекратить войну – напротив, ты убил одного из Властителей, то есть совершил самое страшное преступление, какое только можно вообразить!
– Я думал, он собирается убить вас…
Резким жестом Дух Чистого Разума заставил его умолкнуть, провозгласив древнюю формулу классического права, что незнание злоумышленником законов не может считаться смягчающим обстоятельством. Покончив с прелюдией, он объявил вердикт:
– Тархошамрахудан, сын Шамрахбаданакара и Хамерланды, будет понижен в ранге до пятого.
Затем Властитель задал положенный, согласно ритуалу, вопрос:
– Ты понял, Тархошамрахудан, в чем твоя вина?
«Ну да, сейчас на колени стану и буду просить о пощаде!» Во рту пересохло, язык едва шевелился, но Тарх все-таки сумел произнести:
– Да, повелитель, понял. Я слишком ревностно стремился к победе Тьмы. И еще я не знал истины, которую в то время не знал никто.
– Ты не раскаялся, – прокомментировал Властитель и неожиданно для всех осведомился: – Ты лишишься почти шести рангов Силы. Кому передать эту энергию?
Дух Чистого Разума проявил намек на снисхождение? Наверное, показывал беспристрастность судилища: Тарх подвергался наказанию, но не расправе.
– Раздели поровну между моими родителями, Равкатом и Наддой. И, если возможно…
– По-моему, ты решил, что произносишь прощальную речь перед мучительной казнью, – усмехнулся Темный Властитель, загадочно добавив: – Тебя всего лишь избавляют от части незаслуженно приобретенной Силы. Не более.
Огромная доза звездной субстанции была отобрана у него быстро и безжалостно, хоть и не столь грубо, как у Оз-Вабланга. Тарх едва сдержал крик боли. Наверное, он упал бы, не поддержи его в тяжелый момент крепкая рука Равката. На этом аудиенция закончилась. Прощаясь, Властитель предупредил, что в течение суток каждый получит новое назначение.
Равкат и Надда увели полубесчувственного Тархошамрахудана. Под арками коридора возле самого выхода из дворца оборотней догнал Гамбрашондалар, с помощью умелых чар подлечивший наказанного ученика.
– Крепись, – сказал новый глава Тайного Совета. – Жизнь еще не кончилась.
Несмотря на крайнюю усталость и пониженный ранг, Тарх все-таки сумел открыть тропу. Надда и Равкат, заявившие, что не оставят его в таком состоянии, тоже отправились в Муспарди.
Здесь их встретили Бадек и Мерланика, буквально светившиеся радостью: Темный Властитель повысил их в ранге, так что теперь мама достигла пятого, а отец и вовсе стал четверочником. Поздравив родителей, Тарх ушел в свою комнату, где провалялся в кровати до самого ужина.
Воспоминания вернули хандру, и Тарх снова затосковал. Надда, не зная, чем помочь, принялась ворчать, говоря, что будь здесь столичные бабенки, он бы сразу, наверное, повеселел.
– Хорошая мысль, – согласился Равкат. – Можно ведь и попробовать.
Больше Надда с умными советами не встревала.
А потом вдруг заработали сразу все переговорники, сообщив очередную новость из Мишвенда. Оказывается, Темный Властитель обратился с мирными предложениями к вождям аждотинского Конклава Света, разъяснил истинную историю Темных и Светлых магов, призвал Оз-Рекотерпиха и его клику, забыв ненужную вражду, объединить усилия для сокрушения Небесной Раковины. Сегодня к вечеру поступил ответ из Мишвенда: Конклав объявил войну Койсару, пообещав установить власть Света по всей Империи.
– Идиоты, – провозгласил Бадек. – Мало им косеравского светотворчества.
– Придется воевать, – сделал вывод Равкат. – Между прочим, Тархошамрахудан, ты все еще офицер Армии Багровой Тьмы. Не было приказа о твоем отстранении от должности.
Печально кивнув, Тарх согласился, что надо возвращаться в Вергатил. Он мог обижаться или смириться, но не имел права уклониться от битвы. Тем более что кроме флотов Аждо-Тика неумолимо приближалась и Небесная Раковина, с которой тоже предстояло сразиться.
Равкат отправился собирать нехитрый скарб, попросив Надду послать мысленные призывы остальным оборотням. В разгар этих приготовлений рядом с домом опустилась летучая ладья, из которой вышли совсем уж неожиданные гости: Миштпор, Астах, Тибрел и Ланк.
– Прилетели проведать, – сообщил воевода, поздоровавшись с хозяевами. – Давненько вы к нам в губернию не заглядывали.
– Приросли к провинции, корни пустили, – без улыбки ответил Бадек.
– Как сынок? – осведомился Тибрел. – Не заскучал в глубинке?
– Сынок в столице заскучал, – резко произнес Тарх. – Не боитесь встречаться с опальным оборотнем? Глядишь, завтра государственным преступником объявят.
Ланк смущенно признался:
– Может, и побоялись бы, попади ты в настоящую опалу.
– Слыхали о твоих злоключениях, – сказал Миштпор. – Повелитель вроде не слишком зол на тебя. Поимей это в виду.
