Лана Лэйн Стань моим героем

— Почему?

— Ну твоя сестра учится тут, да и сам говорил, что твои родители следят за репутацией семьи. Но ты ходишь в обычную школу.

— Меня собирались сюда переводить в восьмом классе, только я завалил экзамены, — тон Ромы становится заметно веселее.

— Ого, — выдыхаю я. — Было настолько сложно?

Он выдерживает паузу, упираясь локтями в колени и ладонью подпирая щеку. Смотрит на меня неотрывным, но с веселящимися искорками взглядом. А затем серьезно говорит:

— Не знаю. Я просто сдал пустые бланки.

У меня от изумления открывается рот, а Рома наконец перестает сдерживать смех.

— Ты нарочно лишил себя такой возможности?

— Какой возможности? Ходить в этой дурацкой форме? И слава богу я сообразил еще тогда.

Стадия шока спадает с меня, и я смеюсь вместе с ним.

Начинает негромко играть музыка, призывая зрителей занять места и приготовиться к концерту. В этот момент возвращается Тимур, которого несколько раз тормозят гимназистки. Одна из них даже пропускает его к свободному креслу, чтобы он сел рядом. Тима ухмыляется ее предложению, однако уверенно продолжает идти в нашу сторону.

— Как Темыч? — интересуется Рома, когда Тимур усаживается рядом с ним.

— Немного волнуется. Но он справится.

— А какой он по счету? — спрашиваю я.

— Сразу после народных танцев, номер не помню.

Двое ведущих появляются на сцене и так громко и восторженно приветствуют зрителей, что мы втроем от неожиданности дергаемся. Зал наполняется аплодисментами. Некоторые из учеников активно выкрикивают номера и буквы классов в знак поддержки.

— А тебя здесь любят, — шепотом подмечаю я, кивая в сторону девушек, которые тормозили Тимура, и сейчас с любопытством поглядывают в нашу сторону.

— У гимназисток хороший вкус, — хмыкает он, глядя на сцену, где ведущие объявляют первый номер. — Правда, не у всех.

— А ты почему не учишься здесь? — пропускаю мимо ушей его дополнительную реплику.

Перед тем как ответить, Тима наклоняет голову в мою сторону. Его плечи вздрагивают от тихого смеха.

— Слышала когда-нибудь фразу: «Первый блин комом»?

Я знаю такую фразу и без какого-либо веселья киваю. На лице Тимура появляется широкая улыбка, и он разводит руками в стороны, словно добавляя: «Думаю, комментарии излишни».

Хоть он и показывает всем своим видом беззаботность, ничего радостного от его слов я не улавливаю.

Концерт, к моему удивлению, проходит неплохо. То есть я не скажу, что была крайне поражена детскими талантами, хотя девочка лет одиннадцати, которая спела песню на французском языке и играла на скрипке, действительно вызвала во мне восхищение. Но прежде всего меня впечатляют реакции учащихся гимназии. Они сплочены, ведут себя уважительно по отношению к участникам, постоянно хлопают и поддерживают выступающих. Даже когда третьим номером танцевали пятиклассники и во время танца один из мальчиков оступился и упал на сцене, а потом с лицом профессионала поднялся на ноги и продолжил с таким видом, будто так все и было задумано, — никто из присутствующих не засмеялся и не выкрикивал ничего обидного — все только ободряли и посвистывали.

Будь ситуация в нашей школе, его бы назвали кривоногим или неуклюжим, и не постеснялись выкрикнуть это во время выступления, чтобы сильнее выбить его из колеи.

Проходит почти тридцать минут, прежде чем Артем и еще двое парней постарше появляются на сцене. Мы с Ромой одновременно подаемся ближе и переглядываемся, улыбнувшись друг другу от такой неожиданной синхронности. Тимур заметно напрягается и внимательно наблюдает за сценой, пока его брат накидывает ремешок электрогитары и о чем-то тихо смеется с другими ребятами.

— Это что-то вроде бойз-бэнда? — со слабой ухмылкой интересуюсь я.

— Вроде того, — смеется Тимур и, как только начинает играть музыка, он тоже придвигается ближе, внимательно следя за группой.

С первых нот я узнаю песню и от удивления даже выпрямляюсь. На фоне лирических песен и драматичных номеров их выбор кажется почти дерзким. И это ощущается как глоток свежего воздуха. Я много раз слышала эту песню, это одна из любимых музыкальных групп Антона. Однажды, когда я возвращалась из школы домой, меня почти сносило звуковыми волнами песен The Offspring, пока брат наводил порядок.

На моменте, когда все трое парней произносят «You can do it», я поворачиваюсь на Рому и непроизвольно улыбаюсь, и судя по его изумленному взгляду, он тоже не ожидал услышать вживую кавер этой песни.

За вокал отвечает ученик с копной рыжих волос, и то, как он отдается песне «Original Prankster», не может не заразить. Артем и парень, что сидит за барабанами, ведут себя более сдержанно до момента припева, а затем расслабляются и купаются в поддержке зрителей и их подпевке. В них ощущается столько энергии и удовольствия от происходящего, что невольно хочется подбежать ближе к сцене и подпрыгивать под музыку рядом с ними. Несколько учеников не сдерживаются, вскакивают с мест и начинают пританцовывать.

Я ловлю себя на том, что безостановочно улыбаюсь и подпеваю на ломаном английском слова, которые слышала много раз. Мне чертовски нравится то, что происходит на сцене. Рома постукивает ритмично ногой и качает головой. Тимур, не отвлекаясь от выступления, хлопает ладонью по колену.

Когда заканчивается песня, мы и многие другие резво поднимаемся с кресел и радостно аплодируем. И я даже чувствую досаду от того, что их яркий перфоманс продлился около трех минут. Тима издает восторженный возглас и громко хлопает, подняв руки над головой. И теперь я понимаю, что у последующих выступлений не остается ни единого шанса так сильно меня впечатлить. Прости, девочка, прекрасно владеющая французским и красиво тянущая ноты, но мой фаворит очевиден. Как минимум на фоне остальных участников, которые старались казаться более взрослыми, исполняли тяжелые песни и рассказывали через танцы непростые истории, — эти парни просто разбавили обстановку и подняли всем настроение. Кажется, зрители все еще не могут отдышаться от такого заряда энергии.

Наша с Ромой реакция на их выступление заставляет Тимура расправить плечи от гордости и не переставать улыбаться. Я почти уверена, что до самого завершения концерта он мысленно останется в этих трех минутах.

Группа наслаждается ликованием публики и оглушительными аплодисментами, а до моего слуха доходит бормотание Тимы, от которого я не могу сдержать усмешки:

— Это мой маленький говнюк.

Ведущие объявляют небольшой перерыв для подсчета голосов членов жюри, в которые входят несколько учителей и пара старшеклассников, что, скорее всего, выделялись хорошими оценками и ответственностью. Артем с другими выступающими показываются наконец в зале и парней тут же окружают Даня, Саша и остальные гимназисты. Их поздравляют, одобрительно хлопают по плечам и делятся своими впечатлениями. А я на миг задумываюсь: если бы в нашей школе проходили подобные активности на постоянной основе, может быть, все тоже смогли бы стать дружелюбнее друг к другу?

Тимур подлетает к Артему и хватает его в охапку, отчего тот смущается и пытается отпихнуть подальше своего старшего брата. Когда Артем что-то недовольно говорит, Тимур расплывается в улыбке и ерошит рукой его темные волосы, не высвобождая из крепких объятий. Как только в их окружении появляются девушки, Тимур сразу же отвлекается и заводит с ними беседу. Они строят ему глазки, а он использует макушку Артема в качестве подлокотника, чем окончательно выводит того из себя, и они начинают шутливо ссориться, забывая о присутствии девчонок.

— Мне здесь нравится, — вырывается вдруг у меня, пока я наблюдаю за всем происходящим.

— Будешь сюда переводиться? — выгибает бровь Рома, украдкой глядя на меня. — Ты точно разглядела их дурацкую форму?

— Разглядела, и мне она не кажется такой уж дурацкой, — хмыкаю я. — Но не думаю, что есть смысл переводиться, когда осталось учиться несколько месяцев, — я складываю руки на груди и облокачиваюсь на спинку кресла. — Еще и придется готовиться к экзаменам, чтобы сюда взяли.

— Хочешь еще больше отобью твою мысль о переводе сюда? — усмехается Рома и после того, как я жестом призываю его продолжить, он добавляет: — Один из экзаменов будет английский язык.

Вместо ответа я морщусь и Рома смеется над моим выражением лица.

— К тому же, не думаю, что здесь все настолько прекрасно, как кажется, — задумчиво говорит он. — Первое впечатление часто бывает обманчивым.

Я лишь жму плечами, продолжая смотреть на улыбающихся учеников. Может быть, он и прав. Мы здесь находимся чуть больше часа и наблюдаем за школьным мероприятием. Как знать, что происходит в обычные учебные дни в стенах этой гимназии. Надумывать мне не хочется, предпочитаю не копать глубоко и оставить после этого дня только приятные впечатления.

