Приключения ДД. Тайна Чёрного леса

Евгения Ляшко
Приключения ДД. Тайна Чёрного леса

Глава 1

Водная гладь извивающейся речушки делала резкий поворот вправо, где августовское солнце высушило некогда илистые берега, выставив на обозрение корни прибрежных деревьев. Старая деревянная лодка, поскрипывая вёслами в уключинах, скользила по воде. Тройка ребят одного возраста в камуфляжной одежде, двое из которых были в кубанках* и с кинжалами на боку плыли с озабоченными лицами.

– Я устал. Кто следующий грести будет? – пропыхтел Дима.

– Твоя идея была на лодке отправиться смотреть на солнечное затмение, вот и греби теперь больше нас, – расхохотался Паша.

– Ты такой весёлый, потому что не твоя очередь, – вздохнул Глеб, медленно перемещаясь к центру лодки, чтобы сменить уставшего гребца.

– Сколько мы уже плывём? – продолжая вычерпывать воду за борт алюминиевой кружкой, спросил Паша.

– Часов нет, телефонов тоже. Как тебе ответить? – пожал плечами Паша.

– А всё потому, что надо было подготовиться, а не бросаться на вёсла. Хорошо хоть вода всегда с собой, – пробухтел Глеб, отпив глоток воды из фляжки.

– Это потому, что нас наставники в казачьем классе вымуштровали, что без воды никуда ходить нельзя, – закивал Паша.

– Но вы же согласились, что на реке лучше видно будет, как Луна перед Солнцем пройдёт. У нас-то вокруг деревни лес кругом и до полянок быстро не добраться, – возразил Дима. И с завистью посмотрев на оружие друзей добавил: – Я тоже в казачий класс хожу, но у нас это недавно организовали в школе и пока кинжалы не выдают.

Паша и Глеб рассмеялись.

– Нам в школе тоже их не выдавали. Это подарок атамана, где мы занимаемся спортом при казачьем штабе. Он всем кто отличается в соревнованиях, такие дарит, – пояснил Паша.

– Мы-то, кстати, согласились, думая, что так быстрее будет. Только, кто же знал, что лодка твоего деда такая старая и скорость не набирает как надо и потонуть ещё вдобавок можно! – налегал Глеб на вёсла.

– Если затмение в два часа дня должно произойти, то двух часов ещё нет, иначе мы бы заметили, – предположил Дима, игнорируя замечания по лодке любимого дедушки.

– А мне кажется, что уже много времени прошло. Мы с папой на моторке так далеко не заплывали, я не помню этих мест, – вглядывался в берег Паша.

– Вы же только купаться ездили, потому далеко и не отплывали. Приезжаете на дачу редко и почти всегда с семьёй Глеба, когда вам окрестности изучать, вы шашлыки с гостями лопаете, – хмыкнул Дима.

– Сам-то тоже здесь только на каникулах бываешь, – парировал Глеб.

– Это да. Тут, наверное, только такому заядлому рыбаку, как мой дед всё знакомо, – согласился Дима.

– Смотрите! Там мост! – с удивлённым лицом стал тыкать пальцем Паша.

– Какой мост? Где? – вскочил Дима на ноги, чуть не опрокинув лодку.

– Тише вы, – прикрикнул Глеб. – Тут как-то странно. Птицы петь перестали.

– Это потому что мы их распугали, – пожал плечами Дима.

– И вправду тихо. Жутко как-то. Откуда здесь этот каменный и такой высокий мост взялся? Я не помню ничего такого, – оглядывался по сторонам Паша.

*кубанка – головной убор Кубанских казаков.

Дима достал закопчённое дедом стекло и посмотрел через него на Солнце.

– Затмение началось, – тихим голосом продекларировал он.

Ребята тоже достали подготовленные осколки стекла и устремили взгляды сквозь них в небо. Лодка тем временем уносимая, внезапно ускорившимся течением несла их прямо к мосту. Шероховатые серые камни, в большинстве обросшие мхом отражались в воде, образуя под мостом своё продолжение в зеркале реки, создавая, таким образом, единое замкнутое кольцо, через которое тройка ребят, уставившихся вверх, проплывали, ничего не замечая вокруг себя. Луна была в самом центре Солнца. На мгновение стало темно. И тут же снова стало светло, как раньше. Мост блеклой тенью на фоне общего ликования промелькнул вместе с пиком затмения над головами мальчишек. Ребята бурно обсуждали увиденное.

