Алиса Беспалова Исцеление сквозь миры

Глава 8. Тайны дневника

Эрика вошла в свою комнату в общежитии, устало опустилась на кровать и оглядела ещё три нераспакованные сумки. «Начну с самой маленькой», — решила она.

Разбирая вещи, она наткнулась на свёрток, завёрнутый в кружевную салфетку. Внутри лежал старинный дневник в кожаном переплёте с потускневшими серебряными застёжками. На обложке витиеватой вязью было выведено: «Антонина Фёдоровна Воронцова. Записи о даре и путях его сохранения».

Сердце Эрики забилось чаще. Она осторожно открыла дневник. Страницы пожелтели от времени, но чернила сохранились хорошо. Почерк был аккуратным, с характерными завитушками.

Листая дневник, Эрика нашла раздел, озаглавленный: «О восстановлении сил после применения дара».

Текст гласил:

«Сила, данная свыше, требует подпитки. После каждого исцеления часть жизненной энергии уходит вместе с тёмным существом — так называемой алкогольной лярвой. Эти сущности порождаются зависимостью и питаются жизненной силой носителя, ослабляя его волю и разрушая разум. Обычные способы восстановления бессильны. Для восполнения сил необходим контакт с существом, чья кровь хранит память веков — с древним вампиром, прожившим более ста лет. Его кровь содержит особую субстанцию, способную восстанавливать магический резерв.

Однако в наше время подобных созданий почти не осталось. Последний, кого я знала, сгинул в 1917 году. Потому для обретения помощи придётся прибегнуть к ритуалу перехода во времени — отправиться в XIX век, где древние вампиры ещё встречались среди людей. Ритуал сложен и опасен, требует подготовки и помощника.

Важное примечание: время пребывания в прошлом строго ограничено. Свеча, поддерживающая связь с настоящим, горит ровно три часа. За этот срок путешественник должен найти древнего вампира и получить необходимую помощь. По истечении времени связь прервётся, и возвращение станет невозможным».

Далее следовали подробные инструкции: список ингредиентов, схема начертания круга перехода, заклинания на забытом языке. В конце была приписка:

«Помни: время не любит, когда его тревожат. За каждый шаг в прошлое придётся заплатить. Будь готова к последствиям».

На следующий день Эрика позвала Венеру к себе. Дрожащими руками она показала ей дневник.

— Смотри, — прошептала она, — бабушка Антонина всё предусмотрела. Здесь написано, как восстановить силы после использования дара. Оказывается, те тёмные существа, с которыми я боролась, называются алкогольными лярвами. И чтобы восполнить потраченную энергию, нужно найти древнего вампира… в XIX веке.

Венера пробежала глазами страницы, её глаза расширялись от изумления.

— Ты серьёзно? Путешествие во времени? — она подняла взгляд на подругу. — Это звучит как безумие. Но… учитывая всё, что я видела и слышала о твоём даре, возможно, это не такая уж фантастика.

— Проблема в том, что ритуал требует помощника, — продолжила Эрика. — Кто-то должен остаться в настоящем и поддерживать связь, удерживать «нить», которая позволит мне вернуться.

— И ты хочешь, чтобы этим помощником стала я? — догадалась Венера.

— Да, — кивнула Эрика. — Ты единственная, кому я могу это доверить. И единственная, кто поверит.

Девушки сели за стол, разложили перед собой страницы дневника и начали изучать детали ритуала. Необходимые ингредиенты:

пепел от сожжённого письма, написанного собственной кровью;

капля росы с цветка, сорванного в полнолуние;

серебряный амулет в форме полумесяца (тот самый, что оставила Антонина Фёдоровна в дневнике);

горсть земли с места, значимого для путешественника;

свеча, сделанная вручную из воска и трав.

Условия проведения:

Полнолуние;

точное произношение заклинаний на древнем языке.

Транскрипция заклинания перехода:

hae lineae candelarum clare exurunt, portae ad praeteritum apertae sunt, umbrae in waltz natant, arcana vetera per nebulas oblivioni traduntur, sonus raedae nos a longinquo saeculo vocat, mirabiles sunt duets, tempus vicem facit

(Ха́э ли́неа кандела́рум кла́ре эксу́рунт, по́ртаэ ад пра́теритум а́пертаэ сунт, у́мбраэ ин ва́льц на́тант, а́ркана вэ́тера пер нэ́булас обливио́ни траду́нтур, со́нус ра́эдэ нос а лонги́нко сэ́куло во́кат, мира́билес сунт дуэ́тс, тэ́мпус ви́кем фа́цит.)

