– Поскольку ни с одной из вас у меня давно ничего не было, в настоящее время вы обе – бывшие. И лишь от вашего хорошего поведения зависит, кто станет будущей.
Блондинки опешили – наверное, ждали, что двоечник станет оправдываться перед ними, прощения просить. Равкат одобрительно заметил, что именно так должен держаться настоящий оборотень.
Подмигнув ему, Тарх послал часть Серых и оборотней на прочесывание поселка, потом достал переговорник и доложил Миштпору о победе в Заклятых Кварталах.
– Мы тоже тесним врага, – сообщил воевода. – Если сможешь выполнить маневр согласно варианту три…
– Сейчас соберу штурмовой кулак. Тарх подозвал жестом Равката, но отдать распоряжение не успел, потому что Миштпор задал неожиданный вопрос:
– Что с Кордой?
– Понятия не имею. С утра ее не видел.
– Разберись. Ланк говорит, что старушка совсем плоха.
Полный нехороших предчувствий, Тархошамрахудан велел Равкату поскорее покончить с оставшимися в пригороде Светлыми, а Кабурине – собрать все документы вражеского штаба.
Убедившись, что поручения выполняются быстро и точно, Тарх отправился искать Ланка и Корду.
Теперь никто не сказал бы, что Корда плоха. Корда была мертва.
Никаких следов ран на теле и одежде – старая колдунья лежала на спине, устремив закрытые кем-то глаза в зенит. Лицо, окрашенное смертью в пугающую желтизну, не выражало эмоций.
– Как это случилось? – тихо спросил оборотень. Ланк произнес дрожащим голосом:
– Просто скончалась. Наверное, отдала в битве слишком много Силы… В первый раз я увидел, как умирает маг высокого ранга. Страшное зрелище, не приведи Тьма…
Тархошамрахудан ободряюще обнял за плечи потрясенного четверочника. К ним подходили остальные, привели кучу пленных. Прибыл и Миштпор, отсалютовав мечом покойнице.
– Отнесите ее в дом, – распорядился воевода. – После боя похороним с положенными почестями.
Из наличных сил они сколотили отряд и на чудом уцелевшей ладье полетели на северную окраину Вергатила, где пытались организовать оборону отступавшие Светлые. Высадившись на полянке в тылу полуразбитого врага, Темные, Серые и оборотни, поборов усталость, снова пошли в бой, и Тарх механически, как заводная кукла, бил мечом, кидал молнии, тратил и получал обратно Силу. К моменту капитуляции Светлых он оказался двоечником. На погребении Корды ему стало совсем плохо, Тарх с трудом выстоял церемонию, но к вечеру полегчало.
Однако битва еще не закончилась, потому что часть вражеских подразделений рассеялась по лесам, окружавшим Вергатил. За ними снарядили погоню, отправив повзводно почти половину личного состава. Преследователи вернулись поздно ночью, пригнав свыше полусотни пленных.
Местные бойцы вернулись в Заклятые Кварталы, другие когорты кое-как устроились на отдых в городе, расставили посты и дозоры. Вконец вымотанные командиры и приближенные собрались в доме Миштпора.
– Тарх, что тебе приготовить? – заботливо поинтересовалась Рона.
– Ванну, – буркнул он. – Горячую.
Хохотнув, Миштпор поведал, что во дворе имеется бассейн, подпитываемый горячим источником. С благодарностью кивнув, оборотень поплелся в указанном направлении. Погрузившись в булькающий водоем, Тарх почувствовал себя в блаженном Царстве Тьмы.
Спустя еще минуту появились положенные, согласно легенде, гурии, оказавшиеся злобными фуриями. Терпеть пикировку блондинок Тарх не смог и взмолился:
– Девочки, пожалейте меня. Давайте, отложим эти разговоры до конца войны. Завтра, от силы послезавтра поговорим обо всем спокойно.
– Конечно, мой повелитель, как тебе угодно, – коснувшись его лица тяжелой грудью, пропела Кабурина. – Твое слово – закон для меня.
Надда тоже перешла на сюсюканье:
– Только не прогоняй меня сразу, я ведь так по тебе соскучилась, так много рассказать хочу…
Словно соревнуясь в услужливости, ведьмы заработали волшебными палочками, выстирав, высушив и разгладив его одежду. «Они не оставят меня в покое», – печально подумал Тарх.
