Андрей засмеялся над самим собой, накрутив себе ужасную картину.
– Конечно.
Он вышел из кафе и смотрел на прохожих людей. Все они шли и улыбались ему. Это было ужасно неестественно. Это было просто нереально. Так сладко не бывает, так радостно просто не может быть вокруг. Улицы были чистые, солнце ярко светило в небе. В воздухе была свежесть.
Нет, такого не может быть. Это все иллюзия. И я знаю, что моя жена умерла от рака легких. Она умерла три месяца назад, но сейчас она жива, а я здесь. Я не могу вспомнить, что со мной произошло. Но разве мне нужно это? Мне и здесь хорошо. Я давно не ощущал себя так хорошо за последние месяцы жизни. Словно передо мной открыты двери во все стороны. Это не жизнь, а самая настоящая сказка. Да, Андрюха, все бредово, но мне хочется остаться здесь
Андрей внимательно посмотрел на отражавшую поверхность витрины кафе и понял одно – нет отражения. Сначала он ничего не понял. Походил туда-сюда, но отражения не появлялось, словно он был призраком этого мира. Или весь мир являлся призрачным, и он уже давно мертв.
Эта мысль его напугала. Андрей попытался вспомнить, что с ним произошло. Что случилось с ним. Но как ни старался, вспомнить не удавалось. Он не мог вспомнить тот самый последний момент, день, час, когда все оборвалось в одно мгновение.
Он просто знал, что умерла жена три месяца назад, и все. Как будто этой информации было достаточно. А что, если и вправду загробный мир существует? Что, если он стал призраком, частью призрачной копии города? Только здесь все светло, ярко и хорошо.
Андрей слегка качнулся. Стоять на ногах стало трудно. Ему казалось, что сейчас упадет в пропасть, где будет вечно падать вниз. Ноги не хотели слушать. Не хотели идти назад в кафе, они просто затвердели, и он, как истукан, стоял и смотрел на мимо проходящих людей.
– Что за… – он попытался напрячь все мышцы ног и сдвинуться с места хоть на несколько сантиметров, но ничего не вышло. – Я не понимаю, что происходит. Извините, мужчина.
Андрей остановил мужчину, тот ему радостно заулыбался.
– Да. Чем могу вам помочь?
– Я знаю, это прозвучит странно, но не могли бы меня взять за руку и прямо со всей силой дернуть меня на себя? Я знаю, это звучит …
– Да без проблем, давайте руку. Я дерну ее так, что вы просто будете удивлены мною.
Его неявственная улыбка уже не хотела сползать с лица. Она как бы дарила тепло, но в то же время она была жалкой пародией на настоящую улыбку человека.
Андрей протянул ему руку, и мужчина дернул со всей силы, и резкая боль пронзила Андрея. Кровь брызгала в разные стороны. Мужчина упал на тротуар вместе с рукой, которую дернул. Она еще немного шевелилась и была теплой.
– Хех. Я вам сказал, что я дерну так, что мало не покажется. Силы у меня много.
– О господи! Кто-нибудь Помогите мне! – вопил во всю глотку Андрей, смотря, как из плечевой кости брызжет фонтаном кровь.
– Рад был вам помочь – сказал мужчина, медленно поднявшись на ноги и продолжая держать остальную часть руки Андрея. Из нее капала кровь, и мужчина крепко ее сжимал. – Я… это себе оставлю как сувенир на память о том, что когда-то помог вам.
– Ты не видишь? Ты мне руку оторвал! – продолжал вопить, не веря глазам. Но коленки даже не дернулись.
Он продолжал стоять, как дерево, на одном месте, смотря, как из него вытекает очень-очень много крови.
– Помогите мне! Кто-нибудь!
Но другие люди улыбались ему и шли дальше, словно это было нормально, когда один мужчина свободно оторвал руку. Это обычные вещи.
– Да, я понимаю, перестарался, но все же, я вам ведь помог? – спросил мужчина ровным голосом.
– Люди! Да что с вами?
