Охотник

Elza Mars
Охотник

Ночной Мир Вампирш…ни разу любовь так ещё не пугала. Ночного Мира Вампирш нет на карте мира, но он есть в нашем мире. Он повсюду. Он представляет собой тайное общество вампирш, ведьм и оборотней женского пола, живущих среди людей.

Порождения тьмы красивы и опасны, их влечёт к смертным и те не в силах устоять перед ними. Ими могут быть кто угодно: хоть любой учитель, хоть подруга давних лет или кто-либо другой. Законы Ночного Мира Вампирш позволяют охотиться на смертных.

Можно играть их сердцами, убивать их. Для существ Ночного Мира Вампирш есть лишь два строгих запрета: нельзя смертным знать о Ночном Мире Вампирш и нельзя влюбляться в смертных. Этот ориджинал рассказывает про то, что бывает, если нарушить эти законы.

1

– До чего же всё просто! – произнёс Джер в ночь заключительной охоты в его жизни. – Вы удираете, а мы преследуем. Если же мы вас поймаем, то вы умрёте. Даём вам три минуты форы.

Главная хулиганок не шелохнулась. Её лицо выглядело бледным и одутловатым, а глаза были как у акулы. Она полностью напряглась, стараясь быть крутой, однако Джер видел, как дрожат мышцы её ног. Его зубы засверкали в улыбке.

– Выбирай оружие. – Он ткнул носком ботинка кучу, лежавшую около его ног. Там было много чего: пистолеты, ножи, биты и даже пара дротиков. – Бери побольше… Можешь взять сколько угодно. Угощаю…

За его спиной раздался сдержанный смех.

Джер резко взмахнул рукой и смех прекратился. Стало тихо. Две банды стояли напротив друг друга – шестеро девиц-хулиганок против людей Джера. Отличие состояло только в том, что члены команды Джера не являлись людьми. Главная хулиганок перевела взор на кучу оружия, потом быстро наклонилась и тот час же выпрямилась, держа в руке что-то. Это был пистолет! Они постоянно выбирают их.

Сейчас подобное оружие легально не купить: калибр крупный, полуавтоматическая армейская модель. Хулиганка направила пистолет прямо на Джера. Тот запрокинул голову и рассмеялся. Взоры всех обратились к нему – превосходно! Он знал, что выглядит прекрасно. Он стоял, высоко вскинув голову и сложив руки перед собой. Утончённые черты лица, короткие чёрные волосы, слегка мускулистый, с бронзовой кожей… Он выглядел потрясающе! Высокий, гордый, неистовый…и очень красивый. Джер Редферн, охотник. Он в упор смотрел на главную банды, и его глаза меняли оттенок с серебристого на голубой. Она ни разу до этого не встречала подобных глаз – у людей таких просто нет.

Однако она ничего не поняла. Она не выглядела очень смекалистой.

– Угостись сам!

Джер отскочил в сторону в последнюю секунду. Конечно, свинцовые пули не могли серьёзно его ранить, просто удар в грудь сбил бы его с ног, а он этого вообще не хотел. Он буквально сейчас стал лидером в банде вместо Морены и не должен был демонстрировать слабость. Пуля пробила ему правую руку и раздробила кость. Показалось много крови. Джер ощутил короткую острую боль и прищурил глаза, продолжая улыбаться.

Однако когда он посмотрел на собственную руку, улыбочка сошла с его лица. Рукав испортился: на нём была дыра, испачканная кровью. С этим смириться он не мог.

– Ты в курсе, сколько стоит кожаная вещь? Ты знаешь, сколько стоит вещь с Норт-Бича? – зашикал он, надвигаясь на главную хулиганку.

Та лишь моргала да часто дышала. Как же ему удалось мигом среагировать и почему он не кричит от боли? Прицелившись, она выстрелила опять. Затем вновь и вновь, сильнее закипая от ярости. Джер уклонялся от пуль. Ему больше не нужны были дыры.

Рана на руке практически затянулась да сгладилась. Жаль, что с вещью так не получится. Бить хулиганку он не стал, просто протянул руку, схватил её за бело-чёрную летнюю курточку, приподнял и держал, пока носки её кожаной обуви не взрыли землю.

Потом отбросил:

– Лучше тебе бежать, девка.

Она описала в воздухе большую дугу, врезалась в дерево, однако тут же вскочила.

Её груди тяжело вздымались. Она глазами, побелевшими от ужаса, посмотрела на Джера, затем на собственную банду, повернулась и помчалась через кусты деревьев. Хулиганки лишь миг смотрели ей вслед, потом ринулись к куче с оружием. Джер нахмурил брови, наблюдая за ними. Они только что видели, насколько “эффективны” пули против таких, как он, однако всё-таки брали пистолеты, пренебрегая отличными бамбуковыми ножами, стрелами из тиса и великолепными древесными палками – оружием, которое таило в себе особую опасность. Потом поднялся шум: разобрав пистолеты, хулиганки стали палить.

Люди Джера с лёгкостью уворачивались от пуль, однако в голове его прозвучал раздражительный голос:

” Мы можем ринуться за бандой сейчас? Либо ты желаешь повыдрёпываться ещё? “

Он тот час же обернулся. Морене Блэкторн было восемнадцать лет – на год больше, нежели ему. И она была его злейшим врагом.

Самонадеянная, вспыльчивая, упрямая, властолюбивая… И при этом она постоянно утверждала, что все эти качества присущи именно ему.

– Я дал тёлкам три минуты. Хочешь, чтобы я нарушил собственное слово? – огрызнулся Джер, на миг упустив из виду, что надо следить за летающими пулями.

Следующее, что он ощутил, – удар Морены, который опрокинул его на землю, и саму Морену, навалившуюся на него сверху. Над ними что-то просвистело и врезалось в ствол дерева. Куски коры полетели во все стороны.

Серо-голубые глаза Морены уставились прямо в глаза Джера.

– Девицы…не…улепётывают, – подчёркнуто терпеливо сказала она. – Я говорю на тот случай, если ты не заметил.

Сейчас она находилась чересчур близко… Её ладони поддерживали его голову. Джер ощущал её тело на себе. Он скинул Морену, испугавшись самого себя и разозлившись на неё.

– Игра то моя! Я сам разберусь. Играем по моему! – выкрикнул он.

К этой секунде хулиганки уже ринулись врассыпную. До девок наконец дошло, что стрелять бесмысленно. Банда удирала со всех ног, с треском обламывая ветки деревьев.

– За ними! – скомандовал Джер. – Главная – моя!

Его банда будто взорвалась воплями и хором охотничьих криков. Варна, самая старшая по возрасту, однако самая нетерпеливая, ринулась первой с диким криком. За нею – Тинкл и Райан; эти два парня, один – брюнет, маленький и хрупкий, другой – высокий и светловолосый, как всегда держались вместе.

Пира, которая уставилась ледяным взором в сторону деревьев, не спешила: пускай её жертва думает, что у неё имеется шанс спастись. Джер даже не посмотрел на Морену. Какая ему разница, что она намерена делать? Он направился туда, куда скрылась главная банды хулиганок. Однако выбрал иной путь, перепрыгивая с одного дерева на другое. Деревья идеально подходили для такой цели: в этих краях они были крупны и удобны для приземления. Джер делал большие скачки, цепляясь за ветки, и опять прыгал, изредка для забавы делая в полёте сальто, и опять хватался за ветки. Он любил этот лес, хотя тут всё было смертельно опасно. А возможно, именно за это и любил.

Ему нравилось рисковать. И тут было красиво: мшистая зелень, аромат смол и тишина… На минувшей неделе они устроили охоту на банду из восьми человек, прогнав её через целый парк. Это было классно, однако не совсем так, как бы хотелось. Они не могли позволить людям длительно оказывать сопротивление. Пальба в парке привлекла бы внимание. Лес – это была идея Джера: бандиток можно было похитить и привести туда, где никто не помешает. Им можно выдать оружие. Это будет настоящая охота, с настоящей опасностью! Присев на ветви, Джер затаил дыхание. В современном мире практически не осталось действительно опасных мест. Не то что в старые времена, когда в заливе ещё оставались охотники на вампиров. Эти охотники убили родителей Джера. Однако сейчас, когда их всех уничтожили, не осталось ничего действительно опасного… Он замер…

Впереди, в хвойных сосновых деревьях, что-то практически неслышно хрустнуло. Он мигом кинулся вперёд, бесстрашно прыгнув, и, согнув колени, приземлился на упругий настил хвои. Потом повернулся и очутился лицом к лицу с хулиганкой.

– Здравствуй! – улыбнулся он.

2

Лицо хулиганки исказилось. С тяжёлым дыханием, как у раненого животного, она уставилась на Джера широко распахнутыми глазами.

– Да, – кивнул он, – ты удирала шустро. Однако ты ведь не имела понятия, что я шустрее, чем ты.

– Ты…не…человек, – выдохнула хулиганка.

И разразилась ещё многими словами, которые люди произносят, если их загнали в угол.

– Угадала! – весёлым тоном сказал Джер, игноря поток брани. – Ты не такая глупышка, какой кажешься.

– Кто…мать твою…кто ты такой?

– Я твоя смерть, – снизошёл до разъяснения Джер. – Ты намереваешься биться, а?

Хулиганка вновь попыталась нацелить пистолет на него. Однако руки её так дрожали, что она не могла навести прицел.

– Знаешь, ты выбрала не то оружие, – вздохнул Джер. – Тебе лучше было бы воспользоваться ветвью. Отломать для тебя?

Хулиганка спустила курок, однако пистолет просто издал щелчок. Девка с ужасом посмотрела на оружие. Джер улыбнулся, оголив зубы. Он всегда чувствовал, как они растут, когда перед ним появлялась еда. Его резцы стали удлиняться да изгибаться, пока не становились острыми, тонкими и полупрозрачными, как у кота. Ему нравилось ощущать, как клыки прикусывают нижнюю губу, когда он приоткрывает губы. Однако происходившее в нём изменение было не единственным. Он знал, что его глаза словно наливаются прозрачным серебром, губы краснеют и полнеют – в предвкушении еды к ним приливала кровь. Всё его тело будто заряжалось энергией. Хулиганка наблюдала, как Джер на её глазах становится всё прекраснее и всё меньше похожим на человека. Она сразу съёжилась, привалилась к стволу дерева и начала неторопливо сползать вниз, пока не осела на землю среди ядовитых мухоморов, уставившись прямо перед собой стеклянными глазами. Взгляд Джера остановился на голубой вене её шеи.

” Прямо…сюда”, – решил он.

Кожа в этом месте казалась довольно чистой, а аромат крови, насыщенной адреналином, был соблазнителен. Кровь текла по голубой вене под кожей. Но одна мысль о том, что сейчас он её прокусит, приводила Джера в возбуждение. Страх – это отлично… Он придаёт больше остроты вкусу. В общем, это будет неплохо. Однако тут он услыхал тихий всхлип. Хулиганка плакала. Это был не громкий плач… не рыдание и не мольба. Она просто плакала и тряслась, как ребёнок, и слёзы тихо струились по её скулам.

 

– Я был о тебе лучшего мнения, – презрительно тряхнул головой Джер.

Однако внутри у него что-то сжалось.

Хулиганка ничего не ответила. Она просто смотрела на него – нет, через него – и плакала. Джер знал, что она сейчас видит.

Свою смерть.

– Да ладно тебе, – скривился Джер. – Видишь ли, тебе не хочется умирать! А кому хочется? Однако ведь и ты убивала людей. На минувшей неделе твоя банда угробила эту девку, Хуаниту. Любишь кататься – люби и санки возить.

Хулиганка продолжала молчать. Она больше не пыталась направить на него пистолет; она прижала оружие к груди двумя руками, будто плюшевого медвежонка… Будто собиралась убить себя, чтобы навсегда избавиться от Джера… Ствол упирался прямо ей в подбородок. Сердце Джера сжалось сильнее, он почти уже не мог вздохнуть. Что с ним происходит? Эта бандитка была просто человеком, причём человеком худшим. Она заслужила смерть – и не только потому, что Джер хотел есть. Однако этот плач… Он будто чем-то задевал его. У него появилось ощущение дежа-вю – словно всё это уже случалось с ним раньше… Однако ведь этого не было… Он точно знал, что не было! Наконец хулиганка открыла рот.

– Сделай это быстро, – прошептала она.

И тут разум Джера погрузился в хаос. Эти слова вдруг прозвучали словно вовсе не тут, не в лесу. Джер погружался в какое-то странное состояние, его будто засасывало в водоворот и ему не за что было ухватиться.

Перед его глазами вспыхивали яркие образы.

Смысла их он не понимал. Он падал в темноту, а перед его беспомощным взором разворачивались различные эпизоды.

– Сделай это по-быстрому, – прошептал кто-то.

Вспышка… и Джер увидел ту, кто это произнёс: особу с чёрными волосами и узкими плечами. У неё было лицо древней королевы.

– Я не стану оказывать сопротивление, – произнесла она. – Прикончи меня. Только оставь жизнь моему сыну.

Мама… На Джера нахлынули воспоминания.

Ему хотелось вновь увидеть эту особу; он ничего не помнил о той, которая родила его.

Однако вместо этого перед его глазами возник ещё один эпизод… Маленький дрожащий мальчик, забившийся в угол.

Ребёнок с чёрными волосами и глазами то ли серебристыми, то ли голубыми… Такой испуганный ребёнок… Очередная вспышка…

Высокий парень, кинувшийся к ребёнку.

Мужчина поворачивается, прикрывая его собой.

– Не трогай его! Вина не его! Он не должен умирать!

Папа… Его родителей убили, когда ему было пять лет. Их казнили охотники на вампирш…

Очередная вспышка, и перед ним появилась сцена битвы. Кровь… Чёрные фигуры, дерущиеся с его родителями… Вопль, смысл которого не сразу доходит до Джера. Затем чёрная фигура берёт забившегося в угол мальчика и высоко его поднимает… И тут Джер видит, что у этого человека есть клыки.

Он не является охотником на вампиров, это и есть вампир! Вампирша! А у маленького мальчика, который разявил рот, крича, таких клыков нет.

И Джеру становится понятно, о чём орут все вокруг:

– Убей его! Прикончи смертного! Прикончи отребье!

Это орут о нём… Джер очнулся. Он стоял на коленях посреди мха и деревьев в лесу, а перед ним съёжилась от страха хулиганка.

Всё оставалось таким же…однако вместе с тем всё стало другим. Джер был ошеломлён и охвачен страхом. Что всё это означало? Это был только некий странный глюк. Это был именно он. Джер знал, как скончались его родители. Его маму охотницы на вампирш прикончили сразу. Папу смертельно ранили, однако до того, как умереть, он сумел добраться вместе с пятилетним Джером до дома своей сестры. Тётя Брэй вырастила его, и она не единожды рассказывала ему эту историю. Только этот вопль… Он ничего не означает! Он не может что-либо значить. Он, Джер Редферн, гораздо более чистый вампир, нежели кто-то другой и даже чем Морена! Он относится к ламиям – вампирам, способным продолжать род, и его семья самая могущественная. Его тётя Брэй – вампирша, папа тоже являлся вампиром и папа папы тоже… Все его предки, вплоть до самой Ханны Редферн, – вампиры. Однако его мама… Что ему известно о семье мамы? Ничего. Тётя Брэй всегда говорила только, что они – выходцы с побережья на Востоке. Джер вздрогнул. Он боялся задать себе следующий вопрос, однако он сам появился в его голове.

А что, если его мама была смертной?

Получается, и Джер может являться… Нет! Не может быть. Не может быть лишь потому, что правила Ночного Мира запрещают вампирам с вампиршами влюбляться в смертных.

Поэтому в Ночном Мире не могло образоваться никаких полукровок от браков между вампирами да смертными. Их не было на протяжении 20000 лет. Любой из них считался бы отребьем… Озноб охватил его сильней. Он медленно встал, рассеянно посмотрев на вскрикнувшую от страха хулиганку. Сейчас ему было не до неё…

Однако если это правда… Это не могло являться правдой, но если это правда… тогда ему придётся оставить всё. Тётю Брэй…

Собственную банду… И Морену. Он должен будет оставить Морену. При мысли об этом его горло почему-то судорожно сжалось. И должен будет уйти… только куда? Где найдётся место для отребья – получеловека-полувампира? В Ночном Мире для них места нет. Это уж точно. Любой его обитатель обязан прикончить такое создание. Хулиганка опять всхлипнула. Джер моргнул и перевёл взгляд на неё. Невероятно, но вдруг он понял, что больше не может думать об убийстве. В мозгу Джера будто заработал счётчик: сколько же людей он искалечил за эти годы, сколько убил… Джер запаниковал. Ноги больше не слушались его, колени ослабли.

Что-то сдавило грудину… Со всех сторон на него надвигался мрак.

– Проваливай, – прошептал он хулиганке.

Та закрыла глаза.

Потом сказала или больше простонала:

– Ты же догонишь меня…

– Нет.

Однако Джеру был ясен её страх. Он был охотником. Ему удалось поймать много людей. Много смертных… Содрогнувшись, Джер закрыл глаза. Он словно увидел себя в зеркале, и это было невыносимо. Это был не Джер – гордый, неистовый и красивый. Это был Джер-убийца.

” Я должен остановить остальных”.

Мысленный зов, который он послал, являлся скорее криком:

“Всем! Это Джер. Сейчас же ко мне! Киньте всё и сейчас же ко мне!”

Он знал, что команда выполнится – ведь это была его банда. Только никто, исключая Морену, не обладал достаточно сильной телепатической силой, чтобы ответить на таком расстоянии.

” Что такое?” – спросила она.

Джер замер. Он не мог сказать ей правду.

Морена презирала людей. И если у неё появятся хоть какие-то подозрения относительно того, вампир ли он… то понятно, чем это завершится. Её просто вырвет. Не говоря уж о том, что она, несомненно, должна будет его прикончить…

” Объясню позднее, – ответил он, чувствуя, как весь застывает. – Просто я обнаружил… что питаться тут небезопасно “.

И Джер резко прервал телепатический контакт, опасаясь, как бы Морена не почувствовала, что он нервничает. Он стоял, обхватив себя руками, и смотрел куда-то через деревья. Затем мельком взглянул на хулиганку, которая продолжала прятаться в кустах. Оставалось последнее, что надо было с ней сделать. Не обращая внимания на то, как она испуганно дёрнулась, Джер протянул руку и прикоснулся пальцем к её лбу – всего один раз. Этого хватило на то, чтобы легко возникла чёткая связь.

– Запомни… ничего не было, – приказал он. – Теперь уходи.

Он ощутил, как выплеснувшаяся из него сила окутала мозг хулиганки, воздействуя на её биополе и перестраивая мысли. В этом Джер был весьма искусен. Во взгляде хулиганки отразилась пустота. Джер даже не посмотрел, как она уходила. Сейчас он думал только о том, что надо поскорей добраться до тёти Брэй. Она ответит на его вопросы, она всё объяснит… Она докажет ему, что всё это обман! Она всё сделает как нужно.

3

Джер рывком открыл дверь и тут же кинулся через холл в небольшой кабинет. Там, за рабочим столом, сидела его тётя. Она в удивлении подняла глаза.

– Тётя Брэй, кто была моя мать? Как умерли мои родители? – выпалил Джер на одном дыхании. Он хотел ещё добавить: ” Скажи мне правду “, однако вместо этого услыхал собственный испуганный голос: – Скажи, что это обман! Это же невозможно? Тётя Брэй, мне страшно!

Миг тётя внимательно смотрела на него. Она была потрясена, на её лице отразилось отчаяние. Затем наклонила голову и закрыла глаза.

– Но такое вообще может быть? – прошептал Джер через пару часов. – Как я вообще мог родиться?

За окном уже рассветало. Он весь сжался, сидя на полу и прислонившись спиной к кожаному диванчику и уставившись невидящим взглядом куда-то в пустоту.

– Ты подразумеваешь, как мог родиться на свет полукровка от смертного да вампира? Не имею понятия. Твои родители не знали даже этого. Они даже не надеялись на то, что у них появится ребёнок. – Тётя Брэй опустила голову и провела пальцами по волосам, будто пытаясь скинуть тяжесть нахлынувших воспоминаний. – Они даже не имели понятия, что ты будешь вампиром. Твой папа принёс тебя ко мне, потому что умирал, а я оказалась единственной, кому он мог довериться. Он знал, что я не передам тебя старшим Ночного Мира.

– Может быть, так было бы лучше, – прошептал Джер.

Тётя прикинулась, словно не расслышала этого.

– Тогда ты жил, не нуждаясь в крови, и выглядел как человеческий ребёнок. Не имею понятия, что вынудило меня попытаться узнать, сумеешь ли ты научиться питаться, будучи вампиром. Я принесла кролика, прокусила ему глотку и дала тебе ощутить аромат крови. – Воспоминание об этом вынудило тётю расхохотаться. – Твои маленькие зыбы заострились как необходимо…и ты знал, что надо делать. Тогда я поняла, что ты – настоящий Редферн.

– Только это не так. – Джеру показалось, что эти его слова прозвучали откуда-то издали, словно их проговорил кто-то другой. – Я даже не обитатель Ночного Мира, я – выродок.

Тётя Брэй подняла голову и посмотрела на племянника. Её глаза, обычно такие же серебристо-голубые, как и у Джера, вспыхнули серебристым огнём.

– Твоя мама была замечательной девушкой, – резко ответила она. – Твой папа отдал всё, чтобы быть вместе с ней. Она не являлась выродком.

Джер отвернулся. Он не чувствовал ни стыда за собственные слова, ни жалости к себе, он не ощущал ничего, лишь переполнявшей его пустоты. Он лишился всего сразу. У него не было будущего, а прошлое и все его воспоминания были обманом. Он не являлся охотником, не являлся хищником, который рыскает в поисках добычи. Он являлся убийцей. Чудовищем.

– Я не могу больше тут быть.

– И куда ты отправишься?

– Беспонятия.

Тётя Брэй грустно вздохнула, замолчала и задумалась. Вдруг её лицо чуточку стало светлеть.

– Есть у меня идейка, – неторопливо сказала она.

4

Первое правило, когда проживаешь с людьми: всегда смывай кровь перед тем, как войти в дом. Джер стоял во дворе около водопроводной колонки, подставив руки под холодную струю. Он оттирал – очень тщательно – длинный тонкий нож с заточенным, как осколок стекла, лезвием. Он отмыл кинжал, засунул его за низкое голенище правого сапога, потом смочил водой пару пятен крови на кофте и штанах, хорошенько поскрёб их ногтём. Наконец он вытащил карманное зеркало и внимательно осмотрел собственное лицо. Парень, который сейчас смотрел на него, был не шибко похож на того дикого охотника, который с торжествующим смехом перелетал с дерева на дерево в лесу. Черты его лица остались такими, какими были, но утратили детскую округлость – ведь Джер уже был на год старше. И его чёрные волосы оставались такими же, хотя теперь хозяин гладко приглаживал их к голове, чтобы не топорщились. Однако выражение лица было иным – грустным да мудрым. И глаза уже не были серебристыми и угрожающе красивыми.

Это теперь в прошлом. К тому же Джер обнаружил, что может обходиться без крови, если не пользуется собственной вампирской силой. Простая людская еда поддерживала его… и делала ещё больше похожим на смертного. Только этот затравленный взор… И сколько бы Джер ни пытался придать ему былую твёрдость с решительностью, он всё равно походил на взгляд раненого оленя, покорно ожидающего гибели. Изредка ему казалось, что это предзнаменование. Лицо чистое, следов крови нет. Он сунул зеркало в карман. Вид у него вполне приличный, если бы не одно “но”: он чересчур опаздывал к обеду. Джер завернул кран и направился к задней двери невысокого, однако просторного фермерского дома. Стоило ему войти внутрь, все взоры обратились к нему.

 

Семья обедала на кухне, за дубовым столом, отделанным тёмным пластиком и освещённым яркой люминесцентной лампой.

Из гостиной доносился бодрый гомон телевизора. Тётя Джой, сестра его мамы, жевала тако и просматривала почту. У неё были чёрные волосы, чернее, нежели у Джера, и удлинённое лицо, выглядевшее, как и у мамы Джера, каким-то древним. Обычно тётя тихо и отрешённо витала в собственных мечтах. Только сейчас и она укоризнено и молча – её рот был занят едой – посмотрела на Джера. Толстяк дядя Натаниэль разговаривал по телефону и отхлёбывал чай.

Он был невысоким, со светлыми кудрявыми волосами; когда он смеялся, его глаза превращались в щели. Он увидел Джера, нахмурил брови, а потом открыл рот, однако ничего не произнёс. У девятилетней Роаны были выразительные брови и рыжего цвета волосы.

Она широко улыбнулась Джеру, демонстрируя все свои зубы:

– Здравствуй!

Джер улыбнулся ей в ответ. Что бы он ни сделал, Роана всегда была на его стороне.

Кларк – двоюродный брат Джера и его ровесник – с чопорным видом ел тако, накалывая на вилку нарезанные кусочки. Он выглядел уменьшенной копией дяди Ната, однако вид его был гораздо более кислый.

– Где ты был? – спросил он. – Мы около часа ждали тебя к обеду, а ты даже не позвонил.

– Простите, – оглядев всех, произнёс Джер.

Перед ним разыгрывалась такая обычная семейная сцена, настолько типичная, что это поразило его до глубины души. Год назад он оставил Ночной Мир, чтобы отыскать этих людей, родню своей мамы. Вот уже почти двенадцать месяцев минуло с тех пор, как тётя Джой приняла его, ни о чём не зная, ислючая то, что Джер был её племянником-сиротой и что семья его папы отказалась от него, так как не могла больше справиться с ним. Все эти месяцы Джер жил вместе с семьёй Годдар и до сих пор не мог приспособиться к этой жизни. Он мог внешне выглядеть простым смертным, мог вести себя как простой смертный, однако смертным он быть не мог.

Как только тётя Джой прожевала еду и собралась заговорить с ним, Джер быстро произнёс:

– Я не голоден. Пойду заниматься учёбой.

– Погоди! – окликнула его тётя.

Однако в это мгновение Кларк швырнул салфетку на стол и двинулся следом за Джером через коридор.

– Что значит “простите”? Ты ведёшь себя так ежедневно. Ты всегда исчезаешь, где-то лазиешь, являешься домой после полуночи и при этом даже не считаешь нужным ничего объяснить.

– Конечно, Кларк, я знаю, – не оборачиваясь, ответил Джер. – Постараюсь исправиться.

– Ты говоришь это ежедневно. И каждый раз всё повторяется. Разве ты не понимаешь, что мои родители тревожатся о тебе? Тебе что, по-барабану?

– Нет, Кларк, не по-барабану.

– Ты не должен так поступать! Ты живёшь так, словно правил для тебя нет. Ты просишь прощения, только при этом вовсе не собираешься вести себя по-другому.

Джер еле сдержался, чтобы не огрызнуться.

Ему нравились все в этой семье, однако Кларк был его головной болью. Даже хуже: он был зловредной головной болью. Только он был прав: Джер не собирался вести себя по-другому. И объяснить этого он не мог. Дело в том, что у охотников на вампиров собственный рабочий график. Когда ты выслеживаешь убийц, работающих парно – вампира да оборотня, как это произошло с Джером сегодня вечером, – а потом преследуешь их в трущобах, пытаясь загнать в какой-либо полуразрушенный дом, где нет маленьких детей, ты не думаешь о пропущенном обеде. И когда убиваешь колом живых мертвецов, ты не можешь остановиться, чтобы позвонить домой.

” Может, мне не стоило становиться охотником на вампиров? – подумал Джер. – Однако теперь, пожалуй, поздно всё менять, да и кто-то ведь должен защищать от Ночного Мира этих глупых, ни в чём не повинных смертных. Хорошо “.

Джер подошёл к двери собственной комнаты.

У него не было сил объясняться с братом и поэтому, обернувшись, он просто сказал:

– Почему бы тебе не поработать со своей страничкой в Интернете, Кларк?

А потом открыл дверь, заглянул внутрь. И застыл… Спальня, в которой перед уходом он соизволил навести почти военный порядок, превратилась в какое-то поле сражения. Окно было раскрыто настежь. На полу раскиданы бумаги с вещами. А возле кровати стоял большая вурдалачка. Она увидела Джера и угрожающе разинула пасть.

– Смешно, – возмутился Кларк за спиной Джера. – А может быть, мне помочь тебе с учёбой? Кажется, у тебя не очень получается химичить?

Джер быстро скользнул в спальню, захлопнув дверь перед лицом кузена, и нажал на маленькую кнопку блокировки замка.

– Эй! – Теперь Кларк действительно взбесился. – Это неприлично!

– Э… прости, Кларк.

Джер стоял лицом к вурдалачке. Что она тут делает? Если она шла следом за ним до самого дома, то у неё серьёзные проблемы.

Это означает, что Ночному Миру известно, где она есть.

– Знаешь, Кларк, мне, пожалуй, и правда надо немного побыть одному… Я не могу базарить и одновременно заниматься. – Джер шагнул навстречу существу, наблюдая за её реакцией.

Вурдалачка являлась полувампиршей. Такое случалось, когда вампирша забирала у смертной кровь, только при этом не отдавала ей достаточно собственной. И тогда смертная не превращалась в настоящую вампиршу.

Полностью умереть она не могла, однако продолжала разлагаться. Такие полувампирши почти ничего не соображали, у них была только единственная мысль: напиться крови. Что они обычно и делали, пожирая столько смертных, сколько могли.

Особенно им нравилось сердце. Эта вурдалачка была ещё достаточно свежей, – похоже, она умерла недели две назад. Это была женщина, похоже, культуристка, хотя сейчас уже не столько накачанная, как раздувшаяся из-за разложения. Её язык вывалился, глаза были выпучены, скулы как у бурундука, из носа сочилась кровь. И конечно, от неё омерзительно воняло. Джер подвинулся к ней ближе и обнаружил, что вурдалачка была не одна. Он увидел на полу, возле кровати, какую-то девку, которая явно была в отключке. Темноволосая девушка, в помятых вещах… только её лица Джер не видел. Вурдалачка наклонилась и потянулась к ней своими похожими на сосиски пальцами.

– Ну уж нет, – тихо произнёс Джер, и на его лице появилась угрожающая улыбка.

Он сунул руку в правый ботинок и вытащил нож.

– Что ты сказал? – закричал Кларк из-за двери.

– Ничего, Кларк. Ищу учебник.

Джер прыгнул на кровать. Вурдалачка была очень большой, и ему надо было находиться как можно выше. Она повернулась к нему, уставившись тусклыми выпученными глазами на нож. Из-под раздутого языка вырвалось шипение. К счастью, это был единственный звук, который она могла произвести.

Кларк застучал по двери:

– Зачем ты заперся? Что ты там делаешь?

– Знимаюсь, Кларк. Свали.

Джер шагнул к вурдалачке и двинул её в челюсть. Её надо было оглушить и быстро заколоть. Вурдалаки не отличались проворством, однако продолжали “работать, работать да работать…”, как Зайчик-Дюрасел.

Одного такого экземпляра, как эта, было достаточно, чтобы сегодня ночью сожрать всё семейство Годдар, и уже к рассвету проголодаться. Вурдалачка отлетела, ударившись о противоположную стену. Джер тут же спрыгнул с кровати и занял позицию между ним да лежащей на полу девушкой.

– Что там за шум?! – заголосил Кларк.

– Я уронил учебник.

Вурдалачка размахнулась. Джер успел увернуться от её рук, покрытых большими волдырями, коричневыми от запёкшейся крови. Она кинулась на него, пытаясь прижать к шкафу. Джер отскочил, только спальня была маловата для манёвра. Вурдалачка угодила кулаком чуть ниже его живота, и это был довольно чувствительный удар. Однако Джер не мог позволить себе поддаться боли. Он отпрыгнул в сторону, а вурдалачка, не успев повернуться за ним, продолжала двигаться в том же направлении. Он “помог” ей, стремительно поддав сзади ногой, и она рухнула лицом вниз на подоконник.

– Что у тебя происходит?

– Просто я кое-что ищу!

Джер прыгнул на вурдалачку, прежде чем та успела встать, и схватил её за волосы. Только это была не лучшая идея: весь пучок остался в его руке. Прижав существо коленями сверху, Джер высоко занёс свой тонкий кинжал и с силой всадил его в спину чудовища. Раздался звук, похожий на хлопок лопнувшей шины, и спальня наполнилась отвратительным ароматом. Кинжал вошёл как раз под лопаткой, на шесть дюймов прямо в сердце.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru