Зоя Берг Моя Ведьма

Глава 13

АННА

Машина Игоря пожирает асфальт, а я смотрю в окно, как за стеклом мелькают пригородные пейзажи - сначала торговые центры с их безликими вывесками, потом дачные поселки с заборами-«елочками», а дальше - только лес.

Через двадцать минут мы сворачиваем на асфальтовую дорогу, которая сначала сужается до одной полосы, а потом асфальт сменяется гравием, и вот он - дом.

Старинная деревянная постройка, двухэтажная, с резными наличниками, которые когда-то, наверное, были белыми. Теперь - серые, потрескавшиеся, местами ободранные до темной древесины. Крыльцо покосилось, перила обвисли, как плечи уставшего старика. Окна - пустые глазницы, за стеклами которых копится пыль веков. Но… дом не мертв. Он дышит. Тихо, едва уловимо, но дышит. Я чувствую это кожей - легкое давление в висках, мурашки по предплечьям.

- Ну что, - Игорь глушит мотор и поворачивается ко мне. - Впечатляет?

Я выхожу из машины, обхожу капот. Воздух здесь другой - густой. Пахнет мхом, гниющей листвой и чем-то сладковатым, почти медовым.

- Далековато от Москвы, - произношу я наконец. - И ремонта… дофига.

- Да уж, - он подходит, засунув руки в карманы. - Зачем ему этот сарай? У него же полно особняков в черте города. С бассейнами, саунами, видом на Кремль…

Я пожимаю плечами.

- Деньги девать некуда.

- С другой стороны.... – произносит Игорь. - Такой Фонд, как он описывал, точно должен работать в тишине.

- И без свидетелей…

Последние слова вылетают сами, и я тут же кусаю губу. Игорь бросает на меня задумчивый взгляд.

- Ладно, не нагнетай. Пошли посмотрим.

Мы подходим ближе.

Я провожу ладонью по перилам крыльца. Дерево шершавое, влажное от недавнего дождя. И вдруг - вспышка. Не картинка. Ощущение. Холод в груди.

Я отдергиваю руку, как обожженная.

- Что? - Игорь настораживается.

- Ничего. Только… Холодно.

Он усмехается, но на лице - тревога. Он тоже чувствует. Хоть и не называет это словами.

- Зайдем внутрь?

- Не сегодня, - отрезаю я резче, чем хотела. - Нет смысла. Без инструментов, без замеров… Посмотреть на голые стены? Пустая трата времени.

Он кивает, но я вижу - он разочарован. Ему хотелось приключений. Детективной игры: «загадочный дом в лесу». А я отбила охоту.

Возвращаемся в машину. Дорога обратно кажется длиннее. Игорь включает радио, но музыка звучит фальшиво, неуместно - как смех на похоронах. Я смотрю в окно, а в голове крутится одна фраза бабушки: «Не все дома пусты. Некоторые ждут. И терпение у них - не человеческое».

Телефон Игоря вибрирует на центральной консоли. Он хватает его, прикладывает к уху.

- Юля?.. Да?.. Отлично… Нет, я через час в офисе… Хорошо, до встречи.

Опускает трубку. Лицо преображается - он улыбается как Чеширский кот.

- Что?

- Документы от Рустамова пришли. Двину в офис, все изучу.

- Рада за тебя, - говорю я, но голос звучит плоско.

- Выше нос! - он косится на меня. - Все идет как надо. Ну странный дом. Но и Владилен… товарищ не простой. Так что наверняка там есть какое-то объяснение.

- Наверняка, - повторяю я без энтузиазма.

Он не понимает. Или не хочет понимать. Ему важен результат - подпись, деньги, одобрение отца. А я… я чувствую трещину. Тонкую, почти невидимую, но уже разбегающуюся по всей этой картине. Игорь - часть плана Владилена. Я - тоже. Но зачем? Для чего этот Фонд? Для чего дом в лесу, который дышит и ждет? Я поднимаю глаза – за окном уже Москва.

- Слушай, - я поворачиваюсь, - Высади меня где-то тут, я хочу пройтись.

- Уверена?

- Да, спасибо.

Он останавливается у обочины. Я расстегиваю ремень, берусь за ручку двери.

- Анна, - он кладет руку мне на плечо. Легко. Не хватая. Останавливая. - Спасибо. За сегодня. За вчера. За все.

Я смотрю на него. В его глазах - не насмешка, не ирония, не «я - бог, ты - пигалица». А что-то настоящее.

- Не за что, - говорю я. - Ты платишь. Я работаю.

Он усмехается.

