Дитё

Владимир Поселягин
Дитё

– На, получай свинцовых конфет! – крикнул я, как только патроны кончились.

«Вот тварюга, и так весь на нервах, так еще эта склизкая образина под ногами ползает! – злобно подумал я, жалея о потраченных боеприпасах, так как запасы мне пополнять было негде. – Будем надеяться, что никто не слышал, как я испугался питона. или анаконды, уж не знаю, кто там был!»

Повесив обратно на плечо и рюкзак, и сумку, я шел, держа перезаряженный автомат наготове, внимательно просматривая кусты на предмет других змей, на остальных обитателей джунглей мне было плевать с высокой колокольни.

Посматривая на деревья, я стал замечать, что тропические деревья и пальмы понемногу заменяются другими деревьями, более северными, что ли.

По моим прикидкам, за час я прошел всего около километра, тяжело поднимаясь по склону, устраивая маленькие отдыхи, поэтому заметив сбоку небольшую полянку, когда проходил заросший лесом склон, решил немного передохнуть на срубленных листах папоротника. Однако поляна оказалась занята. Несколько секунд я понаблюдал за суетящимися и прыгавшими по ветвям и самой поляне рыжими обезьянами, которые криками оповестили стаю о том, что заметили незнакомца, и стали громко обсуждать меня.

– Это еще что такое? А ну брысь отсюда! – махнул я рукой. Искать другое место для отдыха особой охоты не было, да и последствия борьбы с ураганом давали о себе знать, так что я был твердо намерен отдохнуть.

Рыжие обезьяны тоже завопили и стали прыгать с ветки на ветку.

Решив напугать обезьян, я стал прыгать и орать, чтобы спугнуть их. Несколько секунд понаблюдав за мной, они тоже стали прыгать, раскачиваться на ветках и орать. А вот некоторые обезьяны, к моему изумлению, стали копировать меня, вернее то, как я их пугаю. То есть встали на задние лапы и, прыгая с ноги на ногу, стали махать руками над головой и, почесывая ребра, угрожающе материться по-своему, что, в отличие от моего кривляния, было смешнее.

– Ах так, да? Ну, сами напросились! – возмутился я, заметив, что самый здоровый копирует еще и мои ужимки. Придерживая автомат локтем, чтобы не мешался, я зашарил по рюкзаку, ища то, что мне нужно.

– Попробуйте скопировать это, пародисты, блин! – крикнул я, кидая на середину поляны светошумовую гранату, и молниеносно бросился под прикрытие ближайшего дерева, так как слышал, что некоторые виды обезьян умеют кидаться своими какашками, вдруг и до такого додумаются. Обезьяны с интересом посмотрели на черный камешек, брошенный на листву.

Закрыв уши руками, я зажмурил глаза, и, сидя на корточках, ждал разрыва. Судя по тому, что после хлопка послышался многоголосый вой, граната успешно поразила рыжих обезьян своим выступлением. Встав, я с интересом выглянул из-за ствола дерева, осматривая поляну. Ветви деревьев вокруг поляны были в основном пусты, обезьяны лежали на земле и в кустах, всего парочка, уцепившись хвостами за ветви, висела вниз головами, слегка покачиваясь.

– Вот что делает человека человеком, – пробормотал я и, вздохнув, добавил: – Нелогичные поступки делают.

Гордо задрав подбородок, я вышел на середину поляны, где по маленькому кругу ходил тот самый здоровый обезьян-пародист.

– А ну пошел отсюда! – сказал я, дав ему пинка под зад, после чего осмотрелся. Почти все обезьяны лежали без движения, но с дергающимися частями тела типа уха, как у молодой самки, и были без сознания, но живы.

– М-да, лучше бы я мимо прошел, – брезгливо пробормотал я. Судя по запаху и виду, все макаки успели обделаться, и теперь только ненормальный будет отдыхать на этой изгаженной поляне.

– Тьфу на вас, просил же по-доброму, дайте отдохнуть, – вздохнул я и, развернувшись, направился искать для отдыха более удобное место.

Его я нашел рядом с маленьким ручейком, который весело журчал вниз по склону по сглаженным водой камням.

– Хорошо-то как, – довольно простонал я, потягиваясь. Закинув руки за голову, стал смотреть на ярко-синее небо, давая отдых уставшему организму.

Попив воды, достал из сумки морской бинокль, снял предохраняющие чехлы и приложил окуляры к глазам.

Несмотря на то что подняться я успел не так высоко, как хотел, но океан видел хорошо, и ни одного судна как вблизи, так и вдали не заметил, а вот моя «Ласточка» отчетливо выделялась на берегу из-за своего белого корпуса.

«Темнеет, нужно искать безопасное место и устраиваться на ночлег!» – подумал я, убирая бинокль.

Место для ночлега нашел в небольшой лощине, проход в которую вела тропа между высоких скал. Судя по протоптанной тропинке и следам зверей на ней, она была часто посещаемой. Что мне понравилось больше всего, так это следы маленьких козлиных копыт на мягкой траве рядом с тропой.

«Уже хорошо, с питанием на этой суше порядок, так что не пропадем», – решил я после небольшого осмотра. Заметив с краю лощины под нависающей скалой пару деревьев, направился туда, решив, что именно там буду устраивать лагерь, ходить по склонам горы мне уже изрядно надоело. В прошлой жизни находился.

Нарубив сушняка и срубив с дерева пару веток, которые тоже высохли, развел костерок, воспользовавшись зажигалкой. Из трех крепких веток соорудил перекладину, на которую повесил котелок с холодной родниковой водой из ручья, протекавшего неподалеку и уходившего куда-то под скалы. Пока вода закипала, я приготовил импровизированный спальник, проще говоря, нарубил и нарвал веток с густой листвой и травы и застелил одеялом, подумав, что надо было взять второе.

Как только вода закипела, бросил туда макароны и, помешивая, посолил, после чего, попробовав на вкус, стал при свете костра вскрывать одну из банок, решив остальные экономить, сделав НЗ, и жить пока охотой.

Поужинав макаронами по-флотски, я лег спать, укрывшись курткой, хотя ночь и не была холодной.

Проснувшись утром, первым делом проверил оружие, лежавшее рядом. Стряхнув с дробовика капли росы, я вскочил и стал привычно делать зарядку, после чего подхватил немытый котелок и тарелку и побежал к ручью умываться и мыть посуду.

На гору, где можно обозревать все окрестности, я добрался только к вечеру. Сложив вещи в компактную кучу, достал бинокль и осмотрелся. Переходя с края на край потухшего вулкана, я рассматривал остров. Да, я не ошибся – это был остров, и довольно большой. Где-то двадцать на пятнадцать километров. Осмотрев остров, стал внимательно разглядывать прибрежные воды, на предмет таких же невезучих или, наоборот, счастливчиков, как и я. Осмотрел также и берега, и сам остров. С противоположной стороны острова я заметил что-то большое, находящееся близко к берегу. Что именно – разглядеть не сумел, но то, что это какое-то судно, понял. Поэтому, спустившись метров на сто вниз с горы, я стал устраиваться на ночлег, решив еще раз осмотреться утром, а не сейчас, когда солнце почти село и начало темнеть.

– Нет, ну точно судно, только какое-то странное… нет, далеко, не разглядеть, – тихо пробормотал я, опуская бинокль.

Сейчас заходящее солнце не било мне в глаза, но все равно из-за большого расстояния ничего рассмотреть не удалось, понял только, что там что-то большое и белое.

– Ну и чего гадать? Сходим и посмотрим, только, надеюсь, там нет такой грязи, как рядом с «Ласточкой», опять отстирываться неохота, – сам с собой разговаривал я.

Решив не трогать НЗ, я пошел на охоту, прихватив снайперку и пистолет, остальные вещи оставил в лагере. Немного подумав, вернулся и взял глушитель, нечего пугать животных выстрелами, а то разбегутся еще, и ищи их потом.

Заметив в кустах, похожих на шиповник, какое-то шевеление, я подкрался ближе и, приложившись щекой к прикладу, всмотрелся в прицел.

«Сейчас прольется чья-то кровь, сейчас-сейчас!» – мысленно пропел я, заметив, что шевельнулись кусты на опушке справа, там явно кто-то рассматривал открытый склон, заросший густой травой.

