banner
banner
banner
полная версияДело Неваляева

Владимир Алексеевич Колганов
Дело Неваляева

Глава 8. Бои без правил

На следующий день Элен снова отправилась к Марку. Накануне вечером посмотрела то, что засняла на смартфон, и вот возникли подозрения – слишком уж большие финансовые средства перечислялись в регионы. Да на эти деньги можно вооружить целый полк! Вопрос лишь в том, как этими средствами распоряжались – если в бизнесе ни одна сделка не происходит без отката, почему бы и здесь не применить проверенный годами метод? А уж в том, что у Марка весьма своеобразное понимание морали, Элен имела возможность убедиться за прошедший день.

Однако до дома на Еловой улице она не добралась. Где на полпути такси, в котором она ехала, было остановлено полицейским патрулём.

– Мадам, вам придётся проехать с нами.

«Ну, началось!» К такому развитию событий Элен была готова. Если зайдёт слишком далеко, можно обратиться к Идельсону, не напрямую, а через секретаря, однако подобные, словно бы случайно возникающие эксцессы, могут дать много интересной информации.

И вот ввели в какой-то кабинет, а за столом сидит… Да, Жосс, собственной персоной. Немного постаревший, но всё с той же усмешкой на лице, которая не обещает ничего хорошего.

– А я был уверен, что мы ещё увидимся с тобой.

Похоже на встречу давних знакомцев, но это лучше, чем слышать те угрозы, в которых он изощрялся там, в швейцарских Альпах года три назад.

– Я тоже по тебе соскучилась. Ну как, тогда всё обошлось?

Жосс помотал головой, не переставая улыбаться, но видно было, что о той неудаче ему неприятно вспоминать.

– Да уж, ты меня переиграла. Теперь вот перекинули в это захолустье, но всё к лучшему.

– Неужели климат так понравился? Или девушки здесь посимпатичнее?

– И это тоже, но есть вещи гораздо интереснее. Ты, наверно, знаешь, что сюда перебрались многие противники Кремля. Так что работы непочатый край, только успевай докладывать начальству об очередной вербовке.

– Не понимаю! Ну какой с них толк, если они сбежали из России?

– А контакты на родине остались! Вот с ними и работаем.

«Не к добру, что так разоткровенничался. Видимо, уверен, что я у него в руках. Что ж, разубеждать не стану».

– Так зачем звал? Какие у тебя проблемы? Опять понадобилась моя помощь?

– Проблемы у тебя, милая, – Жосс сразу посуровел: – Зачем тебя сюда прислали? Какое у тебя задание? Хочешь Марка вывезти в Москву, как тогда Лехницкого? И не мечтай, мы тебе этого не позволим!

Элен только улыбнулась:

– Я вижу, у тебя совсем крыша съехала. Несёшь какой-то бред! Если будешь продолжать в том же тоне, больше от меня ни слова не услышишь.

– Вот переправим в Хайфу, там заговоришь!

– Жосс, тебе нужно подлечиться, а то ведь память начисто отшибло. Вспомни наш последний разговор в Швейцарии! Почему в Москве решили обменять тебя на полковника? Да потому что ты выдал те сведения, которые были им нужны.

– Нет уж, второй раз это не пройдёт! Моё начальство знает, что ты копала под Идельсона, и тебе этого не простят.

Жосс уже перешёл на крик, забыв о том, что их могли подслушать. И тут у Элен мелькнула шальная мысль: а что если попробовать7

– Кстати, про Идельсона… Тебе привет от Влада Логана.

На какое-то время Жосс потерял дар речи. Сидел с полураскрытым ртом, а затем опасливо оглянулся по сторонам и спросил:

– Ты откуда его знаешь?

Что он имел в виду, пароль или конкретного человека, Элен не поняла. Придётся блефовать, но так, чтобы всё выглядело достаточно правдоподобно.

– Жосс, ты забыл, что с тех пор прошло три года. Мой муж сидит в тюрьме по надуманному обвинению, а я по-прежнему ищу способ вытащить его оттуда…

Жосс не дал договорить:

– Так я же предлагал нашу помощь! Мы могли добиться его досрочного освобождения.

– В обмен на что? Хотели сделать из меня Мату Хари, чтобы я работала на вас.

– А что тут особенного? Так многие делают, вот и Влад… Кстати, ты откуда его знаешь?

– Жосс, с этого надо было начинать. Так вот, у нас с ним теперь один хозяин.

– Не может быть?!

Судя по всему, ему никак не удавалось сложить одно с другим. Видимо, Марк не сказал, что она приехала от Идельсона – надеялся, что сразу же возьмут в оборот и переправят в Хайфу, где в специально построенной для этого тюрьме обрабатывают тех, кто своей деятельностью ставит под угрозу интересы Израиля. Но вот Жосс, кажется, сообразил:

– Так он тебя простил?

Элен пожала плечами.

– Может, и простил. Только ведь я Моне ничем не навредила. Совсем наоборот, переправила в Москву и Лехницкого, и компромат. За что же ему обижаться на меня? Ну а конфликт с полковником… Моня теперь понял, что зря привлёк к работе этого дуболома.

Жосс почесал в затылке.

– Да, дела… И что же теперь делать будем?

– Ты для начала объясни, зачем меня тут прессовал.

– Так ведь Марк…

Тут Жосс прикусил губу. Понял, что проговорился, и посмотрел на Элен. Примерно так смотрит собака, которая никак не решит, что предпринять – то ли кусать, то ли вильнуть хвостом и ждать команды «Место!» Всё потому, что нет ясного указания хозяина, а эту Элен кто разберёт – может, и впрямь прибыла сюда с особыми полномочиями от Идельсона.

Элен поняла, что творилось в голове Жосса и решила воспользоваться этой ситуацией:

– У меня такое впечатление, что ведётся какая-то сложная игра, а мы, как пешки – кто-то нас передвигает по доске, но чем дело кончится, не знаем. То ли проберёмся в дамки, то ли через ход одним из нас пожертвуют… Давай так! Будем вместе выбираться из этой заварушки.

Жосс тут же согласился:

– Ты права, пора подумать о себе!

– Тогда скажи, зачем Марку это было нужно?

– Он уверен, что ты агент Кремля.

Элен всплеснула руками:

– Ну, полный идиот! Когда вернусь в Москву, уж я расскажу Моне всё про этого ублюдка!

Жосс как-то странно посмотрел на Элен:

– А ты уверена, что у тебя получится?

– Ты о чём?

– Наверняка, все границы уже перекрыты. Дело в том, что у Марка здесь очень сильные позиции. Особенно в спецслужбах.

– Интересно, когда же он успел?

– Так ведь Влад всё это устроил. Он родом из Литвы, когда-то работал в здешней контрразведке. Разве ты этого не знала?

Элен еле сдержала удивление, только брови слегка приподняла: «Ну вот, снова вляпалась! Думала, что после Парижа – никогда! Уже по горло сыта этими шпионскими страстями. И вот опять… Если бы не Егор, села бы на самолёт, а не получится – пешком бы перешла границу с Белоруссией!» И тут в её голове словно бы сама собой возникла неожиданная мысль: «Допустим, что Влад работает на Моссад… Тогда многое становится понятным, в частности, то, что произошло в Париже, иначе трудно объяснить, как израильтяне узнали о её задании. Возможно, Влад, Жосс и полковник были заодно».

Но прежде, чем продолжить размышления на эту тему, надо бы ответить на вопрос.

– Видишь ли, Жосс, я с личным делом Влада не знакома. Но думаю, что там всё в порядке, если Моня держит его при себе. Меня больше беспокоит Марк – есть подозрение, что часть денег, предназначенных для региональных отделений Фронта, перекочевала в его собственный карман.

Жосс криво усмехнулся:

– Это на него похоже! С женой летает то в Дубай, то на Сейшелы.

– А что если проследить, откуда деньги поступают на его личные счета? Тогда бы мы смогли его прижать, иначе Марк развалит всю организацию. Всё ради личной выгоды, разве не так?

– Так-то оно так, но боюсь, руководство разрешения не даст.

– А ты попроси своих коллег, так, по-приятельски. Скажи, что не хочешь начальство беспокоить, пока нет полной ясности в этом вопросе. Уверена, что Моня нас обоих отблагодарит, если окажем такую важную услугу. Ведь деньги любят счёт, а Марк вряд ли подходящий кандидат для благотворительности.

Но Жосс не оценил этот иронический пассаж:

– Будь я на месте Мони, я бы Марка живым в землю закопал!

И впрямь, кому понравится, если его используют втёмную, скрыв информацию о том, что Элен приехала от Идельсона.

Глава 9. Дознание

В тот день Элен не поехала к Марку: «Пусть думает, что угроза с её стороны устранена, а Идельсону доложит коротко: Элен пропала. Тот, конечно, всполошится, но, узнав по своим каналам, что СВР и ГРУ тут ни при чём, в итоге успокоится»… Прежде, чем расстаться с Жоссом, Элен проанализировала этот вариант. Всё вроде бы складно получается: Жосс якобы везёт её на аэродром, чтобы переправить в Израиль, а на самом деле… «Нет, это не пройдёт!» У Мони могут возникнуть опасения, поскольку вариант с двойником поставлен под удар – если Элен похищена, тогда под нажимом может всё рассказать этим неизвестным похитителям, и весть о намечаемой подмене пойдёт гулять… «Да, надо придумать что-нибудь другое».

Элен решила позвонить Идельсону. Скажет, что возникли неожиданные проблемы с Марком, и попросит, чтобы не ставил в известность своего секретаря – мол, это необходимо для успеха её миссии. Так и сделала, а затем Жосс отвёз Элен в загородный мотель, где ей предстояло дожидаться известий из Израиля о финансовых успехах Марка.

Теперь самое время задуматься о том, кто же такой этот загадочный Влад Логан. Первое, что приходит на ум – это кто-то из службы безопасности компании Идельсона, скорее всего, руководитель этой службы. Версия логичная, если и впрямь этот Влад раньше работал в контрразведке. Однако напутствовал её перед поездкой секретарь Идельсона – помимо оформления визы и выдачи командировочных он ей и адрес Марка подсказал, а это не имеет никакого отношения к делам фирмы. «Получается, что у Мони есть несколько доверенных людей, которые знают о том, что он тайно спонсирует оппозиционный Фронт, – Яша Либерзон, главный секьюрити и секретарь. Это уже явный перебор! Кто-то лишний в этой троице, то есть без кого-то можно было обойтись, и этим лишним является секьюрити. Тогда получается, что секретарь – это и есть Влад Логан… Помнится, когда он инструктировал её перед вылетом в Литву, какая-то девица из тех, что работают в компании, обратилась к нему по имени… Да, она сказала "Томас"».

 

Элен поняла, что без помощи Чаусова тут не обойтись. Посвящать его в свои дела не стоит – слишком сложную комбинацию задумала, чего доброго, он станет отговаривать, а то и пригрозит… Но можно всё обставить так, будто есть шанс через этого секретаря выйти на одного из спонсоров Фронта. И вот вечером на дисплее ноутбука снова появляется знакомая физиономия:

– Ну как идут наши дела?

– Есть кое-какие подвижки. Если всё так, как я предполагаю, вам это понравится.

– Что ж, за мной не заржавеет, я свои обещания выполняю. Так чем могу помочь?

– Мне нужна информация о личном секретаре Мони, буквально всё, что сможете нарыть. Его вроде бы зовут Томас.

– Да, слышал о таком. Моня шагу не ступает без его совета…

Элен перебила Чаусова:

– А как же Яша? Я полагала, что он что-то вроде серого кардинала при Его Величестве.

– Да, на заре их сотрудничества так оно и было. Моня вообще слабоват по части интеллекта, а вот у Яши голова прилично варит. Однако ходят слухи, что с недавних пор его место занял этот Томас. Он предпочитает не светиться, в ближнее окружение Мони вроде бы не входит, но я предполагаю, что они находят время, чтобы обсудить кое-какие дела в приватной обстановке, тет-а-тет.

– Так я рассчитываю на вашу помощь.

– Ну, если нужно для дела… Через пару дней сообщу, что удалось узнать.