Первое место занимает та самая девочка, что исполняла песню на французском языке. Соглашусь с тем, что она достойна победы, но все-таки больше оваций собрала группа Артема. Второе место досталось двум мальчикам, которые завершали весь концерт. Они исполняли роли фокусников, и это было больше смешно и умилительно, чем впечатляюще. Особенно в моменты, когда одному из них постоянно мешался цилиндр, падая на глаза. А третье место наконец забрал кавер «Original Prankster». Мы с Тимуром расстраиваемся куда сильнее, чем сами участники школьной группы. Роме даже приходится нас утешать, когда мы с Тимой высказываем свое недовольство и говорим о несправедливости.

Ведущие завершают сегодняшнее мероприятие, прощаются со зрителями, благодарят участников и напоследок еще раз поздравляют победителей. Мы с Ромой не поднимаемся с мест, пока все стоят в длинной очереди на выход, и дожидаемся, когда станет менее людно. Пока Тимур, явно питая слабость к гимназисткам, вновь оказывается ими окружен и купается в их внимании.

В зале становится значительно тише, и тогда Рома встает с кресла, берет меня за руку, и мы идем на выход. К нам тут же подбегает Тимур, спешно прощаясь с девушками. Как бы Тима ни наслаждался, судя по всему, он слишком быстро устает от их общества.

Прежде чем мы покидаем актовый зал, до нас доносится вопрос одной из гимназисток:

— Это твой тот самый друг?

Они кивают на Рому, а я, вдруг почувствовав неприятный укол ревности, крепче хватаюсь за его руку. Он даже не скрывает ухмылки и смотрит на меня с каким-то весельем.

В этом нет ничего веселого.

— Что? — не понимает Тимур, оборачиваясь на них.

— Ну… Яша, да? — мнется девушка и за поддержкой переглядывается с другими. — С которым ты часто переписываешься, но почти ничего не рассказываешь.

Тима выдерживает недолгую паузу, неожиданно замерев, а затем протягивает с улыбкой:

— Не-а.

Мы выходим, какое-то время сохраняя молчание, а потом Тимур начинает торопливо болтать. Он благодарит нас за то, что мы пришли, и спрашивает, успели ли мы оценить гитару Темы, которую он подарил ему на день рождения после летней подработки. Я особо не участвую в разговоре, только рассеянно киваю и задумчиво смотрю на ступеньки. Почему-то вопрос той девушки врезался в мозг и прокручивается снова и снова.

Пазл в моей голове складывается с таким щелчком, что я тут же останавливаюсь на ступеньках. Рома тоже тормозит и переводит на меня недоуменный взгляд, пока Тимур насвистывает себе под нос мотив «Original Prankster» и расслабленно идет впереди. Заметив, что мы не двигаемся, он поднимает голову на нас.

— В чем дело?

— Дай угадаю, — начинаю я, продолжая медленно спускаться, и слежу за выражением лица Тимы. — Твой загадочный друг переехал в Москву, занимается танцами, и «Яша» — это сокращение от фамилии «Яшина», я права?

Он растерянно моргает и поджимает губы. Я ожидаю, что Тимур будет всячески отрицать мою догадку, с каждой секундой которая становится все более весомой и достоверной, однако он со смехом произносит:

— Все-таки она тебе рассказала.

Я оказалась права. Но то, с какой легкостью Тима подтверждает мои слова, вводит в ступор, и я не знаю, что сказать.

— Это вышло случайно, — зачем-то поясняю я, только теперь задумавшись о том, что, возможно, ненароком подставляю Катю. — Но почему ты навешиваешь ей образ парня перед остальными?

— А разве не очевидно? — усмехается Тимур и обменивается кивками с какой-то компанией ребят. — Чтобы девчонки не разбежались. Что-то подсказывает мне, если кто-нибудь из них увидит всплывающее имя «Катя» на экране, вряд ли их это обрадует. Это прикрытие для общего спокойствия, — он смотрит на меня с невинной улыбкой и жмет плечом.

— Очень мило, — саркастично произношу я.

— Брось, не надумывай лишнего, — добавляет Тима. — Мы с ней просто общаемся, и она в курсе, что я для других людей говорю о ней, как о друге-парне.

— И ей все равно? — с недоверием интересуюсь я, медленно преодолев оставшиеся ступеньки.

— Поверь, ей действительно все равно, — бросает Тимур через плечо.