- Не в этом дело…

Но я уже выхожу из машины. Хлопаю дверью. Стою на тротуаре, пока его «Мерседес» растворяется в потоке. Смотрю ему вслед. И неожиданно ловлю себя на мысли: мне не все равно, что с ним будет.

Идиотская мысль.

Поворачиваюсь и иду к ближайшему кафе - маленькому, без вывески, с запотевшими окнами и запахом свежей выпечки. Заказываю американо и круассан. Сажусь у окна. Смотрю на улицу. Люди спешат - кто на работу, кто домой, кто - бежит от самого себя. Обычная московская суета. Обычная жизнь. Та, к которой я привыкла.

И тут - звонок.

Незнакомый номер. Но я знаю - это не спам. Чувствую по вибрации в ладони. По тому, как замедляется пульс.

- Алло?

- Анна? - женский голос. Спокойный, без эмоций. - Это Ирина, помощница Владилена Айнуровича. Он хотел бы видеть вас в своем офисе. Прямо сейчас. Если это возможно.

Я секунду молчу, а потом отвечаю:

- Буду минут через двадцать.

Такси, башня, лифт и вот я опять вхожу в офис Рустамова.

Владилен стоит у окна. Спиной ко мне.

- Анна, - произносит он, не оборачиваясь. - Спасибо, что приехали.

- Вы хотели поговорить наедине, - говорю я, закрывая за собой дверь. - Поэтому Игоря срочно вызвали читать документы.

Он поворачивается. Улыбается - тонко, почти незаметно.

- Вы умны. Это хорошо. Ум - редкость в наше время. Особенно у тех, кто видит то, чего не видят другие.

- Зачем я здесь? - спрашиваю прямо. Без вежливых реверансов. Без игры.

Он подходит к столу, садится. Жестом приглашает меня сделать то же самое.

Достает из ящика стола пульт. Нажимает кнопку. По комнате пробегает тихий гул - включается система шумоподавления.

- Петя! - произносит он довольно громко.

Сбоку открывается дверь. В кабинет входит мужчина.

Высокий, подтянутый, лет пятидесяти. Аккуратная седая бородка, дорогой мужской костюм цвета темного дерева, очки в золотой оправе. Движения плавные, выверенные. Он не ходит - скользит. Как тень. Как тот, кто привык быть незаметным. Но при этом - опасным.

- Анна, - говорит Владилен, - Это Петр. Моя правая рука по особым делам.

Петр слегка наклоняет голову. Не улыбается. Его глаза - серые, холодные, без единой искорки эмоций - скользят по мне. Оценивают. Взвешивают. Словно я не человек, а предмет. Инструмент.

- Мы нуждаемся в ваших способностях, Анна, - говорит Петр. - Но… не в том, чтобы гадать на картах.

- А в чем?

Петр смотрит на Владилена. Тот чуть кивает - разрешая.

- Вы видели сегодня… источник, - говорит Петр. – Верно?

Я хочу уточнить, о чем он, но потом вспоминаю холод, обжегший мою руку, когда я прикоснулась к перилам. Источник…

Петр щурится. И кажется, что он читает мои мысли.

- Так вот. Это не просто дом. Это сила. И вы поможете нам обуздать ее…

Я растягиваю губы в улыбке...

Глава 14

ИГОРЬ

Документы лежат передо мной на столе. Черный шрифт на белом фоне. Юридическая лаконичность, которая почему-то успокаивает больше, чем все эти глянцевые презентации с анимациями и 3D-моделями, которые я когда-то считал вершиной делового стиля.

Читаю внимательно. Строчка за строчкой. Даже те абзацы, которые обычно пропускал бы с пометкой «юристам разобраться». Но сегодня - нет. Сегодня каждое слово имеет вес. Потому что это не просто еще один провальный стартап. Это последний шанс. И я не позволю себе ошибиться из-за невнимательности.

Договор стандартный - на услуги управляющего Фондом. Владилен не стал мудрить с экзотическими формулировками. Никаких «энергетических квот» или «астральных обязательств». Только сухая юридическая проза: обязанности, сроки, финансирование, ответственность. Но в приложении - описание миссии Фонда. «Исследование взаимосвязи космических циклов и экономических трендов». «Разработка методологии прогнозирования рыночных кризисов через анализ астрологических конфигураций». «Создание лаборатории интуитивного принятия решений».

Читаю и думаю, что наконец-то я стою на пороге чего-то настоящего. Пусть и безумного.