«Пятница?» – с надеждой подумал я, наведя ствол винтовки на кусты. Однако меня ждало разочарование. То, что там человек, я не ошибся, однако, рассмотрев в прицел, кто там, только удивленно выругался.

– Да это издевательство какое-то, второй раз я с ними встречаюсь! – невольно тихо пробормотал я, разглядывая в прицел заросшее щетиной лицо старпома «Абхазии».

Что мне не понравилось сразу, так это какое-то загнанное выражение Олега Владимировича, когда он рассматривал заросший изумрудной травой открытый ветрам склон горы.

«Что бы это могло значить? Их что, кто-то преследует?» – Последняя мысль мне не понравилась сразу, и я стал осматривать склоны, деревья, кусты, ища опасность, но все мои попытки обнаружить хоть кого-то, кроме группы советских моряков, не увенчались успехом.

«Нет, никого. Кого же они боятся? Или я ошибся?» – подумал я, осматривая моряков. На виду было человек пять, но, судя по теням позади них, там находился кто-то еще. Нет, я все-таки не ошибся. Выглянувший из-под куста моряк с перевязанной головой, в котором я с удивлением узнал боцмана, тоже был не больно спокойным. Их явно кто-то гнал сюда.

«Смотри-ка, очнулся, значит!» – подумал я про боцмана, и тут краем глаза заметил какое-то движение внизу по склону. В прицел я смотрел, как меня учили, то есть оба глаза открыты, вот так свободным глазом я и уловил движение группы людей, скрывшихся за большими валунами камней. Крутанувшись на месте, с интересом вгляделся в проход между валунами и высокой скалой.

Так и есть. Пятеро парней вполне европейской наружности, увешанные оружием, поднимались по склону явно по следам моряков.

Вопрос помогать или не помогать нашим не стоял, что я, совсем без совести? Конечно, я помогу им, да не себе в убыток. За просто так только кошки родятся. Закон трофея еще никто не отменял.

Из своего укрытия я с интересом наблюдал, как за перемещением моряков, так и за преследующими их вооруженными людьми, кто они – не знаю, но судя по тому, что они наверняка прибыли морем, то, скорее всего, пираты.

Моряки видели преследователей и понимали, что если выйдут на открытое пространство, попадут под прицел преследователей, поэтому они продолжили движение по небольшому леску, заросшему кустарником, вверх по склону, где лесок упирался в отвесную скалу, по которой подняться не было никакой возможности. В тупик себя гнали ребята. И слева и справа они будут на виду.

 

Положив подбородок на руки, я с интересом наблюдал за их перемещениями, переводя глаза с одной группы на другую.

Для стрельбы по пиратам возможности я пока не видел. Ну, завалю одного, другого, остальные попрячутся, а это мне было не нужно. Обладая огромным опытом горных боев, я терпеливо ждал, пока мне не представится возможность действовать, а сейчас просто наблюдал, жалея, что нет пакета с семечками. Чипсы я не особо жаловал.

«Грамотно действуют, опыт явно присутствует!» – профессионально оценил я работу преследователей. По тому, как пираты загоняют моряков и прижимают их к отвесной скале, не давая обойти ее, было видно: подобный опыт у них был.

«О, один отошел, обходит кусты, другие его не видят!» – быстро оценил я ситуацию. Вскинув винтовку, произвел выстрел, целясь в голую грудь, перетянутую ремнями разгрузки.

Пронаблюдав, как пират молча падает от попадания в сердце, я перевел прицел на других пиратов и стал отслеживать их перемещение. Пропажу одного из своих они заметили не сразу.

«Ну ладно, нечего тянуть», – решил я.

Пираты уже вошли в ту зону, где укрыться от моего огня не было никакой возможности, да и наблюдать мне уже надоело. Поэтому, наведя перекрестья на замыкающего, я нажал на спусковой крючок и так, переводя ствол винтовки с одного на другого, перестрелял всех, только второго, судя по виду, командира, я ранил в плечо, выбив из рук автомат.