— Звучит как песня, — тихо сказала Венера, вчитываясь в строки.

— В каком-то смысле так и есть, — ответила Эрика. — Каждое слово ключ, каждая интонация нота, которая открывает дверь. Это латинский язык, мы учили его в медицинском, — добавила она. — Переводится красиво:

«Свечи ярко догорают, Двери в прошлое открыты, Тени в вальсе проплывают, Тайны старые забыты. Сквозь туман и звон кареты, Век далёкий нас зовёт. Там прекрасные дуэты, Время, делай поворот!»

— А землю… — задумчиво произнесла Эрика. — В дневнике сказано, что нужна горсть земли с места, где произошло важное событие в жизни путешественника.

— У нас есть такая! — воскликнула Венера. — Помнишь, как мы впервые встретились? У старой школы в Малиновске, под большим клёном? Мы тогда обе опоздали на первый урок и стояли там, прячась от дождя.

— Да, — улыбнулась Эрика. — И решили, что будем дружить. Это точно важное событие.

— Мы же привезли немного земли оттуда, — вспомнила Венера. — Просто на память о родном городе, о детстве… Думали, поставим в баночке на полку. А она, выходит, для этого и была нужна.

— Судьба, — прошептала Эрика, доставая маленькую стеклянную баночку с тёмно-коричневой землёй. — Всё складывалось к этому с самого начала.

Следующие несколько дней девушки провели в подготовке. Венера собрала росу с лилий у озера, Эрика сделала свечу по рецепту из дневника. Земля с места их первой встречи была аккуратно пересыпана в маленький льняной мешочек. Пепел от письма, написанного кровью Эрики, хранился в маленьком хрустальном флаконе.

Однажды вечером, разбирая вещи для ритуала, Эрика вдруг замерла и с тревогой посмотрела на Венеру:

— Ну как же я это сделаю? — спросила она, нервно теребя край салфетки. — Всего три часа… За это время нужно не просто попасть в XIX век, а найти древнего вампира, убедить его помочь… Это же невозможно!

Венера задумалась на мгновение, потом взяла дневник и быстро пролистала страницы.

— Посмотри сюда, — она указала пальцем на абзац в конце раздела о ритуале. — Бабушка пишет, что обладатели дара могут интуитивно чувствовать присутствие подобных существ. Чем ближе вампир, тем сильнее будет отклик в твоей силе — словно эхо или тёплый импульс.

— Но как понять, куда идти? С кем говорить? — нахмурилась Эрика.

— Она советует довериться интуиции, — пояснила Венера. — В дневнике упоминается, что в XIX веке вампиры часто скрывались среди аристократии, посещали балы и салоны. Возможно, тебе стоит направиться туда, где собирается высшее общество. А твой дар поможет почувствовать, кто из присутствующих тот, кого ты ищешь.

— То есть я должна полагаться на ощущения? — уточнила Эрика.

— Именно, — кивнула Венера. — Твой дар — твой проводник. Он не подведёт.

— Ну как же я в своём обличии, в своей одежде попаду-то в девятнадцатый век? Всё и так посчитают меня ведьмой за рыжие волосы, веснушки и зелёные глаза, а тут я ещё туда в джинсах и футболке отправлюсь! Меня точно на костре сожгут.

Венера на мгновение задумалась, а потом её лицо озарилось улыбкой:

— У нас же есть театральный кружок! Мы же ставим сценки — исторические, про девятнадцатый век. Там с лёгкостью сможем подобрать тебе платье дамы того времени. Ты его наденешь и отправишься в прошлое, в нём это не вызовет подозрений ни у кого в том веке.

Эрика и Венера осторожно приоткрыли дверь в костюмерную театрального кружка. Пожилая руководительница, перебирала коробки с аксессуарами.

— Анна Васильевна, здравствуйте, — первой заговорила Венера, стараясь говорить как можно убедительнее. — У нас к вам необычная просьба.

— Слушаю вас, девочки, — женщина повернулась к ним, поправив очки.