На следующий день Элен решила предпринять вояж по ближайшим к Вильнюсу городам – нечто подобное проделала во Франции, когда пришлось долго ждать известий из Москвы. И вот слегка изменила внешность, вызвала такси и отправилась в путь. Чем сидеть взаперти, всё лучше покататься по окрестностям – её там никто искать не станет, даже если у Марка возникнут подозрения. Тракай, Каунас, Алитус, Лаздияй, Друскининкай… Слава богу, теперь никто не покушался на её жизнь – обошлось без аварий. Ну а Моня всё оплатит. Про русский язык на время ей пришлось забыть – здесь ещё жива память о событиях 39-го года и депортации в Сибирь после 45-го тех, кто был заподозрен в сотрудничестве с фашистами. Поэтому везде объяснялась только на английском, благо ни водителю такси, ни официанту в ресторане паспорт не надо предъявлять.

А вечером, на день раньше обещанного срока, позвонил Чаусов, по виду, изрядно озабоченный:

– Элен! Мне кое-что узналось узнать про Томаса. Его настоящее имя Томас Владикас. В Литве за ним числятся тёмные дела, поэтому и перебрался к нам, женился на москвичке и изменил фамилию на Логинов. Наши давно бы могли депортировать его на родину, но Моня упёрся – ни в какую! Говорит, что Томас слишком много знает о деятельности компании и может нанести ущерб российским интересам. Короче, прикрывает преступника, а мы не можем ничего поделать, пока у Мони есть покровитель наверху.

– А нельзя ли поподробнее о том, что Томас натворил в Литве? Мне это могло бы пригодиться.

– Он работал в контрразведке, а заодно крышевал преступную группу, которая хозяйничала в клайпедском порту. Но прокололся, когда убил свою жену, приревновав её к какому-то коммерсанту. Тут-то за него и взялись, но он вовремя сбежал в Россию. В общем, я бы не советовал с ним связываться. Очень опасный тип! От него можно ждать чего угодно.

– Не беспокойтесь, я буду осторожна.

– Тогда до связи.

Снова настало время для раздумий. Можно попытаться прижать Марка, намекнув на его связь с уголовным преступником, с убийцей. Но из этого вряд ли что-нибудь получится – Жосс говорил, что у Влада всё здесь схвачено. Видимо, остались у него подельники и в контрразведке, и в преступном мире. Тогда остаётся только ждать, что Жосс узнает о финансовых счетах Марка.

Время шло. Элен снова путешествовала по малым и большим городам, хотя по своим размерам ни один из них не сравнится ни с Парижем, ни с Москвой. Покупала разные безделушки, а в одном посёлке ей предложили настойку мёда на спирту. Хозяин уговаривал попробовать, а когда Элен категорически отказалась, уважительно кивнул головой:

– Вижу, вы в напитках разбираетесь. Если бы выпили хоть рюмку, всё – ноги-руки онемеют, и тогда делай с вами, что в голову взбредёт.

– Так вы что же, собирались…

– Да нет, я пошутил.

«Вот и в России могут поднести палёной водки или что-то более привычное для дамы, но с добавлением клофелина, и тогда… Нет, ничего в нашем мире не меняется, всё те же нравы, что в России, что в Европе. Везде надо жить с оглядкой, ожидая пакости от любого человека, будь он деревенским жителем или главой компании с многомиллионными доходами!»

И тут возникла неожиданная мысль: «А что если обратиться к тем российским оппозиционерам, которые обосновались в Вильнюсе? Судя по тому, что читала в интернете, у большинства из них есть претензии к Фронту Неваляева – якобы он всё гребёт под себя, а всех остальных противников власти старается вытеснить с поля битвы, лишив финансовой поддержки. Ну а когда речь заходит о деньгах, у людей появляются дополнительные силы». Но что конкретно она сможет предложить? Если удастся доказать нечистоплотность Марка, это ничего не изменит – даже если конкуренты опубликуют компромат, который обещал раздобыть Жосс, дело закончится тем, что Марка смешают с грязью и рейтинг Фронта снизится. Но ей-то что с того? Ведь перед ней поставлена совсем другая задача – выявить тайные связи Фронта с представителями Запада и тех граждан России, которые финансируют Фонд.