– Хо-хо, такое говорят в наших краях, раз в тысячу лет бывает! – радовался Паша.

– Нам крупно повезло! – хлопнул в ладони Дима, уронив смотровое стёклышко на дно лодки.

Мальчишки резко опустили головы вниз после булькающего звука и обомлели. Вода значительно поднялась. Нужно было срочно причалить к берегу.

– Глеб, черпай воду! Паша на вёсла! – крикнул Дима, перед тем как выпрыгнуть из лодки и вплавь буксировать её к ближайшему берегу.

Лодка упорно шла на дно. Ребята выволокли её, насколько смогли подальше на берег.

– И что теперь? – приуныл Дима.

– За лодку тебе однозначно от деда влетит, – похлопал Паша его по плечу.

– Это будет потом. Сначала надо домой вернуться. Придётся идти берегом реки, – взбодрил всех Глеб.

– Вдоль берега сложно будет. Река сильно извивается, да и поросшие берега. Не везде обмелело как здесь, – стал Паша присматривать проход в кустах к лесу.

– Лодку тут бросать не хотелось бы, но она вряд ли поплывёт. Конопатить нужно. Давайте её перевернём. Пусть сушится. У деда другая лодка есть, на ней приплывём, починим эту. А сейчас пойдём по лесу, как Пашка предлагает, там не так жарко будет идти и короче должно получиться, а то уже и есть охота, – тоскливо проговорил Дима.

Остальные закивали. Все трое поднатужились и перевернув лодку, стали пробираться в тень деревьев, подальше от палящего солнца.

И вот ребята зашли в лес. Река была в зоне слышимости справа, а слева поросший непроходимыми кустами папоротника лесной массив.

– Достаём кинжалы, – сухо скомандовал Глеб.

Паша кивнул.

– А мне что делать? – спросил Дима, не желающий оставаться в стороне от действий кубанских казачат.

– Следи, чтобы мы от маршрута не отклонились и не ушли дальше в лес. Тут ведь и потеряться можно, – ответил Глеб.

Через час рубки ребята остановились отдохнуть, присев на поваленном стволе бука.

– Интересно, этот лес Чёрным назвали из-за такой дремучести непроходимой? – поинтересовался Дима.

– Кто его знает. Разное рассказывали. Я слышал, что здесь древние скифские захоронения были когда-то сделаны, от того и чёрный, траурный лес. Тут же Кубанская равнина на Скифской платформе располагается. То есть под ровной поверхностью погребённые древние горы и хребты. В общем, остаётся только гадать происхождение названия. В любом случае, как мой папа сказал, что место это не доброе иначе другое имя было бы, – поделился Паша.

– Ого! Нечистая сила значит, здесь балуется, – хихикнув, удивился Дима.

– А у вас в Воронеже разве нет таких мест? – спросил Глеб.

– Я не знаю. У нас только Костёнки претендуют на необычность. Там же была обнаружена древнейшая стоянка первобытных людей. Кто только не приезжает с научными исследованиями, – почесал затылок Дима.

– Не понимаю и что в этом такого. Ну, нашли место, где когда-то ели древние люди и коз пасли и что? – хмыкнул Паша.

Дима вскинул голову: – Мой папа сказал, что благодаря такой находке можно сделать заключение, что человек появился на территории России раньше чем в других странах. У нас вся Сибирь в руинах древних городов стоит. Аркаим один чего стоит. Это всё говорит о том, что наша цивилизация была самодостаточной, пока не пришли разные правители, как например, Романовы и не заставили отказаться народ от родного быта в пользу европейского. Каждый должен знать свою историю, и не только для того, чтобы не принижать значение нации, но и помнить полученные уроки.

– Напомни, кто у тебя папа? – попросил Глеб.

– Он историк, Виктор Дроздов. Его в городе все знают, он даже на радио одну просветительскую программу ведёт, – гордо сообщил Дима.

– История это не точная наука, помню как наш классный руководитель, физик о ней отзывался. Путаются они там во всём, – хохотнул Паша.

– А физики не путаются? Они тоже теории выдвигают и пока обоснование не найдут, то их предположения гипотезами называют, – вспыхнул мальчишка и тут же остыл. – Хотя у историков так же. Ну и политики папа говорил там много. Вписать любой историограф может, не так как есть на самом деле, или вообще приписать собственное видение и тогда это уже не летопись, а художественное произведение получается, да и не все сохранившиеся рукописи используют в научных исследованиях, некому полноценную картину сложить, все обрывками пользуются.

– Так, перерыв окончен, идём дальше, – поднялся Глеб.

Дима шёл позади, продолжая рассуждать сам с собой о том, что если бы история была точной наукой, такой как математика или физика, то и подлоги, о которых упоминал отец, тоже не встречались бы. Но, к сожалению, даже он, несмотря на свои тринадцать лет уже знал, что историю можно сочинить и подтверждение тому появившиеся сказания об Украх, выкопавших Чёрное море и совершивших чуть ли не все открытия человечества.

«Жаль, что дети в это всё надувательство верят. Им же это преподают как чистую правду. В итоге теряются родственные связи. Тот – же брат отца, мой крёстный, живущий в Киеве, уже перестал с нами общаться» – с грустью вздохнул Дима, вспомнив, как он раньше гостил у дядьки и как тот с семьёй приезжал погостить к ним.

– Чего ты там вздыхаешь? – обернулся Паша.

Дима не стал делиться семейными проблемами и хотел, было что-то сказать, как вдруг понял, что он упустил главное – перестал отслеживать маршрут движения. Вокруг тройки со всех сторон возвышались деревья.

– Простите, я, кажется, задумался и нам надо вернуться, чтобы выровнять маршрут, – скороговоркой выпалил Дима.

– Ты чё? Возвращаться и опять рубить? Нет уж, спасибо! – возмутился Паша и тут же предложил. – Река справа была. Значит, возьмём правее и выровняемся в направлении.

Однако спустя некоторое время мальчишки поняли, что окончательно потерялись в этом сумрачном лесу.

– И что нам делать? – суетился Паша, вращая глазами и размахивая руками.

– Не мельтеши, надо подумать, – остановил Глеб одноклассника.

 

– А я и не мельтешу! – возразил Паша, оперившись о клён, и тут же стал пробовать, дотянуться до толстой ветки. – Может наверх взобраться?

– Он не выше остальных, смысла нет, – покачал головой Глеб.

Дима, присев на корточки, осматривал стволы деревьев: – Странно, такое ощущение, что мох и лишайник одинаково со всех сторон растёт. А вроде с северной стороны его должно быть больше. Деревня же западнее Краснодара, значит нам на восток надо.

– Темнеть начинает. Надо подумать о ночлеге, – нахмурился Глеб.

Ребята огляделись. Поблизости ничего подходящего для укромного обустройства шалаша не было.

– Давайте ещё пройдём, нам всё равно надо еду поискать, может ягоды какие попадутся, – предложил Дима.

– Туда! Там что-то есть на ветках! – указал на высокие кусты Паша.

– А если они ядовитые? – испугался Глеб.

Но Паша был уже рядом с кустарником: – Идите сюда! Это ежевика!

Набив животы кисло-сладкими плодами, ребята решили заночевать рядом с зарослями ежевики, чтобы утром был завтрак. Они нарезали веток и обустроили подобие шалаша.

Глеб недовольно крутил головой: – Хлипкий он какой-то. Надо бы укрепить. Давайте поищем ветки потолще и перевяжем их лианами ежевики. Только далеко не расходимся. Не хватало нам ещё и по отдельности потеряться!

– Тогда давайте вместе пойдём, – предложил Паша.

Дима указал на возвышающийся дуб: – Может туда? Под дубом поросль не большая, кинжалами справиться думаю, сможем.

– Идём, – кивнул Паша.

Высматривая наиболее подходящие деревца, Глеб вдруг ойкнул.

– Ты чего там? Не поранился? – подскочили Паша с Димой.

– Нога ушла в землю, смотрите, – показал на правую ногу Глеб, аккуратно её вытаскивая.

Дима взял ветку и расковырял это место: – Это не земля. Здесь листья и ветки, а ну-ка помогайте мне.

Через полчаса упорного труда ребята очистили вход в землянку, расположившуюся в корнях дуба.

– Вот и ночлег. Перенесём сюда ветки нашего шалаша и постель обустроим, – обрадовался Паша.

– А сюда ни кто не придёт? – сдвинул брови Глеб.

– Потому, как это место выглядит, сюда вряд ли кто-то ходит, – успокоил всех Дима.

Подобие матраса собранного из веток деревьев и покрытого папоротником, выглядело вполне прилично, и по мягкости было достойным сооружением для сна. Стемнело, однако, спать не хотелось. Ребята присели на корточки у временного жилища, опёршись спинами о дуб.