Когда он вылезал из целительной ванны, неподалеку раздался вопль дежурного:
– Тревога! Воздух!
Над кварталом элитных особняков, быстро снижаясь, взмахивал крыльями дракон черной породы. Поджарый быстрый зверь – таких использовали для воздушного боя или в качестве курьеров на дальних линиях.
Забыв усталость, Тарх выбрался из бассейна, натянул почти просохшие штаны и, схватив меч, босиком побежал на зычный голос Миштпора. Стоя на крыльце, воевода громогласно отдавал приказы: разобрать оружие, зарядить арбалеты горящими стрелами, разбиться на подразделения, занять оборонительные участки.
– Между прочим, дракон всего один, – задумчиво проговорил Тарх. – Наверное, разведка. Или гонец с указаниями.
Со стороны бассейна, где Тархошамрахудан оставил большую часть снаряжения, прибежала Надда с его сорочкой и сапогами. В кармане сорочки верещал переговорник, и девушка кротко сообщила:
– Дорогой, тебя кто-то вызывает.
– Спасибо, маленькая. – Он достал из кармана хлорианд. – Слушаю.
Вокруг пластинки появился знакомый образ, и старческий голос удовлетворенно произнес:
– Слава Тьме, ты жив. Я не вижу Светлых. Неужели Вергатил очищен?
– Безусловно… – Внезапно Тарха осенило: – Вы что же, на этом черном драконе прилетели?
– Ну да. Подскажи, где нам спускаться.
Тарх послал собеседнику мысленную наводку, после чего посоветовал воеводе играть отбой и организовать торжественную встречу. На драконе находился член Тайного Совета Тьмы.
Премьер-майор Венор не добрался до столицы. Невидимая Дорога уперлась в тупик, и разведчик вышел из тоннеля на границе с соседней губернией. После долгих приключений он только сегодня утром пробился в Муспарди, над которым сцепились в жестоком воздушном бою десятки драконов и кораблей. Те и другие гибли пачками, так что к полудню обе армады добились взаимного уничтожения.
– Город сильно пострадал? – осведомился, забеспокоившись о родителях, Тарх.
– Можно сказать, вообще не тронут, – заверил его разведчик. – Но картофельные поля засыпаны трупами драконов и обломками кораблей. Наши вроде бы победили, потому что Светлые отступили к Мишвенду, а Темные расположились в Муспарди. Ждут подхода южных корпусов. Я договорился с полковником, чтобы мне дали дракона, но тут появился профессор…
Гамбрашондалар поведал свою часть истории. Сражения в Мишвенде и окрестностях столицы начались вчера на рассвете. Светлым не удалось добиться внезапности: обе стороны, раскрыв замыслы противника, практически одновременно нанесли упреждающие магические удары, принявшие характер ответно-встречного истребления. Чары вступили в резонанс, нарушив работу сложных колдовских систем, в том числе дальней связи, а также Невидимых Дорог.
– Весь вчерашний день мы воевали с переменным успехом, – рассказывал Рашон. – Однако к вечеру Светлые подтянули много войск из провинции. Нас серьезно потеснили, при этом обрушилась Цитадель Тьмы на окраине Мишвенда. Погибли несколько членов Тайного Совета, включая Хаконда, а Лавур тяжело ранен. Армия Великого Возмездия отступила на правый берег и отразила наступление Армии Светоносной Мудрости. Исход войны зависит от того, какая сила первой придет к столице – Багровая Тьма или Призрачный Свет.
Профессор-единичник добавил, что Тайный Совет послал его в южные губернии с поручением поторопить здешних командиров. Добравшись до Муспарди, Рашон подлечил израненного черного дракона и, посадив Венора в седло, вылетел к Вергатилу.
– Главные силы корпуса стоят в Штайнбурге, – сообщил Миштпор. – С нами общаться не желают.
– За бригадиром Шуххуфуданом водится некоторая заносчивость, – согласился Рашон. – Да и Ликтор не ахти какой стратег. Пожертвовать ради тактической выгоды целым легионом – не думаю, что такое решение было разумным.
– Это было не их решение, – буркнула Кабурина. – Пакет с директивой прислали из Мишвенда.
Лишь теперь увидев блондинку, скромно сидевшую в тени, Рашон удивленно поинтересовался, почему она не вернулась в столицу с коллегой Венором. При этом профессор назвал ведьму секунд-майором. Никто из вергатильцев не знал, что Кабурина носит столь высокий офицерский чин.
– А нечего их благородию в столицах делать, – весело сказал подпоручик Астах. – Здесь от барышни больше пользы.
– Могу представить, – громко вставила Надда.
Их реплики едва не развеселили компанию, и даже Шудлай осветил сумрачную физиономию добродушной гримасой, а суровый Равкат сам собрался пошутить. Однако не приняв этого тона, Кабурина произнесла нелюбезно:
– Высокие штабы послали меня на верную гибель. Без магов Вергатила я давно переселилась бы в миры Проклятых Сущностей. Не удивляйся, что Кабурина предпочла помогать своим спасителям.
«Надо же, – растрогался Тарх. – Девочка умеет быть благодарной». Между тем Рашон продолжил:
– Мы еще разберемся, почему командование корпуса и армии столь странно поступило с вами. Как объясняют это решение Шух и Ликтор?
Миштпор поведал, что вышестоящие командиры завели привычку никак не объяснять свои странные поступки и, более того, вообще не выходят на связь. Побагровев, Гамбрашондалар выхватил переговорник.
– Кристаллическая связь не работает, – напомнил Тарх.
Укоризненно поглядев на ученика, Рашон – произнес назидательно:
– Уж ты-то должен знать, что заглушить эту форму Силы невозможно. Эфирные волны обладают свойством независимого распространения, то есть никак не взаимодействуют.
– Но связи нет, – растерянно произнес Ланк.
– Потому что какие-то придурки выключили все ретрансляторы, – просветил его профессор. – А штаб корпуса и вовсе отключил свои кристаллы. Ничего, есть другие способы.
Для него, единичника, не составило труда наладить мысленный контакт, и в центре комнаты появилось призрачное изображение: Шуххуфудан верхом на коне. С удивлением оглядев вергатильцев, бригадир вдруг расхохотался. Это покоробило Рашона, и голос профессора не сулил командиру корпуса безоблачного продолжения карьеры.
– Жду отчета, Шуххуфудан, – сухо произнес старый чародей. – Тайный Совет второй день не имеет сведений о твоем соединении.
Ответ бригадира прозвучал неуместно весело:
– Совсем сдурели Светлые. Даже старикашку изобразили! Всерьез думаете, что я клюну на такой дешевый обман?
– С тобой говорит член Тайного Совета Тьмы! – рассвирепев, взревел Рашон. – Даже придурок с мозгами фельдфебеля должен уметь отличить настоящую ауру от иллюзии. Изволь отвечать!
– Не надо насылать на меня мороки, – отмахнулся Шуххуфудан. – По нашим расчетам, вергатильский легион еще вчера поголовно полег в битве, поэтому не оскорбляйте память героев, пытаясь выведать у меня секреты. Очень скоро Багровая Тьма обрушится на вас и сотрет Светлую заразу с лика Теллуса! – Снова захохотав, он отгородился от собеседников. Разъяренный Рашон разразился чудовищными проклятиями, пообещав понизить идиота бригадира в ранге и в звании. Не слушая его, Кабурина шепнула:
– Я догадалась – Шух считает, что мы погибли и что Светлые воспользовались нашими призраками, чтобы его обмануть.
– Это все уже поняли, – сказал Тарх. – Учитель, что нам теперь делать? Согласно прежней директиве, легион должен был установить контроль над губернией, а потом охранять тылы армии в ожидании дальнейших приказов.
– Штаб корпуса вас уже похоронил, а мой приказ будет простым, – провозгласил Рашон. – Ставим в строй всех, кто способен носить оружие, оставляем в городе самую малость, чтобы поддерживать порядок, и на рассвете выступаем к Мишвенду. Личному составу отдыхать, а командиров попрошу остаться на совет.
Кабурина и Надда устроились на ночлег в разных домах. Хоть не подрались ведьмы – и то неплохо.
Тарх нашел свободную койку и, завернувшись в плащ, уснул, чувствуя себя не слишком счастливым.
Снилось оборотню только плохое: сражения, кровь, гибель близких. Враг окружал его, но руки отказывались поднять оружие. Временами Тарх видел любимых блондинок, мстивших ему, изменяя с кем попало и где придется.
В предутренний час, когда незримые демоны без помех проникают в отдыхающую сущность, его посетили совсем другие видения. Вновь, как возле зеркала Судьбы, Тарх оказался в Склепе Великих, и Темный Властитель сурово выговаривал: «Нет причин для вражды. Должен победить Разум, иначе Теллус погибнет».
Проснувшись, Тарх мрачно подумал, что жизнь стала совсем тяжкой. Если так будет продолжаться, недолго и спятить.
Он вылетел в Муспарди первым рейсом, посадив на три ладьи отряд оборотней и половину когорты Данза. Разумеется, полетели этим рейсом и Кабурина с Берготом: ведьма не собиралась бросать Тарха без присмотра в обществе Надды, а мальчишка был полон решимости защитить командира от буйных бабенок.
Прилетевших встретила огромная толпа – все не слишком израненные военные из армии Багровой Тьмы, все городские Темные, а также самые смелые натуралы. Первым делом Тарх отыскал родителей, успокоив, что жив-здоров.
– Ты в каком ранге, сынок?! – ахнула Мерланика.
Он не смог ответить – пришлось отойти для разговора со старшим по званию. Полковник-пятерочник Хиндачаг был командиром воздушной бригады в не успевшем развернуться до штатного состава Третьем корпусе Багровой Тьмы. Согласно докладу Хиндачага, в настоящее время два полка корпуса держали оборону на западном берегу реки Чонды, а его летуны отразили несколько атак Светлых, после чего от бригады остались только воспоминания да набитый ранеными госпиталь.
– Сколько ваших кораблей способны летать? – спросил Тарх.
– Корвет и бриг. Остальные нуждаются в ремонте, а наши мастера не справляются, хотя на помощь пришли ваш батюшка и другие городские маги.
– Будут вам работяги. – Тарх усмехнулся. – Сейчас мои ладьи полетят обратно в Вер гатил за следующим отрядом. Если с ними отправить оба ваших корабля, мы за пару рейсов перевезем весь легион, а также сотню мастеров с инструментами, и еще немного источников магической энергии.
Он осведомился, что известно полковнику о ситуации в целом, однако Хиндачаг знал не слишком много. Лишь сообщил, что Невидимые Дороги работают плохо, да и кристаллическая связь дает странные сбои. Как сообщали изредка вылетавшие на разведку драконьи пилоты, выступившие из города Бесень части Первого корпуса Багровой Тьмы уже выходят на рубеж Чонды, а Второй корпус бригадира Шуххуфудана подоспеет ко второй половине дня.
Внезапно полковник уставился на покинувших ладьи вергатильцев, челюсть его отвисла, и губы пролепетали:
– Штабс-капитан, среди ваших бойцов чуть ли не дюжина оборотней!
– Представьте себе… Что вас удивляет? Хиндачаг произнес, покачивая головой:
– Никогда не слыхал, чтобы они собирались в стаю больше трех особей…
– Они? – Тархошамрахудан надменно заломил бровь. – Если требует великая цель, мы и в стоглавую стаю соберемся.
Между тем городские начальники Темных доложили, что немногие местные Светлые сбежали из Муспарди аккурат накануне войны, причем на прощание подпалили дома нескольких Темных, но пожары удалось вовремя погасить. Поскольку табор на посадочном пустыре принимал неприличные размеры, Тарх потребовал расходиться, а заодно попросил мэра и городского предводителя Темных разместить личный состав по домам.
– Не надолго, – заверил он. – Через часок-другой мы двинемся дальше.
– Какая жалость! – вскричала расстроенная девяточница из местных. – Значит, опять бал переносится.
Проводив улетевшие к Вергатилу корабли, Тарх направился к родительскому дому, где застал душещипательную сцену. Мама обнимала Кабурину, а рядом ревниво сверкала клыками Надца.
– Рады мы вновь тебя видеть, доченька! – непредусмотрительно произнес папа Бадек.