Кровь Андрея текла по плитке. Ее было так много, как показывают в фильмах ужасов, где из любой части тела льется фонтаном кровь. Мужчина продолжал держать руку Андрея болтая ее туда-сюда словно это была игрушка.
– Сами понимаете, хотел сделать как лучше, но перестарался, – мужчина мерзко хихикнул, как показалось Андрею, но это не имело значения. – Ладно, удачи вам. Попросите кого-нибудь другого. Он обязательно поможет вам, – мужчина взглянул на наручные часы, которые были забрызганы кровью, провел пальцем по стеклу и задумался. – Так-так, я опаздываю на работу.
Мужчина пошел дальше, держа руку Андрея.
– Безумие! – закричал он. – Нина?
Из кофе вышла Нина, улыбаясь во всю ширь, как это позволяет человеческое строение.
– Милый решил, что тебе помогут бесплатно? А вот ты ошибся. Ты только посмотри, сколько из тебя вытекло крови. Она такая вкусная на вид. Я, как увидела, сразу захотела ее попробовать на вкус. Вдруг она у тебя вкусная! – жена внимательно посмотрела на испуганное лицо Андрея. – Можно я попробую твою кровь?
– Ты о чем вообще? Ты не видишь, мне руку оторвали! Разве не понимаешь, что со мной сейчас случилось? – голос дрожал. Андрею до сих пор не верилось, что это произошло на самом деле. – Мне мужик руку оторвал!
– Это не самое важное. Я хочу попробовать твою кровь, милый, – ее голос был ангельским, но улыбка была просто безумна. – Я думаю, можно. Потому что я твоя жена, и ты мне сказал, что меня ты любишь.
Она упала на колени и стала слизывать языком кровь с тротуара.
В голове у Андре была полная каша. Он не верил ничему, что происходило с ним. Жена лизала его кровь, мужик оторвал руку и ушел вместе с ней, а он до сих пор не может шагнуть некуда. Он застыл на одном месте. Из руки шла кровь, но уже не таким оборотом, как в первые две минуты. С нее уже капала кровь. К горлу поступила тошнота.
Он смотрел на фальшивые улыбки людей, на свою жену, которая стонала от удовольствия, как тщательно вылизывала с плитки кровь мужа. Ее язык так усердно работал, так быстро болтался туда-сюда, что смотреть на это без отвращения было невозможно. Какой-нибудь похотливый урод, смотря на такую картину, возбудился бы.
Люди смотрели на них, продолжая улыбаться, а кто-то кивал им головой, даже смеялись, но это был смех радости, и ничего плохого в нем не было. Андрей смотрел на Нину. Она продолжала ползать на коленях, пока не поднялась и не подошла к нему. Весь ее рот был в крови, а глаза горели похотью.
– Любимый, думаю, ты не против?
– Ты о чем? – нервно сказал.
Через пару мгновений она всосалась в руку Андрея. Высасывая из нее кровь, как будто пила из палочки для сока. Андрей завизжал, как девчонка. Ужас застыл на его лице. Он не верил глазам.
Он оттолкнул жену от себя, и Нина упала на плитку, облизывая губы языком и продолжая стонать.
– Твоя кровь просто супер. Ты сам попробуй. Ты редкий в этом мире. Мы станем богатыми, если будем продавать твою кровь литрами, тоннами. Ты представь, мы будем купаться в деньгах! И нам все будут завидовать. Мы станем королями этого города этих добрых милых людей. Милый, ты просто бог!
Андрей уже не знал, что сказать. Он просто раскрыл свой рот от ужаса и смотрел на жену, от которой уже ничего осталось. Потому что она превращалась в скелет. Медленно, но постепенно. И смотреть на то, как из ноздрей позли эти противные мерзкие черви, было невозможно.
– Нет, Нина, – заскулил он.
– Не переживай, милый, все будет хорошо. Ты ведь мне веришь? Ты только подумай, какими мы станем с тобой богатыми, что мы с тобой будем делать. Не надо будет ходить на работу, и ты будешь меня сутками трахать! Вот такую, какая я есть. Ведь тебе очень сильно понравилось меня трахать, когда я умерла. Когда еще была тепленькой.