Воевода добавил, что они с Ликтором послали Властителю прошение вернуть капитана Тархошамрахудана в войска Багровой Тьмы. Час назад, когда они уже летели в Муспарди, пришел ответ из Мишвенда. Глава Тайного Совета профессор Гамбрашондалар проинформировал, что Армии Багровой Тьмы и Призрачного Света расформированы, все войска в южных губерниях сводятся в полевую армию под командованием генерал-полковника Андрея Бури. Именно генерал Буря вместе с наместником Властителя, который будет вскоре назначен, примут решение о дальнейшей службе оборотня-пятерочника. В конце сообщения Рашон Добавил, что кандидатура наместника уже согласована с Тайным Советом Тьмы – это будет уроженец Вергатила, хорошо знающий обстановку в губернии.
– Не так уж плохо, – обрадовался Бадек. – Ты вроде бы на дружеской ноге с этим генералом.
Тарх только хлопал глазами, ушами и прочими деталями оболочки, которые способны хлопать. Не без труда преодолев приступ ошеломления, он проговорил, запинаясь:
– Что значит – все войска сведены в одну армию!
– То самое, – подтвердил Миштпор. – И полки натуралов, и дружины магов. Выпускаем пленных Светлых из тюрем, возвращаем оружие и создаем смешанные подразделения.
– У меня в когорте каждый третий – Светлый, – безрадостно сообщил Тибрел.
Воевода и Астах поведали, что бежавшие в связи с войной маги возвращаются, хоронят убитых, начинают потихоньку ремонтировать разоренные дома. Все стараются не перечить Властителю, стали смирными и вежливыми, никаких резких слов и косых взглядов. Порой даже тошнит от подобной идиллии.
– Возвращайся, – повторил Ланк. – Дел много, а ты – один из самых сильных колдунов города и губернии.
– И родителей прихвати, – предложил Тибрел. – Нечего Бадеку в глуши пропадать. Такие мастера лишь в большом городе развернуться могут.
В дверь без стука вломились две толстые тетки – Темные девяточницы из тех, которым невтерпеж дочек замуж пристроить. Приторно улыбаясь, соседки раскудахтались:
– Ой, сколько наших понаехало… Извини, Мерланика, мы и не знали, что у вас гости… А там еще летят, да на каком корабле – мы таких даже в войну не видали…
«Если летят на необычном корабле – точно по мою сущность», – похолодев, догадался Тарх.
Борта курьерского клипера были украшены имперскими гербами. На мачтах развевались полузабытые знамена и вымпелы Темного Властителя.
Корабль стремительно снизился, завис над двором колдовского семейства, и с палубы плавно слетела фигура, закутанная в мантию цвета червонного золота. Самое печальное, что посланник Властителя нес на плече памятный топор из черного транспараза. «Вот и все, – подумал Тарх. – Палача прислали».
Окружавшая мантию аура принадлежала магу не ниже третьего ранга, так что ни бежать, ни сражаться не имело смысла. Да и не собирался оборотень противиться воле Властителя. Если он считает, что Тархошамрахудан заслужил наказание – значит, так и есть.
Приблизившись к нему, посланник откинул капюшон, под которым ослепительно сверкнуло улыбкой кукольное личико роскошной блондинки. Радостно сияя, как после затяжной серии невероятных оргазмов, Кабурина проговорила торжественно звенящим голосом:
– Властитель велел выразить тебе порицание – нельзя забывать во дворце такое оружие.
Тарх растерянно взял протянутый топор и почувствовал собачью радость вернувшегося к хозяину куска транспараза. Подмигнув, Кабурина повисла у него на шее – Надда возмущенно пискнула – и, поцеловав, громко провозгласила, что должна передать послание Властителя без посторонних глаз. Чувствуя себя последним идиотом, Тарх провел ее в дом и, закрыв дверь, осведомился:
– Что происходит?
– Все нормально. – Блондинка беззаботно хихикнула. – Властитель должен был демонстративно тебя наказать, чтобы показать всем свою беспристрастность. Потом он сказал мне и Рашону, что не слишком опечален смертью Духа Светозарного, а ты даже понравился ему – повелитель любит строптивых. А когда услышал, что ты набираешь Силу, когда убиваешь, так и вовсе растаял. Короче говоря, теперь у тебя есть выбор – стать наместником юга или служить в свите Властителя.
Пока оборотень ломал голову, как тот ишак меж двух кормушек, Кабурина объявила волю Властителя переживавшим во дворе родным и друзьям. Хоть и занят был Тарх непростыми раздумьями, не мог не заметить, как перемигиваются родители, оценивающе поглядывая то на Кабурину, то на ставшую пунцовой Надду.
В разгар этой идиллии одна из стен комнаты превратилась в портрет Темного Властителя. Причем портрет оказался живым, и лик повелителя заговорил:
– Конечно, ты уже решил остаться в своей дыре. Поэтому назначаю тебя наместником Вергатила и прилегающих губерний. Ты должен вычистить эту клоаку и навести крепкий порядок, как при Грозных Царях, верно служивших мне в прошлую эпоху.
– Слушаюсь, повелитель…
– Не перебивай! Поторопись, Тархошамрахудан. Послезавтра, когда нагрянут поганые светотворцы, юг должен быть умиротворен.
– Нужно, чтобы император дал местным властям приказ выполнять мои указания…
Изображение на стене захохотало:
– Император? А кто это? Здесь нет такого. Удивляюсь тебе, Темный! Зачем тебе бумажка с подписью жалкого мальчишки? Наместником тебя назначил я – этого достаточно! И помни – когда начнется мясорубка, ты должен быть не ниже третьего ранга.