Беру ручку. Montblanc, которую отец подарил на двадцать первый день рождения с сухим комментарием: «Пусть твои подписи хоть чем-то отличаются от твоих идей». Тогда я обиделся. Сейчас - усмехаюсь. Откручиваю колпачок. Прикладываю кончик к строке «Управляющий».

И ставлю подпись - четкую, размашистую, без дрожи. Игорь Сергеевич Антипов. Подпись управляющего Фондом тонких материй. Звучит абсурдно. Но впервые за два года - звучит как правда.

Ну что же, дело сделано!

Откидываюсь на спинку кресла. Потом беру в руки телефон.

Надо позвонить Анне. Рассказать, что я все подписал и мы начинаем.

И тут до меня доходит.

Черт. Я привязался.

Не к ней - нет, глупости. А… к ее присутствию. К тому, как она смотрит на меня - без восхищения, без желания, без расчета. А просто как... как на человека.

Это опасно.

Потому что привязанность - это слабость. А слабость в моем мире - билет в один конец к папиному презрению.

Нет уж.

Я открываю контакты. Хватит на сегодня ведьм. Мне нужно сбросить напряжение. А для этого у меня есть Крис.

Она отвечает на второй гудок - голос сонный, томный. Я ее разбудил? Вряд ли. Сейчас шесть часов вечера, и даже для нее это уже слишком поздно, чтобы вставать.

- Милый? - тянет она.

- Чем занимаешься? - спрашиваю я. Легко. Небрежно. Как всегда.

- Туплю, - вздыхает она. – А что?

- Поужинаем?

- Ой, конечно! – в голосе неподдельная радость.

- Тогда в «Сахалине» через час? Там новое меню.

- Обожаю морепродукты, - хихикает она. - Буду.

Через час я уже сижу за столиком в гламурном месте из стали, хрома, бетона, с запахом имбиря и моря.

Она появляется в дверях - в облегающем черном платье, с декольте, которое говорит «посмотри на меня». Ухоженная. Дорогая. Идеальная. Подходит, целует в щеку - губы влажные от помады, запах духов - сладкий, тяжелый.

- Привет, дорогой, - она садится напротив, оглядывает меня. – Как дела?

- Да норм, - отвечаю. – Я заказал белое, - покачиваю в руках бокал. – Не против?

- А можно мне бокал шампусика?

- Без проблем.

Я зову официанта, заказываю шампанское, закуски. Крис выбирает горячее. Официант все тщательно записывает и удаляется. А мы сидим и пялимся друг на друга.

- Ты сегодня какой-то...

- Какой?

- Задумчивый.

Усмехаюсь. Делаю еще один глоток вина.

- Бизнес, - говорю коротко. И ведь не вру.

Мы едим. Устрицы, сашими, что-то с трюфелями. Все вкусно. Все красиво. Но кроме еды, нам нечем скрасить это время. Раньше мне хватало ее улыбки, ее тела, ее готовности быть рядом, когда мне это удобно. А сейчас… сейчас мне хочется, чтобы она спросила: «У тебя ничего не случилось? У тебя все в порядке?»

Не «Как дела?» - это ритуал. А именно «Что случилось?».

Но она не спрашивает. Она рассказывает о новой сумке, о каких-то гламурных сплетнях, о том, как ее подруга вышла замуж за олигарха вдвое старше себя. Я улыбаюсь в нужные моменты. Но мне совсем неинтересно.

- Слушай, - прерываю ее треп, - а что ты думаешь об эзотерике?

Она замирает с вилкой в руке. Смотрит на меня, как на сумасшедшего.

- Ты что, милый, ТикТока насмотрелся?

Смеется. Громко. Слишком громко. И как то… Визгливо.

- Типа того, - я пожимаю плечами.

- Но вообще, сейчас это тренд, - она делает большие глаза. – Развелось этих эзотериков хоть жопой жуй. Карты, кристаллы, медитации… Но знаешь, что я думаю?

- Что?

- Это либо развод на бабло. Либо бабкины забавы для девочек, которые не могут найти нормального парня.

- Развод на бабло…, - фыркаю я.

А сам вспоминаю руки Анны, раскладывающие карты. И Владилена, который смотрел на нее не как на шарлатанку, а как на равного.

- Может, и так, - говорю, прогоняя картинку из головы.

- Конечно так! - Крис наклоняется ближе, кладет руку на мою. - Ты же не повелся на эту чушь? Ты же умный мальчик.

«Мальчик». Снова это слово. Но от нее оно звучит не как вызов, а как поглаживание. Или как похлопывание по руке: «Умный мальчик, не слушай глупости».

Мне становится неприятно.

Потому что я понимаю: Крис не дура. Она знает правила игры. Знает, как себя подать. Вернее - продать. Подороже. И она не станет тратить время на то, что не приносит выгоды. Ни материальной, ни социальной.

А Анна…

Я отпиваю еще вина.

Что-то я слишком много думаю об этой рыжей ведьме.

Надо с этим заканчивать.

Я наливаю еще вина.

Но увы – оно не заканчивается…

Глава 15

АННА

Я сижу в кабинете Владилена. Прямо, спина не касается спинки, ноги плотно прижаты друг к другу. Но руки лежат свободно. Так бабушка учила: когда чувствуешь, что тебя втягивают в чужую игру, не сжимай кулаки. Открытые ладони - знак того, что ты не боишься, но и не доверяешь.

Владилен сидит за столом. Спокойный. Уверенный. Его пальцы перебирают край блокнота - не нервно, а ритмично, словно отсчитывают время до чего-то неизбежного. Петр ходит. Туда-сюда. Мягко, бесшумно. Кажется, что его подошвы не касаются паркета. Он не человек - он тень. Тень с глазами цвета зимнего неба и голосом, который не греет даже в самые теплые моменты.

- Анна, - начинает Петр, останавливаясь напротив меня. - Вы помните Ираиду и Софию?

- Ваших дочку и жену, Владилен Айнурович? Конечно, они были на банкете, - они правда думают, что я уже забыла по какому поводу вчера был праздник?

Петр усмехается. Не губами - глазами.

- Вы ошиблись. Ираида - не жена Владилена Айнуровича, - произносит он. - Она - Учитель.

- Какой учитель? - переспрашиваю, хотя уже понимаю, куда клонится разговор.

Петр продолжает ходить. Его шаги отсчитывают мое сердцебиение.

- Она показала нам то, что скрыто от глаз обычного человека, - говорит он, не глядя на меня. - Она увидела нити, по которым течет мир. Не деньги. Не власть. Энергия. Чистая, первородная. Ираида - та, кто придумал идею Фонда тонких материй.

Я перевожу взгляд на Владилена. Он не отводит глаз. В его взгляде - ни стыда, ни оправдания. Только принятие того, что в его жизни есть тот, кто умнее, дальновиднее, сильнее. И этот кто-то - не он.

- Она нашла тот самый дом, - продолжает Петр, - куда вы сегодня ездили с Игорем.

Я вспоминаю перекошенное крыльцо, резные наличники, пустые окна-глазницы. Вспоминаю, как мой пульс участился еще до того, как мы свернули с асфальта на гравийную дорогу. Как будто что-то внутри меня узнало это место. Не умом - костями. Кровью.

- Вы, наверное, удивились, что мы выбрали такой странный, заброшенный дом, - говорит Петр, останавливаясь прямо передо мной. - Но под этим домом - источник силы.

Я закрываю глаза на секунду. Вспоминаю: мои пальцы касаются шершавого дерева перил. И вдруг - ледяной удар в грудь. Не боль. Холод. Такой глубокий, что на мгновение перехватывает дыхание. Я отдергиваю руку. Игорь спрашивает: «Что?» Я отвечаю: «Ничего. Холодно». Но это неправда. Это был не холод воздуха. Это был холод чего-то живого. Спящего. Ждущего.

- Вы же это почувствовали? - выдергивает меня из воспоминаний Петр.

Я киваю. Медленно.

- Но прежде чем мы приступим к ремонту, - продолжает Петр, - нам нужно настроить этот источник на себя.

«Настроить». Как радиоприемник?

- И вы нам в этом поможете.

Я смотрю на него. Пытаюсь прочитать, что спрятано за маской спокойствия. Жадность? Страх? Вера? Но в его глазах - только пустота. Отполированная, безупречная пустота.

- Мы долго искали ту, что сможет это сделать, - голос Владилена звучит мягче, чем у Петра. Теплее. - И вот появилась вы.

- Ираида предсказала, - добавляет Петр, - что настоящая «видящая» появится на дне рождения Софии. И не ошиблась.

Я сглатываю ком в горле. Ведь все это случайность. Игорь нашел меня по объявлению… А дальше…. Может ли такое быть, что «случайность» оказалась «предопределением»?

- Но я ничего не знаю, - говорю я тихо. - Как это сделать. Как… настраивать источники.

Владилен улыбается ободряющей улыбкой. Ждал именно этого возражения?

- Ираида все подготовит, - говорит он. - Вам нужно будет только присутствовать при ритуале. Быть… проводником. Мостом между миром людей и тем, что скрыто под землей.

«Проводник». «Мост». Красивые слова. Но за ними - что? Ответственность? Опасность? Или роль в чужой игре, где я - пешка, а не игрок?

- Когда? - спрашиваю я.

- Через два дня будет полнолуние, - отвечает Петр. - Лучший момент. Энергия луны усилит вашу связь с источником. Мы все сделаем.

Он останавливается передо мной. Опирается на край стола. Смотрит сверху вниз - не свысока, а как учитель смотрит на ученика перед важным экзаменом.

- Вы поможете нам, Анна? - спрашивает он. - Мы вас отблагодарим. Но не деньгами.

Сердце стучит в висках - громко, настойчиво.

- Вы, вместе с Ираидой, возглавите все разработки Фонда, - говорит он. - Не как подчиненная. Как равная. Поверьте - это блестящая перспектива. Такое предложение бывает раз в жизни.

Я смотрю на него. Потом на Владилена. Их лица - спокойные, уверенные, ожидающие. Они не сомневаются в своем предложении. Для них это дар. Благословение. Шанс, за который другие бы убили.

И я понимаю: они правы. Это шанс. Возможность вырваться из мира чаевых, съемных квартир и вечной нехватки денег. Возможность стать кем-то. Не гадалкой на окраине, а… чем-то большим. Чем-то значимым.

Только вот за каждым шансом стоит цена. Всегда.

Интересно, кто будет платить - я или кто-то другой?

Глава 16

ИГОРЬ

Бесконечно тянущийся ужин наконец-то закончен. Я расплачиваюсь, и мы выходим из ресторана. Ночь. Шумит Москва. Пахнет осенью и надвигающимся дождем. А еще духами Крис. Запах сладкий. Тяжелый. Прилипчивый. Как сироп. Он липнет к коже, к волосам, к одежде.

- Пойдем, - говорю я Крис.

- Куда? – она берет меня под руку.

- Куплю тебе новые духи.

Она удивленно хлопает ресницами.

- Почему?

- А почему бы и нет? Ты же заслуживаешь лучшего.

Озадаченное выражение исчезает с ее лица. Да и в конце концов, почему бы этому холеному мальчику не сделать ей подарок, да?

- Спасибо, - мурлычет она. И мы идем к ближайшему бутику. Роскошный, с мраморными полами и консультантами в строгих костюмах, которые смотрят на нас с почтением - не потому что узнали, а потому что видят: деньги.

Крис сразу бросается к стендам. Пробует один аромат за другим. Сладкие. Цветочные. Ванильные. Каждый - слаще предыдущего. Каждый - гуще, тяжелее. Она в восторге. Я - нет.

- А есть что-то… ну…, - я щелкаю пальцем, пытаясь подобрать слова. - Есть что-то… свежее, холодное, прозрачное и горькое? - выдаю я.

Консультант - мужчина лет сорока, с идеальной прической и безупречной белозубой улыбкой – все же не справляется с эмоциями и чуть приподнимает бровь. Но моментально берет себя в руки – профессионал.

- Прозрачное и горькое? - переспрашивает он. - Необычный запрос.

- Есть или нет?

Он пару минут думает, а потом уходит в подсобку. Возвращается с маленьким флаконом в минималистичной упаковке. Серый. Матовый. Без лишних украшений.

- Нишевый бренд. Ноты полыни, можжевельника, черного перца. Очень специфический аромат.

Крис морщится, едва почувствовав запах.

- Фу, аптекой несет! Я такое не буду носить.

- Ну и ладно, - говорю. - Но я все равно возьму. А ты выбери что-то еще.

Консультант смотрит на меня с уважением. Как на человека, который знает, чего хочет. А не как на мальчика, который выбирает то, что одобрит девушка.

Перенюхав еще с десяток ароматов – и как у нее нос все это выдерживает - Крис в итоге берет жасмин с мускусом. Я расплачиваюсь. Она берет свою коробочку и тут же открывает, чтобы нанести за уши. А я забираю маленький серый флакон и прячу его во внутренний карман. Не понимая зачем я его купил.

Мы выходим на улицу. Такси я уже вызвал. Садимся на заднее сиденье. Крис прижимается ко мне, кладет голову на плечо. Ее волосы пахнут смесью жасмина и ее прежнего, сладкого аромата. Виски начинают пульсировать.

Она шепчет что-то мне на ухо. Что-то нежное. Соблазнительное. Я растягиваю губы в улыбке. Но думаю о том, есть ли дома аспирин.

Смотрю в окно. Москва мелькает за стеклом - огни, лица, жизни. И вдруг перед глазами всплывает ее лицо.