Регистрацию прошли быстро. Ожидая посадки в самолет, я успела позвонить отцу и Юле. Вынужденное безделье начинало меня напрягать. Начальник хмуро сидел рядом и просматривал что-то в своем телефоне. Ему бы расслабиться, но я знаю только один доступный способ для мужчины – это спиртное. Нам женщинам проще: поговорили, поплакали, пусть даже по телефону, и сразу становится легче. Ему стоило бы выговориться, но заставить я его не могу, а лезть в чужую душу без приглашения тоже не вариант.
Я отбросила от себя мысль выяснить, что же так расстроило моего начальника и до объявления посадки тупо смотрела в окно на садившиеся и взлетающие самолеты. Объявили посадку и мы прошли в самолет. Весь полет я слушала музыку. Сергей молча продолжал тыкаться в своем телефоне, просматривая какие-то документы и таблицы. Видно, его до сих пор не отпустило после встречи с той яркой блондинкой в аэропорту.
Спустя два часа мы регистрировались в гостинице. Наши номера располагались на одном этаже, но в разных концах. Войдя в свой, я почувствовала себя как раньше: беззаботной, счастливой, не стесненной в деньгах. Неудивительно, ведь это был "Люкс", к другому я не привыкла. Портье оставил мой чемодан и удалился. Я сняла обувь и, подойдя к окну, раздвинула тяжелые шторы. Вид из окна открывался изумительный: ночной город, освещенный тысячами огней, продолжал жить размеренной жизнью.
Оставшись довольной своими апартаментами, распаковала чемодан и разложила вещи. Закончив с делами, почувствовала, как под ложечкой неприятно засосало. В это мгновение раздался стук в дверь. Интересно кто это мог быть?
На пороге стоял Сергей.
– Ужинать идем? – сухо спросил он.
– Если ты пойдешь с таким настроением, то нет, – ответила ему в тон.
– Не понял, – удивился начальник.
– От твоего кислого выражения лица у меня портится аппетит.
Он нехотя улыбнулся.
– А так?
– Ладно, уговорил, – смягчилась я, так как есть все-таки очень хотелось. – Одеваться?
– Нет, здесь внизу есть ресторан или ты хочешь пойти в другое место?
– Я города совсем не знаю, здесь никогда не была, так что пока согласна на все?
– Прямо на все? – уже с более естественной улыбкой спросил Сергей, приглашая выйти.
– А это уже будет зависеть от того что мы будем есть и пить, – игриво подмигнув улыбнулась я выходя из номера и закрывая дверь.
Разрядив двусмысленными шутками напряженную атмосферу, в ресторан спустились в приподнятом настроении. Нам каким-то чудом достался столик возле огромного окна. Уютная атмосфера, вкусная еда и непринужденная обстановка располагали к дружеской беседе, и мы почти два часа болтали на разные темы. Я, безусловно, и до этого дня понимала, что мой начальник хорошо образованная личность, но даже не догадывалась насколько разносторонне развитая и что у него на столько большой кругозор. Он легко начинал и поддерживал любую тему, его интересовали и волновали те же вопросы, что и меня, а жизненные приоритеты пересекались с моими. И когда он говорил вот так легко и непринужденно как сейчас, то выглядел необычайно привлекательным: глаза сияли живым жизненным блеском, движения плавны и уверенны, лицо добродушное. Я смотрела на него и думала, что в него очень легко влюбиться, когда он такой, но, зная его с другой стороны, не обольщалась напрасными надеждами: через три дня командировка закончится и снова вернется Сергей Михайлович – строгий и педантичный начальник.
Из ресторана мы ушли в начале двенадцатого. Сергею с самого утра была назначена встреча. Ему необходимо быть свежим и бодрым, так как переговоры предстоят не из легких. У двери своего номера я уточнила, что именно требуется от меня и к чему завтра готовиться. Он сказал, что завтра я свободна и могу распоряжаться временем на свое усмотрение. В который раз между нами повисло неловкое молчание недоговоренности. Сергей не уходил, но и я стояла рядом, сама не понимая чего жду. Ожидание немного затянулась. Наконец, я решила задать вопрос, который полдня не давал мне покоя:
– Сергей, а кто была та женщина, которую мы встретили в аэропорту?
