Ника Коваль Под кожей

— Доброе утро, соня! С каких пор ты спишь до десяти утра?

Мой мозг еще тормозит спросонья. Стоп. Сколько сейчас время?! Я как ужаленная вскакиваю и хватаю телефон. 10:07. ТВОЮ МАТЬ. Смена началась три часа назад. От Келла 27 пропущенных.

— Черт-черт-черт! — Я отталкиваю подругу и бегу в ванну.

— Эй! Полегче! Хоть бы спасибо сказала! — кричит мне вслед Алис.

Я быстро умываюсь и бегу одеваться, вслух проклиная все на свете. Как я могла проспать? Еще и на три часа! Я же всегда встаю раньше будильника и... Мои ругательства затихают, а взгляд останавливается на прикроватной тумбочке, где лежит крафтовый конверт. Взяв его в руки, я замечаю на обратной стороне надпись «Приятно познакомиться, Эмма». Что за… Внутри конверта письмо. Руки начинают дрожать, пока я читаю его содержимое.

«Привет, котенок.

Как спала? Надеюсь, я успокоил твои кошмары. Не смог устоять и не посмотреть, как ты спишь. Должен сказать, последняя наша встреча меня заинтриговала. Ты совсем не боишься меня? Или так сильно испугалась, что не сдвинулась с места? Весьма забавно наблюдать за твоими эмоциями.

Поиграем с тобой в маленькую игру. Любишь детективы? Знаю, что любишь. Вся твоя жизнь — это сплошная погоня за правдой. И я даю тебе возможность стать настоящим сыщиком! Правила просты. Поймай меня. И тогда я расскажу тебе, кто я. Все просто. Ты не такая, как все. Ты как я. И скоро ты это поймешь, не сомневайся.

Я могу стать как твоим спасением, так и твоим кошмаром. Какой путь выберешь? Все в твоих руках. С нетерпением жду нашей встречи.

Твоя тень».

Бумага выпадает из онемевших пальцев. Дрожь начинается глубоко внутри, в солнечном сплетении, и разлилась ледяной волной по всему телу. Сердце колотится так, что я слышу его стук в ушах. Проникновение. Это слово из полицейских протоколов внезапно обретает личный, чудовищный смысл. Он был в моем доме? Смотрел, как я сплю? Погоня за правдой? Откуда он знает о?.. Нет...

Бросив письмо, я срываюсь с места и бегу к закрытой комнате. Дернув ручку, я замечаю, что дверь не заперта. Он здесь был. Черт! Войдя внутрь, я осматриваю все вокруг. Вроде все на своих местах, но твою мать! Какого черта он сюда влез?! Какого черта он вообще вломился в мой дом?!

— Ты че там застряла? Нам уже выходить пора, — говорит Лис и, расчесывая волосы, направляется ко мне.

Очнувшись от оцепенения, я выхожу из комнаты и хватаю бордовую толстовку. Разберусь с этим позже. Одевшись, бегу в коридор, параллельно звоня Келлу.

— Алло! Келл, прости, пожалуйста! Не знаю, как так вышло, скоро буду! — тараторю я, надевая черные осенние ботинки на каблуке.

— Я уж думал, что ты померла и мне здесь сидеть до посинения, — усталым голосом говорит он.

— Прости. Я заглажу свою вину. Тебе взять кофе?

Мы с Алис вылетаем из квартиры и бежим по лестнице.

— Сходи со мной на свидание.

Я резко останавливаюсь, чуть не слетев по ступенькам вниз. Может, послышалось? Лис смотрит на меня с недоумением.

— Что ты сказал? — неуверенно говорю я.

— Сходи со мной на свидание. Сегодня после смены. Можешь?

На свидание? С Келлом? Сказать, что меня удивило его предложение, ничего не сказать. Келл симпатичный, добрый, смешно шутит, но я не вижу его в качестве своего парня. У меня никогда его и не было, ну... парня. Пару раз ходила на свидания с типами с сайтов знакомств, но поняла, что все это не для меня. По крайней мере пока.