В итоге Элен пришла к выводу, что надо сосредоточиться на Марке, поскольку других вариантов просто нет. И вот, наконец-то, свет забрезжил в конце этого длинного тоннеля. На исходе недели, как-то ближе к вечеру, в мотеле появился Жосс. Как ни старалась Элен, по его лицу так и не смогла определить, какие вести он привёз. И только когда вынул из кармана флэшку, улыбнулся:

– Знала бы ты, чего мне это стоило!

– Что, в звании понизили? – попыталась пошутить Элен.

– Да нет, клятвенно пообещал, что заплачу ребятам кругленькую сумму в евро, – и сделав значительную паузу, спросил: – Так как?

– Это зависит…

Жосс понял намёк – денежное вознаграждение определяется качеством добытой им информации.

– Уверен, что ты будешь довольна. Марк теперь у тебя в руках. Да и мне будет поспокойнее.

– Тогда показывай, а с Моней я договорюсь, не сомневайся, – и видя признаки сомнения на лице Жосса, ласково, с ноткой обиды в голосе спросила: – Ты что, мне не доверяешь?

Жосс сдался – передал ей флэшку. Но после анализа добытых им материалов Элен ожидал сюрприз – Марк присваивал гораздо меньше денег, чем она предполагала, а в некоторые регионы России Марк перечислял такие денежные средства, которые при всём желании тамошние отделения Фронта не могли переварить. Рассчитывал на «откат»? Но никаких сведений об этом в материалах, добытых Жоссом, не было. Поневоле закрадывалось подозрение, что Марк втайне от Мони подкармливает ещё кого-то либо, что более вероятно, действует по указанию Влада. «А что если Влад пытается создать какие-то вооружённые формирования на территории России? Всё это слишком серьёзно, чтобы так вот, запросто поверить. Но возникает вопрос: куда смотрит ФСБ? Надо бы Чаусову задать такой вопрос».

Но прежде, получив от Жосса номер счёта в одном из швейцарских банков, Элен связалась по скайпу с Идельсоном. Мол так и так, кое-что нашла, но информаторы требуют солидную плату за предоставленный материал. Идельсон не возражал и тут же перевёл требуемую сумму. При этом сохранялась прежняя договорённость – Влад ни о чём не должен знать. Жосс, слышавший весь разговор, был вполне доволен – наверняка что-то из этой суммы должно было попасть в его карман.

Но как прижать Марка, не подставив Жосса под удар?

– А ты не можешь скинуть на мой смартфон такую программу, чтобы Марк не мог определить моё местоположение. Ну скажем, будто я звоню ему из Хайфы…

– Нет проблем!

Жосс покопался в интернете, зашёл на какой-то защищённый от взлома сайт, и через несколько минут всё было готово. Расстались, как давние друзья.

Глава 10. Двойной капкан

К утру Элен разработала тактику разговора с Марком, и вот уже слышит знакомый голос в своём мобильнике:

– Кто это там названивает спозаранку?

– Марк, неужели не узнаёшь?

– Ах, это ты… – и с ноткой удивления в голосе: – Тебя что, уже освободили?

– Да вот, сижу на пляже и кидаю камешки…

– В кого? – Марк спросонья плохо соображал.

– Если бы подвернулся приличных размеров булыжник, тогда бы бросила в тебя.

– Ну что ж, попробуй! Может быть получится. Только скажи, где тебе искать, я сейчас подъеду.

– Так закажи билет на самолёт до Хайфы.

Элен словно бы услышала, как Марк облегчённо вздохнул, решив, что избавился от угрозы разоблачения его финансовых операций.

– Ах так! Ну тогда счастливо отдохнуть.

– Уж это вряд ли.

– Почему?

Тут Элен пришлось положиться на собственную интуицию, которая подсказывала, что Марк обязан иметь гражданство Израиля, иначе еврею просто некуда бежать, если объявят в розыск по линии Интерпола за финансовые махинации:

– Через два часа допрос. Дело в том, что кое-кого заинтересовали некие счета в европейских банках. Собственно, в использовании нелегально полученных денежных средств для личного обогащения нет ничего необычного, но ты же знаешь, что в Израиле с этим очень строго. Особенно, если эти средства были предназначены для выплаты борцам за свободу и за демократию. Обладателя таких счетов могут арестовать сразу по прибытии на Землю обетованную или лишить гражданства.