Вскочив, рванул рваным зигзагом к пиратам, держа их на прицеле. Раненый, когда я подбежал ближе, начал отходить от шока и уже шарил глазами вокруг в поисках автомата, зажимая рану рукой.

– Куда?! Н-на, ка-азел! – выбил я у него из рук подобранный автомат и следующим ударом по голове отправил в нокаут.

Быстро достав пистолет, прошелся и сделал контроль, убрав подранков. После чего стал собирать оружие, складывая его в кучу.

– Ну, и долго вы еще будете прятаться? – спросил я по-русски, не оборачиваясь к кустам.

То, что там кто-то скрывается и наблюдает за мной, я уже понял, поэтому и начал первым, чтобы не тянуть время.

– Так это же Артур Александров! – послышался изумленный выдох, едва слышный из кустов.

Покрутившись на месте, чтобы меня можно было разглядеть получше, я принял позу фотомодели перед съемкой, уткнув приклад винтовки в бедро, и сказал:

– Можете выходить, плохие наказаны. И кстати… а они кто?

Из кустов показались Славик-радист и боцман, который настороженно наблюдал за мной.

В отличие от боцмана, Слава сразу подошел ко мне и поручкался, здороваясь.

– Классно ты их. Охотой занимался? – спросил он сразу же.

– Ага, – кивнул я. Не объяснять же ему, что охотился в основном на людей.

– Вы вооружайтесь пока, а то вдруг другие подойдут. Автомат не трогайте… не трогайте, говорю, это мой трофей и никому я его не отдам, – сказал я, заметив, что боцман подошел к отдельно лежащему новенькому семьдесят четвертому «калашу» и попытался его поднять вместе со старой десантной разгрузкой.

– Вы всегда стреляете в незнакомых людей? – спросил меня боцман, застегивая пояс с обоймами для бельгийской винтовки, которую уже повесил на плечо.

– А что, вы против?

– Да нет. Вы все сделали правильно.

– И, между прочим, второй раз вас спасаю, где благодарность?! – спросил я, возводя глаза к небу и говоря: – И этих людей я спасал, ну никакой благодарности!

Смутившийся боцман поблагодарил меня, как и Славик, который никак не мог выбрать, взять карабин или дробовик.

– Бери карабин, у него дальность поболее, – посоветовал я мучившемуся радисту.

В это время главарь начал приходить в себя, застонав.

– О, и этот чудик очнулся, сейчас его поспрашиваем. А пока объясните мне, что вообще происходит? Слава, давай ты.

Почесав затылок, радист объяснил, что с ними произошло и как они сюда попали.

Все оказалось проще некуда.

Шторм прибил их к острову, но, в отличие от меня, их кинуло на мель, где они напоролись на риф, когда ураган стал проходить. До предела облегчив судно, они сняли буксир с рифа и, подведя пластырь на место пробоины, как-то сумели доползти до бухты, где обнаружили лежащую на боку, метрах в пятидесяти от берега, большую океанскую яхту с площадкой для вертолета и пришвартованное к ней небольшое судно, которое оказалось пиратским. Пираты, понятное дело, не собирались оставлять свидетелей и, расчехлив небольшую пушку на носу, открыли по буксиру огонь.

– Нам сразу пластырь сорвало, и вода пошла в машинное отделение. Старпом повернул штурвал к берегу. Едва успели доползти. В берег ткнулись на оставшейся скорости, уже когда корма стала скрываться под водой…

Дальше под непрерывным орудийным огнем они и смогли уйти в ближайшие мангровые заросли деревьев, теряя на ходу людей.

– …четверых потеряли. И Марину Васильевну убили, когда по пляжу бежали, – вздохнул Слава.

– Какие-то у вас прям мексиканские страсти. Пираты, бой, погибающее судно, жертвы пиратов, – покачал я головой сочувствующе.

– Вы издеваетесь? – спросил меня боцман, нахмурив брови.

– Да ни дай боже, – сразу же открестился я. – Просто сочувствие проявляю. И кстати, пора нам спросить, кто они и сколько их, – добавил я, доставая нож и склоняясь над главарем.

– Ну что, болезный, плечико бо-бо? – спросил я у главаря, который тупо смотрел на меня, явно пребывая в болевом шоке.