На лице читалось полное безумие. Она таращилась прямо на Андрея этими большим глазами, а из ноздрей лезли эти мерзкие черви, любители пожирать человеческую плоть, падая на плитку. Зрелище было мерзким.
Андрей завопил во всю глотку. Он больше не мог сдерживать себя. Это было просто безумием.
– Борис твою же! – закричал Юра. – Ты будь аккуратным с этим кофе. Мои белые брюки. Ты хоть понимаешь, что не отстирается пятно? Блин. Откуда у тебя руки только растут. Как тебя вообще могли взять в полицию? Ты бы давно кого-нибудь убил пулей, – ворчал недовольным голосом старый друг Бориса, вытирая салфеткой опрокинутый кофе на его брюках. – Капли кофе попали на мою рубашку. Ты видишь это? Я – да!
– Да брось. Я тебе постираю. А то как маленький ребенок завелся, – с трудом сдерживая улыбку.
– Постираешь! Ты? Чувак, не смеши меня, ладно? А то мои колени будут над тобой ржать так, что ты со стыда помрешь. Я в жизни не поверю, что ты стираешь свою одежду, а тем более чужую, – усердно стирая остатки кофе салфеткой. – Вот надо было тебе разлить прямо на бои белые брюки!
– Да все, хватит. Я понял. Я облажался, извини. Но ты ведь знаешь, я не специально это сделал. У меня пальцы соскользнули.
– Вот не надо мне тут втирать эту дичь. Ты мне просто мстишь за то, что в тот раз я тебя ударил. И решил вот так со мной поиграть, – Юра положил грязную помятую салфетку на стол и внимательно посмотрел на Бориса. – Ладно, мы с тобой теперь квиты. Ты доволен? – он раскинул руки в сторону. – Ты только посмотри это мой новый костюм. Я в нем на суде был. Я в нем кадрил девушек. И он дорогой. Он мне чертовски нравился до этих пор…
– Да хватит, братан, – сдерживая смех, Борис похлопал по плечу Юры.
– Так ты доволен или нет? – озадаченно спросил Юра.
– Ну, теперь может быть. Хотя я не знаю, если честно. Не уверен, что тебе это будет достаточно, – Борис через силу сдерживал смех, закрывая рукой рот.
– Ладно, хорош. Буду считать, что мы в расчете. Окей?
– Да, пусть будет по-твоему. Давай уже пей свой кофе, что остался, – вырвался громкий смех.
– Да-да, можешь надо мной смеяться хоть целый день. Но все же, Борис, это мой любимой костюм.
– Да брось, еще купишь.
Они сидели в кафе, которых в Ринске было полно. Борис освободился намного раньше и решил встретиться со своим старым другом, перекинуть пару смешных фраз и вдоволь посмеяться. Борису казалось, что он не видел Юру очень много лет, может, даже вечность. Было приятно посидеть и посмеяться, слушая его иногда дурацкие шуточки.
– Как там у тебя работа? До сих пор делаешь свое дело? – спросил Юра, выпив остатки кофе.
– Ну как тебе сказать. Убили полицейского совсем недавно. Вот что могу сказать – неприятная новость, если честно.
– Не знаю, – с улыбкой произнес он. – Как по мне, большая часть полицейских – это еще те мудилы. Но ты исключение, приятель. В этом можешь ты не сомневаться, – Юра похлопал Бориса по плечу и рассмеялся. – Как ты сам. В целом? У тебя больше нет этой мании найти этого урода?
– Нет. Потому что о нем только и думал после убийства дочери. Я понимал, что так долго не может продолжаться, но все же самым главным было для меня найти его и засадить в тюрьму. Но не сложилось. С женой поговорили и решили идти дальше. Думаем уехать из этого жалкого города.
– Да. Это хорошая идея, – подтвердил Юра, поставив бокал в сторону. – Слушай. Если нужны деньги, могу кинуть. У меня сейчас они есть. Если хочешь, можешь уже на следующей неделе быть в другом городе. А деньги вернешь как-нибудь, – предложил Юра.
– Нет, спасибо.
– Да брось. Если нужны будут, звони, дам.