Эрика сделала шаг вперёд:

— Понимаете, мы с Венерой давно хотели устроить тематическую фотосессию в стиле XIX века. Венера обожает исторические романы, а я… ну, мне просто очень нравится эстетика того времени.

Венера подхватила, жестикулируя:

— Да-да! Хотим сделать несколько кадров у старого клёна в парке, может, у городской ратуши, там как раз архитектура подходящая. Получится что-то вроде портретов из старинного альбома!

Анна Васильевна с любопытством посмотрела на них:

— Фотосессия, значит… И вы решили, что лучше всего для этого подойдёт настоящий исторический костюм из наших запасов?

— Именно! — улыбнулась Венера. — Мы видели ваши платья — они же настоящие произведения искусства! Ни один прокат не даст такого аутентичного вида. К тому же мы обе участвуем в кружке, помогаем с декорациями, мы бы очень аккуратно обращались с нарядом.

Эрика добавила, стараясь выглядеть максимально искренне:

— Мы, конечно, понимаем, что костюмы нужны для репетиций и постановок. Но если есть какое-то платье, которое сейчас не задействовано… Мы вернём его в идеальном состоянии, обещаю. Сделаем фото быстро, за один вечер, и сразу принесём обратно.

Анна Васильевна задумчиво погладила подбородок:

— Фотосессия… Это, конечно, не репетиция и не спектакль, но идея интересная. И вы правы, у нас есть несколько платьев, которые пока не используются. Вы ведь знаете правила: ничего не пачкать, не мять, не пытаться переделывать фасон.

— Конечно, конечно! — закивала Венера. — Мы будем обращаться с ним как с музейным экспонатом. И, если нужно, поможем потом привести его в порядок, почистить, отпарить.

— И мы можем сделать несколько фото для архива кружка, — предложила Эрика. — Чтобы у вас остались кадры в этом красивом наряде. Вдруг пригодится для рекламы или выставки истории костюма?

Анна Васильевна улыбнулась:

— Ну что ж, девочки, вы меня убедили. Тем более что идея с фотоархивом действительно полезная. Пойдёмте, посмотрим, что у нас есть из эпохи 1880-х, как раз пик элегантности, шёлк, кружево, вышивка… Думаю, найдём что-то подходящее.

Она направилась к большому шкафу с костюмами, а Эрика с Венерой переглянулись и незаметно обменялись торжествующими улыбками.

— Вот, например, этот наряд — как раз из эпохи 1880 х. Шёлк, кружево, вышивка… Настоящая роскошь! Эрика примерила платье. Тёмно-синее, с высоким воротником и длинными рукавами, оно идеально село по фигуре. Пышная юбка и корсет создавали нужный силуэт, а глубокий цвет подчёркивал яркость её глаз.

— Идеально, — выдохнула Венера, оглядывая подругу. — Теперь ты точно не привлечёшь лишнего внимания.

Вечером накануне полнолуния они сидели в комнате Эрики. На полу был начертан круг перехода, сложные символы и руны, скопированные из дневника. В центре лежал серебряный полумесяц, вокруг расставлены свечи. Мешочек с землёй из Малиновска был помещён у края круга, как якорь, связывающий с родным миром. Рядом на стуле аккуратно висело старинное платье.

Эрика медленно подошла к стулу, аккуратно взяла платье и надела его. Ткань приятно скользнула по коже, корсет мягко поддержал спину, а пышная юбка чуть шелестела при каждом движении. Она подошла к зеркалу и на мгновение замерла: перед ней стояла дама XIX века, элегантная, утончённая, совершенно не похожая на медсестру из современной больницы.

— Ну что, — тихо произнесла она, поворачиваясь к Венере, — я готова.

— Ты потрясающе выглядишь, — искренне восхитилась Венера. — Теперь точно никто не заподозрит, что ты из другого времени.

Эрика глубоко вдохнула, подошла к кругу и встала в его центр. Она взяла амулет в руку и начала произносить первые слова заклинания. Воздух вокруг задрожал, символы на полу засветились мягким голубым светом.

