Оставив Астаха завершать разгром врага, Миштпор и Тарх вышли из сверхъестественного мира Невидимых Дорог. За спиной утихал бой, собратья конвоировали сдавшихся в плен врагов. А впереди Корда с гордым видом караулила уложенного ничком Оз-Вабланга.
Он был растерян и даже сломлен, половину лица накрыл густой кровоподтек. На вопросы губернский предводитель Светлых отвечал вяло, словно не смирился с участью. По словам Вабланга, он понятия не имел о военных планах своего племени, почти ничего не знал о потерях и численности оставшихся подразделений.
– Нам подкинули три батальона регулярной пехоты, кавалерию и осадные машины, – рассказал Светлый троечник. – Насколько мне известно, они все-таки взяли штурмом вашу крепость в горах.
Темные невольно заулыбались. Гарнизон давно покинул Старую Крепость, прибыл в город по тропам и уже отбивал наступление противника на главном направлении.
– Крупное достижение, пустые стены три часа взять не могли, – насмешливо проговорил Миштпор. – Почему в боях почти не участвуют ваши воздушные корабли?
– Штаб армии затребовал. Им понадобились корабли, чтобы перевозить войска к Мишвенду. Но армейская воздушная бригада совершила налет на ваш гарнизон в Штайнбурге.
– Успешно? – хором задали вопрос сразу четверо Темных.
– Не уверен. Оз-Тиар был раздражен, слушая донесения…
– Кто такой Оз-Тиар?
– Генерал-майор, двоечник. Вчера прислан командовать вергатильской бригадой Призрачного Света.
– Значит, ты не вправе приказать своим капитулировать? – расстроился Тарх.
Вабланг гневно заявил, что не отдал бы подобный приказ даже будь у него такие полномочия, потому что победа Света уже близка. На сей счет у Темных имелось другое мнение, однако спорить они не стали. Вместо этого Тарх осведомился, почему не работает дальняя связь.
– И тропы тоже взбесились, – согласился Вабланг. – По-моему, дело в наложившихся чарах. Вы пытались заглушить наши системы транспорта и связи, наши иерархи тоже строили такие планы. В результате обе стороны остались без магических средств сообщения.
Затем он снова замкнулся и хмуро спросил, когда и как его казнят. Темные командиры переглянулись, отпустили серию подобающих шуток, после чего Тарх, посмеиваясь, сообщил:
– Тебя не казнят. Тебя опустят.
Колдун-троечник не понял, о чем идет речь, а когда понял, было уже поздно. Тархошамрахудан грубо и безжалостно выкачал из него почти всю – до предпоследней капли – Силу. Себе он не взял почти ничего, поровну распределив добычу между Миштпором, Данзом, Астахом, Кордой, Ланком и Кабуриной. Перепало понемножку и другим собратьям, кто оказался рядом.
Ставший десяточником Оз-Вабланг истерично рыдал, ломая руки, и умолял прикончить его, потому как не сможет жить в позоре, лишившись способностей к высшему колдовству. Разумеется, его просьбу не выполнили – прошлыми своими делами Светлый заслужил такую участь.
Выросшая в ранге Кабурина была счастлива, как малое дитя, получившее звонкую погремушку. Чуть не прыгая от нетерпения рассчитаться за царский подарок, она увела Тарха в почти целый дом на тихой улочке, подвесила заклинания, чтобы посторонние не отвлекали, и громко потребовала, бесстыже глядя серо-голубыми глазищами:
– Раздень меня.
После сложных гимнастических упражнений, свернувшись клубочком на кровати невесть куда сгинувших хозяев, Кабурина мурлыкнула:
– Любимый, все-таки ты не послушал моих советов и перепил энергии. Не чувствуешь похмелья?
– Немного есть, – признался Тарх. – Не беспокойся, это терпимо.
Он был наивен – Кабурина вовсе не о нем тревожилась. Истинная причина ее заботы стала понятна, когда ведьма с жаром вскричала:
– Зачем же терпеть – скинь мне один ранг!
– Не беспокойся, – печально усмехаясь, повторил оборотень, – Это простое опьянение. Состояние, согласись, довольно приятное.