– Хорошо. Мне надо еще управиться на работе, а потом уехать отсюда. Наверное, надо было раньше это сделать, когда родилась дочка. Вот тогда надо было линять отсюда, – Борис уткнулся носом в стол.
– Да. Но теперь ничего нельзя изменить. Я думал, что тебе что-то надо. А оказалось, ты просто решил со мной повидаться и припомнить мне старое.
– А ты что хотел? Что буду дарить тебе подарки? Мерседес? Тебе вот такие подарки нужны? Да брось. Сколько времени прошло, когда в последний раз виделись? Даже тебе скажу. Это было дело после похорон, на следующий день ты приехал к нам домой. И все.
Борис развел руки в сторону и смешно скорчил лицо.
– Тебе надо было идти выступать клоуном в цирке. А не полицейским работать.
– Все еще впереди, – снова скорчил свое лицо. Высунул язык изо рта и начал дышать, как собака.
– Хорош. А то что люди подумают? Скажут, придурки тут сидят, между прочим, я деловой человек.
– Ага. С маленькой буквой.
В кафешку вошел мужчина лет тридцати и сел рядом с нашими знакомыми друзьями. Заказав себе жареную ножку и хороший лимонад, он тихо сидел и смотрел на этих смеющихся мужчин. Смотрел очень внимательно с легкой улыбкой на лице. Пальцы слегка дрожали.
Некто медленно облизнул палец Андрея. Чувствуя себя весьма в комфортной обстановке. Даже видя перед собой ту самую ужасную картину, которую совсем скоро сделает. Он смотрел на этих мужчин и только усмехался над этими дурацкими шутками. Думая про себя, что совсем скоро начнется самое настоящее веселье. Где эти клоуны не смогут вот так сидеть за этим столиком и рассматривать машины через витрину. Все для них кончится.
Нечто, которое забрало контроль под себя, легко управляло телом Андрея. Его сознание было глубоко в голове. Где-то там очень глубоко, где видел ужас, наполненный полным абсурдом.
Он даже представить не мог, как это – быть человеком. Все ощущать вокруг себя. Чувствовать эти запахи вокруг себя. Слышать звуки, доносящиеся из разных сторон. Понимая, осознавая, что такое быть человеком.
Его старый друг десять минут смотрел на половой орган Андрея, задаваясь, каково это – трахать женскую особь. Ему хотелось все попробовать. Насладиться каждым кусочком мгновения. Чтобы потом сказать, что это было самое лучшее его время в этом году. Сказать всем, что быть человеком – это здорово.
Пока Андрей был там, в глубине своего сознания, это маленькое существо, которое сидело в голове, медленно отравляло мозг Андрея. С каждым днем там происходили химические процессы, которых не должно быть.
– Вот ваша жареная курица и лимонад,– улыбаясь, произнесла официантка, аккуратно положив на стол.
– О, спасибо, дорогуша. Выглядит просто великолепно, – произнес нечто голосом Андрея, улыбаясь как сумасшедший.
– Приятного вам аппетита.
Он снова остался один, слушая эти дурацкие шутки за соседним столиком. Андрей внимательно посмотрел на жареную курицу и стал жадно запихивать себе в рот прожаренное до хрустящей корочки мясо. Как жадное голодное животное, не евшее очень давно. Он не мог остановиться он продолжал поедать эту пищу, почти не жуя.
Посетители, которые видели, как один парень жадно жрет и чавкает, что даже выпадает у него изо рта, смеялись и делали вид, будто на него не смотрят. Но это было не важно. Потому что нечто, сидящее в Андрее, повторяло себе снова и снова: «Совсем скоро буду я смеяться над вами, тупые животные».
Человеческая еда казалось ему не самой приятной и вкусной, но в этом было что-то похожее на вкус человеческих мозгов. Она очень отдаленно напомнила его и только из-за этого можно было жрать жареную курицу. Нечто не могло остановиться никак. Отдирая дрожащими пальцами мясо от костей и суя себе в рот.
