Мой Альфа

Катя Лоренц
Мой Альфа

Всю ночь ворочался, не мог уснуть. В моём доме женщина, которая сводит меня с ума. Не замечал её морщинок возле глаз, руки, что были в мозолях от тяжелой работы. Для меня она совершенство.

Вышел на кухню в одних боксерах, стесняться мне нечего, я еще молодым фору дам. Зашёл и столкнулся с ней.

На Свете: ночная сорочка, одетая на голое тело, через которую хорошо видны были её возбужденные соски.

Неужели, у нее никого не было? И я последним был для совершенной, строптивой женщины, что так крепко схватила меня за яйца и не отпускала.

Она почувствовала опасность, отступала, хотя я видел, как она меня желала.

Не в этот раз! Подхватил её на руки посадил на кухонный стол. С больным урчанием покрывал поцелуями шею, губы, покусывал, посасывал.

Она сдалась, потеряла контроль, ещё бы! Столько лет мужика было.

– Виктор, нет! – крикнула она, когда я приспустил боксеры и нацелился на неё.

– Да, Светик. Да! – одним толчком вошёл в нее, и взвыл от наслаждения, крепко сжимая её попку, таранил своим поршнем, целовал, до боли сжимал её, хотел оставить на ней отметины, заклеймить, чтобы она смотрела в зеркало и помнила, кому принадлежит. Ее стоны окончательно сорвали мне крышу.

– Моя! Слышишь? Только моя!

Кухню наполнили наши порочные стоны, бьющиеся друг о друга тела.

Она застонала, сжимая мой член, выпил её крик поцелуем, ждал, когда она насладится, поймёт, что потеряла.

– Виктор… Это была ошибка, – едва пришла в себя и сразу начала брыкаться

Ее грудь вздымалась, она часто дышала, как после пробежки.

Два толчка и я догнал её, укусил за плечо, не мог сдержать нахлынувших чувств. Она пришла в себя, пыталась сбежать. Кто ей даст?

Я так и нес её к себе в комнату, продолжая терзать самые сладкие губы.

Она вернёт все наши потерянные ночи. Завтра она ходить не сможет. Ну, ничего, буду таскать её на руках. Будут так трахать, чтобы у неё не было ни сил, ни желания куда-то бежать.

Проснулась рано, мамы рядом не было. Стало страшно, вдруг отец выполнил угрозу, и что-то с ней сделал?

Лихорадочно бегала по комнате, собиралась, и когда уже хотела идти её искать, мама сама объявилась. В одной ночной рубашке, вся растрепанная и вид у неё был такой виноватый.

– Мам, всё хорошо?

– А, да, – она вернулась из каких-то своих переживаний. – Амелия, всё хорошо.

– Я тебя потеряла, ты где была? – мама прокашлялась.

– Водички… эээ.. ходила попить.

– Да? Какая-то ты странная, – подозрительно рассматриваю её, мама краснеет. – Тебя случайно отец не обижал? – мама хихикнула.

– Нет, Амелия. Тебе не стоит его бояться.

– Конечно, не стоит! Если помнишь, он шантажом заставил нас остаться.

– Ну и что? Методы у него такие, жёсткие. Я-то его лучше знаю. Он хороший, – мечтательно произнесла мама.

– Мама, ты что-то недоговариваешь.

– Зачем нам возвращаться домой? Что нас там ждет? Вдруг этот бета начнет приставать к тебе, или альфа. А тут отец не даст тебя в обиду.

– Ну да.

Если честно, то я жутко волнуюсь за Майкла, вчера целый день звонила Наташе, кухарке, но она трубку не брала.

Вышла на улицу, спряталась в беседке, продолжала набирать номер.

Наконец, трубку взяла Наташа.

– Привет. Как у вас дела? Как Вальтер?

– Да всё хорошо. Он только что вернулся. Кто-то напал на Майкла, но сейчас всё хорошо. Ты-то как? Встретилась с папой?

– Да. Майкл в порядке? – в трубке послышался голос Майкла. Живой! От сердца отлегло.

– С кем ты там разговариваешь? Это Амелия? – он ласково произносит моё имя, на душе потеплело. – Дай поговорю.

– Привет, – слышу его голос, от которого пульс зашкаливает.

– Привет.

– Ты как?

– Нормально. С отцом познакомилась, – не будем вдаваться в подробности кто он.

– Я хочу тебя увидеть, малыш.

