Лана Лэйн Стань моим героем

— Это важно для нее. Яшина будет очень рада тебя увидеть и то, что ты приедешь ее поддержать.

Я поговорила с мамой, пока Антон был на работе, и она согласилась дать мне деньги на дорогу. Радостное ожидание скорой встречи с Катей почти сразу заглушило чувство неловкости от того, что мне пришлось просить деньги.

Несколько дней после каникул Тимур только и говорит о поездке. Билеты на полуфинал он уже купил, а теперь каждый день выбирает места в поезде, пытаясь найти самый удобный вариант. И когда до нашей поездки-сюрприз остается пара недель, Тима становится все более суетливым и дерганным.

— Можем поехать в четверг днем. Тогда пятница будет полностью свободна, вечером — полуфинал, и еще останется вся суббота.

— Не можем. У нас самостоятельная по физике третьим уроком, — Рома забрасывает рюкзак на подоконник и следом сам усаживается на него. — Мне нужно написать ее, чтобы исправить оценку за полугодие. Ирина Александровна говорила, что через три урока будет проверочная по новой теме. Она как раз выпадает на пятницу.

— У тебя будет еще куча времени, чтобы исправить оценку, — тянет недовольно Тимур.

— Правда? Сфоткаешь мне варианты? — спрашиваю я, ставя свой рюкзак рядом с Роминым. — У нас она будет после вас.

— Я тебе сфоткаю и решения обоих вариантов. — Рома притягивает меня к себе, и я спиной упираюсь ему в грудь. Он опускает подбородок мне на плечо.

— Ты будешь решать оба варианта?

— Я всегда решаю оба варианта. — Он кивает на Тимура. — А этот вообще в физике ничего не соображает.

Тима даже не поднимает головы от телефона.

— Я знаю, как обозначается ускорение.

— Это же проходят чуть ли не в начале седьмого класса, — смеюсь я.

Впрочем, осуждать Тимура мне не за что: сама я понимаю в физике разве что немного больше него.

— Мне этого вполне достаточно. Углубляться дальше — неинтересно. Вернемся к обсуждению поездки? — нетерпеливо предлагает он, мазнув по нам взглядом. — Четверг точно отменяем, да?

Тимур с надеждой косится на меня, но я, как и Рома, против поездки в четверг.

— Нам придется остаться на три ночи. Я не хочу так злоупотреблять гостеприимством.

— Да-да, и наш любитель физики этого не допустит, — бормочет Тима.

— То, что я понимаю физику, в отличие от некоторых, еще не значит, что я люблю физику.

— В отличие от некоторых? — морщится Тимур, а затем указывает на меня телефоном: — Кстати, это он про тебя.

Опираясь подбородком в мое плечо, Рома смотрит на Тимура.

— Это я про тебя.

— Неважно, — отмахивается тот. — Лучше давайте определимся со временем.

— Может быть, выехать в пятницу после обеда? — я кивком указываю на телефон в руках Тимура, который он держит так напряженно, что кажется от раздражения тот вот-вот полетит с размаху экраном в пол.

— Это неплохой вариант. Биологию прогуляем, а английского все равно не будет. Наша англичанка же уволилась, — уже в четвертый раз за день довольно напоминает Рома.

Цокнув, я пытаюсь отстраниться, но Рома обвивает рукой мою талию и снова притягивает к себе. Он утыкается лбом мне между лопаток, и от его тихого смеха я сама невольно улыбаюсь.

— А ты сможешь? — спрашивает у меня Тимур.

— Мне мама напишет записку, поэтому да, я смогу уйти раньше.

— Может, твоя мама напишет записки и нам? — хлопает глазами Тима, давя улыбку.

— Нет.

— А что мешает просто прогулять? — спрашивает Рома.

— Если Евгения Дмитриевна узнает, что я был на первых уроках, и без уважительной причины ушел с остальных, боюсь, что она позвонит родителям, а мне бы этого не хотелось, — признается Тимур, ероша волосы.

— Если поедем после ваших уроков, то вообще успеем? — интересуюсь я.

Тимур проводит пальцем сверху вниз по дисплею телефона. Склонив голову набок, он раздумывает, а затем сокрушенно качает головой.

— Боюсь, у нас останется слишком мало времени. Мы можем не успеть, не хочется рисковать.

— Во сколько этот рискованный поезд? — с ухмылкой произношу я, заглядывая в телефон Тимура.

— Без десяти два.

— Так мы успеем, — говорит Рома. — У нас будет примерно полчаса, чтобы добраться, мы дважды успеем доехать до вокзала.

— Да, но только если не будем тянуть и сразу поедем отсюда, — хмурится Тима.

Я слегка отстраняюсь от Ромы, чтобы переглянуться с ним. По выражению его лица понимаю: он, как и я, не видит в этом никакой проблемы.

— О, вы так уверены в себе? — складывает руки на груди Тимур. — Кто-нибудь в спешке обязательно что-нибудь забудет, например, паспорт, и мы потеряем время.

— Ты забывал паспорт в дорогу? — спрашиваю я у Ромы.

Он отрицательно качает головой, а я, возвращая взгляд на Тимура, быстро жму плечами и мягко улыбаюсь, стараясь снизить его градус тревоги.

— Я тоже не забывала, поэтому все будет в порядке. Ты ведь сам ничего не забываешь в поездку?

— Крис, — вздыхает Тима и смотрит на меня с нескрываемым снисхождением, — я настолько часто езжу к бабушке, что никогда ничего не забываю в дорогу. Это уже на автомате. За себя я не волнуюсь ни капли, — он усмехается, выставив руки перед собой. — Но вот вы двое… вы заставляете меня тревожиться.

Рома выпрямляется и просто долго смотрит на Тимура, тот спокойно выдерживает его взгляд.

— Ну что? — выпаливает сердито Тима.

— Мы ничего не забудем и будем выезжать сразу из школы, — говорит Рома, сложив ладони вместе. — Я тебе обещаю.

Я с тихим смешком киваю его словам, поддерживая Рому, когда Тимур с сомнением косится на меня.

— Не подведите, — Тима укладывает руки на наши плечи. — Не заставляйте меня разочаровываться.

— Ой, ну хватит, — ворчит Рома, раздраженно смахивая ладонь друга.

После звонка, мы расходимся по классам.

На английском нас ждет просмотр «Завтрак у Тиффани» с английскими субтитрами. Класс облегченно выдыхает и тут же наполняется довольными шепотками. Мне хотелось бы больше разговорной практики, но фильм в оригинале тоже кажется полезным, поэтому я не расстраиваюсь.

Гораздо сильнее меня огорчает другое. Людмила Викторовна просит тех, кто сидит по одному, подсесть ближе. Ангелина сегодня отсутствует, поэтому я уже знаю, кто окажется сядет рядом со мной.

— Привет. Я подсяду? — Извиняющимся тоном тихо спрашивает Марк.

Я не отвечаю и делаю вид, что полностью сосредоточена на том, как Леша помогает Людмиле Викторовне подключить колонки, но замечаю, как Марк неуверенно садится рядом.

Первые минут двадцать мы спокойно смотрим фильм. Людмила Викторовна иногда ставит на паузу и либо уточняет у нас перевод фразы, либо сама поясняет некоторые устойчивые выражения, несколько из них я даже записываю себе в тетрадь, надеясь, что они могут мне пригодиться на устном экзамене. Замечаю, что Марк тоже что-то мелко пишет в своей тетради, но он неожиданно придвигает ее ко мне, прося взглянуть.

«Прости, что соврал в поездке».

Никак не реагируя на его попытку извиниться, я возвращаю внимание к проектору, где Одри Хепберн выбирается из окна квартиры.

Марк придвигает тетрадь обратно к себе, а примерно через минуту его тетрадь снова скользит по столу в мою сторону.

«Мне пришлось, ты ведь понимаешь».

Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. На секунду думаю написать свой ответ, который приходит мне в голову, как только я прочитала его оправдание: «Выбор есть всегда», но завязывать с ним тетрадную переписку я не имею никакого желания, поэтому тоже никак не реагирую.

На какое-то время он оставляет меня в покое, но когда остается десять минут до звонка, он снова двигает тетрадь ко мне.

«Если хочешь, я поговорю с Акимовым и все объясню ему, чтобы он на тебя не злился».

На этой фразе я всерьез начинаю выбирать между двумя вариантами: рассмеяться или стукнуться лбом о парту.

Он серьезно думает, что Рома злится на меня из-за его вранья? Это правда смешно.

Урок заканчивается по звонку, и пока мы все спешно сгребаем вещи, Людмила Викторовна просит повторить материал прошлого урока и при желании досмотреть фильм дома. Почувствовав на себя долгий взгляд Марка, я задумываюсь, почему ему так трудно выполнить мою единственную просьбу не подходить и не разговаривать со мной. Если бы его действительно волновало только чувство вины, а не желание все исправить по-своему, он давно оставил бы меня в покое.

Мне немного не по себе вести себя с Марком настолько холодно, потому что злость и обида превратились в разочарование. Стоит мне проявить хоть каплю жалости — и он наверняка воспримет это как сигнал к действию. Как минимум, будет пытаться со мной дружить, вот только он мне и в качестве друга совершенно не нужен. Если дам слабину, сомневаюсь, что Марк отстанет.

Ярик огибает мою парту, чтобы остановиться рядом с Марком. Они что-то обсуждают в шутливом тоне, после чего Ярик лениво косится на меня, и когда к ним подходят Леша и Влад, они выходят из класса.

Кажется, желание Ярика портить мне жизнь начинает угасать. Наконец-то хоть один из них потерял ко мне всякий интерес.