Решив попробовать лимонад, нечто в теле Андрея взяло жирными руками стакан лимонада и отпило немного и тут же выплюнул на стол. Лицо скривилось в ужасной гримасе отвращения.
– Что за дерьмо? – злобно произнес он и кинул стакан на пол.
Стакан разбился в вдребезги, и осколки полетали в разные стороны. Лимонад растекся на полу.
На Андрея обратили посетители. На него внимательно смотрели, как тот пытается избавиться от вкуса лимонада, взяв салфетку и начав тереть свой язык, при этом издавая мерзкие гортанные звуки, словно этого человека сейчас вырвет.
К нему подбежала официантка. Она испуганно смотрела на посетителя, потому что ей казалось, что этот человек мог запросто напасть на нее, схватившись своими жирными руками за ее тонкую шею, и начать со всей злости душить.
– Что случилось? – спросила она ровным голосом.
Некоторые посетители внимательно наблюдали за ними. Даже кто-то успел поставить ставки, что сейчас что-то да и случится интересное. «Увлекательное, как тв-шоу», – заявил старик, сидя рядом со своим сыном.
– Спрашиваете, что случилось? – сдержано произнес нечто в теле Андрея. – Ваш лимонад. Он отвратительный. Вы решили меня убить? Вы смотрели срок годности, когда вы мне наливали его? – нечто понимало, что выдавать себя не самая лучшая идея в данный момент.
– Извиняемся. Если так, то…
– Если то? Вы не верите мне? Вы думаете, я вру, дорогуша? Думаю, лучшим вариантом будет, если я не буду платить, – на лице появилась маленькая ухмылка. – Или я оставлю хороший комментарий на ваше кофе и тебя назову э… – нечто внимательно посмотрело на значок, который висел у нее на груди, прижмурив глаза, словно ему нужны были очки. – Валентина Игоревна. Думаю, твой босс не будет так доволен, – снова появилась яркая ухмылка на его лице. Жир поблескивал на губах.
– Хорошо. Извините, что так получилось.
– Извините. Вы же знаете, что клиент всегда прав. Так что принеси еще две жареные курицы. И все это будет, – он намеренно сделал паузу, – за счет вашего хорошего заведения для постоянного посетителя.
– Хорошо, – нервно произнесла молодая девушка.
– Все хорошо? – подошел Борис к ним, положив руки по бокам.
– Да, все просто замечательно. Жаль, что грязь вы будете размазывать по полу, – заявило нечто в теле Андрея.
Борис опустил голову и увидел, что наступил прямо в лужу лимонада, и осторожно поднял ногу вверх. С подошвы капал лимонад.
– Да, все хорошо, – подтвердила официантка и ушла прочь, чтобы снова принести этому посетителю еще две жареные курицы за счет заведения.
Кто-то совсем рядом тяжело вздохнул, огорчившись, что ничего интересного не произойдет сейчас и все будет так же скучно и нудно, как каждый раз в этих кафешках. Кто-то успел уже проиграть пятьсот рублей.
Андрей, улыбаясь, смотрел на растекающуюся лужу на полу. Ему напоминало кровь. После того как голова превратилась в кровавое пятно, а рядом образовалась лужа, в этом было что-то притягательное. Нечто просто сгорало от того момента, который должен случиться. Он не мог дождаться того самого дня, где будет очень много крови, когда ее так много, что можно будет опиться до самой смерти.
– Вот ваша жареная курица и еще раз извините меня.
– Очень благодарен. После этого, я уверен, она станет еще вкуснее.
Официантка пожелала как можно скорее уйти от такого посетителя. От него веяло не холодом, а намного хуже. Словно она смотрела на кладбище. Где в земле лежат мертвые люди. Где бегают мурашки по коже, когда проходишь ночью мимо кладбища, и в памяти всплывают ужасные картины мертвых людей. Гнилых людей, которых пожирают мерзкие черви, устраивая дискотеку века в животе.
Нечто в теле Андрея только усмехнулось этому и снова принялось поглощать пишу. Он не чувствовал удовольствия, наслаждение от пищи. Голод никуда не пропал, а только слегка притупился. Он чувствовал, как вздулся живот и была огромная тяжесть, но хотелось еще жареной курицы, но вовремя передумал, так как ему не хотелось раньше времени уничтожать свой сосуд, в который чудом смог пробраться, над которым смог наконец-то захватить власть.