– Это невозможно, Майкл. Я в другой стране.

– Можно, я тебе писать буду?

– Думаю, не стоит.

– Амелия, мне плохо без тебя. Я разгребу дела и приеду за тобой.

– Нет! Майкл, тебе нельзя сюда! – Виктор его прибьёт.

Ко мне шёл «папочка», довольный, как никогда.

– Всё пока. Я не могу сейчас разговаривать. – отключила трубку.

– Привет, дочь, – он поцеловал меня в щеку.

– Думаешь, у тебя есть право так меня называть? После того, что ты вчера устроил?

– Извини, вспылил. Сегодня вечером полнолуние. Самое то для крещения.

– А что хоть будет?

– Артём тебе расскажет. А где твоя мама?

– Спать легла. Она из-за тебя не выспалась, – он засмеялся. – Что смешного?

– Да так, ничего. Я тогда пойду.

Какие-то они подозрительные, таинственные. Ведут себя, как подростки. Неужели опять вместе? Хотела пойти и расспросить её, но ко мне вышел Артём.

– Привет, покатаемся?

– На чём?

– На снегоходе. Ты такие не видела.

– Нет, не видела, разве, что по телевизору. А как же твоя девушка?

– Она ещё на задании.

– Ну ладно, пошли.

Артём вывел из гаража снегоход. Я села сзади него, и мы на всей скорости погнали. Сзади нас вырастала снежная буря, крепче прижималась к нему, наслаждалась адреналином в моей крови.

Мы заехали на какую-то гору. Артём достал термос с горячим чаем, напоил меня.

– Ах! Красота! – упала в сугроб, наслаждаясь тем, как снег холодит разгоряченные щёки. Артём лёг рядом.

– Ну и как тебе снег? Нравится?

– Очень. Это единственно хорошее, что есть в России, с папочкой отношения не складываются.

– Тебе нужно найти общий язык с Виктором. Он мужик нормальный, если ты ему не возражаешь.

– Всё альфы такие невыносимые деспоты?

– А много ты знаешь?

– Теперь двое, вместе с Верде.

– Стой, тем самым?

– Да.

– Ты с ума сошла? У них Виктором война началась. Это ты про него тогда рассказывала, что не можешь определиться?

– Да.

– Ты чокнутая? Да твой Майкл бабник, каких поискать. И бета от него не отстаёт.

– Знаю, что ты мне это говоришь. Лучше расскажи, что меня ждет сегодня.

Артём рассказал… Бесилась, что придется пойти на это, но выбора не было.

В полночь, Артём привел меня на поляну, там яблоку некуда было упасть, столько оборотней собралось.

Мы должны были охотиться, добычу выберет альфа.

Виктор залез на гору, нюхал, решал, куда податься. Я тоже принюхалась: заяц, лиса, волк и медведь.

«Цель: медведь. Загоняем, но прикончить его должна моя дочь. Никому не вмешиваться!»

Я, честно говоря, испугалась, мало того, что я должна убить, так ещё и цель не так проста.»

«Боишься?» – Спросил альфа.

«Немного.»

«Это зря, страх тут ни к чему. Ты никогда не охотилась на таких больших зверей?»

«Нет.»

«Зря, он очень вкусный, хищник и травоядный.»

Я бежала рядом с альфой, снег поблескивал в свете полной луны, как мелкая бриллиантовая крошка. Слушала ровное дыхание, волчица не боялась, она было готова, это я внутренне локти от волнения кусала.

Все побежали прямо, я принюхалась, медведь был в другой стороне, левее, свернула туда, куда зовет меня волчица.

Огромный бурый медведь, стоял на задних лапах, точил когти о сосну. Где-то вдалеке я слышала тяжёлые удары лап, волки развернулись, бежали ко мне. Не успеют, мишка меня заметил, зарычал и побежал мне навстречу.

Отпрыгнула от дерева, толкнула его сбоку, впилась зубами в толстую шкуру раздирая его когтями. Он падает и вонзает в меня свои огромные когти. Не обращаю внимания на боль, тут или он меня, или я его одолею. Разум пропал, отдала полное управление волчице.

Медведь захрипел, упал. По белоснежному, блестящему снегу, расплывалась алая кровь.

Когда прибежали волки, я лежала возле побеждённого гиганта.

Виктор ткнул меня мордой.

«Ты как? В порядке?»

Села, склонила голову, как велел мне Артём.

«Эту добычу приношу тебе в дар, мой альфа. Прошу принять меня в стаю.»

Говорю, как учил Артём. «Папочка выглядел довольным, кажется, поверил в мою покорность.

Меня взяли в круг, Виктор кивнул, и вся стая завыла, буквально оглушая.

После охоты мы шли рядом с отцом.

«Ты молодец, Амелия. Не каждый оборотень справился бы с медведем. Он очень сильный, шкура у него прочная, обычно на него охотится вся стая, а ты справилась сама.»

«Спасибо, Виктор…»

«Можешь звать меня папой, когда мы один на один.»

«Хорошо, папа, а что у вас случилось с Верде?»

«Он отказался принимать в дар волчицу из моей стаи, которую я ему подарил. Говорил, что влюблён, и не с кем спать не собирается.»

«И что такого?»

«Он оскорбил меня, и оборотня моей стаи.»

«Может, он и вправду влюбился?»

«Я тебя умоляю, этот бабник на это не способен.»

«Ну взял бы, и что? Он же мог не трогать её?»

«Нет, он должен был на глазах у всех покрыть ее.»

«Фу! Варварство какое-то!»

«Ты не понимаешь, Амелия. Она могла забеременеть, и тогда наш и его клан объединились бы и стали бы более могущественными.»

Глава восьмая

Ночью мне не спится. Выхожу на балкон, пытаясь привести мысли в порядок, обдумываю слова, сказанные отцом. Значит, Майкл пошел против Виктора, навлек на себя гнев альфы. Ради чего? Неужели из-за меня?

Мама переехала в другую комнату, отец так распорядился, и теперь я одна, и сон никак не идет. Ночное небо прекрасно, огромная Луна на чёрном небосклоне, с миллиардами звёзд, очаровывали меня, как всегда. Могу часами смотреть на это лунное сияние, на кроны голых деревьев, в темноте похожих на замерших чудовищ, умиротворяющую тишину изредка перебивает собачий лай.

В моих руках пиликает телефон, сообщая о приходе смс, открываю, номер незнакомый.

– Привет, малыш. Не спится? Я обещал тебе написать.

Майкл.

С глупой улыбкой ложусь в кровать, печатаю ответ.

– Привет. Не сплю, луна не даёт.

 

– Я тоже не могу уснуть, только закрываю глаза, вспоминаю тебя, распластанную на земле голую и твои стоны…

Картинка так ясно возникла, что ощутила томительный жар внизу живота. Его пытливый язык, с помощью которого он хотел узнать моё имя, до сих пор помнит моя кожа. Тряхнула головой, отгоняя наваждение.

– А стоны той девушки, которую вы с Вальтером трахали, тебя не будоражат?

Пауза затянулась, я уже решила, что больше он мне не напишет, как телефона ожил.

– Твою мать, малыш! Ты была там! Я так и знал, я чувствовал твой запах, и с ума сошёл. Прости, но я не мог больше ждать, я же мужчина, у меня есть определённые потребности. Если бы ты не упрямилась и впустила бы меня в себя, то мне никто бы не был нужен. Мы с Вальтером напились до усрачки тогда, тут появилась наша общая знакомая… Прости…

– Ничего страшного. Кто я для тебя? Очередное увлечение. Это не страшно, пройдёт. Ты легко найдёшь мне замену.

– Ты незаменима, малыш, – он неожиданно перевёл тему. – Расскажи, во что ты одета?

– Я абсолютно голая, только шёлковая простыня скрывает мои торчащие соски, – соврала я. – Между ног так горячо, всё ждёт, когда ты возьмешь меня.

Он залип, знаю, быстро пишу ответ.

– Такое смс ты хотел увидеть?

– Чёрт, Амелия! Ты играешь с огнём! Я в шаге от того, чтобы прилететь в Россию и увидеть это своими глазами, и сделать то, о чём ты говорила.

Хотела пошутить над ним, а получилось, что возбудилась сама.

Чёртов Майкл!

– Спокойной ночи, Майкл.

– Какой там! Я теперь не усну, буду снимать напряжение, представляя, что это твои губки обхватывают мой член. Теперь мне не будет покоя.

– Мечтай! Ложись спать, Майкл.

С ненавистью взбила подушку, и только начала засыпать, как пришло ещё одна эсэмэска. Минуту держалась, уговаривала себя не смотреть, но не выдержала.