– Эх, родители, наверное, беспокоятся, – вздохнул Паша.

– Наверное. Дайте не будем об этом. Здесь как-то странно тихо. Меня настораживает эта сумрачная тишина, – прислушивался Глеб.

– Даже не знаю, если будут ухать совы или выть волки обрадуюсь ли я этому. Пусть лучше будет тихо, – поёжился Паша. – Лес реликтовый. Звери вывелись, по-видимому. От того и тишина такая стоит.

– Да, на джунгли похоже, заросли от самой земли до неба расползаются ветками. Хотя какое небо. Его и не видно сквозь кроны. Стемнело так рано. Сколько заваленных деревьев мы встретили? Это они от старости, сами упали. Здесь же никогда человек своей деятельностью ничего не изменял. Кто его знает, сколько лет этим деревьям, – кивнул Глеб.

– Как людей не было? А эту землянку кто построил? – усомнился Паша.

– Может отшельник, какой жил, – пожал Глеб плечами.

Дима указал на кусты: – Там светлячки. Живность всё-таки есть в этом лесу.

– Какие-то они странные эти огонёчки. Ты уверен, что это светлячки? – испуганно заморгал Паша, вглядываясь в мерцающее облако, окружившее дуб.

– Ч-ч-ч, там кто-то есть, – прошептал Глеб.

Огоньки стали разлетаться в стороны. На полянку перед дубом вышел какой-то человек. Ребята вжались в дерево и словно перестали дышать, инстинктивно понимая, что у этой фигуры в плаще помощи лучше не просить. Послышался звонкий кашель, затем бормотание. Несколько взмахов с искрами в воздухе и человек развёл крошечный костёр под кроной дуба. Сидевшие в нескольких метрах от происходящего действа мальчишки были ни живы, ни мёртвы. Тем временем незнакомец, странно приплясывая и нашёптывая непонятные слова, кружился вокруг костра. И вот пламя разгорелось и поднялось. Ребята увидели очки и белые кудри в чёрном капюшоне. Огонь задрожал и окрасился в лиловый цвет с белым светящимся навершием, из которого проглядывали контуры головы зверя.

– Я здесь, спрашивай, – прошелестел бестелесный дух.

– Что сделать, чтобы мои желания осуществились? – прошептал незнакомец.

– Жертва, тебе нужно принести жертву духам Чёрного леса, – выдохнуло пламя и погасло.

Через мгновение фигура в плаще скрылась в зарослях.

Ещё какое-то время мальчишки сидели молча.

– Нам же это не приснилось, да? – вполголоса спросил Паша.

– Мы вроде не спим и на галлюцинацию это не похоже, – еле шевеля языком, проговорил Глеб.

– Давайте посмотрим, – привстал Дима.

– Ты куда? – шикнул Глеб, но Дима уже ворошил пепел, где только что был костёр.

– Тут и правда, что-то горело. Нам не показалось, – громким шёпотом сообщил смельчак.

– И что там? – поинтересовался Паша, не решившись идти следом.

– Ничего не видно, – Дима встал и тут же упал на землю, за что-то зацепившись.

– Тебе помочь? – привстал Глеб.

– Уже иду. Сейчас вытащу эту штуковину, – отозвался Дима.

Вдруг пронёсся легкий ветерок, взворошив опавшую листву. Холодок пробежал по спинам Паши и Глеба.

– Дим, ты там скоро? – оглядываясь по сторонам, сиплым голосом спросил Глеб.

– Иду, – хмыкнул сам себе Дима и через миг вернулся под дерево.

– Что там у тебя? – Пашу разбирало любопытство.

– По-моему я добыл себе нож, – похвастался мальчишка.

– Его этот в плаще забыл, – охнул Глеб. – Он же за ним вернуться может!

– Может и не вернётся, – неуверенным тоном ответил Дима. – Пойдёмте спать.

Но было не до сна. Звенящая тишина давила на разум, придумывая фантомы невиданных зверей. Образ вызванного незнакомцем духа тоже не выходил из голов мальчишек. Измученные они заснули под самое утро.

Когда солнечные лучи пробивались через густую крону, а товарищи ещё спали, Дима покинул землянку и ещё раз осмотрел место костра. Пепел лежал в центре каменного круга, выложенного булыжниками с оплавленными краями.

– Ты чего бормочешь? – услышал он позади себя голос Паши.

