banner
banner
banner
полная версияДело Неваляева

Владимир Алексеевич Колганов
Дело Неваляева

Глава 13. Генеральский гамбит

На следующий день её машину подрезали, когда направлялась на работу. «Ничего нового, действуют словно по шаблону. Очередное дежавю!» Предложили пересесть в минивэн с тонированными стёклами и повезли. Через полчаса Элен оказалась на конспиративной квартире ФСБ. На этот раз не пришлось настаивать на встрече с генералом, мол, хоть убейте, не стану говорить ни с майором, ни с полковником, только директору ФСБ готова выложить всю правду.

А вот и он, собственной персоной.

– Наконец-то мы встретились, Элен. Жаль, что это случилось немного поздновато, теперь вам не позавидуешь. Однако не всё ещё потеряно, многое можно исправить. Вы как считаете?

В приличном обществе не принято отвечать вопросом на вопрос, однако Элен выбрала другую тактику:

– Жосса вам удалось завербовать?

Генерал немного ошарашен. Следовало бы сказать, что только он здесь задаёт вопросы, но почему-то помимо своей воли произнёс:

– Это тут причём?

«Один ноль в мою пользу!»

– Значит, вам не удалось. А жаль…

– Так против него не было никаких улик. К тому же у нас с Моссад договор о взаимной выдаче провалившихся агентов. Я вообще не понимаю, зачем вы его нам подсунули.

– Если бы Жосс работал на вас, могли бы много интересного узнать.

– Ну, это из области фантастики!.. А что конкретно?

– Конкретно он мог бы сообщить, что небезызвестный Влад передавал на Запад информацию. Прежде всего, о планах развития нашей нефтегазовой отрасли и тактике «Газтрона», «Росмальты» и других компаний на международном рынке.

– Ну, это вряд ли. Этот Влад, как вы его называете, по своему статусу не мог участвовать в совещаниях по стратегическим вопросам. И вряд ли он с руководителями этих фирм на дружеской ноге.

– Зато такими возможностями обладает Идельсон, а если учесть, что Влад давно уже стал его доверенным лицом… В общем, выводы делайте сами.

Генерал всё больше нервничал:

– Нет, я всё же не могу понять, откуда у вас такие сведения.

– Всё очень просто. Тогда, в Париже, Жосс наделал множество ошибок, и вот недавно мы случайно встретились в Литве, куда я ездила отдохнуть.

– Не самое подходящее время для отдыха.

– Мне нравится Прибалтика даже в феврале.

– Допустим. И что же, он сразу поведал вам все тайны мадридского двора?

– А что ему оставалось делать? Я бы нашла возможность сообщить о его проделках руководству Моссад.

– Так, и что он рассказал?

– Во-первых, сообщил о финансовых счетах Фронта Неваляева в Европе и в России. Во-вторых, о том, сколько денег уходит в регионы.

– Ну, это пустяки! Мы и так всё знаем.

– Увы, ваши аналитики не обратили внимания на то, что в некоторые города поступает больше денег, чем тамошние отделения Фронта могут переварить.

– Ну да, всё так! Но я уже отправил в отставку начальника аналитического отдела. Если это всё…

– Не торопитесь подводить итоги, генерал. Вы, наверное, знаете, что Израиль разрабатывает газовые месторождения на средиземноморском шельфе и мечтает стать одним из ведущих игроков на рынке. Поэтому готов заплатить любые деньги за информацию о стратегических намерениях России. Вот в этом направлении и работал Жосс, а Влад стал его «источником».

– Что ж, звучит вполне правдоподобно.

– И вот в связи с этим у меня есть конкретное предложение.

Генерал сделал знак рукой, не желая больше слушать – словно бы затыкал ей рот:

– Прежде мы должны убедиться в том, что вы не врёте. Такие сведения редко попадают в руки даже опытным разведчикам, а тут… В общем, придётся вас проверить на «детекторе лжи». Надеюсь, возражений нет?

– Да ради бога!

В Швейцарии у неё уже был подобный опыт, и тогда всё прошло как по маслу, без проблем. Только держаться надо нагло и быть уверенной в своей правоте.

Генерал предложил пройти в другую комнату, Элен усадили в кресло, подсоединили кучу датчиков, и началось!

– Вы родились в России?

– Да.

– Ваш муж сидит в тюрьме по обвинению в коррупции?

– Да.

– Вы хотите его освободить от наказания?

– Да.

У Элен мелькнула мысль: «Всё словно под копирку, именно такие вопросы задавал мне Жосс в той деревушке, что в предгорьях Альп». Но затем пошли более сложные вопросы:

– Вы работаете на СВР?

– Три года назад работала, а теперь…

– Отвечайте только «да» или «нет».

– Нет.

– Вы работаете на Жосса?

– Нет.

– Глава СВР предлагал вам работать против ФСБ?

«Ну вот, их последний разговор подслушали! Так что же отвечать?»

– Не знаю.

– Отвечайте только «да» или «нет».

– Но я в самом деле не могу понять! Он предложил участвовать в альтернативном расследовании деятельности Влада, но я не думаю, что это было направлено против ФСБ.

По лицу генерала было видно, что он разочарован – эту «девку» так и не удалось прижать.

– Ладно! Этого достаточно.

Вернулись в кабинет, и вот они опять наедине:

– Что же вы хотели предложить?

Элен сделала вид, что не вполне пришла в себя после допроса:

– Вы о чём?.. Ах, да! Я предлагаю вам игру.

– Это ещё что такое?

– Не знаю, как это звучит на профессиональном языке… В общем, можно использовать Влада для того, чтобы передавать Жоссу ложные сведения. По теме, которая так интересует правительство Израиля.

Генерал, не сдержавшись, фыркнул:

– То же мне, советчица! Да неужели считаете, что мы такую возможность не имеем в виду?

– Тут дело вот в чём. Жосс мне говорил, что Влад люто ненавидит Россию, вроде бы несколько человек из его родни были депортированы в Сибирь после войны и там погибли.

– Ах так! Это меняет дело. Тогда на вербовку он точно не пойдёт, – затем пробурчал себе под нос: – И что же делать?

Возникла пауза. Генерал встал и теперь ходил взад-вперёд по комнате. Элен стало его жаль – у главы ФСБ и так забот полон рот, а тут ещё проблема с этим Владом…

– А если подключить к делу Идельсона?

Генерал поднял брови и взглянул на Элен, словно не веря тому, что слышит. Если согласится, тогда сработает домашняя заготовка – Идельсон не станет активно работать против родины предков и рано или поздно попадёт в ловушку: либо скомпрометирует себя в глазах ФСБ, снабжая Влада правдивой информацией, и в результате полностью утратит доверие власть имущих, либо Влад обнаружит, что ему сливают дэзу, и тогда… Тогда он сдаст Идельсона эфэсбэшникам со всеми потрохами, сообщив, что тот является тайным спонсором Фронта Неваляева. И то, и другое Элен вполне устроит. А уж Егор как будет рад!

Глава 14. Дело было вечером

Неделя прошла относительно спокойно. Двойника ещё так и не нашли, а в ФСБ Элен не приглашали – видимо, разрабатывали планы, как им поступить в столь неординарной ситуации: то ли махнуть рукой на эту сумасбродку, то ли прислушаться к её рекомендациям. А пока шёл «мозговой штурм» и продолжались неизбежные согласования Элен получила возможность немного отвлечься от всех этих заморочек, да и начальство в мягкой форме высказывало недовольство её частыми отлучками. Но где ещё найдёшь такую ценную сотрудницу? Вот и теперь приехали представители крупной фирмы из Великобритании. Кто кроме Элен их «ублажит» и сможет вытянуть те сведения, которые позволят заключить выгодную сделку?

Элен сразу приметила одного из фирмачей, звали его Ричард. Мужчина средних лет с довольно привлекательной внешностью, во время переговоров он в основном молчал, только иногда что-то нашёптывал главе делегации – по губам Элен определила, что советует «не верить этим русским». А через пару дней направились в ночной клуб – то ли англичан потянуло поглазеть на здешних гёрлс, то ли намеревались таким образом оценить уровень развития цивилизации в России. В общем, мило проводили время прихлёбывая разбавленное виски, но тут Ричард пригласил Элен на танец. Что ж, она не вправе отказать, хотя предпочла бы продолжить беседу за столом.

И вот после нескольких ничего не значащих фраз Ричард задал ей вопрос:

– Я слышал, вы бывали в Париже.

– Да, несколько лет назад.

– Понравилось?

– О, да!

– Ездили по делам вашей фирмы?

Элен насторожилась. Тут врать опасно, всё можно проверить, поэтому ответила вопросом на вопрос:

– С чего вы взяли?

А Ричард, криво усмехаясь, продолжал «допрос»:

– Ага, я понял, вы работали на СВР.

«Похоже, так просто не отвертишься – Ричард наверняка осведомлён о событиях трёхлетней давности, и в этой ситуации грубая ложь уж точно не пройдёт, а вот нечто похожее на правду… это, может быть, прокатит».

– Что это вы себе вообразили? Я всего лишь выполняла частный заказ.

– Но вот что странно, в это же время там оказались агенты СВР и ГРУ.

– Это вопрос к заказчику, а я тут ни при чём.

– Допустим. И всё же, почему именно вас туда послали?

– Ну, потому что я владею несколькими европейскими языками. И ещё… – тут Элен лукаво подмигнула, как бы демонстрируя готовность к более тесному общению. – Ещё я умею ладить с нужными людьми. Надеюсь, и вы скоро в этом убедитесь.

Такой ответ Ричарду явно не понравился – слишком уверенно Элен держалась, и тактика кавалерийского наскока не сработала. Поэтому, не переставая улыбаться, счёл за благо закончить этот разговор:

– Нет уж, леди! Оставьте ваши штучки, меня этим не проймёшь. И не таких видали!

Собственно говоря, Элен могла отреагировать на его коварные намёки точно так же, но дать волю чувствам в подобной ситуации – это равнозначно признанию собственного поражения в только-только начавшейся игре.

Позже Элен проанализировала этот разговор и сделала такой вывод: скорее всего, столь незамысловатым способом агент МИ-6 надеялся её завербовать. Но что же будет дальше? Какой интерес может быть у англичан к очаровательной даме, которая ради спасения своего мужа вынуждена время от времени сотрудничать со спецслужбами?

 

Долго ждать не пришлось. На следующий день продолжались переговоры с фирмачами, но в перерыве Ричард улучил минуту, когда рядом с Элен не было никого, подошёл и тихо прошептал, почти не разжимая губ:

– Вам привет от полковника Переса.

«И как это понимать? То ли новая попытка шантажа, то ли Пересу понадобилась моя помощь. Но это маловероятно. А вот то, что Перес стал полковником не без моего участия, это неоспоримый факт. И то, что случилось в Цюрихе, ему не помешало, поэтому не должен на меня сердиться за то, что всё пошло не так, как он предполагал». Ричард ещё что-то говорил, теперь уже в полный голос, поскольку речь шла о переговорах и о планах на ближайший вечер. Слушая краем уха эту болтовню, Элен тем временем перенеслась мыслями в Париж и, зная характер и образ мыслей Переса, попыталась словно бы проникнуть в его мозг: «Что для него самое важное? Прежде всего, забота о семье. Примерный семьянин, он даже не сделал ни одной попытки приударить за красивой иностранкой. Деньги тоже его не интересуют – в наших отношениях и намёка не было на это. Так что же у него случилось? Британцы на чём-то прижали и заставили выложить всё, что их могло заинтересовать? Это вряд ли. Скорее всего, французы и британцы разработали какой-то дерзкий план, направленный против России, однако не могут его реализовать без моей помощи. Догадываются о моих связях в спецслужбах, возможно, знают, что муж пострадал от нынешних властей, поэтому сделали ставку на меня. Впрочем, ставка – это слишком громко сказано, а вот какую роль предложат, это очень интересно! Ну а вчерашний допрос, нет, скорее провокация, которую устроил Ричард, это лишь проверка, и судя по тому, что он сослался на Переса, и тот экзамен сдан мною на отлично».

Вечером фирмачи отдыхали после вчерашней пьянки, а Ричард пригласил Элен совершить прогулку по Москве – якобы он впервые здесь, хотел бы пройтись по переулкам Пречистенки, по Старому Арбату, а без провожатой тут никак не обойтись. Элен всё ждала, когда он продолжит вчерашний разговор. И дождалась.

– Элен, насколько я знаю, вам удалось отыскать свидетельства того, что Идельсон не вполне легальным путём стал одним из богатейших предпринимателей страны. И более того, у вас в руках были доказательства того, что он выводил капиталы за рубеж через подконтрольный банк. Прежде никому не удавалось добыть такие сведения, и ваш талант разведчицы и аналитика вызывает восхищение! – затем покачал головой, словно бы выражая сожаление: – Но вы сделали ставку не на того, поскольку Идельсон не входит в ближний круг нынешнего президента. Что толку от него? Вот если бы нашли компромат на главу «Газтрона»…

– Зачем мне это?

– Плиннер очень влиятельный человек, часто бывает в Кремле, обсуждая проблемы нефтегазовой отрасли. Если его как следует прижать, он мог бы поспособствовать досрочному освобождению Егора.

«Всё-то он знает, даже про Егора, и очень ловко перевёл разговор на Плиннера. Однако эта связь кажется слегка надуманной, да и попытка шантажа здесь явно не сработает».

– Ричард! Вы плохо себе представляете, как делается политика в России. Как бы ни был замазан Плиннер, из любой катавасии он выйдет без потерь, а пострадают в итоге совсем другие люди. Вот и с Идельсоном у меня ничего не получилось.

– Всё потому, что вы действовали в одиночку. А мы готовы предоставить вам информационную поддержку. Представьте, что крупнейшие мировые СМИ опубликуют добытый вами компромат. Тогда стоимость акций его компании рухнет ниже плинтуса, и всё! Был олигарх, и больше нет его.

Элен только теперь догадалась, к чему он клонит, то есть как собирается использовать такую ситуацию. Неужели замахнулись на «Северный поток-2»? Газопровод ещё не достроен, а если репутация «Газтрона» пострадает, тогда брюссельские крючкотворы найдут повод, чтобы запретить экспорт газа из России в Европу. Ну можно ли сотрудничать с компанией, если её глава по уши погряз в криминальном бизнесе или превышает служебные полномочия в корыстных интересах?! Это в том случае, если он и впрямь замешан в незаконных сделках.

Можно было бы сразу отказать или свести всё к шутке, но тогда не удастся узнать, кто разработал этот план. А если подыграть Ричарду, то при благополучном исходе намечавшейся игры у Элен в руках будет убойный аргумент, чтобы настаивать на досрочном освобождении Егора из тюрьмы.

– Ну что ж, пожалуй, дело того стоит. Но я не уверена, что на главу «Газтрона» можно найти какой-то компромат.

– Вы постарайтесь, а мы вам поможем, если будут трудности. Так что, значит, по рукам?

Вечером Элен покопалась в интернете, и вот какой составила портрет. Плиннер трусоват, поэтому сомнительных сделок избегает. Интересуется только футболом и чистокровными жеребчиками – футбол спонсирует за счёт компании, а за жеребцов выкладывает собственный деньги. Ну и что с того, что сотни миллионов евро тратит на любимую команду, зато в госбюджет отчисляет миллиарды. И что с того, что пытается рулить в российской премьер-лиге? Так ведь любой хозяин клуба сделал бы точно так же, имей он столь внушительный капитал в своём распоряжении. То есть всё по-честному, не подкопаешься! И уж, конечно, не имеет никакого отношения к криминалу приобретение Плиннером квартиры за миллиард рублей в элитном комплексе «Гранатный палас» недалеко от Патриарших.

Гораздо больше её заинтересовали дрязги между тремя воротилами нефтегазового бизнеса, их борьба за то, что природа сотворила в недрах Западной Сибири. Да за такой кусок сладкого пирога готовы глотки перегрызть один другому, если бы только это помогло! Чаусов был на ножах с Плиннером, а Моня Идельсон метался между ними – то сблизится с одним, то станет играть на стороне другого. И ещё Элен обратила внимание на фигуру Эдуарда Кондакова – прежде он работал в компании Мони, а теперь стал вторым человеком в фирме Плиннера. Возможно, целит на его место, а ведь отставка нынешнего лидера была бы вполне логична и оправданна – уж очень много разговоров про его увлечения футболом и жеребчиками, а это не способствует улучшению имиджа компании.

Интуиция подсказывала, что именно Кондаков может стать ключевой фигурой в её игре. Но как выйти на него? К Моне за содействием не обратишься, спросит: «А тебе это зачем?» Чаусову тоже ни к чему знать о её намерениях. На помощь снова пришёл интернет – Элен выяснила, что Кондаков является одним из руководителей Российского футбольного союза. Это уже кое-что! А дело в том, что Егор тоже увлекался футболом, болел за московское «Динамо» и в хоккее, а свои предпочтения объяснял тем, что в недавние времена это были ведомственные команды под эгидой МВД и КГБ. От этого и нужно плясать.

При следующей встрече Егор посоветовал, к кому можно обратиться, чтобы Элен устроили встречу с Кондаковым. Отставной генерал ФСБ, когда-то возглавлявший футбольный клуб «Динамо», охотно согласился поболтать с журналисткой, ответить на злободневные вопросы: куда катится российский футбол и почему родной клуб никак не может вернуться в футбольную элиту. Когда разговор дошёл до обсуждения политики руководства РФС, генерал не на шутку разозлился:

– Этот Эдик намерен превратить футбол в карманную игрушку для богачей, да ещё чтобы она им прибыль приносила. И так уже футболки облепили рекламой всяких иностранных фирм, остались лишь трусы, да и это ненадолго. Вы представляете, реклама какого-нибудь чизбургера на заду у футболиста. Стыдоба! Я бы Эдику и команду не доверил, а тут целый РФС.

Элен решила генералу подыграть:

– А если судить по интервью в СМИ, он белый и пушистый.

– Так эти журналюги все проплачены… Простите, к вам это не относится. Вот если бы найти такого, который решится задать ему все эти неприятные вопросы, прижать к стенке, размазать по столу…

– Ефим Петрович, я готова!

Генерал с сомнением посмотрел на Элен, затем улыбнулся:

– А что, у вас может получиться.

– Проблема в том, что до него мне не добраться. С одной стороны, солидные издания, а тут какой-то никому не известный интернет-проект под названием «Форум динамовских болельщиков».

– Ну почему неизвестный? Я иногда захожу на этот сайт, читаю… Правда, народ там собирается, я бы не сказал, что знающий. В футболе слабо разбираются, всё больше спорят ни о чём. Но я что-то отвлёкся… Да, вы про интервью… Конечно, Эдик вас пошлёт куда подальше. К сожалению, и я для него не авторитет, несмотря на генеральские погоны.

Генерал задумался, затем осмотрел Элен с головы до ног, словно бы оценивая её перспективы. А Элен уже поняла, к чему он клонит:

– Не могу же я отправить ему своё фото в бикини. Будто лежу на пляже где-нибудь в Мисхоре и только того и жду, когда на меня обратит внимание солидный обходительный мужчина с толстым кошельком.

Ефим Петрович рассмеялся.

– Ничто человеческое Эдику не чуждо. Ещё тот ходок! Однако нахрапом его не возьмёшь, уж очень осторожен, избегает случайных знакомств. Тут нужны надёжные рекомендации.

«Неужто снова обращаться к Осе? Нет, только не это!» А генерал продолжал:

– Я вот о чём подумал. В нашем ведомстве есть многотиражка, исключительно для внутреннего потребления. Так вот, я через своего приятеля, он начальник пресс-службы ФСБ, оформлю вас как внештатного корреспондента. Чекистам Эдик не сможет отказать.

– Это было бы чудесно! А у вас не будет неприятностей из-за меня?

– Где наша не пропадала! Да и потом это такие пустяки… Вы же не собираетесь его вербовать в осведомители или выпытывать служебные тайны?

«Уж это как получится». Однако постаралась успокоить генерала:

– Конечно, нет!

Глава 15. Ловушка для женатого мужчины

Генерал своё обещание сдержал – через несколько дней позвонил секретарь Кондакова и назначил время для интервью. Всё должно было произойти в офисе РФС на Народной улице. Народная улица – это символично! Футбол – народная игра, а ещё, говорят, есть народная команда. Впрочем, прежнее название, Краснохолмская улица, больше соответствует цветам национальной сборной.

В футболе Элен совсем не разбиралась, даже не знала толком, что такое вингер или латераль – накануне встречи заглянула в словарь футбольных терминов, но мало что запомнила. Пришлось поработать над макияжем в надежде хотя бы так привлечь к себе внимание функционера РФС. Но только вошла в его кабинет, как сразу поняла – этот фокус не пройдёт! Всё дело в том, что за спиной Кондакова, рядом с гербом РФС и портретом президента, висела семейная фотография, своими габаритами способная затмить любой другой предмет, находившийся в этой комнате, ну а фигуру посетителя превратить в некое подобие случайного прохожего, который по недоразумению оказался здесь, так что его шансы получить желаемое ничтожны, попросту близки к нулю. Словно бы он пришёл отобрать последние крохи у семьи, но уйдёт ни с чем, можете не сомневаться. Мало этого, на стенах висело ещё десятка три портретов и портретиков – Элен так и не поняла, то ли это фотографии сыновей, то ли любимых футболистов… В общем, менять тактику пришлось буквально на ходу. Ещё усаживаясь в кресло, Элен мысленно прикинула, как можно скорректировать тему разговора, от системы подготовки футбольной сборной плавно перейдя к семейным ценностям. Футбольный коллектив – это большая семья, а в семье, к сожалению, не без урода.

Кондаков с радостью подхватил эту тему:

– Вы правы, один шалопай вполне способен разрушить дружный коллектив. Помнится, лет сорок назад, ещё при советской власти…

Тут Кондаков ударился в воспоминания, а Элен все эти полчаса вынуждена была выражать то восхищение, то сожаление, а временами даже гнев, хотя мало что понимала из того, что говорил хозяин кабинета… В общем, Кондаков получил весьма внимательного слушателя в её лице, и это не осталось незамеченным. Внезапно, буквально на полуслове он прервал рассказ о допинговом скандале в одной из столичных команд:

– Елена Дмитриевна! А ведь работа в какой-то задрипанной многотиражке – это явно не для вас. Хотите, устрою на Матч ТВ? Я там имею немалое влияние.

Элен как-то заглянула на этот телеканал. Что ни ведущая, то красотка из Плейбоя, и что удивительно, все тамошние журналисты прилично владеют разговорным языком, то есть способны болтать в течение нескольких часов, не переставая. Так и хочется спросить: в какой оранжерее их выращивают и чем подкармливают, чтобы получить столь удивительный эффект?

– Эдуард Григорич! Вообще-то, футбол – это временное хобби. Прежде я занималась расследованием коррупционных скандалов для одного популярного издания. Но так сложились обстоятельства, что должна была уйти.

– Понимаю. Это опасная работа.

– Не столько опасная, сколько неблагодарная. Дело в том, что я печаталась под псевдонимом, а все лавры доставались главному редактору. Недавно слух прошёл, что его собираются выдвинуть на Нобелевскую премию.

 

– Да-да, я тоже слышал. Это безобразие! Вы рисковали жизнью, а он-то здесь причём? Кстати, чему было посвящено ваше последнее расследование, ну то, на котором погорели?

Вот он и заглотнул наживку! Теперь оставалось только изложить реальную историю, слегка её обкорнав, чтобы не возникло ненужных подозрений.

– Всё началось с фонда «Благо». Мне удалось узнать, что его благотворительность направлена не на сирых и убогих, но более всего способствует улучшению среды обитания некоторых весьма влиятельных персон. А за спиной этого фонда стоял некий бизнесмен, не буду называть фамилию. Прошло несколько лет, и этот прохиндей стал самым богатым жителем России.

Лицо Кондакова расплылось в улыбке:

– Так это были вы? Признаюсь, я получил огромное удовольствие, когда читал статью. Крепко вы их припечатали. Так им и надо! Одни люди добиваются богатства неустанным трудом, я вот свою семью не так уж часто вижу, во всяком случае, не каждый день, всё время в разъездах, переговоры, совещания, презентации… И вот находятся такие, которые идут обходным путём, нарушая все правила приличия. Да сколько можно их терпеть?!

– Я тоже так считала, но мне сказали: этого не тронь! Я возмутилась, и в результате осталась без работы.

Кондаков развёл руками:

– Что тут поделаешь? А жаль! Есть немало прохвостов, которые достойны вашего пера. Я имею в виду не криминальные расследования, а нарушение моральных принципов, этики, когда стремятся урвать для себя побольше, а прочим не достаётся ни шиша. Ну вот, к примеру, есть такая крупная компания «Газтрон», которая сотни миллионов евро тратит на футбольную команду. Я обеими руками за то, чтобы бизнес поддерживал футбол, однако исключительно на взаимовыгодной основе. А вот когда работяги где-нибудь в Сибири выбиваются из сил, разрабатывая новые месторождения, тратить деньги, добытые их трудом, на свою забаву… Даже не знаю, как это назвать.

Ну вот, сам вышел на нужную ей тему. Теперь только легонько подтолкнуть:

– Если бы у меня в руках был убойный материал, я нашла бы способ его опубликовать.

– Нет, это ни к чему. Пострадает имидж компании, пострадает и государство, поскольку Евросоюз получит повод, чтобы вентиль перекрыть или хотя бы ввести дополнительные санкции. Нет, публикация – не вариант!

– Но можно сделать иначе. Представьте, что компромат положат на стол президенту. Широкая общественность об этом не узнает, а выводы будут сделаны. Если как следует подать такой материал, смена главы компании станет неизбежной.

– Елена Дмитриевна! Да никто вас не пропустит к президенту. И даже на «Прямой линии» ни слова не дадут сказать.

– Это не беда. Среди моих контактов есть человек, который вхож в президентский кабинет чуть ли не в любое время дня и ночи. Понятно, что меня он не станет защищать, но если дело идёт об интересах государства…

Кондаков резко встал и подошёл к окну. Трудно скрыть реакцию на такое предложение – ему бы сейчас плясать от радости, а он стоит спиной к Элен, не желая себя выдать. Всё дело в том, что наиболее реальный кандидат на должность главы «Газтрона» – это он, и никто другой не сможет с ним на равных конкурировать. Наконец, вроде бы немного успокоился:

– Вариант очень интересный, я бы сказал, многообещающий! Но вот вопрос: могу ли я вам доверять? Не попадёт ли компромат в зарубежные СМИ, не разнесут ли его по интернету?

Трудно соблазнить женатого мужчину, но ещё труднее уломать бизнесмена, который собаку съел на подковёрных играх, тайных сговорах и наперечёт знает все способы, как въехать в рай на чужом горбу. В данном случае горб – это она. Но Элен такое сравнение нисколько не смущало, тем более что райские кущи для Кондакова пока что только в отдалённой перспективе.

– Эдуард Григорич! Как вы считаете, могли меня пригласить на работу в эфэсбэшную многотиражку, если бы не были уверены в моей лояльности и в чистоте моих намерений?

Кондаков так и не нашёл, чем возразить. Договорились встретиться через неделю, ну а Элен уже прикинула, что следует предпринять после того, как получит нужный материал. Если действовать через Чаусова, тогда пострадает Плиннер, да и то не факт, что его уволят – могут просто урезать аппетиты. А вот если ФСБ возьмёт Ричарда при получении компромата на госчиновника, которым, по сути, и является Плиннер, тогда можно надеяться на досрочное освобождение Егора. По крайней мере, Элен будет настаивать на такой договорённости прежде, чем сдаст чекистам Ричарда. Что будет с Плиннером? Ей на это наплевать!

Тем временем делегация фирмачей улетела в Лондон, однако Ричард обещал вернуться, если Элен добудет компромат. А ровно через неделю Кондаков передал Элен флэшку:

– Всё, что смог достать. Попробуйте в этом покопаться, а я не берусь. И времени нет, и не уверен, что это принесёт какой-то результат, так всё запутано.

Дома Элен проанализировала содержание флэшки. Это была документация, явно не предназначенная для предъявление аудиторам Счётной палаты. Возможно, отсюда можно было выудить какие-то корпоративные секреты, однако Элен в этом вряд ли смогла бы разобраться. В иной ситуации компромат на ещё одного олигарха можно было бы как-то использовать, однако ни ей, ни Егору это уже ни к чему. Теперь предстояло снова разыграть шахматную партию с главой ФСБ. Первую она как будто выиграла, но во второй будет посложнее – ещё никто не решался диктовать свои условия товарищам с Лубянки. Да, торг здесь не уместен. Именно диктат!

И вот новая встреча там же, где и в прошлый раз. Отличие состояло в том, что теперь в беседе участвовал и глава СВР – это было непременным условием Элен. Расчёт был на то, что в присутствии своего не менее высоко поставленного коллеги глава ФСБ будет посговорчивее. Евгений Серафимович знает возможности Элен и, судя по всему, вполне ей доверяет, так что сможет умерить пыл главного чекиста. Но поначалу тот упирался:

– Нет, Елена Дмитриевна, со мной этот номер не пройдёт! Выкладывайте, что у вас есть, и тогда будем торговаться. Я не собираюсь покупать кота в мешке.

– А кто вам сказал, что у меня что-то есть?

К этому времени Элен позаботилась о том, чтобы даже при тщательном обыске в её квартире чекисты не смогли найти следов документации, полученной от Кондакова. Ну а глава ФСБ не на шутку разозлился:

– Вздумали со мной играть? Да я сотру вас в порошок, а Егор уже никогда не выйдет из колонии! Вы этого хотите?

– Александр Василич, я могу раскрыть вам планы западных спецслужб и выдать с потрохами их агента, а вы, простите, кочевряжитесь.

Глава СВР попытался умерить страсти:

– Елена Дмитриевна, выбирайте выражения! Перед вами генерал-полковник, а вы такое себе позволяете.

– Ладно, Женя, я не в обиде, – процедил сквозь зубы директор ФСБ, с неприкрытой злобой глядя на Элен.

– Господа генералы! Поймите, мне нечего терять! Муж в тюрьме, без него и жизнь не в радость. Можете меня тоже посадить, только не вышло бы вам это боком. Ведь «Северный поток-2» пока что не достроен.

Тут оба всполошись

– При чём тут «Северный поток»? Намечается диверсия?

– Я не скажу больше ни слова, если не согласитесь на мои условия.

Возникла пауза, в точение которой оба генерала пытались сообразить, к чему может привести продолжение разговора в подобном тоне – в лучшем случае можно остаться без погон. Первым сдался глава СВР:

– Шура, резон во всём этом есть. Елена Дмитриевна по делам своей фирмы регулярно встречается с иностранцами, могла кое-что узнать, а в её способностях я уже имел возможность убедиться. Кстати, недавно к ним приезжала делегация из Великобритании.

– Британцы?! От этих говнюков всего можно ожидать! Чуть что, Россия виновата.

– Вот я и говорю: как бы нам с тобой не оказаться крайними.

Глава ФСБ задумался. Видимо, прикидывал аргументы «за» и «против», а ещё оценивал последствия, и для себя, и для страны.

– Ну ладно! Так чего хотите? Документ, подписанный президентом и заверенный генеральным прокурором?

Всё это очень напоминало то, что было года три назад, когда Элен договаривалась с главой СВР. Вот и теперь пришла к тому же выводу – стопроцентной гарантии освобождения Егора никто из генералов ей не может дать, потому что не от них это зависит. Но даже в случае не самого благоприятного для неё исхода есть положительный момент – несколько высокопоставленных персон будут ей обязаны, а в наше непростое время это может пригодиться.

Рейтинг@Mail.ru