– Откуда мне знать, – разочарованно проворчала она, переворачиваясь на другой бок. – Я, как тебе известно, алкоголем не балуюсь.
Наступило утро, но было по-прежнему темно, словно ночь не кончилась. Дымы пожаров застилали небо, и лишь языки пламени освещали развалины своим темно-красным мерцанием, от чего казалось, что сбывается пророчество о приходе Багровой Тьмы.
С позиций приходили неутешительные донесения – противник по-прежнему вдвое превосходил Темных количеством бойцов. Дважды за утро пытались Миштпор и Тарх перегруппировать подразделения, чтобы создать перевес на направлениях удара, но всякий раз Светлые успевали сосредоточить свои банды на этих участках.
– Светлых кто-то наводит, – хмуро проговорила Кабурина. – Поэтому они знают, где стоит каждый наш отряд и сколько в нем клинков, а потому безошибочно бьют нас в слабые места. Всякий раз сосредотачивают превосходящие силы.
– С чего ты взяла? – опешил Миштпор.
– Очевидно для любого, кто понимает работу разведки.
Воевода вопросительно посмотрел на Тарха, тот пожал плечами. Кабурина лучше них разбиралась в таких вопросах. Если профессиональная шпионка считает, что среди Темных завелся предатель – значит, так и есть.
Прибыл гонец из городского центра, где фланг когорты Данза касался сектора, занятого дружинами Ордена Благолепия. Данз сообщал, что Шудлай зовет Миштпора на переговоры. – Лучше ты иди, – предложил воевода Тарху. – А я прогуляюсь к Астаху. Поищу слабые места, куда можно ударить.
Разумеется, Бергот и Кабурина отправились с начальником штаба. Мальчишка-вестовой словно ревновал ведьму к Тарху и всю дорогу повторял, что война не женское дело, а потому бабам положено сидеть на кухне. Кабурина долго не обращала внимания на его нытье, но потом вдруг обиделась на очередную глупость и пообещала отшлепать. Возмущенный десяточник взвыл:
– А не ты ли Светлым на нас стучишь? Возле штаба вертишься, все планы вынюхиваешь…
– Ты, между прочим, тоже при командирах околачиваешься, – огрызнулась Кабурина. – Слишком много для своего ранга знаешь.
– Заткнитесь, пожалуйста, пока я не выпорол обоих, – пообещал оборотень. – Я про вас уже думал и считаю невиновными. Из штаба доносов к Светлым не уходило – за этим Корда следит.
Ведьма подхватила мысль на лету:
– Стало быть, изменник сшивается возле командира какой-нибудь когорты. Но —какой именно?
– Похоже, что во всех трех, – вздохнул Тарх. – Сначала попал в засаду Тибрел, потом – Данза подловили, а на рассвете мы начали рокировку когорты Астаха, но Светлые невероятным образом нас упредили.
Немного поразмыслив, Кабурина возразила:
– Утром Тибрел устроил успешный набег, чтобы встретить отряды, которые пришли из глубинки, и Светлые проморгали его атаку. Я думаю, миленький мой, что шпион переходит из когорты в когорту. Вчера днем он был у Тибрела, а на рассвете перебрался к Астаху.
Храм Благолепия охранялся караулом многочисленным, но не слишком пригодным для чародейской войны. С давних времен сторону Серых принимали не самые могучие маги, так что в команде Шудлая не имелось гипернатуралов сильнее шестерочника. По слухам, даже верховный жрец общеимперского Ордена пребывал всего-то во втором ранге. Зная об этом, Тарх вступил в капище ложной идеи без опаски – здесь не могли причинить ему зла.
– Ты стал главным в своей расцветке? – хмуро спросил, увидав его, Шудлай.
– Одним из главных.
Предводитель Серых замер в недоумении, потом махнул рукой, приглашая Темных садиться к столу. От угощения гости отказались, и Шудлай сказал:
– Смутное время.
– Ну да, кровь потоками, братоубийство, гибель культуры, хаос и приближение Мрака. – Оборотень нетерпеливо поморщился. – Давай-ка ближе к делу.