— Держи свечу, — прошептала Эрика. — И жди меня. Венера кивнула, сжимая в руке зажжённую свечу. Её глаза были полны тревоги, но она твёрдо решила выполнить свою часть договора. Эрика закрыла глаза и произнесла финальную фразу. Свет вспыхнул ярче, затем поглотил её целиком…

На мгновение в комнате воцарилась абсолютная тишина. Венера стояла, не шевелясь, с зажжённой свечой в руках. Пламя дрожало, словно отражая её внутреннее состояние. Девушка вглядывалась в центр круга там, где только что стояла Эрика, теперь мерцали угасающие голубые искры, медленно растворяясь в воздухе.

— Эри? — тихо позвала Венера, сама не зная, чего ждёт в ответ.

Тишина. Только потрескивание свечи нарушало безмолвие комнаты.

Венера подошла ближе к кругу, осторожно коснулась пальцами светящихся рун. Они ещё хранили слабое тепло и едва уловимую вибрацию, словно отголосок магического перехода. Мешочек с землёй из Малиновска по-прежнему лежал у края круга, будто якорь, удерживающий связь между мирами.

«Она там, — подумала Венера. — В XIX веке. Одна. Среди незнакомых людей, в чужом времени…»

Девушка опустилась на колени рядом с кругом, поставила свечу перед собой и крепко сжала серебряный амулет, точную копию того, что взяла с собой Эрика. По инструкции из дневника, он должен был служить связующим звеном между подругами.

— Я здесь, — прошептала Венера. — Я держу нить. Возвращайся ко мне, Эри. Обязательно возвращайся.

Глава 9. В чужом времени

Эрика открыла глаза и резко вдохнула, словно вынырнув из глубины. Она очутилась на площади, брусчатка под ногами, старинные дома с узкими окнами по периметру, а прямо напротив, старый трактир с покосившейся вывеской, на которой едва угадывалось: «Сытый путникъ».

Сердце бешено колотилось. Эрика огляделась, пытаясь осознать происходящее. Всё вокруг было настоящим: запах конского пота и навоза, скрип колёс проезжающей телеги, гул голосов, доносившийся из трактира. Она машинально посмотрела на свои наручные часы, секундная стрелка неумолимо двигалась вперёд.

«Три часа пошли», — мысленно произнесла Эрика, сглотнув ком в горле.

Она почувствовала слабый, но отчётливый импульс внутри себя — тёплый, пульсирующий отклик, который словно указывал направление. Интуитивно Эрика поняла: нужно войти в таверну.

Дверь скрипнула, впуская её внутрь. В нос ударил густой аромат: смесь пережаренного мяса, хмеля, дыма от лучин и едва уловимой нотки плесени. В помещении царил полумрак, разгоняемый лишь неровным светом нескольких сальных свечей и пламени очага в глубине зала.

Таверна выглядела так, как Эрика представляла себе заведения XIX века из книг и фильмов:

Стены были обшиты потемневшими от времени дубовыми досками, кое-где покрытыми паутиной. На одной из стен висел потрёпанный гобелен с изображением охоты.

Потолок поддерживали массивные балки, покрытые копотью. С них свисали пучки сушёных трав и лука.

В центре зала стояло несколько грубых деревянных столов, покрытых пятнами от кружек и пролитого пива. Вокруг них, скамьи и табуреты, часть из которых явно пережила не одну драку.

У стены располагалась длинная стойка из того же тёмного дуба. За ней суетился коренастый хозяин с красным лицом и засаленным фартуком.

Очаг в глубине помещения давал не только тепло, но и дополнительный свет. На вертеле медленно крутился поросёнок, источая аппетитный аромат жареного мяса.

Посетители сидели небольшими группами: кучка подвыпивших мастеровых в замасленных кафтанах, пара подозрительных типов в плащах с капюшонами, пожилой купец в расшитом камзоле, обсуждавший что-то с извозчиком.

Воздух был густым от табачного дыма, пара от горячих блюд и запахов еды. Где-то в углу дремал кот, свернувшись клубком на бочке.

На стойке стояли большие глиняные кувшины, медные кружки и блюдо с нарезанным чёрным хлебом. Рядом, корзина с солёными огурцами и копчёной рыбой.

Окна были небольшими, с мутными стёклами, кое-где затянутыми бычьим пузырём.

Сквозь них пробивался тусклый дневной свет.