– Привет. Это Вальтер, – ещё один по мою душу! И по нему я также соскучилась.

– Привет. Откуда у тебя мой номер?

– Наташа дала. Я знаю, обещал не приближаться к тебе, но это всего лишь смс переписка. Ты знаешь, мне приснился сон, о том, как мы с тобой на яхте, ты целуешь меня, как тогда, но этим все не заканчивается, и в тот день я сделал тебя своей. Сон был таким реальным, что я не могу заснуть. Почему я не зашел тогда так далеко? И знал ведь, что ты не будешь сопротивляться. Хотел получить не только твоё тело, но и душу, и в итоге я не получил ничего! Хотел показать себя джентльменом, хотя никогда им не являлся, когда хотел женщину, просто брал. Почему я не смог поступить так с тобой?

Не знаю, Вальтер, что сейчас об этом говорить? Всё в прошлом. Ты не пойдёшь против Альфы, да и зачем? Я сама не знаю, кто из вас мне нужен, пусть я не достанусь ни одному. Спокойной ночи, Вальтер.

Выключила от греха подальше телефон, чтобы дали выспаться. Тело горело, плавилась от возбуждения. Сволочи оборотни! Нигде нет от них спасения!

***

Мы в особняке Вальтера. Майкл страстно целует меня, трахая языком, отрывается лишь на мгновение, чтобы снять через мою голову белый топик, замираю, завороженная огнём в его глазах.

– Иди сюда, малыш. – Вальтер перехватывает меня за шею и впивается в мои опухшие после поцелуя Майкла губы не менее страстным поцелуем, руками освобождая мою грудь от чёрного лифчика. Грудь качнулась, мой левый сосок обдувает, от чего он твердеет ещё сильнее, и я чувствую губы Майкла на нём, покусывает, посасывает. Он ведёт по животу горячей рукой, проникает в трусики, где и так всё мокро, и я давно жду его или Вальтера.

– Дай, я тоже хочу. – Вальтер припадает ко второй груди, смотрю вниз, и меня пробивает молния насквозь от такого вида.

Зачем я мучалась, выбирала из них, если я могу взять двоих сразу? Это пошлая картинка навсегда запечатлелась в моей больной голове.

– Пожалуйста… – прошу их. Я изнываю от желания, они не торопятся, медленно дегустируя меня. Майкл опускается передо мной на колени, резким движения дёргает шорты и трусики одновременно, издает рычащие звуки, которые вибрацией отдаются в моём теле, оседая тяжестью внизу живота.

Майкл закидывает мою ногу себе на плечо, проходит вдоль изнывающей плоти мокрым, горячим языком.

– Кхм! – издаю нечленораздельные звуки, когда Вальтер берёт в рот сразу два соска, в то время, как Майкл вгоняет язык на полную длину, я дергаю его за волосы, притягивая ближе.

Они решили убить меня с помощью ласки? Если это так, то это самая сладкая смерть.

– Кончай! – шепчет Вальтер на ухо, Майкл кружит большим пальцем вокруг клитора, я буквально бьюсь в агонии, срываясь на крик.

Майкл довольно улыбается, встаёт на ноги, нетерпеливо сдергивает боксеры, он такой идеальный, ровный со вздутыми венками, облизываюсь, он пошло улыбается.

– Иди сюда, малыш, – он поднимает меня, обвиваю ноги вокруг его талии, его головка упирается в мою промежность, где так горячо и чувствительно после оргазма. Резким толчком он входит в меня растягивает, заполняет. Мой крик выпивает жадным поцелуем, поднимает и опускает меня, пробирает до мурашек.

– Как же я хочу тебя, Амелия. – двигает бедрами, достаёт до самой чувствительной точки. Вальтер в это время разминает мою попку.

– Какая упругая, – засовывает палец внутрь. – И какая узкая. Я сама потягиваюсь и опускаюсь, получая уже два наслаждения, одно вперемешку с болью, это как ходить по краю пропасти, и страшно и будоражит одновременно.

– Я хочу в тебя войти. Можно? – покусывать мочку уха. Что угодно, только не останавливайтесь.

– Да! – кричу, когда Майкл отпускает меня на член, шипит сквозь зубы от удовольствия.

– Знаешь, чем хороши оборотни? – спрашивает Майкл, продолжая таранить меня.

– Чем? – заплетающимся от страсти языком говорю ему прямо в губы.

– Мы не устаем. Никогда. Будем трахать, кончать в тебя без устали, – в мою попку упирается головка члена Вальтера. Он медленно входит. Меня пронзает боль и наслаждение одновременно.

– Блять! Как узко, Амелия. Ты сводишь меня с ума, черт, как я хочу тебя. – они одновременно толкаются в меня, мой крик эхом ударяется о стены и отскакивает. Комнату наполняют пошлые звуки бьющихся друг от друга бёдер.

– Прости, девочка моя. Сейчас всё пройдёт. – Вальтер перекидывает мою руку на его плечо, разворачивает лицо, проникает в мой рот языком, обследует, изучает.

На вкус он другой, чем Майкл, но целуется так же хорошо. Держать за шею одного и за шею другого, я сама начинаю подниматься и опускаться. Они озверели, начинают двигаться во мне, то одновременно, то по очереди. Понимаю, до этого они меня жалели.

– Дай мне, – теперь меня целует Майкл так же страстно, как Вальтер. Они продолжают таранить меня. И меня уносит на двух волнах наслаждения сразу. Мне уже не больно, просто желание зашкаливает, внизу живота собираются электрические импульсы, превращаются в шаровую молнию, она мечется внутри меня, ищет выход.

– Наша девочка, – рычит Вальтер. – Мы будем трахать тебя ещё и в ротик, – шепчет на ухо. – Кончай, Амелия.

И я взрываюсь. Этот оргазм как маленькая смерть.

– Хорошая девочка, послушная, – они двигаются с бешеной скоростью во мне, и одновременно взрываются в меня.

– Сука! Как хорошо, – стонет Майкл, Вальтер до боли сжимает мою попку, уверена, на ней останутся отпечатки пальцев. А Майкл всасывает мою кожу на шее.

– А теперь, я хочу трахнуть твой ротик, – говорит Майкл, не выходя из меня. Чувствую, как член наливается с новой силой, как и член Вальтера. Майкл сует мне в рот средний палец приказывает хриплым шепотом:

– Соси! – я выполняю, они медленно, лениво двигаются во мне, набирая скорость, по моим бедрам течет сперма с двух сторон. Я опять хочу их обоих. Но я не переживу ещё один раз.

Прикусываю его палец.

– Нет! – отрицательно мотаю головой. – Нет, я не выдержу ещё одного оргазма.

– Одного? Ещё как минимум два. Обещаю.

– Нет! – кричу, подскакиваю на кровати, тяжело дышу, вся мокрая. Оглядываюсь по сторонам. Я всё ещё в доме отца и это просто сон. Но почему мне он кажется таким реальным?

Иду в душ, пытаясь остыть, смотрю в большое зеркало до самого пола. На моей шее красуется засос, я поворачиваюсь, снимаю шортики и трусики, и там отпечатки пальцев Вальтера.

Что за хрень?! Как такое возможно?

***

Проснулся, в полной уверенности, что мне это не приснилось и рядом со мной лежит Амелия, мирно спит после умопомрачительного секса. Я даже чувствую ее вкус на губах. Руки жжёт, как будто только что касался её гладкой кожи. И даже то, что вместе с нами был Вальтер, не волновало, не было ревности.

Он давно мне, как брат и мы все делили с ним поровну, даже женщин.

Я раньше ни во что не ставил женский пол, они только инструмент, удовлетворяющий мою похоть.

Так было до встречи с ней, её я хотел превозносить, как богиню, преклоняться перед ней, но она сбежала. Я хотел лететь за ней в тот же вечер, мой личный самолёт был готов, сумки были собраны, но тут приехал Альфа другого клана, Виктор. И как бы мне ни хотелось, я не мог сбежать от него, нужно было принять его с почестями, не то была бы война.

Но она и так случилась, оказалось, он хотел подложить под меня суку своего клана, а я тогда взбесился, хотя дело в принципе обычное, так мы могли породниться.

Я пробовал забыть Амелию с другой, но после того единственного раза чувствовал себя опустошенным морально, как будто грязью измазался. И дело не в том, что Вальтер имел её наравне со мной, а в том, что женщина не та. Я кончил-то, потому что почувствовал ее запах. Я не просто изменил ей с другой, я представлял её в это время, от этого стало ещё хуже. Я видел в глазах Вальтера то же самое, он так же проклинал себя.

Проблема в том, что мы нравились ей одинаково, меня приняла волчица, а Вальтера Амелия.

От этой мысли ревность разливалась в крови, бурлила.

Но мог ли я быть с ней? По сути, я моральный урод.

Моя мама, как только я родился, возненавидела меня. В детстве я тянулся к ней, искал её ласки, но слышал только, что я сломал её жизнь.

Когда я вырос, предъявил ей то, как часто она избивала меня ремнём, говорила, что я ублюдок, порождение самой тьмы. Она выслушала меня спокойно, холодно, на её лице не было ни капли сожаления, и поведала мне историю своей жизни.

Отец выкрал её прямо из-под венца, стал насильно первым мужчиной, сказала, что если бы она не забеременела, то отец отпустил её, но чуда не случилось, мама забеременела мной. Ей пришлось забыть о любимом, посвятить свою жизнь ребёнку, которого она ненавидела с каждым днём всё больше.

Пока она нянчилась со мной, отец гулял направо и налево, но иногда брал силой и мою мать. Она ничего не могла сделать Альфе, поэтому вмещала всю злобу на мне.

Не знаю, что повлияло на моё пренебрежительное отношение к женщинам, дурной пример отца перед глазами или я вымещал ненависть к матери на них.

Я пользовался ими, выкидывал, как ненужную использованную игрушку, не беспокоясь об их чувствах.

Так было со всеми, но я не мог так относиться к Амелии. Не знаю, когда это произошло в тот миг, когда она сбежала от меня, в тот день, когда она кончила подо мной или когда впервые увидел её в свете луны, но сейчас я точно знаю, что я пропал.

И дело даже не в сексе, хочу большего, просыпаться с ней, хочу детей от нее, хочу видеть её улыбку на лице, от которой становится так светло на душе. И если ради этого нужно, чтобы с нами рядом был Вальтер, я пойду на это.

Теперь, когда я всё решил, на душе стало так легко, у меня появился план и шанс вернуть её. Но, чтобы найти её, нужно расспросить кухарку Наташу о местоположении моей беглянки, явно она мне тогда не всё рассказала, назвала только страну: Россию.

Поговорю с Вальтером, узнаю его отношение к моему плану. Тут же набираю его.

– Привет, брат. Не разбудил? – он прокашливается и говорит хриплым голосом.

– Нет, сон приснился… Кошмар в общем, – ухмыляюсь, похоже нам снился один и тот же сон. Я знаю по его голосу, когда он возбуждённый, слишком часто мы делили одну женщину на двоих.

– Я приеду.

– Сейчас? Ночью?

– Сейчас. Надевай штаны, сейчас буду.

Беру машину в гараже, отзываю охрану, еду в особняк Вальтер, благо он недалеко.

Вокруг дома дежурят мои ребята, не знаю, что ожидать от Виктора, ведь убить моего бету, самый верный способ сделать мне больно, он часть меня, в нём течёт мой яд, моя кровь.

Нахожу его в той самой комнате, где во сне мы были с Амелией. Воспоминания вспышками проносятся в голове: её стоны, и то с какой любовью она смотрела на нас обоих.

– Что припёрся? – Вальтер опять пьет. Я знаю причину, она у нас одна на двоих: Амелия. Вижу, как страдает тот, который без раздумья готов был отдать жизнь за меня, а я за него.

– Я хочу вернуть Амелию, – без предисловия сообщаю ему.

 

– Ты хочешь, чтобы я пожелал тебе удачи? – горько ухмыльнулся он. – Ты знаешь, я не смогу сделать это от чистого сердца. Я не борюсь за неё, потому что дал слово, не то я в тот же вечер уехал бы за ней, в Москву.

– Я возвращаю тебе твоё слово.

– Что? – он смотрит на меня, не веря. Рассказываю про мой план и про сон.

– Я видел тот же сон. Думаешь, у нас получится делить её и не перегрызть друг другу глотки?

– Давай хотя бы попробуем?

– О'кей, я согласен. Где искать будем, знаешь? – отрицательно качаю головой. – А я знаю, расспросил Наташу, пока ты валялся без дела.

– Я вообще-то болел, ты сам видел, как меня потрепал Виктор, на мне живого места не было.

– Да знаю я, что ты мне рассказываешь? Это я, вообще-то, ухаживал за тобой, как заботливая мамочка.

– Где наша Амелия?

– В этом и проблема. Ты знаешь, кем оказался её папочка?

– Нет, – предчувствую нехорошее продолжение.

– Виктор!

– Тот самый?

– Ага.

– Твою мать! – вряд ли он отпустит свою дочь ко мне, после того, какую обиду нанес ему, и не в объятиях сразу двух оборотней.

– И что делать? Амелию не уговорить, она пошлёт нас с порога. Даже себе она не признается, что хочет нас обоих.

– И?

– Нам нужна Кортни, она поможет в этом деле. Потому что, если хоть один из нас появится возле неё, она опять бежит.

***

Официально заявляю: я схожу с ума! Мы с Артёмом, гуляли по лесу, почувствовала запах Майкла, я так побледнела, что Артём сжал мою руку и спросил: всё нормально? Только тогда я пришла в себя, не то я хотела бежать на этот запах и не знаю, что бы я сделала, если бы это был Майкл, поцеловала бы его или надавала бы по роже, за то, что он спал с другой в то время, как клялся, что нужна ему только я. Но это невозможно, он не мог быть здесь. Грязный обманщик, и Вальтер не лучше.

Сегодня решила прогуляться, у нас наладились отношения с отцом. Анечка нас помирила, когда я увидела, как он её любит, я всё ему простила. Всё-таки это их с мамой заморочки, а она уже всё забыла.

Один раз я их застала, голыми, в самом разгаре процесса. Потом, увидев маму, хихикала, она краснела, но догадывалась о причине моего веселья. Неприступный бастион пал, мама лет на двадцать помолодела, глаза так и сверкают и за это я благодарна отцу. И он изменился, готов пылинки с нее сдувать. Смотрела на то, как они счастливы и сомневалась, правильно ли я сделала, что сбежала от моих оборотней? По крайней мере, не сделай я этого, не было бы мамы в живых.

Я скучала по Майклу и Вальтеру, не знала, что делать, как забыть. Решила выбивать клин клином, купила шикарное красное платье, сверху накинула дорогую шубку, все куплено на деньги отца, пошла на свидание с парнем, знакомым по интернету…

Поначалу всё шло нормально. Вошла в ресторан, за столиком меня ждал красивый мужчина, весь из себя, и это радовало, фото прислал реальное. При моем появлении помог мне сесть, ухаживал, улыбался. Мне было приятно. Но прям Вау не было. Мыслями я была на яхте Вальтера, на пляже с Майклом. И хоть по положению они были выше моего нового знакомого, но держались куда проще. А с этим Максимом, напрягалась.

Он вёл себя, как хозяин жизни, с гордостью рассказывал, что является обладателем однокомнатной квартиры в Балашихе, как будто мне это что-то говорило. Потом хвастался своими «типа настоящими» ролексами. У отца вся коллекция, и я смогла отличить подделку. На вопросе, хорошо ли я делаю минет, вежливо попрощалась, встала и ушла.

Вечер пошел насмарку. Водитель отца проколол колесо, пока ездил по поручениям, он не знал, что я так быстро освобожусь. Я стояла, переступала с ноги на ногу по грязному асфальту в туфлях от Джимми Чу, в дорогущей норке, и не знала, как вызвать такси. Зима в центре Москвы была странная, не то, что у нас за городом. Снег падал, таял, образовывал грязные лужи. В шубе стало жарко, пришлось распахнутся. Стояла, голосовала на дороге, но такси, как назло, проезжали мимо меня. Полчаса я пыталась поймать машину, потом плюнула, решила вернуться в ресторан, и попросить, чтобы мне оттуда вызвали машину.

Развернувшись на каблуках, врезалась в какую-то женщину с кофе в руках.

– Простите, – говорила она на английском языке. – Я не знаю русский, но очень извиняюсь.

– Всё в порядке, – смотрела на расплывающееся пятно на красном платье.

– Вы говорите на английском? – удивилась девушка.

– Да.

– Ох! Мне вас сам бог послал. Я хотела сходить в музей, но не знаю, как туда добраться. Прошу вас, будьте так добры, проводите меня, – посмотрела на испорченное платье.

– В таком виде?

– Ах, да. Может, тогда составите мне компанию и выпьете со мной кофе за мой счёт, в качестве извинения. Я чувствую себя полностью изолированной, даже поговорить не с кем.

– Почему бы и нет? Я всё равно жду водителя.

– Это отлично! Вот на той стороне бариста готовит обалденное кофе, и ещё у них есть неплохое пирожное.

– Хорошо, вы меня уговорили. – улыбнулась новой знакомой.

Мы сидели в простой забегаловке, но кофе здесь был, правда, вкусным, и привкус какой-то необычный.

Моя спутницу зовут Кортни, весёлая рыжая девушка, которая всё время рассказывала интересные истории. Мы смеялись, и я по-настоящему отдыхала душой, совсем не то, что на этом неудачном свидании.

Мимо нас прошёл мужчина, запах выпечки смешался с посторонними ароматами, но я могу поклясться, среди них узнала запах Вальтера. Сердце забилось сильнее, мне так захотелось увидеть его, обнять.

Я выбежала на улицу, оглядывалась по сторонам, но того мужчины и след простыл.

– Амелия, всё в порядке? – глаза слипались, почувствовала невыносимую усталость.

– Ну, всё-всё, девочка. – Кортни прижимала меня к себе, ласково гладила по голове. – Всё будет хорошо. Я позабочусь.

– Что? О чём это ты говоришь? – она не ответила мне, сделала знак рукой, и к нам подошли два амбала, подхватили меня под руки.

– Куда вы меня ведете? – спрашивала заплетающимся языком. – Кортни, там что-то было, в этом кофе? – но она не ответила, просто шла следом, не обращая внимания на мои вопросы. Меня посадили на заднее сиденье, между двух качков.

Голова повалилась, словно шея отказывалась держать, прямо на плечо одного из громил, я тут же учуяла запах.

– Оборотни… – прошептал одними губами. – Но ничего, как только я очнусь, перегрызу вам обоим глотки. – Те сидели, как статуи, не обращая на меня внимания. – А тебя, Кортни, в первую очередь.

– Ничего личного, милая, просто выполняла приказ.

– Приказ кого? Тебя наняли враги моего отца?

– Почему она так долго не вырубается? – спросила Кортни у амбала справа.

– Организм молодой, крепкий. Ничего, сейчас подействует.

– Яд? – спросила у рыжей суки.

– Нет, просто снотворное. Кое-кому ты очень нужна.

Посмотрела в окно, мы проезжали мимо машины отца, водитель закончил устанавливать колесо. Сейчас поедет меня встречать, отец быстро поднимет тревогу и найдёт меня. Может, выследит по телефону, или по карточке.

– Избавься от телефона и карточки, – амбал слева полез в мою сумочку, достал телефон последней модели, который подарил отец и выкинул в окно вместе с платиновой карточкой, предварительно протерев спиртовой салфеткой.

– И концы в воду, – прокомментировала я. – Мой отец альфа, он найдет вас и будет рвать на мелкие кусочки, если хоть один волос с меня упадёт, – я почувствовал их страх. – Ага, бойтесь, это правильно. Вам капут. Я принесу вам на могилки цветочки.

– Да вколи ей что-нибудь, – зашипела Кортни. В моё плечо воткнули иголку, и я вырубилась.

***

Мне опять снился этот жутко эротический сон, с участием моих любимых оборотней И если раньше был особняк Вальтера, его кабинет, то сейчас самолет.

Почему мой мозг рождал такие больные фантазии? Мне реально нужна помощь психиатра или сексолога, ненормально всю ночь напролёт представлять двух мужчин, пусть даже я к ним обоим неравнодушна. Скоро подо мной загорится кровать.

Нет, реально самолет! Слышу гул мотора, приветствие стюардессы… Капец! Этот не был похож на тот, на котором я прилетела в Россию. Тот эконом был переполнен пассажирами, а в этом были только мы. Сидения так близко стояли, что невозможно откинуться на спинку, вытянуть ноги.

Меня занёс Майкл, а следом шел Вальтер, я знаю, чувствовала их запах. Я не теряла времени даром, всё-таки это сон, прильнула губами к шее Майкла, покусывала, проводила языком, ощущая вкус кожи на языке.

– Возьмите меня, – с мольбой в голосе прошептала. Что-то они сегодня какие-то скромные, обычно накидываются на меня с первых секунд, а тут слышу только тяжёлое сопение Майкла и скрежет зубов Вальтера.

Майкл посадил меня на кожаное кресло кремового цвета, снял шубу. Они дружно чертыхнулись с Вальтером. И всё? Один копался в телефоне, другой читал газету. Ну и ладно! Видно, правила поменялись, обычно они были инициаторами.

Рейтинг@Mail.ru