– Никто, – легкость общения разбилась о невидимую и непонятную мне преграду. – По крайней меря для меня уже никто. Спокойной ночи.
Он развернулся и пошел прочь по коридору. Похоже, я задела его за больную струну. В голову пришла мысль, что он пережил личную драму, и все единолично переваривает внутри, никто не знает что именно произошло, только его мать. Она упоминала, что у него образование архитектора, и он сменил работу четыре года назад. И его знакомая, которую сегодня встретили в аэропорту, чем-то похожа на девушку с фотографии. Да, она сама утверждала, что они не виделись четыре года. Сергей не хочет даже объяснить кто она. Возможно, эти события взаимосвязаны. Может именно в этом кроется причина его плохого настроения? У каждого человека имеется свой скелет в шкафу и, похоже, что "шкаф" моего начальника закрыт на десять замков, а ключи надежно спрятаны.
***
Сергей
Своим последним вопросом Ника привела меня в чувства, не позволив наделать очередных глупостей. Интересно, она осознает насколько привлекательно выглядит, когда дерзит, или просто улыбается, непринужденно поддерживая беседу, или молча смотрит на меня своими серыми глазищами? С ней все легко и просто, она умеет снять напряжение одной лишь фразой, пусть и не всегда уместной, а порой и двусмысленной. На нее невозможно долго сердиться, чего я не могу сказать о Маргарите. Наши с ней отношения с самого начала были односторонними, но я этого не понимал и не видел. Любил и все прощал. До одного дня… Четыре с лишним года от нее не было ни слуху, ни духу, так какого же черта надо было встретиться именно сегодня. Соскучилась она! Хотелось бы верить да не могу, мой лимит доверия и терпения эта девушка исчерпала с лихвой. И ведет себя так будто ничего не произошло, словно мы встречались только вчера. За то время, что мы не виделись, боль обиды притупилась, и я посмотрел на нее уже более трезвым разумом. Безусловно, красивая, но как кукла и такая же бездушная.
Я сразу забыл о ней, меня гораздо больше беспокоила другая девушка. Вчера я весь день корил себя за то, что предложил Нике ехать со мной в командировку. Когда она рядом в голову лезут не те мысли. Но сегодня, увидев злобное лицо ее бывшего, следившего и преследовавшего нас по пятам почти до самого самолета понял, что все сделал правильно. Он ее не получит, хмырь малолетний. Он мне с первого раза не понравился. Я специально взял Нику за руку, чтобы тот подумал, что мы в более близких отношениях, но неведомо откуда появилась Маргарита и чуть все не испортила.
Анализируя свои мысли и поступки невольно провел параллель с животным миром. Прямо как два самца, которые бьются за расположение и внимание самки. Возможно, так и есть. Правда, иногда животные бывают более человечными чем люди.
С этими мыслями я уснул. Утром все закрутилось само собой. Ранний подъем, официальный визит, переговоры почти до вечера. Я долго убеждал поставщика в выгодности предоставления нам скидки, убеждал в честности наших намерений. Оппонент попросил тайм-аут до завтрашнего дня с целью все еще раз пересчитать, перепроверить и немного подумать, и пригласил отужинать в одном из ресторанов города. Я предупредил Нику, чтобы та была готова к семи вечера. По голосу, похоже, она обрадовалась. Я даже не знаю, чем она занималась целый день, так как времени не хватало ни на что. Общались лишь краткими сообщениями, но осознание того, что вечер она проведет со мной грело душу, и день уже не казался таким тяжелым.
Я заскочил к себе в номер, чтобы освежиться и переодеться. Спустя полчаса постучался в номер Вероники. Девушка была во всеоружии и выглядела великолепно. Волосы собраны в аккуратную простую укладку максимально естественную, без излишней вычурности. На лице вечерний макияж, красиво оттеняющий блеск серебристых глаз. Темно синее платье-клеш до колена соблазнительно облегало стройную фигуру. На спине неглубокий вырез, привлекающий внимание. Тончайшая цепочка с блестящим кулоном на шее и серьги в комплект завершали образ, придавая ему некую толику совершенства, граничащего со строгостью, уверенностью и невинностью. В общем Вероника выглядела так как надо, и по моему желанию, я бы вообще никуда не пошел, остался бы в номере…
Напомнив себе очередной раз, что ужин в ресторане не менее важен, чем сами переговоры, вызвал такси, и мы спустились в гостиничный холл. Я замечал бросаемые на нас заинтересованные взгляды. Внутри меня разгоралась гордость, что эта девушка именно со мной проведет сегодняшний вечер. Вероника с благодарностью принимала мои знаки внимания, и не шарахалась как раньше. Видно же, что в такой обстановке она чувствует себя более привычно и уверенно, словно рыбка в воде.
Ужин прошел даже лучше, чем я ожидал. Вероника держалась весьма достойно, тактично отвечала на задаваемые вопросы, а румянец, вспыхнувший на щеках от выпитого вина, лишь придавал ей больше очарования. Как мне показалась, она произвела неизгладимое впечатление на нашего партнера, который по возрасту ей почти в отцы годился. Тот даже пригласил ее на танец. Я следил за движениями девушки, такими плавными и легкими, и невольно завидовал ее партнеру, который непринужденно вел ее в танце держа за тонкую талию.
К девяти вечера поставщик откланялся и оставил нас одних. Результат проведенных переговоров казался мне вполне логичным. Завтрашний день будет лишь формальностью.
Я расслабленно откинулся на спинку мягкого дивана допивая вино. Ника закинув ногу на ногу и подперев голову левой рукой игриво смотрела на меня.
– Что-нибудь еще хочешь? – спросил я, улыбнувшись ей в ответ.
– Хочу, – непринужденно ответила она, закусив нижнюю губку и не сводя с меня пристального взгляда.
От такого неоднозначного ответа по коже побежала нервная дрожь.
– Проси что хочешь, мы сегодня заслужили, – не подавая вида, что смущен ее обаянием, ответил я.
– Я хочу еще вина, испанского, можно?
– Можно, – согласился я, подозвал официанта и сделал заказ.
Спустя пять минуты наши бокалы наполнились благородным бордовым далеко недешевым вином, хотя именно сейчас, чтобы расслабиться, я бы предпочел напиток более высокой крепости.
– Как прошел твой день? – спросил я, делая глоток и ощущая богатый сложный вкус вина с оттенком фруктов и специй.
– Спасибо, очень хорошо, – Ника отсалютовала мне бокалом и, пригубив его, закрыла от удовольствия глаза. – Как я скучала по такому вкусу. Только лишившись всего можно понять истинную ценность таких мгновений.
– Тебя потянуло на философию? – улыбнулся в ответ.
Ника прищурилась и посмотрела на меня иначе, как-то серьезнее.
– У тебя очень красивая улыбка. Почему ты так редко улыбаешься? – без тени флирта спросила она.
– Не знаю. Наверное, для этого не было повода.
– Аааа… – протянула девушка и сделала очередной глоток. – Пригласи меня на танец.
Я чуть не поперхнулся. Отставил бокал, встал, протянул ей руку. Ника вложила свою, и мы вышли на свободное место, где в такт медленной мелодии уже танцевало несколько пар. Свободной рукой несмело обхватил ее за талию, но девушка сама придвинулась ко мне ближе. От этого простого движения внутри все напряглось, по телу кипятком разлилось желание, которое пришлось сдерживать до ломоты в костях, только бы не отпугнуть ее как в первый раз, не порвать тонкую нить доверия, протянувшуюся между нами за последнее несколько дней. Я вдохнул ее свежий аромат и в голове закружило. Я не видел никого, только бездонно-серые глаза напротив, что были так близко от меня. Хотелось начхать на все нормы приличия, взять ее в охапку и забыться в сладостном порыве.
Пока я колебался, мелодия закончилась. Вероника отстранилась и молча вернулась на свое место. Огонек в ее глазах потух. Она задумчиво допила свое вино. Я не мог понять, что вызвало такую перемену в ее настроении, что я сделал не так? Вроде, на ногу ни разу не наступил.
– Поехали в гостиницу, – предложила она.
– Тебе нехорошо? – осторожно уточнил я.
– Нет, все в порядке, просто устала.
Я сделал вид, что поверил, но все равно ощущал гнетущую напряженность, появившуюся в нашем общении. Вероника больше не улыбалась, отводила глаза, молчала. Может это вино на нее так подействовало? Но я видел ее в более неадекватном состоянии, у Льва Давыдовича на юбилее, например. И тогда она была не в меру словоохотливее и веселее.
В такси всю дорогу Ника смотрела в окно и не проронила ни слова. Мы молча вошли в гостиницу, поднялись на нужный этаж. Я провел ее до двери номера и ожидал, что она сразу же скроется за дверью, щелкнув замком. Но Вероника стояла ко мне лицом опустив глаза в пол.
– Ника, у тебя точно все хорошо? – я первым нарушил молчание. – У тебя такой вид, словно я тебя чем-то обидел.
Девушка подняла на меня взгляд.
– Обидел, – утвердительно кивнула головой. – Вот именно, ты нашел правильное слово.
Я удивился такому заявлению.
– Не понимаю, что я сделал не так? Ты можешь мне нормально объяснить?
Я старался говорить максимально спокойно и тихо, но девушка неожиданно взорвалась:
– Да пошел ты…
Ника резко развернулась, открыла сумочку и достала ключ-карту. Я перехватил ее за запястье, не позволяя открыть дверь и уйти от ответа.
– Ника, я прошу объясниться, – выпитое вино придало мне уверенности в решении поставить все точки над "i" здесь и сейчас.
– Что мне тебе объяснять, если ты ничего кроме своей работы не видишь?!
Она со злостью выдернула руку, приложила карту к двери и дернула за ручку. Дверь легко открылась.
– Подожди, – я снова ухватил ее за руку и сам потянул за собой в ее номер, закрывая дверь. – Что именно я должен увидеть кроме работы?
Она буравила меня раздраженным взглядом, гордо приподняв подбородок.
– Ни-че-го, – медленно и четко разделяя слога произнесла она.
– Ника, не зли меня, я терпеть не могу недомолвок, – я немного повысил тон, чтобы придать своему голосу большей убедительности.
Наши лица находились слишком близко. Непозволительно близко. Девушка непроизвольно облизнула пересохшие губы, и я не выдержал. Пусть она еще раз одарит меня оплеухой, я готов заплатить требуемую цену. Всем телом прижав ее к стене, долгим поцелуем впился в губы. На удивление, Ника не сопротивлялась, ответила на поцелуй, разжигая во мне внутреннее пламя. В какой-то момент она согнула и приподняла правую ногу в колене, побуждая меня к действию. Я опустил руку с талии на ягодицу, затем медленно, скользя по тонкой ткани, провел вниз по бедру, ощущая, как собственное тело берет верх над разумом. Не встречая сопротивления, забрался рукой под ткань платья и повел вверх до самой спины, ощущая тепло и бархатистость кожи.
– Ника, – с трудом оторвавшись от ее губ прошептал, уткнувшись лбом в ее лоб, тяжело переводя дыхание, – если ты против, то в силах остановить меня сейчас.
Вероника не ответила, лишь слегка улыбнулась и, погрузив свои ладони в мои волосы, горячо поцеловала в ответ. И я понял, что пропал. Меня затягивало в бурный водоворот страсти, из которого в одиночку никак не вырваться. Отпустив мои волосы, она прошлась ладонями по шее и плечам, нетерпеливыми движениями срывая с меня пиджак. Не отрываясь от ее губ, я легонько направил девушку в сторону спальни. Она все прекрасно поняла и, обхватив мое лицо ладонями, словно боясь отпустить, пошла спиной вперед, доверяя мне полностью.
Доведя до постели, я не дал ей возможности даже перевести дыхание. Но она и не хотела. Вспыхнувшая страсть была всепоглощающей, сметающей все сомнения и преграды на своем пути. Она быстро утолила внутренний огонь, но лишь частично. Жажда тела после схлынувшей первой волны удовлетворения осталась не менее острой. Я дал Нике всего несколько минут, чтобы прийти в себя, затем все начал заново, только уже неторопливо, нежно и чувственно. Ника отвечала тем же.
Удовлетворенные и уставшие мы уснули лишь под утро. Через час или два прозвенел будильник на телефоне. Я осторожно выбрался из объятий девушки. Ника спала беспробудным сном, разметав шелковистые волосы по подушке. Полюбовавшись с минуту видом спящего ангела, собрал разбросанную по комнате одежду, не спеша оделся и вернулся в свой номер. Вопреки бессонно проведенной ночи, я чувствовал себя бодрым и полным сил. У меня еще предостаточно времени, чтобы принять душ и привести себя в порядок. На девять утра назначены переговоры, но думаю, премия у меня уже в кармане.
***
Ника
Я лениво потянулась в постели, ощущая как болят мышцы после бурно проведенной ночи. Уже утро или день? Я не знаю. Хотелось просто зарыться в белоснежно теплое одеяло, закрыть глаза и снова испытать чувство всеобъемлющего блаженства. Однако ночь закончилась, Сергей ушел на переговоры один, великодушно позволив мне провести время в блаженном бездействии.
Провалявшись около часа, заставила себя выбраться из теплой постельки и отправилась приводить себя в порядок. Не успела выйти из душа, как раздался стук в дверь. Открыла. Сергей, переступив порог, быстро закрыл за собой дверь и сразу сгреб меня в охапку, накрыв рот горячим поцелуем так, что я не успела проронить ни слова. И только почувствовав холодные мужские ладони, забравшиеся под толстый махровый халат, запрыгала на месте.
– Ты что делаешь? – взвизгнула я. – Мне же холодно!
– Я тебя мигом согрею, только скажи, – прохрипел он в ответ мне на ухо.
Я провела пальцем по гладко выбритой щеке и коснулась губ, которые мгновенно его поцеловали.
– Сергей, может позавтракаем? Я ужасно хочу есть.
– Нет, – он отрицательно покачал головой с серьезным видом. – Завтракать ты сегодня не будешь.
– Это почему? – не поняла я.
– Потому, что уже три часа дня. Ты даже обед пропустила.
Я демонстративно надула губки. Сергей увидев это добродушно заулыбался.
– Но я это предвидел, поэтому сделал заказ в ресторане, через минут двадцать-тридцать обед доставят прямо в номер. Нам хватит этого времени?
Я попятилась назад, видя как загораются его глаза.
– Сергей, мне нужно время, чтобы одеться и привести себя в порядок.
– Тебе не нужно приводит себя в порядок, ты выглядишь лучше чем когда либо! – он надвигался на меня, снимая с себя куртку.
– Даже лучше чем вчера? – я пыталась поддержать разговор, но понимала всю тщетность своих попыток.
– Тебе нужны доказательства?
Я не успела ответить. Он снова припал ко мне в долгом поцелуе. Его сексуальное обаяние действовало на меня обезоруживающе. Я обвила его шею руками, забыв обо всем на свете. На меня накатило безграничное счастье, хотя менее суток назад я даже не представляла, что шаг навстречу может быть таким простым и легким. Еще вчера меня до глубины души раздражало его равнодушное спокойствие и безразличие, мне казалось, что этого черствого сухаря ничего не проймет, а я так старалась, готовилась к вечернему выходу. Кроме дружеского общения безумно хотелось чего-то большего, но мой начальник как всегда был предельно собран и невыносимо тактичен. А по дороге домой в такси вообще хотелось расплакаться: не то на меня так подействовало испанское вино, не то сказалась обида и разочарование от несбывшихся ожиданий. А ведь я надеялась, собиралась на деловой ужин в предвкушении очаровать начальника, подтолкнуть его к признанию, которое бы польстило моему самолюбию, тем более что повод для надежды однажды он мне предоставил, правда, затем постоянно держал на расстоянии. Но вчера Сергей был непробиваем и, когда я почти разочаровалась и поверила, что мои ожидания напрасны, внутри засела обида за собственное бессилие что-либо изменить, добиться желаемого. Нарастала уверенность, что возможно, отец был прав, когда утверждал, что я не способна самостоятельно решать свои проблемы.
За стеной собственного эгоизма я не замечала, что Сергей ко мне тоже неравнодушен, не понимала, как ему тяжело сдерживаться и контролировать себя, чтобы вести как подобает настоящему мужчине. Он признался мне в этом под утро, когда волна страсти улеглась, дав телу возможность расслабиться, а разуму открыться в душевных терзаниях.
И вот сейчас я не могла сопротивляться ему, если честно, то не было ни малейшего желания даже думать об этом. Мое тело таяло под ним, кожа горела от прикосновений, поцелуев, нежных ласк. Я задыхалась от переизбытка ощущений. Он ни разу не позволил себе обделить меня в эмоциях, ждал, пока я не выгнусь под ним дугой со стоном блаженства. Только после этого позволял себе разрядиться.
Когда постучали в дверь, я и не помнила о том, что со вчерашнего дня ничего не ела. Утоленный голод тела на время заглушил все другие потребности. Сергей поднялся, накинул на себя гостиничный халат, который едва доходил ему до колена и спустя несколько секунд прикатил в комнату тележку, заставленную различными блюдами. Обмотав себя одеялом, я поудобнее устроилась в кресле за столом в предвкушении обеда. Сергей достал бутылку вина, но я отрицательно покачала головой.
– Нет, нет, не сейчас. Какие у нас планы на вечер?
Он расставил блюда на столе и сел в кресло напротив.
– Переговоры закончены, контракт подписан, поэтому весь оставшийся день я в твоем полном распоряжении.
Я пододвинула ближе тарелку с салатом и, наколов на вилку оливку, с многообещающим взглядом медленно поднесла ко рту.
– Вполне интересное предложение, – поддерживая мою игру, согласился Сергей, – я готов сегодня к сверхурочной работе.
От его серьезного тона меня разобрал смех:
– Я знала, что ты трудоголик, читала на сайте, да и прочувствовала на собственной шкуре за последние два месяца. Предлагаю отдохнуть и прогуляться по городу.
Видно, что он не ожидал такого предложения.
– Просто прогуляться и больше ничего? – переспросил он.
– Да, у тебя есть другие варианты?
– Нет. Просто… – Сергей запнулся, подбирая слова, затем улыбнулся. – Тогда, ешь, тебе потребуется много энергии.
Остаток дня мы провели вместе в непринужденных беседах и долгой прогулке по городу. Я никогда не знала своего начальника с такой стороны. Это был совсем другой человек: внимательный, добрый, открытый. И мне он безумно нравился. В его прикосновениях и легких поцелуях было столько откровенной нежности, что я бы никогда в это не поверила, скажи мне кто-то другой, что он на такое способен.
Ночь была не менее нежной и незабываемой.
Утро наступило слишком быстро. Необходимо было собираться домой. Вылет в тринадцать десять. Мы чуть не проспали, поэтому впопыхах пришлось запихивать в чемодан все вещи как придется. И зачем столько набрала? Больше половины из них вообще не понадобилось.
В полете я задумалась о том, что будет дальше, как вести себя на работе? Как быстро на фирме просочатся слухи о наших отношениях? Сергей весь полет дремал, что не удивительно после такого марафона бессонных ночей. Хоть он и крепкий мужчина, но ему тоже необходим отдых. Нужно будет обсудить с ним все позже, когда подвернется удобная возможность.
Сергей довез меня до дома и занес чемодан в квартиру. Как бы мне не хотелось, чтобы он остался со мной, но пришлось отпустить. Ему нужно отдохнуть и от меня в том числе, завтра на работу. Сергей ушел, и я вспомнила о Персике и Вике с Юлей. Прихватив с собой купленные вчера на прогулке подарки, спустилась двумя этажами ниже. Вика делала уроки, но увидев меня в мгновение ока все бросила, и в нетерпении, по-детски радуясь, запрыгала рядом. Раздав скромные подарки, которые вызвали у ребенка неподдельный восторг, забрала Персика и вернулась к себе. Как оказывается ребенку для счастья мало надо.
Войдя в свою квартиру и отпустив котенка, почувствовала себя очень одинокой. Всего несколько месяцев назад одиночество было для меня спасением, сегодня же – тягостной обузой. Я нехотя разобрала чемодан, вспоминая о двух последних днях, проведенных вместе, и только мысль, что я снова увижу его завтра утром, грела душу. Я чувствовала, что мне мало двух совместных ночей, тело жаждало его ласк, и эта жажда казалась невыносимой.
Пришедшее перед сном сообщение с пожеланием спокойной ночи заставило улыбнуться и подумать, что скоро наступит новый день, просто нужно набраться терпения.
***
Сергей
Я открыл ключом дверь и вошел в квартиру. Без Ники она кажется пустой и безжизненной. Мне не хватает ее присутствия, нежного голоса, звонкого смеха. Неожиданно остро захотелось семейного тепла и уюта. Именно с ней. Впервые в жизни я почувствовал, что по-настоящему готов завести семью, детей и меня уже не страшила мысль, что девушка может забеременеть, наоборот, самому хотелось дать жизнь новому человеку, и возможно, не одному, который будет похож на нее и на меня. Похож на Веронику… Я преднамеренно не пользовался средствами контрацепции, видел справку Ники со всеми анализами, и был абсолютно уверен, что здоров сам, проверялся пару месяцев назад. С Катей же я был предельно осторожен и защищен даже в невменяемом состоянии, да и она врать не будет, не тот она человек.
В квартире чисто и убрано. Приходила Тамара Петровна. Но эта чистота сегодня мне казалась холодной и безжизненной. Я поставил чемодан у стены и снял обувь. Уже довольно поздно, но завтра с утра на работу и там будет жизнь, там будет она. Я улыбнулся сам себе, вспоминая как сегодня с утра она, нежно прижавшись ко мне, не хотела вставать, а потом впопыхах собиралась, боясь опоздать. И меня это ничуть не раздражало. Ника, она не такая как все, она совсем другая.
Я отринул непрошенные воспоминания, накатившие из прошлой жизни. Нельзя постоянно оглядываться назад и проводить параллели. Ника и Маргарита абсолютно разные девушки как по внутреннему мировоззрению так и по амбициям. Нужно оставить прошлое в прошлом и жить полноценной жизнью.
Я принял душ, и только добравшись до постели понял насколько устал. Погрузился в сон почти мгновенно. Мне даже снилось что-то приятное. Утром проснулся как обычно, но на работу приехал на пятнадцать минут раньше. До прихода Ники успел подготовить отчет по командировке.
В приемной раздался стук закрывшейся двери. Я с нетерпением ждал, когда Вероника зайдет ко мне, но она особо не торопилась. И когда я уже решил выйти сам, она вошла с чашкой дымящегося кофе.
– Доброе утро, Сергей Михайлович, – с еле скрываемой улыбкой, пытаясь быть серьезной, поздоровалась она.
Я подождал пока она поставит горячий кофе передо мной, резко встал и обняв одной рукой за талию, вторую запустил в каштановый каскад волос и крепко поцеловал с нетерпением мужчины, истосковавшегося по любовным ласкам. Ника от такого неожиданного напора уткнулась попой о стол, почти сев на него, от чего облегающая фигуру юбка-карандаш задралась выше колена. Я провел рукой по тонкой ткани чулок, пробираясь по бедру выше и выше. Ника раздвинула ноги в желании теснее прижаться ко мне. У меня перехватило дыхание, я забылся на мгновение, но собрав всю силу воли в кулак нехотя оторвался от ее девушки. Вероника дышала также глубоко, чему свидетельствовала высоко поднимавшаяся грудь, видимая в глубоком вырезе офисной рубашки, расстегнутой на пуговичку ниже, чем того требовали нормы приличия. Помню и эту рубашку, и юбку, так раздражающе действующих на меня когда-то.
– Ника, если ты сейчас не уйдешь, то может случиться непоправимое. У меня совещание через двадцать минут, – нехотя выдавил из себя.
– И я по тебе соскучилась, – прошептала она, прикусывая мочку моего уха. – Все, ухожу.
Девушка легонько толкнула меня в грудь и спрыгнула со стола, оправляя юбку. Я провел ее взглядом и взял принесенный кофе. Не успел сделать и пары глотков как в кабинет вошел Комаров.
Андрей уселся напротив с неподдельным любопытством в глазах.
– Привет. Рассказывай как все прошло.
В мозгу молнией пронеслась мысль, что Ника вышла от меня очень вовремя, ибо от расспроса с пристрастием я бы точно не отвертелся, а так можно и промолчать. Нечего афишировать наши отношения раньше времени. Но отмолчаться у меня не вышло.
– Ты о чем? – я сделал вид, что не понял его и отхлебнул кофе.
– Как о чем? О командировке конечно, о чем же еще?! – Андрей с нетерпением заелозил по стулу.
– А разве Лев Давыдович не объявил, что контракт на поставку уже подписан? Я еще позавчера перед ним лично отчитался.
– Да причем тут контракт, – отмахнулся Андрей, – я про твою секретаршу спрашиваю. Как у вас дела, все на мази?
– Не понял? – удивился я.
В этот момент вошла Ника с чашкой кофе для Андрея. Мы оба молчали, пока девушка не скрылась за дверью.
– Вот это ты ее выдрессировал! – восхищенно произнес Комаров, подтягивая кружку ближе к себе. – Я даже не просил.
– Андрей, что происходит? – я опередил друга с вопросом, ибо его интерес направлял на вполне определенные догадки.
– Сергей, не буду ходить вокруг да около, – в том же тоне выдал он, – у тебя роман с твоей секретаршей?
Я молча смотрел в лицо другу, выражение которого из удивленного преобразилось в восторженное.
– Значит, так и есть, – заулыбался он. – Серега поздравляю! С собственной секретаршей, вот это поворот! От кого-кого, но от тебя такого не ожидал. Вот удивил, так удивил!
– С чего это вдруг ты сделал такие голословные выводы?
– Во-первых, ты поехал в командировку не один, а с Вероникой, в присутствии которой на переговорах нужды не было от слова "совсем", – он стал загибать пальцы. – Во-вторых, я слежу за блогом ее бывшего парня, который уверен, в том, что между вами что-то есть и бесится от этого. Правда, его рейтинг от этого только взлетел. А в-третьих, ты совсем забыл обо мне, дружище. За текущую неделю не одного звонка, ни одного сообщения. Ну, так что, я прав?
Я молча выжидал, пока Андрей выскажет все свои восторженные доводы и догадки. Интересно кто еще с фирмы следит за нашей жизнью? Хотя, какая к черту разница, если на счет Вероники у меня имеются вполне серьезные намерения.
Когда словесный поток Андрея иссяк. Я утвердительно кивнул головой:
– Прав ты, прав, но если распустишь слухи по фирме, голову оторву.
– Я – могила, ты знаешь, – заверил меня Андрей, – расскажешь, как все было?
– Вот подтянутся сейчас начальники отделов, и все расскажу.
– Ты серьезно? – удивился он.
Я улыбнулся. Вероятно, услышанное выбило друга из рабочей колеи.
– Андрей, совещание через пять минут.
В этот момент в кабинет вошел начальник производственного отдела, за ним в течение минуты подтянулись все остальные. Начался обычный трудовой день. Неизвестно откуда возникали вопросы и проблемы, которые требовали решения. Я даже был рад такой повышенной рабочей активности, так как она не позволяла расслабиться и заставляла быть собранным, что было мне крайне необходимо в присутствии Ники, которую безумно хотелось затащить в уголок поукромнее с определенной целью.