Сыновья тьмы

Elza Mars
Сыновья тьмы

Джет сидел на диване, гладя лежащую около него Китти. Кошечка довольно мурлыкала.

Джет смотрел в её возмущённые и искрящиеся зелёные глаза.

– Ещё один козёл, – произнёс Кастр от входной двери. Он произнёс слово козёл такой интонацией, словно его нельзя было употреблять в приличной компании. – Это просто класс. Может, ты отпустишь эту кошку, а?

Джет притворился, что не расслышал брата. Раз уж в Вересковом Ручье завелась какая-то психичка, ему казалось, что безопасней будет не отпускать от себя Китти.

– Мы же не намереваемся питаться козлами, ведь так? – раздражённо спросил Кастр Ровина.

– Да. Дядя Пол питался ими, потому что был чересчур стар для того, чтобы охотиться в лесу, – ответил поглощённый своими раздумьями Ровин.

– Мне приглянулось охотиться в лесу, – заявил Джет. – Охота в лесу настолько приятна, нежели я думал.

Но Ровин его не услышал. Он пристально глядел в одну точку, поджав губы.

– Ровин, что такое?

– Думаю о положении, в котором мы очутились. Прежде всего – ты с Мириам. Нам необходимо серьёзно побеседовать об этом.

Джету передалось его беспокойство. Ровин умел управлять чужим настроением.

– А о чём побеседовать? – аккуратно задал вопрос Джет.

– О том, что с вами станет потом. Она будет смертной?

– Обращать её – это против Закона, – неторопливо и по отдельности проговорил Кастр.

– Всё, что мы делали в последние несколько дней, против Закона, – заметил Ровин. – И если они опять совершат обмен кровью… Тогда хватит ещё несколько раз. Ты желаешь, чтобы она стала вампиршей?

Джет не думал про это. Он считал, что Мириам хороша такой, какова она есть. Но, скорее всего, она сама не захочет быть такой?

– А что ты намереваешься делать? – обратился он к Эшли, неторопливо спускавшейся по лестничным ступеням.

– С чем? – сонливо и раздражённо спросила Эшли.

– С твоим духовным замужеством. Марианна останется смертной?

– Меня это тоже колышет, – добавил Ровин. – Ты думала об этом, Эшли?

– Я не умею раздумывать утрами. Мой мозг ещё не включился.

– Сейчас практически двенадцать дня, – съязвил замечание Кастр.

– Меня не колышет, сколько сейчас времени. Я ещё сплю. – Эшли побрела на кухню. – Но вам не нужно переживать, – обернувшись, добавила она намного бодрым тоном. – Потому что я ни хрена не намерена делать по отношению к этой особе, а у Джета не будет никаких дел с её сестрой. Потому что мы отчаливаем домой.

Эшли исчезла. У Джета тяжело забилось сердце в груди. Эшли могла вести себя легкомысленно, сколько вздумается, но в её словах ощущалась твёрдая решимость. Он посмотрел на Ровина.

– Марианна действительно её духовная жена?

Ровин откинулся назад, его чёрные волосы коснулись диванной спинки.

– Боюсь, что так и есть.

– Но как же тогда она может уехать?

– Э… – Ровин колебался. – Духовные пары не всегда остаются вместе. Изредка это бывает чересчур не легко – пламя и гром, сильная страсть… Некоторые смертные не выдерживают этого.

Возможно, мы с Мириам – не настоящая духовная пара, – подумал Джет. – И возможно, это к лучшему. Не настолько тягостно. – Несчастная Марианна, – проговорил он. А в его голове чётко прозвучало: – Почему никто не проговорит:“Несчастная Эшли?”. – Несчастная Марианна, – повторил он.

В гостиную опять вошла Эшли.

– Послушайте меня. – Она села в кресло из тёмной обивки. – Нам надо во всём разобраться. Дело не просто в том, что я хочу возвратить вас домой. Я не единственная, кто в курсе, что вы тут.

Джет застыл.

– Ты кому-то сказала? – еле радостно спросил Кастр.

– Когда семью созвали, чтобы сообщить про то, что вы пропали, там находилась кое-кто ещё. И эта кое-кто была около меня, когда я поняла, куда вы могли удрать. А она – слишком сильная телепатка. Думаю, что вам повезло: я смогла её убедить, что сама смогу вас вернуть.

Джет внимательно глядел на неё. Он действительно считал, что ему повезло. Лишь одно странно: с чего это вдруг Эшли стала так переживать о нём, о Ровине, о Кастре…о любом, только не о себе самой. Возможно, он не так уж хорошо знает свою сестру?

– Кто была там? – серьёзно спросил Ровин.

– Да так, никто. – Эшли откинулась на спинку кресла, угрюмо смотря в потолок. – Всего лишь Кира.

Джет вздрогнул. Кира… Эта гадюка! У неё вместо сердца кусок льда и она ненавидит людей. Эта особа из тех, кто даже Закон Ночного Мира прибрала бы в свои руки, если бы решила, что правосудие вершится недостаточно строго.

– Она возвратиться вначале следующей недели узнать, справилась ли я со своим заданием, – предупредила Эшли. – А если нет, то мы все сдохнем – и вы, и я, и ваши маленькие человеческие подруги.

– Выходит, нам необходимо до начала следующей недели что-то придумать, – сказал Ровин. – Если она захочет испытать на нас свою телепатию – ну, тогда мы готовы биться.

Джет стиснул Китти, кошечка недовольно заворчала.

***

Марианна спала сном мертвеца. Девушке снились необычно яркие сны: ночное небо, освещённое сияющими звёздами и облака, проплывающие мимо. Девушке снилось, что она стала великой художницей и открыла свою художественную галерею. Она увидела её своим новым и поразительным взглядом…взглядом, который – и он был виден в зеркале – полностью состоял из одного зрачка, как у кота или совы… Потом она превратилась в кошку и помчалась по лесу.

Увидев мелкого зверька, погналась за ним и схватила лапами. Убивать его было настолько естественно! Всё, что понадобилось, – это быстрый бег и ловкость схватить лапами добычу. Потом над ней образовалась тень. И во сне она тоскливо поняла, что охотница сама может стать добычей. За ней кто-то бежал…

Марианна проснулась, ни черта не соображая.

Она не могла понять не только, где находится, но и кто такая – Марианна либо охотница, которую преследует кто-то ужасный, при свете луны сверкающий белыми зубами. И спускаясь по лестнице вниз, она не могла скинуть с себя угнетающее ощущение.

– Здравствуй, это у нас завтрак либо обед? – с насмешкой поздоровалась с ней Мириам.

– То и другое вместе, – ответила Марианна и уселась за семейный кухонный стол с двумя бутербродами в руках.

Мириам наблюдала за сестрой.

– И что ты, Марианна, думаешь про всё это?

Марианна откусила кусочек бутерброда.

– Про что?

– Ты знаешь, про что.

Да, Марианна это знала.

Быстро оглядевшись по сторонам и убедившись, что Клода нет поблизости, Марианна ответила:

– Не размышляй про это.

– Почему? – Мириам не дождалась ответа и продолжила: – Только не говори, что ты пока не задумывалась про то, каково это: лучше видеть, слышать и быть телепаткой…жить вечно! Мы могли бы дожить до 3000-ного года! Воображаешь – войны роботов, нано-технологии, переселение на другие планеты… Так что не говори мне, что тебе это вообще не интересно.

Но сейчас Марианна могла лишь вспомнить строчку из какой-то давно забытой песни: И тёмная ночь запылала ярче, словно трепетный и волнующий огонь….

– Мне интересно, – произнесла Марианна. – Только в этом нет смысла, ведь они делают то, что не можем делать мы. Они убивают.

Она глотнула стакан молока и отставила его.

Аппетит пропал. Нет, не пропал…но не в этом тогда всё дело? По идее, ей должно становиться плохо при одной лишь мысли об убийстве, о высасывании крови из человека. Но ей становилось лишь страшно. Марианна боялась того, что её ожидает в этом новом, изменившемся мире… И ещё она боялась саму себя.

– Это опасно, – громко проговорила она, обратившись к Мириам. – Как ты не догоняешь? Мы вляпались… Этот Ночной Мир – место, в котором случаются ужасные вещи. Это тебе не провал на экзамене. Это… белоснежные зубы, при лунном свете сверкающие…. Это убийства. Это серьёзно, Мириам. Наяву это намного ужаснее, чем показывают в фильмах.

Мириам уставилась на неё.

– Но мы же знали об этом.

В её голосе послышалось легкомысленное: То же мне, проблема! . Марианна поняла, что ничего не сможет объяснить ей. Она резко поднялась.

– Если мы намереваемся туда, то лучше поторопиться. Уже доходит час дня.

***

Братья вместе с Эшли дожидались их на ферме Бердока.

– Вы с Мириам можете сесть впереди, около меня, – не смотря на Эшли, произнесла Марианна Джету. – Только не думаю, что тебе стоит брать с собой кошку.

– Она поедет со мной, – твёрдо сказал Джет и уселся в авто. – Либо я останусь.

Марианна переключила скорость, и авто поехало.

Когда впереди появилась группа зданий на Мэйн-стрит, Мириам сообщила:

– Там находится деловой центр Верескового Ручья во всём его великолепии. По пятницам на улице обычно никого не видать.

Но теперь в её голосе не было простой язвительности. Марианна мельком взглянула на неё и поняла, что она обращается к Джету. А Джет разглядывал всё вокруг с неподдельным интересом, несмотря на то, что кошечка вцепилась когтями в его брюки.

– Нет, некоторые люди всё-таки есть на улице! – весело воскликнул он. – Вон те самые типы, Виктор и Тедди. И ещё какие-то люди…

Марианна снизила скорость авто, минуя контору шерифа, но останавливаться не стала, пока не доехала до бензозаправочной станции на противоположном углу. Потом она вылезла из авто и кинула краткий взор на противоположную сторону улицы. Тедди Эйкирс со своим батей, шерифом, и Виктор Кимбл – со своим садились в машину шерифа и, казалось, были чересчур взволнованы. На пешеходной дороге стоял Борис Мартин и наблюдал за ними. Марианна ощутила приступ ужаса.

Вот такое и случается, если имеется ужасный секрет, – подумала Марианна. – Волнуешься за всё, происходящее вокруг и постоянно думаешь: а что, если это касается тебя, что, если это заденет тебя?…

– Здравствуй, Борис. Что произошло?

Борис оглянулся.

– О, Марианна… Здравствуй!

Он медленно – Борис никогда не спешил – перешёл через дорогу.

 

– Как делишки?

– Они только что поехали разбираться с этим лошадиным делом.

– Каким лошадиным делом?

– Ты что, не слышала? – Борис неожиданно увидел позади Марианны Мириам с четырьмя чужаками, вылезшими из машины.

Его синие глаза вдруг стали овальными и он смешно принялся дёргать в ухе свою серьгу.

Любопытно, кого он там увидел? – усмехнулась Марианна, подумав об этом. – Кто бы это мог быть?

– Здравствуй! – поздоровалась с Борисом Эшли.

– Мы не слышали ни про какое лошадиное дело, – как бы случайно напомнила ему о беседе Марианна.

– А, да там одна лошадь на ферме мистера Кимбла минувшей ночью распорола себе горло о колючую проволоку. Сегодня с устра все лишь про это и болтают. Но мистер Кимбл сейчас уже приехал в город и сообщил, что он всё же думает, что причиной кончины лошади стала колючая проволока. Он считает, что кто-то сотворил это специально. Перерезал кобыле горло и бросил сдыхать. – Борис чуть вздрогнул и передёрнул плечами.

Переигрывает, – подумала Марианна.

– Видишь? – сказал Джет. – Потому я и не отпускаю от себя Китти.

Марианна засекла, как Борис посматривает на Джета.

– Спасибо, Борис.

– Мне надо вернуться в магазин, – сказал Борис, стоя на месте.

Сейчас он рассматривал Кастра и Ровина.

– Я провожу тебя, – предложила Эшли. (Да уж, эта верна себе, – подумала Марианна). – После того, что ты рассказал, ясно, что здесь небезопасно.

– Посреди дня? – возмутился Кастр, но Эшли уже уводила Бориса.

Марианна мысленно подумала, что рада её уходу.

– Кто этот парень? – спросил Ровин каким-то странным тоном.

Марианна удивлённо посмотрела на него.

– Борис Мартин. Мы с ним учились в одной школе. А что, что-то не так?

– Он не сводил с нас глаз.

– Он не сводил глаз с Эшли. И наверное, с вас троих тоже. Вы же тут новички и настолько красивые, вот он, видно, прикидывал, каких девушек вы у него отобъёте.

– Понятно… – Ровин всё ещё выглядел озабоченным.

– Ровин, что не так?

– Ничего. Я уверен, это пустяк. Просто у него имя, как у ламий.

– Борис?

– Ага! – улыбнулся Ровин. – Ламий иногда называют человеческими именами, если это обращённый вампир.

В глубине сознания Марианны что-то снова шелохнулось. Что-то, касающееся Бориса…что-то о Борисе и чего-то ещё… Потом всё ушло.

Марианна не сумела ничего вспомнить.

Она спросила у Ровина:

– А…ты ощущаешь нечто подозрительное? Я хочу сказать, он похож на кого-либо из вас? Я не могу вообразить себе Бориса вампиром. Прости, не могу.

Ровин улыбнулся.

– Нет, я ничего не ощущаю. И я уверен, что ты права – имена людей и вампиров иногда совпадают.

Странно, но Марианна не могла выкинуть из головы мысли о Борисе.

– Ты знаешь, я не догоняю, почему твоё имя ассоциируется с именем дерева. Ты же говорил, что дерево опасно для тебя.

– Так оно и есть…но именно это делает моё имя сильнее. Считается, что названия деревьев – самые могущественные имена.

Эшли вышла из магазина. Марианна тут же обернулась, выискивая взглядом Джеральдину.

На пустынной заправке её не оказалось, но Марианна услышала звук льющейся воды. Она лишь сейчас сообразила, что этот звук раздаётся уже пару минут.

– Пойдёмте поищем на автомойке. – Марианна пошла в сторону подворотни, не дожидаясь, пока Эшли дойдёт до них.

Кастр и Ровин направились за ней.

Джеральдина в подворотне омывала из поливального шланга машину. Земля вокруг промочилась от воды. Джеральдина обходила машину со всех сторон, её светлые волосы трепал лёгкий ветер. Рядом находилось разбитое окно, уже заколоченное досками, а его осколки блестели на солнце.

– Что произошло? – Марианна приблизилась к окну.

Посмотрев на неё, Джеральдина с облегчением вздохнула и выключила шланг.

– А, Марианна… Привет. Рада тебя видеть.

Она взяла чистую тряпку и начала насухо протирать лобовое стекло быстрыми и уверенными движениями.

– Беспонятия, что произошло. Кто-то разбил окошко минувшей ночью. Насвинячил тут.

– Видать, минувшая ночь была слишком бурной, – сухо заметил Кастр.

Джеральдина услышала его голос и оглянулась.

И внезапно… её руки застыли, замерли в воздухе вместе с тряпкой. Джеральдина глядела на Кастра и на Ровина, стоявшего позади него. Глядела долго…

Затем она повернулась к Марианне и медленно спросила:

– Тебе надо помыть машину или заправиться?

– Ни того, ни другого, спасибо. – Нужно было заляпать машину либо слить немного из бака, – подумала Марианна. – Розовая Пантера определённо это предусмотрела бы. – Я лишь…под низом что-то стучит… Я подумала, может, ты посмотришь, что там… В прошлый раз не посмотрела. – Глупо и тупо, – подумала Марианна, пока длилось молчание.

Ясные серые глаза Джеральдины испытующе смотрели на неё.

– Да, Марианна, – ответила она без сарказма, мягко и вежливо. – Сейчас только закончу мытьё.

Нет, она не может быть вампиршей. И что я тут делаю? Лгу ей, подозреваю… А она же – единственная, кто всегда хорошо относилась ко мне. Такие, как она, скорее помогают старикам, а не убивают их.

Ш-ш-ш-ш… Марианну передёрнуло: тишину разрезало диковатое шипение. Оно раздалось за ней. На миг Марианне показалось, что его издал Кастр. Потом она увидела, как из-за поворота появились Джет и Мириам, а Китти свирепствовала в руках Джета, будто большая львица. Она фыркала и царапалась, её белая шерсть вздыбилась. До того, как Джет смог ухватить её получше, она вскарабкалась на его плечо, спрыгнула на землю и удрала.

– Китти! – заорал Джет.

Он бросился за ней проворно. Мириам поспешила за ним и налетела на Эшли, которая как раз выходила из-за поворота. Эшли стукнулась о стену бензоколонки.

– Вот развлечение по высшему разряду, – усмехнулся Кастр.

Но Марианна ничего не слышала. Джеральдина смотрела на Эшли в упор с таким выражением лица, что её пробрал ледяной озноб. Эшли тоже смотрела на Джеральдину серыми и ледяными, как лёд, глазами. Их взгляды пересеклись в быстрой вспышке инстинктивной неприязни.

Марианне стало страшно за Джеральдину, но та, видать, за себя не боялась. Её мускулы напряглись, она готова была защищаться.

Потом Джеральдина медленно отвернулась.

Стоя спиной к Эшли, она принялась опять протирать лобовое стекло. А Марианна сделала то, что должна была сделать сразу же – она посмотрела на её руку. На её указательном пальце сверкал золотой перстень, Марианна чётко рассмотрела тёмный узор на камне: высокий кустик с цветочками в виде колокольчиков. Это не ирис, не георгин и не роза… Нет, – из тех цветов, перечисленных Ровином, этот походил лишь на один. Этот чёрный цветок рос тут недалеко и был смертельно ядовит. Это цветок наперстянки…

Итак, теперь Марианна в курсе. Марианну кинуло в жар. Она ощутила рвотные позывы, руки задрожали. Она не могла сдвинуться с места, но находиться около Джеральдины тоже не могла.

– Прости…мне надо кое-что… – еле выдавила она из себя.

Марианна знала, что все глаза прикованы к ней.

Но ей было по фигу. Она разжала кулаки и бегом ринулась прочь. Марианна бежала без остановок, пока не оказалась позади отеля Золотой ручей. Она прислонилась к стене спиной и глядела на окраину города, туда, где начинался лес. Лучи солнца, в которых плясали пылинки, ярко выделялись на чёрном фоне деревьев.

Я круглая идиотка! Все признаки были на её лице. Почему я ничего не замечала? Видимо потому, что не хотела….

– Марианна!

Девушка услышала мягкий и тихий голос и повернулась, еле удержавшись, чтобы не ринуться к Ровину в руки и не завопить.

– Приду в себя через несколько минут. Честно. Я сейчас в шоке…

– Марианна…

– Это просто…это потому, что я давно знаю её. Но ты, возможно, и сам всё понимаешь. Люди всегда бывают не такими, какими кажутся.

– Марианна! – Ровин покачал головой. – Ты о чём?

– О ней. О Джеральдине. – Марианна вздохнула. Воздух был душным и тёплым. – Это она сделала. Я думаю, она.

– Почему ты так думаешь?

– Почему? Потому что она оборотень.

Настала тишина, и Марианна вдруг ощутила растерянность.

Девушка повертела головой по сторонам: не слышит ли кто-либо их? – и уже спокойнее задала вопрос:

– А разве это не так?

Ровин любопытно глядел на неё:

– Как ты узнала?

– Ты сам сказал, что тёмный цветок наперстянки – символ оборотней. Именно такой цветок на её перстне. А ты как узнал?

– Я просто почувствовал. Вампирская сила слабее при свете солнца, но Джеральдина и не пыталась ничего скрыть. Она и вправду оборотень.

– Возможно, – резким тоном проговорила Марианна. – Это и я должна была ощутить. Ведь она – единственная в городе, кто интересовалась затмением луны. Да ещё эти её движения, её глаза… И то, что… Блять, она же живёт около ручья Бешеного Пса. Я думаю, эти земли принадлежали целому поколению её рода. И, – Марианна судорожно вздохнула, – народ поговаривает, что видели в тех краях сасквача – большое и волосатое чудовище, наполовину человека и наполовину зверя. Как тебе это?

Ровин слушал спокойно, выражение его лица было серьёзным, но рот его дрожал. Перед глазами Марианны всё поплыло, по лицу побежали слёзы.

– Мне жаль. – Ровин положил ладонь на её плечо. – Правда.

– Я думала, она хорошая девушка, – отвернулась Марианна.

– Я и сейчас думаю так же. Ты знаешь, на самом деле всё говорит о том, что она не делала этого.

– Потому что она хорошая девушка?

– Потому что она оборотень.

Марианна повернулась к нему.

– Как?!

– Понимаешь ли, оборотни бывают разными. Они не такие, как вампиры и не схожи с ними. Вампиры могут обескровить человека чуток и остановиться, не причинив ему большего вреда. Оборотни, охотясь, постоянно убивают, потому что им надо питаться.

Марианна со страхом глядела на него, но Ровин всё так же продолжал:

– Иногда оборотни съедают животное полностью, но всегда съедают внутренние органы – сердце и печень. Им это нужно – так же, как вампирам нужна кровь.

– И это означает…

– Что она не убивала дядю Пола. И козла. Они же остались целыми. – Ровин вздохнул. – Понимаешь, вампиры и оборотни традиционно презирают друг друга. Они – вечные соперники, и ламии считают оборотней…существами низшего уровня. На самом же деле среди них имеется много достойных, таких, которые убивают лишь для того, чтобы питаться.

– Какой кошмар… – прошептала Марианна. Стала ли она счастливее от того, что узнала всё это? – Получается, что девушка, которую я считала хорошей, просто должна иногда питаться парной печенью.

– Марианна, ты не должна осуждать её. Как тебе это объяснить? Оборотни – не люди, иногда превращающиеся в волков. Волков, иногда выглядящих как люди.

– Но они ведь убивают.

– Убивают, но лишь животных. Правило в этом отношении слишком строгое. Иначе смертные догадаются про всё. Вампиры умеют скрывать свою работу, замаскировывать её, подставив всё так, словно жертве кто-то перерезал горло. Но если убивает оборотень, это сразу видать.

– Да уж. Прекрасно. – Возможно, я должна успокоиться и обрадоваться, – подумала Марианна. – Но как я могла настолько слепо деверять девушке, которая на самом деле волк? Ею можно восхищаться, но доверять ей… нет!

– Когда мы сейчас возвратимся, у нас могут образоваться проблемы, – предупредил Ровин. – Если Джеральдина сообразит, что ты узнала её по перстню, кто она, она может понять, что мы поведали тебе про…э, ты знаешь… – Он огляделся по сторонам и понизил тон: – Про Ночной Мир.

– О, Господи…

– А это значит, что она будет обязана нас всех выдать. Либо прикончить сама.

– Боже!

– Но я думаю, она не сделает этого. Марианна, ты нравишься ей. Слишком. Вряд ли она сумеет навредить тебе.

Марианна ощутила, что краснеет.

– Но тогда проблемы могут возникнуть у неё?

– Да, если про всё прознает кто ещё. Пора возвращаться. Давай глянем, как там все. Возможно, она ни про что не догадалась. Возможно, Кастр и Эшли смогли сбить её с толку.

Глава 14

Они быстро шли обратно к заправке, едва соприкасаясь плечами. Близость Ровина, его уровновешенность действовали на Марианну успокаивающе. До этого у неё никогда не было друга, с которым она могла быть на равных, который одинаково легко мог проявлять заботу о людях, так и принимать помощи от них. Дойдя до бензозаправки, они увидели, что все стоят около машины Марианны. Джеральдина лежала под машиной, что-то там ковыряя инструментами. Позади, сцепив свои руки, стояла Мириам и Джет, но Китти нигде не виднелась. Кастр прислонился плечом к бензоколонке, а Эшли что-то говорила Джеральдине.

–… Короче, оборотень заходит в кабинет второго доктора и произносит: Доктор, мне кажется, у меня бешенство. А врач ему….

 

Вот это болтает, – подумала Марианна.

Ровин закрыл глаза, вытянул шею и остановил её:

– Эшли, это вообще не смешной анекдот. – А потом он открыл глаза и обратился к Джеральдине: – Прости. Она не подумала головой перед тем, как рассказать.

– Она подумала, но это значения не имеет. Я слышала и похуже анекдоты. – Джеральдина снова заехала под машину, взяв другой инструмент.

Потом она, наконец-то, выехала оттуда и, поднявшись, посмотрела на Марианну. Та понятия не имела, что произнести. Как здесь можно соблюдать приличия, если она только что узнала, что девушка, стоящая около неё, – оборотень и что долг ей велит её сожрать? На глаза Марианны навернулись слёзы. Сегодня Марианна совсем, видимо, не держала себя в руках, не могла. Джеральдина поглядела вдаль.

Она неторопливо помотала головой и горько поджала губы.

– Я так и думала. Я знала, что ты именно так и отреагируешь. Иначе я сама бы сказала об этом тебе давно.

– Ты сказала бы? – Марианна мгновенно перестала проливать слёзы. – Но…тогда у тебя появились бы проблемы. Так ведь?

Губы Джеральдины тронула лёгкая улыбка.

– Ну, мы тут не настолько ръяно защищаем правила и законы Ночного Мира.

Она произнесла это обыденным тоном. Эшли и братья огляделись по сторонам.

– Кто эти мы? – спросила Марианна.

– Моя семья. Поначалу мы стали жить тут, потому что это место было пустынным, таким, в котором мы никого не тревожили бы и в котором никто не тревожил бы нас. Сейчас семьи больше нет. Осталась лишь я.

В её словах не ощущалось никакой жалости к себе самой, но Марианна приблизилась к ней поближе.

– Мне жаль…

Джет приблизился к Джеральдине с другой стороны и распахнул саои серебристо-голубые глаза.

– Мы тоже заявились в эти края по той же самой причине! Чтобы нас никто не тревожил. Мы тоже не любим Ночной Мир.

Джеральдина снова слегка улыбнулась, только на этот раз, лишь глазами.

– Я в курсе, – сказала она Джету. – Вы родственники мистера Бердока, а?

– Он был нашим дядей, – ответил Кастр, не сводя с Джеральдины пристального взора светло-карих глаз.

Выражение лица Джеральдины немного изменилось.

Развернувшись, она в упор взглянула на Кастра:

– Был?

– Да, он наткнулся случайно на кол, – сказала Эшли. – Как забавно… Бывает ведь такое.

Джеральдина опять изменилась в выражении лица. Словно отыскивая опору, она прислонилась к машине.

– Кто это сотворил? – Она бросила взор на Эшли, и Марианна увидела блеск её зубов. – Подожди…ты думаешь на меня. Так?

– Такая мысль была в наших мозгах, – сказала Мириам. – И, кажется, прочно там поселилась. И бродит туда-сюда, туда-сюда. Видно, пришло время построить там подземный переход.

– Замолчи, Эшли! – разозлилась Марианна.

– Выходит, ты говоришь, что не делала подобного, – сказала Мириам, и одновременно с ней прозвучал голос Ровина:

– По правде говоря, Кастр считает, что нашего дядю убил охотник на вампиров или охотница на вампиров. – Он произнёс это тихим голосом, но все снова обернулись.

На улице по-прежнему было безлюдно.

– Тут нет ни охотницы, ни охотника на вампиров, – уверенно заявила Джеральдина.

– Выходит, тут имеется вампир или вампирша, – взволнованным тоном прошептал Джет. – Он или она где-то тут, если учесть то, как был убит дядя Пол. И козёл.

– Козёл?.. Это уже чересчур. С меня довольно. – Джеральдина отстранилась от машины и сказала Марианне: – Всё хорошо. Просто изредка надо проводить техосмотр. – А потом обернулась к Ровину: – Мне жаль вашего дядю. Если тут и водится вампирша или вампир, тогда он или она скрывается. Слишком хорошо скрывается. Скрывается так, как если бы являлся охотником или охотницей на вампиров.

– Нам уже это ясно, – сказал Кастр.

Марианна ожидала, что Эшли поддержит беседу, но та явно не собиралась вступать в разговор. Она сложила руки перед собой, погрузившись в свои мысли и внимательно глядела на другую сторону улицы.

– Может, ты знаешь что-то, что может дать нам хоть мплейшую подсказку? – обратилась Марианна к Джеральдине. – Мы намеревались осмотреть городок.

Она встретила её взор, не отведя свои глаза.

– Если я бы знала, то сказала бы тебе. – Джеральдина произнесла это с еле заметным ударением на слове тебе. – Я тебе помогу, если смогу.

– Тогда давай проедемся. Разрешаю тебе высунуть голову из окошка, – сказала Эшли, придя в себя.

Это было уже чересчур. Марианна сделала шаг к Эшли и схватила её руку, потом обернулась к остальным.

– Простите нас.

Марианна дёрнула её руку и поволокла за одну из бензоколонок.

– Ты, чупакабра!

– Послушай меня…

– Замолчи! – Марианна слегка стукнула кулаком по её груди. И плевать, что прикосновение к ней опять вызвало разряд тока – одной причиной больше, чтобы появилось желание её прикончить. Продолжая орать через окутавший её розовый дым, Марианна неожиданно подумала, что этот дым схож с облаком злости. – Ты хочешь находиться в эпицентре всех событий? Находиться в эпицентре внимания, казаться остроумной и каждому затыкать рот?

– О! – успела лишь вставить Эшли.

– Если даже это затрагивает других людей? Если даже это затрагивает того, кому выпало мало шансов в жизни? Знай, такой выкрутас сейчас не проскочит! Ровин сказал, что вы считаете оборотней существами низшего ранга. А ты знаешь, что это вообще? У нас это называется шовинизмом. Среди людей подобное случается и это мерзко. Мне стыдно даже находиться около тебя, когда ты начинаешь распушивать свои крылья. – Марианна внезапно сообразила, что орёт.

Девушка также заметила, что из-за угла бензоколонки выглядывают Мириам да Джет.

Эшли прижалась к заколоченному доской окошку и подняла руки, демонстрируя свою капитуляцию. Она растерялась и не смела произнести ни одного слова.

Превосходно, – подумала Марианна.

– Долго ты намерена её бранить? – осведомилась Мириам.

Марианна заметила за ней Ровина и Кастра. Все были взволнованными.

– Я неравнодушна к фанатичкам, – заявила Марианна. – И отругала Эшли, чтобы до неё лучше дошло.

– Мы не фанатики, – быстро заверил девушку Джет. – Мы игнорируем подобную дебильную ерунду.

– Мы действительно игнорируем подобное, – подтвердил Ровин. – Ко всему прочему, наша мать всегда ругает Эшли за то, что она общается с теми, с кем не нужно во Внешнем Мире. Что она принадлежит к клубу, в который открыт доступ и оборотням, и заводит друзей среди них. Все Главные твердят, что она чересчур либеральна в таком отношении.

– Она выбрала забавный способ показывать это всем.

– Я думал, что рассказывал тебе про это, – добавил Ровин. – Хорошо, не станем мешать вам. – И он направил всех обратно, ко входу в здание заправочной станции.

Когда они с Марианной снова остались вдвоём, Эшли спросила:

– Мне уже разрешено уйти?

Видимо, она была в слишком ужасном настроении. Марианна решила оставить её в покое. Девушка вдруг ощутила собственную усталость… Шибко много чего произошло за последние пару дней. Не было видно этому конца и…устала Марианна, и всё тут.

– Чем быстрее ты слиняешь из наших краёв, тем будет лучше, – кинула она Эшли и отошла от неё.

Голова странно отяжелела.

– Марианна… – Произнесла Эшли тоном, какого прежде ей не доводилось слышать. – Послушай…это не только от меня зависит. В начале следующей недели тут появится ещё кое-кто из Ночного Мира. Её зовут Кира. И если мы все не возвратимся обратно вместе с ней, весь ваш город окажется в беде. Если Кира сочтёт, что тут каким-то боком нарушены Правила… Ты и не воображаешь, на что способны жители Ночного Мира.

Марианна чётко слышала стучание своего сердца. Девушка не могла повернуться к Эшли и посмотреть на неё.

– Они могут уничтожить Вересковый Ручей полностью. Я серьёзно. Они уже поступали похоже, лишь бы сохранить секрет Ночного Мира. Это единственная их защита от смертного люда.

– Но твои братья не намереваются отчаливать, – Марианна сказала это убедительно, только без всякого вызова.

– Тогда весь город будет в проблеме. Тут есть бродяжка-оборотень, трое изменника-ламии и тайная убийца-вампирша, уж промолчу про двух людей-смертников, знающих о Ночном Мире. Это полный капец.

Девушки длительно молчали. Внутри Марианны всё сопротивлялось словам Эшли.

Наконец-то, Марианна задала вопрос:

– Ну и что ты действительно хочешь от меня?

– Я и сама толком не знаю… Может, съедим по куску пиццы и посмотрим телик? – Её тон почти сорвался на ор. Но потом она добавила более спокойным голосом: – Беспонятия, что делать. Поверь мне, я всегда думаю про это. Но я пришла лишь к одному, – то, что мальчишки должны возвратиться со мной и что мы должны лгать Кире напропалую.

Марианна старалась сконцентрироваться, только в сознании её всё смешалось.

Рейтинг@Mail.ru