— Слушай... Я пока не знаю, смогу ли... Давай я тебе позже отвечу? — тихо говорю я, не желая его заранее обнадеживать.

— Хорошо, буду ждать.

Келл сбрасывает звонок, и я смотрю на Лис, которая до сих пор пялится на меня.

— Меня Келл зовет на свидание, — немного ошарашенно произношу я.

— ЧТО!? СЕРЬЕЗНО?! — Ее глаза расширяются, и, похоже, сейчас отвиснет челюсть. — Дорогая! Соглашайся! — начинает щебетать она.

Вспомнив, что я по-прежнему опаздываю на работу, быстро спускаюсь и бегу к машине. Лис запрыгивает за мной, и мы выезжаем.

— Я надеюсь, ты не откажешься и наконец выберешься с кем-то на свиданку. А то сидишь в своей норе и никуда не выходишь.

Я не знаю, что делать. Может, все-таки попробовать? Келл и правда неплохой вариант. Знаем мы друг друга давно. Вдруг что-то получится.

— Думаешь, стоит?

— Да! Да! И еще раз да! Он классный парень, тем более вы хорошо бы смотрелись вместе. — Видя мою неуверенность, она кладет ладонь мне на плечо. — Эмми, все будет хорошо. Может, он тот самый. Просто дай ему шанс. — Ее тон становится ласковее.

Я вздыхаю и сворачиваю в сторону клиники.

— Может, ты и права.

Она улыбается, и я отвечаю ей тем же.

В отделении на удивление спокойная обстановка. Людей в приемном почти нет, только пара бедолаг с повязками, идущие на процедуры. Алис чмокает меня на прощание в щеку и идет в ординаторскую. Я подхожу к стойке регистрации и вижу Келла, который встречает меня усталой улыбкой.

— Привет, выспалась? — Он потягивает затекшие мышцы и встает.

— Еще раз прости, что так вышло, — виновато говорю я.

— Ничего страшного, не переживай. — Он мягко улыбается, отчего на щеках появляются ямочки. — Но мое предложение все еще в силе.

Я слегка улыбаюсь и поднимаю взгляд на его карие глаза.

— Тогда я его приму.

— Правда?

— Да, только мне надо после смены заехать домой, чтобы переодеться.

— Без проблем. Тогда в шесть я буду у твоего дома. — Всю усталость с его лица как рукой сняло. Теперь он скорее был взволнован.

— Хорошо, — говорю я и иду переодеваться в ординаторскую.

Алис тут уже нет, и я плюхаюсь на маленький диванчик, закрыв лицо руками. М-да уж, что за день... И это он только начался! В моем доме ночью был гребаный псих, который меня преследует. Оставил мне записку про какую-то игру, вскрыл мой кабинет, о котором знала только Лис, и теперь еще я должна отгадать кто он! Я вам кто? Шерлок Холмс?! Пошел он в задницу. Еще и Келл со своим свиданием... Зачем согласилась? Хотя, может, он как раз и поможет мне наконец отвлечься от всего этого идиотизма. Голова так и кипит. Я откидываю голову на спинку дивана и вздыхаю.

Вдруг в ординаторскую вбегает Келл.

— Эм, поступил звонок. Взрыв в метро на станции «Грин-парк». Много пострадавших.

Твою мать! Ну почему именно сегодня?!

— Вызывай всех врачей, я сейчас приду, — говорю я, уже открывая свой шкафчик.

Если где-то происходит взрыв или любое другое происшествие, значит будет просто невыносимая смена — много тяжелых пациентов. Но моя головная боль — это их родственники, которых надо успокоить и постараться сохранить тишину в приемном отделении.

Я быстро переодеваюсь в форму и бегу на пост. Келл обзванивает врачей и остальной медицинский персонал, чтобы в скором времени все были здесь.