– Ум-м-м! – замычал он, получив пинок по ране.

– Не хочет говорить, – развел я руками, поворачиваясь к морякам.

– Раненый он, из-за этого не может, – ответил боцман, посмотрев на нож в моей руке.

Мельком глянув на нож, я убрал его в ножны и, посмотрев на оставшееся оружие, предложил:

– А почему бы вам не сходить за остальными, пока я вас тут жду?

– Да, надо привести остальных, – согласно кивнул боцман и добавил, повернувшись к Славику: – Беги к Владимировичу, объяснишь ситуацию.

– Ну, вообще-то я рассчитывал, что вы пойдете оба, – мягко намекнул я.

– Я останусь, Слава сходит, – достаточно твердо ответил боцман.

Мне пришлось только развести руками, подумав: «Ну как хочешь, сам напросился!»

Помахав вслед быстро уходящему Славику и бросив на боцмана быстрый взгляд, только покачал головой. «Вот служака подозрительный, все он хочет под контролем держать!» – подумал я беззлобно.

– Приступим к допросу, – сказал я, улыбнувшись боцману самой доброй улыбкой.

Боцман на это только пожал плечами, подходя поближе. Он явно сам хотел допрашивать. Сделав шаг назад, я предоставил ему эту возможность, напомнив:

– Он быстро истекает кровью, нужно торопиться.

«Боцман явно никогда не был в подобных ситуациях, вон как морщится. О, он что, его перевязывать собрался?!»

– Извините, как вас, а то запамятовал? – спросил я.

– Кирилл Васильевич, – хмуро сказал боцман, явно не испытывая радости от попытки допроса.

Возведя очи к небу, вздохнув, я сказал, отодвигая его в сторону:

– Кирилл Васильевич, я тут с вами уснуть успею, пока вы что-то сможете сделать. Запомните, в экстремальных ситуациях нужен экспресс-допрос. Смотрите и учитесь.

Когда толпа народу из десятка моряков показалась из-за леска и стала приближаться к нам, я мыл свой нож, поливая его из фляги, а боцман травил в кустах, как зеленый матрос при крупной волне.

– Добрый день, Олег Владимирович, я смотрю, мы с вами постоянно встречаемся? – сказал я, вытирая нож тряпочкой, срезанной с одежды одного из убитых.

– И не первый раз ты спасаешь нас. Здравствуй, – ответил мне старпом, устало присаживаясь рядом. Меня сразу же захлестнула волна моряков, все хотели со мной поздороваться.

– Вот-вот… Привет, Серег… У меня даже появилась странная мысль… И тебе, Киря, не хворать… Снова помогу вам, и мы опять встретимся, – сказал я, поздоровавшись с последним.

– Сплюнь. Мы, моряки, народ суеверный.

– Ага, я уже понял. Особенно когда боцман стал крестить себя и приговаривать: «Спаси и сохрани».

– Боцман?! Да он же неверующий!

– Станешь тут… – сказал подходящий от кустов бледный боцман.

Я моментом сделал ангельское выражение лица после его слов.

– Что ты имеешь в виду? – сразу же залюбопытничал старпом.

– Видишь тело, прикрытое курткой?

– Это около которого Игорь стоит? – спросил старпом.

– Да, так ты сходи и курточку-то приподними, – посоветовал боцман.

Старпом не поленился, сходил. Несколько секунд разглядывая труп под курткой, потом опустил ее и вернулся к нам.

– Мертв, при перерезанном горле, точно мертв, – пожал он плечами, сказав очевидное.

– Вот-вот, а вы видели, как он допрашивал этого беднягу? Нож вгонял в живот почти до конца.

– Олег Владимирович, давайте уж расставим все точки над То, что было, называется экстремальный допрос, и меня ему учили в соответствующих службах, уж поверьте, учили хорошо. Так что все ваши слова, что нельзя и что можно, оставьте при себе.

– Хм, как-то это необычно, но хорошо, я вас понял.

– Вот и отлично. А то, честно говоря, меня уже заколебали, то нельзя, этого нельзя, слышать уже не могу.