Вторая блондинка, которая помоложе, свирепо глянула на подходившего Тарха и прошипела:
– Ах, она уже доченька…
Родители мгновенно сообразили, что допустили оплошность, но было поздно. Тарх поспешил на помощь, сказав с воодушевлением:
– Папа, мама, познакомьтесь с Наддой. Она тоже нашей породы, дочка Апроситариса.
– Хо! – воскликнул отец. – Помню этого бродягу. Как-то гульнули мы с ним, еще в студенческие времена…
– В каком смысле она – вашей породы! – подозрительно осведомилась Кабурина.
Мерланика немедленно оборвала мужа, а заодно и прочие рискованные разговоры:
– После будешь похабщину рассказывать… Вот что, девочки, вы у нас в доме оставайтесь. Нечего вам среди мужиков ночевать. Заодно в баньке помоетесь.
Тарх собрался деликатно намекнуть, что ночевать в Муспарди никто не собирается, да и вообще неизвестно – многие ли доживут до ночи, но его опередила Надда, слащаво мурлыкнув:
– Как здорово, сестренка. Баня – самое то, что нам сейчас нужно.
– Вот именно, – согласилась Кабурина, поигрывая тренированными бицепсами. – Пора тебе спинку потереть.
Смутно догадываясь о возможных осложнениях, Мерланика сурово заявила, что собственноручно дорогих доченек попарит и веничком похлещет. «Лучше бы вожжами», – подумалось Тарху.
Проводив блондинок одобрительным взглядом, отец сказал, подмигивая:
– Мама девок щупать повела. Потом расскажет, которая лучше.
– Обе лучше, – поделился личными наблюдениями Тарх.
– В твоем возрасте пора бы остепениться, – без осуждения заметил отец.
– Именно в моем возрасте и пора совершать безумные поступки. Потом поздно будет. – Тарх загрустил, вспомнив, как непросто бывает расплачиваться за эти самые безумства. – Папа, топорик готов?
– А как же!
Бадек вынес из дома артефакт, и Тарх застонал от восторга. Магическим зрением он увидел, что обтесанный камень и полированная древесина гульбаната буквально переполнены звездной субстанцией и непрерывно впитывают эфирную энергию. Он осторожно взялся за рукоятку, и топор нехотя скользнул в ладонь.
– Осторожнее, – предупредил отец. – Изделия такого ранга долго привыкают к владельцу.
Тарх погладил обух, чувствуя слабый отклик. Топор не имел разума, но словно прирученный зверь мог выбирать служить новому хозяину или покапризничать. Кажется, Тархошамрахудан пришелся ему по нраву. Топор неслышно заворчал, и оборотень услышал безмолвный вопрос: оружие интересовалось, надо ли кого-нибудь убить.
– Скоро, – заверил Тарх. – Совсем скоро. Топор успокоился – будто заснул. Бадек жалобно проговорил:
– У меня так не получается… – Отец растроганно всхлипнул: – Такое счастье, что ты пробился наверх… Теперь бы еще победить в этой дурацкой войне да с Небесной Раковиной покончить.
– Это мы запросто, – фыркнул оборотень-двоечник. – Вот с двумя девицами разобраться – потруднее будет.
Махнув рукой, отец ушел в дом – делиться с женой радостью. Тарх остался один во дворе и решил размяться, а заодно – попрактиковаться с новым оружием.
Расставив на траве деревянные чурки, Тарх легко разрубал их пополам. Когда он покончил с последней, рядом раздался грубый голос низкого тембра:
– Тебе, командир, руки оторвать мало. Таким-то оружием – и дрова колоть!
Утирая пот со лба, Тарх не слишком приветливо глянул на говорившего. Медвежак, то бишь оборотень-медведь, по имени Сенгот стоял в пяти шагах, поигрывая громадной алебардой.
– Впервые топориком работаю, – буркнул штабс-капитан. – Чем зубоскалить, показал бы, как надо.
– О чем речь. – Сенгот улыбнулся почти добродушно, что было непросто при его свирепой от природы роже. – Чай, почти родня, должны друг дружке помогать.
Великан продемонстрировал несколько простеньких приемов боя на топорах. Тарх увлекся, стал повторять: замах, блок, подсекание, раскрутка, удар сверху, удар сбоку, удар наискосок. Сенгот даже похвалил: на лету хватаешь. Через полчаса, отработав пару-другую комбинаций, они затеяли потешный поединок.
Сенгот был невероятно силен, однако ранг семерочника не позволял ему драться против серьезного противника, непрерывно ставившего призрачные иллюзии. Подловив момент, Тарх перерубил дубовую рукоятку алебарды и молниеносным движением приставил топор к шее Сенгота. В тот же миг по ушам хлестнул отчаянный женский визг.
– Прости, собрат, я тебя порезал, – забеспокоился Тарх.
– Пустячное дело, на мне царапины быстро заживают, – лихо сказал, держась за шею, медвежак. – Вот оружие ты мне попортил – это да…
Между ними втиснулась разъяренная Надда, совсем по-кошачьи зашипевшая сдавленным шепотом, что совсем сдурели, нашли время и место. Вдобавок она сказала, что не нуждается ни в чьей защите и не позволит, чтобы сразу две близкие сущности из-за нее друг дружке вред причинили. Услыхав про близость между Сенготом и Наддой, Тарх опешил и расстроился, но виду не подал. Спуталась она с этим медведем – ну и Тьма ей судья.
– Подумаешь, вред причинил, – буркнул он. – Сейчас починим.
Умением соединять разломы мертвого вещества Тарх овладел еще в детстве – отец его многим полезным вещам учил. Теперь же, став двоечником, он мог делать это, вообще не задумываясь.
– Здорово у тебя выходит, – восхитился Сенгот, разглядывая целенькое древко. – Никогда эта палка такой прочной не была, ни единой трещинки не осталось… Ты, сестричка, чем хныкать, держись за мужика передними лапками. И ты, командир, тоже гляди —хоть и.выбился в аристократию, не обижай сестренку. Она девка хорошая, пусть и глупая. – Подмигнув, он поцеловал Наддув голову и ушел, сказав на прощание:
– Милуйтесь, не буду мешать.
– Я думала, вы из-за меня сцепились, – виновато призналась ведьмочка.
– Сенгот – твой брат?
– Оказывается. – Надда присела на лавку, с любопытством разглядывая бродившее по саду пугало. – Папаня-то наш славно погулял, до хренища деток раскидал по Койсару… – Она подняла на Тарха глаза, готовые брызнуть солеными водопадами. – Неужели вы, оборотни, все такие развратники?
– Не вы, а мы. – Тарх обнял ее и поцеловал. – Поверь, не такие уж мы плохие.
– Ну да! А кто мне врал про любовь? – ощетинилась Надда.
– Не врал я. Люблю.
Она сузила зрачки, промолвив обличающе:
– Значит, с той старой вешалкой-троечницей без любви развратничал?
Погрустнев, Тарх сознался:
– Ее тоже люблю.
– Так не бывает! – На глазах Надды все-таки появились слезинки.
– Ты себе представить не можешь, чего только в жизни бывает. – Он перешел в контратаку: – Между прочим, подружка, ты тоже не без грешка. Или Миар тебя за просто так обучал, как мысли через пол-империи посылать?
Тут она разревелась по-настоящему, принялась заверять сквозь всхлипы, что ничего со стариком у нее не было, и как только поняла, что Миар ее в постель затащить намылился, так сразу перестала к нему ходить, хоть и невтерпеж было всяким колдовским штучкам обучиться.
– А как мыслью разговаривать – мне еще мамка показала, – хлюпала носом Надда. – Она мастерица была по этой части… Ну, не видать мне Темного Царства, если соврала. Можешь заглянуть в меня – ты же троечник, должен уметь…
Тарх действительно просмотрел фон ее ауры и убедился, что ведьмочка говорит правду – кроме него, мужчин у Надды не было. Он крепче сжал плечи глупышки – объятия, как известно, лечат обиду – и зашептал утешающие слова. Она тоже, как маленький ребенок, прижалась изо всех сил, тычась распухшими губами. И тут, совсем близко, словно двор сделался проходным, прозвучал мерзкий голос:
– Ошибаешься. Он не троечник. Двоечник он. Растет, скотина, не уследишь.
Оттолкнув Надду, Тарх схватил топор и шагнул к незваному гостю, заслоняя девушку. Миар отступил за пределы досягаемости транспаразового лезвия, неприязненно поглядывая на парочку оборотней. За спиной Тарха вскрикнула мать, а отец рявкнул с крыльца:
– Ты посмел явиться в этот дом, грязная тварь! Позади послышались легкие шаги, и Кабурина, сверкнув буздыханами, стала рядом с Тархом, бросив Надде:
– Отойди, сопля, не путайся под ногами. Перехватив жезл в оборонительную позицию, Миар произнес:
– На этот раз я не собираюсь сражаться. Нужно прекратить эту войну. Иначе некому будет защитить Теллус от Небесной Раковины.
– Ты пришел не по адресу. – Тарх пожал плечами. – Разве под силу мне примирить двадцать тысяч магов?
– Больше некому, – мрачно изрек нулевик. – Будет вполне достаточно, если ты уедешь подальше со своими девками и не примешь участия в продолжении войны. Возможно, в этом случае катастрофы не случится.
– Три бойца не изменят баланса сил, – засмеялась Кабурина.
– Все не так просто, – величественно проговорил Миар. – За твоим любовником клубятся непостижимые формы Силы. Ты "Же знаешь – ему суждено совершить великое злодеяние.
Тарх взорвался:
– Да что же такое мне предначертано? Что говорят твои аждотинские дружки – какие именно злодеяния должен я совершить?
– При чем тут аждотины? – Миар недоуменно вскинул мохнатые брови. – Я это видел в будущем, только без подробностей. Ясновидение – дар неверный, туманные картины показывает. Я лишь сумел увидеть, что Темный Властитель будет разгневан твоими ошибками. А подробности скрывает. Сила, превышающая мою…
– Сила, превышающая нулевой уровень? – Тарх издевательски засмеялся. – Старик, ты заговариваешься!
– Выскочкам, вроде тебя, не понять природы высших материй. Трижды я пытался ликвидировать источник опасности, но трижды тебя спасала все та же Сила. Даже не знаю, что подумать.
Тарх мстительно посоветовал:
– Подумай о том, что старым придуркам, вроде тебя, не понять природы высших материй… – И добавил, прищурившись: – Может, ты станешь на нашу сторону? Вместе одолеем Светлых, вместе разобьем Небесную Раковину.
Презрительно усмехаясь, Миар поведал, что с Раковиной справится без помощи низкоранговых недоумков. По словам старого маразматика, он уже не первое столетие создавал запасы звездной энергии, закачивая эфирную субстанцию в громадные глыбы куполита.
– Накопленной Силы достаточно, чтобы сломать Створки Небесной Раковины? – спросил, заинтересовавшись, Тархошамрахудан.
– Тут важно не количество Силы, но и присутствие полного спектра оттенков. Одна лишь Темная или только Светлая энергия не справятся. Поэтому надо прекратить войну.
– Именно этого я добиваюсь.
– И каким образом?
– Война прекратится, когда победит одна из сторон, – отчеканил Тарх. – Пусть это будет Темная сторона. Миар снова покачал головой:
– Вы все безумны.
Тарх прорычал, злобно сузив глаза:
– Ты уже причинил много неприятностей мне и моей семье. Теперь замахнулся на все Темное племя. Не пора ли успокоиться?
– Моя забота – поддерживать собственное спокойствие, – бесстрастно и высокомерно провозгласил Миар. – Ты мешаешь, поэтому должен быть устранен.
Издевательски засмеявшись, оборотень возразил:
– Скорей уж я тебя устраню. Ты ведь тоже моему спокойствию помеха.
Удивленный неожиданным выводом, Миар задумался, потом буркнул:
– Посмотрим, кому улыбнется удача.
– Может, прямо сейчас Силой померимся? – Тарх снова шагнул вперед, поигрывая топором.
– Нет-нет. – Миар поспешно отступил, отгораживаясь невидимым щитом. – Я не боюсь ни тебя, ни твоей дикой ведьмы-троечницы. Но вас прикрывает маг-единичник, а втроем вы точно меня одолеете… – Колдун начал таять, делаясь прозрачным. – И тогда некому будет возглавить отражение космического катаклизма.
С этими словами он исчез окончательно, вернувшись в свое логово. Некоторое время Кабурина продолжала высматривать его магическим зрением, потом с облегченным вздохом расслабилась. Надда, стоявшая в сторонке возле родителей Тарха, произнесла вздрагивающим голоском:
– Вы всерьез надеялись вдвоем победить единичника?
– Нулевика, – пренебрежительно уточнила Кабурина. – Однажды нам это удалось, а мы в тот раз были помоложе и послабее. На два ранга.
– В капусту порубил бы старую сволочь! – зарычал Тарх. – Заодно бы и топор в настоящей работе испытал.
Из окна родительского дома легко выпрыгнул Рашон. Приблизившись к молодежи, профессор задумчиво проговорил:
– Обратите внимание на последнюю реплику Миара. Он всерьез вознамерился возглавить битву с Раковиной, а потом, вероятно, желает стать единственным Властителем.
– Только Серого Властителя нам не хватало, – рассмеялась Кабурина.
Над их головами послышался приближающийся гул. Потом в небе мелькнула заходившая на посадку ладья.
Прилетел отряд Хланда, еще затемно отправленный патрулировать лесные массивы между Вергатилом и Штайнбургом. За несколько часов маги из пригорода нашли множество разбитых кораблей, с которых удалось снять три целеньких источника магической энергии. Кроме того, Хланд привез две дюжины Темных, оставшихся после боя без летательных средств.
– Поставить источники энергии на корабли Хиндачага, – распорядился Тарх. – Солдат и матросов накормить, офицеров – прошу на совет.
Офицеров оказалось всего двое: поручик из драконьих всадников и капитан-лейтенант, бывший штурман фрегата. Оба рассказали, что вчера утром Светлые попытались уничтожить с воздуха гарнизон Штайнбурга, но тяжелые громобойники, установленные на фортах крепости, смогли отразить первую атаку, после чего вступили в бой воздушные силы Второго корпуса. В многочасовом небесном сражении обе армады понесли жесточайшие потери, однако Светлых удалось отогнать, и корпус беспрепятственно двинулся на Мишвенд.
– Мы поспеем за ними? – осведомился Миштпор. – Наши корабли не поднимут всю ораву одним рейсом. Рашон отмахнулся, сказав:
– Есть и другие способы. Если Тархошамрахудан поможет, мы с ним откроем Невидимую Дорогу.
Профессор вышел, жестом позвав ученика. Прежде чем последовать за ним, Тарх попросил Ланка посмотреть Надду на предмет колдовской лихоманки. Услышав о подозрении на столь серьезную болезнь, доктор разволновался, прочитал оборотню строгую нотацию: дескать, давно сообщить надо было, – и бегом отправился искать юную ведьму.
Невидимая Дорога была заблокирована капитально. За час до начала колдовской войны обе стороны – и Темные и Светлые – применили могучие заклинания, специально созданные, чтобы нарушить работу сверхъестественных троп. Чары противоположного типа могли бы погасить друг дружку, но эта магия не вступала в посторонние взаимодействия. Как следствие, колдовство сработало идеально, оставив враждующих чародеев без надежного скоростного транспорта.
Ремонт оказался делом нехитрым, но трудоемким. Тарх отдал бездну звездной энергии, упав почти на ранг, а Рашон использовал эти запасы эфирных субстанций, чтобы прочистить коридоры аж до самого Анбальдара, родных краев Надды. Здесь они снова уперлись в тупик, заложенный каменной кладкой. Тарх, разозлившись, рубанул по преграде своим антикварным топором, и стена неожиданно рухнула, открыв длинную ветку тоннелей.
– Зря мы твою Силу расходовали, – опечалился профессор. – Оружие древнего Властителя лучше справляется.
Через четверть часа в коридор Невидимой Дороги втянулся почти весь отряд. В обычной реальности остались только небольшие подразделения, которым было поручено перегнать по воздуху драконов и корабли.
Тарх шел первым, сокрушая топором стены, и вергатильцы в два счета добрались до врат, укрытых на берегу реки Чонды. Выбравшись на свет, Темные оказались на макушке поросшего редкими деревьями холма, с которого, словно на ладони, увидели панораму грандиозного сражения.