А такая проблема не нужна была, как лопнувший желудок. Тело Андрея – это машина, которую взял напрокат. Если хочешь доехать на ней куда-то, надо с ней обращаться очень аккуратно, пока она принадлежит тебе.
Андрей медленно поднялся из-за стола, и его свалила огромная тяжесть. Схватившись за живот своим жирными руками, совсем забыв вытереть салфеткой. Качаясь, пошел к выходу, как из мультфильма «Жил-был пес».
Выйдя на улицу, ему резко ударило солнце в глаза. Ему не верилось, что через столько недель мрачных, серых дней может появиться это яркое, неприятное солнце.
– Дождь лучше всего – пробурчал себе под нос, как в него врезался Юра.
– Извини, чувак, – сказал Юра с улыбкой на лице.
– Ты видишь меня? – спросило нечто в теле Андрея.
– Да. Просто не заметил тебя, правда, чувак. И не смотри на меня, так словно я тебя гаечным ключом по голове ударил.
Из кафешки вышел вслед за Юрой Борис.
– Что тут произошло? – спросил он, совсем не ожидая этого увидеть.
– Твой дружок-клоун не видит меня. Ты можешь себе представить, я – человек-невидимка.
Мимо них проходили люди и бросали короткий взгляд и прибавляли шаг вперед, чтобы не быть свидетелем уличной драки.
– Да прости, чувак. Я ведь перед тобой извинился. Окей? Все норм. Я тебя ведь не сбил машиной.
Юра смотрел на недоброжелателя внимательно, ожидая, что он начнет драку первым. С такими он часто встречался. Эти люди не могут допустить чтобы их кто-то толкнул или что-нибудь еще. Для них это унизительно.
– Похоже, твой дружок любит шутки, – произнесло нечто голосом Андрея, подойдя поближе к Юре.
– Давайте разойдемся мирно. Никто из нас не хочет проблем, разве не так, парни? – появился между ними Борис, пытаясь не допустить драку.
С каждой секундой воздух становился тяжелее. Напряжение нарастало как снежный ком. Борис не очень сильно хотел драки. С самого начало этот тип не понравился, и теперь может в любую секунду начаться кровавое веселье.
– Проблемы иногда я люблю, – усмехнулось нечто в теле Андрея.
– Ты, значит, мистер проблема с большой буквой, – заявил Юра, попытавшись убрать с пути Бориса, чтобы дать со всей дури этому уроду.
– Так, Юра, не начинай. Ладно, еще раз извинись. Мы пойдем. – Борис улыбнулся и стал отводить своего друга в сторону.
– Да, песик! Вали отсюда, а то тебе зад надеру в любой момент, – громко произнес Андрей, ехидно улыбаясь.
– Да ты слышал, он…
– Да пошли уже. Брось его, – грубо сказал Борис, утянув друга за собой. – Потом будешь мне должен.
Андрей долгое время смотрел, как парочка клоунов уходила прочь. Ему так хотелось быстрым движением рук вскрыть ему черепок и сожрать, наверное, вкусный мозг. Руки так и сжимались. Чтобы ударить прямо в грудь и пробить ее насквозь, как обычную бумагу, как это делают маленькие дети, вонзая свои маленькие тонкие пальчики, протыкая лист бумаги. Увидеть кровь. Увидеть очень много крови. Вот что хотело нечто в теле Андрея.
Когда поедал курицу, он представлял, что это плоть человека, вкусная прожаренная плоть человека, а на десерт мозг. Это высшая форма деликатеса. И сейчас это возможность уплыла. Да, было бы не очень здорово, если так это произошло на глазах эти жалких людей, которые попрятались в своих серых коробках и живут там, как чертовы тараканы, загрязняя свою планету.
– Можешь радоваться, сколько тебе угодно. Вкусный мозг.