– Я понял. Но может, вы все-таки поведаете нам, что вам сообщил этот, хм, человек.

– Все что знал, он рассказал.

– Мы слушаем… Геннадий, подойди, – окликнул третьего помощника старпом.

Геннадий, придерживая раненую руку, направился к нам от тел бандитов, где дележ оружия шел полным ходом. Как я заметил, его давали тем, кто умел им пользоваться, даже отобрали карабин у Славика.

– Начинайте сначала, – попросил старпом, когда третий помощник, тряхнув своей рыжей шевелюрой, присел рядом.

– Хорошо, – пожал я плечами и начал: – Патрик Сторм, первый помощник рыболовного траулера «Святая Анна». Это пиратское судно, хотя они себя называют «морские волки», уже второй год безобразничает в этих водах.

– И их до сих пор не обнаружили? – недоверчиво спросил боцман.

– Если бы вы не отошли в кусты «отдохнуть», то слышали бы ответ на этот вопрос. Чтобы о них узнали, нужны были свидетели, а они их не оставляли.

– Понятно, давайте дальше, – сказал старпом.

– Экипаж судна тридцать два человека. Командует ими капитан Вольф, тот еще отморозок и садист, и команду он подобрал соответствующую. В общем, ураган они встретили под прикрытием одного из островов, встав с подветренного берега, но вал-гигант сорвал их с якоря и унес в открытое море. Со стихией они справились без особых проблем для себя, и когда вошли в бухту этого острова, то обнаружили большую яхту, выкинутую на мель. Посчитав это удачей, они взяли ее на абордаж, уничтожив как команду, так и хозяина. Кстати, знаете, кто хозяин? Арабский шейх, и на судне был его гарем. Представляете, как там сейчас весело?

– М-да, – покачал головой старпом, остальные присутствующие согласились с ним.

Заметив, что нас окружили все моряки, прислушиваясь к моему рассказу, то я сразу же разогнал их по местам, пусть бдят, а то еще врасплох застанут.

– Так что у нас есть возможность для нападения, пока пираты заняты, – дал я намек. Да и, честно говоря, свалить отсюда уже охота, так почему бы для этого не воспользоваться судном пиратов?

Сперва я спросил, кто будет за командира. Все единодушно указали на старпома, на что я пожал плечами. Ну на самом деле, не мне же командовать-то?

К моему удивлению, Олег Владимирович назначил своим заместителем меня. Что меня озадачило, так это то, что формировать боевые группы старпом велел боцману.

«Ну, блин, они мне навоюют!» – сердито думал я, разбирая для чистки винтовку. Трофейный автомат я отдал Сереге Коломийцеву, бывшему бойцу ДШБР, который по сравнению с остальными был более или менее подготовлен.

Мы с Серегой сидели отдельно от остальных и занимались чисткой оружия, слушая дебаты моряков, временами переходящие в спор. Старпом больно-то в спор не вмешивался, но иногда вставлял фразы для поддержания разговора, а так больше слушал, изредка бросая на меня вопросительные взгляды. Он понимал, что план у меня есть, но пока молчал, не спрашивал, ожидая, чем закончится совет из собранных офицеров.

– Жаль, подствольника нет, я из него в десяточку попадаю, – сказал Серега, с щелчком вставляя на место затвор.

Что-что, а с ним мне было проще всего. Серега сразу принял мое командование над собой, то ли почуяв, то ли уловив мой взгляд, которым я обычно еще в той жизни смотрел на бойцов, прежде чем что-то скомандовать. Так что напарник у меня уже был, и сейчас я присматривался к нему, составляя психологический портрет и решая, можно ли на него положиться в бою или нет.

 

В это время офицеры «Абхазии», к которым присоединился даже неприметный старший механик Власов, начали приходить к единому мнению. Они решили вплавь добраться до судна пиратов, пришвартованного к яхте, и захватить его. И все это под прикрытием товарищей с берега. Их рассуждения прервал мой гомерический смех. Всхлипывая от смеха, я пояснил повернувшимся в мою сторону морякам.

– Ни хрена у вас не получится, коммандосы недоделанные. Вообще кто-нибудь знает, как штурмовать суда и освобождать заложников?

Заметив, как прояснилось лицо Геннадия и как он начал поднимать руку, я быстро сказал:

– Конечно, то, что показывают в фильмах и печатают в книгах – интересно, но имеет мало общего с реальностью.

Третий помощник сразу же опустил руку со смущенным видом.

– Кто-нибудь еще? – переспросил я.

– Если у тебя, Артур, есть какое-нибудь дельное предложение, так ты скажи, мы послушаем.

– Ну как я считаю, штурмовать – это глупость. Нужно выманить их с судна и перебить. Все просто, – невозмутимо пояснил я, набивая обойму винтовки патронами.

– Кхм, действительно просто, но как их выманить? Есть идеи? – спросил меня старпом под одобрительные возгласы офицеров.

– А как же! – ответил я с улыбкой. Мне как-то генерал сказал, что у меня располагающая улыбка, с тех пор старался скалиться почаще, чтобы люди не поняли, какой я есть в действительности.

Осмотрев ребят, которых боцман выбрал для предстоящего боя, вынужден был признать, что он справился с этим. Вооружить мы смогли всех, правда, большинство пистолетами. Обращаться с ними умели все, и мне пришлось сбегать на вершину за своими вещами. Как оказалось, возможностью иметь оружие дома пользовалось много народу в Союзе, и некоторые моряки не были исключением.

– Эх, у меня дома СКС остался пристрелянный, с оптикой, – простонал дядя Женя, один из палубных матросов, вертя в руках полицейский дробовик, который я ему отдал. МП-5 я вручил старпому, пусть будет в резерве с ним.

– Ну что, морская пехота, идем воевать? – спросил я у шестерых увешанных оружием моряков, которые с воинственным видом строились в шеренгу.

– Не насмешничай. Лучше встань в строй! – скомандовал старпом.

«Ну в строй так в строй, что я буду с командиром спорить?» – подумал я и спросил, сдвинув панамку на затылок:

– А куда мне? Если по росту, так Газеев меньше, если по возрасту, так мне тут делать нечего.

– Марш в строй! – рявкнул старпом, на что я моментально оказался впереди строя, потеснив высокого Коломийцева.

– Если бы не твое умение стрелять, я бы тебя тут оставил, – пробурчал он.

– Так мы идем, или до вечера тут разговоры водить будем? – все-таки не удержался я, так как наш кок в это время приподняла крышку моего котелка и стала помешивать суп, который приготовила для тех, кто не идет с нами. А так как мы собрались, так сказать, воевать и возможность получить пулю в живот была не исключена, то старпом запретил есть до боя, так что мне надоело сглатывать голодную слюну, и я сделал предложение, с которым все согласились.

– Вперед, – скомандовал Олег Владимирович и возглавил строй.

– Ну, что не так? – спросил он у меня, услышав недовольное бормотание.

– Да все не так. Где охранение передовой? Почему не выслали разведку по пути нашего движения?

– Кхм, твои предложения?

– Мы с Серегой идем впереди, вы же, отстав на сотню метров, следуете за нами.

– Хорошо, так и поступим, – немного подумав, ответил старпом.

И вот теперь я топаю впереди семерых «отморозков», идущих освобождать заложников и захватывать судно.

«Интересно, это только у русских в крови защищать слабых? Или кто-то еще может похвастаться подобным поведением?» – размышлял я, осторожно шагая справа от следов пиратов.

До яхты мы дошли за два-три часа, причем по проторенному пути.

Я невольно с уважением подумал о моряках, это же надо, с ранеными на руках (это про Геннадия) и с женщиной они за пару часов смогли пройти почти до вершины. Сильны.

Отодвинув ветку чуть в сторону, чтобы не выдать своего присутствия, я всмотрелся в суда, находящиеся метрах в трехстах от нас.

– Ну что, мы начинаем? – спросил старпом, рассматривая яхту в бинокль.

Я посмотрел, как из кустов выходят два наших моряка и бегут к судам, всем своим видом выражая радость, что встретили живых людей.

– Напомню, я был против подобного привлечения внимания, – на всякий случай озвучил я, примериваясь к прицелу.

Оборудование своей позиции по всем правилам заняло у меня полчаса, так что к бою я был готов. Поэтому то, что старпом пристроился рядом, демаскируя меня, мне очень не понравилось, но менять лежку было уже поздно, хотя я и оборудовал две запасные позиции.

– Олег Владимирович, да уберите вы голову, демаскируете ведь, – наконец не выдержал я такого издевательства.

– Вот так?

– Угу, еще жопу спрятать, так совсем… хорошо будет, – пробурчал я себе под нос, но старпому сказал погромче: – Вы отползите за то дерево и укройтесь за ним.

– Но я же оттуда не буду видеть бандитов! – озадаченно сказал он, прикинув расстояние до дерева.

– Вот и хорошо, главное – они вас не увидят, если что будет, я вам скажу, – ответил я и приготовился. Парни уже были недалеко от яхты и лодки, лежащей на берегу.

План старпома, на мой взгляд, был так себе, на мое высказывание они ответили, мол, знают, что делают. Взрослые дяди, мать их, совсем детей не слушают!

По плану пара моряков изображают из себя потерпевших кораблекрушение, завидя яхту и людей на рядом расположенном судне, бросаются к ним, радостно крича, чтобы привлечь больше внимания. Возможность свалить для храбрецов, если пираты вдруг начнут стрелять, не сходя на берег, это мангровые деревья, растущие близко от кромки воды, так что спрятаться – дело пары секунд. Мое высказывание, что пули быстрее, было проигнорировано.

– Есть! – сказал я вслух.

– Что там? – немедленно отреагировал старпом, высовываясь из-за дерева.

– Двое на пиратском мостике показались.

– Ага, хорошо, а что наши? – поинтересовался старпом.

– А что наши? Что-то кричат, руками машут. А-а-а, ветер слова относит, вот они жестами и общаются. О, еще один показался… похоже, капитан.

Я с интересом наблюдал за переговорами пиратов и наших моряков, обдумывая возможную реакцию пиратов на потерпевших кораблекрушение. По моему мнению, капитан должен был задуматься, что где двое-трое, там могут быть и остальные, а ведь свидетели им не нужны.

– О, все. Пираты поверили, что неподалеку есть еще пострадавшие. Ой, не могу, один из них взял медицинский чемоданчик, – фыркнул я.

– Ну им же нужно показать как-то, что они идут помогать, – с сомнением сказал старпом.

– Ну да… о, лодку подтянули к судну, она у них под кормой бултыхалась.

– Сколько их, видишь?

– Не, не вижу, они лодку за противоположный борт увели.

– Сколько сейчас пиратов на палубе?

– Да с десяток уже собралось, других не видно, – ответил я, продолжая разглядывать пиратский траулер.

– Будем надеяться, что они поверят Михалычу и пойдут в «лагерь» к «выжившим», – с надеждой сказал Олег Владимирович.

– Лодка появилась, – пробормотал я, внимательно «просеивая» пассажиров лодки.

– Сколько?

– Вроде одиннадцать, полная она.

– Что там дальше? К берегу подошли?

– Да уже носом ткнулись… ага, правильно, их одиннадцать, – ответил я, быстро пробежавшись по пиратам. Кстати, одеты они были в одежду рыбаков, явно стараясь показать себя настоящими рыболовами.

– Все, сошлись. Михалыч все пальцем тычет в сторону «лагеря». Зря, кстати, могут грохнуть его, самим дойти до «выживших» не проблема. Все идут в сторону «лагеря», – закончил я, заметив, что вся орава «рыболовов» следует за нашими моряками.

– У того, что с усами, под плащом автомат, у остальных, похоже, просто пистолеты. Плохо видно, их куртки закрывают.

– Понял. Ну все, я к нашим, – быстро сказал старпом и зашуршал травой, уползая.

Засада для «спасателей», организованная старпомом, была мной немного переработана и дополнена, а то перестреляли бы друг друга.

По плану товарищей офицеров, бандиты, которых вели наши Сусанины, должны были пройти по небольшой полянке, где на опушке засели наши стрелки, далее в течение скоротечного боя они должны были перестрелять пиратов.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61 
Рейтинг@Mail.ru