– Вы снова торопитесь, – со вздохом произнес Шудлай. – Меня всегда смущал прагматизм Темных. Вы стараетесь решать проблемы без всестороннего рассмотрения, словно заранее убеждены в собственной правоте.
– Так и есть. – Тарх строго покосился на рассмеявшуюся Кабурину. – Ты позвал нас, чтобы поболтать о философии?
Отрицательно качнув головой, Шудлай ошарашил собеседников неожиданным известием:
– Светлые пригрозили нам истреблением, если мы не поддержим их. Якобы завтра к вечеру прилетят корабли из Аждо-Тика, и тогда каждый маг, не присягнувший Свету, подвергнется каре.
– Тебе угрожал Вабланг?
– Нет. Оза-Джабира прислала письмо с угрозами Высшему Кругу Благолепия в Мишвенде. Иерархи Ордена ответили отказом и призвали к мирному решению вашего конфликта, но Светлые разрушили столичный храм. Я получил обрывки мысленного послания – члены Высшего Круга убиты.
Судьба Серых мало беспокоила Тарха. Но если Шудлай сказал правду, это означало, что Светлые контролируют ситуацию в Мишвенде. Оборотень посмотрел на Кабурину, и та мысленно передала: «Светлые по меньшей мере закрепились в восточной части города, где находился храм Благолепия».
– Мои соболезнования, – буркнул Тарх. Шудлай ответил, и его голос наполнили отчаяние и боль:
– Я не нуждаюсь в жалости, но должен позаботиться о своих последователях. Светлые убивают нас, а Темные, захватив Заклятые Кварталы, не тронули наших собратьев. Поэтому мы решили заключить союз с вами. Если потребуется, я признаю истинность и мудрое величие Тьмы.
– Мы не нуждаемся в адептах, присягающих из-под палки… – отмахнулся Тархошамрахудан. – Лучше расскажи, сколько у тебя бойцов, а также – где они находятся.
Развернув карту города, Шудлай показал расположение своих отрядов, и Тарх перенес эти сведения на штабную карту легиона. Серых было немного, и Светлые выставили перед их позициями совсем слабые заслоны. Внезапным броском сотни с небольшим клинков Серые могли бы уравнять численное превосходство противника, и Темным станет проще расправиться с основной группировкой Светлых.
Тарх уже видел, как это произойдет: когорты Астаха и Данза атакуют сомкнутыми флангами, а тем временем надо будет вывести из пригорода когорту Тибрела и бросить в наступление, развивая успех. Конечно, на час-другой Заклятые Кварталы останутся без прикрытия, но за такое время особой беды не случится, зато победа гарантирована.
Он вдруг вспомнил о предателе, и настроение снова испортилось. Оборотень мрачно произнес:
– Прости, но у меня нет причин Доверять тебе. Серым придется начать бой первыми. Если увидим, что вы атаковали Светлых – поддержим.
– Я тоже не слишком верю новому союзнику. – Шудлай выдавил печальную улыбку. – Что поделать – мы начнем. Назови время и направление атаки.
– Сообщим чуть позже. И не опасайся, что мы бросим вас. Поодиночке Темные и Серые обречены.
– Рад, что ты это понимаешь… Скоро к Вергатилу подойдет большой отряд Светлых. Вроде бы они всю ночь искали ваших в окрестностях Старой Крепости, но под утро получили приказ вернуться…
Это было совсем печально. С другой стороны, следовало радоваться, что Вабланг не соврал, и у Светлых не осталось летучих кораблей. Иначе бы это подразделение оказалось в городе еще под утро, завершив сражение полным разгромом Темных.
Возвращаясь прежней дорогой, Кабурина была задумчива и что-то бормотала, как бы размышляя вслух. Судя по отрывкам, которые Тарх сумел расслышать, ведьма пыталась вычислить предателя. Дело для нее было непростое: столичная четверочница не отличалась умением логически мыслить и к тому же плохо знала вергатильцев.
Поневоле Тарх тоже занялся тем же делом, и список подозреваемых вырос до неприличных размеров, включив в себя всех присутствующих. Покончить с этим безобразием штабс-капитан смог лишь после настойчивых сигналов переговорника. Вокруг пластины хлорианда расцвел забитый рябью помех призрачный портрет Равката.
Собрат-оборотень бодро доложил, что обещание выполнено и он ждет бесценных указаний. Понимая, что враг может подслушивать, Равкат говорил иносказаниями, поэтому Тарху пришлось изрядно поломать голову, отгадывая, о чем идет речь. Единственная разумная догадка – страж ветхих традиций собрал-таки шайку себе подобных и намерен вступить в бой за Вергатил на стороне Тьмы. Тарх ответил в том же стиле:
– Знаешь груду камней, в направлении которой ты уехал от места, где мы встретились?
Трудно сказать, ввела ли его хитрость в недоумение тех Светлых, что, возможно, слушали их беседу. Во всяком случае, Равкат задумался крепко.
– Кажется, знаю, – проговорил он после долгого молчания. – Там рельеф – как на прародине. И название напоминает книгу великого поэта.
Вероятно, Равкат имел в виду легендарную прародину оборотней – существовавшую еще во времена планеты шара горную страну Инкарни. А считавшийся великим поэт-оборотень Мшатги действительно оставил потомкам книгу «Старая башня, или Возвращение на руины»… Что же, будем надеяться, что Равкат понял: Тархошамрахудан намекает на расположенную в горах Старую Крепость.
– Из тех мест идут незваные гости, – печально поведал Тарх. – Клинков чуть меньше сотни.
– Как жаль, что нас всего трое, – притворно вздохнул собеседник. – Прощай, собрат, мы с Наддой будем помнить о тебе.
– Где она? – заорал штабс-капитан, но связь уже прервалась.
– Кто такая Надда? – заинтересовалась Кабурина, сузив глаза в припадке ревности. – Какая-нибудь деревенская потаскушка?
Бергот, который недолюбливал Кабурину, вновь обиделся, поскольку родители его перебрались в город уже после рождения самолюбивого пацана.
– Деревенские шлюхи ничем не хуже городских! – вызывающе заявил он. – У них и мяса побольше – есть за что подержать.
– Да отстань ты, – шикнула ведьма. – Тарх, о чем ты говорил с этим уродом? Темнили-то как, ни хрена не понять.
– В штабе поговорим, – отмахнулся Тарх.
Однако в штабе ждал сюрприз в лице обмотанного кровавыми бинтами Кенджибара. Философ громко стонал и рассказывал сквозь бред, как его отряд был внезапно атакован превосходящими силами врага и поголовно уничтожен.
– Мы с трудом заткнули дыру двумя десятками из когорты Данза, – сообщил Миштпор. – Считай, без резервов остались.
Выразительно посмотрев на Тарха, Кабурина зловеще усмехнулась. Оборотень ответил таким же взглядом. Кусочки мозаики заняли положенные места, так что личность изменника не вызывала сомнений. Ведьма произнесла насмешливо:
– Даже странно, как тебе всякий раз удавалось уходить живьем. Поделись секретом перед смертью.
Кенджибар притворился, будто потерял сознание, но Тархошамрахудан приставил к его горлу нож. Транспаразовое лезвие без нажима рассекло кожу, выпустив струйку крови. Затрепетав, побледневший философ уставился на Тарха широко раскрытыми глазами.
– Ты можешь спасти свою шкуру, если честно ответишь на два простых вопроса, – сказал штабс-капитан. – Первое: почему ты переметнулся на сторону Светлых? Второе: как ты передаешь им информацию о наших планах?
Предатель даже не стал отпираться. Дрожащими руками он достал из кармана небольшую пластинку молочно-розового камня. Понятное дело – переговорник, настроенный на службу разведки противника.
– Убить мерзавца! – взревел воевода. – Сколько наших из-за него погибло!
– Я обещал ему жизнь, – решительно возразил начальник штаба. – Кенджибар, передай своим хозяевам полезные сведения.
Разоблаченный безропотно отбарабанил в кристалл продиктованное сообщение, что два батальона тяжелой пехоты и эскадрон рыцарской конницы Темных под командованием полковника Ликтора движутся от базы Штайнбург и прибудут в Вергатил через час.