– Блефуешь!

– Ничуть. Если хочешь, назову номер одного счёта, – и, не дожидаясь ответа, Элен продиктовала несколько цифр. – Так что, мне продолжать?

Марк молчал, только его сопение было слышно в трубке. И вот, наконец, произнёс слова, которые вполне логичны в этой ситуации:

– Чего ты хочешь?

– Да ничего! Просто хочу, чтобы мы с тобой подружились и ты позволил мне выполнить свою работу. Иначе как я буду отчитываться перед Моней?

– Насколько я понимаю, теперь ты в курсе всех наших транзакций.

– Марк, я не хочу тебя топить. Да и то, что ты положил себе в карман, это такая малость… В общем, я предлагаю взаимовыгодный обмен. Я забуду о твоих шалостях, а ты говоришь, от кого получаешь компромат… Я имею в виду то, что вы нарыли на высших чиновников России.

– Моне это всё зачем?

– Он об этом не узнает. Но я должна быть уверена в том, что у вас надёжные источники информации.

После некоторого раздумья Марк спросил:

– Влад об этом знает?

Тут и впрямь предстояло блефовать, поскольку Элен понятия не имела о том, насколько глубоко Влад вникает в подобные дела. Логично предположить, что его не интересовали такие мелочи, как чья-то дача на берегу Волги или дворец под Геленджиком. Даже если все эти сведения высосаны из пальца, ему на это наплевать – был бы резонанс в обществе. А сам Влад занимался более важными делами. Поэтому Элен ответила кратко:

– Владу это ни к чему.

Марк снова задумался и вдруг задал вроде бы неожиданный вопрос:

– Элен, ты на кого работаешь?

Но за последние дни она слышала это уже не в первый раз, поэтому ответ был уже готов:

– Есть один человек, он гуляет тут недалеко по пляжу. Так вот его очень интересуют имена этих информаторов.

– Но я могу быть уверен, что люди не пострадают? То есть эти сведения не окажутся в ФСБ?

Элен молчала, якобы занятая поисками такого решения проблемы, которое бы успокоило Марка.

– Марк, давай сделаем так. Ты передашь эти сведения Жоссу, а он переправит их сюда. С Жоссом ты знаком?

В итоге обо всём договорились. Теперь предстояло объяснить Жоссу, что его ожидает, если имена информаторов станут известны его начальству. Но это нетрудная задача, поскольку в руках Элен были доказательства того, что Жосс и его коллеги торгуют информацией – помимо сведений о финансовых транзакциях Элен могла предъявить запись разговора с Жоссом, где обсуждалась эта тема. В общем, не стоит ссориться с Элен!

Передача информации прошла без каких-либо эксцессов – заранее условились, что и как. И вот в руках Элен всё, ради чего отправилась в Литву, и можно с победой возвращаться домой, в Москву. Спасибо Жоссу! А у него единственная мысль – скорей бы от неё избавиться, поэтому обеспечил коридор на границе с Белоруссией, а там её ждали люди, присланные Идельсоном. Понятно, что Моня обязан холить Элен и лелеять, ни в коем случае не допуская, чтобы добытые ею сведения оказались в местном КГБ. Благо и здесь деньги многое решают.

Первый вопрос, который Идельсон задал Элен по возвращении, был ожидаемым:

– А почему вы попросили не сообщать о ваших действиях Владу?

 

– Даже не знаю, как сказать. Дело в том, что у меня возникли подозрения, будто Влад и Марк ведут свою игру.

Моня возмущён:

– Не может этого быть!

– А позвольте спросить: давно ли Влад работает на вас, и кто его порекомендовал?

Идельсон пожевал губами, искоса поглядывая на Элен. Видимо, раздумывал, стоит ли говорить всю правду. Однако по лицу Элен было видно, что она не отстанет, пока не добьётся ответа на вопрос. Что ж, слишком многое на неё завязано, так что не хотелось бы портить отношения, но и Влада нет резона подставлять, поэтому решил высказаться несколько туманно:

– Пять лет назад мне посоветовал взять его на работу прибалтийский бизнесмен, мнению которого я склонен доверять. Во всяком случае, ни один из его советов не заставил меня усомнится в чистоте его намерений. Тем более, что наиболее ценные рекомендации я оплачивал, и довольно щедро.

– А не сотрудничает ли этот бизнесмен с литовской контрразведкой?

– Элен! Откуда такие подозрения?

– Тогда назовите имя и фамилию. Я по своим каналам узнаю, кто это какой.

Идельсон поначалу возражал, но в итоге сдался. А Элен тут же набрала телефонный номер Жосса:

– Привет! У тебя всё в порядке? Не было ли столкновений с Марком?

– Да нет, он как-то сник после того, как ты уехала. На людях почти не появляется, но говорят, что стал ещё больше есть, скоро в дверь не будет пролезать.

– Это у него нервное. Ну ладно, у меня к тебе вопрос об одном человеке, имеющем бизнес в Литве, – и Элен назвала имя, которое сообщил ей Идельсон.

– Ах, этот! Он мне хорошо известен, состоит в прекрасных отношениях с весьма влиятельными людьми… Ну помнишь, где мы с тобой впервые встретились спустя три года?

– Спасибо! Я поняла. Будь здоров, до связи!

Вряд ли последние слова Элен улучшили настроение Жосса, но тут уж ничего не поделаешь – за всё надо расплачиваться, то есть отвечать на кое-какие важные вопросы. А Элен, посмотрев на Идельсона, развела руками, словно извинялась:

– Так оно и есть! Ваш литовский друг работает на контрразведку, – и не дожидаясь реакции Идельсона, добавила: – Кстати, и Влад оттуда родом. Ничего себе, картина маслом получается!

Моня, побледнев, держал руку на сердце и мысленно клял себя последними словами: «Как же я так вляпался? Только законченный идиот мог так подставиться. Наверняка Влад сливал своим хозяевам информацию о состоянии моего бизнеса, но что более прискорбно, о том, какие изменения намечаются в нашей отрасли». Наконец, спросил:

– И что же будем делать?

– Да ничего! Пусть всё останется так, как есть, а мы не станем ворошить осиное гнездо. Пусть Влад, то есть Томас, считает, что нет никаких проблем. Кстати, откуда возник этот псевдоним, Влад Логан?

– Так ведь он сам предложил. Сказал, что будет его использовать для конспирации в разговорах с представителями Фронта, а я не возражал.

К счастью, этот разговор состоялся в загородной усадьбе Моне, причём Элен предложила прогуляться по парку и настояла на том, чтобы Моня оставил дома телефон. Бережёного бог бережёт, поскольку бывший контрразведчик мог установить «жучки» и в доме, и в мобильнике.

– Но что сказать Владу о результатах вашей миссии?

– Скажите, что у Марка всё в порядке. Ну подворовывает немного, так все не без греха. И ни о чём не беспокойтесь, я найду способ вывести Влада из игры, причём так, чтобы никто из нас не пострадал.

– Может быть, задействовать мои связи наверху?

– Не стоит портить свою репутацию даже среди очень близких друзей.

– Вы правы! Неприятно признаваться в собственных ошибках.

Моня улыбнулся, но выглядело это не вполне естественно – какая-то кислая улыбка повисла на его лице.

– А как там вообще? Нет ли признаков борьбы за власть?

Элен так и не удалось ничего узнать – Марк лишил её такой возможности. Впрочем, дрязги внутри руководства Фронта Элен ничуть не интересовали. Пришлось соврать:

– Да нет, пока всё спокойно, никакого подкопа под Леонида я не обнаружила.

– И то ладно. Денег мне не жаль, но хотелось бы видеть реальный результат.

– Вот вытащим Леонида, тогда…

– Вы правы, надо сосредоточить все усилия на этом. Сегодня же позвоню Яше, узнаю, что и как.

Что ж, всё вроде бы идёт по плану. Пожелав спокойной ночи Идельсону, Элен отправилась домой, где тут же связалась с Чаусовым. Несмотря на поздний час, Чаусов появился на дисплее ноутбука:

– Рад видеть вас в добром здравии, Элен. Ну как идут дела? Какая погода в Вильнюсе?

Всё-то он знает, а Элен и не пыталась скрыть, что ездила в Литву:

– Как ни странно, и там зима. Но, судя по тому, что я узнала, сохраняется надежда на потепление.

– Я весь внимание!

Элен не собиралась выкладывать всю полученную информацию. Всё потому, что так можно поставить под удар комбинацию с двойником, а ей уж очень хотелось посмотреть, чем дело кончится. Однако и скрывать эту информацию нельзя.

– Вы помните, что говорили об империи вашего «доброго знакомого»?

Чаусов улыбнулся, обнажив зубы – такое впечатление, что хочет кого-то укусить:

– Да я не прочь, хоть завтра присоединил бы её к своей компании. Но что поделаешь, руки коротки. Даже у меня!

– А что если сделаем так. Я сообщаю вам свои подозрения о противоправной деятельности одного из сотрудников Мони. Вы передаёте их в ФСБ. Если всё подтвердится, будет громкий скандал и вряд ли кто-то станет Моню защищать, даже если он не при делах.

Сказав так, Элен надеялась на то, что Идельсон и тут сухим выйдет из воды. То есть не надеялась, а была уверена! А вот после того, как состоится подмена Неваляева на двойника, самое время нанести окончательный, сокрушающий удар. Конечно, можно было эти сведения придержать, однако, если Элен права, Влад готовит что-то страшное. Не дай бог, опять теракт! И вот что она рассказала Чаусову:

– В мои руки попали некие финансовые документы, из которых следует, что этот Влад, будем так его называть, переводил большие денежные средства на счета подставных офшорных фирм, а затем кружным путём деньги поступали на счета Фронта Неваляева.

– Это очень интересно! Как вам удалось?..

– Ещё незабвенный Ватсон говорил, что у частных сыщиков есть свои маленькие тайны. Но сразу хочу предупредить: не надейтесь, что вам удастся напрямую связать эти транзакции с Моней. Ну выводили деньги по его указанию в офшоры, и что? А к дальнейшему передвижению этих денежных средств он формально не имел никакого отношения. Если сейчас арестуете Влада, он будет молчать, а те, кого помимо Фронта он снабжал деньгами, уйдут в глубокое подполье.

– Кого вы имеете в виду?

– Всё дело в том, что в некоторые региональные отделения Фронта поступало больше денег, чем в другие. Это города Урала и Сибири. Неужели Омск, Уфа или Курган способны денег проглотить значительно больше, чем, например, Красноярск или Екатеринбург?

– Да, это было бы странно, если принять во внимание численность тамошнего населения.

– Вот я и подумала… А что если между Владом и руководителями этих региональных отделений есть некая договорённость, согласно которой они часть полученных денег переводят на другие счета.

– Ну это можно объяснить тем, что Влад получал от них «откаты».

– Да нет, на его личные счета ничего не поступало, то есть деньги оставались где-то там. Разве что их потом в Москву перевозили чемоданами, но это маловероятно, да и опасно при нынешнем уровне преступности.

– Пожалуй, тут вы правы.

– И вот я попыталась связать в единую цепочку известные мне факты. Что же получается? Бывший контрразведчик из Литвы по протекции человека, также связанного с литовской контрразведкой, устраивается в крупную российскую компанию, становится доверенным лицом её главы и получает доступ к некоторым денежным транзакциям. Из этих денег часть средств он переводит кружным путём на счета Фронта Неваляева, но, кроме этого, финансирует некие организации, не входящие в его состав. Вряд ли деньги уходят конкурентам Неваляева из оппозиции, Владу это ни к чему. Единственное объяснение состоит в том, что Влад спонсирует более радикальные организации. Кто знает, возможно, он создаёт вооружённую «пятую колонну».

– Ну дела! – Чаусов взлохматил свою шевелюру и теперь смотрел на Элен так, словно бы она предрекла финансовый крах его компании. – Надо срочно что-то делать!

– Завтра я подготовлю справку и приложу копии документов, которые мне удалось достать. Надеюсь, вы найдёте им должное применение.

Рейтинг@Mail.ru