Эрика замерла у входа, стараясь не привлекать внимания. Её платье эпохи 1880-х, тёмно-синее, с кружевами и вышивкой, не вызывало удивления, но сама она, с рыжими волосами и веснушками, наверняка выделялась среди местных. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и сделала шаг вперёд, чувствуя, как внутренний импульс становится чуть сильнее.

«Его здесь нет, — поняла Эрика. — Где-то рядом. Но как понять где искать?».

Она направилась к свободной скамье у стены, стараясь держаться уверенно, хотя колени подрагивали. Взгляд скользил по лицам посетителей, никто из них не мог быть тем, кого она ищет?

Эрика медленно оглядела зал, сосредоточившись на своём даре. Она прикрыла глаза на мгновение, пытаясь уловить тот самый тёплый импульс, признак присутствия древнего вампира. Но вокруг были лишь обычные человеческие эмоции: усталость мастеровых, алчность подозрительных типов в плащах, деловая озабоченность купца. Ничего сверхъестественного.

«Его здесь нет», — с тревогой подумала Эрика. Стрелка часов неумолимо двигалась вперёд. Время шло, а она всё ещё не приблизилась к цели.

Она вновь открыла глаза и обвела взглядом помещение. Взгляд невольно остановился на трактирщике — коренастом мужчине с красным лицом и засаленным фартуком. Он ловко разливал пиво из большого кувшина, попутно перебрасываясь шутками с посетителями. В нём чувствовалась хватка человека, который знает всё, что происходит в округе.

«Возможно, он сможет помочь», — решила Эрика.

Собравшись с силами, она направилась к стойке. При каждом шаге шуршала пышная юбка платья, привлекая к себе любопытные взгляды. Подойдя ближе, Эрика постаралась придать лицу самое приветливое выражение.

— Будьте добры, — обратилась она к трактирщику, стараясь говорить спокойно и уверенно, — можно мне кружку эля?

Трактирщик окинул её оценивающим взглядом, не дерзким, а скорее уважительно-любопытным.

— Конечно, сударыня, — пробасил он, ставя перед ней запотевшую медную кружку. — Редкий гость в наших краях дама столь утончённого вида. Чем могу служить?

Эрика сделала небольшой глоток, чтобы выиграть время и собраться с мыслями. Затем, понизив голос, спросила:

— Скажите, уважаемый, не случалось ли в последнее время чего-то необычного в городе? Может, появились какие-то новые лица, или происходили странные события?

Трактирщик на мгновение замер, вытер руки о фартук и наклонился ближе.

— Необычного, говорите? — он понизил голос до шёпота. — Да как вам сказать… Месяца два назад в заброшенном доме старого помещика поселился некий господин. Дом-то уж лет десять как пустует, хозяин его помер, наследники не объявились. Место и прежде-то недоброй славой пользовалось, а теперь и вовсе…

Эрика почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. Импульс, едва уловимый, но знакомый, стал чуть сильнее.

— Заброшенный дом? — переспросила она, стараясь не выдать волнения. — А как туда добраться?

— Да просто, сударыня, — трактирщик махнул рукой в сторону окна. — Видите вон ту колокольню? От неё по улице вверх, мимо старой кузницы, а дальше тропа пойдёт через заброшенный сад. Дом на холме, его ни с чем не спутаете: окна заколочены, крыша местами провалилась, но сад… Вот что странно: сад-то ухоженный! Словно кто-то за ним следит.

Он понизил голос ещё больше:

— Господин этот выходит только по ночам. Днём его не видать — словно и нет никого. А ночью… Люди говорят, видели тень у окон, слышали шаги во дворе. Кто-то даже клянется, что видел голубоватый свет сквозь щели в ставнях. После его прогулок по городу пропадают бродячие собаки, а по утрам находят кур с перерезанной шеей во дворах.

Эрика кивнула, чувствуя, как импульс внутри становится всё отчётливее. Она достала из ридикюля монету и положила на стойку.

— Благодарю вас за информацию и за эль, — сказала она, вставая. — Вы очень помогли.

— Всегда к услугам благородных дам, — поклонился трактирщик. — Только… — он помедлил, — будьте осторожны, сударыня. Люди обходят то место за три версты. Днём-то ещё ничего, а ночью… Никто не решается туда сунуться. Говорят, от самого дома веет холодом и страхом, словно сама смерть там поселилась.