– Так, стоп! – оборвал я её. – То-есть ты хочешь сказать, если я правильно всё понял, что и у меня и у каждого из остальных есть двойник?
– Не совсем. Но в целом правильно.
– И кто же меня дублирует, интересно?
– Садри.
– Чего?– тут у меня чуть челюсть не отвисла.
– Управление разумом. У вас схожие принципы, только у тебя, благодаря искре, развитие взлетело, тогда как у Садри осталось на базовом уровне. Так же, как и у других мальчиков.
Сказать, что я очень удивился, это не сказать вообще ничего. Потрясение – вот то самое слово. Если попробовать разложить по полочкам только что услышанное, да присовокупить ранее полученную из разных источников информацию, то картинка складывалась следующая.
Легенда о первосоздателе была написана людьми и с реальным положением дел имела общего очень мало. Сказочка для лёгкого чтения. Хотя кое-что в ней, скорее всего, несколько совпадало с истинной историей. Я, конечно, могу и ошибаться, но Гилтри, похоже, никакой не гений, а выбранный на вполне понятную должность, обычный, весьма, кстати, среднестатистический человек. Под диктовку неизвестного куратора и с помощью ключа в виде всё той же Глие, он тупо выполнял поручения, выдавая их за могучие достижения своего интеллекта.
Создание цифрового нуль-пространства, перенос миллионов сознаний граждан нашей планеты, машина для внедрения в земные тела – всё это так или иначе оказалось связано с тем самым Создателем и его дебильной игрой. И мы – двенадцать, рождённые миром без помощи живых матерей и отцов, послужили основой для этого многовекового цифрового безумия. Способности каждого давали необходимый материал для того или иного механизма, поддерживающего в равновесии различные области нашего бытия.
Появление искры, то-есть меня, запустило процесс аннигиляции вселенной Технеции, длившийся тридцать пять лет и я почти уверен, что этот срок был не случайным. Всё в рамках игрового процесса, ведь именно тогда Гилтри и сообщил всему миру о его "гениальном" открытии. Как же – открыл он! Медитации его и не медитациями вовсе были, это я теперь точно осознал, а общение с куратором.
Ладно, получается, что если советники каким-либо образом пропадут, то и само пространство попросту развалится, лишённое своей первоосновы. Вспомнить хотя бы лопнувшие поводки, удерживающие на привязи сотни людей. А ведь если хотя бы на секунду поверить Глие, то подобное смогло произойти только после исчезновения Садри, как моего дублёра. То-есть Гилтри лишился такой важной составляющей, как контроль разума. Интересно, а остальное население Автократии тоже управлялось с помощью поводков?
Вопрос прикольный, потому что сейчас, возможно, эта многомиллионная армия бездельников, столетиями управляемая далеко не самым либеральным диктатором, вдруг могла единомоментно ощутить свободу и начать задумываться о штурме всем надоевшего дворца. Да уж, революцией попахивает. Но это опять же только мои домыслы. Может реальная картина и вовсе другая, но больно уж всё логично складывается.
Убить они, конечно, никого не смогут, но шороху наделают, что даст мне возможность на некоторое время спокойно вздохнуть и сосредоточиться на других, не менее актуальных вещах. А то надоел, понимаете, этот старый мудило со своими закидонами. Ха, а ведь он и представить себе не мог, как попадёт в дерьмо, отправив на Землю меня и моего дублёра. Ну точно обезумел на старости лет.
Теперь мне срочно надо вернуть Моуди, не такой уж он и бесполезный, оказывается. Кто же его дублёр? Если их обоих оторвать от дворца, то и машине конец настанет, а мне как раз это и нужно. Оставшиеся пусть живут себе и дальше, видно судьба у них такая.
– А у других какие способности? – спросил я у Галины.
Пока я размышлял над её словами, она успела уже несколько раз подняться на ноги, снова присесть, заглядывая мне в глаза, но не издала ни звука. Видимо, очень переживала за исход нашего разговора. Ну как же – ведь её жизнь на кону. Только как она общается с Гилтри? Для осуществления моих планов мне необходимо было установить связь с дворцом и, желательно, без тяжких последствий. Для меня, естественно.
– Это мне неизвестно, Кади, – послушно ответила она. – Ты только не злись, я правда не знаю. Ведь я только ключ, а искру мог получить не ты, а любой из других мальчиков.. Тогда бы я знала про него всё, как сейчас про тебя, а про остальных – ничего. Вся полнота информации у Автора. Он проводник, а я так…
– Значит из вас двоих он главный?
– Не совсем, учитывая твой статус. Опять же, своё тело я не теряла, а у него другого уже не будет. Проводник не может покинуть нуль-пространство, не может перенести своё сознание в мозг человека – таковы правила, Я здесь, а он там, вот и вся разница. Именно поэтому он так и медлил с твоим переносом, всё мечтал завладеть искрой и занять твоё место.
– Ага, а тут Петюня подвернулся, – хмыкнул я. – Ты ему искру, а он тебе бонусы за смерть сыновей. И все довольны и счастливы.
– Это было бы справедливо, ведь я столько для тебя и для него сделала. Разве я не заслужила ещё хотя бы сто лет жизни. Ведь чем дольше я проживу, тем дольше продержится связь между нашими мирами. А там, глядишь, и ещё бы детей нарожала.
– Складно говоришь, я прямо заслушался, – сказал я, тяжело поднимаясь и отряхивая грязные штаны. – Только поздно, спать охота, сил нет. Ужин, как я понимаю, нам сегодня не светит, поэтому пойдём хоть выспимся. Холодно становится, так и заболеть недолго. Правда, я уже и забыл, что это такое – болезнь.
– Кади… – начала она тревожно.
– Александр. Викторович.
– Хорошо… Александр Викторович, как тебе будет угодно. Да я на всё готова, если ты ещё не понял, только выполни своё обещание.
– Обещал – сделаю, – буркнул я, зевая во весь рот и побрёл назад к развалинам дома.
Чёрт, я сегодня весь день в развалинах провёл. Да и чувствовал себя соответственно, словно я и сам древняя, в хлам убитая, рухлядь. Галина понуро плелась следом за мной и я в который раз уже подумал, что пора бы уже завершить сегодняшний день и поспать хотя бы пару-тройку часов. Только вот падла интуиция мне подсказывала, что опять произойдёт какая-нибудь тупая хрень и снова будет не до сна.
Однако я тут же для себя решил, что гори оно всё синим пламенем, а мне будет просто наплевать. Пусть хоть потоп, хоть ураган, я иду в баню. По крайней мере там вроде никаких бед пока не предвидится, откуда им взяться?
Участковый со своим шлемом, запертый в подвале петух Шпуня, обещание Галине о том, что Петюня утром не проснётся – всё это, равно как и остальное, ушло на второй план. Мне тупо нужен был сон, иначе мозг просто отказывался работать, как полагается, это вам не виртуальные мозги, не знающие усталости.
Мост. Связь с Гилтри… Сука, да что же цепляет так навязчиво? А ведь Гилтри точно знает адрес моего, то есть Александра, фактического проживания. Ведь Лайе ещё говорила, что кандидатуру для моего внедрения подбирали очень тщательно, значит и без Галины не обошлось. Куда же без неё?
Твою мать, опять эти мысли покоя не дают. Привык за долгие годы к постоянному бодрствованию и никак не могу остановиться.
– А скажи-ка мне, Галина Андреевна, одну вещь, – резко затормозил я и повернулся к ней.
– Какую? – беспокойство вновь проступило у неё на лице.
Вот ведь человеческий организм устроен, просто чудо природы. Стоило некоторое время побыть в потёмках, а уже зрение адаптировалось настолько, что даже минимум освещения делал объекты вполне себе пригодными для рассмотрения. По крайней мере, мимику Глие я видел очень отчётливо.
– Мне нужно знать, где живёт моя жена.
– Зачем тебе? – удивилась она.
– Так ты знаешь, или нет?
– Конечно знаю. Автор выбирал из тех кандидатов, которых я ему предоставила. И данные все собирала тоже я. Только вот зачем тебе жена человека, которого уже нет?
– Создатель дал нам год для подготовки к финалу игры, – я старался быть очень терпеливым. – Интересно, где я жить буду, по-твоему? Или так и продолжу мыкаться по лесам и болотам?
– Ой, а я и не подумала! – сконфуженно произнесла она. – Ведь правда, куратор говорил мне про это. Слушай, а ты видел самого…
– Создателя?
– Да. Какой он? Ведь ключу недоступен его облик.
– На Петюню твоего похож, – сказал я чистую правду. – Только мозгов маленько побольше, а так вылитый Пётр Алексеевич.
– Шутишь? – не поверила женщина. – Ну не хочешь говорить, не говори, зачем врать-то?
– Твоя школа.
– Всё, всё! – замахала она руками. – Это уже в прошлом. Хочешь, я прощения попрошу за то, что была с тобой… несколько неискренней?
– К чему такие жертвы? – фыркнул я. – Говори адрес и пошли.
– Так здесь совсем недалеко. Рядом с районным центром, самая окраина Спасовска, деревня Хлебородово, дом 5.
– Запомнил. Только ещё один вопрос – почему именно Протасов? Чем он так тебе приглянулся? Ведь судя по рассказу Лайе, довольно скользкий тип был, плюс криминальное прошлое. Зачем такая известность? Ведь можно бы было найти кого-нибудь понеприметней, что-ли?
– Так это было требование самого Автора, – удивлённо произнесла она.
– Что за требование?
– Ну… найти человека с непростой жизненной ситуацией, имеющего кучу проблем.
– Да зачем ему это надо было?
– Я здесь вообще не при чём. Могу только догадываться, что таким образом он хотел тебе отомстить. Мол, сам выкручивайся как хочешь.
– Всё из-за искры?
– Ну конечно, из-за чего же ещё?
– Вот ведь старый мудак! – я даже сплюнул от злости. – Разве не в его интересах было, чтобы я победил в этой игре?
– А ему без разницы. Я же сказала – Автору в любом случае перенос в человека не светит, вот он и бесился всё это время.
– Поэтому и не говорил ничего ни про игру ни про мою важную миссию?
– Наверное. Всё надеялся сам попасть на Землю, да, видно, не вышло ничего. С его-то интеллектом куда?
– А что не так с его интеллектом? – удивился я. – Он у него повыше моего будет… в смысле, был.
– Ха-ха!– вдруг рассмеялась Галина. – Где уж ему? Куратор – вот его интеллект. А сам он тупой, как пробка. Амбиций немеряно, это точно, а вот умишком господь обделил. Только и выезжал за счёт вас и верховных указаний.
– Ты про это уже говорила, только верится с трудом.
– Можешь не верить, дело твоё. А ты вообще историю его семьи знаешь?
– Только слухи. Да и то обрывочные – в базе данных о нём было крайне мало информации. Так, лишь краткие сведения и всё.
– Конечно, – усмехнулась она. – Хвастаться там было особо нечем. Его предки сдали с потрохами Джо Бандиста, переметнулись на противоположную сторону, заняли сразу руководящие посты в объединённом правительстве. Правда, ненадолго.
– Что так?
– История их рода насчитывает более тысячи лет. Вернее, насчитывала до катастрофы, только вот по мужской линии у всех наследовалось очень редкое генетическое заболевание, вызывающее слабоумие и манию величия. Нам очень не повезло с проводником, Кади.
– Так он больной? – возмутился я. – Но как его выбрали на эту должность? Получается, все эти годы нами дебил рулил?
– Не совсем. Там нечто другое, вся наша медицина оказалась бессильна против этой аномалии. Если рассуждать здраво, то без участия Создателя тут точно не обошлось. Я подозреваю, что и остальных проводников не всё гладко. Словно наверху кто-то не хочет, чтобы игра шла по правилам.
– Бред. Я понимаю – не вмешиваться, но вставлять палки в колёса? Для чего? Зачем тогда вообще затевать эту игру?
– Пути господни неисповедимы. Может, ему просто скучно, вот и развлекается, как может.
– Развлекается, значит?
– Это только мои домыслы. Времени много было, вот и напридумывала себе всякого. Сам знаешь, когда долго о чём-либо думаешь, начинаешь в это верить, а потом и вовсе истины не увидишь, даже если тебя в неё носом ткнут.
– Да ты философ, – усмехнулся я.
– Все мы философы, только знают об этом не все.
И опять у меня ничего не сходится. Как такое вообще возможно? Мы все привыкли считать Гилтри чуть ли не богом, да и как было не считать, если сложить все достижения, которыми он облагодетельствовал людей Технеции. По крайней мере тех, кто смог избежать катастрофы и с комфортом прожить несколько веков. Неужели возможно было столько времени водить всех за нос, строя из себя пупа земли и спасителя человечества?
Кто-то старательно вычищал весь негатив из базы данных о его недуге и то, что при правильном рассмотрении можно было определить, как болезнь, на самом деле казалось всем сначала милым, а потом деспотичным, чудачеством. И все терпели, ведь если бы не он, то…
Ладно, надо сменить тему, а то уже мозги набекрень. Хотя есть ещё одна мыслишка.
– Хрен с ним, с Гилтри, – сказал я. – Пора на боковую, только пока последний вопрос. Точнее два.
– Спрашивай.
– Что ты знаешь о передаче искры?
– В каком смысле?
– В том самом, что Медарон ясно дал мне понять, что один игрок может отдать свою искру другому. Лободрот тоже в курсе этого, только не знает деталей.
– Так он проболтался всё-таки? – ругнулась она. – Старый дурак! Раньше я за ним не замечала подобного словоблудия. С чего это он вдруг таким откровенным стал?
Значит, Петюня не всё тебе рассказал. Поведал в красках про своё похищение, героическое освобождение, а вот про говорящую голову нечаянно позабыл.
– Жизнь заставила, – ухмыльнулся я. – Давай, рассказывай, что знаешь.
– А особо нечего и рассказывать. От меня нужно только согласие. Ну и от игрока тоже, соответственно.
– Значит, только от игрока игроку? В случае с Гилтри это не сработало?
– Как ты узнал? – сконфузилась она и я понял, что попал в самую точку.
– Нетрудно догадаться.
– Ну да, он просил, я согласилась, но ничего не произошло.
– Но ведь нужно было и моё согласие?
– Ха, что он только не делал для этого. Ты, наверное, даже и не понимал, к чему он подводил тебя в своих беседах. Ещё разные опросы устраивал. С двойным дном. Только всё бестолку.
– Хм, – я задумался.
А ведь и верно, его эти небольшие экзамены – мы часто не могли понять, для чего они и всё удивлялись, что за хрень он спрашивает. Неужели только из-за меня? Правда, в последнее время его пыл поугас, особенно если вспомнить опрос в день моего отправления на Землю. Ничего общего с искрой. Но то и понятно – старик выдохся и решил от меня избавиться, как от вечного раздражителя, Не мог больше терпеть рядом с собой столь близкий и столь же недоступный объект.
– А если я попрошу тебя согласиться передать мне искру Петюни? – спросил я.– Что ты мне ответишь?
– Забирай! – тут же согласилась она.– Чего добру пропадать. Правда, я формально не являюсь его ключом, но поскольку другого у него нет, то, в принципе, может и сработать. Только…
– Да помню я, помню. Обещание и всё такое.
– Я тебе… верю. Ты хороший человек, ведь не обманешь старую знакомую. Ведь я столько для тебя сделала.
Ага, а ещё отправила на заклание к Медарону.
– Ладно, с этим разобрались. Второй вопрос – если Гилтри вдруг исчезнет из этого нуль-пространства, что произойдёт?
– Куда же он денется? Это невозможно.
– Я чисто теоретически.
Галина задумчиво смотрела на меня несколько мгновений. Заподозрила чего? Я вроде вёл себя ровно, провокационных вопросов старался не задавать. Чего напряглась-то? Или ответа не знает?
– Ты что-то задумал, Кади?
– Ты опять за своё?
– Прости, Александр Викторович.
– Прощу в последний раз. Что я могу задумать? Где я, а где он?
– Не знаю, – она всё ещё колебалась. – Только если представить, чисто теоретически, то ничего не произойдёт. Но мир, оставшийся без проводника больше не сможет развиваться и застынет. Переносы станут недоступны. Возможно этим всё и ограничится, но полной уверенности у меня нет.
– То есть никто не умрёт?
– У меня нет ответа на этот вопрос.
– Но ведь советники, способности которых поддерживают само существование мира, останутся, значит и коллапсу взяться неоткуда.
– Может так, а может и нет. В любом случае, я повторюсь – это невозможно, Автору не суждено внедриться в сознание человека.
– Ну и хрен с ним, – кивнул я и снова потопал в сторону двора. – Пошли отсюда, местные комары могут до безумия довести.
– Это точно.
Призадумалась? Хорошо. А то возомнила себя невесть кем. Связь между мирами она поддерживает, видите ли. Скажи спасибо, что ты мне нужна ещё. Петюню ей подавай! Локи убей! Разбежалась, старая курица! Хрен тебе, а не вечная жизнь. А вот насчёт Гилтри стоило призадуматься. Есть одна идея, нужно только тщательно всё просчитать и попробовать воплотить в жизнь. Но это уже завтра.
До забора оставалось шагов двадцать, когда мы услышали идущие из бани крики. Что на этот раз?
– Дымом пахнет, – услышал я голос Галины. – Не так, как гарью после взрыва. Наверное, Петя решил печку затопить.
– Нет, только не он! – простонал я и бросился навстречу новому приключению сломя голову.
Не знаю, как на самом деле Петюня жил до встречи со мной, но эти два дня показали, что Глие удивлялась не зря тому, что он до сих пор ещё жив. Как при его способности раз за разом устраивать катастрофу где ни попадя, он всё ещё цел и невредим, ума не приложу?
Если сейчас ещё и баню спалит, то останется только спать под открытым небом, чего, естественно, очень не хотелось. Хотя, может я напрасно переживаю? Там ведь и Лободрот и Светлана, есть кому проконтролировать процесс. Только вот слишком уж сильный запах. Чёрт, зря я рассуждал на тему синего пламени, как бы не накаркал. Да и крики почему-то только громче становятся.
Однако все демоны мира, видимо, прокляли этот день. И ночь, поскольку, не успел я подбежать к пролому в заборе, как оттуда повалили все вышеперечисленные, а со стороны бани донёсся характерный треск разгорающегося пламени.
– Начальник, я не виноват! – заорал Петюня, отшатываясь и плюхаясь на задницу.
– Что ты опять натворил? – заорал я со зверской рожей и схватил его за шиворот. – Неужели нельзя было просто лечь спать и сидеть тихо, как я и советовал?
– Саша, это я его попросила, – виновато произнесла Светлана, кутаясь в безразмерную куртку Лободрота.
Тот, кстати, так и не пересёк границы забора, встревоженно выглядывая из проёма. Боится он меня, что-ли? Вот это новость. Хотя, какие мысли у этого любителя морального кодекса на уме, понять затруднительно.
Но если призадуматься, то я первый и, судя по всему, единственный человек, которому удалось отхерачить его по полной за всю его долгую жизнь. Дрессировка в действии – он явно признал во мне вожака и теперь дело за малым – не дать ему усомниться в моих лидерских качествах. Работёнка, конечно, не из лёгких, я ведь первым номером и не был-то никогда, но кого это волнует? Придётся соответствовать.
– Замёрзла, значит? – поинтересовался я.
– Ну, есть немного.
– Александр Викторович, – снова проканючил Петюня, всё ещё болтаясь, как тряпка, в моей руке. – Я ж ничего такого, я ж завсегда помочь готов.
– Замолчи, – встряхнул я его ещё раз и бросил на траву. – Слушай, друг мой мелкий, я ведь тебя и убить могу. Сколько можно терпеть твои выходки?
– Всегда такой был, – встряла Галина и я невольно обернулся в её сторону.
В свете луны лицо её выглядело демонически страшным. Наверное подумала, что вот оно – воплощение данного ей обещания. Злой Пирст сейчас возьмёт и прибьёт сынка ненаглядного, а заодно и второго до кучи. Только вот одно дело угрожать в воспитательных целях, а другое – эти угрозы исполнить. Перебьёшься.
– Саймон.
– Да, Александр.
– Есть возможность использовать машину? Ту, на которой мы приехали.
– Я сейчас посмотрю, – тот сразу исчез в темноте пролома. – Я мигом.
– Зачем тебе машина? – спросила Галина, всё ещё пялясь на подавленного Петюню.
Явно его уже мёртвым видела. Да и не сына она разглядывала в данный момент, а свои инвестиции в будущее. Вот так-то, сынок, мамка твоя, словно элитная свиноматка, рожала детей на убой за полную кормушку жратвы и тёплый загон для скотины. Лишь бы подольше в тепле и сытости. Тварь! Но пока что нужная тварь, тут уж ничего не поделаешь.
– Валить надо отсюда, – спокойно ответил я. – Баня сейчас разгорится, опять народ набежит, оно нам надо?
– А куда, Саша? – спросила Светлана. – Мы же здесь совсем чужие. Кто нам тут обрадуется?
– Здесь недалеко, – ответил я. – Главное, чтобы бензина хватило. Помните ту машину, которую в лесу нашли?
– Я помню, где это! – крикнул Петюня и вновь поник под моим взглядом. – Минут за десять доедем.
– Твою мать! – вдруг встрепенулся я. – Пакет в бане! Там и ключи и деньги с документами были.
– Вот этот? – спросила Светлана, распахивая полы куртки и извлекая моё имущество. – Прихватила на всякий случай, я же видела, как ты на него смотрел, когда уходил.
– Вот умница! – обрадовался я. – Что бы я без тебя делал?
Забрав пакет, я решил его больше из рук не выпускать. Понятное дело, что не всё, что внутри, пригодится, но без чего-то дальнейшее существование станет, скажем, несколько затруднительным. Как я уже успел уяснить, на земле придавали слишком большое значение бумажным документам, которых на Технеции отродясь не было. Ну разве только в дремучей старине.
– Так! Слушай мою команду.
Я оглядел всю компанию начальственным взглядом, прислушался к активной возне Лободрота, у которого, судя по всему, дело заладилось. Хорошо бы, на своих двоих мы далеко не уйдём.
– Перед тем, как уехать отсюда, надо посетить два места. Забрать кое-кого.
– Кого, начальник? – осторожно спросил Петюня, косясь на пялющуюся на него мать.
– Двух человек. Точнее, одного с четвертью, если считать нашего говорящего колобка. Бросить их здесь мы не можем, поскольку… Короче, неважно. Нужны они мне пока. Петюня, ты знаешь, где этот твой Ставень живёт?
– Так кто ж не знает-то? Тут недалеко, я покажу.
– Александр Викторович, ты мне обещал кое-что! – выпалила Галина.
– Обещал, сделаю, – не глядя на неё, ответил я. – Ты лучше скажи, больше тут никаких сюрпризов не спрятано? Вроде подземного хода. Может есть что в тайничке на чёрный денёк?
– Точно сделаешь? – снова заладила она, видимо в её больной голове другие мысли просто не помещались.
– Доставай заначку, – я снова зажал нервы в кулак, стараясь не сорваться. – Быстро. Нам надо свалить отсюда поскорее.
Она недоверчиво посмотрела на меня несколько мгновений затуманенным взглядом, потом вдруг словно очнулась и скрылась в темноте. В землю, что-ли, свой клад закопала? Давай, откапывай, нам всем твоё добро ещё пригодится. Да уж, по части выживания эта бабка всем глаз на жопу натянет. Если успеет, конечно.
– А чё ты мамке обещал? – спросил Петюня, обеспокоенно крутя головой от меня к тому месту, где скрылась заказчица его убийства.
– Не бери в голову, Петюня. Лучше отдай искру.
– Какую ещё искру. Александр Викторович, я вообще ничего не понимаю.
– С Лободротом поведёшься… – вздохнул я. – Кстати, что он так долго?
Не успел я договорить, как за забором раздался звук заводящегося двигателя и негромкий крик:
– Александр! Саша! Готово. Можно ехать.
– Галина Андреевна! – тут же позвал я в свою очередь. – Карета подана.
– Да иду я,– она вынырнула из темноты, держа в руках нехилый свёрток, перепачканный грязью. – Хорошо, что напомнил, а то я совсем забыла про него.
– И что там у нас?
– Неважно. Только тебе это не понадобится. Это личное.
Ну-ну. Личное, говоришь? Таким не место в моей команде. Здесь личное может быть только у меня, да и то не я придумал эти правила, поставившие Кади Пирста выше остальных.