— Келл, езжай домой, я справлюсь. — Кладу руку ему на плечо и ободряюще улыбаюсь. Видно, как он устал.

— Точно? Я могу побыть с тобой, сегодня тяжелая смена. — Он кладет телефон и смотрит на меня.

— Точно. Езжай домой и поспи. А я тебе наберу, когда освобожусь.

Он улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, тогда до вечера.

Спустя 15 минут начали привозить пострадавших, и отделение превратилось в сплошной кошмар. С каждой минутой пациентов все больше. Кто плачет, кто без сознания, у кого-то отсутствуют конечности, а есть и те, у кого из тела торчат осколки стекла или куски арматуры. Но их всех объединяет одно. Кровь. Она везде. И с каждым пациентом мне становится труднее дышать. Вы подумаете, что я сумасшедшая, раз с боязнью крови устроилась работать в больницу, тем более в неотложку. Но я специально пришла сюда, чтобы побороть свой страх. В обычные дни я спокойно оформляю пациентов, их, как правило, не так много, и такие травмы бывают нечасто. Но в запару меня охватывает паника. Ладно, я сумасшедшая, надо признать.

На каталке завозят парня. Лицо все в крови, из груди торчит огромный кусок стекла. Он достаточно молодой, но по его буйному поведению можно сказать, что он в шоковом состоянии.

— Джон Уолбер, 24 года. Проникающее ранение в грудь, возможно, пробито легкое, — говорит врач скорой помощи, и я начинаю записывать.

Жму на кнопку вызова персонала и зову свободного врача. В этот момент парень на каталке садится и вырывает стекло из груди, отчего красная жидкость хлещет во все стороны, попадая на меня. Люди вокруг начинают кричать, а врачи пытаются удержать орущего ругательства пациента. Я цепенею.

Кровь.

Дыхание учащается, в ушах начинает звенеть, и ко мне подбегает Алис.

— Эй, эй, эй! Спокойно! Эм, дыши! — шепчет она. — Давай я тебя подменю.

Она единственная, кто знает о моем страхе. И я благодарна, что она всегда приходит ко мне на помощь.

Ничего не говоря, я ухожу в туалет, чтобы меня никто не видел, и опираюсь руками о раковину. Опустив голову, я пытаюсь отдышаться, но, подняв взгляд на зеркало, вижу на себе красные кляксы. На лице, форме. Они растекаются, и в нос бьет отвратительный металлический запах. Меня охватывает паническая атака. В глазах все плывет, горло сдавливает огромный комок, и я не могу дышать. Ноги становятся ватными, слезы начинают бесконтрольно катиться по щекам, а мысли бьются как мухи о стекло. Нет, нет, нет! Прошу, не сейчас! Включив воду, начинаю судорожно смывать с себя это дерьмо, растирая кожу до боли. Но голос в голове буквально кричит.

Кровь! Она затянет! Ты будешь гореть в аду! Это ты виновата! Беспомощная дрянь! Мусор, который ни на что не способен! Ты не спасла! Ты убийца!!! ТЫ! ТЫ! ТЫ! ТЫ!

КровьзатянетвсехвпереулокЛинасмотритинеможетдышатьстеклопластиквгрудиэтонестеклоэтоножголоваболиттыубийцатыубилаеетыниначтонеспособнаникогонеспособнаспастиСТОП.

— НЕТ! — кричу я и отрываюсь от раковины.

Воспоминания вспыхивают перед глазами. Лина. Кровь. Переулок. Меня трясет, бросает то в жар, то в холод. Сжимаю руки в кулаки и начинаю медленно считать.

Один. Белая раковина. Холодный фарфор.

Надо заземлиться.

Два. Капля воды.

Дыши, Эмма.

Три. Звук за дверью. Чей-то голос.

Это нереально, это в прошлом.

Четыре. Часы... тикают.

Пять.

Шесть.

Черт, давай!

Сквозь пелену паники мне все же удается расслышать обеспокоенный голос Лис, она стучит в дверь.

— Эмма! Эмма, открой! Ты в порядке?

Сделав глубокий вдох, я дрожащими руками открываю дверь, и меня сразу обхватывают теплые руки.

— Боже, ты как, Эмми? Снова приступ? Дыши, милая... Все хорошо, я с тобой. — Она обнимает меня и гладит по спине.

Я сжимаю ее в объятиях и прерывисто дышу. Мне понадобилось десять минут, чтобы окончательно прийти в себя и отстраниться.

— П-прости... Я думала, что... справлюсь, — шепчу я и шмыгаю носом.

— Ничего, все хорошо, я понимаю. — Она мягко улыбается и гладит по плечу. — Езжай домой, я вызвала тебе подмену. Тебе сегодня еще на свидание ехать.

Лис подмигивает, что вызывает у меня слабую улыбку.

— Может, ты и права, — робко говорю я. И как раз в этот момент приходит SMS от Келла.

Келл. Хотел уточнить, любишь итальянскую кухню?

Мы выходим из туалета, и у стойки регистрации стоит толпа взволнованных родственников, которые оглушают медсестру криками и вопросами. Алис сразу уводит меня в ординаторскую и сажает на диван.

— Все, теперь спокойно переодевайся и езжай домой, — говорит она, протягивая мне стакан воды. — Обязательно напиши, как доберешься.

Я беру стакан и делаю пару глотков.

— Хорошо. Спасибо, Лис.

Она улыбается и целует меня в щеку, шагая к выходу.

— Давай, подруга. Развейся и обязательно позвони мне вечером! Целую!

Оставшись одна, я вздыхаю и закрываю лицо руками. После приступа тело охватывает слабость. Какой отвратительный день... Точно. Я же не ответила Келлу.

Эмма. Люблю.

Келл. Отлично, тогда пойдем в ресторан :) С нетерпением жду встречи!

Эмма. Хорошо.

Отвечаю, конечно, максимально холодно, но у меня нет настроения на излишние любезности. Отложив телефон, я встаю и иду переодеваться. Именно сегодня я надела красную толстовку. От этого ловлю сильный триггер. Кровь. Кровь. Кровь. Трясу головой и делаю несколько глубоких вдохов. Все хорошо, Эмма.

На телефон снова приходит уведомление.

Келл. Все хорошо?

Эмма. Да. Просто устала. Смена выдалась очень тяжелая.

Келл. Ты уже закончила? Так рано?

Эмма. Угу, так вышло. При встрече расскажу.

Келл. Хорошо, надеюсь, ты в порядке...

Эмма. В порядке, не переживай. До встречи.

Убираю телефон в карман и выхожу из ординаторской. Атмосфера в отделении ужасная. Родственники погибших пациентов безудержно плачут, кто-то падает в обморок, а у кого-то вступает в ход агрессия и неверие. Шум стоит невыносимый, и я как можно быстрее иду к выходу.

На улице идет дождь. Замечательно. Что еще принесет мне этот день? Проклиная весь мир, сажусь и завожу двигатель. Не заводится. Сука! Стучу по рулю и прижимаюсь к нему лбом. Спокойно... Дыши. Пытаюсь завести еще раз и наконец получается.

По дороге домой меня клонит в сон. Все бы отдала, чтобы сейчас оказаться в постели. Дождь бьет по лобовому стеклу, но чертовы дворники не работают. Я люблю свою машину, но за счет возраста она все чаще подводит. Уличный мрак только усугубляет ситуацию, вызывая во мне бурю непрошеных мыслей. Сталкер. Убийца. Лина. Паника. Хочется хоть на мгновение забыть обо всем и просто отключиться. Ну, пожалуйста.

В квартире темно и холодно. Скинув обувь, я сразу иду в душ. Горячая вода разливается по телу, пар начинает окутывать пространство. Мне нужно смыть с себя эту смену, смыть этот кошмар.

Почему ты не спасла меня, Эмма?

Внезапный образ, возникший передо мной, заставляет закричать. Водяной пар сгустился, приняв очертания.

Я не увидела ее — я почувствовала. Запах медной монеты и влажной земли ударил в нос. Вода, стекающая по спине, стала липкой и теплой. Я зажмурилась, но образ не исчез — он нарисован на внутренней стороне век: синяки, как гроздья черного винограда на бледной коже. И тихий шепот громче крика: «Почему ты жива, а я нет?»

Передо мной стоит Лина, ее горло перерезано, и когда-то русые волосы слиплись от крови. Одежда грязная и разорвана в клочья.

Я закрываю лицо руками и падаю на плитку, безудержно крича.

Почему ты не спасла меня? Бросила... Из-за тебя я умерла. Из-за тебя! ИЗ-ЗА ТЕБЯ!!! ТЫ ВО ВСЕМ ВИНОВАТА!!!

Голос в голове не умолкает, отчего я в отчаянии прижимаю ладони к ушам. Слезы текут по лицу, смешиваясь с каплями воды.

— Нет... нет! Это не я... Ты умерла... Ты не здесь... Я не виновата!

Все стихает. Открыв уши, я поджимаю колени к груди и даю волю эмоциям. Плечи трясутся от рыданий, а с губ срываются прерывистые всхлипывания. Чувствую себя жалкой.

Проведя в ванной около сорока минут, наконец выхожу, завернувшись в полотенце, и иду на кухню. Когда-то я наблюдалась у психотерапевта, но это не сильно помогло. Он прописал мне препарат, который сокращал количество моих приступов и спасал меня от психушки, но в более взрослом возрасте я решила прекратить его принимать и начать справляться самой. Единственное, к чему я могу прибегнуть, — это таблетки валерьяны или снотворное, когда меня мучает бессонница. Открыв шкафчик, беру пузырек с валерьянкой и высыпаю на ладонь две штуки. Руки дрожат, но мне удается запить их водой. Скоро должно полегчать. Смотрю на время. 16:30. Слава богу. Есть шанс поспать.

Вздохнув, я иду в спальню и плюхаюсь на кровать. Как хорошо... Перевернувшись на бок, смотрю на прикроватную тумбочку и вспоминаю. Письмо.

Достаю конверт и снова перечитываю послание от своей «тени», как он себя представил. Что он имел в виду под «погоней за правдой»? Он знает о моем прошлом? И как он все-таки проник в квартиру? Может, я ему надоем и он от меня отстанет? Сегодня тишина, даже ни разу на глаза не попался. Ладно, нужно поспать...

Отбрасываю письмо и откидываюсь на подушки, закрывая глаза. Наконец-то...

Вдруг звонит телефон, и я вскакиваю. Келл.

— Алло?

— Привет, Эм! Ты готова?

— Хм, еще нет... Ты же только к шести подъедешь. — Голос почему-то охрип.

— Именно, сейчас как раз шесть. — В его голосе сквозит улыбка.

Мои глаза округляются, и я смотрю на время. 18:01. Черт! Я даже не заметила, как уснула!

— Боже, прости, пожалуйста! Я снова все проспала... Я скоро буду. — Тараторю я, уже подрываясь с кровати и прижимая телефон к уху.

— Я так и понял. Ничего страшного, я подожду, — ласково произносит он.

— Если хочешь, можешь зайти ко мне.

— От такого предложения я не откажусь.

Повесив трубку, я понимаю, что абсолютно голая. Полотенце сползло, пока я спала. По всей комнате ищу свою безразмерную черную футболку и шорты. Куда все подевалось?! Наконец одеваюсь и бегу ко входной двери. Парней у меня дома еще не было. Келл видел меня во многих состояниях, поэтому я не парюсь и встречаю его не накрашенная и с гнездом вместо волос.

— Привет, — он улыбается и проходит внутрь, — чудесно выглядишь. — С его губ срывается смешок.

Он одет в классический черный костюм. Белую рубашку украшает бабочка, на ногах лакированные ботинки. Подготовился знатно, не то что я.

— Да, да. Знаю, — усмехаюсь я и провожаю его на кухню. — Чай будешь?

— Не откажусь.

Ставлю чайник и поворачиваюсь к нему.

— Из сладкого, к сожалению, только сахар.

— Ничего, обойдусь. — Он садится за стол и подпирает подбородок рукой.

Наливаю чай и иду в спальню, на ходу крича.

— Я быстро соберусь, дай мне десять минут!

— Собирайся спокойно! Я подожду!

Роюсь в шкафу и не понимаю, что надеть. У меня мало одежды «на выход». Я редко куда-то выбираюсь, и как самый ответственный человек не подготовилась заранее.

Внезапно нахожу на дне шкафа черное платье, которое год назад подарила мне Лис. Примерив его, я понимаю, что оно облегает все мои изгибы. Справа большой вырез, идущий от середины бедра. Бретельки подчеркивают выпирающие ключицы, а изящное декольте выделяет третий размер груди. Думаю, для ресторана то что надо. Откапываю черные туфли на невысоком каблуке, главное в них не свалиться. Делаю свой классический макияж, но вместо привычного блеска подчеркиваю губы коричневым карандашом и нежно-розовой помадой. Привожу в порядок волосы, расчесывая и выпрямляя кончики плойкой. Ну все, готово.

Так быстро я еще не собиралась... На все ушло 15 минут. Выхожу к Келлу, и при виде меня у него округляются глаза. Придя в себя, он наконец произносит:

— Ты прекрасна...

Эти слова заставляют меня засмущаться.

— Спасибо.

Он встает и направляется ко мне, чтобы взять за руку.

— Пойдем?

Я киваю, и он накидывает мне на плечи мое длинное пальто. Мы выходим из квартиры. Такси уже ждет внизу, и он любезно помогает мне сесть. Дорога до ресторана проходит в молчании. Я смотрю в окно и из головы не выходят события последних дней. Из раздумий меня выводит звук открывающейся двери. Келл выходит и протягивает мне руку, чтобы помочь выйти. Ресторан выглядит хорошо. Внутри нас встречают приятная музыка, невероятный запах еды и теплая атмосфера. Официант проводит нас к свободному столику и предлагает меню.

— Что ты будешь? — спрашивает Келл, листая меню. — Вино, шампанское?

— Красное вино подойдет, — ровно произношу я, открывая меню.

Из еды я выбираю классическую карбонару. На большее фантазии не хватило. Отложив меню, замечаю взгляд Келла на себе, точнее на моем декольте. Это напрягает, становится некомфортно. Он замечает мой взгляд и сразу утыкается в меню.

— Ты готова заказать? — прочистив горло, спрашивает он.

— Да, я буду карбонару.

Он кивает и подзывает официанта. Тот записывает наш заказ и предупреждает о долгом ожидании из-за технических проблем на кухне. Класс.

Келл снова переводит взгляд на меня и буквально пожирает глазами.

— Ты хотела рассказать о сегодняшней смене, — с хрипотцой произносит он.

— Ну... Там был инцидент. Парень выдернул кусок стекла из груди и залил половину отделения кровью, — говорю я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — В принципе, сегодня было много тяжелых пациентов...

— Тебе стало плохо? Поэтому ты раньше закончила? — В его голосе слышится нотка беспокойства.

— Можно и так сказать... Просто мутить начало, ничего такого, — вру я.

Келл кладет руку поверх моей и чуть сжимает, от этого прикосновения меня пробивает странная дрожь.

— Бывают тяжелые дни... Но сейчас же все хорошо?

— Да, я в порядке, не переживай. — Слабо улыбаюсь, надеясь, что он не читает меня как открытую книгу.

Следующие полчаса мы болтаем на совершенно разные темы, начиная рабочими моментами, заканчивая обсуждением любимых фильмов. Позже нам приносят еду. Но все это время меня не покидает ощущение, что за мной кто-то следит. Снова. Бегаю глазами по ресторану, но никого подозрительного не вижу.

Келл отпивает вина, ставит бокал и смотрит на меня оценивающе, как на товар.

— Девственница? — спрашивает он безо всякого перехода, и это звучит не как вопрос, а как констатация факта. В его глазах мелькает не интерес, а право собственности.

И это застает меня врасплох.

— Что?.. — спрашиваю я, делая вид, что не расслышала.

Келл смотрит мне в глаза, делая глоток вина.

— Был секс? — совершенно непринужденно переспрашивает он.

Я хлопаю глазами и не понимаю, что говорить. Меня удивляет, что он так просто задает настолько интимный вопрос. Для меня это что-то за гранью возможного. Прочистив горло, я отвечаю:

— Не было.

— Серьезно? У такой красивой девушки ни разу не было секса? — Он явно не скрывает своего удивления, но потом его губы растягиваются в улыбке.

— Почему тебя так это интересует?

— Ничего такого, простое любопытство.

Его улыбка кажется мне многозначительной, но я решаю не заострять на этом внимание.

Допив вино, Келл предлагает прогуляться, и я соглашаюсь. Мы выходим из ресторана, ночной Лондон встречает нас с легким ветерком. Улицы освещены дорожными фонарями, красочными вывесками, что придает особую атмосферу. Келл берет меня за руку и ведет вдоль заведений.

— Погода сегодня прекрасная, правда? — говорит он, поглаживая большим пальцем мою руку.

— Да, сегодня и правда хорошо на улице, — отвечаю я и вдыхаю свежий ночной воздух полной грудью.

Его рука перемещается мне на талию, что заставляет меня на секунду напрячься, но в итоге я расслабляюсь. В этом же ничего такого нет, правда?

Бо́льшую часть времени мы гуляем молча, пока не оказываемся в одном из переулков. Келл внезапно останавливается и обхватывает рукой мою щеку.

— Почему меня к тебе так тянет? — шепчет он, и его теплое дыхание щекочет мою кожу.

— Келл, что ты...

Не успев договорить, ощущаю, как его губы накрывают мои. Сначала нежно, но потом он начал углублять поцелуй, становясь все более несдержанным. Его язык касается моего, а руки начинают блуждать по телу. В себя я прихожу, когда чувствую его руку между своих ног. Нет, нет, нет! Пытаюсь его оттолкнуть, но он только сильнее прижимает меня к себе, и я ощущаю, как его пах упирается в мой живот. Напряженная выпуклость под толстой тканью брюк ощущается как приговор. Меня сейчас изнасилуют. Отрываясь от моих губ, он начинает целовать и покусывать шею. Мне это не приносит никакого удовольствия.

— Келл... Не надо... Отойди... — умоляю я, и дыхание сбивается.

— Ты же сама этого хочешь. Думаешь, я не заметил, как ты смотрела на меня сегодня? — хрипло рычит он, вдавливая меня в стену.

— Нет! Я не готова... Прошу, Келл. Отпусти... — Мой голос начинает срываться, когда слышу звук. Сухой, отчетливый, как щелчок предохранителя. Ширинка. Это возвращает меня в тело с такой силой, что вырывает обратно в реальность.

Это уже не домогательство. Это предварительное убийство. И сейчас оно состоится.

— Брось... Я идеальный вариант для твоего первого секса, — шепчет он мне на ухо и прикусывает мочку.

Перед глазами начинает плыть из-за подступающих слез. Несмотря на мои попытки оттолкнуть или ударить, ему плевать. Как будто сражаюсь с бетонной стеной.

Я собираюсь закричать, но он закрывает мне рот рукой, начиная тереться бедрами о мои, издавая при этом тихий стон.

— Я отрежу тебе член, если сейчас же не уберешь от нее свои руки.

Грубый голос доносится до моих ушей, и взгляд встречается с глазами цвета стали.