– С вами все в порядке? – к нему подошел мужчина средних лет. – Просто ваше лицо бледное и…
– Все отлично. Отвали от меня, – злобно фыркнул он и отправился в сторону дома.
Возвращаясь обратно, он неожиданно вспомнил, что в квартире осталась маленькая девочка лет восьми-девяти. И это было просто очень круто. Потому что ему бы пришлось отправиться за мозгами ночью, где многие сидят в своих серых ящиках. Время, где они забиваются в своих чертовых коробках и таращатся в экраны коробок, где им показывают глупые картинки.
– Маленькая девочка села на лавочку. Маленькая девочка была доброй и милой, – пел Андрей, улыбаясь неприятной улыбкой. – Маленькая девочка стала обедом моим! – последовал смех, который пытался всеми силами подавить. – Моим обедом сегодня вечером. Я засуну ее в духовку, но для начала вытащу ее мозги из ее маленького черепка.
Нечто в теле Андрея не могло не думать о маленькой девочке. Не мог и прожить без мысли о ней. Потому что ему так сильно хотелось попробовать вкус мозгов маленьких детей. Так хотелось проглотить все сразу, почти не жуя, просто запихать в глотку, надеясь, что она не порвется, не лопнет пищевод и дойдет до конечной остановки.
Дети были самими слабыми в этом мире. Но в то же время они могли поверить в них. Даже сам Андрей не верил до самого конца, что он реален, а не его плод воображения. Ему хотело верить, что он сошел с ума, а не какое-то разумное существо сидит у него в голове. Но вот ребенок бы поверил и сильно испугался и стал всем рассказывать. Вот только ему никто не поверил. Как же иногда бывает банально.
– Маленькая девочка села на лавочку. Маленькая девочка была вкусной и сочной. Маленькую девочку случайно я съел. У маленькой девочки был вкусный мозг.
– Вот зачем ты, – возмущался Юра, идя рядом с Борисом. – Я бы ему показал, кто тут главный. Таких надо хорошо по голове постучать, может, только потом и поймут.
– Да брось. Я полицейский. И мне пришлось тебя с ним засадить в обезьянник. Думаю, в этом мало чего веселого. Ты этого не замечаешь? – Борис похлопал Юру по спине.
– Ага. Лучше там посидел. Но зато стер бы эту довольную морду на его лице. Но ты видел выражение его лица? – поинтересовался Юра, доставая из кармана пачку сигарет под маркой «Жизнь» – разве не иронично? – Видел?
– Да. Такие типы любят приключения. Так что угомонись. Если хочешь, чтобы я тебя до дома подкинул, – пригрозил Борис пальцем.
– Да зачем ты вообще так далеко машину припарковал?
Юра вынул сигарету из пачки и сунул себе в рот, от злости сжав зубами фильтр.
– Не поверишь. Свободного места не было.
Борис подошел машине сунул ключ в замок. Под его весом пружины машины скрипнули. Юра запрыгнул в салон и вынул сигарету изо рта.
– Как помню, курить в салоне нельзя.
– А у тебя память отличная.
Юра вылез из салона машины, закурив сигарету. Втягивая в свои легкие всю гадость, которая была в ней. После сигареты Юра чувствовал себя спокойным и весь это стресс спадал. Как он всем говорил, он мог бросить курить в любой момент, хоть прямо сейчас, но без их он не видел и жизни.
Ему нравилось, как от него пахло сигаретами, нравилось курить и чувствовать этот привкус у себя во рту. Пара сигарет в день – ничего не случится.
– Ну, ты скоро, курильщик? – поинтересовался Борис, уже заведя двигатель машины.
– Да постой. Дай успокоиться. Или мы торопимся на групповое свидание?
– Смешно. Нет. Не люблю, когда я сижу в машине и некуда не еду.
Через пару минут они ехали в машине. Молчали. Магнитофон играл рок-музыку, которая бесила Юру. Борис об этом знал, он просто на дух не мог ее переносить, но просто сидел молча, не подавая никаких признаков раздражительности. Два друга направились на квартиру Юры, чтобы провести весело время. До вечера было еще четыре часа, и за это время они могли сделать очень многое.