– Прекратите бессмысленное сопротивление, – окрепшим голосом сказал Кенджибар, убирая переговорник. – За Светлыми стоит мощь, которую Тьме не одолеть. Если вовремя сдадитесь, вас простят и даже поощрят. К примеру, меня пообещали сделать губернским предводителем оставшихся Темных, когда победят Светлые.
– Они собираются оставить на свободе какое-то количество наших? – засмеялся Миштпор.
– Вынуждены. Почему-то нельзя уничтожить всех. Даже в Аждо-Тике не смогли, – ответил убежденно предатель.
Слышать это было уже неинтересно, даже если Кенджибар говорил правду. Без долгих разговоров Тарх вывел изменника во двор, где кровь стечет в фонтан, не оставив лишней грязи. Увидав, что он достает нож, Кенджибар отчаянно завизжал:
– Ты обещал мне жизнь!
– У нас, оборотней, своеобразное чувство юмора, – засмеялся Тарх.
Под конец раннего обеда Мех донес из гарнизона: на холмах к северу от Вергатила появилась батарея метательных машин, обстреливающая драконов, так что пилоты не решаются летать над теми местами.
– Оно и чувствуется, – буркнула Кабурина. – Изображение на карте совсем нечеткое.
– Туда и ударим, – решительно заявил Миштпор. – Там их основные силы, оттуда Светлые главный удар готовят.
Тарх поспешно возразил:
– На севере и северо-западе Светлые готовятся отражать мнимое наступление Ликтора. Поэтому те батальоны про нас, можно сказать, забыли.
Рукояткой жезла он начертил оперативные направления. Серые наносят удар от своего храма вдоль проспекта, где Светлых совсем мало. Одновременно, сосредоточив большую часть подразделений в центральном парке, Астах и Данз атакуют противника и продвигаются к дворцу губернатора, где соединяются с отрядами Шудлая, взяв Светлых в клещи. Перед группировкой Светлых на участке Заклятых Кварталов остается лишь слабое прикрытие, и Тарх предложил усилить оборону пригорода, послав туда самых сильных магов.
– Тем временем Тибрел и прибывшие из провинции отряды выдвигаются из пригорода, – продолжил он. – Исходя из обстановки мы направим когорту на самое важное направление.
Рассмотрев его тактическую схему, воевода скептически произнес:
– Ты забыл о двух моментах. Во-первых, с северо-востока, то есть от Старой Крепости, продвигается сильный отряд. Во-вторых, где-то там же стоят катапульты с баллистами. Через час-другой на этом участке соберется кулак такой силищи, что даже полдюжины нулевиков не остановят их натиск.
– Отряда из Старой Крепости, считай, уже нет, – засмеялся Тарх. – А баллистами я займусь лично.
Все начали собираться и попрощались, готовясь разойтись по боевым участкам. Лишь Кабурина выглядела встревоженной. Естественно, Корда поинтересовалась, в чем дело.
– В главном штабе я слышала о пророчестве, – нерешительно сказала столичная ведьма. – Вроде бы Властитель может вернуться в любой момент, но мы не знаем, который из двоих проснется первым. Это зависит от того, кто прольет больше крови – мы или Светлые.
– Так давайте же убивать! – вскричал Тарх. К нему пришло вдохновение, словно откачанная за этот день Сила прорвала какие-то барьеры.
В гарнизоне соблюдался предписанный уставами порядок. Отмобилизованная бригада, окружившись постами и караулами, была готова встретить врага. Вот только прилива боевого духа не ощущалось: натуралов страшила война с целым Орденом колдунов – пусть даже в союзе с магами других расцветок.
Старый полковник Самилко жаловался, что в расположении части полно гражданских, а личный состав никак не протрезвеет и вообще находится на грани полной деморализации. Если Светлые вздумают атаковать, солдаты и даже офицеры станут пачками сдаваться или разбегутся. К тому же дурной пример подавали большие начальники: печально знаменитый барон Базюлис скрылся в неведомом направлении, как только в воздухе запахло войной между чародеями.
– Мы не собираемся посылать вашу пехоту в бой против магов, но мне нужны ваши драконы… – Штабс-капитан очертил на карте города овальный участок и потребовал:
– Загрузите на зверей огненные шары и обработайте эти кварталы. Надо расчистить дорогу нашим частям.
Полковник тактично напомнил о батареях, стрелявших по всему, что летает над Вергатилом. Вместо ответа оборотень показал на колонну повозок. По его приказу все тяжелые метательные установки выдвигались на позицию, с которой могли бы накрыть огневые точки Светлых.
Среди расчетов мелькали знакомые лица – этих натуралов оборотень видел давным-давно, казалось, в прошлой жизни. Они уже встречались ему на сборах – кадровые сержанты и рядовые, призванные под армейские знамена горожане. Тарх легонько подстегнул их чарами, после чего личный состав забегал шустрее, да и работу стал выполнять почти без ошибок.
Он добавил магии в наконечники стрел и снял с предохранителей шары, наполненные спрессованным огнем. Лично проверив точность прицела, штабс-капитан скомандовал залп. Снаряды улетели дружной стайкой, лишь на одной катапульте лопнул трос, так что шар упал на перелесок в сотне шагов от установки. Хлестнувшие во все стороны языки пламени слизали деревья на дюжину саженей вокруг.
– Не так уж плохо, – пробормотал приятно удивленный Самилко. – Механики, к третьей машине! Остальные – перезаряжай!
Тархошамрахудан подошел к поврежденной катапульте, возле которой суетились мастера под началом бородатого Петрухи.
– Инструментов нужных нет, потому и ремень на соплях будет держаться, – сетовал ветеран.
– Сейчас исправим, – успокоил его Тарх, не раз помогавший отцу в таких починках.
Он приложил края разрыва, срастив жезлом толстенный плетеный канат, а заодно сделал его упругим и прочным. Солдаты, восхищенно галдя, бросились крутить ворот, заряжая машину для следующего выстрела.
– Ловко сработано, ваше благородие, – завистливо похвалил Петруха. – В любой мануфактуре большую деньгу зашибать сможете… А я видал вас четвертого дня – вы с отрядом колдунов разогнали гадов у нашего квартала. Я еще говорю мужикам: гляньте, наш командир батареи. И тут у вас, извиняюсь, кошачья голова как вырастет – вся улица в штаны с перепугу наложила…
Бородач аккуратно уложил в гнездо метателя тяжеленький огненный шар. Натуралы отбежали, стреляющий дернул спусковой шнур, катапульта швырнула снаряд.
В подзорную трубу Тарх увидел, как падают на вражескую позицию шары и горящие стрелы. Противник попытался ответить недружными залпами, но выстрелы Светлых ложились неточно, а потом вражеские батареи вовсе замолчали. Драконы неохотно штурмовали городской квартал, где засел авангард Призрачного Света.
С поверхности ударили несколько молний, один дракон, кувыркаясь, упал на дома, а остальные стремительно взмыли, сбрасывая снаряды с безопасной высоты. Однако квартал уже горел, и отряды Темных и Серых пошли в атаку, добивая врага.
Наверное, после вчерашних забав он сделался двоечником. Во всяком случае, захотев летать, оборотень без особого труда оторвался от поверхности Теллуса и с полчаса парил, наблюдая сверху за течением боя.
Бой покатился к северу, и победа казалась совсем близкой, когда под черепом Тарха зазвенел отчаянный призыв Корды. Старая колдунья сообщала, что Светлые под командованием самого Оз-Тиара штурмуют Заклятые Кварталы, а у нее кончаются силы, так что долго сдерживать вражеский батальон она не сможет. Миштпор занервничал и хотел вернуть в пригород Тибрела, но когорта уже вступила в сражение, добивая Светлых. Вывести их из боя значило бы пожертвовать успехом двухдневных баталий.
– Предлагаешь пожертвовать пригородом? – неуверенно спросил воевода. – Можно, в принципе: наших там не осталось, а дома снова отстроим.
– Нехорошо будет, если Светлые закрепятся в поселке – долго выбивать придется. – Тарх включил переговорник: – Равкат, ты цел? Где ты?