– Говорю, что это кострище весьма древнее. Похоже на то, что здесь ритуалы регулярно кто-то совершает и не одно столетие. Посмотри, как камни друг к другу подогнаны, словно срослись от некой жидкости, которой их поливали.

– И правда, так от огня не бывает, – охнул Паша.

– Ты на это посмотри, – Дима протянул нож другу.

Резная рукоятка была выполнена в форме переплетённых корнями нескольких деревьев и словно обхватывала ими длинный клинок.

– Не обычный. Второго такого точно нет, – воскликнул Паша, крутя нож в руках.

– Чего нет? – потягиваясь, вышел к ним Глеб.

Паша поднял руку с ножом вверх: – Посмотри, какое мастерство! Ни у кого из наших такого не видел.

– Это лишь доказывает то, что владелец за ним вернётся. Пора уходить. Быстро завтракаем, и домой! – засуетился Глеб.

– Ты хотел сказать, быстро завтракаем, и вперёд искать дорогу, – поправил его Паша, возвращая нож Диме.

– А что её искать? Пойдём в ту сторону, откуда незнакомец пришёл. Если встретим, скажем, что нашли, – предложил Дима.

– Точно! – поддержал Паша.

– Ну да, вот он обрадуется. Вы что забыли, что ему жертву Чёрному лесу надо принести? Я не хотел бы стать подношением этого колдуна, – горячо возразил Глеб.

Дима и Паша испуганно переглянулись.

– Ты конечно прав, тип этот странный был, – выдохнул Дима.

– Ладно, с ним, с типом. Меня больше пугает звериная морда из костра, – бесцветным голосом промямлил Паша.

Съев совсем немного ягод, ребята всё же направились на поиски следов ночного посетителя, полагая, что лучшего способа выйти к дороге, у них нет. Незнакомец и не старался скрыть следы и мальчишки довольно быстро их обнаружили и к полудню вышли на просёлочную грунтовую дорогу.

– Смотрите! Это же егерь! Дядя Егор! – устремился Паша вслед за мужчиной, вышедшим из леса с противоположной стороны.

– Привет, мальцы! Вы как тут оказались? – искренне удивился тот.

– На лодке плыли. Она потонула, так мы через лес напрямки пошли, – отрапортовал Паша.

– Напрямки куда? Деревня в противоположной стороне. Значит так, у меня обход делянки. Мне не до вас. Идите по этой дороге и выйдете часа через три к дому, – указал егерь направление.

Мальчишки поспешили домой. Даже немного пробежали, но потом перешли на шаг. Вода закончилась. Язык присыхал к нёбу. Нестерпимо хотелось пить.

Вдруг Глеб расхохотался: – Нам повезло. Я дядю Егора никогда трезвым не видел. А то бы он нас заслал сейчас куда-нибудь.

– Точно, – хихикнул Паша.

– Мне даже показалось, что он какой-то добрый. Обычно обязательно отругает за что-нибудь, – поддакнул Дима.

– А вон и первые дома. Ох, и достанется нам сейчас. Сутки дома не были, – втянул шею в плечи Паша.

– Может, обрадуются, что вернулись и ругать не будут. Вам-то проще, наказывать вряд ли родители станут, а мне от деда точно влетит, – поёжился Дима.

– Дим, встретимся вечером в саду, как обычно, под яблоней, – предложил Паша, когда ребята дошли до калитки дачи его семьи.

Тот утвердительно кивая, махнул рукой и поспешил в соседнюю калитку, где жил его дедушка.

Около девяти часов вечера, когда дедушка по обыкновению смотрел новости по телевизору, Дима отправился к друзьям. Те уже ждали его под старой яблоней, усыпанной краснобокими плодами, свисающими на изогнутых ветках почти до земли.

Глеб натирал яблоко.

– Ещё не созрело, я уже пробовал, – отговаривал его от дегустации Паша.

– Привет! – перелез через забор, разделявший участки Дима.

– Здарова! Представляешь, нам родители даже слова не сказали. Ни один даже не заикнулся, что нас целую ночь дома не было. Вообще они какие-то правильные, что ли стали. Отцы наши даже ни разу не ругнулись, а то всё время на комаров чертыхались, – выпалил новости Паша.

Глеб с перекошенным от кислого яблока лицом лишь кивнул, не в силах, что-либо добавить.

– У меня тоже штиль. Я деду про лодку сказал, а тот махнул рукой, типа старая, хорошо, что со мной ничего не случилось. И всё. А за то, что я не ночевал, он молчит, ну и я темы не стал поднимать, – не веря в собственную удачу, рассказал Дима и добавил: – А теперь, когда вы сказали, что и у вас так, мне идея в голову пришла. Он, наверное, решил, что я у вас на ночь остался, а ваши родители возможно думали, что вы у меня.

– Точно! – хлопнул в ладоши Паша.

– Он видимо на пасеке, как обычно весь день был, а наши в теннис играли и загорали на пляже, поэтому никто ничего и не заподозрил. Не пересеклись, чтобы вопросы задать, – подытожил Глеб. – Да и моя младшая сестрёнка на удивление не наябедничала. С книжками сидит, хотя раньше только телефон в руках или планшет был. Может с мамой договорилась о каком-нибудь выгодном для себя приобретении, вот и отрабатывает.

– Скоро первое сентября, наверное, книги, которые были на лето заданы, дочитывает, – предположил Паша.

– А у тебя с этим как? – полюбопытствовал Дима.

– Я уже все фильмы посмотрел. Осталось только пару книг прочесть, по ним, к сожалению, ещё ни кто кино не снял, – поделился Паша.

– Думаешь, учительница по литературе, не догадывается, как ты книги читаешь? – усмехнулся Глеб.

– Если и догадывается, то претензий пока не было. Сочинения я пишу нормальные, – Паша показал Глебу язык.

– Эх, мне завтра в Воронеж уезжать, – напомнил Дима.

– Нож с собой заберёшь? – спросил Паша.

– Да, я же поездом еду, там обыскивать, как при посадке в самолёт ни кто не будет, – кивнул Дима.

– Если бы не этот нож, можно было бы сказать, что нам это всё почудилось, – поёжился Паша.

– А я уже к этому отношусь так. Мы никогда этого мужика в плаще не встретим. Если и придёт под дуб за ножом, то никогда не узнает, куда он делся, – проговорил Дима.

– Ну да, если ему только его друг со звериной мордой не подскажет, – испустил неловкий смешок Глеб.

Между веток яблони появилось хорошенькое личико: – Вот вы где? Вас мама ищет, они с тётей Леной компот сварили, и пирог ягодный испекли.

– Привет Маш, – поздоровался Дима.

– Добрый вечер, Дмитрий, проходи на пирог. Родители будут рады, и дедушке возьмёшь, – улыбнулась девочка, поправив косу.

Дима широко улыбнулся: – Конечно, с удовольствием.

– Идите на веранду, а я пока предупрежу, что у нас гость, – побежала Маша.

– Видал? – кивнул в сторону сестры Глеб.

– Сама вежливость, не припомню за ней такого, – поднял большой палец вверх Дима.

 

Через час ребята прощались у калитки.

– Всё было вкусно, хорошо, когда мамы сами готовят. Моя мама обычно полуфабрикаты только разогревает, редко сама что-то делает. Хотя в детстве часто пекла для меня. Единственное мне показалось, что все ваши родные стали уж какими-то положительными, что ли. И пива ни кто не пил, – поделился наблюдением Дима.

– Более того, мой отец не курил весь день, – почёсывал голову Паша.

– Тут явно что-то произошло, но как узнать, чтобы не спалиться, что нас дома не было? Дедушка ведь тоже обычно молчун. Уже сколько лет один живёт. А сегодня мы с ним столько всего обсудили, сколько я за всё лето не слышал. Прямо жаль уезжать, а то бы ещё подраспросил, – постукивал пальцами по деревянной калитке Дима.

Глеб прокашлялся и посмотрел по очереди на Диму и Пашу: – Давайте так, будем созваниваться, каждые выходные и делится наблюдениями. Уж больно это всё подозрительно. Нас не было всего сутки, а они вдруг все стали такими ласковыми. Я даже после себя сам посуду не забыл помыть, потому что на меня ни кто не прикрикнул «убери за собой», хотелось родителей порадовать. Это всё очень странно. Я знаю, что меня мама любит, но раз в день я всё-таки нагоняй от неё постоянно получаю, а то, что она меня как в детстве вдруг снова по голове стала поглаживать, наводит на определённые неоднозначные размышления.

Дима и Паша одновременно громко сглотнули.

– На какие такие размышления? – переспросил Паша.

– Пока я не готов ими поделиться. Помогите с наблюдениями. Возможно, я не прав, – сухо ответил Глеб.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru