Наемник: Наемник. Патрульный. Мусорщик (сборник)

Владимир Поселягин
Наемник: Наемник. Патрульный. Мусорщик (сборник)

Подхватив найденную маску, я надел ее и посмотрел в настенное зеркало. Открыты остались лоб и глаза, остальное маска прикрыла. Стянув маску на подбородке, поморщившись, потрогал наливающийся лиловым синяк под правым глазом. Как я его получил, так вспомнить и не смог. Наверно, когда был без сознания.

Открыв дверь, я дважды выстрелил в спину вышедшего из третьей от меня комнаты бандита. Тихий писк игольника – это не хлопки глушителя пистолета. Так что тишину я фактически не потревожил.

Спокойно подойдя к двери, я переступил через конвульсивно дергавшееся тело и нажал на сенсор. В это помещение вход был свободный, и карточка не требовалась.

«В позвоночник попал, судя по вытекающей вместе с кровью жидкости, попадание в спинной нерв. Вторая игла – в сердце. Хм, почему он еще жив?!»

С этой мыслью я и вошел в комнату с задумчивым, можно сказать, отстраненным видом. Этакий кот Леопольд, только очков не хватало.

Это была ординаторская, совмещенная с комнатой отдыха. Кто-то ранее принес сюда семь кушеток, уложил и привязал к ним, как и меня до этого, семь человек. Пятеро из них были в возрасте. По моим прикидкам, от сорока до пятидесяти, но тут судить по внешнему виду не следует. Если средняя продолжительность жизни на Земле – шестьдесят лет для мужчины, то в космической цивилизации медицина изрядно продвинулась. Средняя продолжительность достигала двухсот пятидесяти лет. Так что внешний вид в данном случае обманчив. Шестым был парень моих лет, цыганской наружности. Седьмая – рыжеволосая девушка, нет, девочка лет четырнадцати. И она единственная находилась не на кушетке, а в настоящем гинекологическом смотровом кресле. Как раз около нее и суетился парень в медицинском комбезе.

После открытия двери мне понадобилась секунда на анализ происходящего, нет, я, конечно, видел эту комнату на мониторе, но тогда ситуация была несколько иной.

То, что происходило здесь, было просто до банальности. У меня на старой работе, еще на Земле, это называлось «психологическим прессингом».

С помощью этой девочки, явно не безразличной пятерым пленным, бандиты давили на них. В цивилизованном обществе данное мероприятие, производимое, а вернее подготавливаемое, называлось изнасилование несовершеннолетней. Кстати, по внутренним законам Зории, пойманного на месте преступления насильника ждала смертная казнь.

Как только я разобрался в ситуации, что заняло какую-то долю секунды, от бедра дважды выстрелил в единственного в комнате бандита. Статус остальных, находившихся в комнате, я не знал, может, тоже относились к подобным людям. Вернее, нелюдям, только из конкурирующей банды, поэтому я настороженно посмотрел на них, контролируя воющего на полу бандита.

– А я тебя знаю. У тебя крейсер, в сети показывали, – сказал вдруг цыган, на что мне оставалось только сплюнуть и содрать маску.

– Глазастый больно, – покачал я головой.

Вздохнув, я подошел к бандиту и проверил его. К моему удивлению, оружия у него не было. Подхватив одеяло, я накинул его на девочку, она явно стеснялась своей наготы. Отвязывать никого из них до прояснения ситуации желания у меня не было.

Парень меня, кстати, услышал. Пока я возился с бандитом и укрывал девочку, он ответил:

– Форма пилота – это раз. Шрам, пересекающий бровь, – это два. Да и глаза у вас редкого светло-зеленого цвета. Это три.

Сев на свободную кушетку и покачивая в руке игольник, я поинтересовался:

– Как будем выпутываться из этой ситуации? Сами понимаете, резона оставлять вас в живых у меня нет, не хотелось бы иметь проблем с полицией. Прежде чем решить этот вопрос, ответьте. Вы кто? И вы бы поторопились, мы тут не одни.

Они стали переглядываться. Никогда бы не подумал, что можно общаться с закрытыми ртами и отключенной связью, одними только взглядами и мимикой. Оказалось, можно. Молчаливые переглядывания закончились, видимо, они пришли к какому-то выводу и предоставили слово цыгану.

Как я и предположил, пленники были из конкурирующей структуры, это, можно сказать, вершина айсберга. Почему они решили мне рассказать всю правду, я узнал несколько позже.

А дело было так. Было несколько друзей, ветеранов множества локальных войн. Поносило их по Вселенной изрядно, и опыта у них набралось на целую эскадру (это не я так сказал, цыган поэтично высказался). Шло время, они старели, и вот разъехались по родным краям. Один из них, с Зории, купил домик, денег много он так и не скопил, хотя пенсия, как у бывшего военного, была очень даже приличная, устроился работать в сиротский приют. Не из-за денег, а просто не мог сидеть без дела. Было это восемнадцать лет назад. Тогда приют был настоящей клоакой, состоявшей из молодежных банд, десятилетние мальчишки могли ограбить, а то и убить.

Звали бывшего военного Рик Далтос, бывший командир абордажной команды. Засучив рукава, он занялся приютом и перевоспитанием детишек. Первое время было трудно, но он подтянул остальных друзей-ветеранов, повыгонял бесполезных учителей и воспитателей и занял место директора.

К данному моменту приют стал военизированным. Там шло обучение тем предметам, к которым тяготел сирота, а после того как тот становился совершеннолетним, согласно закону, его выпускали из приюта. Напомню, что нейросеть ставят после восемнадцати лет, так что бывшие приютские дети оказывались фактически на улице, без работы и крыши над головой. Выход нашел Босс Тир, зам Далтоса, бывший тактик на десантном линкоре, где они и познакомились. Идея его была на грани закона, но это был выход. В общем, в городе появилась новая молодежная банда. А так как банду приютских ликвидировали пару лет назад, пока не нашли этот выход, то ясное дело, другие банды встретили их идею в штыки. Начались войны, продолжавшиеся до того момента, пока, наконец, приютские не заняли свое место под солнцем. Я только хмыкнул, когда «цыган» рассказывал про эти войны. Шестнадцати- и семнадцатилетние мальчишки и девчонки, подготовленные бывшими военными, – это просто атас. А подготовка у них была на уровне, там были и десантники, и разведчики, и штурмовики, и абордажиры. Вояки в основном учили боевому искусству и внедряли в детские головы такие понятия, как честь и долг. В общем, молодцы.

Ах да, забыл рассказать суть идеи организации баз. Мало того что крышуя предприятия и сдавая в аренду некоторые подвластные помещения, они еще копили деньги, чтобы покупать этим мальчишкам и девчонкам хорошие нейросети и базы, согласно выбранной специальности. В общем, за это время в космос ушли несколько сотен подготовленных специалистов. Приют от них ничего не требовал, но те, кто улетел и начал работать, сами решили, что будут отчислять двадцать пять процентов зарплаты в течение пяти лет на счет приюта в качестве помощи. Хорошо воспитали молодежь.

Короче, уважаю я этих вояк, слов нет, молодцы. Они все пятеро были тут, даже «цыган» – предводитель военизированной банды и один из их пока еще птенцов. Это я про девочку.

Про двоих ветеранов я уже сказал, трое оставшихся – это бывший старший инженер корабля, подполковник запаса Рит Тимс, занимал в приюте должность учителя по технике. Четвертый – Боб Риз, майор запаса, энергетик, в приюте та же должность. И Кул Винзент, майор запаса, легкая разведка, в приюте воспитатель. «Цыган» Лес Милт. Девочка Илма Рамирос, воспитанница, ученица класса внешней разведки.

– А теперь объясните, как вы тут оказались?

– Наш глайдер из глушилки сбили. Когда возвращались со складов космопорта, – поморщился Лес. – Очнулись уже тут.

– Глушилка? – задумчиво потер я шею, у меня такой не было, надо бы приобрести.

– Да. Армейская, скорее всего «Луч».

– Я уже понял. На одном глайдере летели? – слегка скептически приподнял я бровь. Это как-то не вязалось с профессионализмом ветеранов, про которую пел Лес.

– Не все. Меня взяли на выходе из кафе, в центре, под фиксаторами. Суки, ничего не боятся. Но тоже не силой, шокером отработали. У меня, конечно, была защита, но шокер армейский, пробил. Мне хватило. Риза на спортплощадке, из «Луча», взлетели на флаере и широким спектром отработали. Илму как раз там же прихватили. Больше, наверно, места не было, там под «Луч» еще два десятка ребят попало.

– Откуда знаешь?

– Эти рассказали. Смеялись, мол, вот вы какие крутые…

– Зачем вас захватили, не расскажете?

– Конкуренты. Они хотят прибрать приют и наши территории, мы вначале немало повеселились и отхватили большой кусок. Денежный.

– Понятно. А остальные что молчат, глухонемые? Или бандиты уже успели языки отрезать?

– Анализируем ваш разговор, – едва заметно улыбнувшись, ответил второй слева, тот, кого Лес представил как Босса Тира, бывшего тактика.

– Вот как? Ну и что вы решили?

– Вопрос подразумевает предложение?

– А вы действительно аналитик, – уважительно протянул я. – И что я могу предложить?

– Вы явно не хотите испачкать руки, замарать репутацию, а нам сам бог велел. Защищаем воспитанницу, тут многое спишется. Значит, у вас к нам предложение, вы освобождаете нас, мы захватываем эти помещения…

– Это убежище планетарной обороны, – подсказал я, прервав тактика.

– …и вы уходите. Так?

– Вроде того. Я еще трофеи соберу, вам-то они ни к чему.

– Договорились?

– Под протокол?

– Конечно.

– Тогда договорились.

Освобождение пленников много времени не заняло. Оставив себе один игольник, остальное я отдал освобожденным.

– Илма, остаешься с господином Кремневым, – велел Рик Далтос, наконец произнеся первые слова.

– Хорошо, – пискнула та.

Смерив меня взглядом, Далтос подошел и, протянув руку, произнес:

– Спасибо.

– Сочтемся.

Нажав на сенсор, Лес открыл дверь и, держа наготове шокер, осторожно выглянул.

– Чисто.

– Расходимся, – скомандовал Далтос.

Уже разбитые на пару и тройку, они разошлись в стороны. Описать, где находится каждый бандит, мне было нетрудно.

 

– Привет еще раз, – улыбнулся я кутающейся в одеяло девчушке. – Илма, ведь так?

– Да, – осторожно ответила она на улыбку. Конопушки, усеивающие ее лицо, светились, как лучи солнца.

– Расскажи мне о приюте. О директоре, воспитателях, детях. Как у вас там? Нравится?

Девушка рассказывала так, что я даже заслушался. И только через пять минут сообразил, что ни на один вопрос она мне так и не ответила, мягко уводя разговор в сторону.

«Ученица класса внешней разведки. М-да… Теперь понятно, о чем будет у нас с Далтосом следующий разговор».

Она сидела на кушетке, легкомысленно покачивая недостающими до пола ногами. Если все дети, что выпускают из стен приюта ветераны, такие, то это просто атас. Я уже шесть попыток засек, когда Илма пыталась перевести наш разговор на меня. Каждый раз я улыбкой давал понять, что вижу ее маневры, но девочка не сдавалась. Видимо, я для нее был чем-то вроде практики.

– На прежней работе меня еще не так натаскивали, так что без шансов, – не выдержал я наконец.

– В сети было написано, что вы дикий, это правда?

– Да.

– А кем вы работали на своей планете? – сделав невинное лицо, поинтересовалась девочка.

– Да в принципе тем же, – кивнул я на лежавшего на полу бандита. Оказывать ему медицинскую помощь никто даже не подумал, конец и так был понятен.

– Вы были бандитом? – удивилась она.

– Шеф нас называл «менеджерами по серьезным вопросам», но как ни назови, сути это не меняет… Хм, у меня, кстати, был подобный случай. Я тогда по протекции моего сослуживца поступил работать в одну охранную фирму, месяца два отработал, вроде все нормально было. Тут, видимо, меня решили проверить на вшивость и взяли на дело, даже левый ствол дали с глушителем… незарегистрированное оружие, – пояснил я озадаченно нахмурившейся девочке.

– Понятно, – кивнула она.

Рассказывал я не просто так, решил свести более плотное знакомство, пока нет ее воспитателей. Может, что успеет рассказать о них.

– Приехали на хату… в квартиру. Как сказал старший, там должник живет, надо долг выбить. Я у машины замешкался, мне осмотреться велели, когда в квартиру попал, там уже допрос шел. Знаешь, как людей утюгом жгут? Этого не жгли, у него дочка была десятилетняя, вот ее на столе на глазах у отца и матери и разложили. Я немного не успел. У меня две сестры, младшей как раз столько же было, ну и не сдержался. Всех троих и положил. Стою я у двери, порохом несет, и не знаю, что делать, девчонка ревет. Мать в обмороке, мужик матерится, три трупа и кровища вокруг. Сейчас мне кажется, это была плохая идея, но тогда она первой пришла мне в голову. Взял пистолет, протер его от «пальчиков» и сунул в руку мужику, еще и на спуск заставил нажать, трупу все равно, сколько в нем пуль. Зато у мужика пороховой нагар на руке. Сказал ему: «Поможешь от тел избавиться – ствол скину. Нет – ты завалил». Спустили в машину, дальше я уже сам. Мужику напоследок сказал: «Денег нет – уезжай. Есть – лучше заплати». Вот такая история со мной приключилась.

– А ваш начальник? Что он?

– Когда я от тел избавился, приехал на базу и честно все выложил.

– И что он? – не выдержала паузу девчушка.

– Сказал, что от этих отморозков давно пора было избавляться. Им было сказано мягко с ним поговорить. В общем, велел мне пяток ребят набрать и старшим над ними поставил. Так я и стал бригадиром. Ничего, полтора года отпахал, если нормально к работе относишься, везде будет удача. Даже в институт заочно поступил. Филологический. Для себя, для души.

– Ясно. А как вы сюда попали?

– Отпуск у меня был, по диким местам. Там на пиратов и нарвался, – нехотя ответил я.

Говорил я не совсем правду, вернее, полуправду. На начальном этапе все так и было, пока меня не проверили, и я не спалился на мокром деле, но, как ни странно, начальник меня зауважал и поставил бригадиром над группой ребят. Набирал я их сам, и занимались мы информационной безопасностью. Проще говоря, мои подчиненные были «очкариками», хотя и среди них затесались пара бывших «топтунов» из милицейской наружки. А мокрым делом с тех пор я не занимался, для этого в нашей конторе были другие ребята.

Девочка сидела с задумчивым видом, черт возьми, она анализировала наш разговор. Если у «цыгана» все люди такие, то я, пожалуй, приму их будущее предложение.

Тут, пшикнув, отворилась дверь, и под моим прицелом вошел Лес. Одновременно со звуковым сигналом появилась сеть. Видимо, ветераны добрались до глушилки.

– Все нормально. Можете выходить.

– Не торопись, мне тут письма пришли с пометкой «особо срочно», – ответил я, не двигаясь и просматривая почту.

Штук двадцать сообщений, и чем свежее, тем с большим количеством восклицательных знаков. Посмотрев, от кого они, я только вздохнул: похоже, мне от этого семейства никогда не избавиться. Письмо было с видео. Запись шла через стационарный узел связи, судя по заднему плану, рядом с моим ангаром. На миг прищурившись, я припомнил, что метрах в ста от ворот действительно была кабинка связи.

Активировав письмо, я увидел сердитое лицо Жорин.

«…Да сколько можно ждать?! Мы вылетаем завтра, попробуй только опоздать…»

Досмотреть мне не дали, видимо обнаружив, что я в сети, Жорин прислала очередное письмо.

«Ты где?»

«Где-где? В борделе. Что случилось? И как это понимать твое заявление про НАШ вылет?»

«Я лечу с тобой. Ты в борделе?!»

«Ты не летишь со мной, это мое последнее слово!»

Отключив почту и внеся Жорин в черный список, я отправил сообщение Добрыне, чтобы он собрал полную информацию по приюту, кратко описав ему свои приключения.

– С почтой я разобрался. Вы закончили? – поинтересовался я у Леса.

– Да, – коротко ответил он. – Старший вас ждет. Идите за мной.

В это время пришло письмо от Добрыни: молодец, за сорок секунд собрал полную информацию, а я бы часа два колупался. Шагая за Лесом, я одновременно просматривал инфу.

Все, что говорили приютские, было правдой, да и мои подозрения подтвердились, я обнаружил в корзине письма от господина Рика Далтоса с предложением по набору команды. Я тогда бегло просмотрел, меня это не заинтересовало, и удалил все сообщения. Добрыня сумел узнать даже то, что в других двух наемничьих отрядах тоже есть приютские ребята, в основном процентов двадцать пять – тридцать. Отзывы о них только положительные. Читая краткую справку по банде малолеток, я, вслед за Лесом, вошел в операционное помещение.

– Успели? – поинтересовался Далтос, крутя в руках никелированный зажим. Он входил в полевой комплект спасателя. Далтос был, видимо, далек от медицины и не знал, что инструмент нужен был для облегчения родов.

– Заканчиваю. Давайте не будем тянуть время и сразу перейдем к делу.

– Мы не против, – кивнул он, мельком глянув на своего зама. Кроме них и Леса с девчонкой, никого больше не было. Остальные, видимо, или стояли на страже, или, что более вероятно, вызывали и ожидали помощь от своих.

– С того момента, как вы послали мне письмо с предложением набрать рекрутов, я понял, что на первых порах без команды мне не обойтись, так что я согласен.

– Что, вот так просто?

– А чего тянуть? Я, конечно, собирался набрать команду на своей родной планете, тем более наметки на это были, но ваше предложение как нельзя кстати. Сколько у вас человек, готовых к работе?

– Двадцать восемь.

– Список с собой?

– Конечно.

– Киньте, благо почта работает. Мой ник Лис.

Получив письмо, я отошел к кибердоктору и, облокотившись на один из манипуляторов, стал задумчиво перебирать личные дела рекрутов. Изучая, какие у них стоят нейросети и закачаны базы. Ну что я мог сказать, увиденное невольно внушало уважение, было видно, что ребят готовили серьезно. Фактически с ними я перекрывал восемьдесят процентов экипажа и семь десанта. Остальных позже наберу.

– Вы в патруле? – отвлек меня от изучения кратких личных дел (копию я уже отправил Добрыне) вопрос Босса Тира, зама Далтоса.

Вопрос был в тему. Во время войны наемные отряды добровольно-принудительно отправляли на патрулирование транспортных трасс. Полицейские корабли в случае войны мобилизуются в пограничный флот и уходят к границе, свалив всю охрану тыловых путей на наемников. Метод довольно действенный, были случаи, что наемники изрядно поднимались на захватах пиратских баз и кораблей, так что с их стороны проблем не было. Избежать попадания в патруль можно было двумя способами. Если корабль на ремонте или есть действующий контракт, как в моем случае.

– Контракт, – коротко ответил я, не касаясь темы, куда мы летим.

– Ясно.

Наши мысли с Добрыней совпали, кроме девки-биолога. На мой вопрос: «На фига она нужна?» – Добрыня ответил: «Да пусть будет, вдруг надо, а у нас есть».

– Я изучил списки личных дел, и меня не устроили три кандидатуры. Просто не наш профиль. Кстати, ловите контракт, можете изучить его.

– Быстро определились, – несколько удивился Далтос.

– Я на связи с Искином крейсера, он подборку сделал, я изучил только результаты.

– Искин? – слегка скривился ветеран.

– У меня восьмого поколения. Даже восемь плюс.

Глядя, как вытягиваются лица присутствующих, я только хмыкнул. Ага, они думали, что на недотепу нарвались.

– Однако, – покрутил шеей Далтос. – Удивили, даже очень.

– Вас устраивают условия контракта? Я там внес некоторые изменения. Пункты восемь-один и семнадцать-три.

– Так он не стандартный?

– Да.

В это время в коридорах послышался легкий шум. Через секунду заглянул один из ветеранов.

– Наши добрались.

– Кстати, как раз познакомитесь с большинством своих, я надеюсь, будущих подчиненных, – откликнулся Далтос.

Через полчаса, когда убежище полностью взяли под контроль, я отдал карточку старика подскочившему пареньку лет восемнадцати, меня попросили выйти в общий коридор. Там стройной шеренгой, судя по виду, шагистикой они не пренебрегали, стояла группа ребят на вид от семнадцати до девятнадцати лет. Сравнив лица с фото из личных дел, я понял, что тут находится только шестнадцать парней и девушек. Девять отсутствовали.

Далтос кратко представил меня и дал слово:

– Вы все ознакомились с условиями контракта?

– Так точно! – хором ответила шеренга.

– Работа начинается с момента подписания договора. Кто подписал? Если есть такие, прошу прислать на мою почту подписанные договора.

В течение пяти минут я получал, складировал и архивировал договора. Подписали все, кроме отсутствующих, пока не увижу их лично, договор с ними не подпишу.

– Лиана Ривз. Вы приняты на крейсер в должности медика в звании лейтенант-стажер. Стажировка у нас длится месяц, в дальнейшем уже и звание полное и зарплата другая, – обратился я к невысокой симпатичной кареглазой девушке.

– Да, нур.

В империи есть подобная почтительная приставка, как и у нас, на Земле, например, «сэр». Это стандартное обращение к старшему по званию, произошедшее от самого младшего дворянского звания. Было слегка непривычно, но я быстро освоился.

– Так как в данный момент вы мой подчиненный, то слушайте приказ. В той комнате находятся четыре трупа, ваша задача с помощью медицинского оборудования извлечь у них нейросети и, если есть, имплантаты. После собрать все медицинское оборудование, что не числится за убежищем, и транспортировать его на крейсер, где и установить в штатном режиме. Вам ясна задача?

– Да, нур, – козырнула девушка.

– Возьмите в помощь будущих десантников Тнара, Голди и Лившица. Доступ в ангар я вам открыл, вход на крейсер в мое отсутствие заблокирован, складируйте у входного пандуса.

– Есть, нур.

– Выполнять.

Девушка в сопровождении рядовых умчалась исполнять.

– Лейтенант-стажер Энтони Хорк!

– Да, нур, – откликнулся крепкий паренек с изумрудными глазами. Судя по виду, уроженец Заславии, планеты с двойным тяготением. Ему бы в десант, но, видимо, парень тяготел к схемам и платам.

– Вы у нас приняты на должность офицера связи, так же со стажировкой.

– Да, нур.

– Демонтируйте оборудование, не принадлежащее убежищу. Задача та же – вывезти на крейсер. Доступ в ангар вы также получили.

– Есть, нур.

– Сержант-стажер Мир Жорт, вы приняты на должность командира отделения легкой разведки. Соберите по бывшим хозяевам всю информацию. Меня интересуют имплантаты и нейросети. Наверняка мы тут не первые, значит, где-то они хранят извлеченные из трупов имплантаты. В случае обнаружения сдайте лейтенанту Ривз, пусть она систематизирует их согласно каталогу. Завтра доложите о выполнении.

Наверняка тут еще были вкусняшки, но и приютским надо что-то оставить, пусть тоже затрофеятся. Мне и имплантатов хватит.

– Есть, нур, – козырнул худощавый темноволосый паренек со шрамом на нижней губе.

 

– Остальным быть на крейсере в десять утра по корабельному времени. Отправка в три часа дня, – известил я остальных, после чего распустил их.

– Неплохо командуете.

– Армия, – ответил я рассеянно.

– Ко всему должен быть талант.

– Это да… Сержант-стажер Холк, подойдите ко мне.

От группы парней, стоявших и с радостным видом что-то свое обсуждавших, явно о новом назначении, отделилась светловолосая девушка с обалденной фигурой и подошла ко мне.

– Да, нур?

– Вы у нас специалист по тяжелому вооружению?

– Так точно, нур,

– Боевые мехи знаете?

– Да, нур.

– Прототип «Витязь».

– Недавно снят с вооружения. Хорошая машинка, нур, – уважительно ответила девушка.

– У меня они есть, но нет баз к ним.

– У меня тоже, нур, но это не проблема. Я знаю, где их купить.

– Хорошо, так как это вооружение переходит под твое начало, то на тебе и покупка баз. Нужно четыре базы пятого ранга.

– Есть, нур.

Переведя на счет девушки требуемую сумму, я повернулся к стоявшему рядом Далтосу.

– А вы не подскажете, где тут можно найти приличный бордель? У меня впереди долгий полет, так что нужно развеяться.

– Знаю, – улыбнулся Далтос.

Утром следующего дня у орбитального лифта я встретился с двумя своими подчиненными. Это были наш медик и специалист по мехам.

– Превосходное утро, и две прекрасные нимфы встретились мне.

После хорошего траха хотелось закурить, но так как я этим не баловался, то меня потянуло на лирику.

– Здравствуйте, нур.

– Здравствуйте, – вежливо ответил я, сразу же перейдя к делу. – Сержант, как только примете все дела и оборудование, займитесь расконсервированием и настройкой мехов…

Закончив с одной девушкой, я принялся за другую. Напомнил ей про разгон и сообщил, что некоторым подчиненным надо будет подтянуть базы во время полета, а также провести полное медицинское обследование всего экипажа с заведением карточек. Так, беседуя, мы незаметно доехали на каре до ворот моего ангара.

У тамбура шлюзования на кофрах и чемоданах спала Жорин.

– Она что, не уходила? – удивился я.

– Кто это, нур?

– Это? Это наш наниматель.

Подойдя к Жорин, я присел рядом на корточки и осторожно потряс ее за плечо.

– Жорин, какого ты тут делаешь?! Мы же вроде все прояснили?

Заспанно протирая глаза, девушка почему-то смотрела не на меня, а на стоявших за моей спиной членов экипажа.

– Это кто? Так ты правда был в борделе?! И решил еще с собой взять?!

Я невольно отодвинулся он разгневанной Жорин.

– Ты чего?

Девушки сзади стояли с невозмутимым видом, судя по смеющимся глазам, явно понимая, что происходит. Один я не понимал.

– Это мой экипаж, – отмахнулся я. – Я же тебе чистым общим языком сказал: ТЫ НЕ ЛЕ-ТИШЬ!

– Где моя каюта? – живо поинтересовалась Жорин, поднимаясь со мной на лифте.

– Скажи спасибо своим юристам, что договор проводили, иначе хрен бы ты была на борту, – недовольно буркнул я.

Жорин не обиделась на мой неприветливый тон, а, излучая жизнелюбие, переспросила:

– Так какая?

– Гостевая, рядом со мной. Чтоб на виду была, – хмуро ответил я.

– Хорошо. Когда отлет?

– Через четыре часа после того, как весь экипаж будет на борту и подойдут новые рекруты. Все, согласно договору, не волнуйся.

Тут, я, честно говоря, лажанулся, основу договора я взял стандартную, для наемников. Там был пункт о сопровождающем, то есть наниматель мог отправить со мной контролера. Мне даже в голову не могло прийти, что они действительно могут отправить со мной кого-то на Фронтир. Тем более что Жорин сама вызовется лететь с нами. Попробуй, пойми этих женщин.

– А девушки, они…

– Госпожа Краб, я выполняю свою часть договора и попрошу вас не лезть в мои дела. Ответьте мне на один вопрос. Почему вы летите с нами?

Жорин прищурилась и, после недолгого раздумья, чуть насмешливо ответила:

– Мне напомнить, что у меня закачана база «Аналитик»?

– Ну? – вздохнув, спросил я, догадываясь, что последует дальше.

– Ты, конечно, хитрец, себе на уме, но и другие думать умеют. Когда я пришла уговаривать тебя спасти мою маму, я ведь для тебя была как луч света в конце туннеля. Так ведь?

– Продолжай.

Мы вышли из лифта и направились по коридору к жилой секции. Пропустив пробежавшую мимо и козырнувшую Ривз (та после вселения в офицерскую каюту направлялась в медсекцию), мы подошли к двери, за ней находилась каюты старшего командного состава и гостевые.

– Красивая комната, мне нравится зеленый цвет, – войдя, покрутившись и осмотревшись, похвалила Жорин.

– Я ее для младшей сестры приготовил, продолжай.

– Как ты знаешь, наемники рекрутируются в патруль, но твой корабль был на ремонте. Вроде как отсрочка, поэтому ты обрадовался моему приходу, хоть и не подал виду. Я нужна была тебе не только для того, чтобы отказаться от патруля, но и согласно договору, а он у нас элитный, корпоративный, что означает, что ты можешь пересечь границу Фронтира. В общем, я просчитала тебя. Ты летишь за своей семьей. Ты их очень любишь и не бросишь надолго. Прошлая война длилась несколько лет, ты столько ждать не будешь.

– Молодец, но ты не ответила на мой вопрос. Ты зачем летишь? Я все равно первым делом выполнил бы контракт, сняв с астероида сотрудников корпорации, и только бы потом отправился на поиски.

– Я буду контролировать спасение.

– Не доверяешь?

– Нет. Кстати. А как ты собирался объяснять спасенным поиски своей планеты?

– Сказал бы, что у нас на хвосте погоня. Поэтому мы уходим в глубь неисследованного космоса, – последовал мой ответ.

– Хорошо подготовился.

– Ты даже не представляешь, насколько. Я даже дополнительные баки установил. В общем, мы можем уйти в рейд на несколько лет, у нас все с тройным запасом. Ладно, ты устраивайся, а мне надо готовиться к приему новичков и к отбытию. Черт, еще дополнительно нужно заказать продовольствия, моих запасов может не хватить. Не рассчитывал я на живой экипаж.

– Хорошо. Надеюсь, вечером мы поужинаем?

– Почему нет? Доступ у тебя в кают-компанию есть, там и поужинаем.

Приняв душ и пообедав, я в свежем комбинезоне направился в оперативный штаб, там меня уже ждал Добрыня, снова приняв обличие Сталина.

– Ладно, давай, что у нас по людям и обеспечению?

– Правду или ту лабуду, что ты нашей нанимательнице гнал?

– Правду… и смени личность, наконец.

Добрыня занимался вселением экипажа и показывал им рабочие места, как и сам корабль.

– Хорошо, нур. – Теперь я разговаривал с маршалом Рокоссовским.

– Выведи личные дела на экран визора и дай краткую характеристику каждому, – велел я, подойдя к большому штабному визору для планирования операций. На нем немедленно появилось первое личное дело с фото.

– Первый у нас лейтенант-стажер Энтони Хорк. Офицер связи. – На экране визора появилось знакомое фото парня, которому я давал задание в убежище собрать всю аппарату у связи, включая глушилку, надо будет проверить выполнение приказа. – Длительность стажировки перед вступлением в должность – стандартный месяц, как у всех. Пол мужской. Девятнадцать лет, уроженец планеты Заславия. Шатен, особые приметы – родинка на шее за левым ухом. Телосложение плотное, имеет хорошую физическую подготовку. Природный уровень интеллекта – сто семнадцать. Установлена нейросеть «Связь-2М», неплохого уровня. Всего полгода назад военные разрешили продавать гражданским «Связь-3М», но Хорк, видимо, установил нейросеть раньше. Установленные базы по стандарту, согласно его должности, – это «Связь», «Электроника корабельных систем», «Сканеры боевые», «Управление системами радиоэлектронной борьбы» и «Техник». «Техник» он, видимо, покупал на свои деньги, она третьего ранга, остальные пятого. «Связь» и «Электроника корабельных систем» у него подняты до третьего ранга, начал учить четвертые, остальные пока до второго. В общем, до офицера связи, хоть и с натягом, он дотягивает, но нужно подучить все до четвертого, это оптимально.

Можно было Добрыне отдать приказ не давать информацию о физических данных членов экипажа, я их и так видел в фас и профиль, но, подумав, оставил это дело, пусть будет.

– Хорошо. Отправь рекомендации по обучению нашему медику. Пусть она включит его в план. Давай дальше.

– Лейтенант-стажер Лиана Ривз. Принята на должность штатного медика. Пол женский. Девятнадцать лет. Рост средний, пропорционального телосложения. Шатенка. Уроженка планеты Зория. Природный уровень интеллекта сто тридцать два. Установлена специализированная нейросеть «Медик-5М-С». На данный момент – лучшая нейросеть в области медицины. Установленные базы по стандарту, согласно ее должности, – это «Боевая медицина», «Биохимия человека», «Медицина», «Физиологические процессы и их стимуляция» и «Физиология мозга». Все пятого ранга. Уровень усвоенных знаний соответствует ее званию – лейтенант. «Боевая медицина» и «Биохимия человека» – подняты до четвертого ранга, начато освоение пятого. «Медицина» и «Физиологические процессы и их стимуляция» – до третьего ранга, начато освоение четвертого. «Физиология мозга» – пока только первый.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63 
Рейтинг@Mail.ru