– Наблюдаю ваш праздник с крыши большого кирпичного дома, – жизнерадостно доложил собрат-оборотень. – Тот отряд мы вырезали на марше, так что даже заскучали без дела.
– Будет вам развлечение, – хмыкнул Тарх. – Двигайся к скверу, где мы с тобой познакомились. Там вампиры живут – милейшее семейство, хоть и малость туповатое. Они проводят вас в колдовской поселок, там начинается главная резня.
В полете он мысленно переговорил с вампирами из сквера Трех Пальм. Те не смогли уразуметь, с какой радости к ним должны нагрянуть оборотни, да еще в таком неслыханном количестве. Спорить-уговаривать смысла не было, поэтому Тарх просто внушил строжайший приказ: как явится стая оборотней – бегом вести их в Заклятые Кварталы.
Преодолев чуть ли не полверсты за минуту, Тарх вскоре оказался над Заклятыми Кварталами. Дела здесь шли плохо– враг ворвался в западную часть поселка, где прежде жили Светлые, и продвигался от избы к избе, от улочки к улочке. Ланк и Корда, надрываясь, разили наступающих мощными заклинаниями, однако им удавалось только слегка сдерживать натиск.
Тарх ударил сверху привычным оружием – огненными стрелами, выкосив изготовившийся к атаке взвод Светлых. Затем неторопливо причесал еще несколько скоплений противника. При этом он растратил много Силы – больше, чем смог откачать у своих жертв. В результате Тарх упал в ранге, потерял способность держаться в воздухе и неловко спланировал, крепко шлепнувшись неподалеку от группы Серых.
– Я их навалом положил! – крикнул оборотень офицеру союзников. – Вперед, и они побегут!
Серый неуверенно скомандовал в бой, его бойцы столь же неуверенно потянулись и, не встретив организованного сопротивления, заняли смежные дворы, заваленные трупами врагов. Приободрившись, воинство Благолепия кинулось в решительную атаку, а тут и оборотни подоспели, с ревом обрушившись на дрогнувших Светлых.
Стая – их было примерно с десяток – свирепо порубила фланговый отряд противника и устремилась дальше. За тот участок Тарх был теперь вполне спокоен и, собрав около взвода Серых, повел их по соседней улице. Они отбросили кучку вражеской пехоты, потом навстречу с гиканьем поскакала конная дюжина, которую Тарх разметал Молотящим Пламенем.
Затем они очутились возле неприятельских штабных повозок, и на Тарха пошли очень опытные сильные рубаки – рослые и плечистые, в зачарованной броне, с алебардами и двуручными мечами. Тарх застрелил нескольких из громобойника, после чего в оружии кончились заряды.
Отбросив громобойник, он метнул оба транспаразовых ножа в громадного Светлого – тот упал, выронив алебарду чудовищных размеров, а Тарх сделался полноценным троечником и снова взялся за меч. Между тем его Серые не способны были противостоять могучим гвардейцам Призрачного Света и отступили с большими потерями, а на Тарха двинулся громила, державший по мечу в каждой руке. Судя по ауре – единичник или двоечник. В таком ранге у противника мог быть лишь один воин – сам командир бригады.
– Я узнал тебя, – прогудел Светлый. – Ты – тот оборотень, из-за которого случится катастрофа.
– Я – тот оборотень, из-за которого тупой генерал Оз-Тиар не смог захватить мой город, – засмеялся Тарх. – Прими соболезнования.
– Сейчас я тебя убью, – пообещал Светлый, вращая клинками.
Площадь затопило пламя, потому что Тарх и Тиар одновременно ударили Звездными Бичами, предусмотрительно закрывшись щитами. При этом Тарх упал вправо, проворно откатился и применил Рогатину. Тиар, вздумавший атаковать противника, пока тот сражается с огнем, ринулся напролом, однако мечи генерала рассекли всего лишь воздух в том месте, где секундой раньше стоял Темный. А тут и Рогатина поразила Светлого в колено и бедро, переломив левую ногу.
Подвывая от боли, Тиар опирался, как на костыль, на левый меч, а правым едва не достал Тарха, которому пришлось отползти на несколько шагов, прежде чем он смог встать. Генерал прыгал за ним на одной ноге, замахиваясь мечом. Следующий удар Тиара едва не выбил меч из пальцев штабс-капитана, но в последний миг сбоку метнулся незнакомый оборотень в состоянии неполной трансформации – голова разъяренной белой кошки выглядывала из кольчужного воротника.
Оборотень повис на руке Тиара, вонзив клыки в генеральское запястье, и Светлому пришлось очень сильно махнуть рукой, чтобы стряхнуть кошкодлака. Этого мгновения Тарху хватило, чтобы сделать выпад, и он обрушил клинок на шлем врага – не разрубил, но заставил пошатнувшегося Тиара сделать шаг назад. Кошкодлак отлетел на полторы сажени, мягко упал на лапы и злобно мяукнул. Мечи Тиара и Тархошамрахудана снова лязгнули, столкнувшись. Сила удара заставила Темного отступить.
Штабс-капитан выкачал всю энергию из амулета, чтобы вырастить третью руку, которой схватил врага за горло и сжал призрачные пальцы. Тиар захрипел, задыхаясь, отбросил магическую конечность, но при этом открылся, и Тарх, увернувшись от его замаха, ударил мечом, воткнув острие клинка между броневыми пластинами. Раненый генерал взревел и, чудом встав на сломанную ногу – неужели успел заживить! – заработал сразу двумя мечами. Тарху пришлось отступить под градом ударов.
Внезапно левый меч Тиара упал на землю, а вместе с ним – отрубленная по локоть рука. Из раны мощной струей хлестнула кровь. Следом отправилась и вторая рука.
– Спасибо, невидимка, – засмеялся Тарх и рубанул Тиара по шее. – Кабурина, один ранг Силы – твой, вполне заслужила. И ты, парнишка, тоже…
Он впитывал вытекавшую из Светлого звездную субстанцию, отдав честную долю белому кошкодлаку и Кабурине, которая вновь сделалась видимой. На сей раз она была одета, приветливо помахивала буздыханами и на глазах у восхищенной публики наградила Тархошамрахудана долгим поцелуем.
Вокруг собрались оборотни из стаи Равката. Все одиннадцать – в частичной трансформации: человеческие тела со звериными головами. Громадный серый волчище весело скалился, рыча приветствие. Почтительным ворчанием отметились медведи, крокодил, тигры, даже носорог. Лишь кошкодлак продолжал сердито шипеть. Поздоровавшись, компания вернулась в людское обличье, и оказалось, что белая кошка хорошо знакома Тарху.
– Надда! – обрадовался он. – Ты в порядке?
– Можно подумать, что тебя это волнует! – звенящим, на грани слез, голосом ответила ведьмочка. – Ты, как я посмотрю, неплохо время проводишь.
Сделав вид, что не понимает намека на Кабурину, Тарх с гордостью обвел широким жестом устланную мертвыми телами деревенскую площадь и подтвердил:
– Времяпрепровождение хоть куда. Между тем Кабурина, почуяв соперницу, ласково пропела:
– Тарх, любимый, познакомь меня со своей прежней подружкой.
Она явно не собиралась отказываться от любовника, который всего за сутки поднял ее в ранге до троечницы и к тому же имел шансы сделать быструю военную карьеру. Давненько не попадавший в такие ситуации Тарх с нарастающим беспокойством представил, как две блондинки примутся прилюдно выяснять отношения и какая у него начнется головная боль.
Старательно разыграв сцену светской вежливости, он представил обеих дам, не забыв поцеловать Надде ручку и шепнуть комплимент, после чего познакомился с остальными оборотнями. В человеческом облике они оказались обладателями вполне бандитских физиономий и, покончив с церемониями, деловито занялись мародерством, освобождая убитых и плененных Светлых от кошельков и других ценных предметов.
Как и опасался Тарх, девочек такой исход не устроил. Демонстративно сменив гнев на нежность, Надда повисла у него на шее, в промежутках между поцелуями горячо благодарила за подаренную Силу, а под конец громко сказала:
– Надеюсь, это неправда, что я – твоя прежняя подружка?
Безобразие следовало прекратить, поэтому Тарх отчеканил: